332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Ника Янг » Мой сводный грех (СИ) » Текст книги (страница 1)
Мой сводный грех (СИ)
  • Текст добавлен: 20 июня 2021, 19:31

Текст книги "Мой сводный грех (СИ)"


Автор книги: Ника Янг


Соавторы: Настя Ильина



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Мой сводный грех
Ника Янг, Настя Ильина

Пролог POV Дэн

– Как ты попала в клуб? Кто тебя пустил?

– Какой-то парень, на охране, я ему сказала, что пришла за тебя поболеть.

Хилый. Трусливый и тупой слизняк, – мысленно ругаюсь про себя, закатывая глаза. Ну, ты огребёшь по полной за такой косяк – пускать всех, кому не лень на бои.

– Поболела? – спрашиваю мрачно.

– Денис, ты не должен…Это как-то неправильно… Зачем тебе это… – сбивается она.

Издаю неопределённый звук, который она оценивает верно.

– А если мама узнает?

Не выдерживаю и хохочу в голос. Мама! Узнает! Ха-ха-ха! Вышвыриваю сигарету прицельно вбок, подальше от проносящихся мимо машин.

Милая моя, мать его, сестрёнка! Если «мама узнает»… Бои за деньги – это меньшее из зол, за которые меня можно распять на кресте!  Если мать узнает, ЧТО я ощущаю, когда оказываюсь рядом с тобой в такой приятной близости, какие мысли и видения затопляют моё сознание, о чём кричит, поёт и звенит всё мое натянутое тело! Вот о чем нужно беспокоиться.

Я слежу краем глаза за ней, вдыхаю воздух, пропитанный каким-то особым, цветочным ароматом, лёгким и ненавязчивым, и думаю о том, как пахнут её тело, её волосы, насколько сильно бьётся пульс, который можно сорвать и прочувствовать губами…

Вдыхаю поглубже её личный аромат, который запросто заставляет моё сердце стучать в сто раз чаще, качая кровь, и буквально представляю, как в эту минуту в аду разводят самый большой костер под самым большим котлом, на котором выгравировано мое имя.

Поворачиваюсь всем корпусом вперед. Смотрю прямо в лобовое и ставлю ногу на газ. До упора. До самой последней лошадиной силы выбивая из этой быстрой реактивной малышки всё, на что она способна. И она слушается своего хозяина, чувствуя твёрдую руку. Отзывается бормотанием, жужжанием переключаемых скоростей и тут же всё вокруг сливается в один быстрый калейдоскоп картин.

Дорога стремительно движется широким ремнём на бескрайнем платье, километраж отчаянно сменяет цифры на приборной панели, Алёна снова начинает что-то говорить, но я не слышу её.

Скорость заполняет меня всего, и я думаю о том, что хочу закончить все свои метания, все свои мучения, одним махом и при этом забрать с собой ту, которая в них повинна.

Я вывожу руль прямо, резко перестраиваясь на встречку, и вижу ошалелые огни фуры впереди. Водитель большегруза начинает истово сигналить, и мне кажется, мы можем услышать мат, которым он покрывает мою бедовую голову.

Алёна бьет меня своими маленькими, острыми кулачками по плечу, руке, вынуждая остановиться, но для меня её удары не представляют никакой опасности. Опасность представляет для меня она сама. Вся она, сотканная из света, ароматов лета, пломбира, сладости и неги.

И я должен уже закончить все свои мучения, вместе с ней, только с ней, потому что дальше все эти метания продолжаться не могут.

Вся моя душа изранена, исполосована на лоскуты, измучена и измочалена этой девочкой, красивой, доброй, душевной, родной…

Фура замедляет свой бег, но ей никак не свернуть – скорость не позволит и итог нашей встречи неминуем…

– Сволочь! – кричит Алёнка. – Какая же ты сволочь!

Она ревёт, буквально переходит на ультразвук, чтобы достучаться до меня, до моего затуманенного мыслями об очищении, освобождении сознания, мозга.

Фхххррххххх… Слышу я сигнал водителя спереди и сзади, визг шин, крик.

Кровь кипит и пенится, моё лицо обезображено улыбкой, и я случайно ловлю в зеркале заднего вида свой безумный, чёрный, как ад, взгляд.

Расплата близка…

Фрххххх…

– Ненавижу тебя! Не-на-ви-жу! – кричит девушка, беснуясь, удерживаемая ремнями безопасности, которые эту безопасность в этот самый момент никак не гарантируют. – Всю жизнь!!! Всю жизнь мне испортил!!

Я поднимаю глаза и вижу буквально в нескольких метрах испуганное, белое, как бумага, лицо водителя большегруза. Его рот искривлен в немом крике, зрачки заполняют белок, и весь его вид, олицетворяющий грядущее горе, безусловно страшен. Неужели это последнее, что я вижу в своей жизни?

Поворачиваюсь к Алёнке.

Она сама не своя. Зарёванная, всклокоченная, красная от крика.

Прекрасное зрелище.

И я… в самый последний момент…

Глава 1

POV Алёна

Ранее

Я выхожу из машины такси, рассчитавшись с водителем, и смотрю на здание, около которого он оставил меня. Что это? Здесь ведь должен располагаться ресторан, в котором через двадцать минут у нас с Максимом назначено свидание! А вместо фенешебельного ресторана вижу какое-то древнее здание из обшарпанного кирпича. Я с ужасом смотрю на вывеску «Венерологический диспансер» и понять не могу – это такая шутка? Максим решил пошутить надо мной? Начинаю злиться, потому что его намёк бьёт в самое сердце. Он ведь знает, что у меня пока никого не было. Неужели  ондумает, что я вожу его за нос, потому решил мягко намекнуть на это?

Открываю его сообщение в мессенджере и понимаю, что облажалась по полной программе! Так ещё нужно было постараться накосячить!

Вместо номера дома сто семнадцать я назвала семнадцать. Прекрасно просто! И ведь хотела приехать раньше него, чтобы он не говорил при любом удобном случае, что я типичная девушка, которая вечно опаздывает! А получилось как всегда…

Я тяжело вздыхаю и набираю номер телефона такси, но оператор сообщает, что сейчас все машины заняты и ближайшее время подачи авто как минимум через тридцать минут.

Громко выругавшись себе под нос, я семеню вперёд. Шпильки немного качаются от моих быстрых шагов, не дай божечки ещё отломить их.

Ну… всего-то сто домов пройти. Пфф! Ерунда. Вот только это ерунда, если ты не торопишься на свидание и на ногах удобная обувь, а не туфли с узким носиком и тонкой шпилькой. Вот же!

Я подворачиваю ногу несколько раз и шиплю себе под нос. Нога в лодыжке начинает ныть, из-за чего скорость моего передвижения резко сокращается.

– Дура! Какая же я дура! – бормочу вслух, вот только этим я уже никак себе не помогу.

Если бы сейчас остановилась машина, и водитель предложил подбросить меня… Вот только чудеса – это не моё. Не происходят они в моей жизни, как ни крути!

На небе начинают сгущаться тучи, и я мысленно молю Бога, чтобы не пошёл дождь. Вот только Всевышний игнорирует мои просьбы, и с неба обрушивается ливень. Просто в одну секунду, словно кто-то щёлкнул пальцами и…

Локоны, над которыми я трудилась несколько часов, разваливаются и прилипают к лицу. Косметика начинает растекаться – я чувствую это, потому что глаза начинает пощипывать от туши – водостойкой, мамочка моя родная, туши. И ведь я даже не успела забежать под крышу – просто не было возможности. Вместе с каплями дождя по щекам текут слёзы. Мне становится так обидно, что просто не передать словами!

Я забегаю под навес какого-то магазинчика и смотрю на экран телефона. Максим уже, наверное, приехал в ресторан, а я… А я… Да как я теперь пойду туда в таком виде? И я не могу признаться ему, что снова угодила в неприятность. Я сама – одна сплошная ходячая неприятность.

Набираю ему сообщение, что не смогу прийти и стираю текст. Снова набираю, но не решаюсь отправить.

Что мне делать?

Меня попросту не пропустят в зал в таком виде. Да и какой смысл идти вот так, напоминая тушку мокрой курицы, которую готовятся ощипать. Платье прилипает к коже, превращаясь в лягушиную кожу, от которой хочется немедленно избавиться. Волосы больше напоминают мерзких слизняков, висят как уши мокрого спаниеля…

Я не хочу, чтобы жених смотрел на меня с сожалением. В его взгляде должно плескаться только восхищение мной. Он ведь такой классный! Можно сказать, что мне крупно повезло – сын магната обратил на меня внимание. И не просто внимание! Он влюбился в меня и сделал предложение. Конечно же, без разговора между нашими родителями, которым захотелось объединить бизнес, не обошлось, но Макс невероятный… Хоть иногда он бывает чересчур скучным и занудным. Однако его фотки частенько мелькают в газетах и журналах. О нём пишут, как о самом красивом сыне магната в нашем городе. Ещё бы! У него было столько поклонниц, а он выбрал меня. Иногда я думаю, что всё это произошло только по приказу его отца, но в такие моменты вспоминаю его нежные признания в любви…

И как я могу прийти к нему на свидание в таком виде?

Негромкий писк слетает с моих губ вместе со всхлипом, полным разочарования. Я начинаю метаться, а потом решаю, что должна проявить гордость.

Набираю сообщение и отправляю Максу.

«Прости, сегодня я не могу прийти на свидание. Возникло важное дело».

Алёна

Познакомились с А

Ну не могу я признаться, что стою тут мокрее курицы в километрах двух от него, где он, наверное, потягивает коктейль из трубочки и обедает омарами.

Желудок начинает посасывать от голода, а слюна всё активнее образовывается во рту. Омары… Греческий салат… Холодный коктейль… Хотя последнее мне сейчас явно не нужно.

Притопываю ногой от злости и ломаю шпильку. Я покачиваюсь и, спасибо небесам, удерживаю равновесие. Слышу смешок за спиной, но не оборачиваюсь, потому что точно захочу прибить того, кто решил поглумиться над моим горем. Или просто это злыдня-участь хохотнула надо мной и показала мне средний палец?

Стоит только отправить сообщение, как на улице выглядывает солнышко и начинает светить так, словно и не было дождя, будто бы мне всё это померещилось. Неужели сама судьба даёт знак, что мне не следует обольщаться? Вдруг что-то пытается оттолкнуть меня от Максима?

Телефон начинает звонить, и я понимаю, что придётся оправдываться.

– Малыш, только не говори, что ты это серьёзно! Я уже приехал и жду тебя! Какие дела? Мы же заранее всё обговорили! – принимается давить на меня Максим. – Дела не возникают вот так срочно! Ты могла предупредить меня раньше, в конце концов?

– Я заболела! – быстро нахожусь с ответом я.

– Что с тобой случилось? Может быть, вызвать доктора? – в его голосе появляются нотки заботы.

– Нет! Ничего серьёзного… Просто меня тошнит, и я не могу чувствовать запахи еды, поэтому не могу приехать в ресторан. Прости.

– Тогда давай я приеду к тебе?

Это так мило, что я начинаю плакать ещё сильнее. Он заботится обо мне и хочет поддержать, а я… Я просто идиотка…

– Нет! Не стоит! Ко мне не надо! Сегодня к маме подруги должны приехать… Женские посиделки дело не самое приятное! Макс, прости, пожалуйста… Мне надо поспать!

– Малыш, ты могла сказать об этом раньше? – повторяет он вопрос, который уже успел прозвучать, но мне нечего ответить.

Я сбрасываю звонок, не дослушав сыплющиеся на мою мокрую головушку нравоучения, и закрываю глаза.

Круглая идиотка!

Вот зачем соврала ему, если могла честно признаться, что промокла под дождём и теперь нуждаюсь в его помощи? А он бы примчался как рыцарь на белом коне, укутал меня в свой пиджак, поцеловав в висок, и позвал гулять на набережную…

Романтика…

Вот только это точно не про него. Романтика и Максим – это две далёкие друг от друга реалии. Ему проще всего будет устроить мне выволочку и начать читать морали, приправляя их острым перчиком чили, а у меня для этого дела есть мама. И, признаться честно, её мне хватает с лихвой.

Негромко поскуливая себе под нос, я вызываю такси, чтобы поехать домой. Потому что другого выхода у меня просто нет. Хочу поскорее принять душ, переодеться в сухую одежду и укутаться в тёплый плед.

А ещё было бы идеальным выбросить этот день из головы, чтобы не было так обидно из-за случившегося. Хорошо, что папа сейчас в командировке, а мама на работе, и я смогу побыть в полном одиночестве, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок.

Такси приезжает быстро – вот не издёвка ли это от судьбы? Не мог он так же быстро приехать получасом ранее? Я негромко всхлипываю и сажусь в салон.

– Клиента не удалось поймать? – вдруг спрашивает таксист и смотрит на меня, как на проститутку.

Ну ещё бы… Я выгляжу как она самая в этом облипшем платье, через которое просвечивается нижнее бельё и с таким лицом… Достаю из сумочки влажные салфетки с зеркалом и называю адрес.

– Погода сегодня всем подлянки устраивает… Ну ничего! Будет ещё рыбный день!

Интересно, этот придурок умеет держать язык за зубами? Или его хлебом не корми, дай только поглумиться над кем-то и высказать свои предположения?

– Я, вообще-то, несовершеннолетняя! – заявляю я, и таксист прикусывает язык, поглядывая на точку пункта назначения. Наверняка в эту секунду в его бедовой головушке появляется дельная мысль о том, что такие девочки по вызову в элитный коттеджный посёлок не поедут. Не в таком виде точно.

Какой-то придурок попался, не иначе… Надо будет не забыть накатать на него гневный отзыв!

Смотрю в зеркало и в ужасе отстраняю его от лица. Лучше бы не смотрела на себя, потому что теперь во сне точно буду смотреть страшилки а-ля «Кошмар на улице вязов».

Хорошо, что я ничего не сказала Максиму.

Хочу сфоткаться, чтобы отправить свой самый жуткий в жизни провал подруге, Наташке, но желание поскорее избавиться от этих разводов на щеках, оказывается сильнее, и я принимаюсь активно избавляться от того, что раньше называлось макияжем.

POV Дэн

После самолёта голова трещит неимоверно. Спать хочется уже с прошлого века, не меньше. Последняя неделя оказалась богатой на события, пришлось болтаться по клубам и пабам Лондона без остановки.

– Эй, привет, поможете достать мне сумку из багажного отсека? – перед лицом мелькает кроваво-красный маникюр, и, поняв, что стал якорем для моего затуманенного взгляда, тут же оказывается в районе смелого декольте пышной блондинки. Дамочка уже давно «ведёт» меня, и, похоже, решила перейти к активным действиям, когда мы уже приземлились. Но, сестрёнка, не сейчас, окей?

Поворачиваю в её сторону голову. Она мнётся в проходе возле меня, строит улыбочки, стреляет глазками. Дамочка неплоха, можно на раз... два…да и на три, чего уж там…

Откидываю голову на спинку кресла и прислушиваюсь к себе: смогу ли вынести ещё один трёхдневный трип с малознакомой красоткой или нет после того содома, который устроил сам себе, прощаясь с туманным Альбионом?

Кажется, нижняя часть меня была бы не против, но вот верхняя! Глаза сами собой закрываются.

– Эй, ну что – поможешь мне с вещами? – тон у блондинки из умоляющего становится настойчивым, она даже трясет меня за плечо.

Oh shit. Кажется, я опять чуть не уснул. Невежливо заставлять даму ждать, надо брать себя в руки.

Осматриваю её медленно, с головы до ног, не пропустив ни одной выдающейся детали, натягиваю на глаза солнцезащитные очки, и медленно говорю, чувствуя, как хрипит горло, видоизменяя голос:

– Honey, давай не сегодня. Я устал.

Она вспыхивает от корней своих крашеных волос и покрывается красным румянцем. Я закатываю глаза: не я первый и не я последний отшил эту сладкую девочку. Но, давайте смотреть правде в глаза – сегодня мне нужен только сон. Много, много сна.

Беру свой рюкзак и иду к выходу, расталкивая последних людей, что остались в салоне. Уверен, дамочка шлёт мне в спину проклятия. Надо поспешить, пока в дело не пошли длиннющие ногти, как у тигрицы, или ножи, которые, уверен, она прячет за резинкой чулка.

В такси снова чуть не вырубаюсь, но возле дома прихожу в себя. Выливаю остатки минералки себе на голову, чтобы взбодриться и открываю чугунные ворота. Ну, мать как всегда – вечно только разговоры о защите, о комфорте, а сама не может заставить себя запирать калитку на ключ. Могу поставить сто баксов, что ключи от дома я найду в углублении у огромного вазона с цветами на крыльце.

Подхожу к тёмной громаде дома, вдыхаю давно забытый аромат сада, дерева и чего-то давно забытого и родного, и поднимаюсь по ступенькам. Так и есть – ключ лежит все также под разросшимися за время лианами в мраморном горшке.

– Эй! Есть кто дома? – голос гулким эхом отталкивается от стен и пропадает наверху. В ответ – ни шороха, ни скрипа, ни звука. Всё понятно – меня, как обычно, не ждут.

Досадливо машу рукой: давно привык быть паршивой овцой в прекрасной семье, до которой никому и дела нет.

Плетусь к кожаному дивану, едва не задеваю столик с какой-то ерундой и в последний момент ловлю на лету вазу. Shit! Чуть не разбил! Повезло, что у меня реакция как у мангуста! С глухим звуком водружаю спасённую вазу на место, а сам с размаха бухаюсь на диван.

Наконец-то. Сон. Свобода. Комфорт. И я проваливаюсь в объятия Морфея…

Чтобы буквально через минуту подскочить от пронзительного вопля на ультразвуке, бесцеремонно взрывающего мой уставший мозг!

– А-А-А!!! – слышу я краем сознания, которое пытается пробиться сквозь дурман блаженного сна. – Воры! В доме воры!

Shit!

Кто успел пробраться в дом?

Воры?

Надо срочно действовать!

Не разбирая, где сон, а где – явь, соскальзываю, переваливаясь через плечо, с дивана и плюхаюсь на пол.

– А-А-А!!! Вор!!! – слышу я и постепенно прихожу в себя.

 Если в дом пробрались воры, должна сработать сигнализация, и значит, через минут пять-семь в дом должна нагрянуть полиция. То есть до этого времени мне нужно их как-то задержать.

В комнате всё также темно, как и прежде, и после сна я ещё мало что могу рассмотреть. Кроме того, совсем забыл, какая у матери тут перестановка мебели – не был тут почти пять лет.

Fuck. Придётся полагаться только на свои кулаки, ладно хоть уличных тренировок хватает на то, чтобы надрать задницу любому, кто посягнёт на моё.

– Не ори! – поворачиваюсь на звук и прищуриваюсь, чтобы рассмотреть того, кто так истошно орёт.

На фоне луны, крадущейся в окно, могу различить только женскую фигурку. Ухмыляюсь: вот эта девчонка полностью в моём вкусе! Длинные ноги, округлая попка, тончайшая талия (как раз под мой размер загребущих лап), волнистые волосы. Да она реально красотка, хоть и представляет сейчас собой хрупкую богиню из театра теней: лица – то не видно.

– Милая, я спасу тебя! – откашливаюсь и привстаю с пола – не правильно рыцарю в сияющих доспех болтать с прекрасной леди снизу вверх. – Я легко справлюсь с любым. – Разминаю шею, вожу подбородком из стороны в сторону. – У меня нет ещё кубка ММА, но это пока… – многозначительно замолкаю, давая ей возможность уложить в своей головке все свои регалии. – Со мной ты будешь в безопасности, как за каменной сте…

И тут происходит то, чего не ожидали ни мои инстинкты, ни мой острый ум: девчонка резко хватает с чёртова столика чёртову вазу и так же резко обрушивает на мою голову.

– Fucking shit! – хватаюсь обеими руками за голову. Кажется, деваха попала прямо в макушку, и я не уверен, что среди черепков вазы на полу не валяются осколки моего собственного черепа.

Но этой амазонке всё мало: она закрепляет успех резким ударом мне в щеку.

– Dafaq…? – хватаюсь теперь уже за пострадавшую щеку и едва не валюсь обратно на диван. Что здесь происходит, вообще? Кто тут меня решил прикончить? Что за глупые шутки?

– Полиция! – кричу я. – Полиция!

(Должен сказать в своё оправдание, что я заверещал как девчонка не потому, что испугался такого разбойного и внезапного нападения, о нет! Побоялся, что мои активные действия по защите собственного тела могут принести особый вред хрупкой даме с вазой!).

– Полиция! – тоже орёт она.

Я выставляю в её сторону указательный палец:

– Ты за всё ответишь!

И тут происходит то, от чего я снова чуть не отключился: девчонка перестаёт верещать, делает шаг вперёд, поправляет волосы, заправив выбившуюся прядь за ухо, и говорит тихо:

– Дэн?

– М? – я ощупываю языком наличие зубов. Мало ли. Но по инерции отзываюсь, медленно понимая, что девчонка по ту сторону разбитой вазы – не враг. Далеко не чужой человек.

– Денис, это ты?

Тут девчонка как-то по-особому хлопает в ладоши и загорается свет – система «умный дом» сразу же слушается свою хозяйку. Мы оба щуримся от неожиданности, а когда проходит этот элемент неожиданности, я застываю.

Передо мной и правда стоит видение чистой красоты. Я просто зачарован, обескуражен и опустошён. И дело не только в том, что я получил по темечку вазой:  вид и правда открывается очешуительный.

Девушка стоит в одних коротких шортах, тонкой обтягивающей все выдающиеся прелести трикотажной майке. Я хочу сказать, что эту одежду нужно законодательно запретить во всём мире на законодательном уровне, потому что они реально будят самые потаённые, тёмные желания одним махом. Организм срабатывает как часы: возбуждение накатывает на реактивной тяге самого крутого самолёта.

И – как апофеоз моего падения в незнакомую бездну одностороннего влечения, мой личный фетиш – длинная будоражащая копна чуть вьющихся волос.

Вся эта хрупкая картина неземного очарования хлопает своими длиннющими ресницами, обескураженно пялится на меня и даже не думает, не подозревает, не догадывается, какое цунами чувств родила во мне только своим присутствием.

Я тут же рисую в голове всё, что мог бы с ней сделать, что хочу с ней сделать, что ДОЛЖЕН с ней сделать. И должен признаться, что среди моих мыслей нет ни одной приличной. Все они несколько привольного содержания. Да что говорить – все внутренности горят огнём, их скручивает в узел, и я хочу схватить её за руку, привлечь к себе, впиться губами в этот сладкий рот и терзать его до тех пор, пока она сама не начнёт меня умолять о том, чтобы я продолжал, но уже на горизонтальной поверхности. Готов для этого использовать даже этот чёртов кожаный диван, на котором так неудобно спать.

– Денис, это правда ты? – хмурится девчонка, и я вижу, что она уже косится по сторонам. Видимо, примеряется, где стоят дополнительные снаряды в виде ваз, которые можно обрушить на мою бедовую голову. Надо срочно заводить разговор, отвечать, а не стоять истуканом, потому что она реально может засадить мне чем-нибудь, и не факт, что моя многострадальная голова второй выдержит удар.

– Я, – отмираю и киваю. – Правда, я.

– А мы тебя сегодня не ждали, – осторожно улыбается она и поглядывает напряжённо, видимо, боится, что я сейчас, как Халк буду всё вокруг крушить, ломать и бесчинствовать, обвиняя её в нападении на ни в чём не повинного человека.

– Хорошо хоть, что вообще ждали, – бурчу в ответ.. – Тащи холодное полотенце. Приложу к голове.

– Оу, у тебя там рана? – она сразу становится заметно серьёзнее и начинает нервничать. Закусывает полную губу, и во мне тут же пробуждаются все желания, которые только могут проснуться в мужчине при виде хорошенькой женщины, не смотря на то, получил он по голове вазой или нет.

– Ещё какая, – имею я в виду рану совсем другого толка. Не то чтобы сердечную, но что-то совсем близкое.

Она тут же суетится, бежит на кухню, а я ковыляю за ней следом.

– Мне так жаль, что так получилось, я правда думала, что это воры. Как ты, вообще, сюда зашёл? – девчонка достаёт кипу полотенец, роняет их несколько раз, нагибается, прогибаясь в спине прямо передо мной, и я страшным усилием воли заставляю свои руки находиться там, где они пока должны находиться – на моей голове, а не на её выдающейся и нереально аппетитной пятой точке.

– Попал, да, – шепчу, облизывая ставшие в миг сухими губы.

Чёрт, если я сейчас её не опрокину, то точно скончаюсь от того, что вся кровь перекочует вниз. От перевозбуждения, интересно, умирают? Это будет первый и единственный случай в медицине. Думаю, что этому и название какое-то звучное дадут: «Дэнис возбуждённый», или «Дэнис огромный», или «Дэнис красивый и ровный».

Пока мои мысли скачут переполошёнными конями на поле, девчонка, наконец, справляется с заданием и передаёт мне полотенце.

Беру его осторожно, и как только наши пальцы соприкасаются, меня реально бьёт током. Правда, настоящим, животным током, и положение моего товарища в штанах становится не просто ужасным, оно становится плачевным. Думаю, он не только там дымится вовсю, вызывает пожарных, но и готов самостоятельно выбраться из джинс, чтобы творить бесчинства.

По глазам вижу, что и её что-то такое торкнуло: зрачки расширились, ротик приоткрылся. Именно так девушки и должны реагировать на моё присутствие, конечно. Не могу удержаться и проверяю краем глаза её реакцию под тонкой майкой: да, всё так, она точно откликнулась на зов моего товарища внизу живота.

Тут же изгибаю губы в своей фирменной улыбке. На неё ведутся все от десяти до семидесяти лет. Без исключения. Даже пару раз велись несколько мужиков, от которых приходилось драпать через окно в сортире.

– Денис, прости меня, пожалуйста, – шепчет это видение. – Я не хотела. Я виновата. Чем мне загладить свою вину?

О, у меня есть тысяча и один способ, как это сделать, милая. И хочу сказать, что тебе тоже очень и очень понравится: я щедр на ласки в постели для тех, кто меня реально цепляет, кто заводит с полоборота, а ты, ночное видение, актриса из театра теней, с этим заданием справилась на сто баллов, без вариантов.

– Думаю, мы можем с тобой договориться, – беру её руку в свою, притягиваю осторожно. Спугнуть не хочется, мало ли что щёлкнет в голове у этой амазонки, и тем более я не осмотрелся в кухне – вдруг тут тоже есть вазы, которые не жалко?

Беру ладонь, переворачиваю тыльной стороной. Подношу к губам и целую прямо в ниточку пульса, который хаотично бьётся под моим торжествующим взглядом. Она нервничает, но, детка, тебе не стоит волноваться – я всё сделаю сам. И тебе понравится, однозначно.

Плечи напряжены, губы раскрыты, глаза лихорадочно блестят. О да, малыш, мы с тобой проведём несколько раундов тут, на кухне моих родителей, а потом переместимся дальше. Хочу испробовать тут каждый закуток вместе с тобой!

– Хей, детка, – притягиваю я её ещё ближе, настолько, что чувствую цветочный аромат шампуня и слышу её прерывистое дыхание. – Ты кто, и как тебя зовут?

Не то, чтобы мне так уж важна была эта информация, но девчонка реально как новый год и день благодарения в одном флаконе.

– Алёна, – шепчет она.

– Кто?

То, что она только что сказала по синопсам мозга не сразу достигает цели. Я стою как телок на привязи и хлопаю глазами. Не может быть.

– Алёна, твоя сестра.

What the fucking hell?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю