Текст книги "Приключение почтаря (СИ)"

Автор книги: Ника Бойко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Мама всё поняла, хотя и обещала намылить шею моему шефу. Сборы были короткими небольшая сумка с одеждой, немного еды в дорогу, меч и все. Самое сложное было прощание, мама крепилась, сестры ревели, даже всегда шумный Тим молчал, сердечно попрощавшись, я обещала сразу же по прибытию написать. Мама сделала вид что поверила, ведь за все годы службы она не получила от меня ни одного письма и только по слухам узнавала где я и что со мной. И только те короткие передышки, когда я была дома, удерживали ее от отчаяния, я старалась бывать дома как можно реже и только школьные сессии заставляли меня возвращаться на несколько недель в год. Я любила свою семью просто боялась, что если они ко мне сильно привяжутся, им будет тяжело меня тереть, это бывает почти со всеми почтарями, очень мало доживает до тридцати, да и в моей жизни были такие случаи. Однажды когда моей маме сообщили, что я утонула в водопаде она за ночь посидела, поэтому я старалась свести наши встречи до минимума.

Выехав за территорию поселения, я прощальным взглядом окинула родные места и пустила Война в галоп. Дорогу до тринадцатого округа я знала хорошо, так как, живя в десятом, часто летала до его границ. Войн пока беспрекословно следовал моим указаниям, я гнала его до тех пор, пока сама не выдохлась. Остановив не далеко от северной границы одиннадцатого округа, я спрыгнула на землю. И посмотрев на зверя, испугалась.

– Прости, я не хотела так тебя гнать, просто я не люблю прощаться, – сбиваясь, сказала я.

– Я понял. Чем займёмся?

– Раз учебы у нас не получилось, поэтому все азы будешь постигать в дороге. Я уже поняла, что сильный и выносливый, но ты не знаешь почтовые команды, я покажу. Если я касаюсь твоей шеи с правой стороны – поворачиваешь направо, слева – налево, сжимаю бока – прибавляешь, касаюсь двумя руками – тормозишь.

– Пока все просто.

– Остальное, по мере необходимости. И ты должен быстро прибегать на мой свист, ну или когда позову по имени. Свист вот такой.

И я взяла два пальца в рот и протяжно свистнула. Войн утвердительно закивал головой.

– А мы спать будем или как? – спросил он.

– Скоро будет старый храм там и заночуем.

Развалины хорошо сохранились, даже можно было рассмотреть место, где когда-то находился алтарь. Сняв с волкозавра всю амуницию, я достала из вещмешка, кусок хлеба и разделила на две равные половинки, Войн брезгливо отвернулся.

– Не нравится, можешь сам себе поймать, но учти подъем на рассвете, так что поторопись.

Зверь убежал, я пожала плечами, съев хлеб запила его водой из фляжки, потянулась, завернувшись в меховой плащ, стала укладываться, на жесткой земле было холодно и неудобно, весенние ночи не отличаются теплотой. Войн вернулся через несколько часов я ещё не спала, обнюхав землю он лег.

– Как охота? – подала я голос.

– Неплохо, почему не спишь?

– Не знаю. Войн можно я лягу к тебе поближе?

– Ложись.

Подползя к волкозавру, я зарылась в его тёплый бок и тут же уснула, Войн свернулся калачиком, и я оказалась в самой его середине, стало тепло и уютно. Проснулась я от смутного ощущения тревоги, оно меня ещё ни разу не подводило, поэтому я снова ему доверилась, волкозавр спокойно спал, вытянув из-под себя меч, я всегда спала с оружием, прислушалась, кто-то определенно крался. Я поджала под себя ноги, приготовилась к прыжку, при этом, стараясь производить впечатление глубоко спящей. Волкозавр зашевелился и уткнулся носом мне в ухо, тихо прошептал: “Он около северной стены”.

Я напряглась, стена разлетелась как картонная коробка, мы вскочили, претворяться больше не имело смысла, перед нами стоял внушительного размера плотоядный слон, его бивни росли на манер клыков, и он с легкостью разрывал ими свою жертву, наваливаясь на добычу всем своим весом. Нас учили, что его слабое место это загривок это легко сказать, но трудно сделать. Вот ведь невезуха, когда была летуном, таких проблем не возникало, воздушные ямы, хищные птицы, много еще чего, это было, а вот слоны это в новинку. Бегло осмотревшись, я приняла решение.

