290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Маски сброшены (СИ) » Текст книги (страница 9)
Маски сброшены (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2019, 19:00

Текст книги "Маски сброшены (СИ)"


Автор книги: Наталья Самсонова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

Глава 8

Собирались подруги в спешке. Потому что вечером обе долго не могли уснуть, а утром решили поспать «еще чуть-чуть». И если бы не Дикки то они рисковали получить свои «минус тридцать баллов». А то и сорок. Все же сейчас в Кальдоранне культ Серой Богини был силен как никогда. О существовании еще двух богов люди предпочли забыть. Они покровительствуют другим землям? Ну и в добрый путь, а у королевства есть прекраснейшая Серая.

– Грета! У нас платья новые! – закричала из гардеробной Тирна. – Надеюсь, все будут в таких же отвратных мешках.

– Мешках? – заинтересовалась мора Ферхара.

Конечно, это были не совсем мешки. Но и платьями это было сложно назвать. Что-то среднее между монашеской рясой и учительской мантией.

– Такое ощущение, что у платья должен был быть серо-стальной цвет, а получился белый застиранный,– хмыкнула Грета.

– Зато качество ткани потрясает,– Тирна с удовольствием провела рукой по мягкому платью.

– Что еще больше удивляет,– вздохнула мора Ферхара.

Нарядившись, подруги покрутились друг перед другом и Тирна подытожила:

– Что ж, эти вещи на нас прекрасно висят.

– Да, и капюшон укрывает лицо до самого подбородка,– фыркнула Грета. – Знаю чудесное заклинание. Постой-ка, не дыши. Все.

«Чудесным заклинанием» с Гретой поделилась бабушка, а с той соседка, беглая монахиня. Служительницы Серой Богини пугали обывателей своей неестественной ловкостью – капюшоны закрывали их лица до самого подбородка, но они никогда не спотыкались. Причем современная магическая наука не знала ни единого заклинания позволяющего смотреть сквозь стены или сквозь ткани.

– Это прорыв в науке? – севшим голосом спросила эйта Краст.

– Это правильное использование разума,– хихикнула Грета. – Заклятье накладывается на внешнюю сторону капюшона, затем на внутреннюю. И с внешней стороны на внутреннюю передается изображение. Ты не смотришь сквозь ткань, ты смотришь на ткань.

– Но получается, что я вижу сквозь,– попробовала возразить Тирна.

– Нет, сквозь – это когда односторонняя прозрачность. А тут внешняя часть ткани становится слабеньким записывающим артефактом, а внутренняя таким же слабым, но воспроизводящим. Это модифицированные театральные чары. Вот когда на заднем фоне у героев меняется панорама – оно самое. И если ты сейчас резко развернёшься – поймешь.

Тирна крутанулась вокруг себя и сдавленно ругнулась.

– Как будто пространство рассыпалось на кусочки и сейчас медленно, противно собирается. Фух, все,– проворчала она.

– Именно поэтому монахини столь плавно поворачиваются.

– Значит, мы отыгрываем монахинь? – эйта Краст осторожно развернулась к подруге.

– Не то чтобы отыгрываем, но раз есть возможность скрыть лицо – почему нет?

Наигравшись, подруги вспомнили о некормленых дорфах. Точнее, им недвусмысленно об этом напомнил Дикки. Так что вниз они спускались очень быстро.

– В следующий раз я буду вставать раньше,– шепнула Грета, когда увидела, что свободное место осталось в одной карете с Ринтар-Боул.

– Вот уж точно.

Всю дорогу в карете царила напряженная тишина. Этому немало поспособствовал Дикки, занявший все пространство на полу. Только Таэлия Ринтар-Боул косилась на закрывших лица подруг и высокомерно усмехалась. Она явно ждала, что по прибытии девушек осадят или, хотя бы, они упадут запутавшись в подоле. Правда что-либо сказать по этому поводу она не решалась.

Приехав, подруги первыми выскочили наружу. За ними выбрался дорф и только после этого, с другой стороны, соскочили Таэлия и ее подруга. Имени подруги Грета не знала, да и не интересовалась особо.

– Ты только посмотри, он же утопает в цветах,– ахнула Тирна.

– Тише ты, секрет выдашь,– Грета пихнула подругу в бок. – Мы же ничего не видим, забыла?

Но Храм действительно поражал. Последние годы его постоянно перестраивали, лучшие образцы цветов и цветущего кустарника высаживали в окружающем его парке. В общем, Маргарет и Линнарт Дарвийские очень ценили расположение Совета Жрецов. И Серую Богиню.

А вот внутри Храм был точно таким же, как и все другие храмы. Только позы Божественной троицы были немного не каноничны. А так – гулкий простор, мозаика и колонны. И камни, куда же без них.

Соискательниц и одного соискателя выстроили в два ряда и, после разрешения одного из служек, они затянули песнопения. Грета искренне не понимала зачем и для чего они это делают. Ведь даже жрецы не пели хвальбы Богине. То есть, пели, но очень редко. Серая Богиня не слишком ценила человеческое пение, о чем сказала буквально в прошлом году. Чем обрадовала простой люд – ведь если слышит пение, значит слышит и мольбы.

«Но почему не помогает?» шептались по тавернам скользкого вида мужички. И за каждым таким шептуном велась слежка. Но, тут Грета вздохнула, это скорее всего просто слухи. Кому нужно отслеживать трактирных пропойц? А люди… что ж, люди всегда чем-то недовольны.

Неслаженное пение возносилось к сводам и там утихало. Грета ожидала обещанного умиротворения и покоя, но нет. Чутко прислушиваясь к себе, она поняла – из того, что обещали она ощущает только жажду. Но если мора Вирстим говорила о жажде познания, то мора Ферхара мучается более приземленной жаждой, которую легко утолит стакан лимонада.

По знаку служки соискатели прекратили мучить Серую Богиню своим пением и замерли. Откуда-то из-за колонн вышла тонкая, нескладная девчушка и тоже запела. Ее сильный, чистый голос уходил ввысь и вот он-то и спровоцировал дальнейшие безобразия.

Лазар подался вперед. Шаг, другой, третий. Он шел как марионетка и кукловод у него явно был криворуким. Потому что экспериментатор оступился и рухнул на каменный пол.

– О Богиня, он же… Он разбился?!

Чей это был возглас Грета не поняла. Но ужас полностью разделяла – Лазар разбился как глиняный кувшин, разлетелся на черепки. С одного такого черепка на окружающих взирал блестящий, недоумевающий глаз.

Тирна зажала уши и тонко-тонко завыла, нескладная девчонка так и не прекратила своей песни, а вокруг черепков засуетились служки.

Крепко прижимая к себе подругу, Грета осторожно отходила в сторону. И силилась понять, это запланированный Алистером ход или вражий экспромт? И судя по тому, что некромант в мгновение ока появился в храме – экспромт.

– Тише, тише. Не так и страшно. Ну, подумаешь, голем глиняный. Ничего страшного.

При этом саму Грету колотило от страха. Глиняный голем это совсем не некромантия. Это куда более страшная магия, магия в основе которой лежит человеческая жертва. Неужели Алистер способен на такое?

«Нет, не способен. Он сам был ошеломлен» успокоила она саму себя.

«Иди за мной», мурлыкнул Дикки и сбросил себя отвод глаз.

Следуя за своим пушистым братом, Грета привела подругу к маленькой беседке увитой шпалерными розами.

– Садись, вот сюда, на солнышко.

Растирая ледяные руки подруги, мора Ферхара силилась понять, что же ту так испугало? До недавнего времени ей казалось, что Тирна боится только некромантии. Или близкое знакомство с некромантом заставило эйту Краст сменить страх?

«Если бы ты успела испугаться первой, то сейчас она была бы в сознании. Это называется ответственность» услышала Грета на самой границе сознания. И прежде чем она успела испугаться незнакомого голоса в центр беседки спрыгнула Финли.

– Где ты была? Мы волновались! – Грета и обрадовалась, и рассердилась одновременно.

«Ты же помнишь, что у меня есть дела», независимо ответила Финли и запрыгнула на скамью. «А Тирна явно уже встречалась с жертвенной магией. Хорошее место этот Цал-Диртанн и развлекательная программа интересная. Хочешь – некромантский замок, а хочешь – осквернённый ритуальной жертвой Храм».

– Проверенная информация? – нахмурилась Грета.

«Рыжая нахалка читает беспомощную Тирну»,– тут же сдал Финли Дикки. – «Она не враг, плохо пользоваться ее состоянием».

«А я не во вред».

– Финли, Алистер хочет знать про тебя и мою маму. Про ваш договор,– Грета коснулась драгоценной шерсти лисицы. – Надо рассказать.

«А ты еще нет?»

– Это же не моя тайна,– оскорбилась мора Ферхара. – Мы столько лет знакомы, я выросла под твой ехидный бубнеж, а ты сомневаешься?

«Лиса, что с нее взять. По себе судит»,– Дикки зевнул и занял все световое пятно на полу беседки.

«От кого я это слышу? От комка дрянного меха! Прости, Грета. Я не считаю свою тайну тайной от некроманта. Он, вроде как, заинтересован в тебе. Значит, если узнает, то не станет убивать».

– Тоже верно,– улыбнулась Грета. – Значит, расскажем ему? Ой, что с ней?

Тирна медленно заваливалась набок. Мора Ферхара перехватила ее и прижала к себе.

«Я ее усыпила. Побегает в лисьем обличье по призрачному лесу. Это ненадолго, она быстро проснется»,– отозвалась Финли. «Иначе придется зельями в себя приводить».

– Спасибо. Я скучала и переживала.

«У меня есть что рассказать»,– Финли спрыгнула на пол и попыталась улечься прямо на Дикки. Дорф сопротивлялся, но очень аккуратно, чтобы не поранить рыжую нахалку.

– Я слушаю,– встрепенулась Грета.

«Раз уж решили каяться перед твоим мужем, то потерпишь. Не люблю дважды повторять».

– По моему это месть,– прищурилась мора Ферхара, но Финли притворилась обычной, неразумной лисой.

***

Это утро должно было быть идеально-продуктивным. Из дворца удалены все лишние. Никому и никогда не удавалось предсказать, когда блаженная Эвен запоет. Никому, кроме Маргарет Дарвийской. Она заметила простую и прямую зависимость появления Эвен и других певцов. Всякий раз, как кто-либо пытался петь в Главном Храме приходила блаженная. И пела так, будто просила у Серой Богини прощения.

Пустить слух, что именно сегодня будет петь Эвен труда не составило. Все придворные проявили необычайное благочестие и отправились в Храм. А некромант и король, потирая руки, затеяли длинный и долгий ритуал – Ее Величество ждала ребенка, а значит колдовская охрана должна быть усилена. Увы, рядом с беременными не должно находиться ни призраков, ни умертвий. Да и зачарованные некромантом артефакты так же не помогут находящейся в положении женщине. Магия Смерти сильна и даже, порой, спасает жизнь. Но вот когда эта самая жизнь находится в зачатке – убивает. Или искажает до неузнаваемости.

По счастью они успели завершить ритуал и во внутреннюю часть дворца не сможет пройти тот, кто несет в себе зло. Алистер хотел так же поставить сигнальную сеть, чтобы оповещала о визитах менталистов и людей с измененным сознанием.

– Что за мерзкий звук? – Его Величество отбросил в сторону мел и выпрямился.

– Что-то знакомое,– нахмурился некромант.

– Ал! Кровный маг в Главном Храме,– с этим криком из стены появился Телайла.

Король исчез в телепорт, а некромант мгновенно выскочил на костяную равнину. Шаг, другой и вот он уже в Храме. На полу лежит Лазар, глиняные черепки подрагивают и пытаются собраться воедино.

Прежде чем взяться за расследование, он взглядом нашел жену. Жива, здорова и уводит из зала перепуганную до невменяемости подругу. Хорошо.

Рядом с некромантом появился Иртон, спокойный и молчаливый мужчина. Новый глава тайной службы. Настолько тайной, что каждый вступающий на этот путь отрекался от старого имени и получал новое.

– Оцепить Храм,– коротко приказал Алистер,– людей допросить. Каждому надрезать ладонь – у кровных магов кровь черная, густая и холодная. Не как у трупов, но куда холоднее человеческой.

– Маги крови не люди? – спросил Иртон.

– Поначалу люди, но редко кому удается остановиться,– некромант криво усмехнулся. – Маг крови остается человеком только до тех пор, пока использует лишь свою кровь и свою жизненную силу. Такие маги слабы и живут меньше обычных, неодаренных людей. Потому и выходят на другой путь, путь заимствования чужой жизни.

– Понял.

Иртон растворился в воздухе, а к Алистеру подошел король.

– Как только мы выстроили логичную картину заговора появился кровный маг. Ал, ты же взял Лазара под контроль. Как это могло произойти?

Некромант не спешил отвечать. Он принюхивался, прислушивался и, наконец, протянул руку вперед. Прямо перед опешившим королем появился Лазар. Равнодушный, безразличный, уже давно подчиненный некроманту.

– Вот мой Лазар. Выполнял все требования и не отлучался от группы соискателей. Заговорщик набросил на него невидимость, а так он продолжал выполнять свою роль.

– В песнопении участвовало два Лазара,– скривился Его Величество,– и никто ничего не услышал.

– Эвен услышала, потому и вышла петь раньше. Видимо, голем скрипел особенно мерзко,– хохотнул Алистер.

– Тебе смешно?

– А будто от слез что-то изменится. Давай-ка загони всю эту братию в храмовые подвалы и пойдем закончим с ритуалами. Безопасность Гарри важнее всего.

Король отошел в сторону и принялся раздавать указания. Рядом с Алистером появился Телайла.

– Тебе не кажется, что мы имеем дело не с единым заговором, а с целым клубком тянущих на себя идиотов? Один придурок хотел экспериментировать с дорфами, другая идиотка мечтала выйти замуж.

– Замуж?

– Нали и ее коллекция ядов. Она, бедная, никак не могла выбрать между тобой и этим, как его, дерром…

– Неважно. Лучше присмотри за Гретой и ее подругой пока я не освобожусь. Они могут попасть в беду,– коротко распорядился Алистер.

– Понял,– на грани слышимости отозвался призрак.

Кровная магия оставляет четкий след, по которому можно пройти как по нити. Все зависит исключительно от сил и умений преследователя. У некроманта и сил, и знаний было достаточно. Вот только и кровный маг не подкачал.

Алистер использовал самый надежный и, одновременно, простой и незатейливый распознающий ритуал. Он-то и показал развилку путей – от места, где разбился голем отходило четыре нити. Одна истончившаяся, полупрозрачная, вторая чуть ярче, третья чуть насыщенней второй, а четвертая походила на канат.

– Как это понимать? – к некроманту подошел Его Величество.

– Я читала об этом,– мелодично произнесла Маргарет Дарвийская и скинула невидимость. – У меня было много свободного времени для создания замечательного артефакта. Отводит чужие взгляды, притупляет внимание. И нет, я его не отдам.

Судя по сердитому выражению глаз, Его Величество хотел отчитать собственную супругу. Но скандал в венценосном семействе был пресечен коротким:

– Не время и не место. Гарри, моя маленькая королева, что именно ты читала и где?

Королева тяжело вздохнула, виновато покосилась на молчащего супруга и принялась рассказывать:

– Это была относительно новая книга, не больше ста лет. Посвящена она была кровным магам и их артефактам. Меня привлекло именно это – артефакторика моя страсть и посмотреть на нее сквозь призму крови было бы очень интересно. Но, увы, кроме стародавних страшилок там больше ничего и не было.

– Страшилок? – переспросил Алистер.

– Страшилок,– кивнула Маргарет. – Это был сборник коротких и жутких историй о кровной магии. До сих пор не понимаю, зачем в названии слово «артефакты»? В общем, помимо ужастиков про вытащенных из материнской утробы детей было еще и о големах. Якобы голем можно создать используя чужую кровь. И некий ужасный кровный маг этим и занимался до тех пор, пока его не победили.

– Глупости,– покачал головой Его Величество,– голем будет слушать того, на чьей крови замесили глину. Это общеизвестно. Алистер?

Некромант присел на корточки и принялся поглаживать кончиками пальцем тонкие нити. Он о чем-то напряженно размышлял, похмыкивал и наконец поднялся на ноги.

– Есть у меня одна мысль. По этим нитям нам никуда не пройти, они показывают лишь направление,– Алистер вытащил из кармана мутноватый кристалл и заставил проекцию втянуться внутрь.

– Одна из них выглядела довольно перспективно,– возразил король.

– И вела к мертвецу,– усмехнулся некромант. – Это я сразу почувствовал.

– Мертвецу? – переспросила Грета и тут же сама себе ответила,– конечно! Идеально – замесить основную часть глины на чужой крови, вытянуть жизненную силу жертвы и уже после активации голема убить донора.

– На елку влезть и ничего не ободрать,– согласно хмыкнул Алистер. – Вопрос в том, как теперь найти этого умника. Гарри, королева моя, ну кому же ты так смачно плюнула в суп, что тебя решили убить? Родственники-то проверены?

– Мои? – поразилась королева,– Ад-Сантийские не пережили прошлой попытки убить меня, а те кого я приняла в род клялись любить и почитать меня.

– Мои проверены,– с отвращением произнес король. – Все проверены, за некоторыми уже три года ведется слежка.

– Знаю. И вот что мне нужно: ближайшие три дня для соискателей должны стать выходными. Что там у нас сейчас идет? Оперетта вроде какая-то шла? Всех отправить по разным углам, а я заберу Грету и ее подругу. И да, Гарри, мне нужна та книга. Если не получится ее найти, то хотя бы точное название и имя автора.

Королева кивнула и поправила массивный сапфировый браслет. Мысленно она была уже не здесь.

– Я понимаю, зачем тебе может понадобиться жена,– задумчиво протянул король,– но ее подруга? Женщины, как правило, не склонны делиться мужьями.

Некромант расхохотался и, словно стряхнув с себя пару лишних столетий, по мальчишески улыбнулся:

– Нет, все будет строго в интересах государства. Ничего не скажу – боюсь, что теперь и у воздуха есть собственные уши.

Уходя, Алистер услышал «Гарри, я ведь просил тебя быть осторожней». Что ответила королева он уже не расслышал. Но про себя хмыкнул королю стоило давно понять, что Ее Величество всегда будет в гуще событий. Увы, натура у нее такая.

Грету он нашел легко, по кольцу. Оно притягивало его браслет, Алистер пока не был готов отдать его жене. Если она откажется? Теперь некромант был уверен в том, что Грета согласится на нерасторжимый магический брак, но... И это клятое «но», у которого не было ни единого аргумента, все портило. Он уже сам себя начал презирать за неуверенность.

«Разберемся с врагами и я сделаю ей предложение. Так, как она заслуживает». Перед мысленным взором Алистера промелькнула довольно привлекательная сцена – рассвет, море цветов, центральный фонтан и он сам, стоящий на одном колене перед Гретой. Да, определенно, как-то так это и следует сделать.

Подруги сидели в любимой беседке Верховного Жреца. Алистер хмыкнул про себя, ну надо же, из всего обилия сооружений, они выбрали именно это.

Девушки негромко переговаривались. Первое его увидела эйта Краст. Она же и пихнула Грету, одновременно кивая некроманту.

– Доброго дня,– поздоровался он, входя.

– Доброго. Ал, что это был за кошмар? – Грета подняла на него больной, испуганный взгляд.

– Это была кровная магия, единственная по-настоящему запрещенная магия.

Грета передернулась, она явно имела представление о кровной магии. Но развивать тему не стала, а сразу же огорошила Алистера:

– У Финли есть новости.

– У меня тоже, но я уступлю первенство ей,– улыбнулся некромант.

«Закройте глаза и глубоко вдохните», приказала лиса.

Некромант только сделал вид – долгая жизнь и богатый опыт сделали его недоверчивым.

– Можно открывать. И выдыхать.

Благодаря своей хитрости Алистер видел сразу две плана реальности – тот, в котором были их души и тот, в котором остались тела. То есть перед ним сливались воедино беседка, увитая шпалерными розами и лесная поляна, залитая полуденным солнцем.

– Ох, я помню, здесь самая вкусная земляника,– рассмеялась Грета. – Финли? Это ты?

– Нет, призрак твоей вполне живой бабушки,– огрызнулась голубая двухвостая лиса.

– Ты странно выглядишь,– хмыкнула Тирна,– из всей тебя лисьим остался только один хвост. Вон тот, левый.

Все, как сговорившись, посмотрели на рыжий хвост. Финли недовольно фыркнула:

– Это мой проводник в ваш мир.

– Хвост?

– Хвост,– кивнула она. – Усаживайтесь, детки, сейчас я расскажу вам сказку.

– Детки,– буркнул под нос некромант,– внучки еще скажи.

– Ох, хорошо дерр Некромант, если говорить о вас, то вы – подросток. По сравнению со мной.

– А так и не скажешь,– хихикнула Тирна и добавила,– почтенный возраст и воровство сахара у меня как-то не складываются воедино.

Финли их не слушала. Прикрыв глаза, она как-то резко дернула головой и на поляне появились кресла.

– Присаживайтесь. Это будет долгая и поучительная сказка с печальным концом.

Грета села поближе к Алистеру, а Тирна устроилась рядом с подругой. Финли прилегла перед ними и только в этот момент мора Ферхара поняла, что у лисы изменился не только цвет, но еще и размер. Сейчас Финли превосходила по габаритам даже Дикки.

– Это произошло еще до Исхода Эльфов,– мягко произнесла она. – Мой народ жил в горах, тех самых, где сейчас находят паутинные деревья. По какой-то немыслимой причине люди считают их хозяевами эльфов. Хотя выращивали деревья именно мы, дриады.

– Дриады?! – ахнула Тирна, а Грета удивленно спросила:

– Но разве вы не тонкокостные зеленоволосые девушки? Живущие в стволах деревьев?

– Не перебивай и все поймешь,– клыкасто улыбнулась Финли. – В стволах деревьев жили духи, защищающие наши... ну, назовем это городом. Поскольку домов в привычном вам понимании у нас не было, то и слово вам будет не понятно. Дриады едины с лесом. Каждая из нас могла превратиться в любого лесного жителя. Мы ухаживали за Изначальным Лесом и все было хорошо. Но постепенно дриады развивались, уходили в прошлое законы и традиции. И одна из нас решила выйти к людям. Чтобы безбедно и весело жить она нарушила главный закон – не использовать магию просто так. Среди прочего, она ради выгоды превращалась в различных зверей.

– На потеху толпе? – тихо спросила Грета.

– Воровала? – прищурилась Тирна.

– Воровала,– уныло произнесла Финли. – Но я... Но она же не знала! Ей говорили, у нас украли и надо вернуть! И она возвращала украденные вещи. А потом надоело и вернулась в Лес. Она не скучала по людям. Прошло очень много лет, драконы ушли на соседний континет, а дриады и вовсе засобирались в другой мир.

Лиса выглядела сконфуженной и очень виноватой. Было ясно, что оговорка «я-она» не случайна. И той ушедшей к людям дриадой была именно Финли. Но что значит «воровала украденное»? Грета подалась вперед, но ее опередила Тирна:

– Почему? Почему вдруг вы решили уйти?

– Драконы нашли путь на родину,– Финли неловко, по-звериному пожала плечами. – А дриады... Мы пришли из другого мира и наступило время пойти дальше. Изначальный Лес в нас больше не нуждался.

– И вы не смогли уйти? Из-за воровства одной из дриад? – спросила Грета.

– Никто не наказывает весь народ за глупость одного из них. Не смогла уйти только одна дриада.

– Ты? – вздохнула Грета.

– Я.

На поляне повисла тишина. Грета смотрела на свою близкую и родную пушистую подругу которая оказалась легендарным существом и не могла определиться, что она обо всем этом думает. Утаивала ли что-то Финли?

– Расскажи подробней о своем воровстве,– попросил некромант.

– Это было очень давно,– Финли свернулась калачиком и прикрыла морду хвостами. – Магия в то время была… Как бы так сказать? Дикой, сырой. Людям было очень тяжело колдовать.

– Эпоха господства кланов,– кивнула Грета и тут же извинилась,– прости, не хотела тебя перебивать.

Лиса шумно вздохнула и отозвалась:

– Да ничего. Да, это было время когда интересы рода стояли на первом, втором и третьем месте. Все во имя рода, ибо только род мог защитить. Родовые артефакты напитывались силой по два-три поколения и защищали особняки, в которых проживал весь род. В то время по улицам бродили страшные чудовища, куда более страшные чем дорфы и бейры. Вот тогда-то мне и пришло в голову выйти к людям. У них были сладости, печеные пирожки и все это так впечатлило меня, что возвращаться не хотелось. Но чтобы оставаться в городе нужны деньги. И тогда я начала развлекать людей превращениями. Они думали, что это качественные иллюзии и гадали из какого я рода и почему глава рода позволяет мне выносить из хранилища столь мощные артефакты.

Финли прервалась и немного помолчала. Грета села поудобнее и невзначай коснулась руки Алистера. Некромант тут же переплел с ней пальцы и тихонечко сжал.

– В общем, мне хватало на съем крошечной комнатки без окон и на рыночные сласти. А через пару недель ко мне пришла женщина, пригласила выступить в ее доме. Роскошь спальни и купальни поразила меня. А уж кулинарные изыски поданные на ужин… С того момента мне хотелось так жить постоянно. Но люди перестали смотреть мои выступления. Теперь-то ясно, что меня обложили со всех сторон. А тогда были попытки что-то исправить. В общем, еще через пару недель полуголодной жизни я вновь встретила ту женщину. Она горевала и вывалила на меня свою историю. Мол, похитили у них напитанный чистой магией бриллиант. И теперь их род угаснет. А я возьми и ляпни – помогу. Мол, могу проходить сквозь все щиты и превращаться в кого угодно. Она рассыпалась в благодарностях. Я помогла ей и поселилась в их доме. Пила, ела и спала. Затем помощь потребовалась еще раз, затем еще раз. А я почувствовала, что пришло время купаться в целебном источнике и вернулась в Изначальный Лес. Там я поняла, что у людей хорошо и интересно, но дома лучше. Я осталась и совсем забыла про свои приключения.

– Но ведь ты не виновата,– негромко сказала Тирна и повернулась за поддержкой к Грете,– тебя обманули.

– Я виновата в том, что использовала магию для развлечения,– Финли чуть шевельнулась и искоса посмотрела на слушателей,– вы меня не презираете?

– Нет. Ты мой друг, самый первый,– Грета поднялась на ноги и уселась рядом со своей непривычно голубой лисой. – Я же простила тебе воровство сахара.

– Я все возмещала,– буркнула лиса. – Удачей или здоровьем. За такое куда больше отдают, чем пару мешков сахара.

– Так, а дальше-то что было? – вернула всех назад Тирна.

Грета осуждающе посмотрела на подругу и осталась сидеть на траве, рядом с Финли.

– А дальше дриады закончили с Изначальным Лесом. Вы же знаете, что магия исходит не только от людей и волшебных зверей, но и от спрятанного в горах леса?

– Теперь знаем,– ответила Грета.

– Разумеется знаем,– хмыкнул некромант.

– О как,– поразилась Тирна.

– Да, дриады идут из мира в мир и высаживают свои деревья. Если честно, то я не помню для чего мы это делаем. Из меня вышла плохая дриада. Но они ушли, а я осталась. Осталась запечатанной в лисий облик, тот самый, который чаще всего принимала в людском городе. Я должна найти потомков тех трех родов, которые из-за меня были обречены на исчезновение. И с двумя у меня все получилось. А вот третьего не получалось найти почти триста лет. Я потеряла личность, практически растворилась в магии. Тогда меня нашла твоя мама,– Финли посмотрела на Грету,– и мы заключили договор, впрочем, это ты знаешь.

– Ты нашла его? – подалась вперед Тирна.

– Я нашла его еще тогда,– Финли дернула хвостом,– но не срослось… Я не хочу сейчас об этом говорить. Достаточно того, что тогда у меня не вышло помочь – Дейрдре постаралась вернуть мне разум, но сил обычного менталиста было недостаточно. Последняя представительница третьего рода погибла, а я не смогла ее спасти. И вот недавно я вновь почувствовала эту ниточку, совсем тонкую, прерывистую. Как будто этот потомок мечется между жизнью и смертью, а определиться не может. Я хотела его найти и «определить». Но не выходит. Думаю, что мне просто кажется. И думаю, что мне придется просить тебя, Грета, заключить со мной связь хозяин-фамилиар. Еще немного и я вновь начну терять себя и свой разум.

Грета медленно кивнула:

– Я не дам тебе умереть. В любом случае. Вот только, что если ты ошибаешься и мы найдем третьего потомка? Ты уйдешь за своими собратьями? – спросила Грета.

Финли села, деликатно зевнула и ответила:

– Я буду иметь возможность уйти. Но потребности в уходе у меня нет.

– Но тогда зачем ты их ищешь? – удивилась Тирна. – Уходить ты не хочешь, а...

Лиса стегнула по траве двумя хвостами:

– Я виновата в уничтожении трех родов. Беззащитных людей преследовали и измывались над ними все то время, что я хорошо и спокойно жила в Лесу. Я не создаю впечатления совестливой особы...

– Это да,– кивнула Тирна. – Но предлагаю на этом закончить, если больше новостей нет. Что-то у меня как-то странно в висках стучит.

– Да, у меня тоже так раньше было. Это потому что ты не привыкла так общаться.

Некромант резко хлопнул в ладони и все вдруг оказались в беседке. Финли уменьшилась, вновь стала рыжей и однохвостой.

– Было любопытно, получится ли,– хмыкнул Алистер. – Я так понимаю, что время в твоей иллюзии застывает?

«Да. И только там вы можете слышать меня ушами, а не ощущать мои слова в своем разуме. Там проще общаться».

– Мне нужны имена и даты, все что у тебя есть на третий род. Уж я точно смогу сказать, все ли мертвы или есть кто-то в живых,– серьезно произнес Алистер. – Но это терпит. Сейчас вы возвращаетесь во дворец и ждете Марсию. Она принесет вам все, что нужно. Переоденетесь и я зайду за вами. Мы отправляемся в Цал-Диртанн.

– О, навестим моих! Домашний творог и яички,– радостно улыбнулась Тирна.

– Зачем? – поразилась Грета.

– Я был ранен там, там же находится некромантский замок, да и храм осквернили тоже там же. Слишком много всего для захолустья.

«Меня тоже там подрали», добавила Финли. «Ниточка туда привела».

– Тем более,– сверкнул улыбкой некромант,– там явно без нас скучают.

Финли потянулась, зевнула и поделилась с окружающими мыслью:

«Поквитаюсь».

Внимательно посмотрев на подругу, Грета спросила:

– А как быть с дорфами?

– Брать с собой,– улыбнулся некромант,– всю стаю. Никого не оставляй.

При этом некромант так хитро улыбался, что у моры Ферхары поневоле возникли вопросы. Но она решила обождать с этим до возвращения во дворец.

– Предлагаю не трястись в каретах, а воспользоваться некромантской доставкой. Как, эйта Краст, вы рискнете? Попробуйте сейчас, иначе возникнут проблемы с перемещением в Цал-Диртанн.

– Ради того, чтобы повидать родных я на многое готова,– бледно улыбнулась Тирна и робко спросила,– но зачем я вам нужна? Это как-то подозрительно. Я имею ввиду, что я просто соискатель и моя бейра еще не выросла. Ее, кстати, тоже придется брать с собой. Вот и получается, что пользы от меня никакой.

– Как и от меня,– пожала плечами Грета,– вся польза в дорфьей стае.

Некромант хмыкнул и спокойно ответил:

– Польза очевидна – моя драгоценная жена дружит с вами, а вы хотите повидать родичей. Сейчас у соискателей будут свободные дни и вы попросили подругу, чтобы подруга попросила мужа, чтобы муж устроил всем отдых на вашей родине.

– О как,– оторопела Тирна. – Ясно. Так и как мы это донесем до окружающих?

– Через Марсию. И ей же прикажете отмыть и проветрить дорфью кухню...

– И утешить, что ближайшие два дня никого из так пугающих ее зверей не будет,– подхватила Грета. – Ясно, все сделаем.

Алистер вытащил из воздуха тонкий, сияющий саван и набросил его на побледневшую Тирну.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю