Текст книги "Хандра Сузумии Харухи"

Автор книги: Нагару Танигава

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

ГЛАВА 6

На следующий день фарс продолжился – в моем обувном ящике обнаружилось еще одно письмо. Кажется, многие так и не знают об изобретении почты.

Впрочем, на этот раз письмо оказалось совершенно иного рода – вовсе не небрежно сложенным и не анонимным. Напротив, на обороте изящного конвертика, какие обычно прилагаются к девчоночьим журнальчикам для всяких дурацких опросов и анкет, каллиграфическим почерком начертали имя отправителя. Даже еще не прочитав его, я уже был уверен – кто так расстарался.

Асахина Микуру.

Сунув конвертик в карман пиджака, я рванул в туалет, где мог без помех прочитать письмо. На бумаге с водяными знаками в виде смеющихся рожиц было выведено:

“Буду ждать тебя в клубе во время большой перемены.

Микуру.”

Одного этого оказалось достаточно, чтобы после вчерашних треволнений мои мизантропические взгляды на жизнь, окружающий мир и реальность с акробатической легкостью вновь перевернулись с головы на ноги.

Ни за что не захочу еще раз пережить вчерашнее.

Но и отвергнуть приглашение не в моих силах. В конце концов, это ведь Асахина прислала записочку! Естественно, нет никаких доказательств, что здесь свою руку приложила именно Асахина, но способ, каким назначили свидание, настолько соответствовал ее характеру, что я не сомневался в подлинности письма. Светлый образ прекрасной девушки, аккуратнейше выписывающей слова послания на идеальном листочке бумаги, что возник перед моим мысленным взором, как нельзя лучше подходил Микуру. К тому же во время большой перемены Нагато наверняка будет торчать в клубе, и если что-то случиться, сто процентов придет на помощь.

И не надо обзывать меня доверчивым теленком. Я всего лишь нормальный старшеклассник.

После четвертого урока ваш покорный слуга оказался нарасхват, окруженный Танигучи, многозначительно мне подмигивающим, Куникидой, притащившим полный сверток еды и горящим желанием ее со мной разделить, а так же Харухой, которой не терпелось взять меня в подельники и взломать дверь в учительскую, дабы разведать подробности таинственного исчезновения Асакуры. Еле-еле удалось улизнуть от них в клуб, причем на голодный желудок.

Стоял лишь май, но солнце пекло с летней нещадностью. Оно походило на пламень вселенского пожара, решившего заодно испепелить и Землю. Когда придет лето, и раскаленная сауна покажется желанной прохладой. Стоило сделать несколько шагов, как майка насквозь пропиталась потом.

Через пару минут я уже стоял перед дверью в клуб и предупреждающе постучал.

– Входите, пожалуйста.

Никакого сомнения – голос принадлежал Асахине. Можно слегка расслабиться и войти.

Внутри, к собственному изумлению, я обнаружил, что Нагато и Асахина отсутствуют.

Передо мной находилась взрослая длинноволосая девушка, которая опиралась на подоконник окна, выходящего на школьный двор. На ней были белая блузка и темная миниюбка, а на ногах – тапочки, которые в школе обычно выдают посетителям.

Увидев меня входящим, она сделала несколько шагов навстречу и схватила за руку.

– Кён... Как же мы давно не виделись.

Это не Асахина, но она так на нее походила, что любой другой мог их легко спутать. Если честно, я сам сперва принял ее за Микуру.

Вот только она не была ею. Асахина, которую я знал, гораздо ниже, да и лицо ее выглядит не столь взросло, не говоря уже о грудях, натягивающих блузку, которые вряд ли бы за одну ночь увеличились на три размера.

Как я не всматривался, меня не покидала уверенность – держащей меня за руку девушке, по крайней мере, за двадцать, что вызывало совершенно иные чувства, нежели Асахина-старшеклассница. Вот только почему они так похожи?

– Простите... – внезапно меня осенило. – Вы ведь... сестра Асахины?

Вопрос ее слегка ошарашил, но затем она улыбнулось, подмигнула и передернула плечиками. Даже улыбались они одинаково.

– Это же я! – хихикнула девушка. – Я и есть Асахина Микуру. Только я из ее будущего... Как же все это время я хотела встретиться с тобой.

Я должно быть выглядел последним идиотом. Мне следовало самому догадаться, что встретил повзрослевшую Асахину. Разглядывая стоящую рядом красавицу, я только теперь понял в какую сногсшибательную красотку предстоит превратиться Асахине-школьнице. К тому же она стала выше и от этого – сексуальнее. В такую ничего не стоит без ума влюбиться.

– Ты все еще сомневаешься? – с некоторой обидой спросила Асахина в секретарском прикиде. – Тогда я тебе докажу! – и она начала решительно расстегивать блузку.

Расстегнув пару пуговиц, она, к моему изумлению, предъявила свой бюст.

– Видишь вот это родимое пятнышко, похожее на звездочку? Оно не нарисовано! Потрогай, если хочешь.

На ее левой груди чудесной изюминкой на ослепительной коже покоилось родимое пятнышко-звездочка, излучая непередаваемое очарование.

– Ну, теперь веришь?

И что мне ответить? Убей не помню – есть ли у настоящей Асахины такое же пятнышко на груди. Хотя я почти против своей воли и застал ее в неглиже, когда она переодевалась в девочку-кролика, но из-за смущения не успел рассмотреть столь интимные подробности. Взрослая версия Асахины прервала мои размышления:

– Странно. Пока ты сам мне не сказал про эту родинку, я ее и не замечала.

Асахина смущенно покачала головой, и вдруг, словно громом пораженная, уставилась на меня широко открытыми глазами, а ее щеки залил румянец.

– Э... Ой, я только... К... Конечно же! Мы еще не.... Что же мне делать? – Асахина закрыла ладошками лицо и замотала головой. Пуговицы блузки она так и не застегнула. – Что же я наделала... Я... Я пропала... Умоляю, забудь что я сказала!

Легче сказать, чем сделать. Ох, вас не затруднит все-таки застегнуть пуговичку? А то я не знаю куда глаза деть!

– Ладно, теперь я тебе поверю. Сейчас я готов поверить хоть в черта.

– Прости?

– Да нет, нет, не обращай внимания, люблю поговорить с умным человеком – с самим собой.

Повзрослевшая на неведомо сколько лет Асахина взглянула на меня сквозь пальчики рук, которыми все еще прикрывала пылающее лицо, проследила мой взгляд и быстренько застегнулась. Затем чинно уселась на стульчик и, покашляв, еще разок переспросила:

– Ты на самом деле веришь, что я появилась в данной темпоральной плоскости из будущего?

– Не сомневаюсь. Слушай, в таком случае в нашем мире сейчас имеются две Асахины?

– Да, я, которая из моего прошлого... сейчас она кушает в классе с подружками.

– А та Асахина знает, что ты здесь?

– Нет, она ведь мое прошлое.

Ну да, понятно.

– Мне очень нужно кое-что тебе сообщить, поэтому я попросила свое руководство разрешить проникнуть в данную темпоральную плоскость. И еще, по моей просьбе, Нагато любезно согласилась оставить нас наедине.

Что касается Нагато, то бьюсь об заклад – они и бровью не повела, встретив повзрослевшую Асахину.

– Ты в курсе, кто такая Нагато на самом деле?

– Прости, но это закрытая информация. Ой, только сейчас поняла как долго не произносила такую фразу.

– Я ее слышал от тебя несколько дней назад.

– Ну конечно же, – Асахина постучала себя по головке и высунула язычок, сделавшись еще более похожей на ту Асахину, которую я знал.

Но тут же стала очень серьезной.

– Я не могу здесь долго оставаться, поэтому перейду сразу к делу.

Давно пора!

– Ты что-нибудь слышал о Белоснежке?

Я оторопело уставился на подросшую Асахину. Кажется ее глаза слегка увлажнились.

– Что-то такое слышал...

– В какую бы отчаянную ситуацию ты не попал, умоляю – вспомни эту историю.

– Ты имеешь в виду сказку про семь гномов, злую колдунью и отравленное яблоко?

– Да, сказку про Белоснежку.

– Только вчера я оказался в отчаянной ситуации.

– Нет... Я имею в виду гораздо более отчаянную. Не могу раскрыть тебе каких-либо подробностей, скажу только одно – рядом с тобой окажется Сузумия Харухи.

Харухи? Рядом со мной? Имеешь в виду, что вместе с ней влипну в очередную переделку? Когда? Где?

– ...возможно, для Сузумии ситуация вообще не будет выглядеть как опасная... но для тебя и для всех нас это вопрос жизни и смерти.

– Но ты все равно не можешь рассказать подробнее?

– Прости, я могу лишь дать подсказку. Это все, что в моих силах, – повзрослевшая Асахина готова была расплакаться от собственного бессилия – точно так, как обычно поступает Асахина, которую я знаю.

– Имеешь в виду сказку о Белоснежке?

– Да.

– Постараюсь не забыть.

Дождавшись от меня солидного кивка, которым я подкрепил свое обещание, Асахина заявила, что у нее еще есть немножко времени, прошлась по комнате, а затем ностальгически, словно величайшую драгоценность погладила рукой костюм горничной, висевший на вешалке.

– Как я привыкла его тогда носить. Теперь уже не решусь одеть подобный костюм.

– Теперь ты наряжаешься как секретарша.

– Хи-хи, раз уж мне теперь не втиснуться в школьную форму, пришлось изобразить из себя учительницу.

Некоторые просто рождены носить костюмы.

– Кстати, а что еще Харухи заставляла тебя надевать?

– Ты меня в краску вгоняешь, лучше уж промолчу. К тому же, ты ведь все сам скоро увидишь, разве не так?

Асахина, двигаясь почти неслышно в школьных тапочках, приблизилась и наклонилась к моему лицу. Теперь я прекрасно видел, что ее глаза блестели, а щеки разрумянились.

– Мне пора уходить! – Асахина пристально смотрела на меня, будто раздумывая – продолжать или остановиться. Я собственной кожей ощутил ее дрожь, ее желание сделать еще что-то, и уже сам готов был поцеловать ее. Но только я решился обнять ее, как Асахина отпрянула назад.

Отвернувшись, она сказала:

– И еще одна просьба. Последняя. Пожалуйста, не приближайся ко мне слишком близко, – и слегка вздохнула.

Асахина побежала прочь из комнаты, но я крикнул вслед:

– Ответь на один вопрос!

Приоткрыв дверь, она замерла.

– Асахина, сколько тебе лет?

Она полуобернулась, встряхнула волосами и хитренько улыбнулась:

– Закрытая информация, – дверь за ней захлопнулась.

Я бы ничего не смог сделать, даже если бы побежал за ней.

Черт, никак не думал, что Асахина с возрастом превратится в такую красотку. Внезапно вспомнились ее первые слова: “ Кён... Как же мы давно не виделись.” Только теперь я догадался об их значении – мы расставались с ней на много-много лет.

– Похоже так.

Асахина из будущего вернется в свое будущее, где проведет годы, прежде чем состоится наша сегодняшняя встреча.

Сколь долго ей пришлось ждать? Если она так выросла, то для нее прошло лет пять... а может даже и три! Девочки сильно меняются после окончания школы. Уж я-то знаю по своей двоюродной сестре. В старших классах она была тихоней-отличницей, на которую и внимание никто не обращал. Но стоило ей поступить в университет, как из жуткой гусеницы она превратилась в прекрасную бабочку. Я и так-то не знал сколько точно Асахине лет, но увидев ее повзрослевшую, окончательно запутался – неужели ей и впрямь семнадцать!

Ужасно захотелось есть, пора возвращаться.

– ... – стоило об этом подумать, как в комнату вошла Нагато Юки с обычно бесстрастным выражением лица, разве что очки она сегодня не надела, и ничем не защищенный взгляд девочки остановился на мне.

– Эй, мимо тебя сейчас не проходил кое-кто, очень похожий на Асахину? – прикололся я.

– Утром здесь появилась иная темпоральная версия Асахины Микуру, – Нагато тихо расположилась на стульчике, водрузила на стол открытую книгу. – Ее уже нет здесь, она отбыла в свою темпоральную плоскость.

– Ты тоже можешь путешествовать во времени? Ну, с этим своим Коллектором какой-то Информации?

– Не могу. Однако путешествие во времени не является трудным, как принято думать. Основная проблема для людей – понять принципы такого перемещения. Пространство и время представляют собой континуум, поэтому перемещение по временной оси так же просто, как и по пространственной.

– Можешь меня этому научить?

– Данная концепция не может быть вербализована, поэтому ты не поймешь, даже если объясню ее тебе.

– Неужели?

– Да.

– Вот облом.

– Облом.

Дальнейший разговор с “железной” девочкой потерял всякий смысл, и я решил вернуться в класс. Может еще и покушать успею?

– Нагато, большое спасибо тебе за вчерашнее.

Ее непроницаемое лицо неуловимым образом обрело живинку.

– Не стоит благодарностей. Моей обязанностью было контролировать действия Асакуры Руоко, но повела себя по отношению к ней безответственно, – волосы Юки слегка качнулись.

Она пытается поклониться и принести мне свои извинения?

– Тебе очень идет без очков.

Юки промолчала.

Я изо всех сил рванул на встречу со своим обедом, но у порога класса меня уже поджидала Харухи – живое воплощение конца моих мечтаний, которым предстояло просто-напросто вылететь в окно. Может, это судьба? Кажется, я достиг того предела, где любое событие следовало рассматривать с точки зрения моей дурной кармы.

От нетерпения Харухи готова была рвать и метать и тут же раздраженно заорала:

– Ты где пропадал? Я думала ты ненадолго, у меня еще маковой росинки во рту не было за те сто лет, что тебя черти носили! – в ее голосе отсутствовала злость, скорее уж она походила на подружку детства, которая дуется на дружка, пытаясь скрыть свое смущение. – Да не стой, как столб! Пошли!

Харухи мертвой хваткой вцепилась в мое запястье и потащила в темный уголок под лестничным пролетом.

Мамочки, как же жрать хочется!

– Я только что допросила Окабе в учительской. Он сам узнал о переводе Асакуры только утром. Очень рано позвонил некто, и, представившись ее отцом, заявил, что они срочно переезжают. И знаешь куда? В Канаду! Представляешь? От этого за километр темными делишками попахивает!

– Подумать только.

– Я, естественно, прикинулась ее лучшей подругой и попросила учителя дать мне ее адресок в Канаде.

Умоляю, ты ведь ее не замечала даже когда она вокруг тебя увивалась.

– И знаешь, что он заявил? Он не знает адреса! Разве нормально, если кто-то внезапно срывается с места и даже нового адреса не сообщает? Что-то здесь не так.

– Да все так!

– Тогда я попросила ее старый адресок до переезда. После школы я иду туда и все разведаю. Может мы что-то там и обнаружим.

Как обычно, чужие слова эта девчонка пропускала мимо ушей.

Ладно, оставим, и вовсе я не собираюсь ее отговаривать. В конце концов, это ей очередная вожжа под хвост попала, а не мне.

– Пойдешь со мной.

– С какой стати?!

Харухи набычилась, раздула ноздри, с шумом втянув воздух, точно дракон, готовый изрыгнуть пламя, и заорала так, что по всей школе задребезжали стекла:

– ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЧЛЕН КОМАНДЫ СОС!!!

Повинуясь приказу Харухи, я торопливо удалился. Я отправился предупредить Нагато, что из-за нашего с Харухой отсутствия никаких клубных мероприятий сегодня не будет, и попросил ее передать это Асахине и Коизуми, когда те появятся. Решив подстраховаться – мало ли что может выкинуть наш молчаливый пришелец-книгочей – я фломастером на обороте печально знаменитого проспектика написал:

“У Команды СОС сегодня выходной. Харухи.”

И прилепил записку к двери.

Плевать на Коизуми, но Асахина, по крайней мере, сможет не париться с переодеванием в горничную.

Благодаря таким заботам о ближних своих, звонок на урок прозвенел аккурат перед тем, как я все-таки собрался что-нибудь пожевать. До следующей перемены о еде можно не беспокоиться.

Я выглядел бы отъявленным вралем, заяви, что ни в жизнь не хотел рука об руку прогуляться после школы с девочкой, ну, наподобие того, как показывают в школьных сериалах. Сбылась мечта идиота, вот только счастья не было. Что же такое творится?

– Ты что сказал? – спросила Харухи, широко вышагивая слева от меня и уткнувшись в клочок бумажки. В переводе на человеческий сие означало: “У тебя мало проблем?”

– Нет, ничего.

Мы спустились с холма и потопали вдоль железнодорожной линии. Чуть подальше располагался городской вокзал.

У меня мелькнула мысль, что мы совсем рядом с домом Нагато, но я даже не подозревал, что именно туда Харухи и направляется. И вот мы перед уже знакомой новенькой элитной многоэтажкой.

– Похоже, Асакура живет здесь в квартире 505.

– Не удивительно.

– Что значит “не удивительно”?

– Да так. Кстати, как ты намереваешься войти? Парадная дверь-то заперта, – я показал на кодовый замок рядом с динамиком. – Нужно ввести код, дверь и откроется. У тебя есть код?

– Откуда? Придется набраться терпения, раз уж ввязались в столь таинственное дело.

Будем ждать пока рак на горе свистнет? Но стоило мне заикнуться, как проблема разрешилась. В то же мгновение дверь отворилась, выпуская женщину средних лет, идущую, похоже, за покупками в гастроном. Она вопросительно посмотрела на нас и продолжила свой путь. Харухи не медля схватилась за ручку двери, которая почти уже захлопнулась.

Очень опрометчиво.

– Шевелись!

Меня затащили в парадное, а затем запихнули в лифт, который как раз здесь остановился. Общепринято, что в лифте люди обычно молча следят за сменой этажей...

– Эта Асакура... – Харухи как всегда наплевать на общепринятое. – Она та еще штучка. По всему выходит, что она не училась ни в одной из наших восьмилеток.

Ну, еще бы.

– Я провела небольшое расследование и обнаружила, что она перешла к нам из другого города. Очень подозрительно! Ведь наша школа – не элитная, так, обычная забегаловка. Тогда почему она завела такую бодягу, чтобы попасть именно к нам, да еще из другого города?

– Без понятия.

– К тому же она живет совсем рядом со школой, да еще в шикарной квартире, за которую нужно сразу все наличкой отвалить, а не аренду платить. А цены здесь термоядерные. Не ездила же она в школу на поезде из своего захолустья?

– Говорю же – не знаю.

– Нужно выяснить – когда точно Асакура начала здесь жить.

Лифт остановился на пятом этаже. Мы молча встали перед квартирой 505, внимательно ее разглядывая. Табличку с именем владельца уже убрали, значит апартаменты освободились. Харухи дернула за ручку, но дверь, конечно же, оказалась заперта.

Харухи скрестила руки, размышляя как бы пробраться внутрь для дальнейшего расследования, а я с трудом сдерживал зевоту. Иначе как преднамеренным убийством с отягчающими обстоятельствами собственного времени такое назовешь.

– Найдем консьержа!

– Вряд ли он нам одолжит ключ.

– Ну и ладно, я хочу выпытать – когда Асакура сюда вселилась.

– Не парься ты, пошли по домам! Какая разница когда она сюда заехала?

– Нет.

Мы вызвали лифт, вернулись туда откуда начали, и прямиком направились к будке консьержа рядом с парадным. Поначалу показалось, что за прозрачной панелью никого нет, но стоило нажать рядом расположенную кнопку, как внутри неторопливо материализовался седовласый маленький старичок.

Не дав косьержу и рта раскрыть, Харухи принялась без передышки бомбить его вопросами.

– Извините, мы друзья Асакуры. Она совершенно неожиданно сообщила нам, что переезжает и даже новый адрес не оставила, по которому мы с ней могли бы связаться. Нельзя ли у вас узнать – может вы знаете куда она переехала? И не затруднит ли вас подсказать нам, когда Асакура здесь поселилась?

Я слегка ошалел, услышав из уст Харухи столь нормальную и вежливую речь, но стрикашка на беду оказался туг на ухо, так как постоянно переспрашивал: “Ась?”, “Что?”. Несмотря на глухоту консьержа, Харухи ухитрилась выудить у старикашки, что тот не менее поражен столь скоротечным отъездом Асакуры. (Я даже не видел грузчиков, однако вся мебель из квартиры исчезла.) И что Асакура въехала сюда три года назад. (Я отлично запомнил эту хорошенькую юную девушку – в тот день она подарила мне целую коробку гостинцев!) Причем, вместо того, чтобы платить в рассрочку, за апартаменты уплатили сразу и наличкой. (Думаю, что они очень богатые!) Ух ты! В тебе, Харухи, определенно пропадает талант следователя!

По всему ясно, старичок не нарадуется возможности поболтать с такой молоденькой девушкой как Харухи.

– Только сейчас я начинаю вспоминать – хотя очень часто встречал эту хорошенькую девушку, но никогда не видел ее родителей.

– Припоминаю – ее звали Руоко. Такое изысканное имя для девочки.

– Я так надеялся, что она со мной попрощается... Очень жаль. Хочу и вам, юная леди, сделать комплимент по поводу вашей внешности!

Стоило старичку перевести стрелки разговора на более интересующую его тему, как Харухи мгновенно усекла, что больше из консьержа ничего не вытянешь, и решила на этом закруглиться, очень вежливо поклонившись и поблагодарив за его неоценимую помощь.

И опять потащила меня за собой наружу. Нужды в подобной спешке не было, так как я и сам не чаял поскорее отсюда убраться.

– Эй, паренек, а девчонка скоро станет писанной красавицей, так что не хлопай ушами и держи ее покрепче!

Старикашка явно нес чепуху. Но я мысленно содрогнулся, ожидая что Харухи, которая все прекрасно слышала, опять начнет катить на меня бочку. Однако она и ухом не повела, продолжая энергично топать вперед, а я уж и тем более язык прикусил. А еще через несколько шагов мы нос к носу столкнулись с Нагато, которая тащила портфель и несколько пакетов из гастронома. Учитывая, что обычным местом проживания Нагато являлась клубная комната, где она почитывала свои книжки вплоть до закрытия школы, наша встреча означала одно – она улизнула оттуда прямо вслед за мной.

– О! Ты здесь тоже живешь? Вот так совпадение!

Нагато кивнула с бесстрастием фарфоровой статуэтки. Умоляю, да разве это совпадение?

– Ты что-нибудь слышала об Асакуре?

Девочка покачала головой.

– Ну, ладно. Если что-то такое о ней узнаешь, не забудь сказать мне.

Девочка кивнула.

Я приметил в ее пакетах несколько банок консервов и овощи – похоже, она все же не святым духом питается!

– А где очки?

Нагато ничего не ответила, лишь молча посмотрела на меня. От такого взгляда я слегка растерялся, впрочем Харухи и не ожидала никакого ответа, и, пожав плечами, зашагала прочь, даже не оглянувшись. Я сделал Нагато ручкой.

– Будь осторожен, – прошептала она мне в спину.

А теперь-то чего опасаться? Я собрался было развернуться и спросить об этом, но Нагато уже скрылась в парадном.

Я плелся в двух шагах за Харухой, которая без особой цели топала вдоль железнодорожной линии. Если продолжать так и дальше, то мы вообще выйдем из города, поэтому я поинтересовался куда мы идем.

– Да так, никуда, – ответила она.

Я уставился в затылок Харухи и спросил:

– Может, я тогда домой пойду?

Тут она остановилась как вкопанная, и мне вообще показалось, что она сейчас грохнется об землю. Когда Харухи повернулась ко мне, ее лицо по цвету ничем не отличалось от лица Нагато.

– Тебе никогда не казалось, что на Земле ты всего лишь ничтожная песчинка?

Она продолжила:

– У меня такое случилось. Никогда этого не забуду.

Харухи стояла прямо на рельсах, точнее на переходе через железнодорожный путь, и начала говорить.

– Однажды в шестом классе я пошла с родителями смотреть бейсбол. Бейсбол меня вообще не интересовал, и когда я оказалась на стадионе, где повсюду были люди, люди, люди, то думала, что сойду с ума. На противоположной стороне поля люди казались такими крошечными, как песчинки, и все они шевелились, двигались. Я вообразила, что здесь собралось все население страны. Но когда спросила папу, сколько же здесь людей, он ответил: раз стадион полон, то где-то пятьдесят тысяч. После игры все дороги оказались забиты болельщиками. Я просто остолбенела от этого. Здесь находилось огромное количество народу, но по сравнению с населением страны – крохотная, незаметная часть. В учебнике географии я читала, что в нашей стране живет сто миллионов, и когда пришла домой, то подсчитала – пятьдесят тысяч – всего лишь одна двухтысячная жителей Японии. Вот тогда меня еще раз пробрало. Там, на стадионе, я была только крохотной частичкой огромной толпы, которая сама только одна двухтысячная населения страны. Раньше я всегда чувствовала себя какой-то особенной. У меня были самые лучшие на свете родители и самые интересные во всем мире друзья в классе. Но теперь я поняла – все не так. То, что казалось самым расчудесным в моей школе, было лишь обычными серыми буднями обычной школьной жизни. Ничего интересного для остальной сотни миллионов людей. Стоило мне это сообразить, как мир тут же выцвел. Я чищу зубы и ложусь спать, затем встаю и завтракаю. Куда не посмотри, все так делают. Как только я поняла, что подобные вещи и составляют заурядную человеческую жизнь, мне стало невыносимо скучно. Но я верю, раз в мире живет такая масса народу, то просто обязан найтись кто-то, кто живет необычной, ни на кого не похожей жизнью. Так почему этот кто-то – не я? Я ломала над этим голову почти до седьмого класса. И вот тогда решила изменить саму себя. Решила доказать миру, что я не из тех, кто просто сидит и ждет у моря погоды. Сколько же сил угробила, доказывая, но ничего вокруг не менялось. И вот уже скоро закончу школу, а все надеюсь – что-нибудь да изменится.

Харухи говорила без передышки, как будто произносила речь на собрании. Когда она выдохлась, на ее лице появилось выражение сожаления за сказанное, и она мученически подняла голову к небу. Мимо прогрохотал поезд. Оглушительный шум заполнил все вокруг, и у меня появилось время подумать – продолжить наш разговор или отделаться каким-нибудь глубокомудрым замечанием для утешения Харухи.

Я проводил взглядом поезд, чей звук в полном соответствии с эффектом Доплера становился все ниже и ниже, и, наконец, родил:

– Неужели? – за подобное хотелось самому себе надавать по башке.

Харухи пригладила ладонями растрепанные ветром от пронесшегося поезда волосы, и сказала:

– Двинули!

И зашагала туда, откуда мы и пришли. Хотя мне было с Харухой по пути и этой дорогой я бы скоро оказался дома, но вся ее фигурка словно говорила: “Не ходи за мной!”, поэтому я остался стоять на месте, провожая ее взглядом до тех пор, пока она не скрылась из виду.

А что еще, черт возьми, мне оставалось делать?

Когда я вернулся домой, у двери меня поджидал Коизуми, все еще одетый в школьный костюм и с портфелем в руке – определенно он заявился сюда прямо из школы. Он так же сердечно помахал мне:

– Привет, – его слегка натянутая улыбка должна была изображать встречу со старым другом.

– Я хочу выполнить обещание, которое недавно вам дал. Поэтому и жду здесь. Не думал, что вы вернетесь так быстро! – и с обычной ухмылочкой продолжил:

– Мы сможем кое-куда ненадолго прогуляться? Я хотел бы вам кое-что показать.

– Кое-что связанное с Сузумией?

– Кое-что связанное с Сузумией.

Я открыл дверь и оставил портфель в коридоре. Сказав сестренке, которая выбежала мне на встречу, что сегодня немного задержусь, я вернулся к Коизуми.

Через несколько минут мы уже направлялись к месту назначения.

Коизуми показал в сторону стоящего у моего дома такси, которое и повезло нас по главной дороге на восток. Коизуми назвал водителю большой город, расположенный за пределами нашего района. Дешевле добраться туда электричкой, но раз Коизуми платил, то я и помалкивал.

– Так о каком обещании ты толкуешь?

– Разве вы не говорили о своем желании увидеть доказательство моих экстрасенсорных способностей? Сейчас имеется такая возможность, вот поэтому я вас и пригласил.

– И для этого нужно так далеко ехать?

– К сожалению, да. Я могу использовать свои возможности лишь при определенных условиях и в определенных местах. Там, куда мы направляемся, такие условия сложились.

– Все еще веришь, что Харухи – бог?

Коизуми, сидящий рядом на заднем сиденье, покосился на меня.

– Вы когда-нибудь слышали об антропном принципе?

– Ни разу.

Коизуми вздохнул и вновь улыбнулся:

– Говоря кратко, согласно этой теории если мир устроен так, чтобы мы могли в нем существовать, то он устроен так именно потому, что мы в нем существуем.

Я не врубился.

– Вселенная должна быть такой, чтобы в ней на некотором этапе эволюции допускалось существование наблюдателей. Другими словами, разумная форма жизни, известная как человечество, познает окружающий мир путем его наблюдения, раскрывая законы природы, которые лежат в основе происхождения и эволюции мироздания. Если бы люди не развились до теперешнего уровня, то они бы никогда не узнали о существовании вселенной и, соответственно, не могли бы ее наблюдать.

То есть, существует вселенная или нет, для человечества, останься оно на уровне каменного века, это не имело бы особой разницы. Существование вселенной определяется наличием в ней нас – человечеством, которое достигло высокой ступени развития. Антропный принцип – своего рода метод мышления с “человеческой точки зрения”.

– Довольно странный метод мышления! Я всегда думал, что вселенная существует независимо от того – есть человечество или нет.

– В чем-то вы правы. Строго говоря, антропный принцип нельзя назвать полностью научным, скорее это философская постановка вопроса. Тем не менее, из него можно извлечь довольно интересные следствия.

Такси остановилось на красный свет светофора, водитель смотрел строго вперед, не делая никаких попыток оглянуться на нас.

– Почему вселенная такова, что допускает появление и существование человечества? Малейшее изменение гравитационной постоянной полностью преобразило бы мироздание. Другие фундаментальные соотношения, такие как постоянная Планка или значение масс электрона, протона и нейтрона, похоже специально подобраны именно так, чтобы во вселенной могло существовать человечество. Разве вы не находите это удивительным?

Спина у меня зачесалась. А все потому, что Коизуми нес заумь с серьезностью брошюрок, которые раздают новообращенные, свято уверовавшие в свою религию, основанную на новейших научных достижениях.

– Успокойтесь! Я отнюдь не верю в Господа Всемогущего или Создателя всего сущего, в том числе и человека. Кстати, многие из моих коллег думают точно так же. Однако есть кое-что, нас беспокоящее.

Что-то беспокоящее?

– То, что мы делаем. Не похожи ли мы на клоунов, вставших на руки на краю обрыва?

Наверняка на лице у меня появилось чересчур странное выражение, иначе Коизуми не расхохотался бы, кудахтая как чокнутая курица.

– Я пошутил!

– Разрази меня гром, если я вообще понимаю о чем ты говоришь.

Язык чесался заявить ему: “От твоих идиотских шуток у меня мысли в башке дохнут. Отпустил бы ты меня? Водитель, не повернете ли вы назад? Причем второе предпочтительнее.”

– Я начал с антропного принципа как удобной аналогии. Мы еще даже не коснулись проблемы Сузумии.

И ты туда же! Чем же тебя, Нагато и Асахину Харухи так окрутила?

– Она, конечно же, особа весьма экстравагантная. Но я не об этом. Вы еще помните, я говорил, что этот мир, возможно, был создан Сузумией?

Мне не слишком нравилась его манера говорить, но то, что он говорил, и в самом деле врезалось мне в память.

– У нее есть дар воплощать свои мечты.

Не слишком ли ты загибаешь?

– Я делаю такой вывод потому, что прямо сейчас мир становится таким, как того желает Сузумия.