– Войн, подкинь меня до вон той балки и отвлеки его внимание, – скомандовала я.

Зверь подбросил, на ней я было в полной безопасности. Слон стал крушить всё вокруг, ломая поваленные балки и загоняя волкозавра в угол, зверь посмотрел на меня и глухо зарычав, пошёл в атаку. Слону сильно не повезло, откуда он мог знать, что волкозавр один из лучших охотников, похоже, он был молод и поэтому вёл себя глупо или сильно голоден. Войн вцепился ему в шею и повис, слон поднялся на задние ноги, пытаясь сбросить волкозавра, тут пришёл и мой черёд, спрыгнув вниз, я, точно упала на его спину, и вонзила меч по самую рукоятку. Слон замер и рухнул на едва успевшего отскочить Война.

– Отлично, и что мы будем делать с такой горой мяса? – едва ворочая языком, сказала я.

– Съедим.

– Издеваешься, это даже тебе не под силу.

– Поспорим? – волкозавр прищурил красивые обрамленные длинными ресницами золотистые глаза.

– Договорились, если ты съедаешь все мясо, то я, чтобы такое пообещать?

– Я сам выберу, когда-нибудь я тебя спрошу, и ты мне скажешь “да”, не смотря не на что. Согласна?

Я задумалась, а что я собственно теряю.

– Договорились.

И обменялись рукопожатием. Войн съем причём в один присест и куда у него это всё поместилось, живот не раздуло. Посмотрев на скелет, я порадовалась, что успела снять шкуру, выскребав её и переложив травами я положила её на солнце на несколько часов. Ближе к обеду мы собрались, свернув шкуру в рулон, я закрепила её на спине зверя, пригодится, когда будем переправляться, через реку. Эта шкура одна из немногих не пропускающая воду.

Одиннадцатый и двенадцатый округа мы преодолели без приключений, останавливаясь в городах и получая печати в местных отделениях почтарей, я догрузилась ещё парой десятков писем. И именно на границе, я получила подробную карту, тринадцатого округа. Войн с удивлением отмечал, что почтарей везде уважали, и у нас нигде не было проблем с расселением или едой, даже на него начинали смотреть с уважением, узнав, что он один из нас. Войну, хоть это и скрывал, нравилось такое обращение.

Границу тринадцатого округа мы пересекли под мокрый дождь со снегом и пронизывающим северным ветром. Войн шел на ветер, иногда скребя лапами по обледеневшей земле уже больше десяти часов, я, закутавшись в тёплую шкуру, накрыла нас шкурой плотоядного слона, она хоть и не грела, но защищала от непогоды.

– Еще пару километров и мы на месте.

Впереди показался вековой хвойный лес. Дорога оказалась ненамного легче, ветки нещадно стегали по лицу, Войн заметно притомился, ещё раз взглянув на карту, я с прискорбием должна была признать, что мы заблудились, складывалось такое впечатление, что она была нарисована ещё во времена молодости моей бабушки, поэтому пейзаж так сильно изменился.

– Стоять, руки вверх!!! – перекрикивая шум ветра, взревел небольшой мужичонка с огромным животом и в грязно зеленной одежде, выскакивая на едва заметную тропинку и преграждая нам путь.

Войн сел, я с него скатилась.

– Простите, – обратилась я к странному мужчине.

– МОЛ-ЧАА-ТЬ!!! Руки вверх, вы арестованы, за проникновение на охраняемый объект, – суетясь, орал мужичок.

Мы переглянулись, волкозавр едва заметно пожал плечами, “мол, решай сама”.

– Хорошо, я сдаюсь, – покорно согласилась, поднимая руки, – и он тоже.

Довольный собой мужичок тут же скрутил мне руки за спину и перетянул их грязной тряпкой, Войну не нашлось и этого, он просто шёл рядом и тихо фыркал. Мужичок иногда толкал меня в спину подобранной палкой и радостно вскликивал, что-то нечленораздельное. И уже через несколько минут перебравшись сквозь густые кусты, мы стояли перед огромными воротами, одна бы в жизнь не нашла, сверху на нас смотрели вооруженные до зубов небритые хари.

– Эй, открывайте, не видите, великий Ор вернулся и привёл с собой пленников!!! – заорал он, так что у меня заложило уши, даже Войн недовольно пошевелил ушами.

Ворота ту же открылись, и мы вошли в огромный двор, заваленный разным оружием и хламом, я с интересом осматривалась. Мужичонка выпячивал, и без того огромный живот и плёл какую-то байку о великом побоище с нами, Войн лениво зевнул и улегся.

– Простите, – произнесла я, привлекая к себе всеобщее внимание. Разорвав лоскуты, удерживающие мой руки, я отдала их моему стражу.

– Как я могу увидеть вашего начальника, нам ещё далеко бежать и мне бы хотелось прибыть на место до темноты.

На меня снова было наставлено оружие. Чудные люди и чего нас бояться.

– Эй, – из странного длинного дома вышел молодой человек в широкополой шляпе, – кто ты и что здесь делаешь? – чётко, но при этом холодно выговорил он.

– Меня зовут Лисшу, – сказала я, снимая капюшон, – я почтарь и следую к месту службы, город Мирный.

– Поздравляю, ты на месте. Добро пожаловать в наш тёплый коллектив, следуй за мной, я провожу тебя к Коту.

Войн поднялся и встал рядом, мужчина придирчиво меня осмотрел.

– Меня зовут Иван, и ты в самом проклятом месте на земле. Сынок, а твоя мама знает, что ты здесь?

– Я не сынок, меня зовут Лисшу.

– Дитя Тьмы, как тебя могли назвать таким именем.

– Это лучше чем старинное проклятое имя, – обиделась я.

– Сынок не зарывайся, а то быстро схлопочешь по физиономии.

– Может, поспорим? – завилась я.

– Позже, – спокойно осадил он меня.

Мы шли мимо однотипных бараков, возле которых валялись горы мусора и ящиков. И остановились у точно такого же барака. Иван распахнул дверь и “галантно” втолкнул меня в просторный кабинет, Войн остался на улице. Из-за весящего дыма у меня заслезились глаза, и запершило горло, я закашлялась.

– Представься по уставу!!! – рявкнул дым.

– Я Лисшу, почтарь, мне необходимо в почтовое отделение.

– Здесь я почтовое отделение, и отныне ты служишь мне, документы.

Я порылась в сумке и, достав увесистый пакет, протянула его на звук голоса. Из дыма возникла волосатая рука, и появился сам обладатель огромный как великан мужчина, скомкав мои документы, бросил их в стол.

– Иван! – рявкнул он, – введи в курс дела новичка и поставь на довольствие, его и его псину, теперь он на твоем попечении.

Когда я оказалась на свежем воздухе и смогла отдышаться, я снова подняла глаза на мужчину.

– Привыкай, он часто тебя будет чистить, пока ты не освоишься, но ты не волнуйся, если кто станет обежать, только скажи, я ему все кости переломаю.

– Справлюсь и без вашей помощи.

– Ну как знаешь. Зверя размести вон там, и приходи вон в тот барак, с этой минуты – он твой дом.

Просвещал меня Иван, сопровождая свои слова жестикуляцией. Просто махнув головой в знак согласия, я повела волкозавра в указанном направлении. Сарай оказался выше всяких похвал огромные отделения для волкозавров были удобно расположены вдоль стен и в самом центре большой общий холл, в котором лежало несколько волкозавров. Увидев домашних Войн, зарычал.

– Успокойся, и будь выше их, мне тоже не легко, но я же терплю. Войн я хотела с тобой посоветоваться, – я замялась, – они считают меня мужчиной.

– Точнее мальчишкой, – сказал Войн, все еще косясь на домашних, – советую их не разочаровывать, и тебе будет проще и им спокойнее, живя в такой глуши, они женщин годами не видят. Это для твоей же безопасности и если что, свисти.

Войн выбрал огромный загон с выстеленной свежей соломой, улегся. Разместив волкозавра и сняв с него сбрую, повесила её на дверь, я собрала вещи и поспешила в свой новый дом. Казарма была ужасна, несколько двухъярусных кроватей ютились вдоль стен, два больших черных шкафа и огромный стол с несколькими стульями, плюс грязно-серого цвета стены. Позади меня раздался гортанный хохот и в комнату ввались мужчины. С ними был Иван и Ор, мужики уставились на меня.

– Это Лисшу, он почтарь с Ором ты знаком, это Кап, он снайпер, и Ив – один из стражей, теперь ты живешь с нами. И ты будешь спать надо мною, – сказал Иван, стукнув меня по плечу.

Рассматривая своих новых соседей, я втихаря вздыхала, Кап был юркий и такой же тощий, как и я, сразу было видно, что у него в роду были китайцы, Ив чистокровный негр, отличная команда. Проследовав мимо меня, Иван подхватил мою сумку, и я взвыла, повиснув на его спине, стала её вырывать через его голову. Иван закружился на месте и по инерции сумку не выпустил.

– Войн!!! – завопила я.

Окно разлетелось вдребезги, и на пол приземлился волкозавр, сильным ударом могучей лапы он разорвал Ивану грудь и отправил его в полет к противоположной стене, подняв все шипы и ощетинившись, встал надо мной грозно рыча, я лежала между его передних лап, вцепившись в сумку. Мужики схватились за оружие, мы так шумели, что в комнату ввалились вооруженные люди и нас окружили плотным кольцом.

– Не стрелять!!! – прогремел приказ, и толпа расступилась, пропуская Ивана.

Войн зарычал и приготовился к прыжку, держать за располосованную грудь Иван опустился на одно колено и сказал: “Прости меня, в сумке письма, я прав?”

Я утвердительно качнула головой, еще сильнее прижимая сумку к груди.

– И что!!! – завопили вокруг несколько недовольных голосов.

Иван тяжело сглотнул и продолжил: “Для почтаря письма то же самое, что для нас оружие, он готов умереть за них”. Все еще галдя, толпа медленно разошлась, и когда мы остались одни, Иван попытался встать, но упал, мы отнесли раненного на кровать и Кап умелым движением зашил и перебинтовал раны. Он хорошо сделал свое дело, и Ивану заметно полегчало, порывшись в сумке, я достала небольшой флакончик и, капнув несколько капель зелёной жидкости в стакан с водой, протянула Капу, тот понюхал, и одобрил, отдал его раненому, Иван послушно выпел.

– К утру ему станет легче, это отличный отвар мне мама в дорогу сварила, и он меня ещё ни разу не подвел.

Иван уснул, а мы расселись вокруг стола, Войн лежал в проходе. Все молчали, мне было неловко.

– Что сделано, то сделано, – нарушил молчание Ив. – Располагайся.

– Простите, это моя работа, – тихо прошептала я виновато косясь по сторонам.

В комнате повисла гнетущая тишина.

– Почтарь, а мне письмо есть? – спросил Ив.

– Да кто тебе напишет, – деланно заржал Ор.

– Сейчас посмотрю, – обрадовалась я смене разговора.

Достав толстую тетрадь, я пробежала по фамилиям.

– Ив, Ив Томсон, да вам письмо.

Ор поперхнулся. Порывшись в сумке, я извлекла письмо.

– Распишитесь и получите, – сказала я.

Ив дрожащими руками черканул свое имя, схватив письмо, с заметной поспешностью удалился на свою кровать. Ор с завистью посмотрел на товарища.

– А вы случайно не Ор Орус?

– Ну.

– Вам тоже письмо распишитесь и получите.

Ор схватил скромный конверт и умчался из комнаты. Через некоторое время к нам стали заглядывать небритые рожи и, косясь на меня и лежащего волкозавра, спрашивали о письмах, почти все получили и расписались. Было уже глубоко за полночь, когда Ив вытолкал назойливых посетителей на улицу, и приказал всем спать. Войн ушел к себе в загон. Вцепившись в сумку, я уснула тут же за столом. Ив отнес и положил меня на нижнюю кровать, а сам полез на второй этаж. Утром меня робко разбудили. Увидев совершенно незнакомого паренька, я снова вцепилась в сумку. Парень хорохорился, но при этом его нижняя губа дрожала.

– Это ты почтарь и доставляешь письма? – спросил он.

– Если ты напишешь и укажешь точный адрес, я доставлю твое письмо по месту назначения.

Парень нервно облизал пересохшие губы.

