Текст книги "Новое начало (СИ)"

Автор книги: Надежда Чистая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

Абдель Адлирихан (второй принц, глава тайной канцелярии)

Сначала думал, что отец сошел с ума. А потом понял, что пошел по его стопам, раз встаю на сторону непонятной ханы, чьи действия не укладываются в голове. Кто бы только знал, чего мне стоило сохранять спокойствие, пока она общалась с Шаадией. А гончая? Да, по долгу службы мне приходилось их видеть. Но моя группа тогда бежала от этих тварей на такой скорости… А эта? В одно движение руки открыла проход в Инферно и позвала Малыша. МАЛЫША!! Кажется, я понял, почему отец в последнее время ходит и, как сорванец, хихикает над листочками. Эта же девица ненормальная!

Я в этих донесениях не видел ничего смешного, ведь кто-то целенаправленно устраняет аристократические рода. А это может плохо сказаться на доверии остальных к власти и привести к бунту. И вместо того, чтобы приказать устранить угрозу для короны или самому свернуть ей шею, он напрашивается к ней в гости! Может, это не Габрид приворожен, а один Темный Повелитель?

Но ведь ко мне хана даже близко не подходила. Почему же тогда сам готов простить ей всё, что бы то ни было? Почему не останавливаю? Почему позволяю случиться третьему убийству в одном взятом роду? Ведь после моих слов, что хане дозволено «шалить», та просияла ярче солнца и начала командовать Авигдором с целью построения арены чести. Вот, кстати, ещё один демон, что не смеет противиться её воле. А ведь он совершенно не такой по натуре, уж мне ли не знать!

Десять минут, и двор расчищен от любопытствующих, огорожен защитным пологом из числа запретных участок в несколько метров для поединка и призваны независимые свидетели. В их число помимо меня вошли Авигдор и вытащенный за шкирку из портала Шаархан Шелехес в не самом трезвом виде.

– Что ты опять устроила, бездново дитя? – устало спросил, стоило тому осмотреться.

– Поединок чести и доказывание своей силы, согласно закону первого Повелителя Антифата Адлирихана. – радостно возвестила демоница, поражая меня своими знаниями и действиями. Ухватив демона за лямку майки, она притянула его к себе и припала к губам декана боевого факультета в недолгом поцелуе. – Но для этого свидетель должен быть трезв. А вот мне необязательно! – с издевкой посмотрев в уже трезвые глаза Шаархана, демоница забрала из его рук початую бутылку, судя по запаху, с самогоном и сделала добротный глоток.

Приплясывая, она приблизилась к отцу с сыном, с насмешкой смотря в глаза злого эмира.

– Сдать всё оружие и снять артефакты! – голос демоницы прозвучал громоподобно в наступившей тишине. Ни один демон не смел даже шелохнуться, с трепетом и недоверием наблюдая за первым поединком за очень долгое время. У красивых ног ханы выросла небольшая кучка из требованного, но, не удовлетворившись этим, она зло улыбнулась, наотмашь влепляя пощечину эмиру Габрид. Тот подался вперед с занесенной рукой для ответа, но остановился, услышав яростный рык ханы. – Я сказала, все артефакты, мальчишка! В твоих волосах накопитель. На твоей груди заготовка проклятия. Я не люблю, когда меня пытаются держать за дуру!

– Тварь! – выплюнул он, буквально срывая с себя подвеску с черным камнем и вытаскивая из густой черной гривы небольшую заколку с жемчужным кристаллом, с силой бросая у туфель демоницы.

– Принять боевую форму!

Громкий приказ, сдобренный силой, и перед зрителями предстают два демона, один из которых шарахается в испуге прочь и начинает скулить от ужаса, а второй преклоняет колено, опустив голову и не смея поднять взгляд на демоницу. Рядом раздается довольный хмык Авигдора. Посмотрели с Шаарханом в его сторону, замечая презрение в его взгляде, направленное на эмира Гольдах. Хана повернулась в нашу сторону, слегка кивая Авигдору. Тот делает несколько шагов в её сторону, вставая чуть позади, и громогласно изрекает:

– Как главный жрец Темнейшей Госпожи Рисолат, объявляю о начале поединка чести! Лишь один демон сможет покинуть полог и предстать перед остальными детьми Тьмы!

