Текст книги "Файл тм1 (СИ)"

Автор книги: Николай Грошев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Сие приятно тешит моё абсолютно бескорыстное и добротою полное сердце. Воть.

Андрей стал полковником и главой подразделения (может и орден дали, не знаю точно – не интересовался), хоть и узнал я о том значительно позже. Я вообще полагал, что Андрея могут и понизить за практически проваленную операцию, но я недооценил значение генераторов для мира в целом и чинуш нашего правительственного зверинца, ну а я переехал жить в лес.

Когда кондоры покинули мой дом, я приказал Алану сделать две вещи. С первой он справился отлично – все шесть кубов в машину погрузил аккуратно, равномерно распределив их вес по площади кузова, так что колёса даже почти не проседали. А со второй возникли некоторые непредвиденные сложности. Открыв беспорядочный огонь по домику из всех стволов, робот, согласно приказу, не шибко следил куда палит, расстреливая указанный мною сектор пространства. Дом превратил в пародию на швейцарский сыр за десяток секунд. К исходу третьего десятка секунд, беспорядочной стрельбы, домик загорелся и, видать, жар от пылающих дров как-то повлиял на сенсоры робота – слишком близко к дому он встал. Плазменный шар устремился в балочное перекрытие, которое за пару секунд до того рухнуло объятое огнём. Сенсоры Алана зафиксировали изменение обстреливаемого рельефа слишком поздно – сгусток раскалённой плазмы уже улетел. Его свободное путешествие по воздушному пространству провинциальной России завершилось красочным приземлением, на одном из балконов единственного двадцати этажного здания в городе. Алан стрелять прекратил, и мы вместе, стоя плечом к плечу, любовались едва видимым отсюда дымно-огненным шлейфом, в котором вниз попадали обломки балкона и часть стены.

–Вандал. – Похвалил я Алана.

–Временная неисправность визуальных сенсоров…

–Зато как красиво пиздыкнулся этот балкон! Правда, Алан?

–Не понимаю сути вопроса.

–И не надо. Валим дружище.

Вот так закончился этот эпизод моей биографии. А ведь могло всё выйти совсем иначе. Например, послали бы не моих бывших сослуживцев, а другой отряд, а то и вовсе другому подразделению дали бы это задание. «Альяру» например…, эти меня пришили бы, а потом стали бы выяснять, того, кого надо они пришили или это очередная «случайная жертва» процветающего в наше время исключительно подлого терроризма? Повезло. Снова на фарт надеяться не было смысла. Фортуна, та мелкая сучка, что отвечает за удачу, она ведь чрезвычайно ветрена. Сейчас она благосклонна, а спустя час её уже ломает вам помогать. Так что я ушёл в подполье. Лесное.

На машине уехали в сторону тайги. Дождались утра на съезде с шоссе и с рассветом начали искать просёлок, выглядевший как можно более заброшенным. Такой нашёлся – заросший травой, кое-где на нём даже деревья проклюнулись, собственно на первый взгляд опознать в этом кустарнике бывшую дорогу, было не так-то просто. Глянешь – обыкновенный луг. Приглядишься – странный луг, вероятно, когда-то дорогой был. По нему и поехали. Через пару километров дорога исчезла совсем, и путь перегородила лесная чаща. Тут и остановились. Алан разгрузил кузов, унёс кубы, свёрнутые кабели, в овраг, густо поросший кустарником, метрах в пяти ста от места гибели просёлка (овраг я нашёл, после получаса блужданий по округе) и этой же ночью поехал избавляться от машины, в противоположную от шоссе сторону. Там имелось несколько озёр, в одном из них он её и утопил.

На следующий день я созвонился с Магической Охраной и потребовал встречи с их представителем. Мои намерения нельзя было назвать шибко разумными, но особого выбора у меня как-то не наблюдалось. Мы встретились на 45-ом километре шоссе. Я с кейсом в руках и этот парень почти с таким же кейсом. Что интересно приехал он на старенькой модели отечественного джипа..., и парень не скрывал своего удивления. Когда я вручил ему кейс полный бриллиантов, он и вовсе выглядел поражённым до глубины души. Попросил подождать – так у них дела не делались, клиент платил поэтапно и поэтапно же принимал сделанную работу (либо не принимал, просто платил, в зависимости от пожеланий самого клиента). Ушёл в машину и минут пять с кем-то разговаривал по видеофону – он на приборную панель смотрел и с ней разговаривал. Видеофон, только я впервые видел, что бы такую игрушку ставили на такую древнюю машину. Поговорив с начальством, парень вышел на улицу и сообщил, что формальности улажены. Мне остаётся только ждать звонка с указанием точного адреса. Ещё сказал, что подобная ситуация у них впервой, так что работы по заказу будут проводиться с максимально возможной поспешностью.

–Отлично. Кстати, я надеюсь, что с вашей стороны будут выполнены все условия. А то расстроюсь. – Сказал я ему и тут же понял что зря. Парень резко выпрямился, вскинув подбородок и сузив глаза – будто я ему пощёчину залепил.

–Вы не понимаете, с кем имеете дело. Господин Шилов компания не кидает своих клиентов. Больше не позволяйте себе таких выпадов – однажды вам снова может понадобиться наша помощь. До свидания.

Протянул мне руку для рукопожатия, а потом сел в машину и уехал, не дожидаясь ответа. Вот так. Запомнился мне этот парень. И рука его, которую я пожал. Крепкая, с маникюром и серебряным перстнем на пальце. В перстне большой камень, если не ошибаюсь красный. Красивая безделушка, удачно вписывающаяся в образ этого гордого паренька.

В лесу я жил до поздней осени. В город не выходил ни за едой, ни за одеждой. Так я задумал с самого начала, но кое-что упустил. Телефон – единственное средство связи, которое я себе оставил. Абсолютно новый, ни где не засвеченный, купленный одним хорошим человеком, который жил напротив меня. Пил человек много часто и вряд ли помнил, что однажды купил и отдал какому-то молодому человеку телефон. А что бы он помнил ещё меньше, я дал ему денег, достаточно, что бы он не просыхал с пару месяцев. По этой трубе вычислить меня не могли, по идеи. Тут я, правда, ошибся – таки нашли. Но в тот момент сложилась ситуация такая, что в тайге подзарядить его не где было. И выходить в город опасно. Алан спас положение. Мой боевой робот умел заряжать электронные приборы! Причём дистанционно, правда, таким способом зарядки, аппаратура неизбежно портилась. Телефон пришлось держать в основном выключенным, что бы очередная зарядка не угробила его к ядрёне фене. По оценкам самого Алана, он мог выдержать 3-4 подзарядки, после чего «импульсная дисфункция» сожжёт его электронную начинку. О чём он говорил, я не понял, но связь стала очень ограниченной.

Жизнь в лесу, особенно в таёжном, вещь не сладкая. С едой проблем не возникло – нас учили выживать в самых гиблых условиях, а уж летом да в тайге, выжить куда проще, чем в пустыне. Только комары достали так, что к осени у меня по ночам глаза горели как у голодного вампира. Зато я впервые за шесть с лихом лет отведал медвежатины. Да…, мишка пришёл посмотреть, чего тут забыли люди и почему без его разрешения, а, посетив наш скромный бивуак, жутко расстроился. Почему не знаю, но очень расстроился. Алана бить стал и меня съесть захотел – злой как-то был мишка. Я то убежал, на дерево влез як сайгак молодой на холмик высокай, а вот Алан убегать привычен не был, по деревьям лазать не умел, так что мишке врезал в ответ. Череп бедолаги, знакомства с усиленной бронёй не выдержал и треснул. В общем, умер мишка. А что с ним делать, с мёртвым-то? Не хоронить же. Съел я его. Но я ему был очень благодарен. Мясом я в лесной своей обители, разживался не часто. В основном корни и травы. Очень не хватало там кофе, соли, других приятных вкусу и вредных организму штучек, не смог я найти некоторые травы, которые могли бы облегчить мою жизнь на природе, но в целом, лесная жизнь не стала слишком обременительной.

Одно обстоятельство не давало покоя всё это время – я всё чаще замечал, что буквально изнываю от желания пересечь грань. Ночами, глядя на звёзды, когда-то я мечтал о космических полётах, исследовании новых миров – грезил наяву. Тогда в лесу, я часто смотрел на эти звёзды, но ни разу меня не посетила мысль о далёких мирах, что вращаются вокруг этих звёзд. Мне было плевать на них. Я смотрел на звёзды, а разум извлекал из памяти все, казалось бы, забытые фильмы, исход которых или нечто бывшее в них, меня когда-то волновало. Теперь я мог войти в них и переписать события! Я мог войти и забрать то, о чём мечтал, просто взять и принести сюда, в родной мир…, какие там к лешему звёзды – у меня под носом миллионы вселенных в каждую из которых я легко могу прийти, не покидая собственного дома!

Мою жизнь на природе мог бы облегчить всего один выход за экран, но, к сожалению, при мне не имелось ни одного диска или кристалла с записью. Выходить же за ними в город, я опасался. Чем меньше я передвигаюсь, тем меньше оставляю следов.

Когда листья начали желтеть, а по утрам стало холодать, в тайгу пришли люди. Нет, они и раньше приходили – туристы всякие. Их легко было избегать. Они искали впечатлений, сомнительные приключения в дремучем и тёмном овраге, где поселился я, их волновали мало. Но в этот раз, пришли другие люди. Серьёзные, молодые, в странных костюмах, вооружённые. Они вошли в лес и двинулись длинной цепью. Не знаю даже, сколько всего их было, но цепь они растянули, насколько хватало глаз. Мне очень не понравилось их оружие, пистолеты «Заря», оружие, изготовленное на основе технологий, новых для моего мира. Похоже, это была уже четвёртая сила, вышедшая на охоту за мной. Если с лазерным оружием я сталкивался, то о таких как «Заря» только слышал. Видел, как оно действует, но только один раз на учебной записи на базе «Кондора». Жуткая вещь. Один выстрел и человека рвёт в куски. Никакая броня не спасёт от пуль этого пистолета. Каждая – мини граната. И взорвётся она там, где коснётся цели. При взрыве гранат, иногда люди выживают, но лишь потому, что взрыв происходит на некотором удалении от человека и есть микро шанс попасть в «слепую зону», туда, где осколки не были выброшены либо выбросило малую их часть. Пуля «Зари» взрывалась в непосредственном контакте с целью. Смерть, как ты ни крути. Выдержит бронежилет – морду разворотит так, что если сразу не умрёшь от осколков и болевого шока, то спустя пару минут от потери крови ласты склеишь.

Кто они и зачем им понадобился я, не вполне понятно. Ну, если подумать, зачем им сдался я, понятно, а вот кто они сами такие? Уйти от них, не обнаружив себя, возможности не было. Так что мы затаились. Цепь прошла мимо, нас не засекли. Может, и не за мной приходили эти странные ребята, не знаю…, но в лесу прятаться мне больше решительно не хотелось.

Едва цепь прошла, я рванул к шоссе, оставив Алана сторожить аппарат. И там, на опушке леса, я увидел странную картину. Спрятавшись за деревом, в подлеске, я следил за шоссе минут сорок. Всё это время, на видимом участке шоссе стояло десяток машин. Несколько грузовиков, остальные иномарки с полной тонировкой стёкол, одна машина на реактивной тяге. Людей возле них практически не было видно. Только трое стояли на обочине и смотрели на лес. Все сорок минут они стояли как истуканы и, казалось, даже не дышали. Два амбала в чёрных деловых костюмах, по бокам от седого, морщинистого старика. Этот был одет в серый костюм, элегантный, но странно смотревшийся в комплекте с этим сморщенным лицом. Седой мне сильно не понравился. От него, буквально за версту веяло ледяным холодом смерти. Страшный человек. Уверен, он мог убить просто, что бы посмотреть, под каким углом упадёт тело. Без эмоций, без удовольствия, просто, что бы проверить собственные умозаключения.

