Текст книги "Баронесса Артандейл выходит замуж (СИ)"

Автор книги: Надин Нойзи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Глава 7

Глава 7

Той ночью я спала как убитая. Ну, то есть как человек, который первый раз в жизни заснул в кровати с шёлковыми простынями, после дня, полного драконов, волков и пирожных. Мне ничего не снилось – по крайней мере, сначала. Просто темнота, тепло и запах лаванды, которым, видимо, пропитали подушки. А потом что-то изменилось.

Я стояла посреди своей квартиры. Ну, то есть моей настоящей квартиры. Той, где продавленный диван, фикус на подоконнике и телевизор, который показывает только три канала. Только вот я стояла не в своём теле. Я смотрела на себя со стороны. Точнее, я смотрела на кого-то, кто был в моём теле. Это было странно. Очень странно. Как будто я надела очки виртуальной реальности и смотрю фильм про саму себя, только главную роль играет кто-то другой.

В моём теле была Алиса. Настоящая Алиса. Баронесса. Я поняла это сразу. Во-первых, она двигалась иначе. Не как я. Я обычно хожу быстро, чуть сутулюсь и постоянно что-то роняю. А эта девушка ступала плавно, как будто танцевала. Во-вторых, она смотрела на всё с таким выражением лица, будто попала в музей. Или в зоопарк. Или в музей зоопарка. В общем, она была в восторге. Абсолютном.

Алиса – то есть я – стояла посреди комнаты и медленно поворачивалась на месте, разглядывая мою квартиру. Мою бедную, скромную, немного захламлённую квартиру с обоями в цветочек, которые я клеила сама, и криво. Она смотрела на диван. На ковёр. На полку с книгами. На телевизор. И на её лице было такое выражение, как будто она увидела чудо.

– Ох, – сказала она – то есть я – вслух. Голос был мой, но интонации – её. – Это… это же…

Она подошла к телевизору. Осторожно, как будто он был живым. Потрогала пальцем экран. Потом посмотрела на пульт, лежавший на журнальном столике. Взяла его в руки. Повертела. Нажала кнопку. Телевизор включился. На экране появилась какая-то реклама – кажется, стирального порошка. Алиса отшатнулась, потом снова подошла, потом зачарованно уставилась на экран.

– Это… это магия? – прошептала она. – Это правда? Здесь правда так бывает?

Она переключила канал. Потом ещё раз. Потом ещё. На экране замелькали люди, машины, какие-то города, кошки, снова люди. Алиса смотрела на это, открыв рот. Потом она нажала кнопку «выключить» и телевизор погас. Она посмотрела на пульт с уважением.

– Надо же, – сказала она. – Кнопка. И всё исчезает. У нас такого нет. У нас всё надо тушить. Или заклинанием. Или водой. А тут – кнопка. Гениально.

Потом она подошла к холодильнику. Открыла его. Заглянула внутрь. Там было пусто, если не считать банки с огурцами, которую я закатала ещё в прошлом году, и пакета кефира, который, судя по сроку годности, уже стал кефирным привидением. Алиса посмотрела на холодильник, потом на меня – то есть на своё отражение в тёмном стекле, – и улыбнулась.

– Холод, – сказала она. – Настоящий холод. Без магии. Без заклинаний. Просто… холод. И огурцы.

Она закрыла холодильник и направилась к ванной. Я пошла за ней – точнее, я просто следовала за своим телом, как камера в фильме. Алиса вошла в ванную, посмотрела на кран, на смеситель, на душ. Потом повернула вентиль. Из крана полилась вода. Горячая. Алиса подставила руку, почувствовала тепло и засмеялась. Тихо, счастливо, как ребёнок.

– Вода, – сказала она. – Горячая вода. В любое время. Без слуг. Без котлов. Без дров. Просто… повернул – и вода.

Она посмотрела на стиральную машину. Открыла дверцу. Заглянула внутрь. Потом закрыла. Потом снова открыла. Потом нажала кнопку. Машина загудела. Алиса отскочила, потом засмеялась и приложила ладонь к барабану, чувствуя вибрацию.

– Она живая, – сказала она. – Она правда живая. Она сама стирает. Без рук. Без заклинаний. Просто… кнопка.

Она вышла из ванной и направилась к фикусу. Моему бедному фикусу, который я забыла полить, наверное, ещё в прошлую среду. Алиса посмотрела на него, потом на лейку, стоявшую рядом. Потом взяла лейку, налила воды и полила фикус.

– Бедняжка, – сказала она. – Тебя совсем забыли. Ничего. Я тебя полью. Я тут ненадолго. Но я успею.

Она погладила листья фикуса, и в этот момент я поняла: Алиса не злая. Она не захватчица. Она просто… она просто попала сюда, как и я попала туда. И она в восторге. От холодильника. От телевизора. От кнопок. От всего, что я считала обыденным и скучным.

Алиса села на диван. Мой продавленный диван с пружиной, которая всегда впивается в бок. Она села и посмотрела в окно. За окном был вечер. Мой обычный вечер. Фонарь. Дети на площадке. Бабушка с собакой.

– Здесь так тихо, – сказала Алиса. – И спокойно. Никто не требует, чтобы ты вышла замуж. Никто не говорит, что ты должна быть леди. Никто не смотрит на тебя как на… как на вещь. Здесь просто… жизнь.

Она вздохнула. И в этом вздохе было столько всего – облегчение, грусть, надежда, – что я почувствовала, как у меня защипало в глазах. Даже во сне.

– Я не хочу возвращаться, – сказала Алиса тихо. – Там… там всё не так. Там я должна. Должна выйти замуж. Должна быть леди. Должна улыбаться, когда хочется плакать. А здесь… здесь я могу просто… быть.

Она посмотрела на мои книги. На полку, где стояли мои любовные романы. Про драконов, про лисиц, про принцесс. Она улыбнулась.

– Забавно, – сказала она. – Ты читала про нас. А я… я теперь живу твою жизнь. И знаешь что? Мне нравится. Мне правда нравится.

Она взяла одну из книг – ту самую, про дракона и лисицу, которую я дочитала вчера, – и открыла её. Полистала.

– Может, я тоже начну читать, – сказала она. – У вас тут столько всего. Столько историй. Столько… свободы.

Она закрыла книгу и посмотрела на меня. Прямо на меня. Хотя я была всего лишь тенью, сном, наблюдателем.

– Не волнуйся, – сказала она. – Я присмотрю за твоим фикусом. И за квартирой. И за тобой. Ну, то есть за твоим телом. Я не буду делать глупостей. Я просто… поживу немного. Хорошо?

Я хотела ответить. Хотела сказать, что я не против. Что я тоже не хочу возвращаться. Что там, в её мире, у меня есть дракон, который смотрит на меня так, как на меня никогда никто не смотрел. Но я не успела. Сон начал таять. Комната поплыла. Алиса улыбнулась и помахала мне рукой.

– Увидимся, – сказала она. – И спасибо. За квартиру. За книги. За фикус. И за дракона. Он у тебя… у нас… замечательный.

И тут я проснулась. В своей комнате. В замке. В шикарной постели. С шёлковыми простынями и запахом лаванды. И первое, что я подумала: «Фикус полит. Слава богу». А второе: «Алиса, кажется, неплохая. Надеюсь, она не сожжёт мою квартиру и не потратит все мои сбережения на что-нибудь безумное». А третье: «Интересно, она правда читает мои книги? Если да, то пусть начнёт с той, где дракон в конце превращается в человека. Это моя любимая».

Я улыбнулась, повернулась на другой бок и снова закрыла глаза. За окном светало. Где-то в замке уже начали просыпаться слуги. А я лежала и думала о том, что, кажется, у меня всё-таки лучшая жизнь на свете. Даже если она не совсем моя.

Глава 8

Глава 8

Следующие три дня я осваивалась. И, надо сказать, осваивалась с большим энтузиазмом. Если Алиса была колючей, недовольной и вечно всем недовольной барышней, то я решила стать её противоположностью. Ну, то есть собой. Наташей. Продавщицей из соседнего магазина, которая, может, и не блистала аристократическими манерами, зато умела шутить, смеяться и находить радость в мелочах. И, судя по реакции окружающих, это было именно то, чего всем не хватало.

Первым делом я решила, что не буду больше притворяться, будто мне скучно. Потому что мне не было скучно. Мне было безумно интересно. Всё вокруг – от расписных потолков до серебряных ложек – вызывало у меня восторг. И я перестала это скрывать. Утром, когда служанки пришли меня будить, я уже не лежала с закрытыми глазами, делая вид, что умираю. Я вскочила, потянулась и сказала:

– Доброе утро, девчонки! Какие у нас сегодня планы? Кто-нибудь уже видел лорда Даррена? Он завтракает с нами или опять уехал по делам?

Служанки переглянулись. Кажется, они не привыкли, что леди Алиса с ними разговаривает. Ну, ничего. Привыкнут.

За завтраком я болтала без умолку. Рассказывала Элоизе смешные истории – ну, то есть пересказывала сюжеты книг, которые читала, только адаптировала под местные реалии. Вместо «такси» у меня была «карета», вместо «телефона» – «магический кристалл». Элоиза слушала, открыв рот, и иногда прыскала от смеха. Леди Беатрис смотрела на меня с подозрением, но, кажется, была рада, что я хотя бы не грублю. Барон Готфрид хмыкал в усы и делал вид, что читает газету, но я видела, что он улыбается. Мирабель подмигивала мне и подливала чай. А лорд Даррен… лорд Даррен смотрел на меня так, как будто я была загадкой, которую он очень хотел разгадать.

– Леди Алиса, – сказал он однажды утром, когда я рассказывала Эдвину, как можно использовать магию для того, чтобы мыть посуду быстрее. – Вы сегодня… необычно жизнерадостны. Я помню, раньше вы говорили, что завтраки – это «пытка, придуманная специально для того, чтобы мучить людей, которые не выспались».

– Ну, – сказала я, – раньше я была дурой. А теперь я поумнела. И поняла, что завтраки – это отличная штука. Особенно когда на столе есть пирожные.

– Пирожные на завтрак? – лорд Даррен приподнял бровь.

– А почему нет? – я потянулась за эклером. – Жизнь слишком коротка, чтобы есть пирожные только после обеда. Кстати, лорд Даррен, вы пробовали эклеры с заварным кремом? Они божественны. Вот, попробуйте.

Я протянула ему эклер. Лорд Даррен посмотрел на него, потом на меня, потом снова на эклер. Кажется, никто и никогда не предлагал ему эклер за завтраком. Но он взял. И откусил. И, судя по выражению его лица, ему понравилось.

– Вкусно, – сказал он.

– Я же говорю! – я улыбнулась. – В следующий раз попробуйте с шоколадным кремом. Ещё лучше.

Мирабель хихикнула. Леди Беатрис вздохнула. Барон что-то проворчал про «несерьёзное поведение». Но лорд Даррен улыбнулся. И это было важнее всего.

Днём я исследовала замок. Точнее, я исследовала свою комнату, потом коридор, потом гостиную, потом библиотеку. В библиотеке я чуть не потеряла сознание от восторга. Там было столько книг! Полки до потолка, кожаные переплёты, золотые тиснения, запах старой бумаги. Я провела там, наверное, часа два, просто вытаскивая книги, листая их, рассматривая картинки. Мирабель нашла меня там, когда я сидела на полу в окружении десяти книг и читала одну из них вслух – сама себе, потому что не могла удержаться.

– Алиса, – сказала она, – ты чего делаешь?

– Читаю, – ответила я. – Здесь столько всего! Смотри, вот книга про оборотней. А вот про русалок. А вот – про драконов. Тут даже есть рецепты зелий. Представляешь, я могла бы сварить зелье, чтобы фикус рос быстрее!

– У тебя нет фикуса, – напомнила Мирабель.

– Ну, будет, – сказала я. – Я попрошу лорда Даррена привезти мне фикус. Или посажу его сама. В общем, неважно.

Мирабель покачала головой, но улыбнулась. Кажется, ей нравилось, что я стала такой. Ну, то есть ей нравилось, что Алиса стала такой. Она ещё не знала, что я не Алиса. И, честно говоря, я не собиралась ей рассказывать. По крайней мере, пока.

С лордом Дарреном мы виделись каждый день. Он приезжал утром, мы гуляли по саду, потом он уходил по делам, потом возвращался, и мы пили чай на веранде. И каждый раз он смотрел на меня всё более заинтересованно. Однажды он сказал:

– Леди Алиса, вы меня удивляете. Я знал вас несколько лет, и вы всегда были… сдержанной. А теперь вы смеётесь, шутите, рассказываете истории. Что случилось?

– Я просто перестала бояться, – сказала я честно. – Знаете, иногда нужно потерять всё, чтобы понять, что у тебя есть. Или что у тебя может быть.

– И что же у вас может быть? – спросил он тихо.

– Дракон, – сказала я, глядя ему в глаза. – У меня может быть дракон. И, если честно, я бы очень хотела его заполучить.

Лорд Даррен замер. Потом его глаза расширились. Потом он рассмеялся. Громко, искренне, так, что с дерева снова вспорхнули птицы.

– Леди Алиса, – сказал он, отсмеявшись, – вы невозможны.

– Я знаю, – сказала я. – Но вам же нравится.

– Нравится, – согласился он. – Очень нравится.

И он взял меня за руку. И мы пошли дальше по дорожке, мимо фонтана, мимо куста в форме дракона, который, я готова была поклясться, улыбался.

А вечером третьего дня я лежала в постели и думала о том, что, кажется, я прижилась. Я больше не чувствовала себя чужой в этом мире. Я не чувствовала себя Наташей, которая случайно попала в тело Алисы. Я чувствовала себя… собой. Просто собой. И это было здорово.

Единственное, о чём я жалела, – что не могу рассказать Алисе, как тут дела. Потому что Алиса, судя по сну, тоже приживалась. И, кажется, ей тоже нравилось. Мы, две девушки из разных миров, поменялись местами. И, кажется, обе были счастливы.

Я улыбнулась, закрыла глаза и заснула. Завтра меня ждал новый день. Новые шутки. Новые эклеры. И дракон, который смотрел на меня так, как будто я была самым большим чудом в его жизни. А может, так оно и было.

Глава 9

Глава 9

На четвёртый день, сразу после завтрака – на котором я, к слову, съела три эклера и ни капли не пожалела, – барон Готфрид отозвал меня в сторону. Ну, то есть не в сторону, а в свой кабинет. Тот самый кабинет, где, судя по запаху, он хранил не только бумаги, но и запасы коньяка. Я вошла, огляделась – тяжёлые дубовые шкафы, стол, заваленный документами, портрет какого-то сурового предка на стене, – и уселась в кресло напротив отца, стараясь выглядеть серьёзной. Получалось плохо, потому что внутри меня всё ещё прыгали эклеры и радость от того, что жизнь прекрасна.

– Алиса, – начал барон, откашлявшись. – Я хотел поговорить с тобой о свадьбе.

Я мгновенно подобралась. Ну, то есть насколько можно было подобраться после трёх эклеров. Свадьба. Та самая, которую я ждала. Та самая, которая должна была состояться через две недели. И которая, если честно, была единственным, о чём я думала в последние дни, кроме дракона, конечно.

– Да, папа? – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал от восторга.

Барон посмотрел на меня внимательно. Очень внимательно. Как будто пытался понять, не подменили ли меня. Ну, то есть он, конечно, не знал, что меня действительно подменили. Но, судя по его взгляду, он что-то подозревал.

– Лорд Даррен прислал официальное предложение, – сказал он, постукивая пальцами по столу. – С датой. Через две недели. Всё уже согласовано. Приданое, земли, титул. Тебе осталось только… – он запнулся, – подготовиться. Платье, цветы, гости. Ну, ты понимаешь.

Я понимала. О, я понимала! Платье! Цветы! Гости! Свадьба! С драконом! Я чуть не завизжала от восторга прямо там, в кабинете. Но сдержалась. Потому что барон смотрел на меня с подозрением. И я поняла, что если я сейчас начну прыгать и хлопать в ладоши, он точно решит, что меня либо прокляли, либо подменили. А мне не хотелось, чтобы меня разоблачили. По крайней мере, пока.

– Это… это замечательно, папа, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я очень рада. Правда. Очень.

Барон приподнял бровь. Одну. Ту самую, которую он, видимо, отращивал специально для выражения недоверия.

– Ты рада? – переспросил он. – Ты. Рада. Свадьбе. С лордом Дарреном.

– Ну да, – я улыбнулась. – А почему нет? Он красивый. Богатый. Молодой. Дракон, опять же. Многие девушки мечтали бы о таком женихе.

– Ты сама говорила, – напомнил барон, – что он «надоедливый, самоуверенный и слишком много улыбается». И что ты «скорее выйдешь замуж за жабу, чем за него».

Я мысленно поморщилась. Ну, Алиса, ну, дала. За жабу. Хотя, если подумать, жаба – это тоже неплохо. Но дракон лучше. Намного лучше.

– Я передумала, – сказала я. – Люди меняются, папа. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы понять, что ты ошибалась. Или одного разговора. Или одной прогулки по саду. В общем, я поняла, что лорд Даррен – это именно то, что мне нужно.

Барон молчал. Смотрел на меня. Потом откинулся в кресле и сложил руки на груди. Выражение его лица было… сложным. С одной стороны, он явно был рад, что проблема с замужеством дочери наконец решается. С другой стороны, он явно не понимал, что происходит. И это его беспокоило.

– Алиса, – сказал он наконец. – Ты уверена? Ты правда уверена? Потому что если ты просто… если ты делаешь это, чтобы меня порадовать, или чтобы доказать что-то Мирабель, или чтобы…

– Папа, – я перебила его, и голос мой звучал искренне, потому что я действительно была искренна. – Я уверена. Я хочу выйти замуж за лорда Даррена. Я хочу стать леди Даррен. Я хочу жить с ним в его замке, гулять по его саду, пить чай на его веранде. И, если честно, я хочу увидеть, как он превращается в дракона. Потому что это, наверное, самое красивое зрелище на свете.

Барон уставился на меня. Потом медленно, очень медленно, он улыбнулся. Не той улыбкой, которой он обычно улыбался, когда подписывал важные бумаги. А другой. Тёплой. Настоящей. Как будто он только что увидел что-то, чего ждал очень давно.

– Ну, – сказал он, – если ты уверена… Тогда, я думаю, пора начинать подготовку. Платье, цветы, список гостей. Леди Беатрис уже, наверное, всё распланировала. Она ждала этого дня, кажется, с твоего рождения.

– Я поговорю с мамой, – сказала я, вставая. – И с Мирабель. И с Элоизой. И, может быть, с тётей Гертрудой. Хотя она глуховата. Но это неважно. Главное – все будут в восторге.

Я уже почти выбежала из кабинета, но барон окликнул меня.

– Алиса.

Я обернулась.

– Да, папа?

– Ты… – он замялся. – Ты правда счастлива?

Я посмотрела на него. На этого сурового, немного усталого мужчину, который, кажется, только что понял, что его дочь выросла. И что она больше не колючая девчонка, которая прячется в комнате с книжками. А взрослая женщина, которая знает, чего хочет.

– Правда, папа, – сказала я. – Я правда счастлива. Спасибо тебе. За то, что не выдал меня замуж силой. За то, что ждал. За то, что верил, что я когда-нибудь… ну, поумнею.

Барон хмыкнул.

– Я не верил, – сказал он честно. – Я просто надеялся. И, кажется, дождался.

Я улыбнулась и вышла из кабинета. А в коридоре меня уже ждала Мирабель, которая, судя по её лицу, подслушивала под дверью. Ну, то есть не подслушивала, а «случайно проходила мимо». Три раза.

– Ну что? – спросила она шёпотом. – Что он сказал?

– Свадьба через две недели, – сказала я. – Готовься. Ты – подружка невесты.

Мирабель взвизгнула и обняла меня так крепко, что я чуть не задохнулась. А где-то в другом крыле замка, вероятно, лорд Даррен как раз подписывал бумаги или разговаривал с поставщиками драконьих кормов и не знал, что его невеста только что официально согласилась на свадьбу. Ну, то есть он, может, и догадывался. Но точно не знал. И это было даже приятно. Немного тайны. Немного волшебства. И много-много эклеров.

Глава 10

Глава 10

Подготовка к свадьбе началась на следующее утро. И, надо сказать, я вцепилась в неё, как голодная собака в кость. Ну, то есть как женщина, которая впервые в жизни выходит замуж за дракона и хочет, чтобы всё было идеально. Леди Беатрис, матушка, уже составила список гостей, план рассадки и меню. Мирабель взяла на себя цветы и музыку. Барон Готфрид должен был оплачивать счета и делать вид, что он тут ни при чём. А я… я решила, что буду везде совать свой нос. Везде. Абсолютно. И всё улучшать.

Первым делом я отправилась к леди Беатрис, которая сидела в малой гостиной с бумагами и выглядела так, будто решала судьбу королевства, а не меню свадебного ужина.

– Мама, – сказала я, плюхаясь рядом с ней на диван. – Я хочу помочь.

Леди Беатрис посмотрела на меня с осторожностью. Кажется, она ещё не забыла, как Алиса однажды «помогла» с организацией бала, в результате чего трое гостей получили ожоги от фейерверка, а один – психологическую травму от летающей курицы.

– Помочь? – переспросила она. – Ты уверена, дорогая?

– Абсолютно, – сказала я, заглядывая в список. – О, смотри, у нас будет жареная птица. Отлично. Только давай добавим эклеры. Много эклеров. С заварным кремом. И с шоколадным. И с клубничным. В общем, чтобы был целый стол эклеров.

Леди Беатрис моргнула.

– Целый стол… эклеров?

– Ну да, – я кивнула. – Это же свадьба. Люди должны запомнить её на всю жизнь. А что запоминается лучше, чем гора эклеров? Ничего.

Леди Беатрис что-то записала. Кажется, «эклеры – уточнить у повара». Потом посмотрела на меня и улыбнулась. Осторожно, но улыбнулась.

– Хорошо, дорогая. Эклеры. Что-нибудь ещё?

– Да, – я заглянула в список гостей. – Тётя Гертруда. Она глуховата. Давай посадим её поближе к музыкантам, чтобы она могла слышать, что играют. Или, наоборот, подальше, чтобы не слышала. В общем, на твоё усмотрение. Но я бы посадила поближе. Пусть наслаждается.

Леди Беатрис записала и это. Потом, кажется, вздохнула с облегчением. Кажется, она ожидала, что я устрою скандал, потребую отменить свадьбу или, на худой конец, закачу истерику. А я вместо этого предлагала эклеры и заботу о тёте Гертруде. Это было… неожиданно.

Дальше я отправилась к Мирабель, которая в оранжерее выбирала цветы. Там были розы, лилии, пионы, какие-то незнакомые мне цветы с лепестками, которые переливались, как крылья бабочек.

– Алиса! – воскликнула Мирабель, увидев меня. – Смотри, какие красивые! Я думаю, белые розы и вот эти, серебристые. Правда, здорово?

– Здорово, – согласилась я. – Но давай добавим чёрные розы. Те самые, из сада. Они же мои любимые. И они будут красиво смотреться с белыми.

– Чёрные розы на свадьбе? – Мирабель задумалась. – Ну, это необычно. Но… в этом что-то есть. Тайна. Загадка. Как будто невеста – немножко ведьма.

– Именно, – я улыбнулась. – Немножко ведьма. И немножко дракон. И немножко лиса. В общем, полный набор.

Мирабель рассмеялась и добавила чёрные розы в список. Потом мы обсудили музыку. Я предложила добавить что-нибудь повеселее, чтобы гости не засыпали под классические мелодии. Мирабель согласилась. Кажется, ей тоже нравилось, что я стала такой. Живой. Весёлой. Настоящей.

Потом я отправилась на кухню. Повар, толстый мужчина с усами, как у моржа, посмотрел на меня с ужасом. Кажется, он тоже помнил историю с летающей курицей.

– Миледи, – сказал он, – чем могу помочь?

– Эклерами, – сказала я. – Мне нужно много эклеров. Целый стол. С заварным кремом, с шоколадным, с клубничным. И, может быть, с чем-нибудь ещё. Придумай сам. Ты же профессионал.

Повар моргнул. Потом моргнул ещё раз. Потом улыбнулся. Кажется, он оценил.

– Будет сделано, миледи. Целый стол эклеров.

– Отлично, – я хлопнула в ладоши. – И ещё одно. На свадебном торте… ты можешь сделать фигурки дракона и лисы? Ну, чтобы они стояли рядом. Как символ.

– Лисы? – повар задумался. – Это необычно. Но я могу.

– Ты лучший, – сказала я и вышла из кухни, оставив повара в состоянии лёгкого изумления.

К обеду я успела заглянуть ещё в несколько мест: в комнату, где шили платье, где я попросила сделать рукава чуть покороче, потому что «я хочу танцевать, а не запутываться в ткани»; в зал, где расставляли столы, где я предложила поставить один стол с эклерами в центре, чтобы «все видели, что главное на этой свадьбе»; и даже к конюшне, где я попросила вымыть лошадей особенно тщательно, потому что «на свадьбе всё должно блестеть».

К вечеру я, честно говоря, устала. Но устала приятно. Я сидела на веранде, пила чай и смотрела на закат, когда услышала шаги. Лорд Даррен. Он подошёл, сел рядом и посмотрел на меня с таким выражением, будто я была чем-то невероятным.

– Леди Алиса, – сказал он. – Я слышал, вы сегодня перевернули весь замок вверх дном.

– Не весь, – я улыбнулась. – Только половину. И не вверх дном, а… немного улучшила. Эклеры, чёрные розы, фигурки дракона и лисы на торте. Ну, и ещё кое-что по мелочи.

Лорд Даррен рассмеялся. Тихо, искренне.

– Вы удивительная, – сказал он. – Я знал вас несколько лет, и вы всегда были… сдержанной. А теперь вы носитесь по замку, спорите с поваром, добавляете чёрные розы в свадебный букет и заказываете эклеры целыми столами. Что случилось?

– Я просто перестала бояться, – сказала я. – И поняла, что свадьба – это не страшно. Это весело. Особенно если есть эклеры.

Лорд Даррен посмотрел на меня. Потом взял за руку. Потом улыбнулся так, что у меня внутри всё перевернулось.

– Вы правы, – сказал он. – Это весело. И я очень рад, что вы… что вы такая. Именно такая.

– Какая? – спросила я.

– Настоящая, – сказал он. – Живая. Счастливая. Моя.

Я не знала, что ответить. Поэтому просто сжала его руку и посмотрела на закат. А где-то в замке повар делал эклеры, Мирабель добавляла чёрные розы в букет, а леди Беатрис переписывала список гостей, сажая тётю Гертруду поближе к музыкантам. И всё это было ради меня. Ради нас. И это было самое лучшее чувство на свете.