Текст книги "Безумцы в клетках (СИ)"
Автор книги: Надежда Олишевец
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
Все мое тело сотрясают рыдания. Я уже не могу остановиться.
– Пожалуйста, не трогай меня, – бессвязно шепчу, в то же время, пытаясь забиться под кровать.
Это вызывает у Кайла недоумение, он даже некоторое время стоит с непонимающим лицом, после чего вытягивает меня из-под кровати, куда я почти наполовину спряталась. Садист в кресле, стоящее около кровати, молча достает из тумбочки бинты и антисептик. Потом подходит ко мне, парой легких движений избавляет от одежды и повязок на спине. Долго всматривается, после чего начинает обрабатывать спину, а также новые раны. На затылке он медлит, после чего я замечаю, что на его пальцах осталась кровь.
– Эми… Несчастная девочка… Что же я с тобой сделал…
Его голос выражает полное, отчаянное раскаяние. В какой-то момент я даже немного верю ему. Он не просто так здесь. Но я все равно не прощу всего этого.
– Кайл, прошу тебя, отпусти меня. Пожалуйста, Кайл! Прекрати все это. Я так не могу, – моя истерика сменилась тихими, горькими слезами. Но я все еще верю, что сейчас появился шанс на то, что он отпустит меня. Наивная идиотка.
– Что ты! Это невозможно, – чувствую, как его руки разворачивает меня к нему лицом, и он впивается в мои разбитые губы жестоким поцелуем, вскрывая зубами едва зажившие ранки. Рот наполняется вкусом крови.
Кайл предельно осторожно – как никогда, подводит меня ближе к кровати, чтобы потом уронить в постель. Я падаю на спину, что вызывает долгое шипение от вызванной боли.
– Прости.
Кайл переворачивает меня на живот, заставляя прогнуться в пояснице и слегка привстать на саднящих коленях, после чего меня начинает охватывать паника, смешивающаяся с тошнотворным удовольствием от поцелуев с укусами на моей шее и плечах. Порыв холодного ветра из окна только обостряет мои ощущения – кожу пронизывает насквозь, вызывая множество мурашек. Через короткое мгновение я слышу, как упала на пол его рубашка, а потом – звук открывающейся молнии на его джинсах. Еще несколько секунд – и в меня мучительно долго проникает его член. Это сравнимо с кинжалом, который медленно вводят под кожу, не проникая глубже в покровы, дабы не нарушить полноценную целостность, но заставить человека страдать. Я задерживаю дыхание, чувствуя, как по холодным щекам вновь стекают горячие слезы, не могу произнести ни звука. Закрываю глаза, стараюсь отвлечься от происходящего, словно все это – не со мной. Это избитое, израненное тело, в которое сейчас вбивается монстр с глазами цвета тумана – не я. Разбитое, уничтоженное существо – не я.
Я где-то далеко отсюда, теряюсь среди миллионов звезд, кутаюсь в пелену ночного неба. И чувствую не тяжесть внизу живота, а легкость во всем теле. Словно призрак. Невесомый и несуществующий.
Только вот из космоса меня выдергивают мощные толчки, а через короткий миг чувствую, что мое тело заваливается куда-то вперед, и сознание покидает меня окончательно. Это и неудивительно, учитывая силу удара по затылку. Надеюсь, что на этот раз я никогда не очнусь…
========== Часть 21 ==========
Меня слегка покачивает на волнах сна, если это можно назвать сном, ведь я очень редко засыпаю в прямом смысле этого слова. Все ведь гораздо проще – удар, отключка. Но мне совершенно не важно, что сейчас со мной. Самое главное – мне хорошо. Я в тепле и спокойствии.Не будь чувства маленькой электродрели в затылке – и можно было бы сказать, что все прекрасно.
Стараясь отключиться от этого противного, жужжащего чувства, я вновь уплываю куда-то подальше, но оно не отступает. Сопротивляясь боли, я начинаю мгновенно приходить в себя. И лучше бы я этого не делала!
Меня зверски трясет в какой-то колымаге, которой следовало отправиться на свалку еще до моего рождения. Именно с пробуждением на меня обрушились все мерзкие чувства разом – ноющая боль в голове, отчетливый привкус крови во рту. Я чувствую, как саднят разбитые колени, насколько колючее одеяло, в которое я укутана. Чувствую даже как неприязненно стягивает губы застывшая кровь. Но самое отвратительное здесь – веселее пение Кайла, который лихо несется по трассе и подпевает старой попсовой песенке, льющейся из колонок.
–Ты уже очнулась? – обращает он на меня свое внимание, – Я уже думал, что ненароком пришиб тебя окончательно. Но слабый пульс ясно давал понять, что выбрасывать тебя в канаву еще рано. Ну и долго же ты провалялась в отключке!
Кайл заходится в хриплом смехе, а мне становится жутко. За окном темно – но это дает мне совершенно мало информации о том, сколько я была без сознания. А спрашивать у него не сильно то хочется.
Пытаюсь сесть, это удается только с третьей попытки. Кости ломит. Болит практически всё. А виновник моих травм весело насвистывает примитивный мотивчик. Ненавижу, боже!
– Знаешь, Кайл, – неожиданно говорю я, – ты меня заебал! Я тебя просто ненавижу!
Вот так. Словно я обрела непобедимую силу или бессмертие. Словно я уже ничего не боюсь. У меня разбито лицо и поэтому, я думаю, от очередного удара уже ничего не изменится. Наверно, мне впервые действительно плевать.
Вопреки ожиданиям, я получаю не пощечину, а хлесткий удар его смеха, больно резанувшего по ушам.
– Ты такая забавная, малышка.
–Хуже тебя я никого не встречала.
–Я знал, что ты меня любишь.
Какое-то время мы молча несемся по ночной трассе, сопровождаемые лишь отвратительными звуками радио.
Наконец я не выдерживаю:
– Куда мы едем?
–Интересный вопрос. Я пока сам не знаю.
– Мы вернемся в клинику?
–О, нет. Нам там делать больше нечего. Мы здоровы.
Это вызывает у меня приступ истерического смеха, болью отзывающегося в каждой клеточке тела. Мы – здоровы? Нет! Мы чертовски больны. Оба. Кайл – сгнившая тварь. И он отравляет своим трупным ядом и меня. Мне требуется помощь, причем срочная.
Именно это я и озвучиваю ему, но Кайл лишь отмахивается, считая, что раны заживут и без медицинского вмешательства.
Меня, конечно, сложившаяся ситуация ничуть не радует. Псих, устроивший мне “сладкую” жизнь в клинике, теперь похитил меня и везет неизвестно куда. Что может быть лучше? Только тщетные попытки сбежать. Почему тщетные? А потому, что в последнее время фортуна явно повернулась мне причинным местом.
Мои мысли прервал высветившийся полицейский патруль, чьё появление вызвало у меня бурный прилив радости. А вот Кайл заметно напрягся.
–Сиди тихо, – буркнул он мне и вышел из машины.
Пытаясь выскочить следом, я наткнулась ногой на что-то мягкое и слизкое. Что-то очень отвратительное. Щелкнув тусклой лампочкой, я попыталась разглядеть это нечто. И едва сдержала свой крик: в моих ногах, окровавленной, бесформенной лужицей лежал Марк, которого я узнала только по ошметкам одежды, ведь его лицо представляло собой настолько отвратительное зрелище, какого я не видела ни в одном фильме ужасов.
Всё произошло моментально. Кажется, Кайл только выходил из машины, растянув губы в широкой улыбке, внушая фараону пьяного глупца, который не представляет опасности. Я до сих пор не понимаю, как вышло произошедшее далее. Одним ударом оглушив копа, Кайл выхватил у того оружие, прицельно метя в подоспевшего напарника своей пораженной жертвы. Как можно быть настолько идеальной машиной для убийств? Да, в этом он был идеален. Не настолько, чтобы снять фильм : все-таки, его первый выстрел попал в полицейскую машину, второй полицейскому в руку. И только третий, сделанный практически в упор – в голову. Развернувшись, Кайл добил пулей первого. После чего восторженно осмотрел оружие со всех сторон. И лишь потом направился обратно к машине.
