290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Маски сброшены (СИ) » Текст книги (страница 8)
Маски сброшены (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2019, 19:00

Текст книги "Маски сброшены (СИ)"


Автор книги: Наталья Самсонова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Тут она осеклась, решив, что говорить «я не смогу» – неправильно. Честно, но неправильно. Никому не нужен «несмогух», а значит, надо как-то спасти положение.

– Вы – что? – чуть прищурился профессор.

– Потрачу куда больше сил и энергии, чем если бы присматривала за парком через артефакт. Да и площадь охвата будет меньше. А вот урон казне – больше. Вы же знаете, что придворные маги получают надбавку, в тех случаях, когда расходуют слишком много энергии? Плюс дополнительные выходные – это невыгодно.

– Кто-нибудь хочет что-то добавить? Или опровергнуть?

– Кто-то просто не хочет работать,– подскочила со своего места незаконная дочь Ринтара. – Ленится и придумывает себе красивые оправдания. Наше дело выполнять то, что нам прикажут.

– Еще мнения? – поощрительно улыбнулся профессор.

Тирна, поднявшись на ноги, усмехнулась и промурлыкала:

– Кто-то просто не хочет думать. Боевые маги патрулируют парк – этот факт известен всем. Помимо прочего, еще и из-за скандальных статей в газете. Тем не менее, именно бойцы идеальны для патрулирования. Запредельная интуиция, чутье, а так же, не забываем, они прекрасно читают следы. Менталист работает здесь и сейчас, и если на периметр проникли час назад – мы этого не увидим. Ведь в зоне охвата человека уже не будет. Чтобы считать эмоции с предмета, нужно знать, чего именно касался злоумышленник. И что? Теперь ощупывать каждое встреченное дерево? Вряд ли тот, кто рискнет проникнуть в королевский парк оставит после себя просеку. Наше мнение, что все происходящее – проверка.

– Еще мнения? Хорошо, вы можете сесть. Как я понимаю, эйта Краст тоже ничего подписывать не будет? Что ж, мэдчен Ринтар-Боул, вам надлежит отправиться на пост у центральных дверей, вы будете оценивать эмоциональное состояние входящих во дворец людей. Вашу подпись, благодарю.

Кроме Греты и Тирны, ставить подпись отказалось еще двое соискательниц. Мэдчен Тэллер и эйта Ривс долго о чем-то шептались, яростно спорили и все же решились. Сама Грета несколько растеряла боевой задор. Но... Все же, это глупо. В конце концов, им действительно не следует спорить и молча принять тот фронт работ, что определит Ее Величество или кто там будет управлять новой службой. Вот только сейчас еще идет отбор, они должны либо учиться, либо выполнять всякие разные задания. А не работать на постоянной основе.

«Или все же стоило прикусить язык и сделать как говорят?» засомневалась Грета. Внешне она старалась ни чем не продемонстрировать ту бурю чувств, что бушевала внутри. Но, судя по сочувственному взгляду подруги, у нее это не сильно получалось.

– Вы очень красивые и умные девушки, и я хочу дать вам последний шанс – если вы сейчас примете распределение обязанностей, то я сделаю вид, что отказа от дворцового распорядка не было,– вкрадчиво произнес профессор Солер.

Грета успокоено выдохнула. Она поступила правильно. Тирна тоже ощутимо расслабилась. А вот мэдчен Тэллер занервничала.

– Подумайте, кого вы послушали? – профессор небрежно мотнул головой, указывая на Грету,– девушка уже получила то, что хотела – мужа. По мне это ценно, сейчас юные девы больше стремятся в содержанки, нежели в честные жены. Мое почтение, мора Ферхара. Но вы портите жизнь и карьеру другим людям.

Глубоко вдохнув, Грета мысленно послала Солера к дорфам, на луг. Затем выдохнула и улыбнулась, мол, думай, что хочешь.

– Вам, эйта Краст, я бы тоже не советовал бездумно прислушиваться к старшей подруге. Она-то уже мора, а вот вы... Вся ваша надежда на первенство в отборе, иначе ваши дети так и будут носить унизительную приставку к имени.

Тут Тирна не выдержала:

– Это с каких это пор быть «эйтой» стало унизительно? Да вы...

– Сядь,– негромко, но твердо произнесла Грета.