– Я уже написал.

– Отлично давай я его заверю и постараюсь отправить как можно быстрее.

Приподнявшись, я протянула руку, парень заколготился и, извлек из кармана потрепанный синий конверт протянул мне, как только мои пальцы его коснулись, сильная волна вырвала конверт из моих рук, а мы отпрянули в разные стороны, осмотревшись, я, нашла пронзенный конверт торчавшим из стены ножом.

– Не сегодня, – этот голос принадлежал Ивану.

Он открыл глаза и посмотрел на нас.

– Я считаю до трех, и если ты еще будешь в комнате, когда я закончу, будешь рыть колодец под водопадом. Раз…

Парня как ветром сдуло, видно метод действенный и практиковался не раз.

– Это Крот, ты с ним не связывайся.

Он встал и, пройдя мимо меня, выдернул из стены нож вместе с письмом. Привычным движением сунул нож в голенище сапога, а письмо выбросил в окно.

– Если тебе дорога жизнь ты не когда не будешь доставлять его письма.

– Я не понимаю?

–Это старая дурная шутка специально для почтарей, они пишут письмо и отправляют несчастного прямо в лапы Графу.

– А кто такой этот граф?

– Вампир, хочешь познакомиться поближе?

– Я уже встречал несколько вампиров, так что я не боюсь и всегда доставляю письма по назначению, – гордо сказала я.

– Пока ты в моем подчинении я сам решаю, какие письма ты будешь развозить и когда. А с этим вампиром тебе лучше не встречаться, целее будешь.

– Вы не имеете право, мною распоряжаться, я почтарь и вам не подчиняюсь! – вскочив выкрикнула я.

– Кажется, ты еще не все понял, – произнес, скривившись от боли Иван, – Кот, мэр этого города, это тот курильщик, которого ты вчера видел, а я здесь главный генерал, а насколько я помню, почтари тесно сотрудничают с военными и скорее относятся к нам, чем к гражданским, и так сложилось, что я твой начальник. Теперь тебе все понятно. Не слышу ответа?

– Да.

– Вот и отлично. Получи на складе одежду, чтобы не выделяться и пойдем завтракать.

– Сначала я провею как там Войн.

– Разрешение получено, но ты должен научиться изъясняться как военный.

Я зло засопела, но промолчала, Иван повернулся ко мне спиной давай понять, что разговор окончен и я свободна. Вылетев из казармы, я помчалась к волкозавру, тот спокойно ел принесенное мясо.

– Мы влипли, – выпалила я с порога, Войн даже не посмотрел в мою сторону. – Мы теперь военные, вот ведь невезуха.

– Чего тебе боятся, ты в отличной физической форме и спокойно заткнешь за пояс большинство местных, у вас подготовка серьезнее, чем у вояк.

– Ты мне льстишь.

– Немного, но не каждый сможет завалить плотоядного слона, тем более в первый раз. Так что вперед и если что свисти.

Ободрившись, я поспешила на склад, наткнувшись там, на симпатичную молодую девушку оторопела, вот кого я действительно не ожидала встретить, я честно думала, что я здесь одна представительница слабого пола, а нет. Девушка, щебеча, выдала мне новенькую форму, в двух комплектах, от нижнего белья я благоразумно отказалась, а вот носки набрала, да еще и ботинки. Так же я получила приглашение на танцы, чем была не сказано обрадована. Быстро переодевшись я все равно нацепила брошь почтаря захватив с собой сумку поспешила на завтрак. Меня уже ждали, ребята сидели за длинным столом и при виде меня приветливо замахали руками, протиснувшись, я плюхнулась рядом с Ором, Иван осмотрел меня.

– Знак снять, – приказал он.

– Лучше убей.

– Это приказ.

– А что будет, если я не подчинюсь?

– Ор, Ив отведите мальчишку в карцер и посадите на хлеб и воду, – сказал он, продолжая спокойно есть.

Ребята беспомощно переглянулись, я встала с высоко поднятой головой отодвинула протянутые мне наручники, и под мертвую тишину гордо покинула столовую, Иван даже не посмотрел мне вслед.

– Лисшу не зли его, – говорил мне Ор, виновато потирая руки, – он это делает ради тебя.

Я не потрудилась ответить, меня заперли в одиночной камере.

– Как только отдашь знак Ивану, можешь быть свободен, – вместо прощания бросил сквозь решетку Ив.

Жалела только об одном на танцы так и не попала, ещё всё впереди. Целую неделю я гордо сидела в одиночке, рассматривая сквозь решетку небо. Иван не приходил, зато ребята заскакивали по несколько раз на дню, просовывая сквозь прутья сморщенные консервированные яблоки. Яблоки я брала, а вот знак не отдавала. В один из таких дней, широко зевнув, я поняла, что пора спать и, зарывшись в одеяло, уткнулась носиком в подушку и спокойно собралась досмотреть вчерашний сон, если бы не обстоятельства. Ор влетел ко мне в камеру, будто за ним гнался обезумевший рой пчел и, вытащив меня из-под одеяла, потащил за собой.

– Беги в убежище, – орал он, – это приказ командира.

– Что случилось?

– На нас напали дикие оборотни.

– И только? – удивилась я.

Вокруг нас была суета, повсюду горели факелы, бегали вооруженные люди. Оторвавшись от Ора, я влетела к волкозавру, Войн спокойно спал.

– Подъем, надевай сбрую, пойдем воевать.

– Так бы и сразу. Где пропадала?

– Брала краткосрочный отпуск. – Балаболила я, затягивая ремни.

Вскочив в седло, мы выскочили на улицу, взлетев на стену, я увидела несколько мужчин на домашних волкозаврах, в пылу схватки их сильно теснили к стене. Войн всё понял без слов и, спрыгнул со стены, поспешил к воюющим. Выхватив меч, мы врезались с фланга. Мне что-то кричали вслед, но я уже не слушала. Волкозавр был отличным воином, и мы сильно помогли нашим, ближе к рассвету звери убежали, лично на моем счету было пять убитых, а, сколько раненых я не считала, Войн уложил на одного больше. Уставшие и перепачканные кровью мы вошли в ворота. Иван подъехал ко мне в плотную и молча протянул руку. Бросив на него убийственный взгляд, я спустилась на землю и, обтерев меч о шкуру, снова вложила его в потайной карман.

– Ор, прошу вас, расшнуруйте Война, а мне пора вернуться в камеру, – сказала я и направилась в сторону тюрьмы.

Все вопросительно уставились на командира, тот молча кивнул. Оказавшись в камере, я улеглась, отвернувшись к стене, и тут же закрыла глаза.

– Я тебя не понимаю.

Я вскочила. Иван стоял, облокотившись на решетку, смотря на меня.

– Я не требую ничего не выполнимого, что могло унизить твое достоинство.

– А вы бы расстались со своими регалиями?

– А ты их видишь на мне? Для общего блага иногда требуется чем-то пожертвовать и знаки различия самая малая из жертв.

– Я работаю почтарем с пяти лет, и нет в природе такой силы, которая заставила бы меня их снять.

– А если я попрошу.

– Что? – испугалась я.

Иван сел на край кровати, а я инстинктивно поджала ноги.

– Послушай меня немного, все и так знают кто ты, но за стенами тебя могут убить просто за то, что ты носишь этот кусочек металла. Я здесь уже четырнадцать лет и все это время пытаюсь выжить, я не хочу, чтобы мои люди гибли из-за своей глупости, если какой-то из этих тварей захочется прикарманить твой значок, он это сделает просто из спортивного интереса. Лисшу прошу, отдай мне его, пожалуйста.

Тяжело вздохнув, я лихорадочно вцепилась в знак, тупо уставившись в стену, прорычала: “Лучше убей”.

– Хорошо, я попробовал миром.

И свалив меня на железную кровать, вырвал знак почтаря вместе с куском ткани, я рассвирепела и взвыла, кинулась в драку, Иван резко поднял руку вверх.

– Он у меня и это значит, чтобы его получить ты должен выполнить три моих условия.

Я оторопела, не знала, что кто-то в такой глуши может знать наши законы.

– Первое, я позволю носить тебе его, но только так чтобы его не кто не видел, второе ты подчиняешься всем моим приказам беспрекословно и не оговариваясь, и третье при обращении называешь меня сэром. Ты все понял?

Я взвыла про себя.

– Да.

– Не слышу.

– Да сэр, но вы поступили нечестно, – все-таки вставила я напоследок.

– Тебе же сказали, я всегда добиваюсь того, чего хочу? А теперь в душ и в свою комнату.

И он вложил мне в руку знак почтаря. Покидая камеру, я впервые задумалась, что точно в такую же ловушку поймала Война.

– Сэр можно я проверю Война.

– Разрешение получено.

Я поспешила к волкозавру, зверь в большой комнате вместе с домашними волкозаврами что-то обсуждал, спор разгорелся нешуточный.

– Войн можно тебя на минутку.

Волкозавр вышел в проход.

– Войн я разрушаю договор, ты свободен.

– Повтори?

– Ты свободен, я разрываю наш контракт.

– Что он с тобой сделал?

– С чего ты взял?

– Ты напугана и у тебя разорвана одежда и нет почтового знака.

Я опустилась на землю.

– Он поймал меня, теперь у меня договор с ним, но в отличие от нашего, пожизненный. Ну, или до конца нашей службы что одно и тоже, но так просто он от меня не отстанет. Вот я и влипла правильно говорят: “не рой другому яму сам в нее попадёшь”. Вот я и попала только меня еще сверху и засыпали. Войн ты свободен, можешь идти хоть сейчас.

– Смеешься, и пропустить такое приключение.

– Так ты остаешься?

– Всеми лапами и знаешь, мне нравится быть почтарем.

Я повисла на шее зверя и разревелась. Успокоившись, я приняла душ, пока ни кого не было и, переодевшись, вошла в свой новый дом. Вот так я официально стала военнообязанной, со всеми вытекающими последствиями.

Три месяца пронеслись как один дурной сон, я старалась не с кем не связываться, точно выполнять приказы Ивана и по его словам неплохо справлялась. И пока ни кто не раскрыл мой маленький секрет, хотя скрывать его стало все тяжелее, при хорошей кормежке, я быстро набирала вес и у меня округлились формы, но я все равно оставалась достаточно тощей, хотя нет, я стала стройной, волосы из ежика доросли до прилично обросшей короткой стрижки, которая мне шла. Благодаря мягкости характера со мной легко водили дружбу все местные женщины, которых было шестнадцать. Я не когда не думала, что школа танцев мне так поможет на военной службе. На танцевальном поле мне не было равных, и поэтому я всегда была в центре внимания, по этой причине у меня появились враги, но не кто в открытую не мог со мной конфликтовать, Иван незримо охранял меня, да и ребята тоже. В свободное время я обучала местных премудростям современных и классических танцев, так что вечерами стало интереснее и веселей. Войн наладил отношения с домашними и даже находил общение с ними сносными вот так мы и жили. Знак почтаря я повесила на шею, на ту же цепочку, на которой весел черный крестик, я носила его всегда, он был очень красивый сделанный из незнакомого мне материала и украшен замысловатым узором. Тринадцатый округ как я выяснила, был более военным чем наш, на всю землю всего три города, всё остальное военные гарнизоны, границы, непроходимые леса и болота, несколько высокородных вампиров нашли здесь свое убежище и построили свои замки. В десятом я видела несколько вампиров. Они жили тихо, и не конфликтовали, здесь же убийство вампира считалось чуть ли, не подвигом, да и вампиры не оставались в долгу и постоянного воевали с гарнизонами. Множество диких и кровожадных животных. Вот он мой новый дом, скорее уже наш. Как я выяснила на нас нападали с постоянной регулярностью, как говориться держали нас в тонусе, хотя потерь среди воинов не было, так несколько легких ран.

И в один из дней мы как всегда работали над укреплением стен, после очередного ночного нападения. Недалеко от ворот стояли две высокие платформы, между которыми была перекинута балка. Притащив ведро с землей, я высыпала его в яму и, поправив шланг, льющий в эту же яму воду, поспешила за следующим.

– Лисшу, – крикнул мне Крот сверху, – можешь подняться к нам.

– Конечно, – отозвалась я, быстро взобралась наверх.

– Лисшу, ведь ты был летуном.

– Да и что?

– Мы поспорили, сможешь ли ты пройди по этой палке или нет.

– Это глупо.

– Я же говорил, что не сможет, – тут же выдал Крот.

– Это просто хотя и глупо.

Уверенно встав на балку, я раскинула руки и сделала первый шаг, проверяя устойчивость, потом пошла более уверенно.

– Упадет? – услышала я за своей спиной. – Нет, если ему не помочь.

И балку зашатали, упав на шпагат, я обхватила её руками.

– Ломай, кому говорю, ломай.

Палка заскрипела, и я упала в земляную жижу, вынырнув, я осмотрелась по сторонам, некоторое время было тихо, а потом вокруг раздался нервный хохот. Я коснулась груди рукой, цепочке на ней не было, пошарив в одежде, я её не нашла, внутри похолодело. Хохочущих людей стало больше. Набрав в грудь воздух, я нырнула, но до дна не достала. Испугавшись, так что даже забыла, что не умею плавать, я продолжала нырять.

– А парень то сдурел, – гоготали вокруг.

– Что происходит, Лисшу прекращай принимать грязевую ванну, и вылезай.

– Сэр цепочка, там знак, она где-то здесь.

– Выплывай, я не собираюсь отдавать приказ об осушении из-за такой безделушки. Лисшу на берег.

Я видела, что даже Иван едва сдерживает улыбку. А уж о ребятах наверху и говорить нечего ржут как лошади. Грязь налипла на одежду и утяжеляла её, я почувствовала что, нырнув еще раз, больше не вынырну, но я решилась, и мне почти удалось достать дно, как что-то сильно рванула меня на поверхность, Иван, держа меня за ворот куртки, несколькими сильными гребками добрался до края ямы и вытолкнул меня на землю. Я сильно кашляла и имела, честно говоря, потрепанный вид.

– Моя цепочка, – всхлипнула я.

– Пусть земля ей будет пухом, – раздалось сверху.

Я взревела. И вскочив, оттолкнула Ивана пытавшегося помочь мне подняться с земли, пришло время действовать я вскочила и, протянув руку над жижей, бесшумно зашептала, грязь зашевелилась и разлетелась в разные стороны, обдав собравшихся, яма мгновенно опустела, наступила тишина, я спрыгнула вниз и стала шарить по дну руками. Через некоторое время я победно вскликнула, нащупав пропажу, и крестик и знак остались на цепочке, выскочив, я пошла мыться.

– А.., – произнес Иван.

– Ой, сэр простите, сейчас все исправлю.

Я подняла руку вверх и сказала: “Вода” из-под земли на поверхность ударила струя воды, мгновенно заполнив яму, опустившись на одно колено, я коснулась пальцами земли и прошептала: “Земля”. Куски земли взлетели и упали в воду. “Вихрь”, – продолжила я. Смерч опустился в центр и мгновенно сотворил однородную массу. “Да, молния”, – шаровая молния ударила в балку держащую навес, и я услышала вопль парней падающих в сотворенную мною жижу. “И как говорит моя мама, чтобы блюдо получилось его нужно немного подогреть. Огонь” – жижа задымилась. Ребята выскочили и с ужасом уставились на меня.

– Колдун! – выпалил Крот.

– Нет, почтарь, а любой почтарь должен знать основы магии, чтобы выжить. А мне еще и пришлось изучать больше чем остальные, не очень легко сдавать экзамены, когда у тебя мама преподает продвинутую магию, и поэтому пришлось окончить углубленный курс чтобы не позорить семью, и это была простая, а будите доставать, я вас в порошок сотру, и сэр не заступится.

Гордо вздернув носик, я направилась в душ, захватив одежду, я быстро искупалась и вышла на солнце, люди до сих пор не разошлись, а опасливо косились в сторону дома мэра.

– Что случилось, пока меня не было? – спросила я, подойдя к Римме, нашей кухарке.

– Представитель совета приехал, Иван, и мэр о чем-то с ним беседуют.

– Да это плохо, думаешь, хотят лишить нас статуса города?

– Ты совершенно прав, – Иван, стоя позади все еще грязный, и недовольный, – орет, что мы не можем быть городом, так как у нас нет формы семь, и что это за форма такая?

Я схватила Ивана за руку и, оттащив его к стене, прошептала: “Разрушь договор и я сохраню этому месту статус города и вашу работу. Заметь, я предлагаю, а не требую”.