Потом случилось нечто странное. Старик в сером пиджаке поднял правую руку к лицу. На запястье у него было что-то надето, что – я не берусь судить. Если непредвзято оценивать то, что я видел – у него на руке был мини видеофон и ему кто-то позвонил. Над браслетом полыхнула неразборчивая дымка (с такого расстояния я не уверен, что и дымку-то эту видел, могло и показаться), старик посмотрел толи на часы, толи на голографическое окно микро видеофона…

Понимаю, бредово звучит. В то время видеофон размером был со среднюю кастрюлю, причём то были самые новые его модели, а тут браслет на руке…, кто знает. Влад вот смог создать АРы значительно опередившие своё время. Я знал о существовании таких видов оружия как «Заря», работающих вообще на непонятных принципах физики, вероятно, даже не квантовой, а такой, которой ещё не придумали названия. Может и то, что я видел, было именно тем, что я видел. Не знаю. Старик смотрел на свой браслет с полминуты, а потом опустил руку и что-то сказал, кажется просто в пустоту. Что-то короткое, губы шевелились всего пару секунд.

Минут через десять цепь вернулась к дороге. Один из людей её составлявших подошёл к старику и что-то ему сказал. Старик кивнул и сел в машину на реактивной тяге. Вскоре все эти люди покинули тайгу, тем летом приютившую меня. Больше я их никогда не видел. И хорошо, что не видел. «Альяр», вдруг показался мне сборищем глупых, оголтелых юнцов, в общем-то, безобидных, просто весьма шкодливых.

На страх и риск пришлось остаться в таёжном овраге ещё на несколько недель. Меня больше не беспокоили, а потом позвонили ребята из «Magic Guard». Мой домик, был готов к заселению.

Мне назвали адрес, а я попросил отвезти меня туда, на их транспорте. Они пошли мне на встречу, и вскоре на шоссе появился вместительный автомобиль, сильно напоминавший любимую пролетариатом рысю. Алан загрузил в кузов аппарат, туда же погрузился сам. Я поехал в кабине с водителем. Причём водила там был не простой. Всё-таки, эти ребята были куда серьезнее, чем я предполагал. Водитель пожилой, серьёзный, одетый просто, пальцы слегка заляпаны смазкой или машинным маслом, непонятно – обыкновенный как морковка дальнобойщик. Если не приглядываться. Ногти явно были хорошо знакомы с маникюрным салоном. Лицо, хоть и простое, но отмечено какой-то внутренней гордостью, а на пальце правой руки серебряный перстень. Простой, без камней и прикрас, но с красивыми завитушками на боковинах.

В пути мы с ним как-то разговорились. Как-то у нас началось после остановки возле заведения «Бани Ашотика – лучшие ашотики, только у Ашотика!». Семён – так звали моего водителя, весьма тактично указал мне на мой помятый костюмчик, стиранный всего трижды в роднике таёжном. Намекнул на не совсем приятный запах, исходивший от меня. От дальнобойщика ожидать такой тактичности было трудновато, о чём я ему тут же и сообщил. Семён расстроено развёл руками, но говорить по-другому, видимо просто не умел. Хороший мужик, уж слишком воспитанный, но хороший. Эта поездка стала самым приятным событием в моей жизни за тот год.

Пока я отмокал в банях неведомого Ашотика, у которого ещё и загадочные ашотики где-то прятались, Семён раздобыл новую одежду, для меня. Дешёвую, простую: я стал выглядеть как его напарник в нелёгком деле перевозки разных грузов по ухабистым дорогам матушки России. Тоже, если не приглядываться. Шибко крепкая у меня фигура, да и лазерные ожоги на головах мирных водителей встречаются не часто.

Ехали почти неделю, останавливаясь в маленьких городках на ночлег. Без приключений. Даже дорожная полиция останавливала всего два раза. Причём второй раз, инспектор просто встал перед окном и стал выразительно смотреть на Семёна, сующего ему документы. С минуту стоял. Семён тяжко вздохнул, документы убрал, сунул в окно три сотни и полицейский с ленивым зевком ушёл туда, откуда появился. Так и добрались.

Нас вновь окружала тайга.

На холме, в километре от лесной стены и метрах в пяти ста от первых деревьев, стоял мой новый, трёх этажный домик. Настоящий особняк!

У входа ждала молодая девушка, в костюме, наполовину пошитом из кожи, наполовину из шерсти. Довольно странноватая смесь, но то, во что эти модные штучки превратились через сорок лет – даже вспоминать противно. Юная дама тоже носила серебряный перстень, но с камешком – если не подделка, а я сомневаюсь, что эти люди одели бы на себя подделку, то камень являлся не слабых каратов сапфиром. Девушка чем-то очень походила на Семёна и того парня, которому я отдал свои камни. Не знаю, может они были родственниками, а может, их роднило это выражение гордости на лицах. Она передала мне кейс с набором документов. Теперь меня звали Аквилов Сергей Юрьевич, дом я, оказывается, ни у кого не заказывал, а получил в наследство, от преждевременно скончавшейся матушки Аквиловой Авдотьи Семёновной. На первый взгляд документы были в полном порядке, и я отправил Алана на разгрузку. Ключи от дома к документам прилагались.

Когда Семён и не представившаяся дама, сели в грузовик и поехали прочь, я занялся осмотром моего нового пристанища. И начал я с того, что обежал его кругом. Я осмотрел землю, фундамент – буквально всё что можно, но ни единого следа, говорившего о не давней стройки, шедшей ударными темпами, не обнаружил. Трава лежала нетронутая свежая, фундамент выглядел крепким, но замшелым и старым. Стены казалось, недавно подвергли тотальному ремонту, но сам дом будто бы стоял тут уже многие годы…, честно я задумался над этим. Что если они просто перестроили уже имевшийся домик? Впрочем, даже если бы это было так, я уже не смог бы возмутиться сим фактом.

Мне захотелось посмотреть на дом издали. Я отошёл в поля на несколько сот метров. Там остановился и стал смотреть. Я проверил – дом обшили стальными пластинами, но вот отсюда, они казались обыкновенным хлипким эконом-вариантом обшивки. Хромированная жесть сайдинга с виноловым напылением. Винол делал материал практически не разрушаемым, под воздействием стихии и был дешёвым, чем соблазнялись многие строительные конторы. Вещь сильно устаревшая, потому и дешёвая и не солидная, но любили её и клиенты. Смотрелось красиво, износ обшивки сводило к минимуму, стоило мало. А в моём новом домике ещё и наличи поставили на обшивку. Получилось красиво – по всей площади стен завитушки, имитирующие виноградные лозы. Казалось, особенно издалека, будто весь дом увит виноградом…, серебряным виноградом. Впрочем, несмотря на некоторую глупость такой раскраски, в то время считалось модно и круто, вешать на дом металлический виноград разных цветов. Тут неведомый архитектор, отчего-то выбрал серебряные тона. Не знаю, мне понравилось.

Окна сливались цветом со стеной, и казалось, их нет вовсе. Прозрачное стекло с внутренней тонировкой фотоэлементами Брайна – он реагировал на свет, и окна можно было настроить на разные режимы отражения. И вот это уже считалось вещью дорогой и даже признаком большого достатка. Мне оставалось только аплодировать архитектору сотворившему этот дом. Винол, сайдинг плюс дорогущие стёкла, на грани нано технологий – такое творили только среднего достатка коммерсанты, со своими загородными домами. Экономя на одном, они сэкономленное вкладывали в другое, пытаясь пустить побольше пыли в глаза. Построить навороченный ультра современный дом как у финансовых воротил из топ листа журнала Форбс, они не могли по средствам, но из кожи вон лезли, что бы показать, что и они ненамного беднее и обладают, куда большим чувством прекрасного. В результате получались вот такие домики как мой.

В моём со стороны всё так и выглядело. Как и со стенами, окна, тоже лишь выглядели дорогущей стеклотарой с Брайновскими плюшками. Стекла там не было в помине. Прозрачный высокопрочный пластик, более твердый, чем листовая сталь стен.

Налюбовавшись своим домиком издали, я решил вернуться и осмотреться внутри. Тут и обнаружилась очень интересная деталь. Я прошёл через луг. Остановился. Вернулся и стал смотреть вниз. Прошёл ещё немного назад. Присел на корточки и круглыми глазами уставился на почву. Точнее на луговую траву. Она цветом разная была! Вернее сказать оттенком. По одну сторону чистейший изумруд, а в сторону дома трава становилась тёмно-зелёной. Я не поленился и руками раскопал там ямку. И восхищённо матюгнулся. Дёрн был заменён на огромной площади. Пройдёт зима, весна, настанет лето и разницу уже никто не увидит, но сейчас, если приглядеться, было заметно, что трава на сотню метров вокруг дома народилась явно не в этих краях. Причём приглядываться надо было, именно тут, на границе между местной и завезенной травкой луговой. Вот такие пироги выпекали ребятки с серебреными перстнями. Дом построили с нуля, без сомнений, но замели следы так, что без спектрометра не догадаешься, что тут стояло годами, а что появилось лишь пару месяцев назад.

Я вернулся в дом и приступил к осмотру своих владений изнутри.

Мои новые друзья, страдавшие необъяснимой тягой к серебряным побрякушкам, не подвели ни по одному пункту. Всё сделали в точности, как я просил.

Первый и второй этаж, складские помещения, одинаковых размеров с дверьми, только внешне выглядевшими красивыми резными деревяшками, в доме богатого амбициозного коммерсанта, ещё не заработавшего свой первый миллиард. Третий этаж являлся жилым и имел всё необходимое для приятного времяпровождения: виртуальный симулятор, модно обставленный зал для отдыха, шикарный бар и так далее. Имелось также несколько подвальных этажей, в которые попасть можно было только через шахту лифта. Причём сам лифт располагался в одной из стен и если бы я не знал, где именно, то и сам бы его не нашёл. Вот подвал, уже никоим образом не напоминал жилище богача, страдавшего полным отсутствием вкуса и неприличным избытком наличных средств. Подвальные этажи, своим существованием нарушали сразу половину всех статей действующего уголовного кодекса.

Первый представлял собой стрельбище, напичканное самым современным оборудованием и далеко не травматическими видами оружия. Второй, при необходимости, мог стать убежим. На этаже имелось всё необходимое для жизни в полной изоляции в течение полугода и кое-что, для помещений такого типа несвойственное. Обычно в подобных убежищах, бань не строили. В общем, в случае чего я мог полгода торчать там с комфортом, ни в чём, кроме загара не нуждаясь. Только на этом этаже присутствовали дополнительные двери, позволявшие герметично закрыть выход из шахты лифта, а их конструкция была задумана столь хитро, что даже при проникновении недругов в шахту, они ни за что не догадались бы, что сия монолитная железа, на самом деле дверь. Что бы это понять, требовалось либо иметь подробный план нижних этажей здания, либо раскопать шахту на пять метров в обе стороны, как раз на уровне второго этажа.

Третий представлял собой просто очень большой и очень современный спортивный зал – всегда хотел иметь личный спортзал и двух личных тренеров с пятым размером груди, в белых гольфиках…, ну, тренеров в заказ никто, конечно, не включал, зато зал у меня таки теперь был!

Четвёртый этаж оставался пустым. Собственно его я заказывал, что называется по наитию – понятия не имею, зачем он мне понадобился, но в будущем этаж пригодился.

И, наконец, последний, пятый подземный этаж здания. Он так же был девственно пуст, за исключением дальней стены. Её полностью занимал стеллаж с различными носителями видео данных. Ни одна запись не повторялась – по крайней мере, так планировалось. Ещё сюда привезли нечто большое, угловатое с широкой линзой – самые мощные и самые надёжные источники света, какие компания сможет найти – видимо, это они и были. На этом этаже практически весь потолок был усыпан лампами. Включались они тремя секциями и при включении всех секций, потолок превращался в сияющий океан света…, представляю, как ломали голову строители, пытаясь понять, зачем этому маньяку заказчику такое освещение, да ещё и два прожектора, луч коих вполне мог бы служить прибрежным маяком.

На этом этаже я и разместил аппарат Климова.

Мой чудесный домик отличался от всех прочих домиков не только этими замечательными деталями. Его так нашпиговали разной электронной и не шибко, дрянью, что одна магнитная бомба, вызвав короткое замыкание, могла запалить весь дом сразу. Могла бы, если бы не современная изолирующая обмотка по всем важным соединениям и узлам. Только часть из всего впихнутого в домик оборудования, при судебном процессе Государство против Сергея Шилова, могла послужить сто процентным основаниям для прокурора, требовать в качестве меры пресечения газовую камеру. Хорошо, что её отменили…, с детства на разные смертельные газы жесточайшая аллергия – начинаю быстро чахнуть и неприлично материться.

По всему периметру дома, в стенах, под прикрытием тех самых «виноградных лоз», были установлены средние пушки, плюющиеся горячей плазмой. В крыше три зенитных орудия мелкого калибра. Вместо чердака имелся четвёртый этаж, где размещались семь полностью заправленных машин на реактивной тяге, каждая машинка несла на себе ничем не прикрытый скорострельный пулемёт. Газон вокруг дома усыпали фугасы в пластиковых оболочках. Фугасы не устанавливались только в восьми секторах – их занимали подземные гаражи. Ни один из гаражей не мог бы использоваться для ремонта, не было в нём собственно места, даже что бы нормально развернуться. Всю площадь такого гаража занимала микро катапульта и лёгкий танк с внедрённой системой автоматического управления. Катапульта выбрасывала танк, сообщая ему достаточно энергии, что бы он вылетел из гаража, по сути являвшегося ямой с металлической облицовкой, на пару метров в сторону. После чего танк мог начинать работать. Вот упаковать его обратно было непросто, а активировать и пустить по головы вражьи – без проблем. Конечно, заказанные мной машины, против самых простых армейских танков долго не протянут, но я и не думал, что мой дом могут начать штурмовать с такой поддержкой. В сущности, мои мини танки, должны были бы стать эффектом неожиданности, который обеспечит мне одну победу. Если меня найдут и попытаются выбить из этого дома, ждать второй атаки, смысла нет. Отвлекающий манёвр, в виде ожесточённой обороны и пока враг сражается с автоматами, встаю на лыжи.

К домику имелась пристройка, которая являлась уже самым обычным гаражом с моим собственным небольшим автопарком. Пять современных машин на реактивной тяге, самых последних моделей и одна сделанная по спец заказу – внешне новенький форд, а на деле бронированная тачка, с дополнительным двигателем и повышенным расходом топлива. Кстати, Форд – единственная компания мирового автопрома, которая до последнего сопротивлялась появлению новых машин, на новых источниках энергии. К их величайшему сожалению, да и к не меньшему сожалению нефтепромышленников, в игре присутствовал кто-то еще, и этот кто-то настойчиво проталкивал новые технологии в автомобильном строительстве.

Кроме перечисленных маленьких радостей, присутствовала одна мною не заказываемая, видимо, являвшаяся своего рода подарком фирмы. Дом можно было заблокировать дистанционно и наполнить ядовитым газом…, честно говоря, мне эта функция не шибко понравилась. Я несколько часов потратил на изучение этой системы, пытаясь найти удалённые подключения. Потом отправил делать тоже самое Алана. Кто знает, вдруг систему установили на случай, если потребуется меня тихонько убрать, в моей же неприступной крепости. Ни я, ни Алан, ничего подозрительного не обнаружили.

Управлялось всё это чудо компьютерной системой, терминал которой, имелся почти во всех помещениях дома. Кроме того, я мог управлять системой голосом, даже не подходя к терминалу. Несколько покоробила меня эта компьютерная система дома. Дело в том, что она, как и Алан, являлась аналоговой. Нет, против разума у машин я ничего против не имею, но, чёрт возьми – у этой конкретной машины в её незримых виртуальных руках были сосредоточены все ниточки управлявшие всем этим чудесным домиком. Замкнёт этого аналогового монстра и решит он, что я угроза его мирному существованию, заблочит дом и наполнит его газом…

Конечно, нет. Даже тогда, эти простейшие системы ИИ, имели серьёзные программы-блоки, для предотвращения любой опасной самодеятельности. Но, к сожалению, меня это не слишком успокаивало. Просто не люблю, видимо, когда механизм, умнее меня…

–Это не так сложно Серёжа, как тебе кажется. Тут даже не нужен сложный компьютер, хватит обычного тетриса. – Раздался мягкий, слегка шипящий голос, от переборки каюты.

–Уууу… – Простонал солдат. – Крэдок, ну что опять стряслось?

–Стряслось. – Отозвался преданный друг солдата. Некоторое время он молчал, смущённо переминаясь с лапы на лапу. А потом, опустив голову и тяжело вздохнув, Крэдок произнёс. – Ты зачем всё молоко выпил?

–Что?... а…, прости…, как-то не подумал…

–А всю рыбу кто сожрал? – С явным осуждением в голосе проговорил рыжий друг капитана корабля. Большие алые глаза смотрели с непередаваемым словами немым укором.

–Как кто? – Недоумённо откликнулся капитан. – Ты.

–А зачем ты позволил мне всё съесть ещё до входа в гиперпространство?! Мяу-мау-мяяяуии…

–И что это было? – Полностью выслушав мяукующую, длинную и раздражённую, тираду своего верного друга и единственного члена экипажа, вопросил капитан.

–Не переводится. – Буркнул Крэдок, изящно разворачиваясь на месте и вскидывая пушистый хвост трубой, вышел прочь из комнаты. Из коридора донёсся тихий шелест, и едва слышимый свист – Крэдок не пожелал идти пешком и, расправив крылья, полетел по коридору.

Минут пять стояла полная тишина. Капитан, всю свою жизнь, выполнявший задачи, которые обычно ставятся солдату, улыбнулся и продолжил свой рассказ.

–Меньше жрать надо и не будет рыба кончаться…

Неделю я не занимался ничем иным, кроме как знакомством со своим новым домом. Облазил каждый угол и уголочек. Изучил проводку, схемы, расположение всех систем, подробно изучил планы дома (правда, их я понять почти не смог, чертили их для тех, кто в чертежах разбирается). В этом мне помогал Алан. Боевой робот, самоотверженно сканировал каждый уголок дома и прилегающей к нему территории в поисках жучков и любых других скрытых сюрпризов. Всё-таки я не мог до конца поверить, что компания выполнила все условия сделки честно. Ну, а, кроме того, нельзя не учитывать того факта, что в компании этой могут быть «левые» люди. Поставит так какой рабочий неприметный жучка и сливает местоположение новой крепости сторонним лицам, не зная, кто там будет жить. А сторонние лица уже по своему разумению распоряжаются полученной информацией. Конечно, для такой цели жучков ставить не шибко то и надо – просто запомни положение на местности. Впрочем, я полагал, что все рабочие, коим «серебряные перстни» не доверяли всецело, доставлялись сюда как минимум в закрытых машинах и вряд ли могли знать, где именно работают. По крайней мере, я, на месте компании, поступал бы именно так. Чем меньше людей знает, где ведётся строительство тем лучше для дела.