Текст книги "Видящие: Шаг за Грань (СИ)"

Автор книги: Надежда Чёрная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Ещё две стрелы попали точно в цель. Голем загудел. Он не мог чувствовать боли, но повисшая плетью конечность злила искусственное создание. Точные выстрелы повредили механизмы внутри суставов.

Рианг облизнул пересохшие губы. Каждая стрела забирала слишком много энергии, его хватит ещё на три или четыре, но этого всё равно будет недостаточно.

– Ной!

Мужчина не отозвался. Его голова кружилась, мысли смешались. Ной не мог разобрать, где он и в каком положении. Кровь не останавливалась.

Чертыхнувшись, Рианг прицелился и прострелил голему колено, заставляя каменную махину покачнуться. Лишившись точки опоры, рубион упал на колени, но даже так не оставил попыток отправить вторженцев на тот свет.

Рука просвистела над головой – Рианг еле успел пригнуться. Мышцы сводило от накопившейся усталости. Голем взвыл и опустил конечность, разрушая остатки лестницы, вынуждая парня скакать по крупным валунам и торчащим кускам плит. Ещё одна стрела угодила в подвижное плечо, но не задела внутренний механизм. Осталось две.

Рубион запрокинул голову. Алый глаз вспыхнул ослепительно ярко, и уши заложило от грохота разлетевшихся во все стороны камней. Кроваво-красный сгусток света прорезал пол, лестницу, стену и задел потолок. Проход, через который они вошли, завалило огромными глыбами. Из трещины в потолке хлынула ледяная озёрная вода.

– Рианг!

Голос Элен едва пробился сквозь шум воды. Девушка стояла с другой стороны обрушившейся лестницы. Теперь их разделяла широкая расщелина, оставшаяся от удара рубиона. Вода, постепенно заливала пол. Холод привел в чувства Ноя. Мужчина смыл кровь с глаз и взвалил на спину шатенку. Они двигались к лестнице на другом конце зала, не пострадавшей от атак голема. Ждать от них помощи было бессмысленно.

– Как его одолеть? – спросила Элен, стараясь перекричать шум падающей воды.

– Разбить камень на голове, – ответил Рианг, убирая со лба намокшую чёлку.

Он не знал, услышала ли его Элен, но надеялся, что девушка спрячется где-нибудь и не попадёт под удар.

Голем возобновил движение. Зажатая между расщелиной и обломками лестницы, Элен не знала куда ей бежать и в ужасе таращилась на стремительно приближающуюся к ней конечность.

Предпоследняя стрела в этот раз достигла цели, пробив плечо рубиона. Поняв, что смерть обошла её стороной, Элен бросилась к безвольно лежащей руке голема. Не смотря на жгучую боль в плече, девушка вскарабкалась на каменную ладонь и неуклюже полезла дальше, цепляясь пальцами за сколы и выступы.

“Что творит эта девчонка?” – промелькнуло в голове Рианга, пока он прицеливался, готовясь в любой момент пустить последнюю стрелу.

Элен взбиралась всё выше и выше, стараясь не думать о том, как долго она будет падать, если сорвётся. Голем был смирным недолго, и когда Элен зацепилась за выступ на его плече, он начал раскачиваться из стороны в сторону, намереваясь не то сбросить девушку, не то пустить в ход голову.

Рианг целился в последний уцелевший сустав голема, обеспечивающий его подвижность. Если его сломать, то рубиону не останется ничего, кроме как подорвать себя вместе с врагами. Но если не остановить разрушение зала, то они рисковали стать утопленниками.

“Лучше бы ей поторопиться”, – подумал Рианг, переводя взгляд на Элен. Он надеялся, что у неё был какой-то план.

Девушка кое-как удержалась, повиснув на руках, одной ногой нащупала точку опоры, а другую закинула не плечо рубиона, зацепившись пяткой за углубление в каменной броне. Не сумев подтянуться на слабых руках, Элен сделала ставку на ноги, и забросила их ещё выше, втиснув пальцы в щель. Напрягая ноги и изо всех сил вытягивая себя руками, Элен смогла преодолеть преграду. Ей оставалось только добраться до камня.