Меня трясло от ужаса. Обхватив руками колени, я пыталась успокоить нервную дрожь, но не получалось. Даже не сразу заметила, что по израненному лицу стекают слезы. Я боялась его и раньше, но тогда еще не могла осознать в полной мере, что Кайл способен на убийство. Сейчас же, с двумя трупами на трассе и, возможно, одним в машине, Кайл предстал передо мной в своем истинно демонском облике.
“Ты нравишься моим демонам” – сказал он при знакомстве, но я тогда и подумать не могла, что он и правда, словно паразитами, кишит этими демонами.
–Марк, – я дотронулась до окровавленного тела пальцами, но никакой реакции не последовало.
Зато, когда Кайл распахнул ржавую дверь колымаги и со словами “А тебе, мой друг, пора”, вытянув Марка на обочину, я услышала едва различимый стон. Даже если Марк жив, ему, однозначно, требуется медицинская помощь.
Мой зверь рухнул возле меня и, слегка приобняв, жестоко ухмыльнулся.
– И вновь мы вдвоем. И нам больше никто не помешает.
Он впился в мой рот грубым поцелуем, задевая едва затянувшиеся ранки на губах.
Как же я его ненавижу!
Комментарий к
Что сказать… Я вернулась, если хоть кто-то ждал.
========== Часть 23 ==========
А потом я потеряла счет времени. Казалось, что мы уже целую вечность несемся по трассе, изредка останавливаясь в придорожных закусочных. Около одной из них, Кайл быстро, без изощрения и насилия, трахнул меня в грязном туалете и мы поехали дальше. Я почти ничего не ела, все эти ароматные блинчики, зажаристые кусочки бекона с омлетом и горячие бутерброды громоздились за нашим столом в каждой забегаловке, но абсолютно не вызывали аппетита. Изредка мне приходилось что-то проглатывать – когда в чертовых глазах Кайла начинал плескаться гнев такой силы, что рисковать ни капли не хотелось.
Также я все время спала, изредка просыпаясь лишь когда мы подъезжали к вышеупомянутым кафе. Не знаю, спал ли вообще Кайл, но я ни разу не застала его спящим. Иначе бы попыталась сбежать. Возможно, он понимал, что рано или поздно, я попытаюсь это сделать. А я с ужасом ждала, когда мы прибудем в точку назначения. Ведь пока Кайл занят дорогой – я в относительной безопасности. Но, все-таки, в населенной местности шанс сбежать и обратиться в полицию гораздо выше.
Однажды мне все-таки выпала возможность побега, когда Кайл повздорил с каким-то бродягой и был отвлечен дракой. Но действовала я вяло, всего лишь попытавшись словить машину из череды мимо проезжающих авто. Где-то на подсознательном уровне я прекрасно понимала, что у меня ничего не выйдет. И была права, когда все-таки мне удалось привлечь внимание водителя старенького пикапа, попыталась объяснить, в какую ситуацию попала.
Именно в этот момент появился Кайл, сплошь в окровавленной одежде, хозяйским жестом закинул меня на плечо и усмехнувшись, сказал водителю, что его жена, то есть я, слегка обижена небольшой семейной ссорой. Не думаю, что это звучало правдоподобно, но вмешиваться водитель явно не пожелал.
На удивление, за это мне не было ничего. Я была обескуражена, когда Кайл угрюмо закинул меня в машину и поехал дальше. Видимо, в драке он выбросил основную часть своей агрессии и на меня уже не осталось ярости. Ну, мне так только лучше. Решив не злить его лишний раз, я свернулась на заднем сидении и заснула.
Еще один неприятный факт – в машине стоял стальной запах крови. Как я подозреваю, крови Марка. От этого мне было жутко, я ни на секунду не могла забыть то, что с ним сделал этот монстр. Но больше всего было жаль себя. Пусть сколько угодно говорят, что жалость к себе – низменно и отвратительно. Я итак на самом дне и пожалеть себя могу только я сама, остальным глубоко плевать. Я тяжело переносила боль, гораздо тяжелее чем обычно. А еще меня постоянно тошнило, однажды даже вырвало. Причем, Кайлу на затылок. Этот псих решил сменить манеру поведения. Ведь вместе мощных затрещин, я получила возможность принять душ в каком-то дешевом клоповнике, который первый встретился нам в пути. И даже некоторое время смогла поспать на неудобной, жесткой кровати. Которая после сна на заднем сидении, показалась мне просто королевским ложе.
