Текст книги "Олигархов надо (ка)лечить (СИ)"

Автор книги: Надежда Волгина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 18

Натали

Когда Натали услышала бум-бах и суровый мужской стон, наполненный мукой, в первый момент решила, что приснился ей страшный сон. Но стон вскоре повторился – более протяжный и еще более мучительный. Тогда она окончательно проснулась и вскочила с дивана, чувствуя, как колотится сердце.

Еще стояла глубокая ночь, а стонал кто-то у нее во дворе. Сомнений не осталось в этом факте – кто-то к ней пожаловал, и с этим кем-то что-то случилось. Осознание принесло новый страх, да и не происходило такого раньше.

Натали быстро оделась и хотела уже тихо выйти из дому, сжимая в руке фонарь, как затормозила, осененная мыслью. Ну точно! Мамонтова в спальне не оказалось, все сошлось – стонал он. Да и очень это было похоже на то, что слышала не так давно в лесу. Но почему?! Что он делает ночью на улице? Ната почувствовала, как на коже выступил липкий пот. Разбираться в причине не стала, а скорее поспешила на улицу, светя себе фонарем.

Она не боялась ночи. Не страшны ей были лесные звери. Не опасалась она односельчан. А вот неизвестность пугала, потому и торопилась выяснить уже все.

– Мамонтов, ты, что ли? – посветила она на мужскую спину в майке. – Что ты тут делаешь?

Он сидел спиной к ней, прямо на земле и не переставал приглушенно стонать, периодически выругиваясь и в чем-то копошась.

– Умираю, что же еще, – мученически отозвался он.

– Ну знаешь!.. Давай ты это будешь делать не у меня и не ночью, – проворчала Ната, приближаясь к нему.

– Зачем в лицо светить?! – зажмурился он, и Ната сообразила сместить фонарь. – Нога…

– Господь! А это что такое??? – в ужасе разглядывала она капкан, что мертвой хваткой вцепился Мамонтову в ногу. – Откуда это тут?

– Я думал, твоих рук дело, – нашел в себе силы усмехнуться Мамонтов, и Ната невольно оценила в нем и чувство юмора, и стойкость духа. Только вот, не до того сейчас было.

– Я сейчас, – помчалась она к сараю за палкой.

Капкан нужно было разомкнуть и поскорее освободить его ногу. С ранами уже будет разбираться потом и дома.

Вернулась она через минуту уже и вставила палку между железными «челюстями».

– Давай я, – перехватил палку Мамонтов, когда ее сил не хватило, чтобы разжать «челюсти».

С первого раза не получилось, и Нате даже жалко стало этого мужчину, что душераздирающе застонал от новой волны боли. Но уже следом удалось освободить его ногу.

– Ну все, теперь аккуратно вставай, – подхватила Ната Мамонтова под руку и потянула вверх. – На ногу старайся не наступать. Дома посмотрю, что там с ней. Допрыгаешь? – позволила она Мамонтову обнять себя за плечи и навалиться всей своей тушей.

Оставалось надеяться, что от такой нагрузки позвоночник ее не осыплется. Да и потяжелее таскала, – вспомнила она, как транспортировала его из лесу.

В доме первым делом удобно устроила Мамонтова и его ногу на диване (прямо на своей импровизированной кровати, – мелькнуло недовольство, которое Ната отогнала) и рассмотрела рану.

– Кости вроде целы. Ну-ка, пошевели пальцами, – пострадавший подчинился с гримасой боли на лице. – Отлично! Целы. Но раны глубокие. Сейчас мы их промоем и остановим кровь (которая уже перепачкала ее постель). Некоторые зашьем, – предупредила она, и ответом ей послужил тяжкий вздох.

Во время всей процедуры Ната была предельно сосредоточена и ловка, а Мамонтов оставался на высоте. Он не дергался, не стонал и, вообще, проявлял нешуточную выдержку. Ната даже зауважала его. Ну, временно, конечно, пока не спадет к нему сострадание. А оно уже начинало спадать, уступая место раздражению.

– Ты чего ночью на улицу поперся?! – накинулась она на него сразу же, как закончила перебинтовывать ногу.

– Вообще-то, в туалет! – ответно возмутился он. – Не под себя же мне ходить…

Об этом она как-то не подумала.

– Успел хоть? – уже более спокойно поинтересовалась.

– Слава богу, да. И знаешь, что? – задумчиво посмотрел на нее Мамонтов.

– Что?

– А то, что на пути туда капкана не было. Вот что!

– Как это так? Может, ты не заметил?..

– Точно, не было. Когда я шел туда, светила луна. А обратно она скрылась за тучей. Темно было, как… в общем, темно. Да и такую бандуру я бы точно заметил, если бы видел.

Ната призадумалась. Что же получается? Кто-то подкараулил Мамонтова, когда тот вышел из дома и скрылся в туалете. Потом этот кто-то проник во двор, подложил капкан и снова спрятался. При этом, ему сказочно повезло, что луна спряталась тоже. Ну нет, так разве бывает?

– А кому это надо? – задала Натали самый актуальный вопрос.

– Не поверишь, но я и сам ломаю над этим голову, – усмехнулся Мамонтов.

Боль у него в ноге заметно притупилась, после таблетки, которую Ната заставила его проглотить. Он уже и сидел спокойнее, и перестал гримасничать.

– Не те же это, от кого ты прячешься тут, – продолжала вслух рассуждать Ната. – Я полагала, они посерьезнее будут, и сразу пристрелят тебя. А тут… какая-то мелкая мстительность получается…

– Спасибо тебе за «пристрелят». Ты, как обычно, сама доброта, – скривился Мамонтов.

– Да было бы за что, – не промолчала Натали. – В тебя и стрелять не нужно, сам, вон, находишь возможность калечиться, – кивнула она на ногу, что продолжала покоиться на ее кровати. – Про таких, как ты, моя бабушка говорила: «Бедовый человек всегда найдет приключения на свою бедовую задницу».

– Тебя послушать, так я сам себе подложил капкан, а потом специально сунул в него ногу. Это уже садо-мазо какое-то получается.

– Это уже был бы явный перебор, – не выдержала и рассмеялась Ната.

Странную они представляли, должно быть, сейчас картину: Мамонтов – на ее кровати с перебинтованной ногой, в майке и трусах, и она – сидя на полу возле дивана. Что-то даже сил подняться не осталось. А на улице, тем временем, царила ночь, когда все нормальные люди спят, а не соревнуются в остротах.

– Теперь ты не будешь сопротивляться оборудованию нормального туалета у тебя в доме? – поинтересовался Мамонтов, когда оба они отсмеялись. – А то так я и недели не протяну…

– Пожалуй, не буду, – согласилась Ната.

Да, пусть делает, что хочет. Его деньги. Пусть тратит, если они шальные.

– И завтра ты договоришься с работниками? Вернее, уже сегодня.

– Договорюсь… И постараюсь выяснить, кто же это тебя так невзлюбил, – еще сильнее, чем она, пожалуй, – это Ната добавила уже про себя.

Глава 19

Савелий

Денис позвонил именно в тот момент, когда Савелий неимоверно собой гордился, любуясь идеально разрубленным поленом. Первым! Не помешала даже больная нога, хоть и беспокоила она его неслабо. Нога в кроссовок не влезла, пришлось оставить ее в тапочке. Да и наступать на нее было больно.

Натали сразу после завтрака отправилась в деревню. Не обошлось без дополнительных убеждений и разъяснений. Савелий далеко не был уверен, что она сдалась, но очень на это надеялся. Он судил со своей колокольни, что в таких условиях жить невозможно. Ну и у него была возможность помочь ей, так почему бы нет.

Ночное происшествие он отнес к категории странных и пока не объяснимых. Не сомневался, что те, кто покушался на него ранее, не имели к этому никакого отношения. Именно поэтому, ничего не стал рассказывать Денису.

– Есть новости? – поинтересовался Савелий.

– Если честно, не особо, – отозвался Денис. – А точнее, ничего такого, о чем бы ты уже не знал, я сообщить тебе не смогу. Да, Бьянка работала на том заводе, которым руководил твой отец. Рогожин там числился исполнительным директором. Я нашел сотрудницу бухгалтерии, что работала под началом Бьянки и трудится на заводе по сей день. Единственное, что удалось узнать от нее, это то, что главный бухгалтер не отличалась общительностью, была довольно высокомерной особой, царствие ей небесное, конечно. Ни с кем близко не сходилась, работу свою любила и делала хорошо. У руководства была на высоком счету. Никаких предположений, почему же она решила уйти из жизни, у сотрудницы не было. Единственное она рассказала, что может показаться подозрительным, так это явно не профессиональный интерес к Бьянке Рогожина. Но об этом, думаю, тебе отец сможет рассказать больше. Так что, Сава, если хочешь и дальше копать, то придется пообщаться с Евгением Семеновичем.

После разговора с начальником охраны Савелий еще долго предавался размышлениям, пока не понял, что сообщение об интересе Рогожина к матери Наты его сильно зацепило. Шестое чувство подсказывало, что именно в нем кроется корень зла. Но чтобы получить хоть какие-то подробности, придется связываться с отцом. С этим он затягивать тоже не стал и набрал отца. Только вот, поговорить не получилось – отец велел позвонить вечером, когда будет дома. Он вел себя так, словно ничего необычного с Савелием и не случилось в последнее время. Впрочем, в этом отец был весь – всегда очень занятой, говорящий исключительно по существу и коротко, как будто каждое его слово ценилось на вес золота. Этому Савелий не удивлялся – с таким отцом он вырос и такого любил.

Натали задерживалась. Когда понял, что устал слоняться по дому и изнудился в конец, Савелий решил выйти Натали навстречу. Да, поступок из области легкомысленных и безответственных. Еще далеко не вечер, светлым-светло, и его могут увидеть те, кто не должен. Но и томиться в четырех стенах он больше не мог. Кроме того, с чего-то начал волноваться.

Натали

– Теть Свет, а Димка дома? – крикнула Натали через калитку, заметив маму Димы на огороде.

– Нет его, Наташенька. В мастерской с самого утра. Да ты заходи, я как раз чайник поставила, – махнула ей женщина рукой.

– Не могу, теть Свет, тороплюсь. Загляну в мастерскую.

– Ничего не случилось? Все у тебя хорошо?

– Все отлично, теть Свет! – прокричала Ната в ответ.

Знала бы эта добрая душа, насколько все обстояло наоборот. Только вот, ее проблемы – только ее проблемы, незачем перевешивать их на кого-то еще. Да и она сама со всем в силах справиться.

С самого утра Ната не переставала ломать голову, каким образом у нее во дворе появился капкан. Кому это понадобилось? Кто захотел навредить ей, да еще и так нелепо? Наслаждаясь утренней прохладой, Ната не торопилась поскорее дойти до деревни, а брела по дороге медленно, вдыхая чистый воздух и продолжая усиленно размышлять.

У кого точно есть капкан в их деревне? У тех, кто промышляет браконьерством в лесу – это факт. Таких человек она знала нескольких, и одним из них был отец Димы.

Как только в голове мелькнула догадка, так сразу же она начала крепнуть. Димка Строганов обидчивый с детства. Уж кому, как не Нате это знать – сколько дралась она с ним в школе, когда со всей дури дергал ее за косы от своих обид. Она его колотила учебниками и портфелем за это. Но и с годами он не стал менее обидчивым. Вот и вчера сразу же надулся, когда отказалась Ната идти с ним на свидание. А когда и в дом не пригласила, поди, надумал себе невесть что. Но даже от него Ната не ожидала подобной подлости. Неужто специально дежурил ночью у ее дома, да еще и с капканом? А тут еще и Мамонтову приспичило…

Как бы там ни было, но отоварившись по мелочи в магазине, Ната оставила пока все у Веры, а сама отправилась выводить друга детства и горе-ухажера на чистую воду. И сейчас вот она направлялась в автомастерскую, где и работал механиком Дима.

– Натка, привет! – вышел ей навстречу Андрюха Лукин. И с ним она тоже когда-то училась в одном классе. Только друзьями в школе они не были и общаться начали уже после окончания школы. – Это правда, что ты ремонт затеяла?

– Откуда знаешь? – нахмурилась Ната.

– Так… все уже знают, что у тебя богатый родственник объявился.

С трудом подавив тяжкий вздох, Ната сделала разумный вывод, что даже если бы она никому ничего не сказала, если бы Вера не увидела Мамонтова, если бы он вообще никуда не выходил из дома, в их деревне эта информация все равно просочилась бы сквозь стены и быстро распространилась бы как какой-нибудь вирус.

– Ну, да, затеяла, – вынуждена была признаться.

– Слушай, так давай моего батю с бригадой подпрягу. Сделают все быстро, недорого и качественно.

– А давай! – даже обрадовалась Ната. Ведь за всеми своими мыслями совершенно забыла, что обещала Мамонтову. Он же как пиявка – снова начнет обрабатывать ее.

– Отлично! Тогда я бате скажу, чтобы зашел к тебе сегодня. Кстати, а ты чего к нам? – спохватился Андрей.

– Димка тут? Нужен он мне срочно.

– Тут, на эстакаде. Сейчас позову… Присаживайся, – смахнул он несуществующую пыль с отполированной за годы службы табуретки.

Ждать долго не пришлось – Дима вышел почти сразу. Весь в мазуте он вытирал о тряпку руки. И смотрел на Нату так, что подозрения быстро переросли в уверенность.

– Привет, – буркнул Дима и направился к выходу.

Нате ничего не оставалось, как последовать за ним. Во дворе Дима остановился и повернулся к ней лицом. Он ждал, и по его лицу Ната видела, что знает он, зачем она пришла.

– Дим, ты зачем это сделал? – строго спросила Ната.

– Что именно?

– Ты знаешь, что, – нахмурилась она.

– А ты не скучаешь, как я погляжу, дружка себе завела, – растянул он губы в недоброй улыбке.

– Это не дружок мой! – повысила Ната голос. – И за покушение на его жизнь тебе могут впаять срок!

– Да ладно тебе, от капкана еще никто не умирал.

– Спорное утверждение, – усмехнулась Ната. – И ты раскололся. В общем так, еще раз такое себе позволишь, разговаривать будешь в участке, понял? И это не мой ухажер, а мой дядя!

– Ага, это ты Верке рассказывай…

Вот же Верка трепло! Просила же держать язык за зубами. И нашла кому проболтаться – Димке!

– Капкан верни. Сегодня зайду за ним.

– Еще чего! Теперь твой капкан – мой трофей. А если сунешься к нам, натравлю на тебя дядю. Он у меня, знаешь, какой!..

А какой, собственно, Мамонтов? Он хоть постоять за себя сможет, если потребуется? Пока все чаще Ната его спасала от разных напастей, которые он с завидным постоянством навлекает на свою голову. Но Диме об этом знать не обязательно. Пусть думает, что дядя у нее не только богатый, но еще и крутой. Впрочем, Дима, кажется, так и не поверил, что Мамонтов ее дядя.

Глава 20

Натали

Когда Ната на дороге, ведущей к ее дому и лесу, разглядела знакомый силуэт, то сначала глазам своим не поверила. Он рехнулся?! Решил погулять средь бела дня? Вышагивает себе – грудь колесом. Да он же сейчас ходячая мишень. Ната даже прибавила шагу, когда представила себе за каждым деревом по снайперу.

– Ты спятил?! – набросилась она на Мамонтова, стоило только поравняться с ним. – Острых ощущений захотелось?

– Не отказался бы, если честно, – расплылся в довольной улыбке он. – Надоело сидеть дома, решил вот выйти тебе навстречу.

– Встретил? А теперь марш обратно! – чуть ли не побежала Ната к дому, благо, до того было уже рукой подать.

Дома сначала всячески пыталась побороть злость, и уже потом вновь заговорила.

– Слушай, зачем ты просишь меня прятать тебя у себя, если сам не соблюдаешь элементарную осторожность? Мало тебе одного покушения? Хочешь, чтобы тебя непременно кокнули? Ну так, вали отсюда – я этого видеть не хочу!

На ее тираду, в которую она вложила столько эмоций, Мамонтов почти никак не отреагировал. А потом еще и заявил:

– Когда привыкаешь практически к полному отсутствию свободного времени, трудно так сразу перестроиться. Здесь мне совершенно нечем заняться, не дрова же колоть целыми днями.

– Кашеварь!

– Целый день? – рассмеялся Мамонтов. – Я, конечно, люблю готовить, но ключевые слова тут «иногда» и «редко». Обычно этим у меня занимается кухарка.

– Хорошо. Чем еще ты любишь заниматься? – уселась Ната на диван. Ноги гудели от долгой прогулки. Хотелось обмыться, переодеться и просто полежать потом хоть немного. Для этих целей у нее и гамак имелся. Но этот… теперь вот она вынуждена под него подстраиваться и лишаться всех привычных свобод.

– Кроме бизнес аналитики? – задумчиво протянул он. – И полетов?.. На мотоцикле люблю погонять, хоть и редко выпадает такая возможность. Есть у меня парочка в гараже – настоящие звери, – мечтательно добавил.

– Не хобби, а мечта, – усмехнулась Ната. – Мотоцикла я тебе тут точно не найду, разве что, одолжить у Геннадьича с коляской. Станешь местной достопримечательностью – рокер-колясочник, – рассмеялась она, представив себя Мамонтова на таком агрегате.

– Спасибо, обойдусь, – с улыбкой он смотрел на нее смеющуюся. – Какие еще будут предложения? И кстати, договорилась ты со строителями?

– Да. Вечером придет прораб, побеседуешь с ним…

Это она произнесла машинально, задумавшись, чем таким полезным можно занять этого тунеядца, чтобы без дела не слонялся и пользу приносил.

Огород ему не поручишь – не умеет, да и светиться будет почем зря.

Можно, конечно, привлекать его к своей работе с травами, поручать что-нибудь механическое, нарезать там, перетереть… Но она и сама с этим замечательно справляется. Мамонтов только мешать ей будет. Занимаясь травами, вдыхая их ароматы, Ната любила отпускать фантазию, думать о всяком разном, мечтать. И помехи ей ни к чему.

Его и в лес не отправишь – чего он там ей наберет, да и сгинет раньше.

Все размышления Наты свелись к одному – Мамонтов совершенно бесполезный элемент в ее настоящем жизненном отрезке. Но и прогнать его она не сможет.

– Вижу, что выводы ты сделала не в мою пользу, – раздался его насмешливый голос. Оказывается, все время, что Ната размышляла, Мамонтов внимательно наблюдал за ней.

– Они сами напросились, – с неохотой отозвалась Ната.

– У меня есть предложение.

– И какое же? – скептически поинтересовалась она.

Не нравился ей загадочный вид Мамонтова, и уже заранее она готова была отказаться от его предложения. Но вежливости ради, нужно хотя бы выслушать его.

– Каждый вечер я буду устраивать тебе какой-нибудь сюрприз…

– Ты и сюрприз? – перебила его Ната. – Что-то смесь не внушает мне доверия. Как бы она не оказалась опасной для жизни, – саркастически добавила.

– Ну кто бы сомневался, что реакция будет именно такой, – рассмеялся Мамонтов. Весело ему, видите ли! – А ты попробуй, не зарекайся раньше времени. Кто знает, мои сюрпризы могут прийтись тебе по вкусу.

– Ну допустим, я соглашусь, дальше что? – окинула его Ната недоверчивым взглядом.

– Итак, каждый вечер с меня сюрприз, начиная с завтрашнего дня. Мне же нужно подготовиться, как ты понимаешь. Если по твоему мнению сюрприз удался, то в мою копилку ты добавляешь плюсик к карме. Когда этих плюсов наберется десять…

– Не слишком сложная схема? – снова перебила его Ната.

– Такой она только на первый взгляд кажется. Но я могу рассчитывать на твою честность? Ты же не станешь скрывать, если сюрприз тебе понравится?

– Могла бы, но не буду, так уж и быть, – растянула Ната губы в улыбке.

– Так мы договорились?

– Ладно, – нехотя согласилась Ната, хоть и меньше всего ей нужны были какие-то там сюрпризы, да еще и от кого! – А сейчас могу я тебя попросить чем-нибудь занять себя и дать мне возможность поработать?

– В моей помощь ты, конечно же, не нуждаешься?

– Угадал!

– Эх, так и придется залечь с книжкой, – вздохнул Мамонтов и поплелся в спальню.

Эх, а вот она не может последовать его примеру, хоть и очень хочется. Сама виновата – нечего корчить из себя трудоголика, когда больше всего хочется отдохнуть. Так и придется отправиться на огород. Хорошо хоть сегодня не так жарко, а солнце все больше прячется за тучами. Кстати, нужно поторопиться, скоро начнется ливень, – спохватилась Ната и уже более бодро покинула дом.

Пропалывая грядки, она не могла избавиться от воспоминаний о недавнем разговоре. И что за сюрпризы он собирается готовить в ее же доме? Даже смешно… И опасно, однако. Сюрприз от Мамонтова – жди беды. Почему-то именно так Нате и казалось. Может, стоит отказаться от этой затеи, пока не поздно? А то закончится всё каким-нибудь катаклизмом. Или она специально себя накручивает, заставляет не ждать от него ничего хорошего? Скорее всего, так оно и есть.

Ната как раз успела прополоть огород, как раздался раскат грома и хлынул дождь. Гром не страшен, когда раздается не сразу после молнии. Страшно оказаться в эпицентре грозы, а так… можно даже не торопиться в дом. Что Ната и сделала, с удовольствием подставляя себя теплым и упругим струям, задирая лицо вверх и разводя руки в стороны.

Как же она любила мокнуть под дождем, с детства! В таким моменты ей казалось, что становится чище. И не только тело, но и душа. Дождь смывает грусть и тоску. Он же наполняет душу свежестью, а голову новыми и радостными мыслями. Капелька адреналина от грома и молнии пробуждают дух авантюризма и желание приключений. И пусть приключений в ее жизни немного, но есть же. Взять хотя бы крушение самолета с Мамонтовым младшим за штурвалом. Чем не приключение?

– Не боишься простудиться? – раздался голос Мамонтова.

Дверь в дом была распахнута, и он стоял в проеме и наблюдал за Натой. Как долго он уже там торчит?

– Не простужусь, – взбежала она на крыльцо, под козырек и отжала волосы. Даже он не сможет сейчас испортить ей настроения. – Обожаю дождь! – весело заявила она и прошмыгнула мимо мужчины, который как-то странно на нее смотрел. Так странно, что она невольно смутилась. Еще и пялиться вздумал!

И лишь в доме Ната сообразила, что мокрая рубаха облепила ее тело, прорисовывая все его изгибы и выпуклости. Черт! На выпуклости-то он и пялился!