Текст книги "Здоровенный ублюдок Поттер 4 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 40 страниц)

Глава двадцать девятая. Гарри, ты живёшь под Горой!

//Амелльская Республика, 7 мая 1267 года//

– Здесь стойте, – приказал Якен. – Мне надо напроситься к старейшине…

Он ушёл, а Гарри с Акстеном начали осматриваться. Несмотря на то, что краснолюды всё ещё держали их в «коробочке», это нисколько не мешало.

Их появление вызвало определённый ажиотаж в городе. А это был тот самый подземный город, построенный когда-то древними краснолюдами, но так и не населённый.

Краснолюдов тут много – они останавливаются и с удивлением рассматривают ведьмаков.

Сверху светят бронзовые «палочки», те самые, которые он клепал в промышленных масштабах, специально для этого места…

– Блядь, как приятно узнать, что эти штуки до сих пор работают, – заулыбался Гарри. – Тут целая цивилизация родилась и живёт, под лучами сотен солнц, которые я создал…

– Не лопни тут от возрастания своего самомнения, – с улыбкой посоветовал ему Акстен. – А мне вот приятно узнать, что ты ещё живой и даже здоровый. Невероятно.

– Взаимно, дружище, – улыбнулся Гарри.

Дома тут украшены красными лентами и гобеленами с коммунистическими символами в виде золотых звёзд и серпов с молотами, поэтому можно предположить, что они не отказались от этих идей, вопреки надеждам Гарри. Он-то думал, что переболеют и перестанут, но, видимо, не перестали…

– Вам можно заходить, – вернулся Якен. – Только повежливее – старейшина очень не любит, когда ему грубят.

Они прошли к трёхэтажному зданию, украшенному статуей…

– Это кто? – спросил Гарри, указав на статую.

– А, вы же не местные… – улыбнулся Якен. – Это лучший из краснолюдов – Карл Маркс! Моего шурина, кстати, в его честь назвали – вы видели его там, на вратах.

– Хм… – задумчиво хмыкнул Гарри.

Он описывал Маркса как бородатого мужика, с седой бородой, но чёрными усами, носящего костюм европейского стиля, эскиз которого был передан краснолюдам – тут некоторые горожане ходят в некоем подобии таких костюмов…

Как так получилось, что Карл Маркс стал краснолюдом – решительно непонятно. Гарри однозначно говорил, что это человек.

Внутри здания, прямо в холле, стояли бюсты различных краснолюдов, низушек, гномов и эльфов. А прямо посередине холла стояла статуя…

– Это Ленин? – предположил Гарри.

– А ты откуда знаешь? – нахмурился Якен.

– Догадался… – вздохнул Гарри. – Веди дальше.

Ленин здесь, почему-то, эльф. Во всяком случае, острые и длинные уши говорят именно об этом. Лысина его сохранилась, как и бородка с усами – передали его они довольно-таки точно, по рисунку Гарри. Уж Ленина-то он запомнил…

Они поднялись на второй этаж, где стояла вооружённая стража.

– К старейшине, – произнёс Якен. – Гарри Поттер и Акстен из Бан Арда.

– Проходите.

Они вошли в кабинет и Гарри сразу же увидел Балтимора. Этот был совсем стар – седой, как лунь, сидит в кресле и посапывает.

– Балтимор, твою ж мать! – заулыбался Гарри.

– Гарри? – открыл глаза старый краснолюд. – Ты?.. Не может быть… Это всё сон? Я сплю? Я умер?

– Это не сон нихрена! – ещё шире заулыбался Гарри. – И ты точно не умер! Это я!

– Тогда расскажи-ка мне то, чего я не знаю о коммунизме, – попросил Балтимор.

– То, чего я тебе никогда не рассказывал, но знал? – нахмурился Гарри. – Но я выложил тебе вообще всё, что когда-либо слышал и запомнил. Хватит придуриваться! Вот, Акстен стоит – его о чём-нибудь спроси!

Якен, почувствовавший свою неуместность, тихо вышел из кабинета.

– Ты можешь быть мороком, – покачал головой Балтимор. – Я стар, я знаю, как это бывает – выверты сознания, старческое слабоумие…

– Вот уж не знаю, – вздохнул Гарри. – Как доказать тебе, что я настоящий? Может, по башке тебя стукнуть?

– Расскажи то, чего я не знаю, – потребовал Балтимор.

– М-м-м, – Гарри задумался. – Наши разговоры были пиздец как давно! Но… О! Был такой американец, Арманд Хаммер – вот этот тип очень хорошо дружил с Лениным. Поставки ему организовывал и всё такое…

Он помнил это в сугубо негативном свете – Хаммер поддерживал коммунистов ради денег. Когда-то он считал это предательством общеевропейских ценностей, но он уже давно переоценил своё мнение. Если сотрудничество было взаимовыгодным – почему нет? Американцы, как он знал уже давно, и с нацистами отлично сотрудничали.

– Никогда такого не слышал, – признался Балтимор спустя пару десятков секунд. – Гарри, это ты! Как же так? Почему тебя не было так долго?!

– Это очень захватывающая история, – улыбнулся Гарри. – Но лучше собрать всех остальных, чтобы не рассказывать её много раз.

– Ах, да, остальные… – вспомнил Балтимор. – Тогда надо дать клич, чтобы собрались все старейшины. Эй, как там тебя! Позовите всех старейшин в зал заседаний! А вы, идём за мной…

Они спустились на первый этаж и прошли в правое крыло здания, где и находился большой красный зал, в котором и проходили различные массовые мероприятия.

На стене за трибуной висело огромное полотно с золотыми серпом и молотом, а над ними была золотая звезда – в точности, как это рисовал Гарри.

– Мы знали, что ты живой, ну, то есть, подозревали, – произнёс Балтимор, севший на ближайшее кресло. – Твои светильники продолжают работать, а чародеи говорят, что так быть не должно.

– У вас какие-то связи с Капитулом? – сразу же напрягся Гарри.

– Нет, – покачал головой Балтимор. – С этими мужеложцами мы никаких дел не имеем, как и с остальным внешним миром. У нас свои чародеи. Эльфские, конечно же…

– Что за причина собрания? – вошла в зал недовольная Милаэн.

– А она всё такая же! – повернулся к ней Гарри. – Всё такая же красивая, несмотря на все эти десятилетия!

Милаэн поражённо замерла.

– У тебя на лице написано что-то вроде «Ты?!» – улыбнулся Гарри. – Да, я.

– Значит, мы не ошиблись, – сдержанно улыбнулась эльфка. – Я рада, что ты живой и здоровый.

В зал вошёл Нитраль, который сначала растерялся оттого, что увидел Гарри, но быстро взял себя в руки, а за ним начали заходить другие нелюди, которых Поттер никогда до этого не встречал. Все они глазели на него так, словно он слон в автосалоне.

– Товарищи! – заговорил Балтимор, когда все расселись. – Это – Гарри Поттер!

Поднялся шум. В Гарри начали тыкать пальцем и что-то кричать, но Балтимор постучал по столу деревянным молотком.

– Тишина! – потребовал он. – Это Гарри Поттер, настоящий, почти такой, каким мы его помним!

– Да, это он, – подтвердила Милаэн. – Подтверждаю.

– Это меняет абсолютно всё, – продолжил Балтимор. – Теперь у нас, наконец-то, появилась надежда.

– Надежда на что? – не понял Гарри.

– Тебе предстоит узнать очень многое… – произнёс Нитраль.

Эльф одет в элегантный деловой костюм серого цвета, с белой рубашкой и чёрными туфлями. И Гарри было интересно, как они вообще сумели наладить производство такой непростой продукции…

– Если накормите и напоите – готов буду слушать, – улыбнулся он.

//Римская империя, г. Лондон, 7 мая 1267 года//

– Босс, у нас проблема со старшими, – произнёс Коннор Флетчер, заместитель Каролины по вопросам союзников. – Они недовольны тем, что мы даём им слишком мало оружия.

– Они уже здесь? – спросила Каролина.

– Здесь, – кивнул Коннор.

Он из ситизенов, то есть, минимум половину учебного процесса проходил у Гарольда из Сирии, Биг Босса.

Теперь, когда Боссом стала Каролина, Гарольда именуют не иначе, как Биг Босс, что полноценно отражает его культовый статус и отвечает его характеристикам: для накеров он великан, сильный и непобедимый…

Каролина находится и будет находиться в его тени, что бы ни совершила.

– Зови, – приказала она.

В тронный зал вошла делегация старших рас.

– Долгого здоровья тебе, Каролина, – поклонился Кианэль.

Остальные члены делегации тоже совершили церемониальные поклоны.

– И тебе, Кианэль, – кивнула Каролина. – И вам, добрые граждане Рима. В чём цель вашего визита?

– У нас возникло недопонимание с вашими снабженцами, – заговорил Кианэль. – До меня дошли жалобы, что Старшие ауксилии не получают в достатке ни карабинов, ни боеприпасов к ним. А ведь они стоят на северных рубежах империи и в любой момент могут подвергнуться нападению…

– Вы должны хорошо знать, что существуют определённые проблемы с производством, – сказала Каролина. – Наши цеховики трудятся не покладая рук, но производство карабинов идёт очень медленно. Мы физически не можем быстро обеспечить всех достаточным количеством оружия.

– Я слышал, что у вас есть резервы… – проявил Кианэль осведомлённость.

– Это неприкосновенный запас, – покачала Каролина головой. – Мы задействуем его только в случае, если ситуация станет совершенно отчаянной. Чтобы ты всё полноценно понимал, в резервах находится четыре сотни карабинов и их запас не пополняется уже почти месяц. К тому же, качество их, скажем так, оставляет желать лучшего. Это оружие последнего шанса и трогать его мы будем только в крайнем случае. Вам придётся ждать.

– А что, если мы поможем с производством? – вышел вперёд Оскар Хивай. – Мы видели, как работают ваши цеха – так уже давно никто не работает. Можно сделать гораздо лучше. И станков у вас почти нет – это нужно исправить.

– Это просто пожелание или у тебя есть какой-то план? – уточнила Каролина.

– Я бы не стал приходить с идеей, – усмехнулся Оскар. – План есть.

Вопреки мнению некоторых других накеров из олдблада, Каролина внимательно слушала Биг Босса и помнила, что он всегда ратовал за перенимание новых полезностей от других рас и народов. А ещё он говорил, что тот, кто закостенеет в методах, в отдалённой перспективе, обречён на гибель.

«Если этот краснолюд придумал что-то хорошее, то нужно это внедрять», – подумала она. – «Биг Босс жаловался, что три-четыре карабина в день – это полная ерунда. Сейчас мы производим по шесть-семь карабинов в день. Этого тоже слишком мало».

– Если всё будет организовано так, как я это вижу, вы сможете быстро насытить Старшие ауксилии карабинами, – произнёс Оскар Хивай. – Но взамен я хочу, чтобы ауксилии стали больше по численности.

– Мы бы и рады расширять штат ауксилий, но вас слишком мало и карабинов тоже слишком мало, – почти по-человечески вздохнула Каролина. – Но если твои слова не разойдутся с делом, то я готова расширить Старшие ауксилии до отдельных легионов.

Сейчас всё упирается в количество карабинов. С численностью накеров нет вообще никаких проблем – каждый день рождается по шестьдесят-семьдесят детёнышей, из которых стабильно выживает не менее 97%. Через полгода их можно отправлять на обучение, а после годового обучения их уже можно отправлять на лёгкие работы. В целом, поколение накеров равняется четырём годам.

Даже если Старшие ауксилии будут расширены до полноценных легионов, то есть, будут иметь штатную численность в три тысячи солдат, накеры за это время будут способны выставить десяток легионов. Накеров всегда будет больше, поэтому потенциальная опасность от старших рас очень низка, просто в силу того, что они воспроизводятся слишком медленно. А ещё им нельзя в Брокилон.

Каролина осознаёт всю шаткость положения империи в бывшем Вердэне, поэтому приказала начать укрепление Брокилона. Пусть западная часть леса сильно поредела, но там всё ещё достаточно труднопроходимый рельеф, который нужно использовать для создания непреодолимой обороны.

Старшим расам вход в Брокилон запрещён, поэтому они не знают, что там происходит, а отправленные туда рабы больше никогда не возвращаются. Для них один конец – пища троллям или сырьё селитряницам…

– Мои слова – сталь, – заверил её Оскар. – Значит, мы всё решили?

– Я думаю, что да, – кивнула Каролина. – Почтенный Кианэль – ты удовлетворён?

– Несомненно, – кивнул тот.

– Есть ли какие-нибудь вопросы или запросы у других представителей старших рас? – поинтересовалась Каролина, окинув взглядом своих непроницаемо чёрных глаз остальных делегатов.

– У меня вопрос бытового характера, – поднял руку гном Моррис Вандель. – Многим из моих общинников непонятна система распределения бывшего людского жилья в Лондоне…

– В чём же вопрос? – спросила Каролина.

– Можно ли как-то прояснить принципы работы системы распределение жилья? – спросил Моррис. – Кому-то дают утлые хибары, а кто-то получает хоромы. И непонятно, за какие это заслуги…

– Лондон имеет особый статус имперской столицы, – ответила Каролина. – Здесь распределение идёт на усмотрение имперского мэра – эту должность занимает Фредерик. Вот к нему и обращайтесь. Я не решаю такие мелкие проблемы. Ещё какие-то вопросы?

Делегаты молчали.

– Тогда я вас больше не задерживаю, – сообщила им Каролина, после чего встала с трона и направилась в свой кабинет.

Недавно прибыла новая банда троллей, привлечённая слухами о том, что в Империи можно получить доступ к неограниченному количеству алкоголя, но ради этого придётся воевать против людей.

Общая численность троллей скоро перевалит за сотню, но есть проблема с изготовлением крупногабаритной брони. Сейчас всего шестьдесят три тролля оснащены тяжёлой бронёй, а остальные занимаются грузоперевозками.

Теперь, когда есть изобилие лошадей, надобность в троллях, как в тягловой силе, отпала и они нужны сугубо для боевых действий.

А доспехов не хватает, не потому, что есть нехватка материалов, а потому что ковать тролльи доспехи очень трудозатратно. Но это необходимо, так как Биг Босс выработал для троллей боевую нишу – высокомобильная ударная сила, способная нанести сокрушительный удар хоть с фланга, хоть с фронта.

У троллей есть очень серьёзное преимущество перед латной конницей – они способны перемещаться по пересечённой местности и вообще ничего не боятся.

Рыцари не являются для них противниками, как и вражеские пикинёры – в лобовой проекции тролли неуязвимы для холодного оружия, благодаря толстой броне и массивным щитам.

Броня их представляет собой нечто уродливое – это листы стали, грубо соединённые кузнечной сваркой, сияющие всеми цветами побежалости. Это невозможно пробить силами человека, но это очень уродливо…

Каролина обдумывает идею получения в распоряжение легиона великанов со Скеллиге, но решительно непонятно, как с ними договариваться. Тролли просты и примитивны, их интересы лежат на поверхности и их очень просто удовлетворить, а вот великаны – это загадка.

Так или иначе, но сотня троллей способна решающе повлиять на исход сражения. И если против карабинов что-то можно придумать, теоретически, то тролли – это грубая сила, на которую можно ответить только другой грубой силой. А у людей нет ничего эквивалентного.

Каролина, до сих пор не чувствующая себя Боссом, засела за документацию.

Биг Босс приказал уничтожить всю документацию по его исследованиям, и это было сделано. Но счетоводов уничтожать он не приказывал – они были слишком нужны в промышленности.

Каролина приказала собрать коллегию по восстановлению утраченных знаний, чтобы заново вычислить заклинания. Они вновь собирают карту звёздного неба, чтобы заново высчитать те заклинания, которые бесполезны для накеров, но могут быть очень полезны для империи.

Она уже не сомневалась, что он не вернётся. Нужно было быть совсем дурой, чтобы не догадаться, за эти годы, зачем он всё это делал.

А после лет догадок пошла пора сбора информации. Гарольда из Сирии искал весь Север. Семьсот тысяч оренов за его голову – это безумный гонорар, ради которого можно убивать тысячи и тысячи.

Он ушёл морем, вероятно, в Хаэрн-Кадух, где есть что-то важное для него.

Но это и неважно – Биг Босс сделал то, что от него требовалось, а дальше накеры действуют сами. Это время рассвета новой расы, что гораздо лучше людей.

Заклинания, которые не пожелал оставить после себя Биг Босс, будут восстановлены – это займёт годы. Но ещё больше времени займёт выращивание и воспитание Истоков, которых уже нашли среди порабощённых людей.

Их будут обучать чародейству и магии Биг Босса, чтобы они вобрали в себя лучшее. И так они станут чем-то более сильным. Оружием в руках легиона.

«Победим либо мы, либо они», – подумала Каролина, открывая папку с отчётами о производстве доспехов для Старших ауксилий. – «Мирное сосуществование невозможно, поэтому выжить должен только один вид. И я сделаю всё, чтобы это были мы».

Главная её задача – выиграть больше времени. Речные рубежи укрепляются, у бродов и мест для удобной переправы ставятся каструмы с пушками.

Бывший Вердэн имеет очень удачные границы, поэтому даже само проникновение на его территорию будет стоить противнику очень большой крови…

Если Оскар Хивай докажет, что он не пустослов и его метод производства, в ближайшее время, позволит получать десятки карабинов в день, то Римскую империю, через полгода, уже нельзя будет победить.

//Амелльская Республика, 7 мая 1267 года//

– … лезут в произвольных местах или есть какие-то ограничения? – уточнил Гарри.

– Раньше – где хотели, там и вылезали, – тяжело вздохнул престарелый Балтимор. – А теперь, когда мы наши тоннели предварительно облицовываем армированным бетоном, только на новых копях…

– Дела… – произнёс Гарри. – И что, ничего нельзя поделать?

– Мы пытались, – вздохнул Балтимор. – Армированный сталью бетон сильно улучшил ситуацию, у нас появилось время, чтобы успевать к местам, где они грызут стальные прутья в бетоне, поэтому все их попытки прорыва заканчивались провалом – и они перестали. Но освоение новых участков для нас почти закрыто. Везде, куда бы ни копали, всегда вылезают эти твари.

– Это печально, – вздохнул Поттер. – И как ты думаешь, я должен разбираться с этой проблемой?

– Ты ж ведьмак! – ответил Балтимор.

– Ну, охуеть теперь… – поморщился Гарри. – А чего вы тогда не вылезли на поверхность, чтобы притащить Акстена?

– Так этот алкаш отказался! – возмущённо выкрикнул пожилой краснолюд.

– Э, я не отказывался! – ответил на это пожилой ведьмак. – Я вообще подумал, что те краснолюды – галлюцинация после мухоморной настойки… Ну я и послал их нахуй…

– А больше ведьмаков в окрестностях не было, кроме этого однорукого, – продолжил Балтимор. – Что нам было делать-то? Держимся, эти ёбаные жуки очень осторожны и атакуют только тогда, когда уверены, что подмога задержится. А задержки эти они устраивают одновременными атаками на жилые залы…

– Умные, сучары, – хмыкнул Гарри. – Вы, кстати, заказ мой выполнили?

– Ах-ха-ха, ждал, когда же этот куркуль вспомнит об этом! – рассмеялся Балтимор. – Может, я и старый, но данное слово помню – выполнили мы твой заказ и даже перевыполнили! Идём!

Краснолюд со старческим кряхтением сполз с кресла и, опершись на трость, пошёл на выход из кабинета.

Они прошли по широкой улице и достигли четырёхэтажной высоты здания, отдалённо напоминающего кафедральный собор или что-то вроде того.

Прямо слева от этого здания стояла статуя, посвящённая Гарри. Он стоял на метровой высоты постаменте, в полный рост, в своих старых доспехах, с палашом в правой руке и головой Арториуса в левой. На постаменте было написано, что эта статуя воздвигнута в честь героя-освободителя, ведьмака школы Медведя, Гарольда из Сирии, подарившего дом угнетённым и отверженным.

Гарри остановился у постамента.

– Это очень трогательно, – произнёс он. – Спасибо, что не забыли.

– Эх, ведьмачок, ты бы знал только, как бережно мы храним память о тебе, – улыбнулся Балтимор. – Мы будем помнить о тебе, пока живы наши роды… Идём, твой заказ внутри.

Здание оказалось музеем, посвящённым Гарри Поттеру.

Сразу на входе их встречала секция, повторяющая его спальню, кабинет, а также обеденный зал, в котором он когда-то сидел. В кабинете на столе лежали бумаги с его вычислениями, к сожалению, более не актуальными.

Была секция с его вещами, с сундуком, в котором он хранил свои сбережения – здесь было всё, что хоть как-то связывало его с Хаэрн Кадухом.

Тут даже была конюшня, в которой стояло чучело Фугаса…

Эта картина не на шутку растрогала его.

А возглавляла всю эту композицию статуя из латного доспеха.

– Твою мать… – прошептал Гарри. – Это великолепно…

Броня была воронённой, верхняя часть кирасы была монолитной, а нижняя часть из полос стали, уложенных внахлёст. Поножи единые, сплошные, а наручи с наплечниками напоминали что-то вроде панциря креветки – сегмент предплечий шёл на манер древнеримской маники, только полностью кольцеобразной, а наплечники были исполнены из трёх здоровенных сегментов.

На кирасе изображалась эмблема школы Медведя, а на поясе было что-то вроде птеруг из тёмно-бордовой ткани.

В качестве поддоспешника предлагалась кольчуга из очень мелких плоских колец. Судя по всему, она идёт в два слоя, склёпанных вместе.

– Это просто секс… – не открывая от доспехов алчного взгляда, прошептал Гарри.

– Наша лучшая работа, – довольно улыбнулся Балтимор. – Мы их перековывали несколько раз, когда появлялись идеи, как бы их улучшить. Панцирь в качестве поддоспешника – это моя идея. Кстати, лет двадцать назад мы эти полностью сызнова перековали – теперь они из новой стали, которая крепче предыдущей. Она и ржи почти не боится.

– Я в восторге… – Гарри медленно подошёл к броне и начал щупать её в разных местах. – Охуеть…

– Это лучшая похвала для нас, – сказал довольный Балтимор.

– Думаю, лучше вернуться к обсуждению жуков, – напомнил Акстен.

– Да хули торопиться-то? – спросил пожилой краснолюд. – Пусть насладится.

Жуки – это весьма неожиданная проблема.

Краснолюды, после компрессии Гарри Тиссаей, продолжили своё дело – выкапывали всё больше и больше заваленных залов.

А потом они вышли на легендарные для их народа Пути.

Теоретически, они могли довести до самого Махакама и до десятка других подземных обиталищ краснолюдов.

Увы, но Пути оказались населены.

Это некий вид инсектоидов, отдалённо напоминающий эндриаг. Отличиями от последних видится более прочный хитиновый панцирь, а также наличие восьми конечностей. У эндриаг, насколько знал Гарри, их шесть.

Но главное отличие – очень сильное морфологическое разнообразие особей.

Эти твари колониальные, но гораздо умнее, чем обычные эндриаги. Они умеют применять сложные тактические приёмы, завязанные на время и пространство, что есть чистейшая аномалия.

Скорее всего, раз это колониальные твари, на Путях больше никто не живёт.

Общество подземных коммунистов они, конечно же, рассматривают как добычу.

«А я всё думал, как же так?» – размышлял Гарри, вынужденно отвлёкшийся от созерцания доспеха. – «Краснолюды живут под землёй, в их подземных чертогах очень тяжело воевать, так как там всё служит целям обороны, но они как-то проиграли людям. А может, не людям?»

Если Пути действительно полноценно функционировали, то краснолюдов было просто невозможно победить. А вот если они сами завалили их мегатоннами камня, чтобы не пропустить этих тварей в свои обиталища – тогда это всё объясняет.

Увы, точно понять подоплёку событий, происходивших так давно, уже невозможно.

«Тогда это высший гуманизм, что они не выпустили этих тварей на поверхность…» – подумал Гарри. – «Если эти твари обладают каким-то подобием разума, то это крайне опасный враг. Что-то мне подсказывает, что эльфы бы их выпустили…»

Он перестал ощупывать доспех и отошёл на несколько шагов.

– Это самая красивая вещь, которую я только видел в своей жизни, – произнёс он. – Честь и хвала мастерам.

– Мы признательны за столь высокую оценку, – улыбнулся Балтимор. – А теперь можно поговорить о жуках.

– Чего вы хотите от нас? – спросил Гарри. – Мы должны их как-то уничтожить?

– В идеале, – серьёзно ответил пожилой краснолюд. – Давно уже бы пробились в Махакам, но эти твари стали непреодолимой стеной. Мы не можем их одолеть, поэтому нужны ведьмаки.

– Нас всего двое, а у меня нет руки, – произнёс Акстен.

– С рукой мы скоро разберёмся, – усмехнулся Гарри. – А вот то, что нас всего двое – это да…

– И, кстати, нам бы не помешало побольше твоих светильников, – сказал Балтимор.

– Да как нехуй делать, – махнул рукой Поттер. – Займусь сразу после пира. Заготовки же есть?

– Спрашиваешь, – усмехнулся краснолюд. – Пойдём в торжественный зал – там, наверное, уже всё готово.

Они вновь пересекли главную улицу и направились к зданию городской ратуши.

– Бетон, как я понимаю, из моих записей? – поинтересовался Гарри.

– А откуда ещё? – недоуменно посмотрел на него Балтимор. – Подняли архивы, нашли там описание, а потом начали экспериментировать. Бетон получился, а потом в тех же записях нашли, что это можно армировать сталью. Получилось замечательно. Только мы изменили твой рецепт – мы помещаем в куб бетона триста килограмм стали, потому что сто пятьдесят оказалось мало. Рабочим жукам не нравится грызть сталь, поэтому они тратят очень много времени, чтобы пробиться через армированную плиту.

– Вы большие молодцы, что сумели воссоздать технологию и наладить массовый выпуск, – похвалил их Гарри.

– А хули ты хотел, ведьмачок? – заулыбался Балтимор. – Жить захочешь – и не такие кульбиты исполнишь…

– То есть, сейчас вообще никуда не копаете? – спросил Поттер.

– Почему это? – нахмурился пожилой краснолюд. – Копаем наверх, в гору. У нас даже лифт есть на небольшое горное плато – туда выходят, чтобы подышать и посмотреть на настоящее солнце. Правда, холодно там.

– Но там нет руды, да? – предположил Гарри.

– Именно, – подтвердил Балтимор. – Поэтому нам позарез надо разобраться с этими ёбаными жуками. Поможете – отблагодарим. Золото, если надо, серебро или алмазы. Золота и серебра можем по весу отсыпать. Ну и жить тут сможете, как короли – будут всецелый наш почёт и полнейшее наше уважение.

– Соблазнительно звучит, да? – спросил Гарри у Акстена.

– Этот сопьётся у нас к хуям, – покачал головой Балтимор.

– Туда мне и дорога, – равнодушно вздохнул старый ведьмак. – Кому я нужен без руки?

– Да будет тебе рука, блядь… – поморщился Гарри.

В ратуше уже было очень оживлённо: бегали разносчицы с яствами, крепкие мужики перетаскивали бочки с напитками – ожидался очень большой пир. И всё в честь возвращения Гарри.

Его сразу же усадили во главе очень длинного стола, где определили в обслуживание двух низушек.

Гуго, бедолага, не дожил до этого дня – умер тринадцать лет назад.

На столе было очень и очень много овощей и фруктов, а мяса мало. Преимущественно тут свинина, что логично – в условиях подземелий легче всего разводить именно свиней. Но была и баранина, которую Гарри безошибочно определил по запаху – а это уже было удивительно.

– Баранина? – спросил он у Балтимора, усевшегося справа от него.

– Ты был далеко не везде… – усмехнулся тот. – Наверху у нас есть целое подземное поле, освещаемое рукотворными солнцами… Вот там-то и пасутся овцы. Они дают нам шерсть и мясо. Когда ты сделаешь ещё больше светильников, мы расширим поля – всё уже готово. Пространство, грунт – только света не хватает.

– Будет, – пообещал Гарри. – Бля, Балтимор, я впечатлён. Вы проделали так много работы, что я просто в ахуе.

– Это коммунизм, ведьмачок, – усмехнулся старик.

– А он-то здесь причём? – не понял Гарри.

– У нас нет денег, нет собственности на производства, – начал объяснять Балтимор. – Мы делаем всё сообща и выживаем в этом кромешном пиздеце. Вместе.

– И как это работает? – поинтересовался Гарри.

– Ну, это долго рассказывать, – вздохнул Балтимор. – Но мы не имеем проблем с пищей – её всегда в изобилии. Платить за еду у нас – это глупость. Каждый получает столько, сколько надо. Одежду и предметы быта тоже не нужно покупать – всего в изобилии. Что-то особое надо – договорись с тем, кто может это сделать. Не нашёл – напиши запрос и обоснуй, правление решит, делать или нет. Как-то так и живём. И если бы не ёбаные жуки…

На ум Гарри пришло, что если бы на Земле тоже полностью решили проблему с пищей и базовыми потребностями населения, то тоже было бы легко жить, не тужить. Но это бы означало гибель целых сегментов экономики – как это так, не платить за еду? В понимании Гарри, всё должно было рухнуть, ведь деньги не крутятся, зарплаты не платятся – в этот момент он понял, что натягивает на коммунистов принципы капитализма…

«Коммунисты, наверное, в своей жажде сделать всех довольными, точно постарались решить продовольственный вопрос», – подумал он. – «Вот вернусь и посмотрю. И сразу пиздить инопланетян… Вот будет веселуха!»

– У нас всё по плану – сколько и чего производить, когда производить, – продолжил Балтимор. – И это работает, хотя некоторые, типа Нитраля, до сих пор удивляются. Но это потому что он тупой.

– Пошёл ты, краснолюд… – процедил Нитраль, сидящий прямо слева от Балтимора. – Я не удивляюсь ничему – я слишком давно живу на этом свете. Но мне интересно погружаться в суть вещей. И эта вещь, которая подчинила математике потребности тридцатитысячного населения, весьма любопытна. Я до сих пор изучаю её, и она всё ещё остаётся для меня интересной.

– Тридцать, блядь, тысяч?! – удивился Гарри.

– Ага, тридцать тысяч, – кивнул пожилой краснолюд. – Это со всеми, кто уже родился под землёй. А извне всего пришло четырнадцать тысяч восемьсот девять жителей. Это все, кто принял наши условия и заселился под Гору. Места хватает на всех, хотя есть тенденции к ограничению пищи… Мы уже думали, что надо будет, рано или поздно, вновь открываться миру и заселять Хаэрн-Кадух… Но ты пришёл очень вовремя, ведьмачок! Ха-ха-ха!

– Да-да, светильники – это я завсегда, – улыбнулся Гарри и отведал местной водки. – Сколько, блядь, хотите!

– Только вот житьё у нас несладкое, – произнёс Балтимор. – Еды-то завались, но жить приходится по строгому распорядку. И тратить почти все ресурсы на военное дело…

– Потому что жуки? – спросил Гарри.

– Потому что жуки, – кивнул краснолюд. – Если снизим темпы, то падём. Вот и трудимся по десять-двенадцать часов в сутки. Все. Вместе. Эх, ты бы знал, как нам помогли твои насосы…

– Которые? – не припомнил Гарри.

– Ну, те, которые ты в огнемёте применил, – улыбнулся Балтимор.

– Да это же примитивная хуйня! – отмахнулся Поттер. – Поршневой насос!

– Сейчас – да, а вот тогда… – покачал головой Балтимор. – Мы осушали шахты, добирались до сверхбогатых жил… Без какого-либо чародейства, представляешь? Потом, конечно, шнековые насосы придумали, которые прямо ух, но первые поршневые насосы мы используем до сих пор – потому что есть для них своя ниша.

– Ну, я рад за вас, – кивнул Гарри и отломил ребро поросёнка. – А чего вы сидите, как чужие? Или это вы все собрались посмотреть, как я в одиночку жру?

– И вправду, чего это мы, а? – заулыбался Балтимор и взял свой кубок с водкой. – Товарищи! Поднимаю этот кубок в честь лучшего друга нашей республики – Гарри Поттера!

//Амелльская Республика, 9 мая 1267 года//

– … да знаю я, что они тут построили… – пробурчал сильно поддатый Гарри. – Это не коммунизм нихера – уж я-то разбираюсь. Тут, короче, какая хуйня, Акстен… Они тут хуярят, блядь, как проклятые – у некоторых вообще жизни нет… А всё почему?..