355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Гуданец » Нарушитель » Текст книги (страница 11)
Нарушитель
  • Текст добавлен: 31 октября 2016, 05:58

Текст книги "Нарушитель"


Автор книги: Николай Гуданец



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

– Что-то не припоминаю, куда нам теперь, – сказал Арч, замедляя шаг и оглядывая унылые ряды пакгаузов.

– Да мы уже почитай пришли, – отозвался Тил. – За тем вон штабелем налево, и будет люк.

Тот самый чугунный люк, из которого почти четыре года назад вылез умирающий от черняшки парень с пневмачом в руках. Казалось, это случилось целую вечность назад, и то был совсем другой человек. Арч поднял крышку. Тил проворно юркнул в колодец, Ликка передала ему мешки, спустилась следом. Прежде, чем закрыть за собой люк, Арч бросил взгляд на ночное небо. Кое-где в просветах между туч блистали звезды. Он подумал, что, возможно, видит звезды в последний раз, но отогнал эту мысль и обозвал себя слюнтяем. Теперь он попросту обязан жить.

Навертев обмотки на локтях и коленях, они двинулись в путь по головоломному лабиринту тоннелей. Возле запертого на замок никелированного люка, ведущего к компьютерным коммуникациям, устроили короткий привал, съели по белковой плитке, выпили по глотку воды. Порывшись в мешке с припасами, Ликка достала портативную аптечку. Она предложила сделать профилактические инъекции антибиотиков, чтобы заплыв в холодной воде не аукнулся простудой. Мужчины послушно закатали рукава. Потом Арч вскрыл замок люка отмычкой, и они снова двинулись в путь.

На исходе первых суток подземного странствия Арча стало мутить от тесноты, от ощущения нависшей сверху каменной толщи, от снующих по полу перепуганных десятиножек, от монотонного струения разноцветных кабельных жил по стенкам тоннеля. Наконец они вышли к одному из узловых пунктов: круглая площадка, шагов семи в поперечнике, вбирала в себя три мелких хода, чьи кабельные пучки ныряли в радиальный тоннель побольше, где Ликка и Тил могли шагать слегка наклонившись, и лишь Арчу приходилось нагибаться. Но прежде, чем идти дальше, они решили позволить себе три часа отдыха и намаянно уснули прямо на каменном полу.

Когда они проснулись и принялись за еду при свете фонарика, Ликка виновато сообщила:

– Арч, я не сказала тебе одну важную вещь. Незадолго до своей гибели Гур умудрился раздобыть и переснять планы центрального подземелья, где находится суперкомпьютер. Это за ними он ездил в архивы на Ледовом побережье. Микропленки сейчас на базе. Я не смогла до них добраться, Тормек не доверяет их никому.

– Значит, он может попытаться пройти туда сверху с бригадными оперативниками и задержать нас?

– В том-то и дело. Наверху идут уличные бои, в такой неразберихе Тормек вполне способен прорваться в подземелье. Война все спишет.

– С охраной мы скорей всего справимся. Но не с дюжиной людей Тормека, – рассудил Арч. – Почему же ты раньше не сказала?

– Тогда ты гнал бы без передышки, мы бы измотались вконец. А нам надо быть в хорошей форме, когда дойдем.

– Ладно. Может, ты и права. Дай-ка нам стимуляторы из аптечки. Двойную дозу. Больше привалов у нас не будет.

– Двойную, не многовато ли?

– Думаю, в самый раз.

Ликка раздала по две желтоватые капсулы. Тил недоверчиво повертел свою порцию в пальцах, но все-таки проглотил, следуя примеру Ликки и Арча.

– Это что за снадобье? – поинтересовался он.

– Почище здешней жвачки. Полетим как на крылышках.

Подхватив поклажу, они быстрым шагом двинулись дальше. Довольно скоро стимулятор подействовал.

Возникло ощущение блаженной невесомости. Натруженные мышцы словно бы промыло шипучей водой. Луч фонарика радужно плясал на милых, таких родных стенках с восхитительными кабельными жгутами. Под ногами хлюпала нежная слякоть, шелковистая грязца. Шустрые глупышки-десятиножки улепетывали с дороги, спугнутые светом, и забирались в щели, смешно расставив зазубреные клешни. Кое-где на стенах сидели пушистые шмендрявки, потеки их слизи золотисто мерцали. Симпатяга Тил без конца хихикал, напевая себе под нос и умудряясь на ходу пританцовывать. Ликка и Арч шли за ним, держась за руки.

– Арч, я люблю тебя, – шепнула Ликка.

– И я люблю тебя.

– Мы взорвемся. Вместе. Пускай, мне все равно.

– Ты должна жить.

– С тобой и для тебя. Ох, я совсем очумела.

– Наверно, все же не следовало глотать двойную дозу.

– Глупыш. Я очумела гораздо раньше.

Они жадно поцеловались на ходу.

– Как-то все по-дурацки, – радостно заявил Арч.

– Конечно. Мы наконец-то свихнулись.

– От капсул. Ничего, пройдет.

Ликка взахлеб расхохоталась.

– Не пройдет, не надейся. Мир такой серьезный, у-у… Спецотдел, суперкомпьютер, бригадир, карантин, турникет. Просто не продохнуть. Люди кругом спятили на полном серьезе. А ты нарушитель. У тебя свобода в крови. Ты единственный, кто плюет на их запреты, законы, заморочки, занудство. Я тебе завидую. И я тебя люблю, понимаешь, это мы нормальные, а рехнулись все остальные.

– Какое у тебя настоящее лицо?

– А, ничего особенного. Дурнушка, серость.

– Сколько тебе лет?

– Миллион. Я дряхлая старушка. Девственная ханжа, у меня там все заплесневело.

– Подозреваю, что ты немножко врешь.

– Вру. А тебе не все ли равно?

– Конечно да. То есть, нет.

– Так да или нет?

– Или.

– Арч, если мы выживем, я рожу тебе сына.

– Двоих.

– Двадцатерых. За милую душу.

Тил обернулся, осклабившись.

– Эгей, шибко двигаем! – воскликнул он. – Небось доберемся на полсуток раньше.

– Сколько еще идти? – спросил Арч, пытаясь стряхнуть эйфорию, но все же расплываясь в широкой улыбке.

– Ежели считать от привала, где мы глотнули эти кайфушки… Ну… Дай смекнуть. Полпути уже отмахали, верняк. Или даже чуть больше.

– Пропусти-ка меня вперед, – велел Арч.

– Зачем, Эхелала? Я же вам указчик, не кто-нибудь.

– Пусти, дурень, мне надо идти впереди с детектором. Как бы не напороться на сигнализацию.

Они поменялись местами, зашагали дальше все в том же бешеном темпе.

Время от времени на пути попадались перекрестки или вертикальные шахты, из них тянулись кабельные жгуты, которые вплетались в общую толщу магистральной проводки. В потаенных электронных джунглях непрерывно сновала невообразимая масса информации – о каждом жителе планеты, о его жилье, работе, досуге, о каждой фляге воды, о каждой порции дурманящей жвачки, о каждом повороте уличного турникета. Миллиарды магнитных головок сновали, считывая ферросплавные полоски на миллиардах предъявляемых жизняков, отмечая, кто куда пошел, кому сколько осталось еды, питья, жизни. Сведения стекались ручейками импульсов в компьютеры – снабженческие, надзорные, судебные, жилищные, координационные, планировочные, инспекционные, производственные, транспортные, административно-попечительские, и дальше шло нарастающей лавиной через уровни – квартальные, районные, областные, мегаполисные, затем попадало в гигантскую тоннельную паутину по жгутам толщиной в палец, в руку, толщиной в человеческий торс, и этот немыслимый смерч из мельчайших подробностей со всего обитаемого материка ежемгновенно обрабатывал суперкомпьютер – всезнающая и всевидящая электронная планета в недрах живой планеты. Оплот порядка и справедливости, бесстрастный мудрый гигант сурово правил пестрым миром жалких, суетливых, полуголодных и запуганных двуногих существ из плоти и крови, озлобленных и корыстных, скудоумных и недальновидных, однако покорных велениям блистательного кибернетического разума.

А трое неучтенных электронной сетью людей пробирались по тоннелю к центру лабиринта под мегаполисом, в котором бушевала гражданская война, и никакой искуственный интеллект не смог бы осознать, почему они решили обрушить миропорядок, выглядевший таким гармоничным и незыблемым.

19

– Здесь! – свистящим полушепотом сообщил Тил, дернув Арча за рюкзак. – Где-то здесь наверняка сигнализация. Потому и шухер поднялся, когда тут шли мы с Кумурро. Вон там, дальше, охрана его подстрелила, он отполз в соседний ход и там подорвался.

Арч снова поводил раструбом детектора из стороны в сторону. Датчик не показал ничего настораживающего.

Они стояли в конце тоннеля, из глазам открылся широкий проход, уходивший дугообразно вправо и влево; как видно, то было кольцо, куда впадали радиальные ходы со всего континента. Толстенные пучки кабелей круто изгибались и ныряли вверх, в узкое отверстие, прорубленное в каменном потолке. По обе стороны виднелись жерла других тоннелей, из которых выходили мощные лианы проводки и точно так же исчезали в потолке.

– Он прямо над нами, – сказал Арч.

Вызванная капсулами эйфория сменилась тупой усталостью, но дело было сделано. Они дошли до цели, причем гораздо быстрее, чем предполагалось.

В крайнем случае они могли взорвать заряд прямо здесь, однако неизвестно, какая именно толща камня отделяла их от суперкомпьютера. Если она окажется внушительной, Подземный Папа уцелеет, а проводку сумеют относительно легко срастить. Значит, предстояло самое сложное и рискованное – не зная ни плана подземелья, ни расположения постов охраны, практически вслепую пробиться к компьютеру, заложить взрывчатку и успеть до взрыва отойти на безопасное расстояние.

Ликка нагнулась и стала пристально разглядывать пол, посвечивая фонариком. На щербатой каменной поверхности, изборожденной резцами врубовой машины, виден был налет пыли, кое-где помет десятиножек и пятна сырости.

– Похоже, тут годами никто не ходит, – заявила она. – Вообще никаких следов.

– Видимо, ты права, – пробормотал Арч. – А кстати, нашел, вот она, сигнализация. Самая примитивная, в инфракрасном диапазоне.

На уровне пояса к стене была прикреплена черная коробочка с вертикально идущей проводкой, даже ничем не замаскированная, а на противоположной стене – вторая. Экран детектора отчетливо показывал соединяющий коробочки, незаметный для человеческого глаза луч.

– Охрана выскочила оттуда, – показал влево Тил.

– Значит, там есть ход наверх, – кивнул Арч. – Не думаю, что его придется долго искать.

Он извлек из рюкзака и прицепил к поясу три газовые гранаты, еще три дал Ликке, одну – Тилу.

– Вот это кольцо выдергиваешь и кидаешь. Лопается через пять секунд. Внутри психотропный газ.

– Это что еще за хреновина?

– Для здоровья неопасно, просто человек часика на два становится трусливым и плаксивым придурком. Одной такой штучки хватит, чтобы взвод страблагов стал не опаснее шмендрявки.

– Полезная хреновина, – одобрил Тил.

– Так что напяливай маску. Чтоб не наглотаться газа, если пустим гранаты в ход.

– Понял.

Ликка достала пистолет из кармана и сунула его за пояс. Арч дал ей две обоймы про запас, вынул свой пистолет и дослал ампулу в ствол. Скрепив клейкой лентой шашки взрывчатки, запал и таймер, он сунул снаряженную мину обратно в рюкзак. Все трое надели маски с кислородными баллончиками.

– Вот на этом уровне луч сигнализации, – Арч повел ладонью в воздухе. – Давайте под ним ползком, живо.

Они обошли весь кольцевой тоннель, оказавшийся не столь уж большим, шагов полтораста в поперечнике. Насчитали восемь радиальных тоннелей с компьютерной проводкой и столько же устройств охранной сигнализации. Судя по всему, за грубо обтесанной стеной кольца не скрывалось ничего, кроме скальной породы. Зато в большей стене, меж двух тоннельных отверстий, обнаружилась стальная дверь, запертая изнутри на засов или замок, выкрашенная когда-то в шаровый цвет, но с тех пор краска изрядно пооблупилась, уступив место пухым пятнам ржавчины.

– Говоришь, отсюда выскочила охрана? – спросил Арч.

– Я ж толком не углядел. С этой стороны, точно. Да ведь больше и неоткуда, – рассудил Тил.

Прилепив к двери нечто вроде чашечки фонендоскопа, Арч присоединил к ней провод наушника и несколько минут сосредоточенно вслушивался, время от времени покручивая верньер миниатюрного, но мощного низкочастотного усилителя.

– Там пусто, – сказал наконец он. – Во всяком случае, поблизости нет никого. Буду открывать.

Он извлек из рюкзака лазерный резак, прижал его к щели между косяком и дверной кромкой, медленно повел сверху вниз. Послышался запах раскаленного металла, смешанный с чадом от пригоревшей краски. Взявшись за дверную скобу, Арч осторожно попробовал приоткрыть дверь, та подалась, но тут ржавые петли скрипнули. Моментально Арч отпрянул, свободной рукой выхватив оружие. Ликка привалилась спиной к стене рядом с дверью, подняв свой пистолет стволом вверх. Тил пригнулся, сжимая в кулаке газовую гранату. Все трое замерли, настороженно прислушиваясь.

Выждав и убедившись, что никакого переполоха не последовало, Арч тем не менее постарался открыть дверь бесшумно, двигая ее створку как можно медленнее. В проеме обнаружилась прямоугольная шахта и ведущая вверх наклонная железная лестница. Детектор не выявил никаких признаков сигнализации.

Лестница двумя маршами поднималась к скальной нише, где была врезана еще одна дверь, подобная той, которую вскрыл Арч. Ржавые ступени следующих двух маршей были посредине истерты подошвами до блеска, значит, этим переходом пользовались очень часто, в отличие от предыдущего. На стенах шахты, возле лестничных площадок, были прикреплены осветительные плафоны, но включались они откуда-то извне, и Арч удовольствовался светом фонарика. Повторив у обеих дверей процедуру прослушивания, он спустился вниз, где томились ожиданием Тил и Ликка.

– Этажом выше разгуливают часовые, – сообщил он. – Типичная походка, туда-сюда. На следующем этаже полная тишина. Остается угадать, на котором из них размещается Подземный Папа.

– Думаю, там, где никого нет, – предположил Тил.

– Скорее наоборот, – возразила Ликка. – Там, где часовые.

– По-моему, ты права, – решил Арч. – Уверен, что с верхнего этажа спускается очередная смена часовых, и там где-то есть караулка. А в общем, все гораздо легче, я уж думал, тут понатыкано охраны на каждом шагу.

Он подхватил с пола рюкзак и надел его обеими лямками на левое плечо.

– Как только я вскрою дверь, врываемся и укладываем часовых, – сказал он Ликке. – Мой сектор стрельбы вправо, твой – влево.

– Договорились.

– Тил, ты с гранатой пойдешь замыкающим. Вопросы есть? Нет? Тогда вперед.

С лазерным резаком в правой руке и пистолетом в левой он стал подниматься по лестнице. Ликка с фонариком шла сзади, следом за ней тащился Тил. Неожиданно вспыхнули осветительные плафоны, чуть погодя заскрежетал дверной замок на самом верху, взвизгнули петли, и три пары сапог затопали вниз по железным ступенькам – разводящий вел смену из двоих часовых.

Одним махом Арч взлетел на среднюю площадку и присел на корточки, выставив вперед пистолет. Едва разводящий офицер появился на повороте лестницы, парализующая ампула впилась ему в плечо. Он пошатнулся, привалился к стене и осел на ступеньки. Шедшие следом часовые даже не успели вскинуть оружие. Арч с Ликкой ринулись вверх по лестнице и выстрелили почти одновременно, он – в правого, она – в левого солдата. Единственное, чего не удалось предотвратить, так это грохота, произведенного упавшими телами и двумя пневматическими винтовками, гулким эхом раскатившегося по шахте. Арч наклонился над лежащим офицером и выхватил из его судорожно сжатых пальцев связку ключей.

Тут лязгнул засов на средней двери, она резко распахнулась, ударившись о стенку, и на площадку выскочил охранник с пневмачом наперевес. Ближе всех к нему оказался Тил, который, не замешкавшись ни на миг, рванулся навстречу и нанес свирепый удар зажатой в кулаке гранатой по тулье фуражки. Однако солдат успел нажать на спусковой крючок. Скорчившийся Тил повалился на оглушенного противника, а Ликка с разбегу прыгнула в дверной проем. Раздались два выстрела: сочный хлопок пневмача и сразу же за ним слабый, с присвистом – ампульного пистолета.

Секундой позже в помещение ворвался Арч.

Кольцевой коридор среднего яруса в точности копировал нижний, с той разницей, что здесь не имелось ни тоннелей, ни проводки, а его внутренняя стенка оказалась склепанной из вертикальных стальных полос.

Ликка растянулась на полу, а поодаль, под настенным телефоном со снятой трубкой, навзничь лежал второй охранник, из его щеки торчала ампула, рядом валялся пневмач. Первым делом Арч метнулся к телефону, схватил трубку и услышал, что оттуда доносится лишь ровный гудок.

– Он никого не успел вызвать, – сказал Арч с облегчением, вешая трубку.

– Зато умудрился меня подстрелить, – подосадовала Ликка.

Морщась, она сдвинула маску акваланга на лоб и села, упираясь ладонями в грязный железный пол. Повыше правого колена по ткани комбинезона расплывалось кровавое пятно.

– Обидно, – добавила она. – Не угадала, он оказался не слева, а справа. И выстрелил-то наобум, просто с перепугу. Кажется, кость зацепило.

– Во гадство какое, – сдавленным голосом проворчал Тил, который стоял в дверях, привалившись к косяку и держась обеими руками за живот. Выстрел в упор не смог пробить его пластметалловую кольчугу, но ушиб от пули оказался нешуточным.

Арч опустился на колени рядом с Ликкой.

– Обратно я тебя понесу, – пообещал он. – Отсидимся где-нибудь в тоннелях. Аптечка есть.

Он понимал, что рана достаточно серьезна, и потребуется операция, чтобы извлечь пулю…

– Не волнуйся.

– Попробую, – он отхватил ножом рюкзачную лямку, туго стянул ее на бедре Ликки повыше пулевого отверстия, чтобы остановить кровотечение. – А ты потерпи.

– Терплю.

– Он здесь, за этой стенкой, – сказал Арч, указывая на стальную переборку. – Мы до него добрались.

О том, что после взрыва им придется уходить в подземелье и скрываться, да еще с раненой Ликкой на руках, он старался не думать. Сначала предстояло довершить дело, ради которого они рисковали жизнью.

Быстрым шагом обогнул он цилиндрическое вместилище суперкомпьютера и увидел с противоположной его стороны дверь, похожую на сейфовую – две замочные скважины в броневой плите, штурвальная рукоять, диски цифрового замка. Даже если бы у него оставались малейшие сомнения, их развеяла бы табличка с надписью старинным вычурным шрифтом, привинченная над дверью и гласившая: «Главный компьютер».

Возиться с замками не имело смысла. Арч вернулся к рюкзаку, достал запасной таймер и запал, отрезал полбрикета взрывчатки от общей связки.

– Там бронированная дверь, – объяснил он Ликке и Тилу, снаряжая небольшую мину. – Сначала подорву ее, чтобы уж наверняка… Вам надо перебраться на лестницу, как бы не оглушило…

Закончив приготовления, он на руках отнес Ликку на лестничную площадку. Туда же отволок парализованного охранника и рюкзак. Вернувшись к двери, прилепил мину полосками клейкой ленты, поставил таймер на тридцатисекундный интервал. Он действовал быстро, сноровисто, не задумываясь, но прежде, чем сорвать предохранительную чеку и нажать пусковую кнопку, помедлил в коротком размышлении.

Настал главный миг его жизни. Однако ни ликования, ни прочих особых чувств не было и в помине. Даже тревога, злость, усталость – все отлегло, улетучилось. Вот за этой дверью находится самый мощный в Галактике суперкомпьютер, невероятная бездна совершенно никчемной информации, электронный диктатор, насилующий жителей целой планеты. Необходимо его уничтожить. Он будет уничтожен.

Прежде суперкомпьютер в воображении Арча рисовался чем-то вроде чудовищного паука, опутавшего своей гнетущей сетью всю планету. Но сейчас картина представлялась иной. Там, за дверью, просто небывало большой, уникальный набор деталей: процессоры, платы, шины, блоки памяти; просто головоломная масса файлов, кластеров, операционных программ; просто неимоверная куча копошащихся магнитных паразитов. И ненавидеть все это было так же глупо, как поздравлять пуговицу с днем именин.

Не следовало также рассуждать, то ли Арч делает свою работу, то ли следует сценарию спецотдела О, то ли исполняет долг перед соотечественниками, то ли повинуется судьбе; так ли это важно сейчас? Он попросту действовал: нажал кнопку таймера, и цифру 30 на жидкокристаллическом табло сменила цифра 29, затем 28, но Арч уже помчался вдоль цилиндрической стальной переборки, выскочил на лестничную площадку, захлопнул дверь и привалился к холодной каменной стене.

– Порядок? – спросил его Тил, сидевший рядом с Ликкой на корточках.

– Сейчас рванет, – сказал Арч, продолжая мысленный отсчет.

Четыре, три, два, один…

Раздался взрыв. Дрогнула железная площадка под ногами, ржавая дверь с жалобным скрипом мотнулась от толчка воздушной волны.

Арч вынул из рюкзака увесистую самодельную мину, бегло проверил, не разъединились ли провода между таймером и трубочкой запала, втиснутой меж обмотанных изолентой шашек.

– Если заявится охрана, отбивайтесь гранатами, – посоветовал он и с миной в руках пустился бегом по коридору, в котором витал терпкий душок щедро выплеснувшихся при взрыве окислов.

Бронированную дверь вмяло вовнутрь, словно бумажный листик, и наискось заклинило в проеме. Лишних секунд пятнадцать ушло на то, чтобы лазерным резаком раскромсать ее массивные петли. С усилием Арч протолкнул покореженную дверь вовнутрь, разогнулся и лучом мощного фонаря нащупал компьютер, сиротливо торчащий в центре большого круглого зала.

Обыкновенный стародавний компьютер древнего звездолета, вырезанный вместе с куском переборки из корпуса космического корабля. Музейный экспонат, ни к чему не подключенный и обесточенный, взирающий серым бельмом дисплея на вошедшего человека.

На полу, на стенках, на потолке зеленели кляксы от размазанных взрывной волной шмендрявок.

Вокруг компьютера торчали из пола восемь толстых, развесистых кустов кабельной проводки. Застывшие фонтаны никуда не подсоединенных, свисающих контактов. Каждая спаренная жилка оканчивалась припаянной бляшкой микропроцессора. Бессчетные серии импульсов, посылаемые со всего континента, стекались в никуда, в крохотные, с простенькими программами кристаллы, ненасытимые, как бездонные бочки, исправно создающие иллюзию, что провода не оборваны, коммуникационная сеть работает, информация поступает по назначению.

Вот это и был сверхмощный невероятный компьютер, загадочно уникальный, великий Верховный Разум, ненавистный Подземный Папа.

Арч стоял в средоточии планеты и видел своими глазами ее мозг – жалкий, нелепый обман.

Обнажилась изнанка мифа, воздвигнутого ради того, чтобы держать народ в страхе и повиновении. Ради скудоумных никчемных игр – во власть, которая становится самоцелью, в перевороты, которые не меняют ничего. Ради игр в образцовую заботу, процветание и справедливый порядок. Ради прокорма тучных чиновничьих стад, прилежно тычущих пальцами в клавиатуру, извергающих несметные количества сводок, отчетов, депеш – уйму информационного мусора, которую невозможно переработать, и проще всего замкнуть ее на элементарный микрочип.

Хаос, всепланетный хаос жил сам по себе, случайно озаряясь вспышками упорядоченности, самоорганизовываясь по неуловимым закономерностям хаоса, без осмысленного вмешательства извне.

Да мы же сами себе Подземный Папа, понял Арч. Сами себе отсчитываем лимит, боясь перебрать лишку. Сами влезаем в унизительное ярмо. Сами пускаемся в бега или идем с повинной, когда срок жизни истекает. Сами себя обкрадываем, выслеживаем, расстреливаем, гноим на каторге. И больше никто другой. Только мы сами.

Не надо нам никакого суперкомпьютера. Да вот его и нет.

Нечего взрывать.

Есть хитроумный циничный мираж, уловка для самооправдания. И даже если швырнуть правду о Верховном Разуме, как бомбу в безликие толпы, если на всех улицах и площадях объявить громогласно, что Подземного Папы нет и не было, вряд ли хоть что-то изменится по сути.

Трусость и корысть правят надежнее, чем любая электроника, поскольку они намертво вмонтированы в каждого. Люди живут как им удобнее, и никогда не бывает иначе. Все, что с ними творится, происходит с их согласия, при их участии либо бездействии. Тут ни при чем Верховный Разум, компьютерный или какой бы то ни было, думал Арч.

Однако всегда необходимо красивое оправдание происходящего, противоядие от чувства своего человеческого ничтожества и бессилия. Нужна спасительная сказка о том, что зло или благо непременно идет откуда-то помимо нас, будь то с небес либо из-под земли.

А если Верховный Разум, объемлющий мироздание, существует, думал Арч, он поистине величайший шутник. Над ним, Арчем, он посмеялся вволю. И поделом.

Опустив самодельную мину на пол, Арч выдрал из ее середины запал, оборвал соединительные провода и ударом каблука расплющил коробочку таймера. Теперь брикеты мощнейшей взрывчатки стали безопаснее кусков мыла.

Следовало уходить немедля, он слишком долго мешкал, справляясь с испытанным в обиталище суперкомпьютера потрясением. Быстрым шагом Арч вышел в коридор, на ходу кинул запал в стенку, и тот сработал, испустив сухой щелчок, сноп искр, струйку дыма.

Дойти до лестницы Арч не успел. Из-за поворота навстречу ему ринулись страблаги в голубых мундирах. Заученным движением он выхватил пистолет, но выстрелить не успел. Врагов было пятеро, да и оружие они держали наизготовку.

Ни страха, ни боли он не испытал. В груди плеснулось холодное ощущение того, что вот настал последний миг. Помутилось в глазах, тело словно бы зависло на бегу и растаяло, мозг объяла космическая пустота, угасившая остаток сознания.

Однако, погружаясь в ничто, Арч успел явственно увидеть сощуренные глаза Тормека под низко надвинутой офицерской фуражкой и подброшенный отдачей никелированный ствол ампульного пистолета в короткопалой руке бригадира.

– Разрядить бомбу, живо! – рявкнул Тормек, остановившись над лежащим Арчем и засовывая пистолет в подплечную кобуру.

Четверо разведчиков, переодетых в мундиры стражей благонамеренности, припустили рысью по коридору. Еще одна пятерка метнулась от входной двери, рассыпаясь цепью, но бригадир остановил их коротким жестом.

– Заберите этого олуха, – велел он, указывая на Арча, и вразвалку вышел на лестничную площадку, где двое оперативников стерегли Тила и Ликку.

– Штурм окончен, – произнес Тормек в микрофон портативной рации. – Группе прикрытия обеспечивать отход. Повторяю, начинаем отход. Врачу приготовиться. Имеем одно пулевое ранение.

– Спасибо вам, бригадир, – сказала Ликка. – Вовремя выручили.

– Любезностями обменяемся на базе, – буркнул тот. – Мне есть, что вам сказать. Хотя вряд ли это годится для женских ушей.

– Можете отрезать их на память.

– Обойдусь без сувениров. Ребята, несите ее в геликоптер.

Оперативники подхватили Ликку и помогли ей встать, опираясь на здоровую ногу.

– Советую вам перед уходом взглянуть на суперкомпьютер, – сказала Ликка Тормеку. – Наши люди уверены, что его вообще не существует. Но эта гипотеза нуждалась в проверке.

1985, 1995, Рига


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю