Текст книги "Пленница варваров (СИ)"
Автор книги: Натали Нил
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
16.
Прохладный ветерок проносится по коже, задевая нервные окончания и вызывая ещё больше мурашек. Едва горячие губы целуют новые участки кожи, предыдущие места вспыхивают. Я тону в ласках и томительном удовольствии, позволяя им обоим всё, что они хотят. Принимая то‚ что они предлагают и могут мне дать.
Хочется ответить им тем же. Такой же невыносимой и сладкой страстью на все их поцелуи. Потому едва губы Эвара вновь оказываются близко, я робко целую их, но после, откинув предрассудки, смелею и дарю ему как можно больше своих чувств. Он отвечает так же горячо. Забирает всю власть надо мной, и порой я даже не слышу собственных мыслей из-за кричащих чувств и горячей лавы в венах.
Аман неожиданно прерывает эту губительную ласку и ощутимо прикусывает внутреннюю часть бедра. Закидывает ножку на плечо и проходясь губами и зубами по коже, прокладывая влажную дорожку. Он нежен, но в то же время нетерпелив. Но я уже не могу остановить его. Чувствую, что не смогу и не хочу.
Ахаю, когда Эвар прижимается ко мне каменным членом и ласкает уже им ноющие губы. Внизу живота всё замирает тяжёлым грузом, а грудь заныла от дикого возбуждения. Я впервые всё это ощущаю, но едва всё началось – поняла, что именно так и правильно. Я хотела всегда быть для кого-то особенной. Чтобы именно меня мой партнер любил и дарил мне всего себя, а не потому, что я чья-то подопечная или принцесса. Я всегда хотела найти свою родственную душу... И нашла... Две.
Едва я ощущаю давление и довольно лёгкое вторжение, всё тело пронзает приятными иголочками возбуждения и наслаждения. Боль просыпается не сразу. Только когда Аман немного усилил давление, проскальзывая дальше и дальше, сосредоточенно и возбуждённо наблюдая за процессом. Эвар снова опускается к моей груди, я прикусываю губу, чтобы перетерпеть боль и не показать этого им. Не хочу, чтобы всё это закончилось.
Но едва он входит почти до упора, я резко выгибаюсь в мучительной боли. Она сковывает мышцы и хочется быстро стереть слёзы, что большими каплями брызнули глаз. Я всхлипываю, и Аман тут же выходит, я слышу шорох одежды. Затуманенную и сбитую с толка меня укутывают в халат.
– Я забылся... Прости, – Аман ловит моё лицо в ладони, пока Эвар молчаливо сидит за мной и обнимает за талию напряжёнными руками. – Больно? Позвать медика?
– Но... Так обычно всегда, разве нет? – я виновато поднимаю глаза. В тёмном взгляде такой ураган эмоций, что даже мужские пальцы немного подрагивают. Он пытается усмирить невыносимое возбуждение, но ему это очень плохо удаётся. А Эвар, кажется, даже говорить не может, просто прижимает сильнее спиной к груди и гладит, словно успокаивая мою боль. Я не спорю, низ живота горит болью, но...
– Обычно мне всё равно, что ощущает... Не важно, – Аман сглотнул. – Мы подождём. Я почему-то подумал, что... Я и представить не мог, что у тебя ещё не было мужчины...
– Всё нормально, – голос дрогнул. – Правда, нормально. Не нужно извиняться.
– Ты просто... – Эвар замирает губами на моём плече и вздыхает. – Восхитительна. Сейчас я готов на любые условия, чтобы ты осталась рядом с нами.
– А мне и не нужно от вас каких-то жертв, – я улыбнулась, накрыв нежную ладонь на моём животе. – Я останусь.
– Лита... – Аман приблизился снова к моему лицу и нетерпеливо снова сорвал поцелуй. И снова отстранился, кашлянув. – Знала бы ты, какие мысли будишь в моей голове, – я впервые вижу, как его мощное тело вздрагивает и настолько напрягается. Кажется, даже когда он прочищал нам путь в густых джунглях, он не был настолько напряжённым.
– Останьтесь сегодня со мной. Оба, – конечно, я не могу им приказать. Но едва я это говорю, Аман улыбается и кивает.
– Хорошо. Но ты спишь одетая. Иначе... Мы оба будем, и правда, дикими варварами, которые захотят вкусить такое сладкое тельце...
Спалось мне очень... жарко. Ещё бы – между двух горячих тел. Да ещё их руки постоянно оккупировали моё тело. Каждый раз, поворачиваясь, я боялась разбудить кого-нибудь из них. Вар-рвары...
Наверное, зря я отказалась от медика – между ног всё же саднило. Аман оказался слишком большим для меня, и я не думала, что будет так больно. Всё-таки в первый раз размер имеет значение.
Уснула я уже под утро, когда инопланетное солнце принялось разгонять сумрак ночи, а проснулась одна в постели. Это было неожиданно и... обидно. Так, значит. Сбежали. Почему, интересно? Вроде бы, когда засыпали, да и на протяжении всей ночи, было нормально. Несмотря на то, что мне было тесновато, спать между ними довольно приятно и уютно. А, главное, я ощущаю полную безопасность. Ну и ладно. Надув губы, я уже направилась в душ, когда двери открылись, и Аман вошёл в комнату.
– Искин сообщил, что ты встала. Как спалось? – Аман притянул меня к себе и поймал в плен губы.
Мычу ему в губы протест.
– Что, малышка? – он отстраняется и заглядывает в глаза. – Я всё-таки тебя напугал? Прости, милая. Если бы ты знала, какая ты сладкая... Болит?
Упираюсь руками в его мощную грудь и бурчу:
– Не болит.
– А что случилось? – он не отпускает меня, сжимая ладонями талию.
– Спала плохо... – хмурюсь, пряча взгляд.
Двери снова открываются. Конечно же, входит Эвар. Окинув картину внимательным взглядом, задаёт тот же вопрос:
– Как спалось?
Аман хохотнул.
– Было странно проснуться одной. – прищуриваю глаза и дарю Аману не самый ласковый взгляд.
– Оу, малышка... – булькает растерянно он. – Ты спала слишком долго... Но мы же пришли, как только искин сообщил, что ты проснулась.
Мне нравится наблюдать, как оправдывается этот здоровяк, и как лыбится Эвар, глядя на его потуги. Я даже быстро отхожу, растянув губы в улыбке и рассматривая во все глаза Амана. Кажется, я влюбляюсь всё больше и больше... Не хочу, чтобы он меня отпускал. Но мне нужно после сна немного освежиться. Потому провожу нежно по руке мужчины:
– Ладно. Я в душ.
Оба варвара тут же направляются ко мне, и я припечатываю их на месте одним словом:
– Одна.
Смесь разочарования и какой-то детской обиды проступает на лицах Амана и Эвара, а я всё-таки ухожу в душ. Какое же это наслаждение – стоять под струями тёплой воды. Я позволяю себе подольше продлить удовольствие, а когда выхожу, обнаруживаю в комнате стол, сервированный всякими вкусностями. От смеси аппетитных запахов мой живот предательски заурчал.
– А я тебе говорил, что голодная. – довольно улыбнулся Эвар. – Садись, Лита, мы тебя кормить будем.
Хотелось бы поспорить, но есть я действительно хочу. Устраиваюсь между ними, и тут же горячие бёдра придвигаются ко мне.
– Попробуй вот это, Лита. Очень вкусно. – Аман намазывает на булочку странную пасту розового цвета. Аромат выпечки смешивается с солоновато-морским запахом. – Этот деликатес нам доставляют из самых глубин океана, но он стоит всех денег, что мы за него отваливаем.
Я хочу взять булочку, но Аман отводит руку. Его глаза блестят озорным огоньком.
– Э, нет. Позволь покормить тебя... Чуть-чуть.
Он явно чувствует вину за то, что сделал мне больно, и чтобы как-то его успокоить, я киваю. Не убудет от меня, если съем эту булочку из его рук. Осторожно откусываю кусочек, и мои рецепторы взрывает вкусовым экстазом. Это действительно нечто. Ничего подобного я не ела. Смесь солоноватого и необычно сладковатого вкуса одновременно просто невероятно чувствуются на языке. Текстура пасты нежная и бархатистая, она тает во рту, оставляя приятное послевкусие. Я жую и проглатываю, ощущая, как вкус раскрывается новыми гранями. Что это такое, я не спешу узнать, всё тело и мозг замерли от предвкушения, что меня сейчас накормят ещё...
– Нравится? – спрашивает Эвар, заставляя меня повернуться. Его голос звучит с нотками любопытства и удовлетворения.
– Очень, – отвечаю честно, чувствуя, как уголки моих губ непроизвольно поднимаются в улыбке.
И тут Эвар наклоняется ко мне и касается их упругим кончиком языка.
– У тебя там крошка осталась. – улыбается, отвечая на мой немой вопрос.
– Вообще-то, для этого есть салфетки.
– Ну я же лучше, – усмехается Эвар. – Я вообще хочу тебя всю вылизать. А то вчера Аману досталось всё самое вкусное и сладкое.
Эти его слова заставляют меня вспыхнуть до кончиков ушей. И тут наш милый завтрак... или обед, прерывает искин:
– Господин Аман, господин Эвар, срочное сообщение от внешней космической разведки. По данным спутников в звёздное пространство Омарны вторгся инопланетный корабль. На вызовы не отвечает. Скорость движения превышает все наши разработки. Следует курсом на орбиту Омарны. Согласно нашим расчётам, корабль зайдёт на орбиту через восемь часов двадцать одну минуту...
По спине пробегают мурашки, а вслед – холодные капли пота, которые медленно стекают вниз, оставляя на моей коже неприятное ощущение. Кажется, будто каждый нерв в теле напряжен до предела. Сейчас, после близости с Аманом и Эваром, мне страшно, что это явились именно по мою душу, что они пришли за мной, чтобы забрать меня обратно во дворец, откуда я так отчаянно пыталась сбежать. Воспоминания о прошлом накатывают волной, снова заставляя ощутить себя маленькой, никчемной девчонкой, которая ничего не понимает в жизни, которая не может сама за себя постоять.
Я сжимаю край одежды Эвара, чувствуя, как мягкая ткань прижимается к моей коже. Пальцы впиваются в материал так сильно, что костяшки белеют. Снова поднимаю взгляд в небо. Теперь я вглядываюсь в каждую яркую звездочку, которая пролетает над нами. Огни летательных аппаратов прочерчивают небосвод, словно падающие звезды. Но местные джеты просто пролетают мимо, не обращая на нас внимания, и я снова жду, напрягая зрение до рези в глазах, пытаясь увидеть новый, необычный для этой планеты, джет. Сердце колотится в груди, отсчитывая секунды ожидания.
– Ты боишься? Или мне кажется? – спросил Эвар, быстро прижимая меня к себе.
Его руки обнимают меня, и я чувствую, как его теплое дыхание согревает мою кожу.
– Вероятно это и есть твои опекуны. Более некому тут что-либо искать. А они как раз могут искать тебя. Если это не они, не о чем переживать. Если они – думаю, тоже. Мы сможем найти общий язык.
Его слова успокаивают меня, но ненадолго. Я все равно чувствую страх и неуверенность. Я не знаю, что будет дальше, и не знаю, как я буду реагировать, если это действительно мои опекуны. Но с Эваром рядом я чувствую себя немного лучше, немного более защищенной. Я глубоко вздыхаю и пытаюсь успокоиться, но мои глаза все равно продолжают смотреть в небо, ожидая неизбежного.
Я нервно тереблю край рукава и смотрю на уверенного мужчину. Поддавшись порыву, я целую его в губы и вздыхаю, едва отстранившись.
– Я за вас боюсь, – говорю я, мои слова едва слышны. – Император может что-то не так понять и... – я тихо вздыхаю и улыбаюсь, пытаясь скрыть свою тревогу. – Испепелит вам мозги, превратит еще в своих марионеток и все, нет вас... – мои глаза встречаются с их, и я вижу, что они смотрят на меня с интересом и любопытством.
Хочется упомянуть, что именно так они сделали с Землей, но не решаюсь. Слова застревают в горле, словно острые осколки. Не хочу их пугать и говорить, на что действительно способны псиониты. Образы разрушенных городов и порабощенных людей мелькают перед глазами, но я отгоняю их, сжимая кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. Не хочу вспоминать о том, что случилось с моей планетой, о том, какой она была до недавнего времени. Воспоминания о подземельях заставляют меня вздрогнуть.
Сейчас же все иначе, и я могу просто напугать их. Но мысли об этом все равно крутятся в голове, как назойливые мухи, которых невозможно прогнать. Каждый вдох дается с трудом, словно воздух стал густым и тяжелым. Я чувствую, что мне трудно дышать, грудь сдавливает невидимым обручем. Сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Пытаюсь сосредоточиться на настоящем моменте, на тепле мужчин рядом со мной, на звуках окружающего мира, чтобы не дать панике полностью захватить мой разум.
– Приятно, – отозвался Аман, его голос низкий и спокойный. – Приятно, когда за тебя переживает такая соблазнительная крошка. – Он улыбается мне, и я чувствую, что мои щеки краснеют. – Но ты совсем нас со счетов не списывай. Мы тоже что-то можем.
– Я видела, – говорю я, кивая. – Там, на Верне, вы что-то делали ментально. – Я вспоминаю то, что я видела, и пытаюсь понять, что именно это было. – Но как? И что именно это было?
– Ничего необычного, – пожал плечами Эвар. – Можешь считать, что мы с братом просто сильно развили свои собственные возможности. – Он улыбается мне, и я вижу, что в его глазах есть что-то загадочное. – Ни о какой подмене сознаний и создании марионеток и речи быть не может. Достаточно быть просто убедительным, правда.
Его слова успокаивают меня, но я все равно чувствую себя не в своей тарелке. Есть что-то, что они не говорят мне. Но я не хочу давить на них, не хочу заставлять их говорить то, чего они не хотят. Я просто киваю и улыбаюсь, пытаясь показать, что я верю им.
– Верю, – влюбленно смотрю на Амана и едва он наклоняется ко мне, я со всей нежностью принимаю его поцелуй и отвечаю. Он сминает мои губы в настойчивом поцелуе, сладко прикусывает нижнюю губу и тут же кончиком языка проходится по укусу, ловко проскальзывает и дальше в рот. Я тянусь к нему и издаю стон.
– Брат, я бы и сам не прочь просто проигнорировать визит важных шишек, но сейчас, и правда, не время, – тихо произнёс Эвар. И едва Аман меня отпускает, моими губами овладевает он. Мы словно напиться не можем. Медленно и ласково он целует, втягивая и кусая мои губы по очереди. Все тело натягивается в тугую тетиву, и ещё немного и я просто взорвусь...
Но сладкая пытка снова заканчивается, а в воздушное пространство Омарны стремительно вторгается корабль. С острым носом, размашистыми крыльями и красивыми блестящими вставками по всему корпусу. Я узнаю корабль самого императора с первой секунды, моё сердце начинает биться быстрее, а дыхание перехватывает от величия и могущества, что излучает только одно появление псионитов. Смотрю далеко вперёд, наблюдая как огромный шаттл все приближается, его тень чернее ночи, она падает на землю, как будто он хочет поглотить всё вокруг себя.
Меня переполняют противоречивые чувства. С одной стороны: я недавно их ждала. Хотела, чтобы искали, чтобы знали, что со мной все в порядке. Но едва они прилетели, я просто... не хочу. Не хочу покидать своих любимых, не хочу оставлять их. Они для меня так важны, что едва я об этом задумываюсь, все тело дрожит в мелкой дрожи. Пухлые губы сжимаются в тонкую полоску. Я срочно репетирую в голове речь, пытаясь подобрать правильные слова. Прилежная принцесса, катастрофа, планета, варвары... Любовь? Так, что еще? Получается слишком короткий рассказ о наших путешествиях. Я хочу попросить больше времени, чтобы объяснить свои причины и отказ от возвращения домой. Но...
Сжимаю ладони в кулаки и беру себя в руки. Даже если Релон не разрешит мне говорить. Я должна попытаться объяснить им, почему я не хочу возвращаться. Почему я хочу остаться здесь, с ними.
Но корабль опекунов не входит в атмосферу. Он остаётся на орбите. Зависнув точно над дворцом, корабль звёздной империи псионитов потребовал связь с теми, кто отвечает за планету. Причём, немедленно!
Весь тон сообщения говорил о том, что псиониты слишком раздражены, и любое промедление грозит проблемами всем, кто стал причиной этого раздражения. К Эвару и Аману тут же начали ломиться члены Совета, требуя объяснений. Тоже немедленно.
Наконец, отбившись от всех нервных высоких чиновников, Эвар и Аман, безумно красивые в своей парадной форменной одежде, приказали вывести представителей империи псионитов на связь. В сильнейшем волнении я сцепила руки перед грудью, чтобы, хоть немного унять дрожь. Сейчас я увижу тех, по кому так сильно скучала.
На огромном экране идёт обратный отсчёт до сеанса связи. С каждой секундой кажется, что время на миг замирает. Наконец, на экране появились лица Релона и Сайлара. Оба со сведенными челюстями. У обоих в глазах бушует синее пламя пси-энергии. Они в диком бешенстве. За их спинами моя Рута. Она с тревогой вглядывается в экран, стараясь рассмотреть... меня, наверное. Вдруг её взгляд встречается с моим, и она мягко протискивается между звёздными супругами:
– Лита! Девочка моя! С тобой всё в порядке? Как же мы волновались! – в необыкновенных лиловых глаз заблестели слёзы.
– Подожди, Рута. – Сайлар мягко отодвинул супругу. – Кто главный на вашей планете?
Вот так. Ни здрасьте тебе, ни как дела.
Аман чуть кашлянул:
– Рады приветствовать вас в нашем доме, уважаемые. Мы с братом отвечаем за Литу. Моё имя Аман. Мы с братом Эваром готовы пригласить вас в наш дом и выслушать. – Он старается, чтобы его голос звучал ровно и спокойно.
Но я вижу, какое впечатление на него произвёл вид двух властных псионитов с полыхающими глазами. Сейчас они похожи на древних и ужасных богов. Я не помню, чтобы Релон так выходил из себя.
– В каком статусе в вашем доме находится моя дочь? – Релон чуть выше поднял подбородок и буравил меня взглядом. Его золотой обруч, красиво охватывающий высокий лоб, ослепительно сверкнул, по яркости споря с глазами.
– Она наша гостья. – Выступил вперёд Эвар, закрывая меня спиной. – Дорогая гостья. Смею вас заверить, к ней относятся, как к принцессе.
– Выйди вперёд, Лита. Я хочу услышать тебя. – Властный голос Релона, привыкший к безоговорочному исполнению приказов, рокотал недовольством.
Я тронула за руку Эвара:
– Дайте мне поговорить с опекуном. Иначе, он никому не поверит. Лучше его не злить. Поверь.
Эвар неохотно отступил, снова открывая меня взору императора.
– Релон, Сайлар, Рута... со мной всё хорошо. – Не могу удержать губы, и они расплываются в улыбке. – Правда. И я очень рада видеть вас!
Я, правда, рада! Они нашли меня. Только Вселенная знает, как, но нашли и пришли за мной.
– Рада она... Да ты знаешь... – начинает Релон, в прямом смысле слова выпуская молнии из глаз.
Хорошо‚ что меня нет рядом.
– Дорогой... – ручка Руты успокаивающе легла на мощное предплечье мужа. – Лита, солнышко, мы заберём тебя немедленно!
– Рута... – мямлю я, пряча взгляд.
Аман приходит мне на помощь:
– Со всем уважением, мы приглашаем Вас в наш дом. Вести переговоры о столь важном вопросе на расстоянии неудобно.
– Никакого вопроса нет. – Рубит Сайлар, до сих пор только рассматривающий нас со странной улыбкой. – Наша подопечная вернётся с нами домой на Тэру.
Рута ловит что-то в том, как я беспомощно цепляюсь за Эвара‚ как бросаю взгляды на Амана, и чуть кивает.
– Мы прибудем в ваш дом немедленно. Надеюсь, у вас достаточно плотное покрытие космодрома, чтобы выдержать наш шаттл.
– Рута! – возмущается Релон и сжимает губы.
– До скорой встречи, милая! – улыбается императрица, ее глаза сверкают странным блеском. – Аман, Эвар. – она уважительно им кивает, и голограмма исчезает, оставляя после себя лишь пустоту и тишину.
– Ты улетишь? – Аман щурит глаза, в его голосе слышится напряжение.
Бедные мои губы... сегодня я их нещадно искусала. Чувствую металлический привкус крови на языке. А всё потому, что жутко нервничаю. Сердце колотится как бешеное, а в животе словно поселилась стая бабочек.
– Аман, послушай... – начинаю я, но Эвар вклинивается в наш разговор.
– Лита, разве тебе плохо с нами? – спрашивает он нервно, его глаза полны тревоги и непонимания.
– Эвар... – я кладу руку на скулу моего варвара, чувствуя под пальцами его теплую кожу и легкую щетину. – Послушай, я не простая девушка. Я часть императорской семьи.
– И что? – он не хочет понимать, его брови сходятся на переносице.
– Я не могу просто так отказать опекуну. Ты же видел. – Мой голос дрожит, выдавая внутреннее волнение. – Но, если тебе станет хоть немножечко легче от моих слов, я не хочу улетать... От вас.
Последние слова я произношу почти шепотом, глядя в глаза обоим мужчинам, пытаясь передать всю искренность своих чувств.
17.
Пока ждём прибытия императорской семьи, я сгрызла свои ногти под корень. Столовую подготавливают к приёму важных гостей, а я только и слежу за небом.
Великолепный шаттл императора с золотыми крыльями завис в небе над дворцом и только после пошёл на посадку. Я наблюдала, как он медленно опустился и едва приземлился недалеко от дворца, как ко мне вернулся Эвар.
– Ты тут? Почему?
– Потому что тебе нужна поддержка, – мужчина притянул меня к себе и погладил по мягкому кружеву платья на талии. Я собиралась быстро, ведь хотела быть готовой к приходу своих родных. – Не знаю, как там будет, – он смотрит поверх моей головы в сторону и вздыхает тяжело. – Но я понимаю, что сейчас тебе нужно, чтобы кто-то из нас был рядом. Я не прав?
– Прав. Но ты бросил Амана на них совсем одного...
– Ты во всей Вселенной представляешь меня самым страшным и опасным монстром, Лита? – громогласно звучит голос Релона.
Я моментально отстраняюсь от Эвара, и едва успеваю бросить взгляд на псионитов, меня тут же сносит моя сестра. Я тоже тут же перехватываю её и обнимаю, прижимаясь к родной и любимой Руте. Даже всхлипываю, когда она замирает, но не отпускает меня. Такая же, как и раньше. Хрупкая, нежная и безумно любимая сестрёнка. Я ощущаю, как дрожат её руки, сжимающие меня, чувствую её сбитое дыхание и редкие всхлипы. Она не отпускает меня добрые несколько минут, а я боюсь поднять глаза на её мужей и, что самое странное, на Амана с Эваром.
Но приходится. Рута меня отпустила и всмотрелась в мои глаза, словно проверяя моё состояние. Я немного смущаюсь от такого пристального внимания и опускаю взгляд.
– Мы переживали, Лита. Сильно переживали. Я представляла самое страшное. Думала... Ох... – Рута сглотнула. – Лучше бы и не знать тебе, что я передумала...
Она отходит, и я встречаюсь взглядами с Релоном. С тем, с кем я и хотела встречи, и смертельно её боялась. Неоновые глаза ужасают с непривычки и кажется, что он уже на мне испытывает свои приёмы. Но... Нет.
Он подходит, молча останавливается рядом и вдруг прижимает к себе. Быстро и всего на несколько секунд, но я ощутила его ладони на голове и плече. Он тоже всмотрелся своими опасно-яркими глазами в мои и кивнул самому себе, словно отвечая на свои мысленные вопросы.
Затем и Сайлар подошёл. Он более спокойно прижал меня, нежнее и не так деловито-отстраненно и наигранно-холодно. Улыбнулся, когда глянул мне в глаза.
– Какой взрослой ты стала, крошка. Привет.
Краем глаза я замечаю, как напряжены Аман с Эваром. Их лица застыли, словно каменные маски. На несколько минут они стали тенями, что беззвучно стояли рядом с нами и наблюдали за каждым нашим действием, внимательно следя за происходящим. Я напряжённо улыбаюсь, чувствуя, как мышцы лица сводит, даже несмотря на слова Релона:
– Слишком взрослая, я бы сказал, – его голос звучит холодно и отстранённо.
Да, он недоволен. Я чувствую в нём клокочущую яростную энергию, словно вулкан, готовый вот-вот извергнуться. Всё ещё злится, что я самовольно покинула Тэру и улетела искать приключения. Я и сама не раз жалела об этом, но...
Я смотрю на Эвара, замечая, как его пальцы нервно теребят край рукава. После перевожу взгляд на Амана, чьи глаза выдают смесь тревоги и решимости. Сглотнув ком в горле, забираю дрожащие пальцы из рук Руты, которая взяла их, как только меня отпустил Сайлар, и отхожу на шаг чувствуя, как пол слегка качается под ногами.
– Тут неудобно говорить, – произношу я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Давайте перейдём в столовую? Там будет... спокойнее.
– Мы сейчас же летим на Тэру, – произносит уверенно Релон. – Не испытывай моё терпение.
– Не стоит так спешить‚ – я хмурюсь. – Я вас очень ждала. Так сильно хотела, чтобы вы меня нашли... Только чтобы сказать, что я жива и со мной всё хорошо...
– Хорошо? Мне Аман вкратце рассказал, какое “хорошо” ты пережила.
– Мы можем подождать немного с отбытием? – сглотнула я.
– Нет! – Релон стрельнул в меня своими неоновыми глазищами.
– Релон. Пожалуйста. Мне интересно послушать Амана и Эвара. Всё же это их территория, – Рута осторожно кладёт ладонь на руку Релона и улыбается так нежно, что император через секунду молча кивает. Всё-таки прекрасно, что эти сильные мужчины не могут отказать любимой женщине.
И мы пошли внутрь. Я нервно перекатываю в пальцах ягодку, которую только сняла с грозди. Затем медленно отправляю её в рот, раскусываю. Сок растекается по нёбу, немного кислый, но всё равно очень приятный. И едва подняв взгляд, снова хочу его опустить. Не понимаю, как Аман всё ещё держится.
Едва мы сели за стол и над нами закружили служанки, стало так сложно держать себя в руках, так сложно не дрожать от страха и неизвестности, что я еле-еле держала спину ровно. При Релоне я почувствовала себя вновь маленькой девочкой, и теперь мне хочется поскорее обхватить свои колени и забиться в уголок, чтобы он не кидал на меня такие уничтожающие и укоризненные взгляды.
Аман же спокойно и с достоинством общается с ними. Рассказывает всё, что произошло на Верне. Так детально, что едва он доходит до чего-то личного, я смотрю на него, пытаясь предугадать, скажет ли он о том или ином поцелуе, о моих переодеваниях и тому подобное. Но он обходит эти моменты. Я бы сказала, ювелирно и мастерски, ни секунды не намекая на то, что ко мне именно они относились хоть как-то плохо. Они и правда с первого дня относились ко мне хорошо.
Так что мои чувства вполне можно понять. Те самые, что внутри клокочут и требуют выхода. Я хочу сжать ладонь Амана, поддержать, но не могу, боясь лишнего взгляда Руты, Релона или Сайлара. И хоть им всё моё приключение в корне не по душе, я хочу, чтобы они дали мне шанс на самостоятельную жизнь.
– Лита, – Релон прервал Амана как раз на части, где убили Кера. – Это правда?
– Да. Кер выжил и я надеялась, что вместе мы сможем выбраться. Но местных дикарей было слишком много. Я не смогла ему помочь. – В моих глазах заблестели слёзы. – После нам пришлось бежать. Едва спаслись... И...
Я сглотнула. Из меня такой себе рассказчик.
– Он отправил тебя в отдельную капсулу и таким образом спас?
– Да, верно, – кивнула я. – Наверное, он и сам спасся таким же образом. Но так как его раны были не обработаны, он наверняка сразу попал в плен. Я до сих пор сожалею, что не смогла его спасти... – я опустила голову.
– Как вы выбрались? – спрашивает Сайлар.
Аман снова берёт на себя ответственность. Рассказывает про то, как мы добирались до ангаров, как нашли их воинов и как удирали, едва не попав под раздачу.
– Мы поделимся координатами, если желаете, – кивнул Аман, промочив горло глотком вина. – Но мы разрушили установку перед тем, как улететь. Это было... Легче, чем разбираться, откуда она, кто ею управляет и что это вообще за сектор, где никого не пропускают.
– Я согласен, – кивнул неожиданно Релон. – Со всем, кроме действительно интересного сектора. Я хочу узнать, кто они. Они что-то прячут, если уж убивают на подлёте. Либо просто не рады любым гостям извне.
– Тогда мы были уставшими и нам откровенно надоела эта планета. В отличии от Литы, мы с братом провели там около полугода, пытаясь узнать хоть что-то. Но единственное, что мы узнали – это то, что эти местные ничего не знают о том, что происходит за пределами их города и близлежащих джунглей. Если честно, хотелось просто смотаться оттуда.
– Верю, – кивнул Релон. – Спасибо, что не бросили нашу подопечную там.
Я резко подняла голову и посмотрела на него. Чтобы он благодарил кого-то? Он ведь император! Он же думает, что ему и так все должны? Или нет?
– Позвольте сказать, что и не смогли бы. Мы с Литой очень... сблизились и...
– А теперь, – Релон нарочно перебивает Амана и встаёт. Словно не хочет слышать ничего о том, что между мной, Аманом и Эваром что-то есть. Нужно быть слепым, наверное, чтобы не заметить, как я на них смотрю. Или как Эвар меня обнимал там, у фонтана. Но... Кажется, Релон нарочно не желает это слушать и слышать.
– Мы возвращаемся домой, – голос Релона звучит как удар хлыста.
– Релон, прошу вас, – Аман тоже встал, его лицо напряжено, а в глазах читается отчаяние. – Выслушайте меня...
– Я достаточно услышал. То, что мне было интересно и важно услышать, – в глазах Релона сверкает опасная энергия, словно молнии в грозовом небе. Я тоже вскакиваю, готовая встать перед Аманом и защищать, если придётся. Мышцы напряжены, адреналин бурлит в крови. В глазах опекуна быстро гасится его удивление, сменяясь холодной решимостью.
– Мы возвращаемся домой, Лита. Это точка. Я не оставлю тебя здесь. И не приглашу Амана и Эвара во дворец. Их политика не позволяет нам находиться тут дольше положенного, а они сами не хотят сотрудничать с посторонними. А значит нам, всей моей семье делать тут нечего.
Каждое его слово забивает в моё сердце гвозди. Я сжимаю кулаки так, что ногти снова впиваются в ладони, и отхожу от Амана и Эвара. Понимаю, что если сейчас не поддамся, псионит просто убьёт их. Если не добрую половину города и планеты. Всхлипнув, иду к нему, чувствуя, как каждый шаг даётся с трудом. Ощущаю тяжелую ладонь на своих волосах, словно клеймо.
– Правильное решение, девочка, – в его голосе слышится удовлетворение. – Мы обо всём поговорим дома.
***
Третий день я во дворце Релона. Мы быстро вернулись домой, используя технологии псионитов. Всё-таки они намного развитее, чем у Омарны. Воздух здесь кажется тяжелее, пропитанный знакомыми, но уже чужими запахами.
Я медленно иду по дорожкам великолепного сада императорского дворца к любимому фонтану. Мои шаги едва слышны на мягкой траве, окружающей мраморные плиты. Радость от встречи с близкими омрачилась тоской по Аману и Эвару. И я не знаю, как мне с этим жить. Каждый вздох при этих мыслях даётся с трудом, словно грудь сдавливает невидимый обруч.
Подставляю руки под сверкающие в лучах солнца Тэры, брызги воды. Прохладные капли приятно освежают кожу. Невольно улыбаюсь, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Когда-то я любила играть с ними. Как сейчас, помню свой детский восторг, когда впервые увидела это чудо. Я любила плескаться в фонтане, а Рута сидела рядом на каменной скамье и с нежной улыбкой наблюдала за моей игрой.
– Почему ты грустишь? – как всегда, жёсткий голос Релона заставил вздрогнуть.
Он был не слишком зол на меня. Скорее, рад, что, хоть кто-то выжил в той несчастной экспедиции. Но осознание того, что я – единственная выжившая, разбило меня. Столько благородных псионитов, учёных погибли... Это такая потеря, такое горе.
– Не обращая внимания. – Я дёрнула плечом и повернулась к опекуну. Он стоял на широко расставленных ногах, заложив руки за спину. Поза лидера. Поза победителя. – Просто слишком много всего случилось. Я думала.