Пожалуй, я подержу пока все эмоции и впечатления при себе, чтобы в конце для охренеть полностью. Потому что делать это едва ли не ежесекундно уже надоело. Но! Когда этот паразит успел предстать перед богиней?! И почему об его назначении не было объявлено другими жрецами? И вообще, они знают, что у них появилось начальство?

– А если победит эмир Габрид? – шепотом поинтересовался Шаархан у подошедшего жреца, бросая быстрый взгляд туда, где два демона уже вцепились друг в друга.

– То он все равно умрет. – спокойно, но с едва заметной улыбкой ответила вместо Авигдора хана. – Но мальчик очень разочарует меня. Не победить этого слабосилка с его способностями?

– Почему слабосилка? Эмир Габрид достаточно силен, хана. – не мог не вмешаться я, но получил в ответ насмешливый взгляд.

– Дорогой, как может быть силен тот, кто убил свою половину души? – демоница приблизилась, вставая вплотную, и коснулась ладонью моей щеки, поглаживая пальчиками. Её голос был мягок и проникновенен, но по спине скатились капли холодного пота. – Ни один демон не будет силен, убив свою пару. И ни один демон не останется в живых, убив свою пару. Я этого просто не допущу.

Резко отступив, она развернулась к арене, с удовлетворением отмечая отсутствие руки у Габрида, что валялась в нескольких метрах от дерущихся. И качая головой, смотря на открытый перелом ноги наследника рода – Гервея. Я же обдумывал слова демоницы, сопоставлял имеющиеся у меня знания, все её действия, вспоминал каждую минуту, проведенную подле этой девушки, и приходил к выводу, что я дурак. Внимательно посмотрел на Авигдора, замечая кидаемые им восхищенные, жадные, ревнивые, даже раболепные взгляды на демоницу. Единственное, что не укладывалось пока в голове, как богиня может быть его сестрой. Но я теперь рядом с ними по поручению Повелителя и смогу многое узнать, уж в этом сомневаться не стоило!

Зрительские ряды разделились на два лагеря. И большая часть явно болела за Гервея. По донесениям своих демонов я знал, что последний год молодой демон наращивал мощь, перетягивая на свою сторону сторонников отца. Вполне возможно, Гервей планировал устроить небольшой переворот внутри рода, чтобы встать во главе. А не забудь он проштудировать закон и обновить свои знания, мог сделать это ещё раньше, если верить заверениям демоницы о немощности эмира.

Перевел взгляд с дерущихся, окровавленных демонов на не менее внушающего опасения представителя побочной ветви. Гюрхан являлся сыном рабыни, но кто его мать, узнать так и не было возможности. Но внутреннее чутьё подсказывало, что и эта загадка может быть решена при помощи всё той же ханы. А ещё почему-то подумалось, что это всё могло происходить только из-за мальца, разорвавшего своего подзащитного.

Уверен, это убийство всколыхнет умы многих, кто приставляет детей из побочной ветви к законным, рожденных от жён и наложниц. Да, их не так много, всё же если ребёнок не может себя защитить, его очень быстро убьют более сильные соперники за тёплое место в роду или их матери. Но они всё равно есть и стоят на страже рода и его детей, повязанные клятвами. Гюрхан их тоже приносил, но это не помешало ему разорвать Гарайшаха.

– Бой окончен! Гервей Гольдах доказал в честном поединке свою силу и отомстил за убийство своей матери Йетер её истинным Габридом! Признаю бой свершившимся! – возвестил громогласно Авигдор итог, когда голова уже бывшего эмира оказалась в руках победителя отдельно от тела.

– Признаю! – сказал, смотря, как демон ковыляет в нашем направлении, припадая на правую сломанную ногу и неся голову отца.

– Признаю! – отозвался Шаархан. А Гервей, низко поклонившись демонице, передал ей голову.

– Признаю. – кивнула она, принимая подношение. – Служи во славу своего рода, эмир Гервей, и будь хорошим мальчиком, иначе твоя голова тоже может оказаться в моих руках. – Я не видел лица демоницы, но знал, что она улыбается, гладя голову Габри по волосам, так как наблюдал сплошное позеленение лиц остальных демонов. – Гюрхан, подойди! – демон в тот же миг оказался рядом с ханой, которая просто щёлкнула ногтем по кандалам, чтобы их открыть. – Ну а теперь и матушку твою можно навестить. Как думаешь, она обрадуется подарку?

Больше ни на кого не обращая внимания и почесывая за ушком оторванную голову, словно любимого песика, демоница, напевая скабрезную песенку, направилась в сторону башни. Тонкие шпильки туфель стучали по плиточным дорожкам, а мы, словно идиоты, неслись за их обладательницей, стараясь если не остановить, то хотя бы снизить процент ущерба от данной особы. Из услышанного разговора нового эмира рода Гольдах с Гюрханом понял, что ничего хорошего ждать не стоит, и уже обдумывал план работы с эльфами. Детородная представительница дивных на демонических землях! Остроухие хоть и не особые мастера в бою, но из-за своей самки сплотятся и нагадят так, что вонь придется загребать еще несколько столетий.

Демоница резко остановилась и, развернувшись в сторону спешащих за ней демонов, почему-то вперила взгляд лишь в меня. Окинула критическим взглядом, словно мясо на прилавке, и, хмыкнув, продолжила путь. А вот мне почему-то было не весело. Да и вообще отчего-то все разговоры стихли, и к башне, у входа в которую стояли стражи, наша компания подходила в полнейшем молчании. Сказать, что демоны удивились, увидев голову своего главнокомандующего в руках какой-то странной демоницы, это ничего не сказать. Что, в принципе, не помешало им наставить на неё свои мечи.

– Кого охраняете, знаете? – не переставая улыбаться даже на секунду, поинтересовалась она.

– Отвечать! – прорычал Гервей, придавливая не самых слабых демонов силой.

– Да-а-а… – хрипло выдохнули двое стражников, склоняясь перед своим новым господином.

– Часто он посещал башню? – погладила по черным волосам голову, намекая, кого имеет в виду.

Сама демоница хмуро осматривала высокую башню из черного камня и голый участок земли, рядом с которым ничего не росло, и всё больше приходила в негодование. И от этого её губы растягивались всё в более хищной улыбке, от которой пробегал холодок вдоль позвоночника.

– Несколько раз в неделю. – выдавил тот, что постарше, наконец сумев принять полностью вертикальное положение.

Кивнув и принимая данный ответ, демоница кинула на стражников лишь один короткий взгляд, приказывая:

– Убейтесь оба.

Даже не пытался её остановить, не желая попадать под горячую руку, и просто наблюдал. Надеясь, что на лице не проступает весь ужас осознания того, с кем удосужило связать мой путь провидение. Видеть, как два демона синхронно приставляют мечи к своим горлам, а потом, полностью отдавая отчет в своих действиях, перерезают их – не самое простое в моей жизни и вряд ли когда-либо забудется.

– Гервей, их сменщиков найдешь и убьешь сам! – отдала следующий приказ Госпожа, не поворачивая в нашу сторону даже лица.

– Почту за честь выполнить ваш наказ, моя госпожа. – смиренно отозвался эмир Гольдах. А я так и не понял, рад он тому, что на его род обратила внимание Темнейшая, или уже не очень? Ведь так и всего рода можно лишиться.

Быстро поднявшись по круговой лестнице почти на самый верх по крутым ступеням, демоница легко постучала в тяжелую дубовую дверь, закрытую на большой амбарный замок с магической составляющей.

– Гюрхан, как маму зовут? – передавая временно подержать голову своему жрецу и начиная ковыряться в замочной скважине, весело спросила богиня.

– Ахелисэль. – с желанием как можно скорее оказаться рядом с матерью ответил малец, удерживаемый братом.

– Внимание, слушаем план! – выпрямляясь с замком в руке, авторитетно заявила демоница. – Я вхожу, вы ждете.

– План так себе. – поморщился Шаархан, кажется, единственный, кто пока не осознал, кто перед ним стоит и как следует себя вести, когда говорит злая богиня.

– Ага! А твой план зайти на территорию эльфийки пятерым демонам и поговорить с напуганной женщиной, подвергающейся постоянному насилию, просто великолепен! – издевательски похлопав в ладони, демоница, что так-то вообще была в окровавленной одежде, фыркнула и скрылась за дверью.

– А я разве говорил про план?.. – растерянно посмотрел на нас демон, с непониманием уставившись в дверь.

– Не бери в голову, просто для моей госпожи нет ничего невозможного. – участливо похлопал его по плечу Авигдор.

Глава 32

Рисолат (богиня демонов)

Гостиная и спальня в одном лице, в которой оказываешься сразу же после входа, была обставлена дорого. Но птичка этой золотой клетки, вскочившая с высокой двуспальной постели с мягким молочного цвета изголовьем, была слаба и напугана.

– Кто вы? – тихо спросило белокурое, бледное создание.

– Привет, меня Рисолат зовут! – помахала ей рукой, проходя вглубь жилища высокой и хрупкой эльфийки с ужаснейшим широким ошейником, выпивающим её силы.

Села на маленький диванчик, обитый вилюром миндального цвета, стоявший справа от входа, и осмотрела комнату, пока девушка, которой на вид не дашь и двадцати лет, приходила от шока в себя. Напротив дивана стоял низкий резной столик, на котором лежали романчики фривольного содержания и мемуар наложницы с практическим материалом для изучения с господином. Вот сомневаюсь, что Ахелисэль сама попросила подобную литературу для скрашивания одиночества!

Обилие цветов в стеклянных вазах, стоящих на столике у дивана и рядом с окном, вызвало слабую улыбку, всё же хоть какое-то благородство было у бывшего эмира Габрид. А потом поняла, что они все искусственные, и едва сумела сдержать тьму. Ещё девочке моей силы для полного счастья не хватало! Ублюдок! Повешу его голову у себя в доме, чтобы помнить, какими пошли мои создания, и не забываться, когда будет наступать просветление и желание кого-нибудь любить!

Зеленый цвет в отделке стен и потолка был кошмарным напоминанием эльфийки о том, чего она лишилась, не видя природы, ведь даже вид из ее окон приходился на пустыню. Темный лакированный пол, золотая лепнина, тяжелая хрустальная люстра со множеством подвесок – всё это кричало о богатстве, которое Ахелисэль было не нужно. Ей нужна была природа, и я не понимаю, как это лесное создание не лишилось рассудка.

– Зачем вы здесь? – переминаясь с ноги на ногу и теребя в пальцах подол ярко-алого, почти прозрачного платья, которое можно было принять за пеньюар, спросила она, кинув на меня быстрый взгляд голубых глаз.

– Освободить, помочь, защитить, дать возможность увидеть сына, если ты того пожелаешь. – перечислила, внимательно наблюдая за девочкой.

Эльфийка рассмеялась. Так отчаянно и болезненно, что даже тьма отозвалась на её муку, желая забрать себе ещё пока светлое дитя и погрузить в мир хаоса.

– Я поняла, вы просто пришли поиздеваться над рабыней, как это делает Шаадия. Вы тоже теперь любимая женщина эмира Габри и пришли за тем, чтобы сделать мне ещё больнее, чем уже есть, да? – исказив чуть пухлые губы в горькой усмешке, Ахелисэль встала на колени, смиренно опуская голову.

От гнева мои когти вспороли декоративную подушку. Поставить на колени представительницу гордых, почти что надменных эльфов? Сильнейшую обладательницу магии Жизни? Истиннорожденную жрицу Светлейшей?

– Встань с колен! – почти приказала, стараясь это делать хотя бы не рыча на напрягшуюся и ожидающую в любой момент удара девушку. – Такая как ты смеет преклонять колено только перед своей богиней! Запомни это навеки, девочка, и не смей поступать иначе!

Поднявшись с дивана, подошла вплотную к эльфийке, стоящей с огромными глазами, и щелчком ногтя открыла ошейник. То, что оказалось под ним, было страшным зрелищем. Ошейник не просто выпивал её магию. Металл сжег её кожу, оставляя отвратительно красный ожог шириной в указательный палец. Непроизвольно руки Ахелисэль потянулись пощупать кожу, освободившуюся от рабского ошейника.

– Нельзя, дитя. – остановила её, несильно хватая за запястья и отводя руки с длинными тонкими пальчиками в стороны.

«Исиэль, солнышко, появись, пожалуйста. Я хочу тебя кое с кем познакомить.» – позвала племянницу, понимая, что помочь может только она.

Эльфийка появилась сразу же с широкой улыбкой на лице, ожидая сюрприз. Но её взгляд перебегает с одного интерьерного решения на другое, пока совсем не остановился на ослабленной Ахелисэль, и от улыбчивой богини не осталось и следа. Гневная фурия, пышущая во все стороны светлой магией, оплетая растительностью каждый миллиметр башни и излечивая через боль каждое существо в радиусе нескольких километров. Синие глаза сияют ярче сапфиров, а потоки мерцающе-белой целительской и светло-голубой ментальной магии сплетаются в одно большое полотно, чтобы накрыть им всю территорию рода и превратить в овоща каждого, кто находится на этой земли.

– Исиэль, ты, конечно, вправе злиться на мои создания, но если ты сейчас доплетешь заклинание, то так и не познакомишься со своей жрицей и сильной магисой Жизни. – спокойно, почти пофигистично отметила скорую смерть смертной.

Ну, ещё я знаю, что кричать на богов, да к тому же находившихся в небольшом бешенстве, не самое дальновидное для жизни решение. Я так по молодости отправила на перерождение своего бывшего. В принципе, он поэтому и стал бывшим… Интересно, он до сих пор перерождается? Всё же не самый сильный бог был…

– Я хочу их всех убить! – прошипела девочка в пышном розовом платьице и двумя большими бантами на голове.

– Ты эльфийка. – Всё же решила ей напомнить о том, что дивные предпочитают решать конфликты иначе.

– Я богиня! – Припечатала, как отрезала.

– Умываю руки! – Подняла ладони в сдающемся жесте, но на всякий случай потыкала пальчиком в сторону шокированной Ахелисэль, аккуратно предложив. – Но всё-таки познакомься для начала с ней.

– Вы… кто?.. – Прошептала непослушными губами ещё больше побелевшая эльфийка.

– Так Исиэль же сказала, что она богиня. Ну а я так, её тетя. И тоже немного богиня. – Ковыряя носком туфли зеленый ковер, имитация травы и ещё одна насмешка над эльфийкой, задорно улыбнулась матери Гюрхана.

Племянница фыркнула, но потом не выдержала, звонко засмеялась и полезла с объятиями, желая получить хороших эмоций и успокоить бунтующуюся внутри силу. Прижав хрупкое тело эльфы к себе, поцеловала в макушку и прижалась щекой к её волосам, и сама тоже подобным образом успокаиваясь.

– Теть Рис, почему моих созданий твои порабощают? Почему они не могут жить дружно? – Шмыгая носом, жалобно задала Исиэль интересный вопрос, ответ на который я тоже хотела бы знать.

– Не знаю, милая. У меня нет в голове подобных знаний, будто всё так и должно быть. Но я-то точно знаю, какими были мои создания, и тогда не практиковалось рабство. Я хотела, чтобы мои дети были сильными, смелыми, свободными, и чтобы этот дух свободы и необузданности они приносили и другим существам. Я со всем разберусь, Исиэль, и сделаю всё, чтобы ни одно существо больше не было рабом. – Уверено пообещала, в последний раз целуя макушку племянницы и поворачивая её лицом к Ахелисэль.

Божественная сила залечила ожог, но не смогла скрыть шрам, обхватывающий шею, но теперь эльфийка хотя бы не испытывала постоянную боль. Ахелисэль вновь опустилась на колени, только теперь склоняя голову с почтением.

– Светлейшая Исиэль, я прошу вас, сохраните мою душу, дайте мне шанс на новую жизнь вне стен этой проклятой башни. Я, Ахелисэль рода Алмазной Росы, взываю к Хранительнице эльфов и прошу дозволения служить своей Богине верой и правдой, быть проводником её силы и голосом воли.

Зачитала девушка клятву жрицы на певучем эльфийском и подняла голову, с надеждой в синих глазах всматриваясь в лицо юной богини, у которой негаданно появилась первая настоящая последовательница из смертных. Исиэль с неуверенностью во взгляде повернулась в мою сторону, будто спрашивая разрешения. Чтобы не нарушать своим звучанием голоса клятву миру, просто кивнула, подталкивая свою девочку к смертной.

– Светлейшая Исиэль, дочь погибшей Светлейшей Хаисинэль, признает дочь эльфийского рода Алмазной Росы Ахелисэль, магису Жизни, в свои жрицы! Служи мне верой, дитя. Будь моим проводником силы для нуждающихся и голосом воли для смертных. С этой минуты ты Верховная Жрица всего эльфийского народа и являешься моей посланницей воли! – С каждым словом голос Исиэль набирал силу, пока не начал звучать словно гром в одной взятой комнате, а её внутренняя сила богини связывала Ахелисэль клятвой с миром. – Поднимайся с колен, милая, и не смей больше никогда на них опускаться! Приносящая Жизнь не смеет склоняться ни перед кем!

– Да, Светлейшая. – Впервые за все время на губах эльфийки появилась едва заметная улыбка.

– Пф-ф! Зови меня Исиэль! – Возвращаясь к обычной манере общения, насмешливо хмыкнула егоза, подскакивая к жрице и с предвкушением заглядывая ей в глаза. – Ты должна рассказать нам с тетей всё-всё о том, как ты здесь очутилась, чтобы Рисолат могла выдрать всех как сидоровых коз!

– Исиэль!! – Возмутилась я больше словарным запасом мелкой, нежели про само действо. – Ахелисэль, ты можешь поведать историю своей жизни в более широком кругу, состоящем в основном из мужчин демонов, или тебе будет некомфортно?

– Вы говорили, что я могу увидеть своего сына, Темнейшая. Я хотела бы это сделать, и если вы будете рядом, то думаю, смогу находиться рядом с другими мужчинами.

– Конечно, можно! Пошлите отсюда, я знаю одно прикольное заклинание расщепления плоти, хочу посмотреть, как оно работает на неживой материи! – Кивнула в сторону выхода, уже предвкушая, как будет разрушаться башня и кошмар долгих лет бедной девочки.

– Я с вами! – Скакала возле своей жрицы Исиэль, после взяла ту за правую руку и потащила на выход.

– Исиэль! – Крикнула, но было уже поздно.

Две эльфийки вышли из заточения, шокируя демонов и изумляясь сами. Особенно их удивила голова, так понимаю.

– Ох ты ж блять, ну и рожа! – выдало мое ушастое чудо, которое отчего-то захотелось наказать. А ещё очень надеялась, что эльфа всё же выдала это насчет головы Габрида, а не кого-то из живых.

– Исиэль! – рыкнула, выскакивая следом и накидывая на хлопающую глазами Ахелисэль пушистый плед, который стащила с кровати. Любопытно, чему она удивляется больше? Голове своего насильника или тому, кому принесла клятву служения? Сомневаюсь, что служение юной богине столь легкое дело. И за этим будет ещё интересней наблюдать!

– Теть, а тебе он зачем? – ни капли не испугавшись угрозы в моем голосе, наивно захлопала племянница ресничками.

– Дома на стену повешу! – прошипела, шокируя теперь уже всех сама. – Ну и чего встали? Вперед и с песней вниз полетели, пока я сама вам ускорения под зад не поддала!

– Не, я по лестнице не хочу. Подожду вас на улице! – капризно надув губки, Исиэль смылась через портал.

– Гюрхан, мать на руки и вниз. Остальные на своих двоих!

Вспомнила про крутые ступени и чуть сама не сиганула в портал. Но тут подошел Авигдор, торжественно вручивший голову бывшего эмира, а когда приняла обратно свой новый домашний декор, подхватил меня на руки и понес вниз, так и не проронив ни слова. Наверное, возмущение копит.

– Пошлите в беседку, моей Ахелисэль нужна близость с природой!

Со знанием дела заявила егоза, стоило нам выйти из башни и всей компанией посмотреть на её разрушение. Пленница от увиденного даже облегченно выдохнула и немного расслабилась, словно всё это время думала, что происходящее шутка и она вот-вот вернётся обратно. Нас с Ахелисэль поставили на траву, пока Исиэль вприпрыжку скакала в нужном направлении. Эльфийка неверяще оглядывалась, крутясь на одном месте.

– Я думала, демонические земли пусты! Все эти годы я могла видеть только безжизненную пустыню и думала, вся территория Храониа такая! – жрица горько зарыдала, закрывая руками лицо и содрогаясь всем телом.

– Кто посмел обидеть мою Верховную?! – рядом со мной открылся мерцающий перламутром портал, из которого выскочила взбешенная богиня, чтобы наподдать всем обидчикам.

– Жизнь. – ответила хмуро и влепила легкий подзатыльник племяннице. – Чего шушрой себя возомнила, когда твоей жрице нужно нахождение рядом своей покровительницы? У вас только формируется связь и нельзя надолго покидать смертную.

Кивнув, принимая урок, Исиэль подбежала к своей жрице, рядом с которой крутился взволнованный Гюрхан, не зная, что нужно делать с плачущей матерью. Подпрыгнув, богиня эльфов врезала подзатыльник уже ему.

– Ты что, не умеешь обниматься, что ли?! – прошипела она в лицо демона, потирающего затылок и смотрящего на мелкую девчонку с ошеломлением. Гюрхану явно никогда не прилетало от девушек и сейчас он не знал, как реагировать.

– Темнейшая, мы можем продолжить путь? – учтиво поинтересовался принц, удивляя Шаархана, вытаращевшегося на меня как на тварь из бездны, что лезет к нему за поцелуем.

– Пошлите. Не вижу смысла их ждать. К тому же матери с сыном стоит поговорить без лишних ушей.

Пожала плечами и кинула последний взгляд на компанию, где невысокая, хрупкая девочка в милейшем наряде фырчит на юного демона, обучая премудростям по успокоению нервных девиц. Жрица уже не плакала, с веселыми смешинками в глазах наблюдая за парочкой спорщиков. Направилась по протоптанной дорожке в сторону каменной беседки, которую украшали ползущие бело-черные розы. На каменных лавках лежали подушки для более удобного и теплого сидения.

– Может голову всё же уберем? – шепнул на ухо Авигдор, садясь с левой стороны и располагая руки на моей талии. Повертевшись, устроилась в его руках удобней и посмотрела на голову Габрида.

– Не знаю, я бы радовалась, видя голову врага отдельно от его туловища. – с умилением провела ладонью по мягким волосам. Демоны понимающе ухмыльнулись, поддерживая мудрое изречение, но за моими манипуляциями следили с легким омерзением и опасением за свои головы. Вошедшие через десять минут в беседку эльфийки с демоном, проследив, куда направлены взгляды всех присутствующих, передернули плечами и сели рядом с новым эмиром Гольдах, восстановившемуся после поединка. – Сколько тебе лет, Ахелисэль? – задала я вопрос, если остальные застыли и только переглядывались.

– Двести пятьдесят пять. – её взгляд то и дело смещался на голову, лежащую на скамейке, и я поняла, что нормального разговора не выйдет, пока она здесь. Поморщившись немного от расстройства, что никто не понимает моего видения прекрасного, пихнула Габрида в портал, пусть полежит пока где-нибудь дома.

– Подожди, ты что, попала к Габриду несовершеннолетней?! Да ребенком, можно сказать! – я ошарашенно и зло уставилась эльфийку, думая, что смерть демона была слишком легкой и быстрой. Жаль, время нельзя отмотать назад.

– В сто двадцать пять лет, Темнейшая. – испугано уточнила свой возраст попадания, вжимаясь в стенку беседки, видимо подумав, что злюсь я не неё.

– И сразу же забеременела? – прорычала, подсчитывая и сопоставив возраст матери и сына.

– Да…

В бешенстве зарычала на всю округу, цепляясь руками в сиденье и кроша то в пыль. У эльфов совершеннолетие наступает в сто пятьдесят лет! Как и кто её мог отдать вообще? Как так получилось, что эльфийка, способная принести жизнь, находилась вне стен «питомника», в которых живут такие эльфийки?

– Алмазная Роса – это чей род? – обратилась я ко всем, испепеляя взглядом лишь принца, а по совместительству и главу тайной канцелярии, пропустившего подобную мерзость на моих землях. От моего вопроса лица вытянулись у всех демонов, и Абдель, отводя взгляд, тихо ответил, кося на пыль от скамейки у моих ног:

– Королевский, Темнейшая Госпожа. – Он гулко сглотнул и нервным движением поправил узел шейного платка.

– Исиэль? – Требовательно уставилась на племянницу. – Как девочка-подросток королевского эльфийского рода оказалась в роду ослабленного демона?

– Не знаю, но, кажется, я тоже начала составлять список будущих трупов. – Хмуря светлые брови и поджимая губы, со злостью отозвалась эльфийка.

– Меня продали. – Тихо ответила на вопрос сама Ахелисэль, старательно кутаясь в плед по самую шею.

– Цена? – Спросила просто для знания. Всё равно мысленно всех приговорила к смерти уже.

– Какой-то артефакт вроде. Я плохо помню. Скажите, я могу уйти, не хочу больше здесь находиться. – Эльфийка поочередно посмотрела на нас с Исиэль.

– Ступайте. – Кивнула, смотря на внешне спокойного Гюрхана, получившего на прощание легкий поцелуй в лоб от матери, перед тем как она скрылась в портале своей богини. И только когда тот погас, дал волю чувствам, выбрасывая в мир волну своей силы. Смесь ментала и тьмы заставила хвататься за головы смертных, переживающих эмоции носителя дара и по полной купаясь в боли, отчаянии и ненависти Гюрхана.

– Эмир Гервей, у тебя есть претензии к Гюрхану по поводу убийства Гарайшаха? – спросила, когда первая сильная волна спала и мальчишка тряс головой, приходя в себя и смотря на брата с легким опасением.

– Нет, Темнейшая. – спустя пару минут молчания ответил тот, наверняка, подумав, что из-за дел отца теперь будет отвечать он.

– Хорошо. Не переживай, ребенок, если ты не замешан в этих делах, то и не пострадаешь. – Поднимаясь со скамьи, серьезно посмотрела в глаза демона. – Я отлучусь на время, Авигдор, но ночью буду в своем храме, прибудь туда.

– Да, Госпожа. – Жрец склонил голову, не решаясь спрашивать, куда я собралась.

– Абдель, я хочу, чтобы ты прибыл сегодня в храм вместе со своим отцом и первым принцем.

– Как пожелает Темнейшая. – Смиренно склонил голову второй принц.

Наконец перевела взгляд на помалкивающего Шаархана. Честно говоря, не совсем понимала саму себя в отношении к этому демону. И мне не нужен, как жрец, и терять подобный образчик хоть какой-то адекватности и силы не хочется.

– Я буду устраивать твою личную жизнь и искать истинную!

Уверенно вылетевшее решение, прозвучавшее через несколько минут полнейшей тишины, прозвучало даже для меня неожиданно, чего уж говорить о смертных. Но каждое слово богини – закон, и даже я не могу его нарушить. А раз я сказала устрою – значит устрою! Вот приду в себя от шока, мир из задницы вытяну и обязательно займусь деканом. А пока пойду, пожалуй, пока ещё чего устроить не захотела…