Текст книги "Спустя вечность (СИ)"

Автор книги: Натали Портс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32

Ангелина

Провожая знакомый силуэт, у меня навернулись слезы. Только теперь я знала об истинной причине моих нервных срывов. Следом вышел седовласый мужчина. На вид ему было около пятидесяти лет.

– Доктор, какие прогнозы? – сразу рванула на встречу мужчине в белом халате.

– Кем вы являетесь? – строго спросил он.

– Эм.. – понимаю, что никто ничего мне не скажет, поэтому выкручиваюсь как могу. – Я его невеста.

– Хорошо. Тогда скажу вам сразу как есть. У него множественные переломы ног. Внутренние органы повреждены не критично, думаю пара недель и в этом плане всё будет восстанавливаться довольно быстро. У него молодой, крепкий организм. Правда есть одно, но...

Немая пауза сводит с ума. После такого всегда говорят что-то неприятное или страшное. Сердце ухает в пятки. Я готова упасть в обморок в любой момент. Меня немного ведёт в сторону. Облокачиваюсь на стену, ощущая хоть небольшую поддержку.

– Вам плохо? Вы побелели, как стены в нашей больнице, – с тревогой в голосе интересуется врач. – Присядьте, – меня усаживаются на стул. Мужчина садится рядом. – Постарайтесь прийти в себя. Вам получше?

– Спасибо, да. Я готова услышать то, что вы хотели сказать.

– Только обещайте без нервов, – киваю головой сама себе не веря. – Из-за сложных переломов обеих ног, вашему жениху не скоро получится повести вас под венец. Мы сделали всё возможное, теперь дело остаётся за ним. У вас будет сложный путь, дорогая.

Тёплая рука осторожно ложится ко мне на колено в знак поддержки и мне хочется зареветь. Изо всех сил сдерживаю себя, поднимая взгляд в медовые глаза.

– Ближе к делу, – выдавливаю из себя, пока внутренняя истерика ещё поддаётся контролю.

– Он не сможет ходить.

Мой мир рушится. Это невозможно. Такого просто не может быть.

– Я вас правильно поняла? Он будет прикован к инвалидной коляске? – переспрашиваю с недоверием.

– Первые пару месяцев точно, а дальше всё будет зависеть только от него. Вам придётся пройти многое. Постоянная физиотерапия, уколы, обследования. Он сможет встать на ноги только если приложит к этому максимум своих усилий. После переломов такой сложности многие остаются навсегда инвалидами и не могут вести нормальный образ жизни. Пациенты часто ломаются психологически. У них опускаются руки, а близкие идут на поводу и позволяют расслабиться. Многим так легче. Не каждый может проявлять упорство в таких делах.

– Он встанет. Вот увидите. Мой жених самый сильный из тех, кого я когда-либо встречала, – я даже мысли себе не позволяю, о том, что он сломается характером.

– Мне нравится ваш настрой, только помните, первый месяц ему категорически нельзя подниматься. Если он будет пытаться вставать, то все его труды в дальнейшем будут напрасны. Ногам необходимо время, чтоб хоть немного восстановиться. У него теперь стоят титановые пластины. Они будут поддерживать его кости. Но это инородный предмет и телу нужно время. Удачи вам в этом нелёгком бою.

– Спасибо, мы сделаем всё возможное. Когда я могу его навестить? – это единственное, что меня тревожит после пояснений доктора.

– Сейчас его переведут в палату интенсивной терапии. Можете зайти к нему на минут пять примерно через десять минут. Медперсоналу необходимо подключить его ко всем приборам. Старшую сестру я предупрежу о вашем визите, но не больше пяти минут. Вы меня поняли?

– Да, спасибо вам ещё раз. Вы многое сделали для нас.

– Это моя работа, – бросает мужчина и теряется в коридорах.

Мысли судорожно бегают в моей голове. Тонны информации пытаются устаканиться, но я не могу ухватиться ни за одну ниточку, которая хоть немного помогла бы мне всё разложить по местам. В хаотичном порядке в моей голове проносится вся моя жизнь. Я вспоминаю, как мне было семь лет и моя сестра первый раз попала в больницу. Она сломала ногу свалившись с дерева во дворе. Это воспоминание резко обрывается и вот я уже лежу в больнице после своей аварии. А сейчас Кирилл лежит в реанимации. Пытаюсь придумать план своих дальнейших действий, но всё бесполезно.

– Вы можете зайти, – меня отвлекает приятный женский голос.

Поднимаю голову, приметив миниатюрную блондинку в белом халате. Судя по-всему это и есть та старшая медсестра о которой говорил доктор. Встаю со стула и на ватных ногах двигаюсь в сторону реанимации. Девушка прикладывает пропуск к белой коробочке у стены и двери разъезжаются в разные стороны, пропуская меня внутрь.

– На входе, перед палатой, на белом столике вас ожидает халат, шапочка и бахилы. Вам обязательно нужно их надеть и обработать руки антисептиком. Помните, что это здоровье вашего жениха и им нельзя пренебрегать. Справитесь?

– Да, я всё поняла. Спасибо.

– Пять минут, – строгий голос летит мне в спину.

Глава 33

Ангелина

Как и было сказано, перед палатой я замечаю столик, на котором аккуратно сложен медицинский комплект. Непослушными руками расправляю халат и натягиваю на себя. Шапочка, бахилы, антисептиком обрабатываю руки и сделав последний вдох подхожу к раздвижной двери. Датчик мгновенно срабатывает, пропуская меня внутрь.

Вокруг раздаётся противный писк. Здесь он контролирует уже не моё состояние. Множество трубочек и проводов подключено к обездвиженному телу моего мужчины. Предательские слезы сразу собираются в уголках глаз, но помня про безопасность я смаргиваю их. Подхожу ближе, устраиваясь на железном стуле около кушетки. Его грудь плавно поднимается и опускается. Ноги, замотанные в гипс приподняты вверх. Ужасаюсь этой картине покрываясь липким потом.

Своей рукой нежно накрываю его ладонь. Так приятно чувствовать тепло любимого человека.

– Привет. Я пришла к тебе. Мне разрешили посидеть здесь совсем недолго. Я очень переживала за тебя. Точнее будет сказать, что я до смерти испугалась, когда узнала о твоём состоянии. Но ты у меняя сильный и обязательно со всем справишься. Мы справимся. Я всегда буду рядом с тобой. Ты ведь меня любишь, я знаю это. А сейчас, ты должен отдохнуть. Тебе нужно больше сил, чтоб бросить вызов этому несправедливому миру. Эту ночь ты проведешь здесь, но если будешь старательно бороться, то завтра тебя переведут в обычную палату и мы сможем видеться чаще. Надеюсь, ты меня не подведешь. Мне очень плохо одной. Я люблю тебя, – монолог, пропитанный насквозь переживаниями за любимого человека, подошёл к концу. Я не знаю, что говорить в таких случаях. Эмоции берут надо мной верх.

Напоследок сжимаю родную ладонь и нехотя покидаю палату. Стоит дверям закрыться, как слезы бесконечным потоком срываются с моих глаз. Прислоняюсь к стене и скатываюсь по ней вниз. Эмоции, что я пыталась сдерживать рвутся наружу и их невозможно остановить. В состоянии истерики меня находит, та самая медсестра, что впустила внутрь.

– Милочка, давай поднимайся. Тут ледяной пол, ты сейчас простудишься. Кто если не ты будет поддерживать твоего жениха? Давай, давай, не смей раскисать.

Она такая маленькая, но с лёгкостью помогает мне подняться и снять медицинский костюм. Видимо она узнала, что я не просто гость в их больнице, а еще и пациент. Она отводит меня в палату. Усаживает на кровать и с тревогой заглядывает в глаза.

– Дать успокоительное?

– Не стоит. Я сейчас соберусь. Мне наверно не стоит с ним перебарщивать, – моя ладонь ложится на живот. Она понимающе кивает.

– Тогда вам надо просто отдохнуть. Ближайшее время ваш жених будет спать, поэтому не тревожьтесь понапрасну.

Она покидает мою палату. Я ложусь на кушетку и сразу проваливаюсь в сон.

– Любимая, рад тебя видеть, – открываю глаза. Рядом стоит Кирилл. – Знаешь, я тоже тебя очень люблю. Ты не переживай так сильно за меня, всё будет хорошо. Главное не оставляй меня, – пытаюсь встать с кровати, но не могу.

Меня словно что-то держит, не позволяя подняться. Вытягиваю руку вперёд, Кирилл хватает меня. Тащит на себя, но всё безуспешно. Я поворачиваюсь назад, чтоб найти причину своего состояния и замечаю Юру, который держит меня за огромную чёрную цепь, обернутую вокруг моего тела. Она не даёт мне двигаться. Я стараюсь вырваться из её оков, но он сильнее.

– Я предупреждал тебя, Ангелина. Это твой последний шанс. В следующий раз он не останется в живых, – говорит он злобным голосом.

– Я никогда не стану твоей! – кричу ему, продолжая тянуться за Кириллом.

Его образ постепенно начинает рассеиваться, но я всё ещё пытаюсь ухватиться за него. В какой-то момент моя рука освобождается из его и он рассеивается в пустоте. Слышу звонкий смех Юры и меня пробивает ужасающая дрожь. Он тянет меня ближе к себе...

– Кириииил, – я просыпаюсь от своего же крика.

В палату заходит обеспокоенная старшая медсестра, что недавно составляла мне компанию.

– Ты как? Я слышала крик.

– Как Кирилл? – единственное что меня сейчас беспокоит.

– Пока не проснулся, но доктор говорит, что через час должен прийти в себя. Моя смена уже заканчивается, поэтому если что-то потребуется, то обращайся к девушке за стойкой. Я предупрежу её.

– Спасибо. Как тебя зовут? – мне хотелось как-то отблагодарить отзывчивого человека.

– Юля.

– Юля, ты очень добра ко мне. Спасибо.

– Я просто знаю, какого это ждать пока близкий человек очнётся. Тем более в твоём положении. Он знает про ребёнка?

– Нет, я сама узнала совсем недавно, – рука непроизвольно тянется к животу.

– Тогда вы должны вдвоём ждать, когда он проснётся. Думаю, эта новость придаст ему сил, либо...

– Что либо? Скажи мне пожалуйста, – пугающие мысли закрались в подсознание.

– Бывали случаи, когда мужчины, наоборот, уходили в себя узнав о положении девушки. Они чувствуют свою неполноценность острее, чем мы, поэтому могут опустить руки и перестать бороться. Кто-то даже расстаётся из-за этого, надеюсь тебя не коснётся такая учесть.

– Мы справимся, – гордо отвечаю ей и мои губы трогает лёгкая улыбка.

– Надеюсь на это. Я пойду. Мне надо закончить с остальными пациентами и домой. Там меня тоже ждут.

Стоит двери закрыться, как я начинаю прокручивать свой сон в голове снова и снова. Почему мне кажется, что это дело рук Юры? Я догадывалась о его агрессивной личности, но чтоб настолько.

Глава 34

Ангелина

Юля сказала, что скоро мой мужчина должен прийти в себя, а это значит, мне пора привести себя в более-менее человеческий вид. Взглянув на часы, честно сказать, обалдела. Они показывали одиннадцать часов утра. Вот это я поспать конечно.

Пару чистых вещей мне вчера оставил Марк, поэтому хватаю маленький пакетик и иду на поиски душевой. На посту медсестры мне услужливо объясняют, как добраться до заветной комнаты и я полная уверенности двигаюсь туда.

Приняв душ и смыв с себя запах больничной койки, стою у зеркала, разглядывая свои огромные круги под глазами и бледную кожу. М-да, видок так себе, конечно. Поворачиваюсь к зеркалу боком, пытаясь разглядеть хоть малейший намёк, на жизнь внутри него, но пока он такой же плоский.

Слова Юли, заставили меня задуматься о спешном сообщении своего положения. Будем действовать в зависимости от ситуации. Пока пусть это останется маленьким сюрпризом.

Покидаю обшарпанные стены душевой комнаты. Двигаясь в сторону своей палаты, замечаю, как персонал мечется по коридорам. Пытаюсь поймать хоть кого-то, чтоб узнать о произошедшем, но все слишком заняты. Чем ближе подхожу к своей палате, тем сильнее бьётся моё сердце. Кирилл. С ним что-то случилось?

Срываюсь на бег. Мне осталось совсем чуть-чуть до палаты. Так как мы соседи, Я замечаю движение у его дверей и сильные крики. Это голос Кирилла? Он очнулся?

Не смотря на свое состояние начинаю прыгать около дверей в его палату. Мне удаётся услышать обрывки фраз.

– Какого черта! Нет, я не успокоюсь! Не надо, ничего мне колоть!

Он очнулся! Это точно его голос! Слезы счастья стекают по щекам. Ох уж эти гормоны. С такими темпами я превращусь в самую настоящую плаксу.

Двери открываются и из его палаты выходит, тот самый врач, что оперировал Кирилла.

– Как он? – не скрывая радости перетаптываюсь на месте.

– Я теперь понимаю почему вы были так уверены, что он поправится. С ним невозможно разговаривать! – размахивая руками сказал врач.

– Ну вообще он милый правда, – опускаю глаза, а самой так и хочется быстрее оказаться в любимых объятиях.

– Ваш возлюбленный упёртый, как баран. Можете зайти к нему в палату, может хоть у вас получится его образумить. Он готов хоть сейчас встать и пойти судя по-всему на ваши поиски. Единственное, что он повторяет между своими криками, дак это один и тот же вопрос: "Где Ангелина?".

– Тогда я побегу?

– Беги, только не забудь про халат.

На радостях обнимаю врача за шею и услышав знакомый писк белой коробочки, залетаю внутрь. Пока надеваю аналогичный набор, что и вчера, голоса за дверью не стихают ни на секунду.

Подхожу к двери и она услужливо пропускает меня внутрь. Вокруг все мгновенно замолкают в полном недоумении, но за моей спиной появляется врач. Лёгкий кивок его головы и все находящиеся здесь сразу покидают палату вместе с ним.

– Ангелина? – не веря своим глазам спрашивает Кирилл.

– Угу, – крадусь к его кровати с диким желание задушить своими объятиями, но стараюсь хоть немного контролировать себя.

– Иди сюда! Откуда ты здесь?

– Я ждала, когда ты очнешься, – усаживаюсь на знакомый железный стул.

– Ты в порядке?

– Тебе не кажется, что надо подумать о себе, – с возмущением в голосе спрашиваю его, а у самой улыбка до ушей.

– Ну я вроде как живой, – он протягивает свои огромные руки, а я с удовольствием вкладываю в них свои.

– Ты меня безумно напугал знаешь? Я думала весь мир рухнул, когда на твой телефон ответил незнакомый мужчина и сказал поспешить, – слезы опять начали атаковать меня.

– Тише, тише. Врач сказал, что всё самое страшное позади.

– Видимо да, раз ты так громко кричал. Тебе не больно?

– Неа, я пока под обезболивающим, так что готов хоть сейчас двинуть отсюда домой.

– Я тебе двину. Тебя не смущают твои ноги? – мельком поглядываю на бесконечные бинты. Мумия честное слово. По крайней мере нижняя часть точно.

– Судя по их виду, мне знатно досталось, но никто не отменял коляску. Через месяц снимут гипсы и я буду как новенький.

Вот тут до меня доходит, что он ещё не знает всей сложности данной ситуации. Видимо мне самой придётся ему объяснять наш дальнейший план по его восстановлению. Не очень легко говорить близкому человеку такую информацию, поэтому я набираю побольше воздуха в лёгкие и на одном дыхании выношу вердикт.

– Это не просто перелом. У тебя сильнейшие повреждения. Тебе предстоит месяц не вставать с кровати, а потом очень долгий период реабилитации.

Его глаза округляются от понимания происходящего. В них я замечаю растерянность и гнев одновременно. Вот теперь мне становится действительно страшно за него.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что я не смогу ходить? – интересуется тихим голосом.

– Почему не сможешь? Мы будем с тобой работать над этим. Нам предстоит пройти через многое, но мы справимся, – прижимаю его ладонь к своим губам, даря лёгкий поцелуй.

– Оставь меня пожалуйста. Мне нужно время, чтоб переварить услышанное.

– Всё будет хорошо. Главное, что мы будем с тобой вместе. Мы справимся.

– Ангелина! Выйди!

Вздрагиваю от его холодного тона. Земля уходит из-под ног. Медленно встаю, покидая палату. Как только я оказываюсь в коридоре, толпа медперсонала сразу заходит обратно к нему. Устраиваюсь в коридоре, благо в этот раз не на полу. Мне хватает сил дойти до стульев у окна.

Через несколько минут рядом со мной устраивается врач. Мы ничего не говорим какое-то время, каждый думает о своём, но вскоре он всё же начинает диалог.

– Ты прости его. Ему сейчас надо немного времени. Не каждый день тебя шокируют такими новостями. Он сильный парень. Ещё никто не отходил от наркоза настолько быстро. Его крики слышали даже в соседнем здании, – выдавливает лёгкий смешок. – Зайди к нему через пару часов, я думаю он успеет всё осознать.

– Спасибо вам большое. Вы так возитесь со мной.

– У меня дочь твоего возраста и я прекрасно понимаю, какого это переживать за любимого человека. Крепись деточка, это только начало вашего пути.

Глава 35

Ангелина

По моим меркам в коридоре я просидела не менее двух часов. За это время здесь успели появиться друзья Кирилла, которые видимо узнали о том, что он пришёл в себя, его отец и Марк. Но я не вижу ничего вокруг. Мой друг сел на корточки рядом со мной и взял за руки. Его руки такие холодные. Он столько времени провёл рядом со мной в самые сложные периоды моей жизни. Даже сейчас чего стоит этот его поступок, но его руки не те, которые мне сейчас необходимы.

Я вижу, как врач что-то говорит отцу Кирилла, тот согласно кивает и отходит к окну. Не знаю сказал ли он им о состоянии пациента или ещё нет, но весь мир замер, как только я заметила открывающиеся двери его палаты.

Два здоровых парня выкатили его из палаты интенсивной терапии и перевезли в палату напротив моей. Я здесь немного освоилась и могу уверенно сказать, что это обычная палата. Значит он идёт на поправку и его жизни больше ничего не угрожает. Когда мы сравнялись, то он просто отвернулся от меня. В его глазах больше не было того огня, что я так сильно полюбила. Он погас, как парафиновая свеча, упавшая в воду. Только вместо свечи сейчас был он, а вместо воды – его травма.

Во мне не осталось сил на эмоции. Я молча встала со своего места и ушла к себе. Белые стены начали давить на моё сознание. Мне захотелось срочно покинуть больницу.

Будто услышав мои мысли, в палату зашёл врач Кирилла. Он оглядел моё бледное лицо, с сожалением покачал головой и устроился около окна.

– По твоим записям в карте, которые мне дали на выписку, могу тебя поздравить, но зная твою беду, только посочувствовать.

– Вы и так сделали слишком много для меня, – мой голос стал отражением моего состояния.

– Не преувеличивай. У меня к тебе есть предложение.

Моё уставшее от последних новостей тело категорически не хотело реагировать на мужчину в халате, но сделав усилие я всё же смогла поднять голову. Он развернулся ко мне лицом. Я заметила седину, что покрывала его голову, хотя на вид ему было не больше сорока лет. Глубокая морщинка расположилась между бровей, а под глазами собрались огромные мешки. Вид этого человека выдавал его любовь к работе. Видимо ему не раз приходилось ночевать здесь.

– Я вас слушаю, – может хоть чем-то мне удастся отблагодарить его.

– Пришли твои анализы и ты можешь быть выписана домой в течение часа, – он делает глубокий вдох будто собираясь с мыслями и продолжает. – Несмотря на это, мне хотелось бы попросить тебя остаться здесь ещё на пару дней. Да, это противоречит нашим правилам, но состояние твоего жениха мне очень не нравится.

– Ему стало хуже? – соскакивают с кровати, готовая бежать в палату напротив.

– Нет, постой. Тут дело в другом. Его психологическое состояние меня настораживает. Сильные люди могут испытывать огромную душевную боль, но прятать её ото всех. Здесь мне кажется именно тот случай. Сейчас ему нужна поддержка. И не друзей, которые будут смотреть на него с сожалением, а сильного человека, который всеми силами будет делать вид, что ничего не произошло. Тем более у вас будет ребёнок, возможно это станет стимулом для него. Подумай и если решишь остаться, то просто не приходи за документами к медсестре. Я сразу всё пойму и отложу твою историю болезни на пару дней.

С этими словами он покидает меня, оставляя в гнетущей тишине. С одной стороны мне безумно обидно, что Кирилл не хочет меня видеть, а с другой стороны я понимаю, как в нём бушует злость и отчаяние. Доктор прав, я нужна ему сейчас. Не время для обид.

Разворачиваюсь и иду обратно к своей кровати. Выбор сделан. Я остаюсь. Достаю из тумбочки свою сумку, в которой как нельзя кстати оказывается маленькая расчёска. Привожу в порядок свои волосы, что были похожи на воронье гнездо и гордо задрав голову иду в палату любимого.

Если ему так хочется, то пусть кричит, ругается, прогоняет, но я останусь там. А так как ему силой меня не вытолкать по понятным причинам, то придётся меня немного потерпеть, а может быть и много. Всё будет зависеть только от его настроя.

Глава 36

Кирилл

Очнулся я в маленькой палате, наполненной кучей разных приборов. Вокруг стоял непонятный гул. Постоянный писк капал на мозги, заставляя морщиться от боли.

Честно сказать, я смутно помню своё пробуждение. Это единственное воспоминание до того, как в мою палату вошла Ангелина. Медсестры успокаивающее меня быстро ушли в её присутствии и меня это очень позабавило. Складывалось ощущение, что эта маленькая сорвиголова успела построить всю больницу. Только вот, то, что мне довелось услышать из любимых уст, било ударом ниже пояса.

Да я полный кретин, раз сорвался на любимого человека, но разве не все мы делаем больно самым близким, когда уязвимы больше всего? Вот и я не исключение. Когда меня провозили по коридору, я заметил её. На ней не было лица. Прекрасно осознавая, кто виновник её состояния, не смог посмотреть в глаза, а как трус отвёл их. Я не имел права ничего говорить после нашего разговора.

После того, как мне сказали располагаться, а это очень тонкая шутка со стороны медперсонала, ко мне зашёл отец.

По его виду я сразу понял, как сильно он переживал за непутевого сына. В этот момент у меня пришло осознание. Ангелина наверно тоже не находила себе места, а первое, что она от меня услышала был негатив. Вот теперь я чувствую себя ещё хуже.

Отец рассказал мне о том, что им пришлось пережить пока они ждали окончания операции. Я немного смирился с длительностью реабилитации, если вообще такая будет возможна в моём случае. Вкратце меня ввели в курс дела, теперь уже уголовного, по 111 статье УКРФ " Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. "

Также он поведал мне о показаниях моей любимой девушки и немного отчитал о том, что раньше не познакомил их. По нему было видно, девочка приглянулась отцу, только вот есть в её жизни небольшой нюанс, о котором пока ему не стоит знать.

Подозреваемых в порче моей машины пока не нашли, но отец уверен, что рано или поздно он их достанет. Не без помощи парней, конечно. Он хоть и высокопоставленный полицейский, но даже у него есть рамки, за которые нельзя выходить. Зато парни могут залезть во многие места, оставшись незамеченными.

Наш разговор прервал его телефон и попрощавшись он быстро удалился. За столько лет, меня уже не расстраивают его внезапные исчезновения. Работа есть работа.

Только мой организм решил отрубиться от всего происходящего, как в палату толкаясь локтями завалились парни.

– Рад вас видеть, – не скрывая улыбки посмотрел на друзей.

– Ты до усрачки нас напугал дружище, – первый откликнулся Андрюха.

– Мы подумывали, что не выкарабкаешься, – вставил Костя.

– Не дождетесь! – отшучиваюсь, хотя на душе совсем неспокойно. – Правда есть небольшие проблемки с моим здоровьем.

– Да не парься, погоняешь пару месяцев на коляске, скинешь свои гипсы и поскачешь только в путь, – заметив моё выражение лица все замолчали. – Мы чего-то не знаем? – тише добавил Костя.

– Костян, да не дури. У него вон какой крепкий организм. Вывезет.

– Есть вероятность, что я не смогу ходить, – говорю парням, а у самого от этого предположения все холодеет внутри.

– Да не гони, – падая на стул возле стены выдаёт Андрей.

В моём сознании всё звучит куда страшнее, чем мне хватает смелости озвучить, но таков вердикт врачей. Быстро закрываю эту тему. Парни подхватывают и наперебой начинают делиться весёлыми историями с универа, в котором мне видимо придётся сдавать диплом дистанционно. Но это меньшая из бед. Главное сейчас заманить Ангелину к себе в палату, хотя думаю она уже давно покинула эти стены.

Признаваться парням, как сильно я облажался совершенно не хотелось, но у меня не было шанса узнать о ней другим способом. Мой телефон куда-то запропастился. Я не видел его со дня аварии, а больше в мою голову не приходят мысли, как можно ей сообщить о своей тупости.

– Слушайте, а где Ангелина? – прерываю очередной рассказ.

– Ты влюбился чувак, – отзывается Андрей, печатающий что-то в своём телефоне.

– Она в палате напротив, – без лишних слов отвечает Костя.

– Не понял? С ней всё в порядке? Почему она в палате? – чувство тревоги заполняет мою грудную клетку, желая вырваться наружу. Неужто я такой болван, раз смог довести бедную девочку до больничной койки? – Не молчи, отвечай же! – срываюсь на не в чем неповинного друга.

– Успокойся, нормально всё с ней. В тот день, когда тебя привезли сюда, она потеряла сознание. Мы отнесли её в приёмный покой, там провели все необходимые манипуляции и оставили под наблюдением. Насколько мне известно ей ставили капельницу. Скорей всего у неё был стресс на фоне твоего состояния.

– Ты расскажи самое главное, как она заставила нас обосраться от страху, – похихикивая вставил друг.

– Андрюха, а тебе не говорили, что надо иногда затыкаться? – срикошетил Костян.

– Выкладывай уже, – у меня не было сил слушать их пререкания.

– Ну мы определили её в больницу и поднялись к тебе. Все были дико напряжёнными и ожидали окончания операции, когда Ангелина появилась у операционной. Мы не сразу заметили её присутствие, поэтому картина, что открылась, привела в ужас. Она упала, не дойдя несколько метров до нас, когда мы обернулись на звук, то заметили, что у неё всё в крови. Нас там чуть инфаркт не хватил. Ты в операционной на грани жизни и смерти, а тут ещё она в таком состоянии. Я подумал, если с ней что-то случится, то ты нас закапаешь, сразу как тебя выкатят с операции.

– Что с ней случилось? – моя маленькая девочка переживала за меня, а я нагрубил, не подумав о её чувствах. Вот болван.

– Очередной обморок. Сказали это нормально в состоянии такого стресса.

– Откуда тогда кровь? Тоже последствия обморока? Я в жизни не поверю в такую лабуду! – начинаю заводиться.

– Нет. Ты не дослушал, а уже орешь. Приди в себя. Тут все на нервах были, не только тебе хреново от происходящего!

– Черт! Сорян. Я правда не в себе последнее время.

– Ладно забыли. Когда она оклемалась, вспомнила про тебя и вырвав капельницу рванула на поиски. Вот отсюда и кровь на её руках.

– Ясно, спасибо, что рассказал, – моя девочка умеет удивлять, но за то, что навредила себе получит от меня по пятое число.

Парни посидели ещё немного и собирались уже уходить. Я попросил их о небольшом, но таком важном одолжении перед уходом. Мне надо было извиниться, но есть проблемы с моим передвижением. Я ждал Ангелину, но через пять минут, заглянувшая в палату голова Кости, сообщила, что её нет в палате. Видимо выписали и она уехала. Мой мир рухнул в одно мгновение. Она меня никогда не простит.