Текст книги "Элеарская Академия Магии (СИ)"

Глава 10

– …двести двадцать один, двести двадцать два, двести двадцать три…

Рианет снилось, что кто-то сжимает ее руку и считает до трехсот.

«Что за глупость?» – подумала она сонно и открыла глаза.

Белый потолок, бежевые стены и…

– Ты сидишь на мне? – оторопела Рианет, глядя на подругу. – И держишь карты моей рукой?

– Я вес не полностью перенесла, – сосредоточенно ответила Дея. – Триста.

Госпожа Брихт, сидевшая на бедрах подруги, принялась раскладывать карты. Перед этим она, правда, убрала все складки на одеяле, что укрывало Рианет.

– Я вновь вижу твое будущее, – облегченно выдохнула Дея. – Впереди череда туманных событий, нелегкий выбор… Даже два.

– У меня будут дети? – тихо спросила Рианет.

Удивленно хмыкнув, Деорис перетасовала карты и разложила их веером.

– В одном варианте – мальчик и девочка, а в другом… В другом никого, – госпожа Брихт недоуменно нахмурилась, – странно.

– Ничуть. – Леди Дельсийе прикрыла глаза. – Я смогу иметь детей, только если в моей жизни произойдет чудо из чудес.

– Нисхождение богов? – предположила Деорис.

– Встреча с истинным.

– Но… Это же и так произойдет? Правящая чета приложила немыслимые усилия к тому, чтобы восстановить баланс сил, так что, – Дея развела руками, – встреча неминуема.

– Мужчина узнает свою истинную по сияющей печати, окутывающей девушку. – Рианет повернула голову набок и уперлась взглядом в букет цветов. – Вот только у меня ее нет.

– То есть вы уже встретились?

– То есть я – долгосрочный и выгодный проект моих родителей, – горько проговорила леди Дельсийе. – Это никто не произнес вслух, но… Некоторые вещи можно прочесть и между строк.

Деорис собрала карты и перебралась на стул, стоявший с правой стороны от постели Рианет.

– Подробности будут?

– Мою Печать соединили с моими энергоканалами. Все эти яростные приливы магии, все эти приступы, вся эта боль – это следствие чудовищного ритуала, который провели надо мной.

– Но зачем?!

– А дальше идут варианты, – устало вздохнула Рианет. – Но я склоняюсь к той мысли, что они планировали продать меня подороже и заодно получить несколько одаренных детей. Отец… Лорд Дельсийе бросил мне контракт, который он подготовил изначально. Среди прочего там уточнялось, что мой первенец отойдет роду Дельсийе, второй достанется роду мужа. Следующий – снова Дельсийе. Правда, при этом в свободное время я могла бы чему-то учиться.

– И скольких ты должна была родить? – оторопела Дея. – Даже один одаренный ребенок ослабляет мать, а тут…

– А тут свиноматка с деформированной Печатью. – Рианет села и растерла лицо руками. – Дельсийе так и не смогли стать действительно магическим родом. Так что, кажется, Балдред готов на все, чтобы последующие поколения гарантированно обладали силой.

Деорис не знала, чем утешить подругу, и потому просто протянула ей колоду.

– Я все видела в нечеткой дымке. Быть может, если ты по-настоящему досчитаешь до трехсот, то…

– Не хочу, – честно сказала Рианет. – Тошно.

– Позвать леди Тау?

«Ты влюбился, – обеспокоенно ахнула целительница».

– Нет, – помотала головой леди Дельсийе, – тошно – в переносном смысле.

Деорис недоверчиво сощурилась:

– Ла-адно. У меня есть и другие новости: кто-то был в нашей комнате.

– Я, – созналась Рианет. – Нэйр привел меня к нам: он проверял, не потерялась ли я в своем разуме и могу ли здраво мыслить.

– Чего? – оторопела госпожа Брихт. – Расскажи, пожалуйста, с самого начала. Я всю ночь терзала карты, пытаясь узнать прошлое, но ответы были безумны.

Тихо вздохнув, леди Дельсийе принялась объяснять:

– У Талборда был сообщник, который затащил меня в кусты. И не просто в растение, а в ту часть, где проложены тайные студенческие тропы. Я была обездвижена, но со щитом. Талборд не собирался взламывать мое заклятье, он распылил смесь афродизиака и зелья плодородия…

– Боги безымянные, – выдохнула Деорис. – Ты… Значит, ты… Значит, это его двое детей? Близнецы? И ты должна решить, оставить их или нет?!

– Нет! – Рианет замахала руками. – Дослушай, пожалуйста, до конца.

Леди Дельсийе обстоятельно пересказала подруге все произошедшее и добавила:

– Магия в моем теле сошла с ума и чуть не свела с ума меня. Нэйр смог как бы… Как бы внедриться в мои энергопотоки и направить магию в нужную сторону. Но что самое страшное, я сама не замечала, что со мной не все в порядке.

– Например?

– Знаешь, как он меня проверил? Мне было недвусмысленно приказано вернуться в целительское крыло. Затем декан еще раз напомнил об этом, когда мы покидали кабинет ректора. Но я все равно пошла в общежитие. Нэйр лишь немного направил меня в ту сторону, и я пошла. И даже не вспомнила, не засомневалась, не задумалась!

Затем, чуть помолчав, Рианет честно добавила:

– Хотя часть пути он пронес меня на руках. Но я не возражала. Думала только о том, как закроюсь в комнате. Как буду рыдать. А вот что буду делать дальше, как буду жить, как…

Леди Дельсийе не договорила и просто молча покачала головой.

– Звучит страшно, – поежилась Деорис. – Я, кажется, понимаю, про что идет речь. Когда ток магии нарушается, колдун может потерять не только разум, но и жизнь. Только… Это же не лечится вмешательством чужой магии. Только зелья, амулеты и мольбы безымянным богам.

– Нэйр смог. Он словно… Словно обновил мою магию. Очистил. Или даже заморозил, а после отпустил.

Дея покачала головой:

– Звучит жутко. Ведь с тем же успехом он мог бы сотворить обратное.

– Нет, – резко произнесла Рианет. – Не мог.

– С точки зрения личности – не мог, – согласилась Деорис, – но если смотреть на это с точки зрения возможностей…

«– Как и многие другие. Значит, тропа настолько сложная?

– Нет. Но пройти ее и не выдать себя – почти подвиг».

В голове Рианет прозвучало эхо их с Келбердом короткого разговора. Тогда она решила, что парень скрывает стихийный дар: многие благородные пожелали бы поставить себе на службу настолько одаренного мага. Но, возможно, его дар совсем специфичен?

– Он спас мой рассудок, – леди Дельсийе посмотрела подруге в глаза, – ты ведь помнишь, что люди, принявшие афродизиак, сходят с ума, если не идут на поводу у навязанного желания? В моем случае из-за поврежденной Печати все пошло не так, но…

– Я же не спорю.

– Тогда дай мне слово, что никому не расскажешь о нем, – попросила Рианет. – Я не сомневаюсь, что ты сохранишь любую мою тайну. Как и я твою. Но сейчас я прошу тебя за него.

«Потому что я не удержала язык за зубами. Леди Тау не зря волновалась».

Деорис хмурилась. Он перебирала карты так, будто хочет погадать сама себе, и Рианет решилась добавить:

– Целительница знает про его дар. Она ругалась и сказала, что нужно было отправить меня в бессознанку и потом уже лечить. Чтобы я никому ничего не рассказала.

– Даю слово, – выдохнула госпожа Брихт. – Леди Тау не станет защищать кого попало. Но мне все равно любопытно, что же это за дар такой.

– Можно будет посмотреть в библиотеке, – предложила Рианет. – Только искать будем не дары и стихии, а способы усмирения магических потоков.

Согласно кивнув, Деорис принялась ловко тасовать карты.

– Сыграем?

– Сыграем, – согласилась Рианет. – Сколько времени? Есть так хочется.

– Ой, – спохватилась госпожа Брихт, – потом сыграем. Меня сюда пустили под честное слово уйти до завтрака.

Собрав карты, Дея спрятала их в карман и подхватилась на ноги.

– Выздоравливай, слушай целительницу и не твори глупостей. Если сегодня тебя не выпустят, то увидимся уже завтра: этот вечер я проведу у арифмантов.

– Что? Почему? – оторопела Рианет.

Деорис криво улыбнулась:

– Потому что я практически с боем прорывалась на этаж парней. Девушек на мужском этаже не должно быть, как ты помнишь.

– Но ведь ситуация была…

– Никаких отговорок и никаких послаблений, – Деорис отмахнулась, – оставь, я прекрасно понимала, что делаю. И повторила бы это.

Рианет поймала взгляд подруги и с нажимом произнесла:

– Я пойду с тобой. И не спорь.

– Не спорю, – улыбнулась Дея, – но боюсь, что решение не за нами, а за леди Тау. Кстати, чистая одежда в тумбочке.

– Спасибо, – кивнула Рианет. – И за цветы спасибо, очень приятно!

Но госпожа Брихт покачала головой:

– Цветы не я принесла, они уже были.

– Да? – Рианет посмотрела на нежные голубоватые соцветия. – Наверное, здесь так принято.

После ухода подруги леди Дельсийе взяла свою одежду и осторожно направилась в душ. Заодно она в уме решала алхимические задачки, переходя от простого к сложному.

«Кажется, теперь я буду постоянно сомневаться в своем разуме», – с горечью поняла она.

Где-то через час доставили завтрак, затем пришла леди Тау. Целительница выглядела сердитой, и Рианет решила быть откровенной:

– Я слышала вас. Я никому не скажу.

– Что не скажете? – резко спросила леди Тау.

– Ничего, – пожала плечами Рианет. – И прошу прощения за опоздание, мне было необходимо отнести форму в комнату. Я не могу спать, когда мои вещи не в порядке.

Тут леди Дельсийе определенно лукавила: беспорядок никогда не мешал ей жить.

– Что ж, порадуемся, что ваше решение не нанесло вам травм. Вот этот медицинский артефакт вам следует носить ближайшую неделю. Действие этого кулона благотворно скажется на ваших энергопотоках.

– Надеюсь, я перестану забывать слова, – выразительно проговорила Рианет. – Сегодня все утро вспоминала, как называются эти цветы. Увы, моя память от меня сокрыта.

– Это гортензия.

– Дымка! Синяя дымка, – воскликнула леди Дельсийе.

– Да. – Губы целительницы дрогнули в улыбке. – Эту неделю вам не следует много колдовать. Можете быть свободны.

Поблагодарив целительницу за артефакт, Рианет взмахом ладони заправила постель и несмело спросила:

– А кто принес цветы?

– Тот же, про кого совершенно нечего рассказать. Так что забирайте букет, иначе я его сожгу, – бросила леди Тау. – Идите, у меня еще много дел! Да с банкой берите, студентка Дельсийе, право слово. Потом вернете. Чувствую, что мы еще увидимся.

– Хотелось бы не… А, да, артефакт нужно будет вернуть. – Рианет на мгновение почувствовала себя глупой. – До свидания, леди Тау.

Удивительно, но до общежития леди Дельсийе добралась без проблем. А вот внутри… Томсор был первым, кого она увидела. Парень бросил на нее долгий тоскливый взгляд и резко развернулся, меняя направление движения. Он явно не хотел пересекаться с Рианет.

«Орта помогала Талборду, а виновата я, – с горечью подумала леди Дельсийе. – Хотелось бы удивиться, да никак».

Поднявшись на свой этаж, Рианет сняла с двери расписание и вошла внутрь. Поставив цветы на стол, она принялась собирать сумку. День предстоял непростой: сразу и Моркант, и Придери.

«Впрочем, я же хотела серьезной учебы. Вот она, во всей красе, – хмыкнула про себя Рианет. – Об остальном я подумаю ночью».

Закрутив волосы в узел и закрепив его наколдованными шпильками, Рианет переоделась в форму. Окинула взглядом комнату и, нахмурившись, подошла к постели Деорис.

Из-под подушки выглядывал корешок книги. Очень знакомый корешок – синий, с серыми полосками.

Добавив в свою сумку второй учебник по арифмантике, Рианет поспешила выйти из комнаты. Надо найти Деорис до того, как она заметит пропажу!

Вот только с подругой леди Дельсийе столкнулась уже на лестнице.

– Тебя выпустили? Точно все в порядке или…

– Точно в порядке, – Рианет показала кулон, – эта штучка мне поможет. А ты, кстати, забыла учебник по арифмантике.

– Знаю, – вздохнула Деорис, – за ним и вернулась. Ты как-то странно озираешься. Что-то успело случиться?

Криво улыбнувшись, леди Дельсийе кивнула и рассказала, как встретила Томсора. И как он на нее отреагировал.

– Орту, вероятно, многие любили, – мрачно проговорила Рианет.

– Ты сама себя слышишь? – ахнула Дея.

Подруги спускались по лестнице, и леди Дельсийе попросила госпожу Брихт быть чуть потише. Не хотелось, чтобы по факультету поползли слухи.

– Во-первых, к сожалению, они уже ползут. Твоя матушка рыдала слишком громко. А во-вторых, играющий в глупые игры выигрывает глупые призы. Когда Орта соглашалась помочь Талборду, она что хотела выиграть: всеобщее одобрение или медаль?

В глубине души Рианет была полностью согласна с подругой. Но…

Свою мысль леди Дельсийе додумать не успела: выходя из общежития, они нос к носу столкнулись с Томсором. И если Рианет просто отвела взгляд и хотела пройти мимо, то Дея встала прямо напротив старшекурсника.

– Значит, ты считаешь, что Орту зря задержали? Жалеешь, что правда всплыла? Ты же рвался идти вместе с Келбердом! Говорил, что нельзя девицам одним по ночам бродить. Получается, не просто так тебя защита не выпустила: ты сам не захотел идти. Все знал и молчал!

Деорис наскакивала на старшекурсника, как боевая курочка, и Рианет рефлекторно создала щит: не хватало, чтобы взбешенный Томсор откинул подругу!

– Нет, – парень отвел взгляд, – и да. Я знал, что Орта крутится вокруг Талборда. Мы ссорились по этому поводу, и прежде, чем я успел что-либо сказать, она соврала тебе, что вокруг него вертится некая студентка.

– Я помню, – кивнула Рианет.

– Никто, кроме Орты, вокруг него не крутился, – Томсор понурился. – Мне нужно было сказать об этом. Чтобы ты знала, но я не верил, что Орта может…

Парень не договорил и, махнув рукой, замолчал.

– Она ведь встретила нас тогда, – тихо сказала Деорис. – Сказала, что пыталась уснуть, а мы ее разбудили. Посоветовала идти скорей. А потом… А ведь ее правда не было. Я еще подумала: как хорошо, что мой крик не разбудил ее.

– Будить было некого, – криво усмехнулась леди Дельсийе. – Идем, а то к Морканту опоздаем.

Попрощавшись с Томсором, подруги поспешили к центральной части Академии. Все это время Рианет ловила на себе косые взгляды студентов.

«Они все знают», – пронеслось у нее в голове.

Во рту пересохло. Она вдруг почувствовала себя голой. Голой и выставленной на всеобщее обозрение. Экспонат или сломанная вещь?

– Поговорят и забудут, – процедила Деорис.

– Не забудут.

Дальше стало хуже: пока они шли по коридорам Академии, им вслед летели шепотки. Внутри Рианет дрожала тонко натянутая струна, но…

«Я справлюсь. Я выдержу».

Кто-то показал на нее пальцем, и Рианет, поймав взгляд наглеца, холодно улыбнулась и изобразила что-то вроде приветствия. А после прошла мимо так, как будто ничего не было.

«Привыкну».

Удивительно, но занятие с Моркантом прошло спокойно и гладко. Рианет даже допустила мысль, что профессор ей сочувствует. Почему? Потому что занятие охватывало тему, которой не было в учебном плане. Все занятие Моркант рассказывал о том, как создать сигнальные огни, какие они бывают и в каких случаях к ним можно привязать звуковое сопровождение.

Выходя из кабинета, Рианет остановилась перед кафедрой профессора и коротко сказала:

– Спасибо.

– Эта лекция запоздала, – сухо обронил Моркант. – Надеюсь, вам никогда не пригодятся эти знания.

С этими словами он повернулся к студентам спиной и сошел с помоста.

– Итак, Моркант – приличный человек, – подытожила Деорис, когда подруги вышли в коридор. – Интересно, что будет на арифмантике?

– Не думаю, что нам понравится, – с грустью проговорила Рианет.

Размышляя о своем прошлом и будущем, она вдруг задалась довольно сложным вопросом. А смогла бы она остаться прежней? Студенты привычно презирают и ненавидят боевой факультет. Хочешь завязать беседу с полузнакомым человеком – брось пару фраз о мерзости и подлости выкормышей Кадди Леар. Не о чем поговорить? Так вот они, ало-черные, всегда готовы предоставить повод для зубоскальства.

«Я бы, наверное, держалась за Дею», – думала леди Дельсийе.

Вот только она боялась, что доступ к вожделенным знаниям развел бы их с подругой по разные стороны.

«Наверное, все к лучшему?» – спросила себя Рианет.

А после, не удержавшись, коснулась рукой своего живота. Что будет, если ее истинный окажется женат и с детьми? Люди давно перестали отслеживать нити судьбы. Жрецы поговаривают, что вместе с истинностью уйдет и магия. Даже появились такие храмы, в которых отказываются венчать неистинные пары. И Ее Императорское Величество тоже против договорных браков.

«Как же все сложно», – простонала мысленно Рианет.

– Кажется, на брачном рынке стало на одну невесту меньше.

Тягучий, неприятный голос Магрит Риной запустил стаю мурашек по коже леди Дельсийе. Рианет медленно перевела взгляд на арифмантку.

– Только кажется? – неспешно уточнила Рианет, и на ее губах заиграла легкая улыбка. – Риной, о твоем браке с Корсеном уже давно всем известно. Твой отец воистину умен и дальновиден, ведь твой жених один из самых талантливых студентов. А нищета… Что ж, у всего есть своя цена.

На коже Магрит проступили багровые пятна.

– Не тебе, пустобрюхой, рассуждать о чужом происхождении.

– Фу, как грубо, – манерно бросила леди Дельсийе. – К тому же ты приписываешь мне то, чего я не говорила, Риной. Мои слова затрагивали лишь деньги, но ты заговорила про семью. Тебя так задевает муж-простолюдин? Ты бы хотела кого-то знатнее? Пусть слабее и глупее, но родовитее?

– Тебе в любом случае не светит никакой муж, – бросила Магрит.

– Что ж, разве не этого я добивалась, идя против семьи? – мягко улыбнулась Рианет.

В тот момент она и сама верила в то, что произносила. Поглаживая кулон, выданный целительницей, леди Дельсийе спокойно и обстоятельно лгала:

– Мне важна свобода. Чистая наука интересует меня куда больше ваших сомнительных радостей. Я окончу курс боевой магии, отработаю положенный срок и вернусь на факультет арифмантики. Затем выйду в мир и буду изучать магию столь полно, сколько мне захочется. Ни муж, ни дети не станут помехой на этом пути. А теперь прости, но двери кабинета открылись, и пора бы уже войти внутрь.

В этом словесном поединке Рианет приписала себе сомнительную победу. Отчего сомнительную? Оттого, что никто из рода Риной никогда не славился ни умом, ни красноречием. Оттого они и пытаются затянуть в семью умника.

«Лорд Риной хочет умных внуков, – развеселилась леди Дельсийе. – Будет забавно, если высокомерие Магрит отвратит Корсена от обещанного золота».

– Ты мне раньше таких подробностей не рассказывала, – шепнула Деорис, когда они устроились за партой.

– Я со злости вспомнила, – отозвалась Рианет. – В дамских гостиных только и разговоров о том кто, кого, когда и почему. Кроме Риноев Корсену покровительство еще кто-то предлагал, но парень предпочел благородную фамилию.

– Зря, – поежилась Деорис. – Будет вечным приживалой.

– Увы, порой людям любой ценой хочется выбраться наверх, но… Как я уже говорила, круг общения наших семей к настоящей аристократии имеет очень опосредованное отношение.

– Как одуванчик и роза? И те, и те цветы, но в императорском парке радуются лишь одному из них.

– У меня было другое сравнение на уме, – хихикнула Рианет, – но твой вариант куда благозвучней!

– А твой вариант?

Леди Дельсийе склонилась к уху подруги и прошептала пару фраз. Ответом было ошеломленное молчание и малиновые щеки Деорис. Откашлявшись, госпожа Брихт покачала головой:

– Таких слов я от тебя не ожидала.

– И те, и те продаются, только цена разная, – пожала плечами Рианет.

После она, правда, справедливо добавила:

– Я не всегда так думаю, но сегодня какой-то очень уж дурной и сложный день. Я сама еще не смирилась с тем, что произошло, а тут…

Хлопок двери прервал леди Дельсийе. Влетевшая в аудиторию профессор Придери отрывисто бросила:

– Очистить парты. Пришло время узнать глубину ваших познаний.

– А вот об этом предупреждали старшекурсники, – шепнула Дея. – Готов рейтинг, и арифманты, как всегда, на самом дне.

– Мы с тобой там же, – хмыкнула Рианет.

– Но Придери от этого не легче.

Профессор тем временем вызвала двух помощников и раздала им две кипы листов. Отдельно для боевого факультета и отдельно для арифмантов.

«Наверное, нам попроще», – подумала Рианет.

Но быстрый взгляд через проход сказал: попроще вариант был у арифмантов. По меньшей мере первые пять вопросов касались общеупотребительных терминов. Остальные двадцать Рианет рассмотреть не смогла.

– Профессор, здесь есть вопросы, которые мы не…

– В учебниках следует читать все, в том числе и сноски. Вы должны знать то, о чем я вас спрашиваю. Более того, вам нужно лишь отметить правильный вариант, а не сформулировать ответ самостоятельно!

От холодного голоса профессора у Рианет заныло в висках. А вот студентку, что изначально завела разговор, тон Придери ничуть не смутил.

– Тогда позвольте нам формулировать самостоятельно, профессор. В конце концов, мы все здесь почти первокурсники.

«Кажется, она тоже рассмотрела первые пять вопросов «родного» факультета Придери, – хмыкнула про себя леди Дельсийе. – Только в чем смысл столь откровенного подсуживания своим? Они же выйдут за стены Академии неучами и опозорят Придери по полной!»

– Надеюсь, вы не считаете себя умнее преподавателя? – сладким, елейным голосом осведомилась профессор. – И не надейтесь списать, пусть вопросы и одинаковые, но зато вы не сможете рассмотреть лист соседа по парте. Уж об этом-то я позаботилась!

«Или это и правда месть за вывешенный рейтинг студентов», – вздохнула Рианет.

– Я не напишу, – тоскливо вздохнула Дея, – я знаю ответ только на предпоследний вопрос.

– Время пошло, – четко произнесла профессор.

Леди Дельсийе посмотрела в выданный ей лист и поняла, что из двадцати пяти вопросов она может ответить лишь на пятнадцать. И все это заслуга библиотеки в школе бытовой магии, а не занятий с Придери.

А затем… Это было что-то вроде озарения, и Рианет, не позволяя себе задуматься и усомниться, поставила локоть на стол и завела кисть за голову, к затылку. Как будто она почесывается.

После она заставила пальцы мерцать. И, посчитав, что хоть кто-то из сокурсников ее заметил, сложила пальцы в знак «внимание». Ей было трудно, потому что приходилось использовать левую руку, ведь с правой стороны были ряды арифмантов, между которыми прогуливалась профессор.

Рианет знала не так много жестов, поэтому после внимания она показала цифру «один» затем знак «три». Затем снова «внимание». Она надеялась, что хоть кто-то из сокурсников поймет, что в первом вопросе нужно выбрать третий вариант. Повторив это дважды, она убрала руку, когда Придери пошла вдоль рядов по стороне боевого факультета.

Затем, улучив момент, Рианет вновь завела левую руку за голову, показала знак «внимание», затем «два» и следом «один». Во втором вопросе правильный ответ первый. Повторила трижды и вновь убрала руку.

Отметив у себя первые два вопроса, она сделала вид, что глубоко задумалась, и скосила глаза на лист Деорис.

Аккуратно толкнув подругу ногой, Рианет поймала ее взгляд и побарабанила пальцами по столу. Затем по-простому показала «один» и следом «три».

Деорис тут же что-то отметила в своем листе. Затем леди Дельсийе показала «два» и «один». Затем, поймав момент, когда Придери отправилась на половину арифмантов, Рианет вновь завела кисть за голову и продиктовала три следующих вопроса.

Затем еще и еще. После пятнадцатого она показала знак «неизвестная опасность» и немного ссутулилась. Что делать с оставшимися десятью вопросами, она не знала.

И, положа руку на сердце, леди Дельсийе никак не могла поверить в то, что на девятнадцатый вопрос ответ «всё неверно».

К огромному сожалению, Рианет и Деорис сидели в середине ряда и не могли передать информацию вперед, но… Краем глаза леди Дельсийе заметила, что кто-то на первом ряду тоже начал показывать знаки.

А потом парень, сидевший перед подругами, завел кисть руки так же, как Рианет до этого, и показал «внимание», затем «шестнадцать» и затем «два». Леди Дельсийе немедля отметила это в своем листке, а после передала дальше.

Общими усилиями студенты боевого факультета ответили на все двадцать пять вопросов. И двадцать четвертый действительно был «всё неверно».

– Время вышло. Отложите листы на край стола. Эти опросники хороши тем, что надежно связаны с моими ответами. – Придери встала за кафедру. – Моя личная разработка.

Половина аудитории тут же разразилась аплодисментами. Профессор прижала руку к груди:

– Ах, не стоило, не стоило. Но мне приятно. Так вот, сейчас мое заклинание сравнит ваши ответы с правильными, и над листами появится иллюзорный шар. Здесь все как в ваших школах: цифра пять – это отлично, четыре – хорошо, три – приемлемо. Единственное, что нет двоек, вместо них сразу же единица.

«Вот в чем была суть, – осознала Рианет. – Одна половина аудитории должна была покрыться сплошь отличными оценками, а вторая сидеть, увешанная единицами!»

Меж тем листы начали подрагивать и светится.

– Остались считаные секунды, – пропела профессор.

Дробный перестук в дверь, и профессор, взмахнув ладонью, наигранно сердито произнесла:

– У нас завершение серьезной работы, кто… Ах, милорд ректор, прошу простить.

«Еще и ректора притащила?! Но как…»

– Ваш секретарь сообщил, что вы будете свободны к этому времени, – недовольно нахмурился старик.

– Всего на минуту задержалась, – склонила голову Придери. – Все же проверять оценки с помощью магии гораздо проще и прия…

Голос подвел профессора. Звук, который вырвался из горла арифмантки был чем-то средним между кваканьем и хрипом.

– Как интересно, – протянул ректор. – Боевой факультет решил переквалифицироваться? Одни «отлично».

Очевидно, что Придери хотела выделить каждую оценку, и потому было ясно видно: ярко-синих пятерок на половине арифмантов нет. Единиц, впрочем, тоже.

«Мы не узнаем, какого они были цвета», – хмыкнула про себя леди Дельсийе.

И ей не было стыдно: если бы листы с вопросами были одинаковы для всех, то ей бы не пришло в голову передавать информацию сокурсникам. Но когда профессор играет подло… Что ж, студенты отвечают как могут.

«И, судя по всему, могут неплохо, – хмыкнула про себя Рианет. – За командную работу мы могли бы получить зачет».

– Все свободны, – холодно отчеканила профессор Придери. – Когда я узнаю…

Рианет с интересом посмотрела на арифмантку, но она вовремя прикусила язык.

«Как жаль, что никто не признает очевидных вещей», – вздохнула про себя леди Дельсийе. А после встала, взяла сумку и пошла к выходу.

– До свидания, профессор, спасибо за урок, – поблагодарила Рианет профессора.

Дея, вышедшая следом за подругой, хихикнула:

– Ты что конкретно имела в виду?

– Отлично сработано, – шепнул один из студентов, проходивших мимо.

– Верно, славно сделано, – подмигнула другая сокурсница.

– Именно это, – улыбнулась Рианет. – Я, знаешь ли, успела разочароваться в нашем факультете.

– Из-за одной Орты? – оторопела Деорис.

Леди Дельсийе кивнула:

– Да. Но сейчас я поняла, что была неправа. Мы все разные.

– Хэй, давайте попросим бутерброды и посидим в парке, – предложил вдруг кто-то из сокурсников.

– Отличная мысль, присоединяйтесь. Наш курс редко собирается, так что не стоит упускать возможность со всеми перезнакомиться. – К подругам подошел Хью Линграм. – Но мне теперь стыдно: за четыре года ни разу не использовал, кхм, голову.

– То, что мы сделали, – подлость, – тихо сказала Рианет, – но и профессор была не лучше.

– Именно, – кивнул Хью. – Предлагаю разделиться: девчонки и пара парней идут в парк, остальные на кухню.

Проводив взглядом рыжую макушку Линграма, Рианет со вздохом присоединилась к остальным.

– Ты не выглядишь счастливой, – проницательно произнесла сокурсница, чьего имени леди Дельсийе не знала. – Нара Вилмор.

– Рианет Дельсийе. Много взглядов, много слов.

– Да, – кивнула Нара, – тебя обсуждают, но лучше задрать подбородок повыше. Ты отлично осадила Риной, продолжай в том же духе, и они заткнутся.

– Вилмор дело говорит, – к разговору присоединилась еще одна студентка.

Но ее Рианет помнила – Тафи Ролан, та, что принесла печенье и чай, когда подруги смогли добыть учебный план Морканта.

– Я понимаю, – кивнула Рианет.

– Если будешь жалеть себя – потеряешься в несбыточном. «А что, если бы…» – это самое страшное для боевого мага, – серьезно проговорила Нара. – Идемте.

Галдящая толпа студентов вывалилась в парк, где через пару минут Рианет и Деорис взяли на себя командование: они сотворили большой круглый стол на низких ножках и кучу подушек, которые разложили вокруг стола.

– Бытовая магия – невероятно удобная вещь, – вздохнула Нара.

– Но четыре года обучения – это слишком много, – в унисон ей ответила Рианет. – Основа проста и…

Она не договорила, думая, что Вилмор и так все понятно. Однако Нара переспросила:

– Зачем тогда так долго учиться?

– Затем, что в школе бытовой магии ты не станешь ни на гран самостоятельней, – вздохнула Деорис. – А еще там десятки наблюдателей – даже не поцелуешься ни с кем украдкой. Пансионы благородных девиц отменили, но зато появились вот такие вот школы.

– Я этого долго не понимала, – вздохнула Рианет. – Все ждала, когда начнется серьезная учеба. Но мы мыли, чистили, изменяли форму вещей и, конечно же, создавали световые композиции.

– А это как? – заинтересовалась Нара.

– Сломить бы пару веток роз, – прищурилась леди Дельсийе, – я бы показала. Но цветы остались только в гуще, изорвемся…

– Говард, – крикнула Вилмор, – надо бы пару веточек роз.

– Зачем?!

– Для услады глаз! – рявкнула Нара.

И через пару минут изрядно исцарапанный парень подал ей одну ветку.

– Это усладит твой глаз?

– Да, но только один, – буркнула девушка.

Парень хохотнул:

– Ну ты сначала правым смотри, а потом левым.

Вилмор фыркнула, взяла ветку и протянула ее Рианет. Та меж тем уже успела создать вазу. Поставив потрепанный цветок в воду, она разместила всю эту композицию в центре стола.

– Некрасиво, верно? – спросила леди Дельсийе. – Цветы помяты, листва поедена жучками…

– Это лучшее, что было, – возмутился Говард, который, оказывается, продолжил наблюдать.

– Тебя никто не винит, – отмахнулась от него Вилмор. – Так, букет ужасен, что дальше?

Рианет, размяв пальцы, принялась играть с солнечным светом. Она создавала крошечные искорки и размещала их под лепестками цветов, потом немного изменяла сами бутоны, чтобы они стали чуть прозрачней или, наоборот, чуть плотней.

– Я в ужасе, – выдохнула Вилмор. – Из убогого веника в произведение искусства.

– Такие световые композиции скрывают поеденные молью ковры и облупившую краску на стенах, – грустно улыбнулась Деорис. – Отвлекают внимание от вздутых обоев и пятен на скатертях.

– Школа бытовой магии готовит будущих жен и матерей, – Рианет отряхнула руки, – которые, с одной стороны, невероятно полезны в быту, а с другой – абсолютно нежизнеспособны в одиночестве.

– А мы – исключение, – поспешно добавила Деорис.

Дальнейшая беседа не сложилась: пришли парни, нагруженные бутербродами, морсом и булочками.

И пусть проходившие мимо студенты бросали на красно-черных неприязненные взгляды, пусть несколько незнакомых преподавателей демонстративно записывали что-то в блокноты, пусть. Это все не могло испортить бесшабашно-веселой атмосферы, возникшей за низким наколдованным столом.