Эйта Краст плюхнулась назад и сложила руки на груди.

– Вы профессор, вам по статусу положено нести просвещение в людские массы,– задумчиво протянула Грета. – Новая государственная политика? Унизительная приставка к имени, подумать только. Надо бабушке написать, пусть знает о новшествах.

– Итак, кто-нибудь желает изменить свое решение? – профессор начисто проигнорировал слова Греты.

В мертвой тишине было слышно, как по бумаге поскрипывает карандаш. Кто-то что-то писал и писал очень быстро. Грета украдкой огляделась, но кроме них никого больше не было. Мэдчен Тэллер сидела белая, как снег, а ее соседка сосредоточенно грызла ноготь. Ни у одной из них карандашей не было.

«Конечно, если кто-то сидит под невидимостью, он скрыл свои мысли. А вот эмоции, эмоции скрыть очень сложно», подумала Грета. Прикрыв глаза, она отпустила свой дар. Волна ментальной магии мягко и нежно прошла по залу. Страх и злость исходили от мэдчен Тэллер, упрямое ожидание от эйты Ривс. Раздражение и уверенность – Тирна. Профессор был чем-то доволен, вот только помимо этого, откуда слева ощущалось нетерпение и голод. Голод был так силен, что Грета поспешно подняла ментальные щиты.

– Что ж, у вас был шанс. Следуйте за мной.

– Если из-за вас я вылечу, то... – Начала было мэдчен Тэллер, но ее резко оборвала Тирна:

– То научишься думать самостоятельно. Крайне полезный навык.

Профессор едва слышно что-то насвистывал и шел к выходу из библиотеки. За дверьми которой стояли ушедшие ранее соискатели в компании моры Вирстим.

– Драгоценнейшая, позвольте засвидетельствовать мое почтение,– промурлыкал профессор. – Свой проигрыш я принял и вечером расплачусь сполна.

– Я наблюдала за ними всю первую ступень,– усмехнулась мора Вирстим. – Хотя, признаюсь, мэдчен Тэллер приятно удивила.

– О, не стоит удивляться, моя прекраснейшая, мэдчен Тэллер всего лишь подчинилась своей соседке, самостоятельно она принять решение не смогла. Итак, проследуем в малый конференц-зал.

– Конференц? – переспросила Тирна.

– Знаю о научных конференциях, их проводят в Келестине,– ответила Грета,– там собираются мастера и ругаются на заданную тему. Потом кто-то выступает, а остальные критикуют и так по очереди.

– Ух ты,– восхитилась Тирна,– как там интересно.

– Теперь и у нас так же интересно,– хмыкнул идущий впереди профессор. – Довольно едкая характеристика, мора Ферхара. Личный опыт?

– Не полностью,– уклончиво отозвалась Грета.

Об этих конференциях ей рассказывала бабушка. Именно с ее слов она сделала такие выводы. Все же, за прошедшие годы все могло поменяться. Хотя вряд ли, человеческая природа неистребима. И зависть к чужим открытиям всегда была, есть и будет. Просто кто-то может сдержать низменные чувства и порадоваться за другого человека, а кто-то ищет недостатки.

– А здесь красиво,– восхитился кто-то и Грета с Тирной поспешили войти.

Малый конференц-зал явно переделали из домашнего, маленького театра. Или сделали по его подобию? В зале осталась хорошо освещенная сцена перед которой стояли удобные креслица с весьма странными подлокотниками.

– Все смотрят на меня,– четко произнесла мора Вирстим и села.

После чего она медленно ухватилась за деревянный подлокотник, потянула вперед, затем на себя и тот превратился в удобный маленький столик. Или даже скорее подставку, с помощью которой можно сделать несколько заметок.

– Мы думали о столах, но коллеги из Келестина поделились замечательными чертежами,– открыто улыбнулась мора Вирстим. – Полноценно работать за таким гибридом стола и кресла невозможно, а вот во время лекций сделать несколько заметок – очень удобно. Теперь рассаживайтесь, пробуйте и устраивайтесь поудобнее. Я раздам вам записные книжки и мы начнем наш урок. Вы же понимаете, что начнем мы его с разбора ошибок и раздачи баллов?

Мора Вирстим картинно взмахнула рукой и к каждой соискательнице подлетело по изящному блокноту. Пухлый блокнот из качественной бумаги восхитил Грету, раньше она настолько качественной канцелярии в руках не держала.

– Писать вы будете чернильными карандашами, их название еще не утверждено. Это как перо и карандаш – пишет чернилами, а вот окунать в чернильницу не нужно.

– Ух ты,– Тирна провела этим чудо-карандашом по руке.

– Чернила не смываются,– порадовала ее мора Вирстим. – Итак, что вы должны сделать сейчас: на первом листе запишите свое полное имя, род и квалификацию.

– Квалификацию? – переспросила эйта Ривс.

– Кто вы есть в этом мире – дипломированный маг, специалист или мастер.

Внутри блокнот оказался в новомодную клеточку. Погладив нежную, приятную страницу, Грета каллиграфическим почерком вывела свое имя, род и чуть призадумалась над квалификацией. Кто она в этом мире? Точно не дипломированный и не мастер, чтобы получить первое звание следует закончить академию. Ради второго собирается целая аттестационная комиссия, так что это тоже мимо. Может ли она считать себя специалистом?

«Думаю, да. Все же, во-первых, даром я владею, знаю что можно, а что нельзя. А во-вторых, меня можно причислить к редким специалистам – я изучаю дорфью стаю».

Слабое утешение, но не спрашивать же у моры Вирстим, как ей себя обозвать. Иначе у окружающих случиться коллективная истерика, если они узнают, что Грета не имеет диплома.

– Если у кого-то чернила покраснели, значит вы солгали,– спустя пару минут произнесла мора Вирстим.

Грета с опаской покосилась на свои темно-синие записи и облегченно выдохнула – не соврала.

– А теперь вступлю я,– мягко произнес профессор Солер.

Он легко запрыгнул на сцену и тут же сел на ее край. Свесив ноги он как-то лихо улыбнулся и извинился:

– Для начала, прощу прощения за возможные обиды. Вы понимаете о ком я, эйта Краст, мора Ферхара. Я бы хотел начать с разбора нашей библиотечной части урока, но нет. Для всех будет лучше, если я начну с баллов. Ваши баллы, заработанные на первой ступени отбора, стали билетом ко двору. Все, они сгорели и более не следует о них вспоминать. Но у нас вновь есть лидеры – мора Ферхара и эйта Краст получают по одному баллу, эйта Ривс – половину балла. Есть и отстающие – мэдчен Тэллер получает минус один балл.

– Почему?! – возмутилась та немедленно. – Я тоже осталась в комнате! Ничего не стала подписывать!

– Потому что вам, фактически, приказала это сделать подруга, эйта Ривс. Она, в свою очередь, получила половину балла за то, что смогла осмыслить чужие выводы. Но при этом, ни она, ни вы собственного мнения не имеете.

– А остальные тогда почему не в минусе? – с вызовом спросила мэдчен Тэллер.

– И вот теперь мы переходим к сути урока или, если хотите, можно назвать это лекцией. А можно и нотацией. Итак, вы уже придворные менталисты. Да, после второй ступени вас останется лишь семеро, то есть ровно половина из вас покинет нас. Но даже сейчас вы можете считать себя частью бурной придворной жизни. Если говорить грубо, то вы – собственность королевы. Ее идея, ее проект, ее, можно сказать, игрушка. Для вас продумано абсолютно все: форма, устав, распорядок рабочего дня, рабочий же график и даже курсы повышения квалификации. За сегодня можно было заработать пять баллов. Один – за отказ от подписания неизвестно чего. Кстати, возьмите.

Куча пергаментных листков разлетелась по залу. Первая поймала свой лист мэдчен Ринтар-Боул. Поймала и вскрикнула.

– Там всего три варианта – кто-то подписал признание в воровстве из королевской казны, кто-то отречение от рода, и третий, мой любимый, вы подписали акт передачи своего имущества лично мне. Конечно, я не дам этому ход. Хотя последний вариант так и манит, так и манит. Но мы возвращаемся к баллам. Два балла я бы подарил тому или той, кто догадался бы проверить пергамент на наличие чар. Ведь когда вы подписывали, вы читали и видели ровно то, что я говорил. И еще два балла я бы дал тому, кто смог бы меня удивить.

– Удивить? – переспросила Грета. – Чем? И только ли вас, ведь в комнате был еще и какой-то очень голодный соглядатай. Кстати, вы бы уж покормили человека, такое ощущение, что он и не ужинал и не завтракал.

Расхохотавшийся профессор принялся хлопать в ладоши.

– Похоже, ты его сломала,– хмыкнула Тирна. – Сейчас на пол свалится, бедный.

– Похоже, что два балла достанутся именно вам, мора Ферхара. Как вы его вычислили? – азартно спросил профессор.

– Меня насторожило мерзкое поскрипывание карандаша, кто-то что-то писал и очень быстро. Но ни у кого в руках не было писчих принадлежностей. Тогда я просто использовала свой дар.

– Какая жалость, что вы уже замужем,– притворно вздохнул Солер. – Да, вы правы. За вами наблюдали. Но, полагаю, если бы он не был голоден вы бы его не почуяли.

Грета пожала плечами и ничего не ответила. Она и сама не знала. Вот если бы он не скрипел карандашом, тогда и правда мог остаться незамеченным. А голод... Голод не привлек ее внимания, к сожалению. А ведь тогда она могла бы вычислить его еще раньше.

– Итак, пять баллов не заработал никто, зато мора Ферхара заработала три, эйта Краст один и эйта Ривс половину балла. Эти баллы будут играть хоть и не решающую, но важную роль в конце второй ступени. Что же касается нашей лекции – она будет очень короткой. У вас здесь нет друзей. Нет-нет, эйта Краст, не стоит так гневно на меня смотреть. Под «здесь» я имею ввиду придворных. Вас будут обманывать, подставлять и использовать. Делать все, чтобы с вашей помощью получить выгоду или же свалить на вас свою вину. Мора Дарвийская железной рукой наводит при дворе порядок, но дело это не быстрое. А женщины, пока еще живущие здесь, весьма умны. Они уже понимают, что придворной жизни в той ее форме, что есть сейчас настал конец. Что сама суть высшего общества будет изменена. Они сопротивляются, вставляют палки в колеса и творят довольно гадкие вещи. Не для того, чтобы остановить королеву – нашу королеву и дорф не остановит, а для того, чтобы испортить ей настроение. Месть.

– Так прибить идиоток,– высказала общую мысль Тирна.

– И получить скандал. Королевская власть обширна, но не абсолютна. Именно поэтому от двора не были отставлены все и сразу. Мора Дарвийская смотрит на Келестин и видит, что там при дворе собраны умнейшие люди. Да, светские приемы по-прежнему проводят, все полагающиеся по этикету балы – тоже. И придворные остались на своих местах. Но сама суть светской жизни изменилась. И я повторюсь – вам нельзя слепо доверять первому попавшемуся профессору, который, к слову, даже и не профессор. Я – мастер менталист, королевский мозголом, ваш будущий самый главный начальник. Менее главным будет кто-то из вас. И этого «кого-то» выбирать буду я. Не королева, не король и не старший придворный маг. Я. Всем спасибо, все свободны.

– Так, это хорошо. Но в блокноты что писать?

– Например, вы можете написать, как сильно я вам понравился,– мастер менталист кокетливо трепыхнул ресницами, что в исполнении мужчины смотрелось до крайности забавно. – А вообще, это ваш рабочий инструмент.

– Просто мастер Солер как всегда бежит впереди коня,– вздохнула мора Вирстим. – Всем спасибо и никто не свободен. Дальше вести лекцию буду я. Идите, мастер, идите.

– Насколько мила, настолько же и жестока,– трагично произнес менталист и исчез.

– Паяц,– припечатала мора Вирстим. – Не расслабляемся. Я видела, мэдчен Тэллер, как вы дернулись в сторону выхода. Нет, мы продолжаем работать!

– И я надеюсь, что в процессе работы нам все же разъяснят, почему я единственная в минусе,– с нажимом произнесла мэдчен Тэллер.

– Потому что вы единственная без собственного мнения,– с насмешкой ответила мора Вирстим. – Мы не ставим перед собой цели унижать или обманывать соискателей. Мы учим вас. И я думаю, что все надолго запомнят этот урок. Хотя я постоянно удивляюсь – мы все живем в мире, где магия как воздух. Но каждый месяц в магистрат обращаются те, кто подписал не то, что прочитал. А ведь даже для не-магов существуют амулеты проявители и… И это тема бесконечна. А я хочу подробнее остановиться на блокнотах. В конце второго этапа вы их сдадите на проверку. Три критерия отбора: баллы, блокнот, мнение королевы.

– Мыслю, что мнение королевы следует ставить на первое место,– хмыкнула тихонечко Тирна.

– Очень зря вы так мыслите, эйта Краст,– усмехнулась мора Вирстим. – Поскольку свое мнение Ее Величество будет составлять по результатам вашей работы.

Тирна подняла вверх пустые ладони, мол, сдаюсь. А затем и вовсе сделала вид, будто закрыла рот на замок, а ключик выкинула.

– Если бы это было так,– закатила глаза мора Вирстим. – Итак, что вы можете вносить в свои блокноты – все. Даже описывать свои гигиенические процедуры. Я бы не советовала, но все же, все же. Итак, как это выглядит в идеале – сделали нечто полезное и отразили это в блокноте. Произошло что-то из ряда вон выходящее – отразили в блокноте. Считайте, что вы на полевой практике, а блокнот ваш дневник.

– У кого-либо есть доступ к нашим блокнотам? – спросила Грета и чуть кашлянула, выправляя голос,– я знаю, что есть зачарованная бумага, передающая все, что на ней пишут на второй лист.

– Мне до крайности интересна ваша биография,– серьезно произнесла мора Вирстим. – Настолько острая, почти нездоровая подозрительность должна на чем-то базироваться.

– Всего лишь на здравом смысле.

– Однако о парных листах вспомнили только вы.

– Однако, вы ловко ушли от ответа на вопрос,– тонко улыбнулась Грета.

Иногда ее саму пугали происходящие с ней изменения. Но зла они в себе не несли, выть на луну или точить об косяк когти не хотелось. Посему, по здравому размышлению, Грета решила не уточнять этот вопрос с Алистером. Пусть все идет так, как идет.

– Что еще я вам хочу сказать,– собравшись с мыслями сказала мора Вирстим. – Вы не должны вступать в конфронтацию с придворными морами, мэдчен и иже с ними. Пока они здесь, в доме короля, а дворец это не просто большая красивая ерунда, это именно что дом короля, так вот, здесь они пользуются королевской защитой. Даже если правы будете вы…

Многозначительная пауза не понравилась никому.

– Насколько силен этот закон? Может ли благородный дерр изнасиловать прислугу? – напряженно спросила мэдчен Ринтар-Боул. – Или прислугу, как и проститутку, изнасиловать невозможно? В том смысле, что они по своему статусу предназначены для удовлетворения нужд благородных дерров?

– Их Величества в своем доме насилия не потерпят,– мягко произнесла мора Вирстим.

Вот только это был не совсем тот ответ, который все хотели услышать. Потому Грета задала свой самый важный вопрос:

– Мастер Солер сказал, что для нас разработаны правила, регламент и все прочее. Когда мы это получим? Хотелось бы быть твердо уверенной, что никто не позовет никого из нас в свои покои, чтобы обязательно исследовать и зафиксировать «аномальный магический фон».

Последнее Грета произнесла с особо циничной интонацией.

– Вам, мора Ферхара, бояться нечего,– едко хмыкнула мэдчен Тэллер.

– Не устраивайте свар, соискатели,– жестко произнесла мора Вирстим. – Все же вы во дворце, а не на скотном дворе. Все могут быть свободны.

– Но вы не ответили,– поразилась Грета.

– Все бумаги вы получите после того, как станете полноценными придворными менталистами. Все свободны, следующее занятие будет здесь же.

Повисшую в конференц-зале тишину можно было резать на порционные куски и продавать всем желающим. Соискатели сверлили взглядами мору Вирстим, но та, спокойно улыбаясь, встала и с легким хлопком исчезла. Грета потерла кончик носа и посмотрела на Тирну. Подруга пожала плечами и тоже поднялась на ноги.

– Ну, есть и хорошее,– улыбнулась она.

– Что именно? – буркнула мэдчен Ринтар-Боул.

– Есть неизменные вещи – наши вопросы в очередной раз остались без ответов. Лично мне страшно будет тогда, когда нам начнут все четко и подробно объяснять. Вот где будет предвестник скорой бури.

Рассмеявшись, Грета подхватила подругу под руку и они покинули конференц-зал. Следом потянулись и остальные. Которые, как заметила внимательная эйта Краст, старались держаться единой кучкой и подозрительно присматривались к альковам.

– Получается, что мы даже не можем постоять за себя,– протянула Тирна.

– А если юбку задрать недостаточно быстро и без должного благоговения, то можно получить штраф,– мрачно пошутила Грета. – И что-то мне подсказывает, что мое замужество не станет защитой от таких дерров.

– Почему? – удивилась Тирна. – Знаешь, вряд ли кто-то захочет связаться с Алистером.

Кривовато улыбнувшись, Грета ускорила шаг и вполголоса принялась объяснять:

– Я мыслю так, имея власть и деньги только полный идиот будет насиловать королевских служащих. Потому что в мире огромное количество красивых женщин желающих вести праздную и роскошную жизнь за счет богатых покровителей. Так что отсюда можно сделать два вывода. Один оптимистичный – нам ничего не угрожает и это все сказано ради какой-то неясной цели. Второй трагичный – при дворе есть тупоголовый идиот от которого можно ожидать чего угодно, в том числе и этого. И если это так, то хотелось бы знать имя.

– А лучше знать морду, чтобы вовремя сбежать,– хмыкнула Тирна. – Но звучит разумно. Действительно, готовых на все женщин, молодых и красивых...

– Куда более красивых и ухоженных чем мы,– многозначительно произнесла Грета.

– Да-да, так вот, таких действительно много. Они ведь еще и всякие неприличные вещи умеют.

Грета кивнула, но отвечать не стала. Ее одолевали сомнения – странный урок им преподали. Вроде бы все логично, стоит опасаться, стоит смотреть по сторонам и никому не доверять. Вроде бы все правильно, но... Но неужели при дворе остались одни идиоты? Как раз таки должно быть наоборот! Маргарет Дарвийская умная женщина, в первую очередь она убрала бы самые гнусные образцы высшего общества. Все равно от придворных не получится избавиться полностью. Значит, те кто остались прошли строгий отбор. И кто знает, каким он был.

«Или они сами не знают, кто это? Или это для того, чтобы мы не расслаблялись? А еще это может быть просто перестраховка, чтобы никто не лег под холостого дерра и не предъявил потом беременность».

– Ты чего? – Тирна осторожно толкнула Грету,– мы уже пришли к себе, не стой перед дверью, входи.

– Да я задумалась,– улыбнулась мора Ферхара и поделилась мыслями с подругой.

Внимательно выслушав, эйта Краст глубокомысленно хмыкнула, потерла подбородок и задумчиво протянула:

– Вот странно, в конференц-зале и у меня не возникало и тени сомнений, что за дверьми собралась толпа благородных дерров которым не терпится меня отлюбить. А сейчас... и правда, сомнительно как-то. Думаешь, на нас воздействовали? Но для чего?

– Я не знаю для чего, но уверена, по окончанию отбора я стану недоверчивой заикой,– вздохнула Грета. – И я такая буду не одна.

– Семеро унылых, подозрительных, заикающихся менталистов – краса и гордость Кальдоранна!

– А еще видеть кругом заговоры крайне печально – среди массы иллюзий так легко не заметить действительно важные вещи.

Подруги удобно устроились в креслах, Дикки запрыгнул в кресло и напомнил про десерт. А Грета ошеломленно уставилась на четвероногого брата:

– Где ты был?

Дорф горделиво приосанился и мурлыкнул:

«Мы можем растворятся в лесу. Люди говорят «отводить глаза». Не был уверен, что среди мертвого камня получится. Попробовал и получилось. Теперь так буду делать».

– Ты уж постарайся, чтобы Грета тебя видела,– сочувственно произнесла Тирна.

– Да дело не в «видела»,– покачала головой ошеломленная мора Ферхара. – Я же даже забыла про тебя!

«Перестарался»,– виновато отозвался дорф.

Но Грета уже взяла себя в руки и улыбнулась:

– Ты молодец и я тобой горжусь. А десерт сейчас будет. Придет Марсия и мы все закажем.

Она подошла к стеллажу, взяла колокольчик и позвонила.

«В удобной миске».

– И крепкий кофе,– добавила Тирна.

– Со сливками и сахаром,– кивнула Грета.

– Хм, а я помню, как кто-то собирался пить только горький кофе. Любовь делает людей слабыми,– притворно вздохнула эйта Краст,– и они начинают сластить кофе.

– Сказала колдунья, которая в чай кладет столько сахара, что он становится сиропом.

Короткий стук в дверь и в гостиную входит Марсия.

– Будьте столь любезны принести нам крепкий кофе, сливки, сахар и,– тут Грета задумалась,– какао в глубокой миске. Для Дикки.

Марсия нервно покосилась на дорфа, который расслабленно лежал в кресле и даже немного в него не помещался.

– Через двадцать минут все будет,– она с трудом отвела от него взгляд, коротко поклонилась и ушла.

– А все-таки есть плюсы, есть,– потянулась Тирна. – Хорошо быть королевским иждивенцем.

– Не то слово,– фыркнула Грета.

– Так что мы будем делать? Я сейчас имею ввиду эту странную угрозу.

«Мой собрат, Верный, будет повсюду ходить с подругой сестры»,– мурлыкнул Дикки.

– А сможет ли он защитить не убивая и даже не калеча? – нахмурилась мора Ферхара.

«Мы можем издавать пугающие звуки. Они на всех действуют, а на кого не действуют – значит амулет надет. Таких мы разрывали клыками заживо».

– Потому что они вас не боялись? – настороженно спросила Тирна.

«Потому что амулет можно сделать только из костей новорожденного дорфа. И действует он недолго, там слишком тонкие косточки, быстро изнашиваются».

– Кошмар,– передернулась Грета. – Но зачем? Дорфы же бесполезны в плане зелий и магии.

– Тебе только что сказали, что из детенышей делали амулеты,– буркнула впечатленная Тирна,– чтоб у этих делальщиков руки отсохли.

– Так амулеты делались против дорфов. Замкнутый круг – чтобы убить дорфа надо убить самку дорфа и ее детенышей, а дорфа надо убить потому что он будет мстить за свою пару.

– Вроде есть зелья на основе дорфьей крови,– припомнила Тирна.

– Она легко заменяется кровью сильного мага, а мага добыть проще,– отмахнулась мора Ферхара. – Дикки, зачем людям охотиться на вас?

«Если бы я знал. Молодые и глупые хотят впечатлить своих самок. Мы таких редко убиваем. Только когтями по морде – шрамы впечатляют самок. Некоторые приходят мстить за отцов. Кто-то приходит за щенными самками и детенышами – тогда все окрестные семьи собираются, чтобы дать отпор».

– Надо будет спросить у Алистера,– вздохнула в итоге Грета. – Что ж, значит, случись что и ты, и Верный сможете напугать любого до мокрых штанов?

«Да».

– Значит, так тому и быть,– хлопнула в ладоши Грета.

Какао Дикки понравилось, но, по его словам, горячий шоколад в особняке был куда лучше. Подруги были с ним абсолютно солидарны. Потом дорф ушел на луг, а пока его нет девушкам было запрещено покидать комнату.

– Слушай, так ведь можно же и королеве защиту обеспечить! – загорелась Тирна.

И Грете пришлось рассказать, про неловкую ситуацию – королева хочет фамилиара дорфа, а это невозможно из-за того, что фамилиар Греты лидер стаи.

– Я даже хотела услать стаю и Дикки вместе с ней,– вздохнула мора Ферхара.

– Так мы же не можем разлучаться со своими подопечными,– напомнила Тирна.

– В тот момент я об этом даже не вспомнила. Из-за желания королевы обладать дорфом все стало таким сложным.

– Скоро их захочет не только королева,– серьезно сказала Тирна. – Подумай сама, все убедятся, что они не опасны и потребуют себе. Этакий знак избранности, власти, денег, силы – нужное подчеркнуть.

– И это пугает.

До самого вечера ничего интересного не происходило. За обедом подруги помалкивали и слушали, как соискательницы договариваются ходить по двое-трое и присматривать друг за другом. Потом был длинный и скучный урок и еще более скучный вечер – подруги разучивали новые молитвы во славу Серой Богини. Завтра утром, перед завтраком их ждет посещение Главного Храма. И песнопения, да. Куда ж без них.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю