Текст книги "Выбор (СИ)"

Автор книги: Наталья Гордая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 26

Стефания

Всю дорогу до дома мы провели в абсолютной тишине. Как только оказались в квартире, Аня удалилась в ванну и попросила не трогать ее пока.

– Кто-нибудь мне объяснит, что произошло? – спрашивает Саша.

– С чего бы начать? – задумчиво стучу ноготком по губам.

– С самого начала, – вздыхает Саша.

Мы присаживается за стол на кухне. Саша разливает чай.

– В общем, я была в комнате с Артемом, когда туда завалились целующиеся Аня с Андреем.

– Подожди, ты и Артем? Подожди, Аня и Андрей целовались??? – подруга явно впечатлена и шокирована моим рассказом.

Я начала рассказывать, местами сбивчиво, но попыталась пересказать подруге весь тот кошмар, который произошел в комнате.

– Поверить не могу, что Андрей так сказал! Они реально занимались сексом?

Я не успеваю ничего ответить, так как на кухню заходит Аня.

– Меня обсуждаете? – спокойно спрашивает она.

Сейчас она выглядит такой усталой и измотанной. Глаза красные и опухшие. Андрей сильно задел ее, хотя она и пытается этого не показывать.

– События сегодняшнего вечера, – говорю я.

– Девочки, я вас безумно люблю, но пока не готова к этому разговору. Давайте не будем обо мне. Лучше пусть Стефа расскажет, чем она занималась в спальне с Артемом, – говорит Аня.

Отлично! Все стрелки на меня. Я тушуюсь под взглядами подруг.

– Да ничем таким, в чем обвинял нас Андрей. Он кстати сказал, что если Артем ко мне прикоснется, то он не станет больше с ним общаться, – быстро тараторю я.

– Как вы заметили, Андрей не отличается большим умом, – говорит Аня. – А Артем что ответил?

– Сказал, что у него больше нет друга, – вздыхаю я.

– Сильно, – говорит Саша и продолжает. – Ты разобралась в отношении Артема?

– Не знаю. Меня безумно тянет к нему, я все это время скучала, но в то же время боюсь обжечься, боюсь, что не получится. Боюсь влюбиться в него, но, кажется, здесь я уже проиграла.

– Ты слишком много думаешь и анализируешь. Чувства либо есть, либо нет, – говорит Аня.

– Не узнаешь, пока не попробуешь. Волков бояться – в лес не ходить, знаешь, – говорит Саша. – К тому же видно, что Артем с ума по тебе сходит. И ты для него нечто большее, чем очередная девушка в списке.

Я пожимаю плечами и говорю:

– Посмотрим. А как у тебя прошла вечеринка?

Саша сразу же отпускает глаза и встает изо стала.

– Нормально. Не так бурно, как у вас, – говорит она и начинает мыть посуду.

Подруга темнит, что-то недоговаривает. Мы с Аней переглядываемся. Я киваю головой, беззвучно спрашивая, знает ли она что-нибудь, но Аня только разводит руками.

– Ладно. Я пошла спать. Спокойной ночи.

Девочки желают мне спокойной ночи, и я ухожу. Валюсь на кровать и вспоминаю прошедший вечер. Тело мгновенно охватывает дрожь, бегут мурашки, а щеки краснеют так сильно, что, мне кажется, их видно даже в темноте. На телефон пришло сообщение от Артема. Легок на помине.

Я не перестаю улыбаться, пока переписываюсь с ним. Долго потом ворочаюсь в постели. Воспоминания и слова Артема не дают мне уснуть. Я безумно хочу его. Хочу быть рядом с ним, но тут же возникает какой-то страх. У него куча девушек, я сама видела, нужна ли ему такая, как я, неопытная, как он сам выразился. За такими мыслями проходит пол ночи. Неудивительно, что на утро я еле встала с кровати.

Уже когда мы поднимались по лестнице в универ, Саша вдруг сказала, что ей срочно нужно в библиотеку. Развернулась и быстро умчалась прочь. Я смотрю ей в спину и не понимаю, что происходит с подругой. К тому же библиотека еще закрыта. Только когда я поднимаю глаза вверх, вижу Данила, который провожает задумчивым взглядом спину Саши, а потом отворачивается и уходит. Странно все это.

В коридоре замечаю знакомую фигуру Артема и уже хочу позвать его, как ему дорогу перегораживает девушка из клуба. Вероника, кажется ее зовут. Она прижимается к нему и обнимает, а Артем стоит, как истукан, и не сбрасывает ее руки с себя. Я резко разворачиваюсь, не хочу смотреть на то, как его обнимают чужие руки. Злые слезы жгут глаза. А ведь я поверила ему. Дура! Такие как он не меняются. Бабники они и есть бабники. И ради одной девушки они не собираются меняться.

Я захожу за угол и прислоняюсь к стене, пытаясь привести дыхание в норму. Сжимаю переносицу и приказываю себе не реветь.

Но на этом мои испытания не кончились. Ко мне с огромным букетом белых роз идет Ваня. Вот только его мне не хватало для полного счастья!

– Синеглазка… – начинает он, но под моим злым, испепеляющим взглядом запинается и замолкает, но, к сожалению, не надолго. Он прочищает горло и продолжает:

– Я понимаю, что наговорил вчера тебе кучу гадостей и вел себя, как полнейшая скотина, но очень хотел бы извиниться перед тобой.

– Вань, отчасти я сама виновата в сложившейся ситуации. Долго не могла сказать твердое «нет», чтобы ты перестал надеяться на что-то.

Он мотает головой и говорит:

– Нет, это только моя вина. Я вчера перебрал с алкоголем.

– Это не оправдание.

– Да, я знаю. Просто я жутко тебя ревную, особенно к Артему. Вот и вспылил вчера.

– Вань, мы даже не встречаемся. Ты не можешь ревновать меня к кому-то не только поэтому, но еще потому, что ты сам не можешь забыть одну девушку.

– Могу. Нет никакой девушки, – отводит он глаза.

– Себе не ври.

– Как поняла? Андрей рассказал?

– Да. А еще за все то время, что мы знакомы ты особо и не пытался даже поцеловать меня. Часто ты кого-то неосознанно ищешь глазами, а когда не находишь, то становишься грустным и замкнутым. У тебя на заставке телефона стоит картинка со спящей девушкой. Я могу еще много чего сказать, но не буду. Скорее с моей помощью ты хотел забыть другую.

– Нет, это не так.

Я вздыхаю. Ваня продолжает отрицать очевидное.

– В общем, Вань я не хочу давать тебе надежду, что между нами что-нибудь получится, потому что это не так. Я не держу на тебя зла. Но мой тебе совет. Прежде чем начинать новые отношения, разберись в старых, потому что так ты обманываешь не только себя, но и ту, которая в данный момент с тобой рядом. Я ведь могла влюбиться в тебя, – я выдыхаю. Надеюсь, Ваня поймет, что я хотела сказать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Но не влюбилась, – горько усмехается он.

– А ты сам можешь, положа руку на сердце, сказать, что я та самая и единственная для тебя?

Он просто смотрит мне в глаза, отдает мне букет, который я машинально подхватываю, и ничего не говоря, уходит.

Я вздыхаю и разворачиваюсь, чтобы уйти, но натыкаюсь на разъярённого Артема. Рукалицо! Это утро не может стать хуже! Но тут Артем начинает говорить, и я понимаю, что еще как может!

– Какого черта ты разговариваешь с этим недоумком, да еще и принимаешь от него букет?! – взревел он. В голосе звучала такая неприкрытая ревность, что по коже мурашки поползли.

Я прищуриваюсь. Во мне поднимается такая волна негодования и злости, что руки начинает потрясывать.

– Не твое дело от кого я цветы принимаю!

– Стеша! Не нарывайся! – угрожающе проговорил он.

– А ты мне не угрожай! – вздергиваю подбородок и смотрю прямо в глаза.

– А ты мне не перечь! Моя девушка не будет принимать цветы от другого!

– Буду! – топнула я ногой. – Так, стоп, какая еще твоя девушка?

Я непонимающе уставилась на Артема. Тот продолжал зло буравить меня взглядом.

– Да действительно, какая же?! Подумай немного, иногда полезно, – язвительно произносит он.

– А что тут думать? Пусть будет та, с которой ты в коридоре обжимался только что! – ехидно отвечаю я.

Видно по глазам, как у него крутятся шестеренки в мозгу. Он хмурится и задумывается.

– Я ни с кем не обжимался. Она сама повисла на мне.

– Ой, да ты бедненький, несчастненький. Не можешь отбиться от виснувших на тебе телок!

– Нет никаких телок! И вообще, разговор сейчас о тебе идет!

– Конечно, нет. Это все моя бурная фантазия. Не ты же чуть ли не каждый день заявлялся с новой девушкой в универ! – я уже перехожу на крик. На нас оборачиваются, но мы ни на кого не обращаем внимания.

Артем зло пыхтит и сжимает руки в кулаки.

– Не преувеличивай!

– Я преуменьшаю! И, кстати, ты, когда так зло пыхтишь, похож на дракошу, – язвительно говорю я, припоминая ему сравнение меня с ежиком.

Артем опешил, не ожидала такой реакции от него. Его глаза опасно сужаются, и он подходит ко мне совсем близко, буквально нависая надо мной.

– Какой нах дракоша?! – рычит он.

– Злючий такой, огромный, клыкастый, огнедышащий дракоша. Самый натуральный, ага.

Казалось бы, куда больше бесится Артему, но нет, злость его стала еще на градус выше, буквально зашкаливала. Я ж говорю, дракоша, еще чуть-чуть и пар из ноздрей пойдет. Так, надо сваливать, пока не поздно.

– Все мне пора на пару.

– Стоять! – прорычал Артем так грозно, что я аж замерла.

Он подходит ко мне и вырывает букет из рук.

– Эй, отдай мои цветы!

– Не дождешься. Этот веник подойдет только для помойки!

– Не смей!

– Еще как посмею! А ты иди, у тебя же пара, – язвит он.

– Сволочь! – шиплю я.

– Истеричка! – восклицает он.

Я аж поперхнулась. Это я истречика?!

– Бабник!

– Психопатка!

– Ты повторяешься! Это уже было!

– Повторение – мать учения!

Мы могли бы стоять в коридоре и ругаться до бесконечности, но прозвенел звонок на пару, и я зашагала в свою аудиторию прочь от этого придурка. Что там я говорила хорошего в его сторону? Забудьте! Сволочь! Его девушка, вы посмотрите только! Пусть сначала со своими телками разберется. Кобелина!

Я залетела в аудиторию, зло бубня ругательства себе под нос. Саша тоже не выглядела спокойной. Она теребила в руках карандаш и нервно мотала ногой из стороны в сторону.

– Что случилось? – спрашивает она

– Потом, – говорю я.

Она кивает, и мы замолкаем, обращая все свое внимание на профессора по языкознанию. Вся лекция прошла как в тумане. Я пыталась что-то записывать, но мысли то и дело крутились вокруг Артема, и тут же меня прошибала злость.

Так прошел целый день. Слава богу, что мне не попался на глаза этот засранец! Не знаю, что бы я с ним сделала! Пришли домой мы с Сашей обе вымотанные. Она опять столкнулась с Данилом в столовой, и они бурно выясняли, кому достанется последняя булочка с корицей. Я в их перепалки больше не лезла, подруга и без меня справлялась.

Мы ужинали все втроем, когда в дверь позвонили. Я пошла, открывать, а когда открыла, так и обомлела.

Глава 27

Артем

Приехав в универ, быстро поднимаюсь на этаж, где учится Стеша. Иду по коридору, а сам выглядываю мелкую, поэтому не сразу замечаю, что на моем пути появилось препятствие в виде Вероники. Она буквально вжалась в меня, обвивая руками, словно лианами. Я буквально опешил от такой наглости. Мы вроде бы в прошлый раз все выяснили. Она обозвала меня козлиной и скотиной, я же, в свою очередь, пообещал, что избавлю ее от своего общества.

– Артем, привет. Я скучала, – чуть ли не мурлычит мне на ухо девушка.

Отрываю от себя девушку. Не хватало еще, чтобы мелая увидела это зрелище. Отхожу на шаг назад, но девушка не собирается сдаваться просто так. Она в боевой раскраске, а юбка и блузка ничего не скрывают. Грудь чуть ли не вываливается из выреза, а юбка такая короткая, что видно полоску чулок. Все это я обсматриваю мельком, на автомате, едва обращая на это внимание. Если раньше от такого зрелища, я бы не устоял и точно затащил бы ее куда-нибудь и трахнул, то сейчас даже мысли подобной нет.

– Вероника, мы вроде обо всем договорились с тобой. Что за представление ты тут устроила? – устало вздыхаю я.

Она надувает свои губы, и делает обиженный вид. Но я только закатываю глаза. Актриса, бл*дь, погорелого театра.

– Я подумала, что ты остыл и перебесился. Ты сам виноват, что я сорвалась на тебя.

– Ага. Так чего тебе надо? С нашей последней встречи ничего не изменилось.

На секунду на ее лице вспыхивает злость, но тут же исчезает, и она натягивает на лицо доброжелательную улыбку.

– Ну, Тем, нам же было так хорошо вместе. Неужели ты не хочешь повторить? – томно говорит она и водит своим красным ноготком по моей груди.

Мне уже начинает надоедать этот спектакль. Я одергиваю от себя ее руку и стараюсь говорить четко и предельно ясно, чтобы до нее, наконец-то, дошло:

– Ключевое слово – было. И нет, не хочу. Оставь попытки наладить то, чего в принципе никогда не было. Ты мне не интересна.

Теперь маска доброжелательности слетает с ее лица, искажая его злостью и ненавистью. Сразу же лицо приобретает заостренные черты, выглядит она, мягко говоря, не очень. Когда злится Стеша, то выглядит она милой кошечкой, эта же девушка похожа на страшную злую ведьму.

– Ты пожалеешь! – шипит она.

– Единственное о чем я жалею, что вообще связался с тобой.

Она еще что-то говорит, но я ее уже не слушаю. Разворачиваюсь и ухожу. Я знаю, где у мелкой сейчас лекция, поэтому направляюсь к нужной аудитории. Не терпится ее увидеть.

Я и увидел, как только зашел за угол. Стеша что-то говорила своему кавалеру, а потом тот резко развернулся и ушел, а мелкая осталась стоять с гребаным букетом цветов в руках. Во мне поднялась обжигающая волна ревности и злости. Какого хера она принимает цветы от него?!

– Какого черта ты разговариваешь с этим недоумком, да еще и принимаешь от него букет?! – налетел на мелкую с вопросом.

Стеша сужает глаза и впивается в меня злым взглядом.

– Не твое дело от кого я цветы принимаю! – рявкает она.

– Стеша! Не нарывайся! – угрожающе говорю ей.

– А ты мне не угрожай! – вздергивает подбородок, тем самым бросая мне вызов.

– А ты мне не перечь! Моя девушка не будет принимать цветы от другого! – выразительно проговариваю каждое слово, даже не задумываясь о том, что только что сказал.

– Буду! – топнула она ногой. – Так, стоп, какая еще твоя девушка?

Глаза у нее становится огромными. Она явно шокирована моим заявлением про девушку. Но я не собираюсь брать своих слов назад, пусть даже брошенных на эмоциях. Она моя, всегда ей была. Больше никто, кроме меня, не прикоснется к ней, и не будет дарить всякие веники.

– Да действительно, какая же?! Подумай немного, иногда полезно, – язвительно и зло произношу я.

– А что тут думать? Пусть будет та, с которой ты в коридоре обжимался только что! – ехидно отвечает она.

Я задумываюсь. Похоже, мелкая все же увидела маленькое представление, устроенное Вероникой. Бл*дь! Не одно, так другое!

– Я ни с кем не обжимался. Она сама повисла на мне, – говорю я уже спокойнее.

– Ой, да ты бедненький, несчастненький. Не можешь отбиться от виснувших на тебе телок! – продолжает язвить мелкая.

– Не утрируй. Нет никаких телок! И вообще, разговор сейчас о тебе идет!

– Конечно, нет. Это все моя бурная фантазия. Не ты же чуть ли не каждый день заявлялся с новой девушкой в универ! – она опять переходит на крик.

А во мне с новой силой поднимается злость. Сжимаю руки в кулаки и часто дышу, чтобы хоть как-то успокоиться.

– Не преувеличивай!

– Я преуменьшаю! И, кстати, ты, когда так зло пыхтишь, похож на дракошу, – язвит Стеша.

На миг замираю, что за х*ня. Мои глаза опасно сужаются, и я подхожу к мелкой ближе, буквально нависаю над ней.

– Какой нах дракоша?! – рычу ей в лицо.

– Злючий такой, огромный, клыкастый, огнедышащий дракоша. Самый натуральный, ага. – говорит она, ничуть не смутившись. Другая бы уже дрогнула от страха, эта же стоит, вздернув подбородок, и смотрит прямо, с вызовом, а в глазах у самой застыло озорство.

Злость во мне буквально бурлила и зашкаливала.

– Все мне пора на пару, – мелкая быстро разворачивается и хочет уйти.

– Стоять! – приказываю ей.

Подхожу к ней и вырываю букет из ее рук. На что она возмущенно восклицает:

– Эй, отдай мои цветы!

– Не дождешься. Этот веник подойдет только для помойки! – ага, так и отдал ей обратно.

– Не смей!

– Еще как посмею! А ты иди, у тебя же пара, – язвлю ей в ответ.

– Сволочь! – шипит она.

– Истеричка!

Стеша на миг шокировано замирает, а затем с новой злостью выплевывает новое ругательство:

– Бабник!

– Психопатка!

– Ты повторяешься! Это уже было!

– Повторение – мать учения!

Не знаю, до чего бы довела нас наша ругань, но, к счастью для мелкой, прозвенел звонок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Иначе я за себя больше не ручался. Не знаю, чего мне хотелось больше: придушить ее или затащить в укромный уголок и наброситься с поцелуями, чтобы сбить с нее всю ее спесь.

Целый день проходил злющий, как дракон. Дракоша, бл*дь! Это же надо такое придумать! Ко мне лишний раз никто не подходил и не разговаривал. Оно и правильно. Андрей в универе не появился, хотя я понимал, что он вряд ли до меня подойдет.

В автомастерской, куда я приехал после универа, его тоже не было. Петрович сказал, что он отпросился на неделю. Во мне шевельнулось беспокойство за друга. Я решил набрать ему, но он только сбрасывал раз за разом мои звонки, поэтому я бросил это дело. К концу рабочего дня ко мне подошел Даня.

– Как дела? – спросил он.

– Бывало и лучше, – ответил со вздохом я.

– Опять Стеша?

– Снова, только теперь Андрюха отказывается со мной общаться.

– Не понял.

Я рассказываю ему вкратце события вчерашнего вечера. Он присвистывает и говорит:

– Андрюха ведет себя, как маленький.

Я молчу, прикуриваю новую сигарету. А что тут скажешь? Андрюха ведь не знает о моих чувствах к Стеше, стоит ему рассказать, объяснить, и я уверен, он сможет понять меня.

Решаю на днях заглянуть к нему, а пока набираю номер доставки. Мелкая хотела цветов – будут ей цветы. Только от меня. Жду сообщение от курьера, что цветы доставлены, сам хожу из стороны в сторону. Размышляю, что ей написать.

Пока я нервно сжимаю телефон в руке, приходит сообщение о доставке. Я хочу написать Стеше что-нибудь романтическое и необычное, но в голову ничего не лезет. Бл*дь, погуглить что ли. Откуда мне знать про романтику, я толком ни с кем никогда не встречался и не ухаживал. Мозг взрывается, и я иду на балкон покурить. Пока курю, приходит сообщение от мелкой:

– Ты же не думаешь, что отделаешься одним букетом, дракоша?

– Не думаю, ежик.

Отправляю, а у самого дурацкая улыбка не сходит с лица. Даже плевать на этого дракошу, зато сама написала. Счастлив до безумия от одной лишь смс. Так и ложусь в кровать с мыслями о Стеше и мечтательной улыбках на губах. Все у нас получится, что бы там мелкая не думала.

Глава 28

Стефания

На пороге стоит пьяный в хлам Андрей. Пошатываясь и икая, с бутылкой в руке, он заваливается в квартиру, на ходу чуть не сбив меня.

– Аня дома? – спрашивает заплетающимся языком.

– Андрей ты с ума сошел?! – вскрикиваю я, едва отойдя от шока.

Настолько пьяным брата я еще никогда не видела. Он чуть не заваливается, но я его вовремя ловлю. Кряхтя, пытаюсь дотащить до дивана, да только эта туша пьяная весит больше меня в два раза, наверное.

Тут выходят девочки и бегут мне на помощь. Втроем кое-как мы дотащили его до дивана и выдохнули.

– Почему он такой пьяный? – спрашивает Аня.

– Это надо у тебя спросить, – мрачно говорю я ей.

Она теряется от моего вопроса и хмурится. Тут в себя приходит Андрей и начинает извиняться перед Аней, пытаясь встать с дивана, но мы снова опрокидываем его назад. Он что-то говорит, но я ничего не понимаю. Мне кажется, он сам не понимает, что несет.

Аня становится злой и раздражительной. Андрей хватает ее за руку, опрокидывает на диван и прижимает к себе, не выпуская из рук.

Аня кряхтит, ругается, бьет его по рукам, пытается вырваться, но брат держит крепко и уже посапывает, уткнувшись ей в шею.

– Да чтоб тебя! Алкашня проклятый! – ругается она. – Чего смотрите, помогите мне!

Мы пытаемся разорвать удушающие объятия Андрея и вырвать из его рук Аню, да только он вцепился в нее намертво и не отпускает. Только мы выжидаем момент, когда он расслабляет руки, и пытаемся убрать их от подруги, как он снова сжимает ее сильнее, чем до этого.

Аня зло пыхтит и ругает всеми словами брата. Мое терпение тоже уже на исходе. Саша приносит холодную бутылку воды и хочет облить Андрея, чтобы привести в чувства, но Аня против.

– Ты с ума сошла? Не видишь, в каком он состоянии? Его сейчас из пушечного выстрела не разбудишь! А ты только диван весь зальешь и меня заодно, а мне здесь еще спать похоже, – она воет в голос и опять колошматит Андрея, но тому хоть бы что. Он посапывает и что-то бормочет Ане в шею.

Тут опять в дверь звонят.

– Кого это еще принесло? – зло говорю я и иду открывать дверь.

На пороге стоит курьер с огромным букетом розовых тюльпанова.

– Вы Стефания? – спрашивает он

– Я, – киваю головой.

– Тогда распишитесь и возьмите букет.

– А от кого это?

– В записке прочитаете.

Я расписываюсь и закрываю за курьером дверь. Открываю записку и читаю: «Цветы могу дарить тебе только я, ежик. PS: Только не злись на меня больше».

И вот должна вроде испытывать злость, видите ли, только от него я цветы должна получать, но на душе так радостно становится. Губы растягиваются в улыбку во весь рот. Я беру букет и зарываюсь в них носом, вдыхая аромат и вспоминая, как Артем подарил мне цветы в первый раз. Щеки сразу же заливает краска, а внизу живота сладко вспыхивает. Но меня тут же отвлекает от своих мыслей злой голос Ани.

Я вздыхаю и плетусь на кухню, чтобы поставить букет в вазу. Девочки о чем-то спорят, но тут же замолкают, когда я захожу в комнату. Саша присвистывает, а я опять не могу сдержать улыбки и прячу ее, зарываясь носом в букет.

– От кого же это цветочки? – спрашивает Саша. – Хотя по твоей улыбке итак понятно от кого.

– От кого же? – интересуюсь я и наливаю воду в вазу.

– От Артема, конечно.

Я только киваю головой, потому что не могу стереть с лица идиотскую улыбку, поэтому долго стою и поправляю цветы в вазе.

– Хоть кому-то цветы дарят, а не пьяными домой заваливаются, – бубнит Аня и бьет по плечу Андрея.

– Будут тебе цветы, – промямлил тот.

– Ах, ты, сволочь! Значит, ты притворяешься! Быстро убрал от меня свои клешни! – кричит на него подруга, но брат уже снова в отключке.

Аня зло пыхтит, пытаясь устроиться поудобнее.

– Вот же зараза. Угораздило же меня так… – она резко замолкает и кладет голову на подушку, устало трет глаза и зевает.

Мы с Сашей переглядываемся и не можем сдержать улыбки.

– Хоть бы посочувствовали мне, чем улыбаться стоять, – язвит Аня.

– Чему тут сочувствовать-то? Ты лежишь в крепких объятиях красивого парня. Тут завидовать нужно, а не сочувствовать, – говорит Саша.

– Да чтооооо ты говоооришь! – тянет Аня и продолжает ехидно. – Так я с удовольствием уступлю тебе свое место!

Аня вскрикивает, потому что Андрей еще сильнее прижимает ее к себе.

– Вот же качок безмозглый! – говорит Аня и снова бьет Андрея по плечу.

– Ладно, Ань, мы спать пошли. Приятных снов, – говорит Саша, и мы удаляемся в мою комнату.

– Предательницы! – летит нам в спину, но мы не обращаем на это внимание. Утром остынет и перебесится.

Мы укладываемся спать, и я решаю написать Артему сообщение. Пишу, а у самой сердце колотится.

– Ты же не думаешь, что отделаешься одним букетом, дракоша? – пишу ему. Не могу не поддеть его, знаю, что он взбесится, когда прочитает, что я назвала его дракошей.

– Не думаю, ежик, – приходит моментальный ответ.

Я тут же проваливаюсь в сон, а утром меня будит ругань Ани и Андрея. Она кричат, что-то даже разбивается. Мы с Сашей молча сидим в комнате и пережидаем бурю. Не хочется попасть под горящую руку. Прислушиваемся к их разговору, но ни черта не слышно. Пока ждем, когда они закончат выяснять отношения, начинаем собираться в универ.

– Как думаешь, долго ли они еще ругаться будут? – спрашивает Саша.

– Не знаю. Надеюсь, что нет.

– Они друг друга стоят.

– Это точно.

Слышим, как входная дверь хлопает с такой силой, что мы обе вздрагиваем. Выходим на кухню, а там Аня склонилась над вазой с моими цветами и трясущимися руками собирает осколки. Плечи ее вздрагивают от беззвучного плача. Саша подходит к ней и поднимает с пола, уводит ее в ванну.

Я вздыхаю и начинаю собирать осколки. Уже когда все было собрано, на кухню заходят девочки. Аня вся взъерошенная, с красными глазами. Ее потрясывает. Я наливаю всем чай, и мы садимся за стол. Никто ничего не спрашивает. Мы просто молчим и с двух сторон обнимаем Аню. По ее щекам текут слезы, и она зло их вытирает рукавом халата. Немного успокоившись, она встает, чтобы собраться в универ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Может быть, ты сегодня останешься дома? – говорит Саша обеспокоенно.

– Нет, лучше отвлекусь на лекциях. К тому же у нас сегодня важный семинар для всего потока. Приезжает из столицы какой-то супер-пупер модный адвокат, и нас всех обязали на нем присутствовать.

– Позвони, как освободишься, прогуляемся, отвлечемся, – говорю я.

Она кивает и уходит собираться. Мы с Сашей идем в универ.

– Что происходит между ними? – спрашивает Саша.

– Если бы я знала. Андрей на дне рождении Стаса сказал, что они просто трахаются. Это дословно с его слов. Но так ли это на самом деле, я не знаю. Аня молчит, как рыба.

– Как мог твой брат так сказать? – удивленно спрашивает Саша.

– Сама не знаю. Андрей в последнее время сам на себя не похож. То хмурый и злой, то счастливый и радостный, то пьяный и снова злой. Не понимаю, что между ними происходит.

– Да уж. Ты мне расскажи, что у тебя самой с Артемом?

– Этого я тоже не знаю. Нас тянет безумно друг к другу, но вчера мы снова поругались. Как думаешь, получится ли у нас, если мы все время ругаемся или игнорим друг друга?

– Я думаю, если бы вы оба захотели, то все может получиться. Главное, обоим слышать и слушать друг друга.

– У нас с этим проблема, – задумчиво произнесла я.

– Не у вас одних.

– Я чего-то не знаю о тебе и о Даниле? – спрашиваю я, заглядывая подруге в глаза.

– При чем здесь вообще Данил? – раздраженно спрашивает она. – Он мне вообще не нравится.

– Ага.

– Не нравится! – восклицает подруга и топает ножкой.

– Ты сейчас меня убеждаешь или себя? – спрашиваю у подруги с улыбкой.

– Ой, да ну тебя! – махнула рукой в мою сторону подруга.

Я только усмехнулась, но спорить не стала.

Пары пролетели незаметно. Я каждую перемену выглядывала Артема, но нигде так его и не находила. Телефон из рук не выпускала, но он молчал. Тогда я решила написать ему сама, а ответа так и не получила. Плохие мысли одолевали мою голову. К концу учебного дня я так себя накрутила, что готова была лезть на стену от переживаний.

Поэтому когда ко мне подошел Ваня после универа, я готова была сорваться на него от злости.

– Привет, – говорит он и виновато улыбается.

Я молча киваю.

– Я думал о том, что ты мне сказала. Да, ты права.

– В чем именно? – удивленно спрашиваю у него. Не ожидала, что Ваня подойдет поговорить об этом.

– Во всем. Но я не об этом. Мне нравится общаться с тобой просто так. Давай хотя бы попробуем остаться друзьями? – с мольбой в глазах спрашивает Ваня.

– Давай, – не могу отказать ему. Тем более общаться с Ваней мне тоже нравится.

– Тогда приходите с девчонками в субботу на гонку. Буду вас ждать, – говорит он.

– Я даже не знаю, Вань. Мне нужно с девочками поговорить сначала. Позже напишу тебе, – говорю я.

У меня звонит телефон. Я отвлекаюсь, а Ваня в это время прощается и уходит.

Смотрю на экран, и злость вперемежку с беспокойством снова накрывает меня. Звонит Артем, и если сейчас он не скажет мне важной причины, почему он не звонил и отвечал мне, я прибью его.

Беру трубку и на меня сразу же обрушивается болтовня Артема. У него заплетается язык. Он что-то говорит об Андрее.

– Где вы? С Андреем все хорошо?

– У меня, все норм-но, – кое-как разобрала, что он мне сказал.

– Вы зачем опять так напились?

– Я люблю тебя, мелкая, – на удивление четко произнес Артем.

Я аж резко остановилась посреди улицы и открывала и закрывала рот, как рыба.

– Я…я… – пытаюсь что-то выдавить из себя, но так ничего не придумав, просто бросаю трубку и ошарашенно смотрю на телефон.

– Он просто пьяный и ничего не соображает, – говорю я себе. – Это ничего не значит.

Пытаюсь убедить себя изо всех сил. Только вот сердце, которое буквально выпрыгивает из груди от счастья, я не могу переубедить. Радость против моих доводов рассудка безудержно накрывает меня. Я одергиваю себя и иду на остановку. Только улыбка никак не хочет убираться с моего лица.

А на утро, просыпаюсь в таком прекрасном настроении, что решаю поехать к Артему с Андреем и привезти им кофе с минералкой. Им наверняка плохо. Быстро забегаю в лифт уже в доме Артема и нетерпеливо притопываю ногой. Лифт какой-то медленный. Долго звоню в дверь. Спят они там что ли?!

Дверь резко открывается и на пороге стоит Артем в одних штанах с голым торсом. Я сглатываю слюну, потому что в горле резко пересохло. Тот смотрит на меня и не моргает даже. Удивлен? Еще бы, я сама в шоке от своего поступка. Улыбаюсь ему и протягиваю стаканчики с кофе, но тут слышу женский голос:

– Тем, у тебя кофе еще есть, который я люблю?