355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Шавыкин » «Партизаны» флота. Из истории крейсерства и крейсеров » Текст книги (страница 4)
«Партизаны» флота. Из истории крейсерства и крейсеров
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 19:36

Текст книги "«Партизаны» флота. Из истории крейсерства и крейсеров"


Автор книги: Николай Шавыкин


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Косые паруса появились еще на византийских драмонах и их «потомках» – галерах. Главным типом арабских кораблей стал так называемый дао. Этот корабль имел две мачты с косыми парусами, длинный и заостренный форштевень. Такая форма повышала маневренность и, несмотря на незначительное удлинение – отношение длины к ширине не более четырех, обеспечивала приличную скорость. Что еще нужно для пирата? Флот арабов стал самым сильным на Средиземном море и к моменту высадки в Испанию мог вместить до 12 тыс. вооруженных воинов.

Арабы на своих легких кораблях провели ряд успешных рейдов: в 846 году был разграблен Рим, в 848 году – Марсель, в 869 году – Арль и т.д. Крестовые походы на время ограничили деятельность пиратов, во всяком случае, в его восточной части.

Из всех европейских государств только Венеция с помощью силы и дипломатии смогла противостоять арабским «крейсерам». Венецианцы и арабы сумели прекрасно договориться и разделить сферы влияния. Их modus vivendi еще долго будет под охраной торговой (чего не сделаешь ради прибыли?) Венеции.

Можно долго рассказывать о многочисленных разбойничьих операциях североафриканских пиратов и их кораблях, но цель этой книги все же – корабли крейсерского назначения. Однако чтобы закончить рассказ о противостоянии Европы и арабов, необходимо вспомнить выдающихся деятелей этой длительной, растянувшейся более чем на полтысячелетия, борьбы.

Но прежде кратко остановимся на двух моментах в истории. Первым таким моментом было появление на Средиземном море викингов. Этот народ уже долго существовал во многом за счет пиратства. Но их разбои в Северной Европе носили прибрежный характер, и назвать их «крейсерскими» можно с очень большой натяжкой. Иное дело их экскурс в Средиземное море. В 1061 году легкие дракары норманнов-викингов захватили Сицилию. Их вождь Роже I стал королем и основал, хотя и ненадолго, свою династию. Во время правления Роже II на Сицилии был разработан тип «крейсера» (по определению Ж. Блона), наиболее подходящий для Средиземного моря. В основе его лежал тот же дракар. На этих кораблях норманны успешно воевали против североафриканских арабов.

Вторым важным моментом на Средиземном море было появление нового мощного противника – турок. Под их ударами пала Византия. Значительная часть арабских владений попала под их влияние. И даже дальний Магриб вынужден был признать свою вассальную зависимость от Стамбула

Теперь вернемся к противостоянию мусульманского и христианского миров на море, вернее его окончанию.

Борьба на Средиземном море между мусульманами и христианами связана с тремя выдающимися флотоводцами. Помимо того, что они были сами по себе знамениты, они широко использовали в руководимых ими операциях корабли крейсерского назначения. Имена этих адмиралов: Андрея Дориа и Хайреддин Барбаросса (вернее, Хайр-эд-Дин – «хранитель веры»). Их взаимная длительная борьба велась с переменным успехом в течение долгого времени. Однако оба они в этих многочисленных боях уцелели, дожили до глубокой старости и умерли, как говорится, «при враче и нотариусе». Вот несколько эпизодов из их взаимной борьбы. Следует отметить, что основным типом кораблей, на которых они воевали друг против друга, были галеры и другие легкие корабли.

Первым успешным делом Дориа в операциях против пиратов был захват трех галер и двух турецких транспортов с богатым грузом драгоценностей. Этот приз позволили Дориа создать так называемый «флот Дориа». (До этого в его распоряжении было всего шесть небольших галер.) Двумя годами позже он разгромил пиратскую эскадру североафриканского пирата Гад-Али. В этой важной победе над пиратами Дориа захватил семь галер, в том числе и флагманскую вместе с командующим Еще через два года Дориа принял участие в рейде христианских кораблей на пиратскую гавань в Бизерте. Здесь он впервые столкнулся с кораблями Барбароссы. Следующая встреча этих адмиралов произошла у острова Эльба. В этом бою Дориа захватил 15 пиратских кораблей. Барбаросса благополучно избежал плена, сумев оторваться от противника на быстроходном галеоне. (Паруса уже играют важную роль, в том числе и в скорости кораблей.)

В 1532 году обстановка в Европе заметно осложнилась – султан Сулейман захватил Будапешт и угрожал Вене. Для того чтобы отвлечь турецкие войска от центра Европы, была предпринята операция по нанесению удара по турецким владениям в Греции.

К Дориа присоединилась венецианская эскадра Капелло из шестидесяти галер. Турецкий флот, находящийся в районе Пелопоннесса, боя не принял и бежал. Цель операции – крепость Корон пала. На следующий год произошла еще одна встреча противников. Турецкий командующий Люфти Пасция во главе флота из шестидесяти галер и тридцати транспортов был отправлен для освобождения крепости Корон.

Дориа располагал примерно таким же флотом. Столкновение кончилось ничем – после ряда нерешительных маневров и робких атак турки снова отступили. После этих неудач султан Сулейман пригласил Барбароссу командовать флотом. Первое, что сделал новый адмирал – увеличил число галер до восьмидесяти четырех и предпринял опустошительную крейсерскую операцию по всему побережью Италии, Корсики и Сардинии.

На следующий год огромный флот под командованием Дориа блокировал Тунис, основную базу Барбаросса, чтобы раз и навсегда покончить с этим пиратским гнездом. Флот, в основном состоявший из галер, насчитывал 290 вымпелов. Однако Барбаросса сумел спрятать лучшие галеры, а сам бежал в Бона Некоторое время спустя он совершил рейд на Минорку, захватив до 5500 пленных. (В Стамбуле он был встречен как герой.)

Через три года противники вновь встретились в районе Пелопоннесса. У Барбароссы было 122 галеры, у Дориа – 195 кораблей, в том числе и несколько больших галеонов (эти корабли все чаше входили в состав флотов, особенно европейских). Встреча закончилась безрезультатно.

Последней операцией Дориа против пиратов была попытка захватить Алжир. Время операции было выбрано неудачно – наступили осенние шторма, и она закончилась провалом. (Несмотря на все достоинства галер, этот класс кораблей был все же маломореходным, и частая гибель от дурной погоды вынудила морские державы переходить на более мореходные, высокобортные корабли.)

Сильнейший удар по алжирским пиратам, находящимся под покровительством Османской империи, нанесли объединенные силы Испании, Венеции и флота папы римского в 1571 году. Это было одно из самых кровопролитных морских сражений за всю эпоху войн. После неудачной операции против Алжира в течение тридцати лет турки вели активные действия против владений Венеции и захватывали один остров за другим В 1570 году они высадились на Кипре. Союзники, располагая флотом из 197 галер с 1300 орудиями (пушки уже прочно завоевали место, как один из основных видов вооружения) и более чем 50 тыс. солдат и матросов, не оказали туркам достойного сопротивления, если не считать нескольких незначительных стычек между отдельными группами галер. Нужно было принимать решительные меры, и в 1571 году была организована «Священная лига». Командовать флотом «лиги» поручили дону Хуану Австрийскому. Тем временем турки продолжали активные действия. В марте к Родосу подошли 30 турецких галер. В мае их число возросло до 250, а армия насчитывала более 80 тыс. человек. Располагая такими силами, турки продолжали набеговые операции на соседние острова, в том числе и на Крит. Наконец командующий турецким флотом Али-паша получил приказ атаковать и уничтожить союзный флот.

Дон Хуан тщательно готовился к предстоящему бою. При этом он уделял главное внимание сохранению строя и активному использованию огнестрельного оружия. Для этого впереди сомкнутого строя галер он расположил 6 галеасов со 100 аркебузирами на каждом Большое внимание он уделил также разведке. На переходе передовые разведочные корабли днем находились на дистанции в 20 миль, ночью – на дистанции в 8 миль. Расстояния весьма значительные для удаления разведчиков от основных сил и для более поздних времен. Это было нововведение, сыгравшее огромную роль в последующих боях на море. Иной раз грамотно организованная разведка решала исход всего боя, а ее отсутствие приводило к катастрофе. 26 сентября флот «лиги» пришел на Корфу. Качество разведки у союзников было на высоком уровне, и они получили сведения о том, что часть турецкого флота отделилась, но атаковать эти 60 галер не представлялось возможным – нужно было пополнить запасы провианта и, главное, воды. Расставив разведочные корабли в пределах дальней видимости, дон Хуан распорядился о пополнении запасов. Пока шла погрузка запасов, часть кораблей была готова встретить неожиданно появившиеся корабли противника. 3 октября 1571 года союзный флот вышел из Каменицы и на следующий день пришел в порт Петала.

Турецкий флот, в свою очередь, перешел от Лепанто в бухту Галата. Таким образом, противники сближались. В отличие от дона Хуана разведка турок была не на уровне, и Кара-Джали плохо ее выполнил, неправильно оценив и значительно уменьшив силы противника. Наконец утром 7 октября противники встретились. Союзники имели 203 галеры и 6 галеасов. Дон Хуан возглавил центр из 53 галер.

Левым флангом из 53 галер командовал венецианец Бартарелло, правым – 50 галер – генуэзец Д. Дориа (возможно, родственник Андреа). На кораблях находилось до 80 тыс. человек, из них 25 тыс., вооруженных аркебузами. В резерве находилось еще 38 галер. Передовой отряд состоял из галеасов. Турецкий флот состоял из 230 галер и 16 галиотов. В центре находилась 91 галера и 5 галиотов, за ними расположился резерв из 5 галер и 25 галиотов. Левый фланг турецкого флота возглавил алжирский пират Улудж-Али (61 галера и 33 галиота), правый – Мехмет-Сирок-бей (53 галеры и 3 галиота). На турецких кораблях было только 2500 аркебузиров, остальные воины имели луки. Как видно, построение обоих флотов было практически одинаковым

Сражение началось в полдень. Огонь с передовых кораблей союзников на некоторое время привел в замешательство корабли Али-паши, но порядок скоро был восстановлен, и турки решительно двинулись на противника. В начале боя союзники совершили ошибку, несколько сместив правый фланг, а за ним и центр, вправо. В результате образовался некоторый разрыв между центром и левым флангом, куда и устремились легкие корабли турок. В результате корабли Барбарелло оказались почти окруженными. Положение исправили корабли резерва, решительным ударом прикрывшие разрыв и отбросившие турецкий правый фланг. Казалось, намечавшаяся победа обернулась поражением: множество турецких галер оказалось прижатым к берегу и было вынуждено на него выброситься. Из них 30 досталось союзникам. На противоположном фланге турецкие корабли сделали попытку обойти корабли Дориа, но совместными усилиями (подошли во время на помощь корабли центра) они были отброшены. В центре корабли Али-паши попали в тяжелое положение. Сам адмирал был убит, а его корабль взял дон Хуан и поднял на нем свой флаг, а голову капитан-паши вздел на копье. Поражение турок было полным. Только Улудж-Али сумел оторваться от союзников с частью своего отряда.

Всего турки потеряли 225 кораблей. Из них 94 были сожжены, а остальные стали добычей союзников. Им досталось еще 673 пушки, из которых 117 крупных калибров. Сколько было убито турок, точно не известно, но число это было огромным. В плен попало 3600 человек. Кроме того, было освобождено около 15 тыс. христиан из турецкой неволи. Потери союзников были немалыми – 8000 человек только убитых. В кораблях же потери были минимальными – всего 15 вымпелов. Гегемония турок на Средиземном море если и не пала окончательно, то была значительно поколеблена. Пираты же хоть и пострадали, но все же выжили и продолжали разбойничать до начала XIX века, пока север Африки не был захвачен Францией.

Битва при Лепанто довольно четко отделила эпоху весельных крейсерских кораблей и пришедших им на смену парусных. Считается, что эта битва стала последней, где основную роль играли корабли с весельным движителем. Однако это неверно. Весла продолжали честно служить на кораблях пусть и не в крейсерских операциях, а в основном прибрежных, еще долго, до начала XIX века. Достаточно вспомнить осаду Очакова и штурм Измаила в Русско-турецкую войну 1787 – 1791 годов, в которых с успехом применялись гребные суда. Но это было на реках или в лимане.

Но первая русская победа с использованием галер при Гангуте в 1714 году была на море. Что касается Русско-шведской войны 1788 – 1790 годов, то число боевых столкновений, в которых участвовали гребные корабли, было существенно больше, чем с участием чисто парусных кораблей. Наиболее кровопролитным и одним из самых неудачных морских сражений, проигранных русским флотом, было сражение у Роченсальма 28 июня 1797 года. В этом бою русские потеряли 52 корабля (из них 16 галер) и свыше 7370 человек убитыми и взятыми в плен.

Но тем не менее эпоха весел ушла, так как требовался если не новый, то эффективный и надежный движитель – парус Без него ни воевать, ни познать мир было уже невозможно. А мир стоял перед эпохой Великих географических открытий.


ГЛАВА 2.
ЗОЛОТО И ПРЯНОСТИ.
КРОВЬ И ВЕЛИКИЕ ПЛАВАНИЯ

Принято считать, что эпоха Великих географических открытий началась с деятельности принца Энрике Мореплавателя. Но если быть честным, подобная эпоха уже имела место в глубокой древности. Первая эпоха Великих географических открытий связана с деятельностью финикийцев. Это они исследовали Средиземное море, вышли в Атлантику и дошли до Балтики. Однако их эпоха была растянута во времени на несколько столетий, в то время как новая уложилась в считаные десятилетия. Кроме того, финикийцы все-таки придерживались берегов и не отходили на своих весельных кораблях далеко в океан.

Иное дело экспедиции викингов. На своих дракарах они дошли до Исландии, Гренландии и устроили поселения в Новом Свете – открыли Америку задолго до Колумба Однако их плавания носили нерегулярный характер, и поселения после нескольких лет существования на западном материке были оставлены и довольно скоро забыты.

Покорение моря и новых земель в конце XV, начале XVI века приняло систематический характер, так сказать плановый. Поскольку вся торговля с Востоком находилась в руках мусульман, проливать кровь которых не считалось зазорным, португальцы неоднократно пытались штурмовать африканские порты Сеуту и Танжер, торговые пункты мавров, через которые проходили в Европу восточные товары. Когда португальцы захватили Сеуту, принц Энрике приказал доставить к нему пленных купцов. Энрике старательно собрал все сведения о торговых путях, по которым в Европу поступали товары. С великим трудом он достал венецианские карты, а также книги Марко Поло, и воссоздал, хотя и в общих чертах, картину торговли с великими азиатскими странами – Индией и Индонезией. А трудности были большие, Венеция и Генуя, в чьих руках находилась значительная часть оборота с Востоком, естественно, не желали иметь конкурентов. В городе Сегреже он собрал лучших географов и корабелов. Главное – корабелов. Без достаточно надежных средств нечего было и думать о каких-то более или менее серьезных плаваниях на Восток. Тогда и был разработан и опробован подходящий тип корабля для заморских вояжей. Этим типом стала каравелла.

В начале, в XII – XIII веках каравеллой называлась небольшая барка с одной мачтой и косым парусом. В XV веке каравеллами стали называть двух– и трехмачтовые, пока еще торговые, корабли. В дальнейшем, благодаря деятельности Энрике, этот тип корабля совершенствовался. В его основу был положен арабский дао. Корабль стал трехмачтовым, и на первых двух передних он, в отличие от более ранних конструкций, уже нес прямые паруса, более подходящие для океанского плавания. На последней – паруса остались косыми для облегчения маневрирования.

Тогда же был разработан новый тип корабля – карака. Если каравелла была развитием арабского корабля, то карака была чисто европейским судном. Она и стала в начале эпохи Великих географических открытий основным типом корабля. Если каравелла могла поднимать порядка 100 т груза, то водоизмещение караки было значительно больше – до 800 т. Но в целом это были небольшие корабли. Однако это и было, как ни парадоксально, их преимуществом. Достаточно мореходные, они могли управляться небольшой командой. Этот момент имеет не последнее значение – дальние плавания можно осуществить только при значительной автономности корабля. Неизвестно, что ждет тебя впереди, и поэтому все свое надо везти с собой – провиант и воду. Неизвестно также, кто и как тебя встретит, поэтому нужны пушки и квалифицированная, готовая на все, команда Карака как нельзя лучше подходила для этого. Ну а в головорезах в те жестокие времена общество никогда не испытывало недостатка.

Так или иначе, Энрике Мореплаватель создал предпосылки для покорения моря и дальних стран. Символично, что в 1460 году, когда умер принц Энрике, родился Васко да Гама – человек, проложивший путь вокруг Африки в Индию. Однако это произошло не сразу. Вначале надо было исследовать ближайшее африканское побережье и острова.

Предшественником Васко да Гама стал Бартоломеу Диаш. Он не раз ходил в Африку. Ему принадлежит открытие Зеленого Мыса и описание африканского побережья до Гвинейского залива. Во время плавания в 1486 году он прошел дальше на юг. Его корабль выдержал двухнедельный шторм, что говорит о достаточной мореходности кораблей той эпохи, но он продолжал движение к югу вдали от берегов. Наконец, он повернул на северо-восток и увидел землю. Берег тянулся к северо-востоку. Диаш обогнул Африку. Мыс, который он обогнул, был назван мысом Бурь. (Впоследствии король Жоан II переименовал его в мыс Доброй Надежды.) Взбунтовавшаяся команда не позволила продолжать плавание, и Диаттт вернулся. Король был недоволен его нерешительностью относительно бунтовщиков, и в новое плавание (уже при короле Маноэле) отправился Васко да Гама – человек решительный и, как мы увидим в дальнейшем, более жестокий.

8 июня 1497 года корабли да Гама «Святой Гавриил», «Святой Рафаил» и «Беррио» отошли от португальских берегов. Они отправились искать путь в Индию. Чтобы поставить все точки над «i» в своих отношениях с командой в будущем, да Гама заявил: «Я поклялся не поворачивать назад. Всех, кто заикнется об этом, выброшу за борт». Однако как только корабли обогнули южную оконечность Африки, возник бунт. Но да Гама был не Диаш, и бунт был подавлен. Тогда возник заговор, во главе которого стояли капитан и офицеры корабля «Беррио». Однако их заговор не удался. Руководители были схвачены, а команда была вынуждена подчиниться суровому адмиралу.

Продвижение на северо-восток было сопряжено со значительными трудностями. Во-первых, их здесь не ждали в самом прямом смысле – вся торговля с восточным побережьем Африки была уже давно в руках арабов. Поэтому даже запасаться водой приходилось под прикрытием пушек, а продовольствие и товары просто отбирались. Так, 28 марта 1498 года в Индийский океан пришли португальские пираты, и первой их добычей стали лодки с арабскими книгами, и только. В дальнейшем добыча была богаче.

Деятельность португальцев в Индийском океане как нельзя лучше подтвердила слова Мефистофеля о единстве торговли, войны и разбоя. Васко да Гама нужны были лоцманы для проведения его кораблей в Индию, поэтому португальцы захватывали подряд все корабли, попадавшиеся им на пути. Наконец лоцманы были найдены, и 19 мая 1498 года корабли Васко да Гама встали на якорь в гавани Каликута. Путь в Индию был проложен. Однако и здесь их не очень ждали. Португальцы обнаружили в городе не только арабских купцов, но и мечети. Впрочем, португальцам и торговать было особенно нечем. С большими сложностями им удалось отменять то, что они имели из своих жалкие товаров, на пряности. Торговать было больше нечем, и Васко да Гама решил грабить купцов – как арабских, так и индийских. Первая добыча была смехотворной – кокосовые орехи. Следующая добыча была иного рода. К португальским кораблям приблизился корабль, принадлежавший султану Гоа. Он не собирался предпринимать против португальцев агрессивных действий, а его командир, он же адмирал флота Гоа, неосмотрительно перешел на корабль да Гама.

Доверчивый старик адмирал был схвачен и подвергнут пытке, а его корабль был предательски захвачен. Затем на захваченном корабле, но уже с португальской командой, пираты, а другого названия им не было, приблизились к остальным индийским кораблям и захватили их один за другим Всех, кого сумели захватить на кораблях, убили, а на тех, кто сумел выпрыгнуть за борт и доплыть до берега, устроили облаву. Пленных набралось более ста человек. Из них оставили тридцать шесть, их приковали в трюмах к помпам (корабли португальцев были достаточно потрепаны и текли как решето), остальных изрубили. Таким путем и такими методами шла на восток «европейская цивилизация».

Обратный путь был труден. Изношенные корабли и противные ветра увеличили время в пути. Если от Африки до Индии корабли плыли три недели, то на обратный путь ушло три месяца. Кроме того, португальцы сбились с курса и подошли к побережью Африки много севернее. Однако после всех невзгод и трудностей 18-го сентября португальцы прибыли в Лиссабон. Встреча была торжественной.

В Португалии спешно стали готовить новую экспедицию. Командующим был назначен Кабрал. Его эскадра вышла в море 9 марта 1500 года. По пути она значительно отклонилась к западу и случайно наткнулась на берега современной Бразилии. Она тотчас же была присоединена к Португальской короне. Дальнейший путь лежал на восток. У мыса Бурь, подтвердив его название, их настиг шторм, и эскадра лишилась четырех кораблей. На одном из них погиб Бартоломеу Диаш. Ему так и не было суждено увидеть берега Индии, к которым он так стремился.

13 сентября корабли Кабрала прибыли в Каликут. Он вообразил себя полным хозяином положения и стал захватывать арабские корабли прямо в гавани. Это вызвало в городе восстание, и все португальцы, находившиеся в то время в городе, были перебиты. Кабрал в ответ сжег все мусульманские и индийские корабли в бухте Каликута, а город обстрелял из пушек.

Эскадра Кабрала вернулась в Лиссабон в июле 1501 года, не привезя особых ценностей, зато значительно испортила отношения с местным населением Впрочем, последнее обстоятельство мало занимало португальцев.

Следующей экспедицией руководил снова Васко да Гама. Достигнув Индии, португальцы взяли в свои руки регулирование торговых отношений в регионе, создав систему пропусков. При этом арабским кораблям путь был практически закрыт. Постоянный патруль португальских кораблей дал всем понять, кто хозяин положения. При этом их приемы, свойственные всем пиратам, не остались в забвении.

Примером может служить эпизод с каликутским кораблем, везшим паломников из Мекки. Захватив корабль, португальцы ограбили его и затем приняли решение сжечь вместе с людьми. Васко да Гама отказался от предложенного выкупа, Пленников загнали в трюм, и корабль подожгли, а сами португальцы, отойдя на безопасное расстояние, стали наблюдать, как заживо горят семьсот человек, среди которых были женщины и дети. Но индийцы как-то сумели взломать люки и выбраться. Им удалось даже сбить пламя. Тогда Васко да Гама приказал стрелять из пушек Корабль был потоплен, а спасавшихся индийцев добивали в воде копьями.

Далее, приняв решение стереть Каликут с лица земли, португальцы в течение суток обстреливали его из пушек Это делалось для устрашения прочих. Во время обстрела в гавань вошло несколько ничего не подозревавших индийских кораблей. Все они были захвачены и ограблены. В плен попало около восьмисот человек Им отрубили руки, уши и носы и все это свалили в лодку, которую направили к берегу. Остальных, изуродованных, связали и вместе с кораблем пустили по ветру и расстреляли.

Даже для того жестокого века, когда по всей Западной Европе пылали костры инквизиции, «покорение Индии» выделяется своей жестокостью. Бессмысленной жестокостью – патологической.

От такой политики португальцев страдала не только арабская торговля, но и венецианская. Поэтому, когда египтяне стали готовить свой флот для борьбы с португальцами, им стала помогать и Венеция. Последователи Васко да Гама вели себя аналогично, так д'Альбукерке, считавшийся рядом историков в отношении индийцев более гуманным, захватил Гоа, приказав перебить всех мусульман.

В 1511 году он, захватив Малакку, замкнул тем самым цепь португальских крепостей в Индийском океане. Таким образом, за пятнадцать лет Португалия стала хозяином в этом регионе. Однако после кругосветных плаваний Магеллана и Дрейка к Индийскому океану протянули руки голландцы и англичане, а затем и французы – пряности и прочие товары пользовались спросом В1600 году первый голландский корабль добрался до Явы. Началась борьба всех против всех. Хватали все подряд. Ни один корабль не был застрахован от нападения. Впрочем, и было из-за чего драться. Только одна карака, взятая голландцами у Макао, была нагружена тысячью четырьмястами тюками шелка, не считая прочих ценностей. Карака «Святая Екатерина», также захваченная голландцами с грузом фарфора, принесла прибыли пиратам на сумму в три с половиной миллиона гульденов. (Много лет спустя столько было захвачено фарфора, что китайскую посуду называли «каракским фарфором».)

Взаимная грызня колонизаторов значительно сократила владения Португалии, хотя и оставшиеся были не малыми. В ее руках остались Бразилия, Ангола, Мозамбик, Гоа, Тимор и Макао. В Индийском океане прочно обосновались голландцы (в Индонезии) и англичане (в Индии). Сюда тянули руки и французы. Со временем колониальные владения были разделены, и на какое-то время наступила относительно «мирная» эпоха ограбления чужих территорий и народов. Благополучие европейских государств построено в значительной степени, а часто исключительно, на тех ценностях, которые были украдены, и той крови, которая была пролита в теплых южных морях. В сравнении с европейскими пиратская экспедиция Степана Разина к персидским берегам, закончившаяся «купанием» в Волге пленной княжны, выглядит почти шалостью.

Удачные экспедиции португальцев к берегам Индии не могли оставить равнодушным ближайшего соседа – Испанию. Они, испанцы, также желали найти путь к восточным сокровищам. Но поскольку путь к ним проходил вокруг Африки и был под контролем португальцев, испанцы решили подойти к землям обетованным с запада. Надо отдать должное португальцам в этом вопросе, они в свое время также сделали попытку подойти к странам пряностей с запада. Попытка не удалась. Теперь ее предприняли испанцы.

В 1486 году Колумб, живший в Испании (по рождению – генуэзец), получил аудиенцию у королевы Изабеллы и предложил организовать экспедицию к берегам пряностей через Атлантику. Надо отметить его хорошую предварительную подготовку. Он изучил все записки Марко Поло, все доступные ему карты и даже совершил (по утверждению некоторых биографов Колумба) экспедицию в Исландию, где ознакомился с легендами викингов. Получив согласие и поддержку королевского дома, Колумб начал готовить экспедицию. Два корабля ему был обязан предоставить город Палое (он чем-то провинился перед короной). Третий корабль снарядил сам Колумб. В его снаряжении принял участие некий Мартин Пинсон, владелец верфей и моряк. (С его фамилией связывают прозвище одного из кораблей Колумба – «Пинта».)

Что же это были за корабли? Как уже говорилось, в XV веке наибольшее распространение получили каравеллы и их развитие – караки. Их принципиальное отличие от даже существовавших, а также тех, что строились в Северной Европе, была новая технология обшивки корпуса. Пояса обшивки каравелл и карак делались «встык» или «вгладь», то есть доски обшивки плотно подгонялись одна к другой своей узкой стороной. Такая обшивка, в отличие от обшивки «внакрой» (каждая доска обшивки ложилась с некоторым напуском на другую), обеспечивала заметно большую, при прочих равных условиях, скорость. В дальнейшем все корабли имели такую обшивку, что давало возможность их обшивать свинцом или медью, а также облегчало очистку корпуса от обрастаний.

В отношении класса кораблей Колумба в литературе встречаются разногласия. По-видимому, флагманский корабль Колумба «Ла Галета» (имя «Сайта Мария» он получил позднее, кроме того, в записях самого Колумба имя «Сайта Мария» не встречается) Колумб сам классифицировал как нао, но по сохранившимся отрывочным сведениям его можно причислить к караке. Остальные два корабля – «Санта Клара» (прозвище Нинья – детка, крошка) и «Пинта» (тоже прозвище – кружка) являлись каравеллами. Настоящее название «Пинты» осталось неизвестным В литературе принято называть все три корабля каравеллами. Это были небольшие корабли. Точных размерений не сохранилось, но исследователи определяют водоизмещение «Санта Марии» (будем так называть этот корабль) в 230 т при длине всего 23 м. Вооружение этого корабля было значительным и включало 18 пушек. Из них четыре пушки калибром в 20 фунтов, шесть – в 12 фунтов и 8 шестифунтовых. Экипаж состоял из 90 человек. «Нинья» была существенно меньше Ее длина была всего 20 м, а водоизмещение чуть больше 150 т. Что касается «Пинты», то это была совсем маленькая каравелла водоизмещением в 100 т при длине 17 м.

«Санта Мария» и «Пинта» несли прямые паруса на двух передних мачтах. На третьей мачте был косой парус «Нинья» имела косые, латинские паруса. Однако на первой стоянке на Канарских островах ее парусное вооружение было заменено и стало аналогичным двум другим кораблям Подобное вооружение наиболее подходило для океанского плавания, и впоследствии галионы, а затем линейные корабли и фрегаты несли исключительно прямые паруса. Все корабли Колумба отличались приличной скоростью, маневренностью и мореходностью, что и позволило им совершить благополучно плавание, без преувеличений, в неизвестность.

3 августа 1492 года корабли Колумба вышли из порта Палое и направились к Канарским островам На островах они задержались на целый месяц, так как кроме замены парусов на «Нинье» был произведен и некоторый ремонт остальных кораблей. Только 6 сентября корабли вышли из Лас-Пальмаса и взяли курс на запад к неведомым берегам.

Переход продолжался уже более месяца, и настроение команд было не лучшим. Когда корабли вошли в Саргассово море, ветер стих, и обширные «поля» плавающих водорослей привели команду в ужас Они казались им щупальцами страшных чудовищ, и что им уже не выбраться из их зеленого плена. Но вот появились птицы, затем стали попадаться ветви деревьев и всякий мусор, говоривший о близости земли. Наконец 12 октября 1492 года ночью с «Пинты» увидели землю и на рассвете подошли к острову (из группы Багамских островов). Колумб назвал его Сан-Сальвадор.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю