Текст книги "Заметки о Ленине (Сборник)"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 25 страниц)

Партией взят курс на электрификацию страны. "Ну, а много ли нашлось у нас людей, способных преподавать электрификацию, хотя бы по плану известной книги И. И. Степанова" – писал тов. Плетнев. Ленин подчеркивает и восклицает: "Вот именно! Это против В. Плетнева". Последний пишет теперь: "В тот момент это было более против В. Плетнева, чем сейчас. Сейчас дело обстоит несколько лучше. Но, ведь, мы не мыслим себе выполнения огромнейших задач... в 1922 г. Это задачи длинного этапа, долгой, многолетней работы. И сейчас понимание электрификации, ее величайшей революционизирующей роли значительно выше, чем в 1922 г." (стр. 73).

Легко понять, что тов. Плетнев отвечает Ленину не по тому вопросу, по которому от него ожидается ответ. Дело здесь вовсе не в большем или меньшем понимании роли электрификации. Ленин своим вопросом пытается тов. Плетнева с пролеткультовских теорий бросить в такое свидетельство нашей массовой безграмотности и некультурности, как недостаток преподавателей книги тов. Степанова. Тов. Плетнев философствует о необходимости "самому" и "одному" пролетарию перестраивать науку. Да здравствует социальная инженерия! А Ленин изучает данные всероссийской переписи о безграмотности населения советской страны, а Ленин думает о пропаганде элементарной "внеклассовой" культурности: чистить зубы, чаще мыться, не ругаться, а Ленин мечтает о том, чтобы столь популярные в нашем комсомоле "математические" выражения заменились изучением четырех правил арифметики. Тов. Плетнев предпочитает беседы о роли электрификации...

De hustibus non disputandum – о вкусах не спорят.

Цитируя Маркса, тов. Плетнев писал: "Этими словами Маркса оправдывается постановка вопросов о науке именно сейчас... В. И. возражает: "нисколько (нет конкретности)". Ясно? А вот что сердито пишет тов. Плетнев: "Словами Маркса, по мнению тов. Ленина, не оправдывалась постановка вопросов о науке в 1922 г. Но мы смеем думать сейчас, что постановка вопроса о ходе развития науки современна и своевременна, тем более сейчас (курсив мой. Л. А.) на 10-м году революции. Нужна лишь большая конкретность постановки этого вопроса... Вопрос ставится самой жизнью и обойти и замалчивать его нельзя, да и не следует". Тов. Плетнев поучает весьма сурово. Ленин оказывается в положении человека, который "нападал" на тов. Плетнева потому, что Плетневым вопрос ставился преждевременно. Плетнев, будто, верные вполне вещи говорил, да "по мнению тов. Ленина", немного рано. Неверно и это. Смеем думать, что В. И. и тогда достаточно думал по вопросам науки. Теперь опубликовано вполне исчерпывающее количество материалов, свидетельствующих о том внимании, с каким Ленин следил за работой наших ученых, как много заботливости было проявлено им в деле улучшения положения научных деятелей, как подталкивал он всех наших экономических работников к использованию в работе их органов и учреждений последних научных достижений. И разве не Ленин первый развернуто поставил вопрос о научной организации труда? И именно поэтому Ленин обрушивался на поистине рассуждения для рассуждений о науке. Ленин бесспорно предпочитал "науку для науки". Ленин писал, что гораздо приятнее революцию проделывать, чем писать о ней. Ленин, не сомневаемся мы, считал, что гораздо нужнее работать с научными деятелями, учиться у них, ставить им новые вопросы и задачи, чем разговаривать о науке. И если бы подлинно о науке, а то о "социальной инженерии", о науке "от станка", о "схемах индивидуалистических переживаний", уступающих место "движениям масс", о способностях "обобщающе, монистически мыслить", вызвавших у Ильича тоже непонятую тов. Плетневым приписку "уф!".

Наша статья чрезвычайно разраслась. Поэтому мы не будем писать сейчас о том, как понимается нами ряд других пометок Ленина. Мы разобрали только те из них, которые разбирались тов. Плетневым теперь, в 1926 г. Можно подвести некоторые итоги.

* * *

Надо учиться у Ленина – писал я в начале статьи. Учиться надо прежде и больше всего именно на таких материалах, как разбиравшийся нами документ. Можно ли отнести тов. Плетнева к числу тех, кто хочет идти по ленинскому пути?

В своей последней брошюре тов. Плетнев различает три точки зрения на культуру: 1) точку зрения тов. Троцкого, 2) А. Богданова и 3) Пролеткульта (сиречь тов. Плетнева). Т.т. Луначарский, Бухарин, мы "напостовцы" – оказывается не имеют точек зрения на культуру: Троцкий и Богданов, по мнению тов. Плетнева (и это правильно, с нашей точки зрения), занимают неправильную позицию в вопросах культуры. Мы не совсем согласны с тов. Плетневым в его критике Богданова, и особенно тов. Троцкого*1, но, думается нам, тов. Плетнев имел право "оборачивать" против них те или иные цитаты из сочинений Ленина. Получается, что тов. Плетнев... представляет ленинскую линию в вопросах культуры! Ведь иной точки зрения кроме этих трех, тов. Плетневым не обнаружено. Однако мы в нашей статье показывали, как обстоит дело у тов. Плетнева с Лениным. И ведь нужно же, поистине, иметь совершенно не "имеющую прецедентов храбрость", чтобы написать после этого следующие строки о пометках Ильича: "Мы же истолковывать их в свою пользу считаем недопустимой спекуляцией именем великого учителя. До такой беззастенчивости мы не дошли и не дойдем".

Тов. Плетнев "благородно" не хочет перетолковывать пометок Ильича, представляющих собою возражения Плетневу, в свою, Плетневскую, пользу. Тов. Плетнев не настолько беззастенчив, чтобы "истолковывать их в свою пользу". Какой он благородный, какой застенчивый, какой "неспекулятивный" тов. Плетнев! И все эти качества обнаружил тов. В. Ф. Плетнев у тов. В. Ф. Плетнева потому, что В. Ф. Плетнев отказался "перетолковывать в свою пользу" резкие замечания Ленина (напр. вздор, вот каша-то), Ильичевские возражения и протесты против статьи тов. В. Ф. Плетнева.

Благородство тов. Плетнева находит свою меру в том, что, крича о благородстве и уважении к памяти Ильича, тов. Плетнев, выдавая свою позицию за ленинскую, продолжает оставаться на позициях, осужденных Лениным. Такой, очевидно, представляется тов. Плетневу застенчивость с точки зрения пролеткультовской пролетморали. Но хуже всего то, что тов. Плетнев заранее набрасывается на всякие попытки понять Ленина. Мы ни в коей мере не настаиваем на том, что мы правильно поняли Ильича и верно истолковали его. Но мы хотим его понимать, мы считаем для себя обязательным вновь и вновь пересматривать наши взгляды, поскольку это будет вызываться углублением в проработку учения ленинизма о культуре. Тов. Плетневу кажется спекуляцией попытка связать наши теперешние позиции с взглядами Ленина. Это понятно, ибо попытка связать Ленина с Плетневым поистине "спекулятивна". Но нам это представляется обязательным. И нам кажутся глубоко тревожными и показательными разговоры о "перетолковывании" по отношению к т.т., которые хотят следовать в вопросах культуры за Владимиром Ильичем. Нам попадаются уже т.т., которые говорят: "диллетантская работа у Ленина об империализме, – ведь у Гобсона он это все взял". Мы видели уже "выучившихся" до того, что они говорят: ученическая работа "Материализм и эмпириокритицизм". Пошлое мещанство поднимает голову не только под знаменем безудержного, подчас воинствующего, эклектизма, оно не только рядится в ультра-левые теоретические и политические покрывала, оно поговаривает и о "талмуде" от Ленина, об "евангелизации" его собрания сочинений. Оно говорит это прямо по углам, оно шушукается об этом в закоулочках, оно намекает на это на собраниях, и оно же об'ективно кроется за иронизированием по адресу тех, кто хочет защищать "каждую запятую большевизма"*2 и согласовывать свою линию с высказываниями Ильича. И нас не напугать любой демагогией, на которую так щедры наши противники.

Ничего нет неприятнее, конечно, такого положения, когда кто либо в спорном вопросе – таком, каким являются вопросы культуры – кричит: Ленин "за нас". Ни в каком случае целью разбора мною пометок Ленина не было демагогическое "покрикивание" – вот, дескать, мы то с Лениным. И не на почве догматического толкования Ленина хотим мы доказывать наше желание идти за ним в вопросах культуры, а на почве ортодоксального понимания всего литературного наследства Владимира Ильича.

* * *

Все новые выступления тов. В. Ф. Плетнева ясно показывают, что он не понимает основного во взглядах Ленина на культуру. Тов. Плетнев не понимает того, что у Ленина вопрос о культуре – это вопрос о массах, вопрос об их, масс, культурном под'еме и образовании, об овладении ими, массами, старой культурой, о строительстве пролетарской культуры ими, этими массами. Ленинская "культурная революция" не продумана тов. Плетневым. Ему думается, что можно говорить о пролетарской культуре без ленинской культурной революции, не говоря о ней. Мы тоже сторонники пролетарской культуры, и мы защищаем эту точку зрения против целого ряда нападений, то "справа", то "слева". Но наша точка зрения на пролетарскую культуру отлична от взглядов тов. Плетнева. Об этом, в частности, можно судить по всей нашей статье.

В брошюре "Три точки зрения" тов. Плетнев сопоставляет определение пролетарской культуры, дававшееся в моей брошюре, с определением пролеткульта и радуется совпадению*3. Однако не всегда двое говорящих _______________

*1 Об этом я буду писать в статье о взглядах тов. Троцкого на вопросы культуры в одном из очередных NN журнала.

*2 К сведению П. Ионова. Эта фраза тов. Зиновьева. Какой ужас! Авербах явный оппозиционер...

*3 Тов. Плетнев не только радуется, но и трусливо пытается намекать на "заимствование" нами у Пролеткульта определения пролетарской культуры. Во-первых, сам Плетнев же свидетельствует, что я не был знаком с точкой зрения Пролеткульта, а, во-вторых, я излагал нашу общую напостовскую формулировку. Уж если говорить о "позаимствованиях", то придется отметить то, что Пролеткульт опубликовал свои тезисы в августе 1924 г., а напостовская точка зрения была формулирована уж во всяком случае еще летом 1923 г. К тому же еще, тов. Плетнев взял у меня одну формулировку, а у себя понабрал фразы из нескольких мест. Неудобно это, тов. Плетнев. И зачем вам потребовалось прибегать к таким приемам полемики? Неужели и вам захотелось присоединиться к хору Воронского и Лелевича? Почему вы одно и то же (предположим, что мы действительно говорим одинаковые вещи) – действительно говорят одно и то же.

"Под'ем, хотя бы до буржуазной культуры, есть одновременно классовая переработка этой прежней культуры". "Влад. Ильич термином "пролетарская культура" пользовался не раз – и вовсе не для того, чтобы бороться с Богдановым, но и в порядке использования этого термина, наполняя его своим, а не богдановским содержанием" – писал я в моей, уже цитировавшейся, брошюре. И то новое содержание, которое влагал Ленин в понятие "пролетарская культура", есть, думается мне, учение о культурной революции.

Вот сидит тов. Плетнев и рассуждает: тезис – буржуазная культура, анти-тезис – пролетарская. Надо эту пролеткультуру создавать, давайте перестраивать науку, давайте ка критически пересмотрим наследство. А Ленин учит: пролетарские массы приобщить к культуре, пусть массы учатся, класс не переродится, усваивая прежнюю культуру, а класс ее перестроит, и вот эту культурную революцию давайте организовывать, давайте сделаем так, чтобы мы, компартия, этой культурной революцией руководили. Только так можно придти к пролетарской культуре. С точки зрения Плетнева не понять, почему для Ленина предпосылкой борьбы за культуру является борьба за культурность.

"Линия массовой культурной революции и линия пролеткультовской кружковщины совершенно отчетливо друг другу противостоят" писал я по поручению большинства напостовцев больше года тому назад. Новые выступления тов. Плетнева подчеркивают и вновь подтверждают это положение. Тов. Плетнев хочет уйти от Богданова, он считает, что он от него уже ушел. Не будем судить о том насколько это так. Но если пролеткульт и хочет придти к Ленину, то он делает это от богдановской печки. Старая кожа не слезает так быстро. Для нас же смысл философии всей в вопросе о пролеткультуре заключен в двух словах Ленина: культурная революция.

Мы стоим на той точке зрения, что нельзя из факта борьбы Ленина против богдановско-пролеткультовских "теорий" пролетарской культуры, делать выводы об отрицательном отношении Ильича к пролетарской культуре вообще. Статья тов. Плетнева и разбор пометок Ленина на ней показывает, почему не мог Ленин не выступать в то время против тех т.т., которые так ставили вопрос и так защищали идеи пролетарской культуры. Все т.т., которым приходилось в печати рассказывать о своих беседах с Лениным, свидетельствуют, что "то основное", что тогда выдвигал Ильич, сводилось прежде всего к борьбе против представлений о пролетарской культуре, как о чем то таком, что может вырасти из того или иного тепличного учреждения. "Пролетарская культура может вырасти на почве общей грамотности в условиях советской власти". Это писал тов. Яковлев, – ни в каком случае не защитник идеи пролеткультуры. См. на эту тему исключительно интересную речь тов. Фрунзе в этом номере нашего журнала.

* * *

Коротко по последнему вопросу. Тов. Плетнев много раз утверждал противоположность теперешнего пролеткульта пролеткульту старому. Он пишет: "Мы учитываем ясные для нас заметки В. И., на них учимся (верно ли? Л. А.). Всегда готовы признать свои ошибки, но хотели бы только одного: чтобы наши критики стали, наконец, об'ективными критиками и не обходили бы молчанием наших печатных работ, следующих за переменой ориентации пролеткульта в 1920 – 21 году".