355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Леонов » На ринге ствол не нужен » Текст книги (страница 3)
На ринге ствол не нужен
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 03:52

Текст книги "На ринге ствол не нужен"


Автор книги: Николай Леонов


Соавторы: Алексей Макеев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Велиханов согласно кивнул и весьма неохотно перевернул в ежедневнике еще несколько страниц.

– Хорошо. Я дам вам адрес Петра, но, если вы хотите поговорить с ним, то он сейчас здесь, в комплексе. Вряд ли он уедет домой раньше полуночи. Состояние его второй день не ахти какое… Его можно найти в тренировочном зале.

Гуров все-таки записал на всякий случай домашний адрес Мухалишина и только после этого поднялся с удобного кресла.

– Благодарю вас, Леонид Павлович. Тренировочный зал в подвале, насколько я помню?

– Да.

– И последнее. Главный администратор, который общался со Свешниковым накануне боя. Я думаю, с ним нам тоже придется побеседовать. Он сейчас на месте?

– Нет. Я дал ему три отгула. Адрес?

– Будьте любезны.

В блокнот Гурова добавилась еще одна запись. Они с Крячко попрощались с директором комплекса и покинули его кабинет. Из-за стола Леонид Павлович так и не вышел. Когда Гуров закрывал за собой дверь, у Велиханова вновь зазвонил телефон.

– Ты тычешь пальцем в небо, Лева, – высказал свою точку зрения Крячко, спускаясь за напарником по лестнице.

– Может быть, – не стал спорить тот. – Но я хочу быть убежден в этом на сто процентов. А пока у меня такой уверенности нет. Тебе разве не показалось странным его поведение? – полковник неопределенно мотнул головой назад, имея в виду Велиханова.

– Мне нет. А тебе?

– Что-то такое есть.

– «Что-то», – передразнил товарища Станислав. – Опять интуиция? Да, Лева?

– Считай как знаешь, – раздраженно откликнулся Гуров.

Они миновали первый этаж и оказались в подвальном помещении спортивного комплекса, освещенном длинными галогеновыми лампами, тянувшимися вдоль стен под самым потолком. Коридоров тут было великое множество, но Гуров неплохо ориентировался в них по памяти. Сыщики остановились у серой металлической двери, из-за которой глухо доносились монотонные удары по обтянутой кожей «груше». Гуров без стука повернул ручку вниз и толкнул дверь от себя.

Тренировочный зал представлял собой просторное помещение без окон, освещенное такими же лампами, как и весь подвал комплекса. Вдоль стен по периметру располагались тренажеры различной конфигурации, предназначенные для нагрузок на ту или иную группу мышц, по центру – опоясанный канатами ринг, чуть меньший по размерам, чем тот, на котором устраиваются соревнования, и четыре гигантские «груши», подвешенные к потолку в произвольном порядке. У одной из этих «груш», темно-коричневого цвета, и стоял спиной к входу Петр Мухалишин. На нем были только красные спортивные трусы и высокие шнурованные кроссовки. По обнаженному торсу градом катился пот, что придавало загорелой коже боксера характерный блеск. Короткие волосы тоже были мокрыми от пота. Пружинисто перенося вес тела с одной ноги на другую и все время находясь в движении, Мухалишин агрессивно наносил беспомощной «груше» удар за ударом. Он не слышал, как кто-то вошел в помещение, и никого не видел. Он полностью был сосредоточен на собственном процессе. Никого больше в тренировочном зале не было.

Гуров не стал окликать новоявленного чемпиона России, остановившись у порога и молча наблюдая за действиями боксера. Полковник не мог не отметить, что бьет и двигается Мухалишин в высшей степени грамотно, да и выкладывается он при этом на полную катушку. Крячко, заложив руки в карманы брюк, привалился плечом к дверному косяку.

Мухалишин нанес несколько быстрых коротких ударов правой, а затем дважды впечатал кулак левой руки в центр «груши» так, что она подлетела едва ли не до потолка, отступил на шаг и вытер локтем выступивший на лбу пот. В метре от него на полу бесхозно валялся чемпионский пояс, некогда принадлежавший Свешникову, а после трагического инцидента перешедший к новому законному владельцу. Петр обернулся. Его правое веко слегка подрагивало в нервном тике.

– Вы кто? – грубо бросил он. – Какого хрена вам тут понадобилось, парни? У вас есть разрешение на вход в помещение для тренировок?

Гуров усмехнулся. Агрессия нового чемпиона выражалась не только в его ударах по «груше», но и в том, как он разговаривал. Заметить, насколько Петр внутренне взвинчен, было несложно. Полковник подумал, а как бы чувствовал себя он сам, убив человека на ринге. Намеренно или ненамеренно, но сути дела это не меняло. А в самом деле, насколько случайна была смерть Свешникова? И каково участие в этом Мухалишина? Истинное участие…

– У нас есть разрешение на все, – первым отозвался на слова боксера Крячко, мысленно прикидывая, готов ли он сам помериться силами с этим здоровяком в случае необходимости. – Мы из уголовного розыска. Главное управление. Полковник Крячко и полковник Гуров. А понадобился нам как раз ты. Еще вопросы есть?

– Борзые менты? Да? – Губы Мухалишина скривились. Он прошел к ближайшему из тренажеров, снял с него полосатое полотенце, вытерся и оставил его болтаться на шее. – И ты полагаешь, что я должен теперь испугаться, наложить в штаны. Да клал я на вас. Ясно? Меня уже допрашивали сегодня. И не один раз. Хотите меня арестовать – валяйте.

– Всему свое время, – Гуров двинулся вперед.

Он внимательно изучал лицо нового чемпиона. То, что он говорил, было не так уж и важно. Гораздо важнее было то, что творилось сейчас у него внутри. Именно этот аспект и интересовал Гурова, но он понимал, что заглянуть Мухалишину под маску, которую тот на себя напялил, будет очень непросто.

– Сначала нам бы хотелось поговорить.

– Не вижу смысла. Я уже все сказал. У меня не было намерения убивать Игоря. Я только сражался. Честно сражался. И я невиновен. Невиновен! Но у вас, конечно, иное мнение на сей счет, так что…

– У нас пока нет никакого мнения, – миролюбиво произнес Гуров.

– Но если ты будешь продолжать вести себя таким наглым образом, – вновь встрял Крячко, – то тебе придется прокатиться с нами в управление, и там с тобой поговорят совсем по-другому. Лично я и поговорю.

– Может, попробуешь прямо сейчас? – с неприкрытым вызовом ответил Мухалишин, снимая перчатки. – Зачем так далеко ездить?

Крячко решительно двинулся в сторону боксера, но Гуров остановил напарника движением руки. Потасовка не входила в его планы. Видя, как недобро горели глаза Мухалишина и как завелся Станислав, полковник понимал, что ничем хорошим это столкновение не закончится.

– Морды друг другу набить мы еще успеем, – сказал он. – Но не сейчас.

– Ну тогда и шли бы вы куда подальше, – Мухалишин сплюнул себе под ноги и едва не попал на лежащий на полу чемпионский пояс.

Казалось, он его и не замечает.

Гуров скрипнул зубами, но сдержался, взглядом дал понять Крячко, чтобы и тот не поддавался на провокации. Полковник на редкость тонко чувствовал, когда надо надавить на человека и указать ему на его место, а когда этого лучше избежать. И вовсе не потому, что он опасался, будто им со Стасом не хватит сил справиться с этим боксером. У самого Гурова тоже имелись отличные навыки ведения рукопашного боя, и при желании он смог бы управиться с Мухалишиным. Дело тут было совсем в другом. Агрессия и наглость нового чемпиона были не более чем формой защиты. Гуров чувствовал это. Мухалишин прятался за ними, и если он спрячется еще глубже, то достать его оттуда окажется задачей прямо-таки невыполнимой. Полковнику же хотелось совсем другого.

Мухалишин же, отвернувшись от них, демонстративно прошел вдоль стены и занял горизонтальную позицию на тренажере со штангой, полотенце пристроил в ногах, сомкнул пальцы на стальной перекладине, рывком сдернул штангу с держателя и опустил ее себе на грудь. Гуров не торопился возобновлять прерванную беседу, интуиция подсказывала ему, что сегодня из Мухалишина ничего вытащить не удастся. Не в том он состоянии. Но полковник уже составил для себя план действий. Минуты три-четыре он молча наблюдал за тем, как чемпион выжимает от груди штангу. Десять раз, пятнадцать, двадцать. Вены вздулись на шее у Мухалишина, он упорно продолжал делать жим за жимом.

– Мы только хотели сказать тебе, – негромко произнес Гуров, посчитав, что пауза затянулась более чем достаточно, – что никто не считает тебя виновным в смерти Свешникова. Однако у нас есть все основания подозревать, что происшедшее не было случайностью. Просто кто-то очень красиво разыграл комбинацию. Как по нотам. И от Игоря избавился, и тебя подставил под удар. – Полковник блефовал, но твердо верил в правильность выбранной им стратегии. В человеческой психологии за время работы в уголовном розыске он успел здорово поднатореть. – Ясное дело, что тебе сейчас нелегко, но дело это нечисто, и нам нужно досконально в нем разобраться.

Мухалишин не ответил. Он продолжал хранить тупое молчание, выжимая от груди штангу. Еще два жима. Затем еще. Движения его стали более медленными, напряженными. Струйки липкого пота катились по вискам и мутными каплями падали на бетонный пол. Он даже не смотрел на разговаривающего с ним полковника, откровенно игнорировал его.

– Дело, конечно, твое, – Гуров отошел от него. – Ни я, ни мой напарник не можем принудить тебя к откровенности. Но если ты что-то вспомнишь, что-то посчитаешь необходимым довести до нашего сведения, свяжись со мной.

Полковник достал из кармана визитку и осторожно положил ее поверх мокрого от пота полотенца боксера. Мухалишин еще дважды выжал штангу, а затем подрагивающими от напряжения руками опустил ее обратно на рычаги и несколько секунд неподвижно лежал на тренажере, восстанавливая дыхание. Крячко наблюдал за ним со стороны. Он не разделял миролюбивую позицию напарника по отношению к этому человеку и не понимал, почему Гуров ведет себя с ним подобным образом. Если уж он и в самом деле считает, что в гибели Свешникова есть какой-то подвох, то было бы гораздо проще и эффективнее вытрясти нужную информацию из всех, кто мог ею располагать. А Мухалишин – убийца Свешникова. Пусть невольный, но убийца.

Боксер сел, взял полотенце и вытер им лицо. Визитка Гурова, покрутившись в воздухе, упала на пол. Мухалишин даже не взглянул на нее.

– Ты ведь был знаком с Игорем не только по рингу. Верно? – Полковник выстрелил наугад, но по тому, как вновь задергалось правое веко нового чемпиона, понял, что его слова были не так уж далеки от истины. – Вы общались?

Никакого ответа.

– В последнее время Свешникова что-то беспокоило. Возможно, ему угрожала опасность. Он это чувствовал… Подумай об этом. И постарайся вспомнить.

– Игорь уже мертв, – сухо отозвался Мухалишин. – И это я убил его. Я! Но это было не специально, – он отшвырнул полотенце в сторону. – А то, что вы намерены копаться в его прошлом, ему самому никак не поможет…

– Как знать, – не согласился с боксером Гуров.

– Чего вы хотите? – Петр поднялся на ноги.

Рост Мухалишина и рост полковника Гурова были одинаковыми. Сходными были и их комплекции. Во всяком случае, если Гуров и уступал в ней чемпиону России, то совсем немного. Мужчины открыто смотрели в глаза друг другу, и разделявшее их расстояние позволяло Гурову ощущать на лице тяжелое горячее дыхание спортсмена.

– Чтобы ты подумал.

Гуров развернулся и направился к выходу из тренировочного зала. Боксер смотрел ему вслед, но окликнуть так и не решился. Закрывая дверь, полковник краем глаза заметил, как Петр поднял с пола его упавшую визитку.

– Лучше бы я ему рыло начистил, – Крячко шел рядом с напарником, опять погрузив руки в карманы.

Гуров остановился у основания лестницы, достал пачку сигарет, вынул себе одну и предложил Станиславу. Тот не стал отказываться.

– Вот поэтому-то я редко и даю тебе возможность для проявления инициативы, – нравоучительно произнес Гуров, пуская дым в сторону. – Ты бы таких дров успел наломать – не разгребешь.

– Ой, вот только не надо этого, – отмахнулся Крячко. – Это еще спорный вопрос, кто кому больше нужен. Если бы не ты, я бы вообще начхал на это дело. Ничего тут нет, Лева, говорю тебе. Или, по-твоему, у меня интуиции совсем нет?

– Нет.

– Это тебе только так кажется.

Они миновали охранника на выходе, и тот нарочито отвернулся в сторону, сделав вид, будто его только сейчас заинтересовали какие-то объявления, вывешенные у входа. Крячко многозначительно хмыкнул. Друзья вышли на улицу. Город уже полностью окутали вечерние сумерки, а в воздухе пахло предстоящей грозой. Машин на стоянке стало на одну меньше, и Гуров, задрав голову, всмотрелся в окна второго этажа. Так и есть. Свет в рабочем кабинете Велиханова потух. Директор комплекса поспешно слинял сразу же после беседы с сыщиками. Еще один настораживающий факт. На мгновение у Гурова мелькнула мысль вернуться и спросить у охранника, во сколько конкретно и с кем уехал Леонид Павлович, но потом он решил этого не делать. Скажет ли местный страж порядка правду – большой вопрос, а вот то, что он донесет об этом своему боссу – так это наверняка. Полковник решил, что не стоит порождать у Велиханова ненужные подозрения.

– Зачем тебе вообще это надо? – не унимался Крячко, не забыв при этом проводить долгим взглядом стройную блондинку с распущенными до плеч волосами в стильном сиреневом плаще. – Даже если, я подчеркиваю, заметь, даже если в этой истории с гибелью Свешникова что-то не так, какое нам до этого дело? Не таким уж близким приятелем он был нам когда-то. А то, чем он занимался после, – его сугубо личное дело. Официально дело закрыто и…

– Стас, – Гуров резко остановился в двух шагах от своего «Пежо» и развернулся лицом к напарнику. – Он позвонил мне. Я склонен полагать, что это был скрытый сигнал о помощи. Понимаешь?

– Не совсем.

– Ему нужна была помощь, и он позвонил мне. Значит, он считал, что на меня можно положиться. Он рассчитывал на мою поддержку.

– Черт возьми, Лева! Он даже ничего не сказал тебе толком.

– Не решился.

– Бред. Тебе надо лучше спать по ночам. А то мерещатся черти там, где их нет, – Крячко раздраженно отбросил докуренную сигарету, метя в урну, но промахнулся. – Ладно. Что толку с тобой спорить? Куда мы теперь?

Гуров разместился за рулем «Пежо», а его напарник традиционно занял место рядом. Придерживая руль и направляя автомобиль к выезду со стоянки, другой рукой Гуров достал свой блокнот.

– На Армейскую, тридцать один, – сказал он. – Надо взглянуть на ту девушку, которую Игорь выбрал себе в спутницы жизни, и пообщаться с ней. Она-то уж точно должна знать, что творилось с ним в последнее время.

– А если она скажет, что все было в порядке, ты успокоишься?

– Возможно.

Глава 3

Закрытый спортивный клуб «Рекрут» на Калининском проспекте был известен в столице многим, однако попасть в него имели право только официальные члены, московская элита, «золотая молодежь». Владельцем клуба был бывший номенклатурный работник Валерий Александрович Фролов. Он моментально понял, что в новые времена жить можно не только не хуже, чем в старые, но и гораздо лучше.

Каждые выходные, начиная с вечера пятницы и заканчивая вечером воскресенья, в «Рекруте» проходили подпольные бои без правил. Игры весьма жестокие, но очень уж почитаемые той самой «золотой молодежью» и приносившие Фролову немалый доход. Дела Валерия Александровича с каждым годом все успешнее шли в гору, он зарабатывал себе не только солидный капитал, но и уважение в определенных столичных кругах. О нем даже стали ходить по городу слухи, как правило, повествующие о его жестокости, которые, к слову сказать, были не так уж и далеки от истины.

Сегодня Фролов приехал в «Рекрут» ближе к полуночи. На ходу расстегнув свое дорогое кашемировое пальто и сдвинув шляпу на затылок, он пересек просторный светлый вестибюль первого этажа, не обратив ни малейшего внимания на грузного усатого швейцара, согнувшегося при виде хозяина в почтительном полупоклоне, энергично поднялся на второй этаж и отомкнул ключом дверь своего личного кабинета. Шляпа полетела в кресло, следом за ней туда же упало и кашемировое пальто Фролова. Теперь он был в свободного покроя костюме стального оттенка и отливающем в голубизну тонком галстуке.

Не останавливаясь, Фролов прошел к дальней стене кабинета и распахнул дверцы встроенного в стену бара. Раздался мелодичный перезвон, и Валерий раздраженно чертыхнулся. Пощелкав в воздухе пальцами, он выудил из бара бутылку рома и круглый пузатый фужер, наполнил его почти наполовину и вернул бутылку на прежнее место. Поразмыслив секунду-другую, он вновь снял ее с полки, поставил фужер на столик, а из внутреннего кармана пиджака выудил фляжку, изогнутую в форме полумесяца, свинтил крышку, и все содержимое бутылки перекочевало во фляжку. Она исчезла во внутреннем кармане, а опустевшую бутылку Фролов небрежно бросил в стоящее неподалеку мусорное ведро и с удовольствием повел своим огромным носом, улавливая распространившийся в воздухе запах рома.

Взяв со столика фужер, Валерий сел в удобное кресло с высокой спинкой, стоящее напротив того, в котором лежали его пальто и шляпа. Вытянул ноги. Разглядывая, как преломляются о стенки фужера лучи электрического света, Фролов слегка взболтал напиток, а затем отправил его в рот, блаженно прикрыл глаза, посидел так с минуту и всем своим естеством почувствовал, как дурное настроение, преследующее его сегодня с самого утра, отступает под натиском алкоголя.

Минут пять он оставался неподвижен, наслаждаясь изменениями в организме, затем достал из висящего на брючном ремне кожаного футляра мобильный телефон.

– Женя, здравствуй, – Валерий Александрович говорил глухо и после каждого слова делал небольшую паузу, набирая в легкие воздух. – Я уже у себя. Только что приехал. Все в порядке?

– В полном, – бодро отрапортовал собеседник и тут же с усмешкой добавил: – Вроде бы. Как говорится, если у тебя нет проблем, значит, ты не живешь, а существуешь.

– Это верно, – согласился Фролов. – Что там у нас с Велихановым?

– Приехал. Я виделся с ним минут десять назад в баре. Скорее всего, там и сидит до сих пор. Куда ему деваться-то? К тому же он сам сказал мне, что останется на сегодняшние бои.

– Отлично, – одобрил Фролов. – Ты сам-то, надеюсь, не злоупотреблял в баре?

– Обижаете, Валерий Александрович, – в шутку надулся собеседник. – Я же себе не враг. Перед боем ни капли в рот. Мне к вам зайти? Для напутственного слова.

– Зайди, – Фролов потянулся и поставил пустой фужер на столик. – Только не сразу. Сначала пришли ко мне Велиханова. А потом уже сам. Минут через двадцать.

– О’кей.

Фролов встал, взял с соседнего кресла пальто и повесил его в шкаф, сверху на крючок пристроил и шляпу. Едва он проделал все это, как в дверь постучали.

– Войдите.

Велиханов вошел. Его седые волосы были заметно взъерошены, и по образовавшимся на белках глаз многочисленным красным прожилкам Фролов понял, что Леонид Павлович успел изрядно принять в баре на грудь за те десять минут, что он провел в ожидании владельца клуба.

– Проходи, Леня, садись, – Фролов указал гостю на освободившееся кресло и после того, как тот опустился в него, сам занял прежнее место.

Велиханов принюхался.

– Ромом пахнет? – догадался Фролов. – Выпить не предложу пока. Сначала о деле.

– У меня сегодня менты были. – Велиханов постарался принять в кресле удобную позу, но внутреннее напряжение так и не позволило ему этого сделать.

– Ты уже говорил.

– Нет, не те, которые с утра, Фрол, – Велиханов помотал головой. – Другие.

– Какие другие?

– Из Главного управления. Двое. Один из них полковник Гуров.

– Кто это?

– Ты не знаешь Гурова? – удивился Велиханов. – Черт, значит, тебе повезло, Фрол. Это ушлый ментяра. Мне приходилось с ним сталкиваться раньше. Если чего нанюхает – живьем не слезет. Дотошный, сука, но в то же время умный и цепкий. С ним надо держать ухо востро. Мне очень не нравится тот факт, что он нарисовался на горизонте.

Фролов внимательно слушал собеседника, лениво покачивая носком ботинка. Его бесцветные глаза не выражали абсолютно ничего. Когда у него был такой взгляд, он производил впечатление слепого человека.

– Ну и чего он хотел? – спросил Валерий, когда директор «Атланта» замолчал.

– Все того же. Интересовался гибелью Скорпиона.

– Вот как! А днем ты сказал мне, что дело закрыто.

– Сказал. Так оно, собственно, и было, а потом…

– Что?

– Гуров.

Фролов скрестил руки на груди. Он был абсолютно спокоен и невозмутим. Новость, принесенная Велихановым, нисколько не обеспокоила его.

– Да что ты так занервничал с этим Гуровым? – сказал он. – Обычный мент, даже если и ушлый. Наплюй. Я позвоню завтра одному человечку, узнаю, что там с делом, а заодно и выясню, что это за Гуров такой грозный, который дрожь на тебя нагнал. Лучше скажи, ты нашел мне нового человека вместо Скорпиона?

– Нашел. Андрей Баркетов. Он молодой еще, конечно, но с норовом. И язык за зубами держать умеет. А главное, он сейчас плотно на мели. Одним словом, самое то, что тебе нужно.

– Надо взглянуть на него. Пришли его ко мне на днях, я посмотрю, – резюмировал Фролов. – Если подойдет, возьму его в «Рекрут». Само собой, ты тоже получишь свою долю. Да вздерни ты нос, Леонид! Совсем закис. Что с тобой?

– Проблем куча, – признался Велиханов и снова принюхался к витавшему в воздухе запаху дорогого рома. – И все из-за смерти Скорпиона. Ты не представляешь, в какой я оказался заднице. Менты, которые меня осаждают, – это еще полбеды. Телефон разрывается, Фрол. Арендаторы на уши встали.

– А они-то чего встали?

– Репутация комплекса под угрозой. Моральный ущерб и вся такая прочая байда… Каждый хочет поиметь свою выгоду от случившегося или просто кинуть. Но в любом случае личный интерес…

– Такова жизнь, – философски произнес Фролов. – И люди такие, и времена. Тут уж ничего не поделаешь, брат.

– Я понимаю, – Велиханов невесело усмехнулся. – Только мне от этого понимания не легче. Я в трубу вылечу. Мне нужен турнир, Фрол. Достойный турнир. Мухалишин против какого-нибудь бойца, который не хуже его.

Пухлые губы Фролова тронула улыбка. Он прекрасно понял, к чему клонит собеседник. Уж слишком прозрачный намек. А еще сидит и упрекает тех, кто печется о личных интересах. Лицемер!

– Ну эта проблема вполне решаема, – неторопливо сказал он.

– Правда?

– Конечно. Возьми хотя бы Женьку. Он, конечно, не Скорпион, упокой господи его душу, но Мухалишина твоего на обе лопатки опрокинет. Раунде так в третьем-четвертом, я думаю. Можем даже пари заключить, если хочешь.

– Нет, от пари я, пожалуй, воздержусь. – Велиханов покачал головой. Было заметно, что настроение его мгновенно улучшилось. – А Женьку Демьянова я бы и впрямь взял. Это мысль толковая. Спасибо.

– Да всегда пожалуйста, брат. – Фролов поднялся с кресла и прошел к бару. Велиханов наблюдал за ним, затаив дыхание. – Ты ведь собирался остаться сегодня на бои? Или нет?

– Собирался.

– Ну вот, заодно еще раз глянешь, каков он на ринге.

– Я уже видел.

– Посмотришь, в какой он форме теперь.

Фролов открыл бар, прошелся рукой по полкам и остановил свой выбор на бутылке французского вина. Сам он никогда не пил ничего, кроме рома, но держал прочие напитки для визитеров. Он наполнил бокал на тонкой ножке и протянул его Велиханову.

– Держи.

Себе Фролов плеснул из фляжки в использованный ранее фужер. На этот раз немного, почти на самое донышко. Мужчины чокнулись и выпили. Теперь Велиханов уже не был так напряжен, как в момент своего прихода. Откинувшись на спинку кресла, он прищурился, подобно коту, объевшемуся хозяйской сметаны.

– Хотел спросить тебя еще вот о чем, Фрол, – растягивая слова, произнес он.

– Да? – Фролов поднял на него бесцветные мертвые глаза.

– А ты не виделся со Скорпионом в тот день перед турниром? Не заезжал к нам в «Атлант»?

Указательный палец владельца «Рекрута» плавно скользил по хрустальной кромке опустевшего фужера. Он ответил на вопрос Велиханова не сразу. Свободной рукой привычно коснулся мочки левого уха.

– Нет. А почему ты спросил?

– Мой главный администратор сказал, что в раздевалке у Скорпиона пахло ромом. Мы даже предположили, что он мог выпить перед боем, но… Экспертиза установила отсутствие алкоголя в крови.

– Меня не было там, – жестко отрезал Фролов.

– Ну не было, так не было. Не заводись, Фрол, – Велиханов почувствовал, что сказанул лишнего, чего ему говорить совсем не следовало. Вообще не нужно было затрагивать этот щекотливый вопрос. То, что Фрол врет, это ясно как день, однако… – Просто не хотелось бы, чтобы легавые сопоставили Скорпиона с тобой. Ты же знаешь. Вот я и подумал.

– Не сопоставят. А даже если и сопоставят, большой беды в этом нет. Ты стал слишком нервным и суетливым, Леня.

Велиханов замолчал. Покосившись на початую бутылку вина, он облизал губы, но выпить Фролов больше не предлагал. Стук в дверь нарушил тишину, установившуюся было в апартаментах Валерия Александровича.

– А вот и Демьянов. Сейчас все сразу и порешаем насчет твоего турнира. Входи, Женя.

Евгений Демьянов, молодой коренастый паренек лет двадцати пяти, помимо своих выходов на ринг в «Рекруте», занимал еще и должность управляющего ночного клуба, а потому был одним из особо доверенных лиц при Фролове. Валерий в буквальном смысле подобрал на улице парня, побывавшего практически во всех горячих точках, а по возвращении на гражданку так и не сумевшего найти свое место. Фролов дал ему новую жизнь, второе дыхание, и благодаря этому обстоятельству мог теперь безоговорочно доверять своему управляющему.

При его появлении Валерий встал и переместился в крутящееся кресло за рабочим столом, которое старался занимать как можно реже, указал Евгению на освободившееся место.

– Присаживайся, Женя. У Леонида Павловича есть к тебе одно предложение. В принципе я уже дал согласие от твоего имени, но будет неплохо, если ты и сам его выслушаешь.

– Что за предложение? – Демьянов плюхнулся в кресло и открыто взглянул на Велиханова.

Леонид Павлович нервно заерзал. Он всегда не очень-то уютно чувствовал себя в «Рекруте», и если Фролов давил на него психологически, то в присутствии Евгения, невзирая на молодой возраст последнего, Велиханов испытывал чисто физический трепет. Комплекция Демьянова впечатляла. Широкие крутые плечи, мощная грудь, бугристые бицепсы. Такого встретишь ночью в темной подворотне – дрожь в ногах неделю потом не уймешь. И хотя покойный Свешников в габаритах не только не уступал Демьянову, но и значительно превосходил его, такого впечатления он как-то не производил. Видимо, все дело в лице. Морда у Демьянова была прямо-таки звериная.

– Я хотел, чтобы ты выступил у нас в «Атланте», Женя, – Велиханов прочистил горло. – Турнир на звание чемпиона. То есть сначала тебе придется, конечно, провести несколько пробных боев с кем-нибудь рангом пониже. Не потому, что я сомневаюсь в твоих бойцовских качествах, а потому, что таков регламент…

– Это понятно, – улыбнулся Демьянов, однако улыбка его получилась больше похожей на волчий оскал. – Не стоит разъяснять мне прописные истины. Что дальше?

– А дальше бой на чемпионское звание. С Мухалишиным.

Демьянов коротко обменялся взглядами с молчаливо сидящим слева от него Фроловым. Валерий налил в свой фужер еще немного рома и наслаждался ароматом, распространяемым напитком. Пить он не торопился. Казалось, в эту секунду его совершенно не волновало все то, о чем вели речь люди, находящиеся в его кабинете. Однако Демьянову лучше, чем кому-либо другому, было известно, что в действительности Фролов ловит каждое произносимое слово. Такова уж была его сущность. Знал об этом и Велиханов.

– Мухалишин – это тот самый, что замочил вчера на ринге Скорпиона? – иронично заметил Евгений.

– Да, он самый, – вынужден был признать Велиханов с явной неохотой.

«Что же такое известно этому прохвосту, чего не знаю я сам? – подумал при этом директор спорткомплекса. – Откуда подобная ирония и вызывающая манера поведения?»

– Разумеется, я в долгу не останусь, – поспешил добавить он. – Мы заплатим за каждый проведенный бой. За предварительные встречи – чуть меньше, за чемпионский – чуть больше. Конечно, таких грандиозных барышей, как здесь, в «Рекруте», я обещать не могу, но…

– Деньги в этом деле не главное, – вмешался в разговор Фролов. – И Женя это прекрасно понимает. Ведь так?

– Разумеется.

– Стало быть, согласен?

– Ну а почему бы и нет? Это ведь и лишняя практика. Только вот… – Демьянов слегка замялся. – Дела в ночном клубе.

– Об этом можешь не беспокоиться, – остудил его излишнее рвение Фролов. – Большой помехи не будет.

– Тогда, конечно, согласен.

– Вот и отлично, – Валерию успел наскучить этот разговор, и потому он решил поспешно свернуть его, вышел из-за стола и, подхватив на ходу бутылку вина, наполнил пустой бокал Велиханова. – Давай еще по одной, Леня, и спускайся в подвал. Первые бои уже скоро начнутся, а мне с Женьком тут еще кое-что обсудить надо.

Велиханов не стал возражать. Залпом осушив свой бокал, он вытер губы тыльной стороной ладони, пригладил как смог непослушные седые вихры на макушке и поднялся на ноги. Все свои вопросы он уже успел решить, а что там Фролов с Демьяновым будут обсуждать дальше, его не касалось.

Пока Велиханов покидал личные апартаменты владельца клуба, Фролов и Демьянов продолжали хранить молчание. Евгений потянулся за сигаретами, но, вспомнив, что босс завязал с этой скверной привычкой около месяца назад и предпочитал избегать курящих компаний, передумал и опустил широкую ладонь на отставленное в сторону колено. Дверь за Велихановым закрылась.

– Ну что скажешь? – с ходу обратился Фролов к подчиненному.

Демьянов прищелкнул языком и как-то сокрушенно покачал головой из стороны в сторону.

– Видок у него не ахти какой. Как он появился в баре, я сразу обратил на это внимание. А как пару рюмок опрокинул, так и вовсе раскис. Не дело это, Валерий Александрович. На таких людей полагаться опасно. Я на подобных в Чечне насмотрелся. Глядишь, раскис парниша, а буквально через неделю или пуля в висок, или в бега рвануть надумает. Что, в общем-то, по сути одно и то же, конечно… Короче, от них жди беды.

– Да сам знаю, Женя, – Фролов недовольно поморщился. – И заметил я все. Но думал, может, ошибся. Перестраховываться излишне стал.

– Не ошиблись вы.

– А что делать-то? – Валерий прошелся за спиной сидящего Евгения из одного конца кабинета в другой, обогнул собеседника и, склонившись, уперся локтями в высокую спинку кресла, в котором до этого восседал Велиханов. – Мы уже с ним слишком прочно завязаны. По всем пунктам. Скинуть с хвоста? Так он к ментам рванет или еще куда-нибудь в том же роде. Замочить? Опасно сейчас. Да и где человечка найти на его замену? Накануне крупной поставки… Ты, кстати, звонил по этому вопросу?

– Звонил, – живо откликнулся Демьянов. – Сказали, во вторник. Ну то есть завтра уже. Часиков в десять утра. Максимум в половине одиннадцатого. Сам товар прибыл, его проверили… Все как надо. Забрать только нужно, ну и оговорить новые условия. Вы же в курсе?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю