Текст книги "Спустя вечность (СИ)"

Автор книги: Натали Портс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37

Кирилл

Знакомый запах заполняет мои лёгкие. Моему счастью нет предела. Я ощущаю маленькую ладошку на своей руке, но вот только это всё не может быть правдой. Она ушла и оставила меня здесь со своими ошибками.

Ее присутствие настолько ощутимо. Распахиваю глаза. Она кажется реальной. Протягиваю вторую свободную руку к её лицу и глажу по щеке. Её улыбка озаряет всё вокруг.

– Ты такая красивая у меня, не могу налюбоваться на взъерошенную бунтарку.

– А ты весьма необычный с задранными ногами, – отзывается фантом Ангелины.

– Сможешь простить меня, за сказанное в прошлый раз?

– Мне не придётся этого делать, потому что я уже давно тебя простила.

Дверь в палату открывается и ко мне заходит тучная женщина примерно пятидесяти лет.

– Девушка, можете покинуть палату. Мне надо провести процедуры.

Фантом согласно кивает и махнув на прощанье оставляет меня наедине со своими мыслями.

Мозговая деятельность включается с новой силой. Пытаюсь переварить услышанное. Значит это было не воображение? Она действительно пришла ко мне после всего, что я наговорил ей? Этого просто не может быть.

– Простите, а вы тоже видели тут девушку? – спрашиваю по всей видимости у медсестры.

– Видела, видела. Я поставлю вам катетер, некоторое время вы не сможете сами ходить в туалет, поэтому потерпите.

Несколько ловких манипуляций и сбоку от меня начинает красоваться прозрачный мешочек, связанный со мной тонкой трубочкой. Просто великолепно. В таком виде мне ещё не приходилось лежать перед любимой девушкой. Женщина убирает за собой упаковки от медицинских принадлежностей и неспешным шагом оставляет меня одного.

– Я могу зайти? – любимый голос, ласкает слух.

– Ты можешь никогда не спрашивать о таком. Я всегда рад тебя видеть. Прости меня пожалуйста. Я думал ты мне привиделась.

– Тебе так просто не отделаться от меня, – усмехаясь говорит она. Я узнаю свою взбалмошная девицу и улыбаюсь.

От её тёплого взгляда я готов был провалиться под землю. Совесть съедала меня маленькой ложечкой изнутри.

– Я думаю сейчас не время, но ты подумала над моим предложением?

– Сейчас правда не время, – её щеки заливает румянцем. Она опускает свои прекрасные глаза вниз.

– Если ты хочешь, чтоб мы расстались, то я всё пойму. Только скажи мне об этом сейчас, мне не нужны отношения из жалости, – что происходит в моей голове? Я говорю совсем не то, что хочу.

– Что? Ты совсем придурок? Откуда такие мысли? Или ты возомнил себе, что какая-то травма способна оттолкнуть меня от тебя? Да я тебя! – её маленькая ладонь взлетает вверх, чтоб ударить меня, но я успеваю её перехватить и резко тяну на себя.

Аппетитное тело заваливается на мой торс причиняя небольшую боль, но я стоически терплю. Вот бы она всегда была так близко ко мне. Пусть кричит, ругается, дерётся, но только рядом со мной. Нам будет не страшен никакой ураган, если мы будем рядом.

– Отпусти меня, – еле слышно бормочет себе под нос. Ослабевают хватку и она, стараясь не давить на меня, осторожно поднимается.

– Только если ты этого действительно хочешь, – улыбаясь, поглаживаю её тыльную сторону ладони. Она усаживается на явно неудобный, железный стул времён СССР. – Мне ужасно хочется спать, – успеваю сказать ей, за секунду до того, как отключаюсь.

****

В этот раз моё пробуждение не такое прекрасное. Оглядываю пустую палату и становится не по себе. Она ведь не ушла от меня? В горле пересохло, а графин с водой оказался пуст. Великолепно.

Дверь палаты открывается, впуская Ангелину с целым подносом еды. Она красиво расставляет всё на моей тумбочке и наливает в стакан принесённой воды. Вот так без слов, вопросов и всего лишнего. Просто берёт и подаёт мне заветную жидкость. С жадностью делаю несколько глотков и отдаю обратно.

Передо мной сразу появляется тарелка с супом. Хоть мои руки и уцелели, но она изъявляет желание накормить меня сама. Суп оказался выше всяких похвал, о чем я ей сообщил. Лёгкая улыбка тронула её губы. После моей трапезы она без лишних слов собрала всю посуду и отнесла в неизвестном направлении.

В таком режиме повышенной заботы я провёл пару дней. Она рассказала о своих обмороках, но что-то не давало мне покоя. Она стала чаще отводить взгляд в сторону. Может я противен ей в таком беспомощном состоянии? Опять же, если бы она так думала, то у неё множество вариантов оставить меня здесь одного. Но она всегда рядом и не отходит от меня ни на шаг.

По крайней мере так было до сегодняшнего дня. Вечером она пришла ко мне в расстроенных чувствах и сообщила, что её больше не могут держать в больнице, поэтому придётся выписаться и покинуть эти стены. Единственным утешением было обещание навещать меня каждый день.

Так прошёл целый месяц. Расследование аварии по-прежнему находилось в тупике. Ангелина, как и обещала каждый день приходила ко мне и сидела пока не закончатся часы приёма. Мне становились всё лучше. Лечащий врач довольно сильно снизил дозу моего обезболивающего, поэтому я ощущал всю прелесть своей травмы. Сегодня меня выписывают из больницы. Теперь мне можно гонять на новомодной инвалидной коляске, что притащили парни. Не знаю, где они её откопали, но она была выше всяких похвал. Через месяц мне начнут проводить обязательные процедуры для восстановления подвижности конечности, чему я безусловно рад. Осталось совсем немного.

Глава 38

Кирилл

Моё восстановление оказалось намного сложнее, чем я мог себе это представить. Уже прошёл целый месяц реабилитации, а у меня по-прежнему получается сделать только два шага. За это дурацкое время, мы с Ангелиной сильно сблизились и в тоже время отдалились. Я совершенно не понимаю её поведения. Она сменила свой стиль в одежде, теперь у неё не бунтарский, а довольно домашний стиль. Меня это безумно радует, но и напрягает. Да и вообще всё стало как-то слишком.

Слишком нервно, слишком страшно, что не справлюсь, слишком больно, слишком люблю.

В моей голове каждый день происходит борьба с самим собой. Ангелина изо всех сил поддерживает меня, но я вижу, как ей тяжело. Последнее время она приходит ко мне совсем зелёная. Мы, кстати, всё это время живём у меня, правда в разных комнатах. Мне так и не удалось её уговорить лечь рядом, она боится повредить мне ноги ещё сильнее.

Парни стали заглядывать всё реже. Костян теперь отец и у него не так много свободного времени, а Андрюха нашёл себе девушку. Поэтому со мной возится только моя единственная и куча врачей. Дом превратился в проходной двор.

Однажды мне довелось стать свидетелем её телефонного разговора. Я не слышал звонившего, но этот разговор явно давался ей нелегко. После него она пришла ко мне, прижалась к груди и долго плакала. Объяснить случившееся ей так и не дали. Пришёл очередной врач со своими манипуляциями, а после я сам не стал затрагивать больную для неё тему.

Так день за днём я пытался увеличивать свою выносливость. И в тот день, когда мне удалось сделать несколько шагов с помощью трости моему счастью не было предела. Ангелина радовалась вместе со мной, этой маленькой победе. Мы вечером заказали вкусную еду и устроили себе подобие романтика. Жаль, что мне пока категорически противопоказана интимная жизнь, я ужасно соскучился по своей девочке.

Всё было прекрасно до следующего утра. Я открыл глаза, но моей ранней пташки не было рядом, а дом наполняла оглушающая тишина. Мне казалось, что здесь вымерло всё. Даже часы на стене замедлили свой ход. С большим усилием мне удалось перебраться на коляску. В поисках любимой я объехал все возможные уголки дома, но её нигде не было. Последним моим пунктом стала ванная около её комнаты и там меня ждало потрясение.

На огромном зеркале висел одинокий листочек белой бумаги с аккуратно выведенными буквами. Подъезжаю и опираясь на одну руку приподнимаюсь с коляски, чтоб сорвать дурацкий листок.

"Мой дорогой и любимый Кирилл. Я безумно радуюсь каждый день твоим успехам. Ты являешься самым сильным человеком, которого мне доводилось встретить на своём пути. Твоё стремление к успеху с каждым днём становится всё непоколебимей. Люди с такими травмами делают подобные успехи не ранее чем через полгода, а у тебя всё получилось за два месяца. Я могу тобой гордиться. Надеюсь, ты так и будешь продолжать, пока твоё тело не вспомнит, как прекрасно двигаться без опоры.

К сожалению, настал момент, где наши с тобой пути расходятся. Ни в коем случае не подумай, что я делаю это из-за твоей травмы. Я верю, что через месяца два ты сможешь полноценно передвигаться. Просто пришло время прощаться.

Мы однажды спорили с тобой и проигравший должен был выполнить желание победившего. Вот и настала пора рассчитаться. Ты был самым добрым, терпеливым и любящим человеком в моей жизни, жаль, что судьба решила иначе и нам не довелось прожить вместе всю жизнь. Надеюсь, ты когда-нибудь сможешь меня простить за это, а теперь я прошу тебя отпустить меня. Ты ведь сможешь выполнить своё обещание?

Я безумно люблю и буду любить тебя всю свою жизнь.

Твой ангел".

В одно мгновение мой мир потерял все яркие краски. Он стал блеклым и никчёмным. Что стало причиной столь неожиданного ухода мне совершенно непонятно. Вчера был прекрасный вечер, а сегодня пустота. Всепоглощающая пустота.

В двенадцать пришёл первый врач для реабилитации, но я успешно послал его подальше. Больше нет смысла в восстановлении. Мне плевать на себя, если рядом нет её.

Несколько дней отец с парнями заставляли меня начать процедуры заново. Все в один голос говорили о том, что Ангелина бы не одобрила моей халатности, но мне было всё равно. Я перестал есть, пить и даже кажется жить.

Отец каждый день навещал меня с полными печали глазами. Ему было больно смотреть на своего сына в таком состоянии, но я не мог справиться с собой. Даже самый лучший психолог оказался бессилен. Мой мир погрузился во тьму.

Глава 39

Ангелина

Как только Кирилла выписали из больницы, о себе напомнил никто иной, как Юра. Он поинтересовался здоровьем моего возлюбленного и сказал, что это небольшое упущение с его стороны, раз Кирилл остался жив. В тот момент все картинки воедино сложились в моей голове. Никогда бы не подумала, что влиятельный бизнесмен опуститься до столь ужасного поступка.

Он поставил мне условие. Если я не выйду за него замуж, то он доведёт начатое до конца. У меня не было выхода, кроме как согласиться. Правда и я выдвинула встречное условие. Кирилл должен был встать на ноги.

И вот теперь, когда этот день настал, я должна была оставить любимого и переехать в дом Юры. Он несколько раз донимал меня своими звонками с угрозами, а я не находила ничего лучшего, чем просто прижиматься к любимому плечу и плакать.

Последний разговор произошло несколько дней назад. Кто-то постоянно держал Юру в курсе реабилитации Кирилла. В тот день, когда ему удалось сделать несколько шагов, я плакала от счастья, пока не получила смс со знакомого номера:

«Поздравляю с победой. Жду тебя завтра в своей квартире. Если тебя не будет к 10:00, ты пожалеешь о последствиях. С любовью, твой Юра».

Вечером Кирилл организовал нам небольшой романтик. Я снова окунулась в атмосферу счастья и беззаботности рядом с любимым человеком, только всё меркло на фоне моего предательства по отношению к нему. Я прекрасно осознавала последствия своего поступка и знала, что он меня никогда не простит за это. Моя любовь к нему была намного сильнее, чем любовь к себе. Я не могу позволить ему жертвовать своей жизнью ради меня.

Проснувшись сегодня намного раньше обычного, я быстро переоделась и собрала необходимые на первое время вещи. В шкафу нашёлся чистый листочек бумаги, на котором я запечатлела всю свою боль от расставания. Надеюсь, он поймёт, что мои чувства не угасли.

С небольшим чемоданом я ещё раз оглядела полюбившийся дом и выдвинулась в путь. Вчера ночью, я прокралась в спальню Кирилла и тайком списала номер отца из его телефона. Да, это ужасно копаться в чужих вещах, но бывают случаи, когда есть необходимость. Набираю номер отца и быстро диктую адрес. Нам надо встретиться до того, как я попаду в плен.

В условленном месте мы встретились через час. Сидя за одиноким столиком в самом углу, я заметила мужчину, помахав рукой. Он подошёл и сел рядом со мной.

– Привет. У вас с Киром, что-то стряслось? К чему такая срочность? – на его лице читалась беззаботность. Он отдал своего сына в руки, которым доверял, а я стала предателем.

– Доброе утро, хотя я в этом сомневаюсь. Могу я с вами немного посекретничать? – мне было тяжело начать разговор.

– Конечно, дорогая. Он обидел тебя? – встревоженно спрашивает Сергей Степанович.

– Нет. В нашей истории я буду обидчиком. Выслушайте меня пожалуйста, – грустно усмехнувшись начинаю свой рассказ. – Некоторое время назад за мной начал ухаживать один молодой человек. Не будем вдаваться в подробности. Вам достаточно знать, что это было ещё до знакомства с Кириллом. Мы пробовали начать отношения, но я быстро поняла, что он мне не подходит и попрощалась с ним. Его одержимость мной с каждым разом всё прогрессировала. Произошедшее в последнее время с вашим сыном, это его рук дело. Последний случай стал критичным. Во мне, что-то сломалось, когда я поняла, насколько близко Кирилл был к смерти. Я не могу его потерять, понимаете? – с каждым словом было труднее говорить, тугой ком в горле мешал даже вздохнуть.

– Я всё понимаю, только к чему ты сейчас клонишь? – беззаботность сменилась понимание, но он не хотел принимать реальность.

– Вы единственный человек, которому я могу доверить свою тайну. Я безумно люблю вашего сына, но у меня нет доказательств вины Стрельцова Юрия Сергеевича.

– Разве не он владеет торговыми центрами в городе?

– Да, у него их несколько. Мне не тягаться с его связями. Он выдвинул условие, либо я переезжаю к нему, как только ваш сын встаёт на ноги, либо он сделает всё, чтоб избавиться от него. Я не могу рисковать, – противные слезы вырвались наружу.

– Ты всё ещё любишь Кирилла?

– Безмерно. Я готова пожертвовать всем, только, чтоб ему ничего не угрожало. Пожалуйста, прошу вас сделайте всё возможное, чтоб обезопасить его со своей стороны, а я сделаю то, что будет зависеть от меня.

– Но как ты собираешься жить с нелюбимым человеком? Это же чистой воды каторга?! – мне было приятно видеть его волнение за меня. Значит я сумела стать частью их крепкой семьи.

– Я справлюсь, не переживайте. Главное, чтоб Кирилл остался цел. Обещайте, что это останется, между нами. Хорошо?

– Обещаю сделать всё что в моих силах, но ты точно уверена в своем поступке?

– Да, ни у вас, ни у меня нет доказательств вины Юры, а значит и по закону мы его не можем наказать. Возможно, мне удастся, что-то узнать пока буду там. Спасибо вам за отзывчивость и до свидания.

– Удачи, – прилетело мне в спину, когда я собиралась уходить.

Со спокойным сердцем я отправилась на свою казнь. Теперь Кирилл будет в безопасности, а это самое главное. Я не смогла спасти сестру, но хотя бы спасу любимого мужчину.

Глава 40

Кирилл

Спустя несколько дней моей деградации, я осознал, что мне надо встать и доказать Ангелине, что она зря меня оставила. Я смогу ходить и сделаю это всем назло.

Мои тренировки пошли по усиленному режиму. Я не жалел себя ни днём, ни ночью. Каждый день от рассвета и до заката я впахивал, как проклятый. День за днём мои успехи становились всё лучше и лучше и через полгода я смог самостоятельно передвигаться на своих двоих.

Про Ангелину я старался больше не вспоминать, но рука так и не поднялась выкинуть её вещи из своего дома. Она собиралась впопыхах и взяла только самое необходимое, поэтому каждый раз натыкаясь на её одежду в шкафу я испытывал ужасную душевную боль.

Сегодня состоится мой первый выход в люди. Мне необходимо обновить себе гардероб, так как за время реабилитации я изрядно потерял в весе и теперь все вещи висели на мне, как на вешалке.

Выбираю торговый центр недалеко от дома и неспешным, неуверенным шагом иду к нему. Врач рекомендовал больше двигаться пешком, поэтому моя новенькая тачка, что отец подарил мне за успешную реабилитацию, остаётся в гараже.

На дворе давно бушует зима, скоро ей на смену придёт радостная весенняя пора. Ледяной воздух пробирает насквозь, но это лучше, чем постоянное нахождение в четырёх стенах.

Продрогший до костей, захожу в торговый центр. М-да, видимо я уже забыл, как надо одеваться в лютый питерский мороз. Ноги изрядно устали от такой прогулки, поэтому я захожу в кофейню и делаю скромный заказ.

– Ваш кофе и круассан с фисташковый начинкой, – официантка мило улыбается мне.

– Большое спасибо, – слегка подмигиваю. Видимо еще не растерял хватку, раз девушки по-прежнему обращают на меня внимание.

Делаю пару глотков и замираю. По огромному холлу, среди тысяч именитых бутиков идёт Ангелина. Рядом с ней какой-то хмырь, он то и дело пытается её обнять, но она раз за разом выворачивается. Мне кажется это очень странным, но злость заволакивает мои глаза.

– Значит, вот на кого ты меня променяла? – бубню себе под нос, допивая оставшийся кофе за один глоток. – Можно меня рассчитать, – бросаю официантке и она мигом приносит счёт.

Вкладываю в конверт пару тысячных купюр и замечаю аккуратно сложенную салфеточку с её номером. Неплохой ход, но с меня хватит отношений. На всю жизнь запомню последние и больше таких ошибок не совершу.

Оставляю номер, там же где его и положили и удаляюсь. Милая парочка, думаю про себя, следуя за Ангелиной. Парень постоянно касается её хрупкого тела, но ей не нравится. Я отсюда чувствую её напряжение.

– Давай, повернись! Посмотри кто идёт позади тебя, – разговариваю сам с собой, но она не поворачивается.

Обращаю внимание на то, как сильно изменилась её походка. Интересно с чего бы это? Они заворачивают в один из самых дорогих бутиков. В нём есть всё, даже примерочная размером с мою гостиную. Там можно спокойно жить и ни в чем себе не отказывать. Сворачиваю туда же и перебирая вешалки с одеждой, наблюдаю какую из комнат выделят Ангелине.

Она заходит туда в компании своего хмыря, но уже через минуту он покидает её, оставляя спутницу одну. Пользуясь такой прекрасной возможностью, ныряю в её примерочную.

Здесь множество вешалок с разнообразной одеждой. От трусов до самых элегантных платьев. Вот теперь понятно почему ты меня оставила, не потянул я значит твои женские слабости. Хотя могла бы меня попросить, всё положил бы к твоим ногам, но зачем тебе муж калека не так ли? Прогоняю всё в своей голове, закипая от злости, пока не слышу знакомый голос с нотками недовольства.

– Я сказала тебе выйти отсюда и не заходить, пока не выйду сама. Что тебе непонятно? – столько гнева. Вот это я понимаю разговорчики влюблённых.

– Даже если я захотел посмотреть в глаза любимой девушки, что предала меня несмотря на то, как сильно клялась в любви?

Плечики с нарядами, что она держала, выпадают из её рук, но она продолжает стоять ко мне спиной. – А она немного поправилась, – пролетает в моей голове. Хотя это совершенно не портило её внешность, а наоборот придавало аппетитности формам.

– Кирилл, – чуть слышно проговорила она перед собой.

– Надо же, даже помнишь. Я думал ты стёрла меня из своей памяти, как только рядом появился тот богатенький хрыщ. Не хочешь посмотреть на меня? Я снова стою на своих ногах. И знаешь это полностью твоя заслуга. Только ненависть к тебе заставляла меня двигаться дальше. Ты настолько сильно уничтожила мою душу, что мне ничего не осталось кроме как встать и пойти, – я не замечал ничего кроме своего гнева. Кровь бурлила во мне, как кипящее масло. Ненависть. Так она проявляет себя в минуты отчаяния.

Её тело начинает пробирать мелкая дрожь. Я слышу всхлипы, видимо осталось в ней, ещё что-то хорошее, раз понимает свою ошибку. Она медленно разворачивается ко мне лицом. От увиденного я теряю дар речи.

Глава 41

Кирилл

На меня смотрит моя любимая сорвиголова, только у неё вместо плоского животика теперь огромный шар. К такому сюрпризу я точно не был готов. Пошатываюсь, падая в кресло возле одной из вешалок с платьями.

Прикидываю в голове на какой срок может тянуть такой живот и выводы в голове совсем не утешительные. Да ей рожать скоро.

– Эм, ты нечего не хочешь мне рассказать? – ручейки слез стекают по её лицу. Я, превозмогая боль в ногах инстинктивно поднимаюсь со своего места, чтоб стереть их с любимого лица.

Острая боль пронзает мои ноги, но врач сказал, что такое может быть в течении ещё двух-трёх месяцев. Подхожу к девчонке, что завладела моим сердцем. Не забыл. Не смог возненавидеть. Стою сейчас, как подросток и любуюсь её утонченными чертами лица.

Любовь вновь наполняет моё сердце, прогоняя прочь все обиды и злость. Разве может вот такая, моя маленькая девочка, навредить мне? Я прощу её если она этого захочет, в моём сердце нет места для других. Только она.

Подношу руку к её лицу и она, как маленький котёнок прижимается к ней прикрывая глаза. Её кожа такая же нежная и бархатная, как цветок фиалки.

Слезы по-прежнему стекают по её щекам заставляя чувствовать её боль. Она жалеет, что ушла от меня или дело здесь в другом? Перевожу взгляд на огромный живот и вторая рука непроизвольно ложится на него. Ангелина слегка вздрагивает, но руку не убирает.

– У тебя будет мальчик? – задаю вопрос и сам не понимаю, откуда он взялся в моей голове.

– Да, – еле слышно.

– Ты любишь его? Скажи мне правду? – она отворачивается от меня, пряча свои прекрасные глаза, но не убирая руки с живота.

Не знаю, что сейчас происходит в её голове, но мне кажется она о чём-то говорит сама с собой. В ней борются два чувства, но какие именно мне не удаётся понять.

– Я видел, как вы шли сюда. Он постоянно хотел тебя касаться, а ты уворачивалась. Не знаю замечала ли ты, но это не похоже на взаимную любовь.

– Всё слишком сложно, – односложные ответы говорят куда больше, чем она может подумать.

– Тогда объясни мне. Я постараюсь тебя понять. Скажи мне правду, ты любишь его?

– Нет, – этого следовало ожидать.

– Ты с ним из-за ребёнка? Боишься оставлять его без отца?

– Нет. Давай закроем эту тему. Пожалуйста. Мы приехали мне за новым гардеробом. После рождения сына, я должна буду выйти в свет и мне необходимо подходящее платье.

Она резко отворачивается от меня и как ни в чем не бывало начинает хаотично перебирать вешалки. Не выдерживаю, хватаю её за тонкое запястье, кидая взгляд на безымянный палец. Кольца нет, значит они не женаты, либо просто не носят кольца. Надеюсь на первый вариант и затаскиваю её за ширму для примерки.

Её учащенный пульс говорит сам за себя. Она не отталкивает меня, значит ей неприятны только прикосновения конкретного мужчины. Делаю шаг навстречу, но она продолжает стоять на месте.

Звук хлопнувшейся двери заставляет вспомнить, где мы находимся. Замираю и сам того не замечая затаиваю дыхание.

– Дорогая, ты скоро? – противный мужской голос режет по ушам.

– Я говорила тебе не заходить, пока сама не выйду! Уйди! – ого, столько злости и её волнение в моем присутствии совершенно ничего не выдаёт.

– Ладно, прости. Я подожду в машине, – спокойно отзывается он.

– Хорошо.

Дверь закрывается. Мы остаёмся наедине. Меня безумно тянет к таким сладким губам. Я соскучился. Мне не хватало её запаха, её вкуса, её прикосновений. Маленькие ручки осторожно ложатся на мою талию, заставляя закрыть глаза от наслаждения.

– Ты остался таким же, – томным голосом произносит она, пробирая меня до мурашек.

– Я очень сильно похудел если ты не заметила, – пытаюсь шутить, чтоб немного разрядить накалённую обстановку.

– Это ничего не меняет. Я сейчас говорю о твоём внутреннем состоянии. Твой внутренний стержень стал ещё крепче и сильнее, теперь тебя не сломить.

Её руки поднимаются вверх, она будто пытается вспомнить каждую часть моего тела. Обхватывает руками шею и зарывается тонкими пальчиками в моих волосах. Безумное блаженство – ощущать её настолько близко. Её аромат сводит с ума заставляя делать необдуманные вещи. Держу себя из последних сил.

– Остановись иначе я не смогу себя контролировать, – очень скучал по её прикосновения и моя крыша уезжает, на прощание даже не помахав.

– А если я не хочу, чтоб ты себя контролировал?

Эта фраза напрочь сшибает мои тормоза. Я обрушиваюсь на её губы в страстном поцелуе. Я очень скучал, мой организм изголодался по её вкусу. С каждым разом мы углубляемся поцелуй всё сильней и сильней, пока оба не понимаем, что дело может закончиться далеко не поцелуями. Отстраняюсь, смотря в любимые глаза, что смог зажечь своей страстью. Я думал мне показалось, но они действительно были потухшие.

– Почему он? Это не любовь, я уже понял. Тогда что? – немного повышаю голос.

– Это спасение, – быстро бросает и впивается в мои губы с новой волной страсти. Мы как два оголодавших зверя пытающихся разорвать друг друга на части. Только страдает не наша плоть, а наши души. С каждым касание её языка я всё больше и больше теряю контроль. Не смогу отпустить. Теперь стоя на своих ногах, я не допущу этого.

– Я тебя никуда не отпущу. Возражения не принимаются.