Ной медленно поднимался по ступеням. Он надеялся, что из зала есть ещё один выход, где он сможет оставить Тес и прикончить треклятого голема до того, как это сделает Рианг.

– Дракон тебя задери! – донеслось до ушей мужчины непривычное ругательство, перебиваемое шумом воды.

Последняя стрела вошла в подбородок голема по самое оперение. В отличии от своих сестёр, стрела не рассеялась облагом люмов. Она была сделана из гранита, и послужила недостающей Элен точкой опоры.

Кровь кипела, сердце стучало в висках, заглушая голос разума. Не думая ни о чём, Элен прыгнула вперёд, прямо на стрелу.

“Не допрыгну”, – пробежала тревожная мысль, прежде чем Элен почувствовала касание.

Толчок, и девушка повисла, ухватившись за оправу драгоценного камня.

– Давай же! – сквозь зубы простонала Элен, упершись ногами в каменное лицо и потянув рубин на себя.

Чутким слухом Элен уловила слабый скрежет – крепления, удерживающие рубин, ломались. Воодушевленная успехом, Элен потянула изо всех оставшихся сил.

Крепежи разом поддались, выскользнув из отверстий. Радостная улыбка озарила лицо девушки. Получилось!

– Элен!

Чувство невесомости было недолгим. Волна ужаса накрыла Элен сразу, как горло и лёгкие сдавило от напряжения. Она падала вниз, и тонкий слой воды не мог смягчить удар.

Звон в грудном кармане Рианга потонул в тишине. Каждый звук в мире оборвался, знаменуя конец. Капли воды застыли в воздухе, картинка расслоилась. Сначала красный, за ним зелёный и синий, цвета отделялись друг от друга. Масляными красками, они потекли по серому холсту, пока не смылись, оставив после себя только пустоту. И когда последняя капля жизни утекла, мир рухнул в пропасть. В огромный зияющий провал, расчеркнувший собой небесный свод.

Глава 6

Элен долго не приходила в себя. На секунду, сознание, погружённое в темноту, прояснялось, чтобы снова забыться в беспокойном сне. Словно через вату, она слышала голоса, которые умолкали, стоило ей вдохнуть побольше воздуха. Когда Элен удалось впервые открыть глаза, мутная поволока помешала разглядеть склонившееся над ней лицо.

– Очнулась?

Выжав воду из тряпки, Рианг смочил её чистой холодной водой и положил на раскалённый лоб бессознательной спутницы.

Покидая базу, которую он основал в одной из тех Линий, где человечество потерпело крах и освободило планету, Рианг не рассчитывал, что вылазка обойдётся без жертв. Они крайне редко бывали удачными. Но даже так, результат был хуже самых мрачных прогнозов. Ной был его напарником весь последний год, и обладал весьма полезными навыками. Его потеря стала неприятной неожиданностью. Будь на то воля Рианга, он бы смело обменял едва знакомую девицу на дерзкого, но проверенного напарника.

И всё же, Рианг был вынужден признать, что загадок вокруг Элен было предостаточно, и её связь с одним из руководителей Граммы могла сыграть на руку. Но жертвовать ради неё кем-то из старых товарищей? Увольте.

Прошло два дня с тех пор, как их выкинуло из схлопнувшейся Линии в совершенно незнакомое место. Это было настоящим чудом, и требовало отдельных исследований со стороны Рианга, но заняться этим вопросом он мог позднее. Сейчас у него на руках была раненая девушка, не было еды и, что хуже всего, на многие мили вокруг простирались поля.

Зелёные шелковистые поля, укрытые ковром полевых цветов. Среди подобной красоты не нашлось места ни кустам, ни деревьям. Бескрайняя равнина упиралась в розовый горизонт, затянутый оранжевыми и красными облаками. Не были видны пики гор, не блестела вдали вода. Не было и птиц. Только ночью, когда темнело безлунное небо и раскрывались хрупкие сиреневые колокольчики, в воздух взмывали светлячки. Они вальсировали вокруг, не пытаясь присесть на чужаков, но и не избегая их.

– М-м, – простонала Элен, выплывая из забытья.

Рианг неохотно оторвался от хоровода огней.

Элен заворочалась, ощущая прохладу, желая свернуться клубком, но всё тело ныло от усталости и неудобной лежанки. В лёгкие забился запах чабреца. Облизнув пересохшие губы, Элен попыталась подняться, чтобы найти, чем смочить саднящее горло.

– Лежи, не шевелись, – остановил её Рианг, мягко, но настойчиво удержав на месте. – Сейчас дам воды.

Пара капель упала на приоткрытые губы, и Элен жадно слизала их, мысленно прося ещё. Вместо этого, по лицу и губам прошлись влажной тряпкой, стирая пыль и пот.

– Сейчас, не торопись, – приговаривал Рианг, срывая цветы и обращая их в воду, сладковатую на вкус.

– Ха! – блаженно вздохнула Элен, выпив всё содержимое поданной железной кружки.

Перед взором всё ещё плясали серебряные искры, но Элен чувствовала себя заметно лучше.

– Как ты это сделал? Ну, с водой? – не удержалась девушка от вопроса.

– Обычное преобразование, – ответил Рианг, повторяя процесс. – В некоторых Линиях это зовут “алхимией”.

– Алхи… Вот как. Здорово, наверное, – произнеся это, Элен попыталась скрыть укол зависти.

К счастью, Рианг не заметил досаду, отразившуюся на лице девушки. Он всё так же методично выжимал сырую тряпку в небольшую каменную чашу на земле.

– Не знаю, – пожал плечами Рианг и встряхнул ткань, чтобы аккуратно развесить на краю чаши. – Я родился с этим. Ты же не задумываешься о том, как это здорово – уметь дышать?

Элен покачала головой и закусила губу. Зависть сменилась колючей обидой. Не на Рианга, как Элен убеждала себя, а на жизнь в целом.

Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, Элен поискала взглядом Тес и Ноя, но не обнаружила их. Рианг, как будто ожидая вопроса, ответил наперёд:

– Мы одни здесь.

Элен не нашлась, что сказать. По большому счёту, ей было всё равно. Может быть, самую малость жаль, но только и всего. Люди, как и сны, приходят и уходят, оставляя после себя только лёгкое послевкусие. Даже останься она одна, Элен сочла бы это больше удачей.

– Если они живы, – продолжил Рианг, – то может, однажды, мы встретимся.

Парень говорил без особой надежды. Просто предполагал, что раз выжили они, то и остальные могли. Но хватит ли им сил найти путь домой?

“Едва ли”, – решил Рианг. Эта мысль огорчила его.

С каждой Линией становилось всё сложнее вести поиски. Миры не всегда были снисходительны к людям, незнание могло обернуться гибелью. Рианг помнил кислотные дожди и леденящую стужу. Порой, он натыкался на места, где убийство брата считалось естественным, где мать не верила родным дочерям, вонзая клинок им в спину раньше, чем они подольют яд в её бокал. Где товарища оставляли умирать на чужой земле, не желая брать с собой обузу. Пройдя по грязным улицам города, где совсем мелкая девчушка работала уличной девкой, Рианг больше не мог смотреть на жизнь сквозь призму света. Слишком много тьмы за столь короткий срок он повидал.

Эта девушка, лежащая подле него, отличалась. Отличалась от того наивного юноши, который однажды шагнул через жидкую палитру Грани в первый раз. Она была как треснувший переполненный бокал, в котором скопилась обида. Рианг видел таких. Детей, стариков – они все смотрели на него глазами птицы с переломанными крыльями. Он не мог их спасти, и не собирался. За три года странствий, Рианг понял одно – каждый должен спасти себя сам, иначе это просто не имело смысла. Но впервые он хотел, чтобы кто-то попросил его о помощи.

Они шли кругами. Специально обходили место стоянки по кругу, постепенно увеличивая радиус. Если Ноя и Тес выбросило где-то рядом, они нашли бы их следы. Элен чувствовала себя глупо, ведь в какую сторону не посмотри – всё видно, как на ладони. И Рианг понимал это, но совесть не давала ему просто смириться и идти дальше. Он должен был хотя бы удостовериться, что их действительно нет в этой Линии.

– Рианг, – Элен устала молчать и поравнялась со спутником. – А кто вы такие?

– Мы, – поправил парень, не оборачиваясь. – Ты тоже одна из нас.

– Кто мы такие? – послушно исправилась девушка.

– Видящие, – Рианг мысленно досчитал до пяти сотен шагов, и резко повернул налево, начиная с начала. – Так называют людей, обладающих способностью видеть Грань и управлять люмами.

Элен нахмурилась.

– Но я ведь не вижу эту… Грань. И про люмы слышу впервые.

Рианг коротко кивнул, признавая нестыковку. У него уже была теория, почему так вышло, и что с этим делать. Он потратил на размышления две ночи, в конце концов.

– Вероятно, это болезнь. Врождённая, скорее всего, раз ты говоришь, что и в детстве ничего такого не замечала, хотя жила в доме Видящего. Интересно, – Рианг чуть склонил голову и щёлкнул языком. – Способности Видящих различаются от Линии к Линии, как и их проявление, и очень часто они связаны с особенностями самой Линии. Я ничем не могу помочь, ты должна понять всё сама. Дар Видящего слишком индивидуальная вещь.

Элен стиснула руками ткань чужого пальто, накинутого на плечи. Она и раньше подозревала, что с ней что-то не так, но слышать это от малознакомого человека было досадно. Получается, отец был прав на её счёт? Из неё вышла никудышная дочь.

– И на будущее, – Рианг остановился и смерил Элен странным тяжелым взглядом. – Твой поступок в том зале был глупым, и если бы не невероятная удача, ты бы давно лежала со сломанной шеей, погребенная под грудой камней. Мы не для того рисковали собой, чтобы ты погибла в самом начале.

– А если я хочу умереть? – выпалила Элен, пряча горящие от стыда щёки.

– Тогда сделай это так, чтобы никто не заметил, – резко ответил Рианг, улыбнулся и продолжил путь.

Элен со свистом втянула воздух и… сдулась. В спорах и препирательствах не было никакого смысла, так она считала. Вряд ли теперь Рианг расскажет ей, зачем она ему нужна. Да и нужна ли?

Последний привал был ближе к закату. Они выпили воды, пожевали сладковатые цветы, признанные съедобными. Рианг мог стоически переносить голод, а Элен и вовсе не ощущала его.

Рана на плече гноилась и страшно чесалась, но Элен боялась сдирать бинт. Он присох, и обещал прихватить с собой только-только образовавшуюся корочку. Колено опухло и отливало синевой, разодранные пальцы болели и кровоточили. Рианг милостиво одолжил ей смоченный водой платок, чтобы хотя бы протереть раны от грязи, в надежде, что заражения удастся избежать.

Покинуть Линию решили на рассвете. Всю ночь Элен не спала, сидя на небольшом холме, подальше от костра, возле которого расположился Рианг. Девушка смотрела вдаль, в ожидании первых лучей солнца.

В этот час, самый тёмный из всех, Элен как никогда остро понимала свою бессильность. Она всё время была зависима от кого-то. От отца и его настроения, от нянечек, от брата и младшей сестры. Потом от Больда, запуганного её силами. Сейчас от совершенно чужого ей человека. Рианг был во всём прав – Элен всего лишь ребенок. Маленькая девочка во взрослом теле. Но она была бы не против такой остаться. В конце концов, на что она могла надеяться в жизни? В ней даже не было никакого смысла.

Элен тайно призналась себе, что устала от этого. Ей надоело бесцельное существование внутри коробки. Узнав, на что она способна, если приложит немного усилий, Элен вкусила запретный плод. Значимость собственной жизни в её глазах изменилась. Она смотрела на свои руки, стёртые до розового мяса, и ощущала в них силу. Силу что-то изменить вокруг себя. И вместе с этим разгоралось желание попытаться. Попытаться узнать, как далеко она может зайти. Сколько шагов сделает, прежде чем упасть. Сможет ли доказать, что способна выжить, полагаясь на себя.

Встречая первую в своей жизни зарю, Элен щурилась от режущего света. Вдалеке, среди зелёного и розового марева, ей почудилось что-то. Высокое строение, достающее шпилем до самых облаков. Оно показалось ненадолго, и скрылось сразу, как солнце выглянуло из-за горизонта.

– Идём, – раздался голос за спиной. Рианг протянул ей руку. – Нам пора.

Элен не видела, перед чем он стоит, но слышала мелодичные переливы, не похожие ни на что другое. Таинственные и прекрасные. Она вложила свои пальцы в раскрытую ладонь, и смело шагнула следом, оставляя позади перепуганную плачущую девочку в белой сорочке.

Часть 2.

Дорель сидел, откинувшись на широкую спинку обтянутого кожей кресла, и барабанил пальцами по резному подлокотнику. Перед ним на столе лежал свежий отчёт. Его содержимое не вызвало особых переживаний, но заставило окунуться в воспоминания.

Марк, единственный сын Дореля, оторвался от работы и присмотрелся к отцу. Меланхолия была редким гостем на строгом лице и обычно посещала Дореля в дождливые вечера, коих было сравнительно мало в Гольсоре – городе вечного лета. Порой Марк дивился предпочтениям своего свиду холодного отца. Дорель никогда не селился в местах с суровым климатом или унылым пейзажем, отдавая предпочтение буйно цветущей зелени и воде. В детстве Марк был убежден, что отец не живёт в вечной мерзлоте только из-за жены, матери его младшей сестры, которая отличалась повышенной капризностью и завышенными стандартами.

– Значит, Кроунеста больше нет, – произнёс Дорель, обращаясь скорее к себе, чем к сыну.

– Там остался рубион, – осторожно заметил Марк, откладывая в сторону хрустальное перо, оставляя на салфетке аметистовые кляксы.

– Да, – подтвердил Дорель и развернул кресло. Из окна его кабинета открывался вид на благоухающий розовый сад – творение его второй жены. Сад был гораздо живописнее своего предшественника в вечно пасмурном Кроунесте, и нравился Дорелю больше.

Марк выпрямился и тоже уставился в окно. Его глаз не особо радовали яркие цвета, но пока мачеха и Миели довольны, то пусть будет так. Марк взволнованно провёл рукой по пшеничным волосам, зачёсывая их назад.

– Голем был стар и никуда не годен, – неожиданно продолжил Дорель, наблюдая за бегущей по садовой дорожке дочерью. – Главное, что мне удалось узнать его строение. Последующая судьба рубиона меня мало заботила.

Дорель резко замолчал и ещё раз взглянул на отчёт. Его люди свою работу знали, но Дорель всё равно был недоволен. Они должны были разыскать следы этих безумных фанатиков, ордена Пустоты, но все ниточки обрывались, одна за другой.

Острая жажда мести вспыхивала в глазах Дореля всякий раз, как он вспоминал довольные рожи еретиков, посмевших насмехаться над Проматерью.

– Отец, – после недолгой борьбы с собой, рискнул обратиться Марк, – я хотел обсудить с Вами приём в честь Дня Рождения Миели.

– Мм?

Дорель не казался заинтересованным в теме, но позволил Марку закончить мысль.

– В этом году ей исполнится пятнадцать, – всеми силами намекал Марк на значимость события. – Готовить ли нам место для посвящения?

Видя, какой улыбкой одарил его отец, Марк внутренне содрогнулся. В горле пересохло и засосало под ложечкой. Марку было уже двадцать, но он до сих пор не мог совладать с тем животным страхом, который накатывал на него в присутствии отца.

Дорель сцепил руки в замок и довольно прищурился, раздумывая, каким людям стоит отослать приглашения на знаменательный праздник. Марк сглотнул. Он хорошо знал это довольное выражение лица. Оно означало вовсе не любовь к дочери, а предвкушение возможностей, распахнувших свои двери.

Покинув в тот день кабинет отца, Марк первым дело подозвал своего слугу. Следовавший за ним тенью человек в чёрной водолазке и шароварах оказался на три шага позади в ту же секунду, низко склонив голову. Слуга был невысок, даже скорее мелковат, особенно на фоне Марка. И, тем не менее, в способностях его сомневаться не приходилось.

– Передай Вивиан, чтобы начинала подготовку. И пусть обойдётся без своих любимых штучек. Лабораторию двое суток отмывали от её последних экспериментов, – тут Марк скривился, вспоминая непередаваемое амбре от экскрементов подопытных. – Сразу после отправляйся к Галирьерру, узнай, как проходят поиски. Мы должны найти Спутник до того, как на него наложат руки Пустые.

– Слушаюсь, – ответил слуга, но не ушел сразу, как того ожидал Марк. – Разрешите?

– Что ещё, Ханари? – Марк остановился и посмотрел на слугу. Капюшон хорошо скрывал лицо человека напротив, оставляя снаружи лишь непокорные платиновые пряди.

– Я склонен сомневаться, что Спутник до сих пор находится в Линии Жемчужного Дракона.

Марк смерил Ханари испытующим взглядом. Ему не нравилось, когда подчинённые сомневались в его решениях. Будь перед ним кто-то другой, Марк приказал бы отправить глупца в ссылку в одну из заброшенных Линий. Но Ханари был с ним так долго, и знал так много, что мудро было бы выслушать верного слугу.

– Предполагаю, – продолжил Ханари, не встретив возражений, – что среди Видящих Мурима кто-то смог выжить, и забрал Спутник с собой.

– И что ты предлагаешь? Если тот Видящий хоть сколько-нибудь умён, он ни за что не вернётся обратно. Как нам его искать?

Ханари улыбнулся. Марк не мог этого видеть, но улыбка слуги стала только шире в предвкушении скорой забавы.

– Если господин позволит своему слуге ненадолго отлучиться, – едва скрывая возбуждение, проговорил Ханари, – то он с радостью возьмёт след и добудет Вам искомое.

Поколебавшись, Марк сдался и махнул рукой. Вреда от поисков Ханари будет всяко меньше, чем от вероятности того, что Спутник мог оказаться не в тех руках. Не в его руках.

Ханари поклонился и провалился в тень, секундой позже появившись уже снаружи роскошного поместья, прямо за высокой оградой. На долгое мгновение он пересёкся взглядом с молодой госпожой, чьи медовые глаза смотрели на него со смесью надежды и ожидания.

Ханари коротко кивнул в знак того, что дело сделано. Миели в ответ медленно моргнула, не привлекая внимания горничной, всюду следовавшей по пятам за молодой госпожой. Девушка сорвала с куста едва распустившийся пурпурный бутон. На своеобразное пожелание удачи Ханари никак не отреагировал и снова провалился в глубину своих теней. У него ещё оставалась пара дел, требующих внимания, перед долгожданным “отпуском”.

“Наконец-то”, – предвкушал Ханари, несясь по теневому царству, – “наконец-то!”

Миели с силой сжала нежные лепестки, сминая сорванный бутон. Смятый цветок упал к её ногам. На персиковых губах заиграла невинная улыбка. Девушка знала, что и горничная, и отец наблюдали за ней, чувствовала сверлящие спину взгляды.

В последнее время Миели было сложнее сдерживать себя. Она понимала, что всему своё время, и стоит проявить терпеливость. Ждать осталось не долго. В день своего пятнадцатилетия Миели станет полноправным членом семьи Савильер, и к тому моменту ниточки власти уже будут у неё в руках. Ханари мог сколько угодно верить в то, что перехитрил и её, и не дальновидного старшего братца, но не долго ему предстояла оставаться столь же наивным.

Миели наступила ножкой в лакированой розовой туфельке на несчастный цветок, растирая листья о каменную брусчатку.

Глава 7.

Это была их пятая или шестая Линия. Рианг и Элен шли бодро, не останавливаясь, чтобы полюбоваться местными красотами или изучить уклад жизни. Выходили из разрыва, шли в выбранную Риангом сторону, снова заходили в следующий разрыв. В каждом из миров они проводили не дольше пары часов, и остановились только раз, когда им повезло оказаться в яблоневой роще. Яблоки были странного, тёмно-синего цвета, но на вкус никак не отличалась от привычных Элен, разве что громче хрустели на зубах. Элен хотела взять парочку фруктов с собой, но Рианг запретил.

За время пути, они почти не говорили друг с другом. Сначала Элен просто тихо злилась, что ею постоянно помыкают, хоть и следовала указаниям без пререканий. Потом, привыкнув окончательно к командному тону, стала присматриваться к мимике, к походке и жестам. Но сколько бы она не сверлила взглядом спутника, Элен не решилась заговорить первой.

Рианг ощущал повышенное к себе внимание, но ему было не до того. Слишком много сил уходило на то, чтобы выбирать среди сотен трещин в Грани именно ту, которая вела в нужную ему сторону.

Не удивительно, что накопившаяся усталость в итоге сделал своё дело. Новая Линия приняла их без особого радушия.

Буря снаружи никак не утихала. Если бы не тусклый свет свечи, чей огонёк дрожал, отбрасывая тени, Элен решила бы, что попала в шторм. Она никогда не плавала на корабле, и не видела моря, но ей так казалось.

Они сидели в пещере, которую сами выкопали в сугробе, когда их выбросило из разрыва в буйство природы. Даже Риангу, у которого был полный комплект одежды, пришлось нелегко в борьбе с холодом, мгновенно пробравшимся под ткань рубашки и тонкой водолазки. Элен, на чьи босые ступни было страшно смотреть, пришлось гораздо хуже. В тонкой маечке и рваных штанах, девушка замёрзла бы насмерть, если бы не пальто.

Пламя свечи не могло согреть их, и Элен чувствовала, что её клонит в сон. Рианг строго-настрого запретил засыпать, но истощение в совокупности с голодом были сильнее.

– Помереть захотела? – довольно грубо выдернул её из дрёмы Рианг.

Элен замотала головой, сбрасывая сонливость. Девушка прижала коленки к груди и попыталась растереть посиневшие ступни.

– Ладно, – обречённо сказал Рианг, нехотя потянувшись к пуговицам рубашки. – Всё лучше, чем заледенеть.

Не понимая, о чём он говорит, Элен непонимающе посмотрела на парня, который начал расстёгивать рубашку. Ничуть не поморщившись от кусачего мороза, Рианг снял рубашку вместе с водолазкой и поманил девушку к себе.

– Так будет теплее.

Элен научилась не думать о причинах и послушно следовать указаниям. Она переползла на другую сторону пещеры и неловко уселась между вытянутых длинных ног. Рианг покачал головой.

– Снимай майку. Кожа к коже.

Рианг был готов к тому, что девушку придется уговаривать, но, на удивление, Элен безропотно стянула предмет одежды, который и так не спасал её, и доверчиво прижалась голой краснеющей спиной к чужой груди.

Не став что-либо говорить, Рианг накинул рубашку на плечи и обхватил тонкую фигурку руками, не забыв прикрыть водолазкой ноги девушки. Не встретив протеста, парень расслабился и опустил подбородок на острое плечо. Постепенно, им становилось теплее.

– Как думаешь, она скоро кончиться?

– Мм, не уверен, – Рианг бросил взгляд в сторону небольшого лаза, который постепенно засыпало снегом. – Может быть, что здесь всегда такая погода, и ветер не утихнет никогда.

– И что будет тогда? – чуть погодя уточнила Элен, неотрывно следя за догорающей свечой.

– Придётся выйти, – ответил парень так просто, как будто говорил о прогулке до соседней лавки. – Я почувствую, если рядом появится трещина.

– А если не появится? – допытывалась Элен, размышляя о том, как короток окажется её путь в этом случае.

Рианг вздохнул. Он и сам думал примерно о том же. Будь он один, смог бы наплевать на всё и добраться до любой ближайшей трещины, или даже рискнул создать её сам. Но Рианг был не один.

– Ты никогда не хотела отомстить? – Рианг задал давно вертевщийся на языке вопрос. Ощутив, как напряглись чужие плечи, он дополнил: – Отцу. Он бросил тебя.

Элен неопределенно хмыкнула.

– Не пойми меня не правильно, – достаточно язвительно начала Элен, но сразу себя одёрнула и продолжила уже нейтральным тоном. – Я была счастлива, что он оставил меня. Отец был не самым приятным человеком, и я бы плюнула ему в лицо, если бы увидела снова. Но я не хочу его видеть. Никогда.

Девушка почесала запястье, сдирая корку с заживающих царапин. Рианг давно обратил внимание на эту странноватую привычку, но решил ничего не говорить.

– Он, наверняка, многое знает, – начал размышлять Рианг, неосознанно растирая холодную кожу под ладонями. – Мог бы обучить тебя.

Элен протестующе фыркнула. Только этого счастья ей не хватало!

– Не кривись. Это важно, в первую очередь, для тебя. Способности Видящего целиком зависят от его родной Линии. Твой отец – единственный, кто может тебе помочь.

Понимание настигло Элен. Девушка нетерпеливо заёрзала на месте. Рианг продолжил, задумчиво выводя невидимые линии на бледной коже.

– Линия в которой ты жила, скорее всего, тебе не родная. Это сложно объяснить, потому что исследований на эту тему было не так много, – Рианг опомнился и неловко провёл рукой по волосам, убирая мешающие пряди назад. – Считается, что способности определяет Линия, в которой ты родился. Но бывали случаи, когда Видящие переселялись в другие Линии, а ребёнок всё равно наследовал способности родной Линии родителя. А бывало, что и нет. Генетиков среди нас не так много, как хотелось бы.

“Гене… Кого?” – Элен зависла, услышав очередное незнакомое слово.

– Поэтому, только твой отец может предположить, – только предположить, – какие способности передались тебе.

Элен глубоко задумалась. Встречаться с отцом у неё не было никакого желания. Но как иначе овладеть своей силой? Едва ли Элен сможет снова провернуть фокус с фантомом. Она понятия не имела, как у неё получилось это в прошлый раз.

– А иначе никак? Я могу как-то сама узнать? По каким-то признакам?

В этот раз задумался уже Рианг.

Его обучали наставники с самого младенчества, и он никогда не задумывался о том, как обнаружить и классифицировать способности другого Видящего. Ной, который был в похожей ситуации, был прирождённым воином, и интуитивно нашёл свой путь без каких-либо подсказок. И то Рианг сомневался, что его способности ограничивались призывом клинка. Тес же, также будучи сиротой, за несколько месяцев странствий и обучения, так и не нащупала свою силу, зато научилась достаточно тонко чувствовать Грань.

– Не думаю, – ответил Рианг с неохотой. – Но попытаться стоит.

Разочарованный вздох потонул в вое ветра.

Они выбрались из пещеры, когда перестал сыпать снег. Ветер по-прежнему сбивал с ног, но идти было гораздо легче, чем раньше. За время ожидания Рианг успел задремать, в то время как Элен растирала пальцы, потерявшие всякую чувствительность, и копалась в воспоминаниях. Она пыталась вспомнить всё, до мелочей, но память подводила её. Словно что-то блокировало воспоминания, оставляя только расплывчатые образы вместо лиц.

Рианг проснулся от лёгкого покалывания в глазах – верный признак того, что рядом открылся разрыв.

Разрыв Грани был в пятиста шагах от них, но и эта дистанция далась им с большим трудом. Когда Рианг схватил Элен чуть ниже локтя, чтобы протащить за собой через Грань, девушка чуть не упала, увязнув в сугробе.

Низкое и звучное “Поберегись!” прозвучало над головой. Элен испуганно шарахнулась в сторону, подталкивая Рианга в спину. В каком-то жалком полуметре за их спинами пронеслась карета, запряжённая двойпарой гнедых лошадей. Возничий взмахнул короткой плетью. Щелчок пронесся по округе, отозвавшись у девушки тошнотой. Рианг не дал Элен осмотреться, и быстро утянул в тёмную узкую щель между трёхэтажными домами, зажав ладонью рот.

– Молчи.

Элен кивнула и убрала чужую руку. Расстояние между стенами не позволяло ей развернуться, чтобы взглянуть на спутника.

– Неудачно, мы попали прямо в город. Нужно привести себя в порядок, – тихо прошептал Рианг и быстро стянул мокрую рубашку. – Меняемся, а я пойду в пальто. Если окликнут – молчи и не поднимай головы, я разберусь. Сначала осмотримся.

– Мы не пойдём к следующему разрыву? – осведомилась Элен, послушно натягивая неприятную, липнущую к телу серую ткань и застёгивая вплоть до верхней пуговицы.