Но в каждом пути есть, к счастью, конец. Так, через неизвестное время, мы все-таки прибыли.
Стоит ли говорить, что такой извращенец мог выбрать только большой, шумный город? Лучшего места, чтобы затеряться паре психов – не найти. Кайл предпочел самый грязный, неблагополучный район города. Здесь он снял такую же грязную, двухкомнатную квартирку-студию. На удивление, после того как я отмыла каждый угол, здесь оказалось вполне неплохо. Конечно, слегка ободранные обои на стенах и покосившиеся окна, не прибавляли комфорта. Но о каком комфорте можно говорить в моей жизни, когда рядом этот мерзавец?
–Здесь мы начнем нашу новую жизнь, – он поразительно нежно поцеловал мои пальцы и кровожадно усмехнулся, – Как на счет вечеринки?
Я с сомнением оглядела пространство вокруг:
–Ты уверен, что здесь это будет реально устроить?
Кажется, какая-то частица разума жила в этой ядовитой твари. Обведя взглядом наше более чем убогое жилье, он согласился.
А уже к вечеру, напялив на меня самое проститутское глянцевое платье в этом городе, Кайл потащил меня “вливаться в высшее общество”.
Так мы и оказались в этом странном доме. Снаружи он казался семейным, симпатичным коттеджем, в котором непременно должна жить большая семья. Внутри же место было совсем иным:в темноте яркими всполохами загорались неоновые огни, в некоторых комнатах от музыки закладывало уши. В других же царила полутьма и едва различимое пение. Таких комнат было три, в одной я обнаружила несколько человеческих силуэтов, сплетенных словно змеи, вторая была занята парнями, которые настолько потонули в карточном азарте, словно вот-вот словят приход. В третьей же некий парень приход словил точно, и явно, был далек от нашего мира.
Я скинула туфли, которые уже изрядно натерли, и залезла с ногами на мягкий диван, почти вплотную к нему. Обхватив колени руками, уставилась в пустоту. Я не хотела здесь находиться. Забавно, но мне даже хотелось обратно в клинику. Что угодно, лишь бы обратно в спокойную, размеренную жизнь. Подальше от этого странного города, ярких огней и Кайла. Да, самое главное – подальше от Кайла.
Кайла я потеряла здесь еще на самом входе, когда встретил каких-то старых знакомых и они утащили его в сторону. А он особо и не сопротивлялся, моментально забывая о моем существовании. Не было никого и ничего, что вызывало бы у меня больший прилив ненависти и презрения, чем Кайл. Но признать честно, такое поведение очень сильно задело меня. За последнее время я привыкла быть центром его внимания, а оказавшись на вторых планах, злилась.
От скуки начала изучать одурманенную тушу около себя. Ему было так хорошо, что я завидовала черной завистью, разгоняемой сильнейшей злобой и безумной ненавистью. Если всмотреться в его черты, можно даже найти этого торчка вполне симпатичным. Запрокинутая назад голова давала возможность насладиться прекрасным профилем, с тонким прямым носом, впалыми скулами и слегка припухлыми губами.Я не сразу поняла, что целую его, слегка прикасаясь губами, подобно мелкому насекомому. Даже не знаю, зачем это мне было нужно. Но понравилось, определенно. А потом мня волной затопил стыд и ужас, когда до меня дошло, что являясь жертвой извращенца, я и сама несколько извратилась, приблизившись к некрофилам. А как иначе можно было это назвать? Если бы не едва теплые губы и слабое дыхание, его можно было бы принять за труп.
Тут на глаза мне попался небольшой пакетик с белым порошком, трогательно зажатый в ослабшем кулаке. Я осторожно выхватила его, дабы не потревожить владельца сего чудотворного порошка.
Посмотрела еще раз на парня. Надеюсь, мне тоже станет хорошо. А потом ноздри обожгло холодом и я потерялась в мягких, теплых волнах. Все вокруг было таким прекрасным и красивым, что я едва не пищала от восторга. Вопреки моему мнению, друзья Кайла были великолепны, мне хотелось обнять их всех. А когда рядом возник он, я безвольной куклой повисла на его шее. Вдыхая его запах, я не могла поверить в то, что происходит вокруг. Неужели мы вместе и никто никогда не будет нам мешать? Я наконец с человеком, которому так нужна, и он не раз это доказывал.
Не понравилась мне только одна его подозрительная знакомая, которая нагнала нас уже на выходе и с диким верещанием кинулась обнимать МОЕГО мерзавца, максимально прижимаясь к нему едва прикрытой грудью.
– Лола, – улыбнулся он, слегка поглаживая ее по волосам, – давно не виделись.
Я жадно вцепилась в нее взглядом, пытаясь рассмотреть каждую деталь. Посмотреть, впрочем, было на что: она была идеальна для порносъемки, а также максимально искусственна. Ее грудь, каждая размером с мою голову, имела слишком ярко выраженную форму шара, губы тоже явно были перекачаны. Да и выбеленные локоны с неоново-синими линзами не прибавляли ей красоты.
–Боже, Кайл, кто это??? – уставилась она на меня, – что за прелесть???
И хоть она была явно не во вкусе Кайла, а вся ее внешность кричала о том, что она стоит сто долларов в час, он все таки слегка обнимал ее загорелые плечи, пока она разглядывала меня с видом путаны, которая впервые увидела монашку. И тогда что-то внутри меня завопило, забилось, закричало.
Это конец.
========== Часть 24 ==========
Забившись в угол между кроватью и шкафом, я бьюсь в истерике. Мои слезы невозможно иссушить, как и залатать огромную, зияющую дыру в душе.
Я не спала и не ела три дня, только пялилась в стену, а когда приходил Кайл, лезла к нему на колени и рыдала, надеясь найти хоть немного утешения. Осознание того, что я осталась за бортом жизни, давило невыносимой тяжестью, разрывало на кусочки. Я вспоминала всю свою жизнь, делая неутешительные выводы, что никому никогда не была нужна, нужной не являюсь и не буду. Вспоминала своего отца, который казался мне дико скучным. Я боялась провести всю жизнь рядом с ним, зачахнуть в молодом возрасте и даже не заметить, как наступила унылая старость. И понимала, почему мать ушла, позабыв и о нем, и обо мне. Но так же было дико стыдно перед ним, за такое мнение, за свои поступки и происходящее сейчас.
Я все также прячусь в углу, когда слышу скрежет в замке входной двери и шаги Кайла. Вырываясь из плена отчаяния, бегу к нему, бросаюсь на шею и замираю: за его спиной, с ехидной улыбкой, стоит силиконовая порнозвезда.
–Соскучилась? – ухмыляется мой монстр и протягивает мне пакетик с белоснежным песком, – по мне или по этому?
Не веря своему счастью, выхватываю подарок из его рук и несусь к столу. Распределяя по стеклянной поверхности наркотик, уже чувствую подступающую эйфорию от одного осознания, что сейчас мне будет хорошо и весь пиздец закончится.
Этот порошок был явно чище того, что я украла у одурманенного парня – жгло в разы меньше и на глазах даже не выступило слез.
На фоне слышу писклявый голосок мисс Огромные сиськи?
–Как ее так угораздило с первого раза?
–Не знаю, привыкание моментальное. Похоже на мефедрон.
Стало так жарко, что я, не стесняясь силиконовой Лолы, начала стягивать с себя толстый свитер и джинсы.
–Эми! – Кайл хрипло рассмеялся, – иди сюда.
Я попадаю в крепкие объятия, ощущая как его пальцы ловко расстегивают лифчик, оставляя меня лишь в одних крошечных трусиках. Он поворачивает меня лицом к Лоле и крепко держит за руки, не давая прикрыть грудь.
–Ну как тебе?
–Неплохо.
Острый ноготь скользит по моей груди, слегка царапая сосок, спускается на живот.
–Но это лучше снять.
Один рывок – и я стою абсолютно голая. И мне это абсолютно не нравится, несмотря на мягкие волны, омывающие мое сознание. Очень захотелось оттолкнуть эту силиконовую сучку, закричать, чтобы она проваливала. Но мой голос словно исчез, тело же вообще не подчинялось приказам уплывшего разума.
Тем временем Кайл повалил меня на диван и вошел одним резким, болезненным толчком, и замер. Для того, чтобы одарить эту тварь нежным и долгим поцелуем. Я была настолько ошарашена такой наглостью, что от злости даже нашла в себе силы оттолкнуть его от себя. Однако, это не сильно помогло. В какой-то момент я повисла в воздухе на руках Кайла, а потом меня бросили лицом прямо на огромные сиськи этой шлюхи. Она звонко рассмеялась с моего ошарашенного взгляда, протянула руки к моему лицу и впилась поцелуем в мой рот. Это было настолько отвратительно, что меня чуть не вырвало. Казалось, ее губы покрыли все мое лицо, а язык, проникший в рот, был подозрительно тонок и схож со змеиным. Но хуже всего стало, когда она начала толкать мои пальцы в себя и вертеться словно кура на вертеле, а венчал эту прекрасную композицию трахающий меня сзади Кайл. Когда он, перегнувшись через меня, вновь страстно поцеловал эту суку, мне уже просто хотелось плакать. Ощущение использованного меж ними презерватива – такое себе, признаю. А еще нестерпимо грызло ощущение чего-то плохого, что приблизилось ко мне ближе и должно стать неизбежным.
***
Я встретила ее намного позже, наверно, недели через две. Не могу сказать точно – я слишком потерялась в нескончаемой эйфории от наркотика, который Кайл стабильно выдавал каждый день, заранее рассчитывая необходимое количество. Это устраивало всех. Меня – потому, что еще свежи были воспоминания о тех страшных трех днях, которые никак не хотелось повторить. Да и жилось мне теперь, собственно, гораздо лучше. А было бы еще лучше, если бы белобрысая Лола поменьше мелькала на глазах. К счастью, с тех пор мы видели ее лишь в общих компаниях, лично в гости она больше не заходила. Кайла же это устраивало потому, что стала покорной, ласковой. И даже как-то немного полюбила его. Или привыкла? Сбежать больше не пыталась.
Я как раз возвращалась из кофейного магазинчика, сквозь оживленную улицу, когда заметила в толпе розоватые локоны. Не веря своим глазам, схватила девушку за локоть и дернула к себе лицом. Чуть не завизжав от радости, крепко прижала Джо.
–Я и не думала, что мы вновь встретимся. Как ты здесь оказалась? – ее изумленный вид не давал мне понять, рада она нашей встрече или нет. Однако в следующий миг она уже сама порывисто обняла меня и расплылась в улыбке, – не важно, давай пообедаем в кафе и ты все мне расскажешь. Я знаю одно славное местечко неподалеку.
Я сама завалила Джорджи вопросами, побоявшись рассказывать детали моего похищения Кайлом. Меня слишком устраивала наша нынешняя совместная жизнь, чтобы омрачать ее воспоминаниями о произошедшем. Зато я узнала, что Джо вышла оттуда вполне законно, получив долгожданную выписку. Вопреки ожиданиям, нас действительно искала полиция. В том числе, мой отец. Это стало для меня крайне неприятным открытием. Однако Джо поспешила меня ободрить, напомнив о том, что мы на свободе, а фестиваль, который мне снился с спасительном сне, очень близок.
========== Часть 25 ==========
Первое, что я обнаружила, придя домой – лифчик. Огромный, вульгарно-розовый лифчик, кокетливо свисающий с ручки входной двери. На барной стойке были найдены миниатюрные, полупрозрачные шорты. Кипя от злости, я медленно подошла к двери соседней комнаты и слегка оттолкнула ее. Представшая перед глазами картина потрясла меня настолько сильно, что первые мгновения я не могла даже пошевелиться. Силиконовая барби, стоящая на коленях и с членом Кайла во рту – то еще зрелище. Будь во мне меньше агрессии, то может я бы упивалась ее перекошенной физиономией. С потекшей тушью, в слюнях и соплях – Лола была отвратительна.
Но я не могла ликовать, увы, меня нисколько не порадовало, ЧЕЙ член во рту у нее. Не отдавая отчета в своих действиях, я схватила первое, что попалось под руку – любимый бонг Кайла, украшенный вязью неизвестных мне, древнеиндейских узоров. С огромным удовольствием запустила в них, услышав лишь сдавленный писк силиконовой твари – кажется, бонг разбился об ее голову, и стекло рассекло кожу. Далее полетело все без разбора, я даже не видела, чем кидалась в приступе отупляющей ярости. В какой-то момент Кайл сбил меня с ног, придавил своим весом и прошипел:
– Ты что здесь устроила, больная?
В истерическом припадке это вызвало взрыв смеха сквозь слезы. Я устроила? А что он натворил? Я больная? А он?!
Я еще пыталась что-то сказать, бросить ему обвинение в лицо, но весь мой бессвязный лепет прервал мощный удар по лицу. Возвращаемся к старым традициям, чего уж.
После этого Кайл просто схватил меня и выбросил за дверь.
– Иди нахуй, ненормальная.
–Не тебе рассуждать о нормальности, псих!
– Я может и псих, но явно не наркоман. А ты – да. Скорейшего передоза, киса.
–Ублюдок!
Я попыталась накинуться на него, но он захлопнул дверь прямо перед моим лицом. Подгоняемая новым приступом злости, я билась в запертую дверь, пиная ее ногами и истошно завывая. Ничего, кроме недовольных соседей, грозившихся полицией, я не добилась. Мне хватило мозгов унести себя оттуда до приезда страж порядка. Вот только успокоиться я не могла даже на улице, слишком ярко представляла, как они продолжили трахаться, выбросив меня на улицу, словно напакостившего кота. Обида и ревность еще больше распаляли мою истерику, рыдания сотрясали все тело. Такого поворота я не могла ожидать никак.
Когда я немного пришла в себя, на город уже спустилась ночь. Я еще несколько раз возвращалась в вялых попытках попасть в квартиру, которые не привели ни к чему. Поэтому пришлось побрести в сторону дома Джо. Благо, жила она недалеко от кафе, где мы обедали, и найти дорогу не составило труда.
***
Джо жила в откровенной дыре. Квартирка, в которой она снимала комнату, была даже хуже в той, где я жила с Кайлом. Сказать честно, первым моим порывом было убежать, когда я впервые увидела это. Но, бежать мне было некуда, а спать уж очень хотелось. И пусть изначально при соприкосновении с мебелью или стенами, у меня возникало желание бежать в душ, но иного выбора не было. Официантки в дешевом пабе зарабатывают не так много. Практически сразу я устроилась работать вместе с Джорджиной и поэтому знала, почему ее не смущало собственное жилье – после тараканов размером с крыс и крыс размером с котов, которые бегали по пабу, убогая комнатушка казался образцом чистоты.
Поговорить с Кайлом мне удалось спустя четыре дня после того, как он отвесил мне позорный пинок под зад. Я тщательно подготовилась к разговору, поэтому обняв его и прошептав, как соскучилась, я приступила к заготовленной речи:
– Ты меня очень обидел, Кайл. Я и подумать не могла, что тебе может нравиться такое вульгарное существо, как Лола.
– А я всеяден, – усмехнулся он мне в ответ, недобро сверкнув глазами.
На некоторое время он сбил меня, но собравшись с мыслями, я продолжила:
– Это не важно. Это, конечно, задело меня. Очень сильно. Но за эти дни я успела обдумать все как следует. И, знаешь, я кое-что поняла…
–И что же? – издевательский тон явно говорил о том, что этот ублюдок ни капли не раскаивается.
– Что… люблю тебя… Мне и самой в это трудно поверить, ты ведь столько всего сделал. Да я должна ненавидеть тебя до последнего вздоха. Но я люблю. И я точно знаю, что не могу уже без тебя. Поэтому я готова простить тебя. Простить и за Лолу, и за все то, что сделал со мной в клинике. Только пообещай, что Лола больше никогда не появится в нашей жизни.
Все время Кайл слушал ,не перебивая, лишь губы изредка изгибались в насмешливой улыбке. Выслушав мою самое откровенное признание, он немного помолчал, а потом с той же жестокой улыбкой ответил:
– Я ведь тоже успел все как следует обдумать. Только пришел к неутешительным выводам. Для тебя. Понимаешь, мне нравится Лола. Она яркая, с ней интересно и еще она хорошо трахается. А твои ужимки и вечные попытки оттолкнуть меня уже крайне заебали. Тобой было забавно играть там, в клинике, но сейчас это уже совершенно скучно. А потому, можешь съебывать куда захочешь. И виновата ты сама, глупая сучка.
Меня словно резануло ножом. Он выгоняет меня навсегда? Он?
Кайл настолько усиленно боролся за мое внимание, что я не ожидала услышать подобное от него когда-либо. И самое отвратительное в этом было то, что я сказала чистую правду. Я ненавидела его, но своей жизни отдельно не представляла – он стал самым важным, крепким звеном, держащим меня на плаву. А теперь…
– Ты не можешь со мной так поступить! – слова вырвались с криком и слезами.
– Да ну? – он насмешливо приподнял одну бровь, напоминая, кто он и что он может сделать, – Если хочешь, можешь остаться. Но не жди такого же прекрасного отношения к себе как и ранее. Ты потеряла мое расположение, чертова наркоманка.
– Это не правда! Я не наркоманка!
Получив хлесткую пощечину, я упала на пол, как присел рядом, схватил меня за волосы, и повернул лицом к себе.
– А кто ты, Эми? Разве не ты додумалась попробовать сомнительный порошок неизвестного происхождения? Отвечай!
– Я!
–А разве не ты потом страдала после того как тебя опустило? Не ты ли грозилась спрыгнуть с окна, если я не достану тебе еще?
– Я, но…
– – А как насчет этих дней? Того, что было тебе вряд ли бы хватило, да и денег у тебя было мало. Но сейчас ты вполне адекватна. Как ты справилась? Перетерпела ломку или нашла другую дрянь? Отвечай мне, Эми!
– Нашла другое… более доступное средство…
– И более жесткое, да? Ты представляешь, что будет с тобой через год? Если доживешь, конечно. Мне надоело возиться со сломанной куклой.
– Но сломал меня ты!
– Или проваливай, или оставайся и сиди тихо, не показывая свои ломки и истерики.
========== Часть 26 ==========
-А я ведь предупреждала тебя, что нужно держаться подальше от этого засранца, – философски изрекла Джо, затягиваясь косячком после рабочей смены.
Она вальяжно развалилась на скрипучей кровати, я же рыдала, сидя на полу. Ее замечание вызвало у меня лишь очередной всхлип. Держаться подальше! У меня ведь не было выбора, ни тогда, ни сейчас. Но мне было слишком плохо, чтобы объяснить ей это.
– Ладно, у меня есть чем тебя приободрить, – ее уже не слабо развезло, поэтому ее речь была монотонной, а движения замедленные.
Едва дотянувшись до сумки, она достала оттуда внушительную пачку денег и подкинула в воздух. Купюры разлетелись по комнате, и меня обсыпало денежным дождем.
– Круто, а? – шаловливо подмигнула мне подруга и вновь потянулась к косяку.
– Джо… Откуда столько?
– Вот давай только без глупых вопросов, хорошо? Не хочу сейчас слушать нотации о морали.
Я даже поперхнулась от такого заявления.
– Самое главное, мы едем на Марди-Гра. Ты ведь бредишь этим фестивалем. Вот я и подумала, что это поможет тебе встряхнуться.
– Боже, Джо, – я порывисто обняла девушку, – страшно представить, что со мной стало, если бы тебя не было рядом.
– Если меня не было рядом, ты бы спала на коврике около постели этого мудака и шлюхи. Но не будем о грустном, у тебя даже глаза вновь засветились. Теперь нужно купить билеты. Меня как-то сильно размазало, вьетнамец не обманул, трава хороша. Поэтому хотела попросить тебя приобрести наши билеты в рай. А вечером сходим куда-нибудь в клуб, напьемся и подцепим тебе какой-нибудь антидепрессант с большим членом.
