Текст книги "Королева хаоса (ЛП)"

Автор книги: Н. Оуэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

23 КЕЙН

Шок. Изумление. А потом – гордость. Именно это я чувствую, когда вижу Беллу, тяжело дышащую на полу, и волчицу рядом с ней. Я, мягко говоря, был в шоке, когда Белла и её волчица разделились, и единая прежде душа раскололась на две отдельные части. Просто Белла и просто её волчица.

– А теперь, маленькая волчица, можешь побегать на свободе, пока Белла не научится вести себя, – говорит Аззи.

И, словно поняв её слова, волчица разворачивается и трусцой выбегает из спортзала. Аззи поворачивается к нам.

– Испытание окончено.

Мэр Блэквуд тревожно переводит взгляд с одной на другую, но ему повезло, что моя суженая добрая и не прикончила Беллу после того, как та попыталась вцепиться ей в горло.

– Мэр Блэквуд, с Беллой всё в порядке. Просто она не сможет обращаться, пока не научится относиться к другим с добротой и уважением. Её волчица будет свободно бродить неподалёку и останется в безопасности до дальнейших распоряжений.

Он понимающе кивает. Я знаю – он хочет подойти к дочери, но остаётся стоять на месте. Я тоже хочу подойти к своей паре, но Калеб всё ещё удерживает нас. Мак сказала, что им нужно было убедиться, что мы не сдвинемся с места и должны довериться Аззи. Я знаю, что не только мне хотелось вмешаться в этот бессмысленный вызов. Но лишать нас возможности двигаться было уже слишком. И вдруг воздух в спортзале становится густым, тяжёлым. Словно на меня вылили горячую смолу. Что-то не так. Это не магия Аззи, нет. Это что-то гораздо темнее.

Раздаётся рёв, и я резко поворачиваю голову на звук. Джеймс – бета Блэквуда – несётся прямо на Аззи. А она… Не двигается. Почему она не двигается? Я хочу закричать ей, хочу броситься к ней, защитить её, но Калеб всё ещё держит нас в плену.

– Сучка! Я бы убил тебя за то, что ты сделала с ней, но Фрэнк и твоя сестра сделают это за меня!

Позади Аззи открывается портал. И из него выходит мужчина с мерзкой, злобной ухмылкой. И только сейчас смысл слов Джеймса наконец доходит до меня. Нет.

Аззи смотрит на нас. И моё сердце разрывается. Она знала. Знала, что это произойдёт и ничего нам не сказала.

– Простите, – произносит она.

За секунду до того, как Джеймс врезается в её хрупкое тело и толкает её прямо в портал. Фрэнк снова ухмыляется. Но теперь уже нам. Издеваясь. Дразня. А затем шаг за шагом проходит следом за ней.

Я смотрю, как портал закрывается. И Аззи больше нет. В тот же миг давление магии Калеба исчезает, будто его никогда и не было. Жнец внутри меня издаёт яростный рёв. Мой брат и Макс делают то же самое. Я резко разворачиваюсь к Калебу, готовый разорвать его на куски. Но Кас уже держит его за горло.

– У… у неё есть п-план… Д-доверьтесь ей…

Он едва выдавливает слова. Мак и Айви тут же становятся между Калебом и Касом, подняв руки, когда все шестеро из нас одновременно надвигаются на них. Как они посмели удерживать нас вдали от нашей пары?

Следующей говорит Мак:

– Стойте. Если вы причините боль нам – вы причините боль ей. Мы связаны с ней так же сильно, как и вы. Послушайте нас. У неё есть план, и нам нужно подготовиться. Она не рассказала вам, потому что знала – вы бы не позволили ей уйти. Но чтобы всё получилось, она должна была отправиться раньше нас.

Она делает паузу.

– Доверьтесь ей.

Жнец недовольно фыркает у меня внутри. Звуки вокруг постепенно возвращаются. И тогда я понимаю… Есть кто-то ещё, на ком можно сорвать свою ярость. Похоже, остальные думают о том же, потому что мы одновременно разворачиваемся и мой взгляд останавливается на Джеймсе. Он держит на руках ту тупую сучку, с которой всё это началось.

Я знал, что с ним что-то не так. В тот день, когда мы встречались с Блэквудом у него в кабинете, бета Джеймс показался мне и моему псу подозрительным. Мы должны были догадаться, что Белла попытается провернуть что-то, чтобы получить преимущество над Аззи. Она решила, что связь с бетой даст ей власть. Её не волновал ни его возраст, ни то, что он женат. Нет. Беллу интересует только власть. Мне стоило копнуть глубже, я мог бы предотвратить это. Мог выяснить, что он работает с Фрэнком, который уже давно охотится за Аззи. Но тогда я был слишком сосредоточен на её поисках и задвинул его на задворки сознания. А теперь Аззи снова исчезла. Мак и остальные знают больше о ней и её сверхсекретном плане, но сейчас я не могу думать об этом. Джеймс должен заплатить за произошедшее. И я с радостью займусь им.

Я иду к центру спортзала, где он всё ещё держит Беллу, пока та рыдает. Снова разыгрывает карту жертвы. Она сама этого хотела. Аззи дала ей шанс уйти, но Белла действительно считала себя выше нашей королевы. Как низко пала эта высокомерная сучка.

Я дохожу до нижнего ряда трибун с единственным желанием – разорвать этот кусок дерьма на части. Брат идёт рядом. А Жнец под моей кожей мечется и рвётся наружу. Мы окружаем их. Белла напрягается и поднимает на нас взгляд. Тушь растеклась по лицу, и теперь она похожа на енота.

– Ты…

Я рычу.

Макс хватает Джеймса за ворот рубашки и оттаскивает его от Беллы. И впервые Белла смотрит на нас не с похотью, а со страхом. Я переступаю через неё и подхожу вплотную к Джеймсу, едва сдерживая рычание:

– Когда ты начал работать на Фрэнка?

Он смотрит на меня, а потом усмехается.

Ах ты ублюдок. Он что, думает, это игра?

– Вон, – рычу я залу и поворачиваюсь к трибунам. Никто не двигается. Нокс делает шаг вперёд. От него буквально вибрирует ярость.

– Он сказал: вон.

Его рёв оглушает. И тени начинают вытекать из его рук и стелиться по полу, медленно ползя к трибунам. Все знают, что сумеречный народ опасен, но до недавнего времени никто не сталкивался с ними в этом мире. Толпа мгновенно выходит из оцепенения и бросается к выходам, в ужасе наблюдая за тенями, которые медленно подбираются всё ближе. Ждут момента, чтобы затянуть жертву в живой кошмар и высосать из неё жизнь. По крайней мере, так гласят слухи. И, похоже, работают они отлично. Может, Нокс подходит нам куда больше, чем мы думали.

Я жду, пока последний человек покинет зал, и снова поворачиваюсь к цели своей ярости. Белла у ног Джеймса, свернувшаяся в клубок. И мэр Блэквуд, осторожно приближается. Он хочет спасти дочь? Или защитить своего бету? Сейчас узнаем. Я дёргаю головой в его сторону. Он тут же вскидывает руки в защитном жесте.

– Я просто хочу забрать Беллу до того, как вы разорвёте его на части.

– Даже твой альфа считает тебя предателем. И ради чего? Ради волчицы, которая использовала тебя ради власти, потому что не могла получить тех, кого хотела на самом деле. Ты позор сверхъестественного мира.

Я делаю шаг ближе.

– Ты только что отправил истинную королеву прямо в неизвестность, без страж и без её суженых.

Я наклоняюсь ближе, чтобы он увидел смерть в моих глазах.

– Лучше молись, чтобы она выжила. Иначе весь сверхъестественный мир может погибнуть.

Мой голос становится ледяным.

– Но ты этого уже не увидишь.

Я смотрю ему прямо в глаза.

– Когда ты начал работать на Фрэнка?

Он переводит взгляд на своего альфу, словно ждёт помощи, но Блэквуд уже отвернулся. Он подхватывает обмякшее тело Беллы и уходит. Джеймс внимательно смотрит на нас оценивающим взглядом. Сила и напряжение, окружающие нас, явно заставляют его передумать.

– Он вышел на меня около месяца назад. Попросил присматривать за ней. Сказал, что она здесь, чтобы уничтожить мою стаю.

Он сглатывает.

– И я поверил. После того как она напала на Беллу и увела вас всех.

Я презрительно усмехаюсь.

– Белла сказала, что она околдовала вас. Что использует тёмную магию.

Я фыркаю. Кэм рычит сквозь стиснутые зубы:

– Белла сама напала на Аззи. Тогда. Как и сегодня. Аззи лишь защищалась.

Он делает шаг вперёд.

– Белле повезло, что Аззи была снисходительна, – его голос становится грубее. – Мы бы такими милосердными не были. Сегодня у Аззи была полная возможность и полное право убить Беллу.

Он смотрит прямо на Джеймса.

– Но она отпустила её слишком легко.

Все мы сейчас балансируем на лезвии ножа. И без Аззи, которая всегда удерживала нас приземленными и не давала сорваться, мы теряем равновесие. И мне страшно представить, что случится, если в этот раз мы не вернём её.

Я хватаю его голову обеими руками и резко дёргаю. Хруст. Макс отпускает его, и Джеймс безжизненно падает на пол. Это оказалось не таким удовлетворяющим, как мне хотелось. Но он заслужил такой конец. Жаль только, что у меня не было времени растянуть его страдания.

– И что теперь? – спрашивает Реми. И впервые я не знаю ответа. Я смотрю на Каса, но он выглядит таким же потерянным, как и я.

– Он, скорее всего, утащил её в Ад, – говорит Нокс. – Фрэнк предан Марго, а она всё ещё думает, что сможет украсть силы Аззи. Её день рождения уже через несколько дней, и, зная её, уверен – она превратит это в грандиозное представление. Она обязательно найдёт способ похвастаться своей новой силой.

Он презрительно усмехается.

– Ты прав. Сейчас она действительно в Аду. И Марго действительно собирается устроить грандиозное шоу.

Айви произносит это тихо, пока они с Мак и Калебом осторожно подходят к нам.

– Она знает, что делает. Вам всем нужно довериться ей, иначе ничего не получится.

Она смотрит на тело Джеймса и невольно вздрагивает. Потом переводит взгляд на нас.

– В ближайшие дни нам предстоит многое спланировать.

Она кивает – то ли нам, то ли самой себе – и разворачивается, но потом останавливается и оглядывается через плечо.

– Ну? Вы идёте?

Я смотрю на остальных. И вижу то же, что чувствую сам: решимость вернуть нашу девушку. Я молча разворачиваюсь и иду следом. Марго лучше подготовиться. Потому что я готов сжечь Ад дотла, лишь бы вернуть свою девушку. Жнец внутри моей груди одобрительно рычит. Готовы они или нет… Короли хаоса уже идут.

24 АЗЗИ

Уф. Снова это место. Я опять плыву в этой тёмной, мрачной бездне. Боли я не чувствую, но и нормально себя не ощущаю. Чего-то не хватает. Будто в груди образовалась дыра. Эта пустота кажется неправильной. Она холодная и заставляет меня чувствовать себя одинокой. Но я знаю – это не так. Мои мужчины придут за мной. Я знаю, что придут. Этот план обязан сработать, и иначе всё будет напрасно.

– Дочка, пора просыпаться.

Мягкий, ласковый голос раздаётся где-то рядом. Знакомый и в то же время нет.

– Открой глаза, милая. Ты вернулась домой.

Домой? У меня никогда не было ощущения дома. С Фрэнком – это были бесконечные переезды и годы, похожие на пытку. Когда я встретила Майкла – это просто была крыша над головой. Даже когда я переехала в Эш-Вэлли, это место не казалось домом. По крайней мере, не сразу. Мои мужчины… Они стали для меня домом. Они были моим утешением. А их объятия – моим безопасным местом. Но я знала, что это не продлится вечно.

– Любимая, с ней всё хорошо?

Глубокий мужской голос раздаётся с другой стороны. Я пытаюсь пошевелиться, но тьма крепко держит меня в своих объятиях. Пытаюсь заговорить, пошевелиться, хоть что-нибудь. Но ничего не выходит.

И вдруг знакомое тепло окутывает меня. Кончики пальцев на ногах начинают покалывать. Тепло медленно поднимается по телу, словно растапливая ледяной холод, который ещё минуту назад сковывал меня. Постепенно я снова начинаю чувствовать тело. Пальцы, нос, движение пальцев.

– Пора открыть свои прекрасные глазки, милая.

Сладкий голос. Я почти уверена – это мама и наконец я приоткрываю веки. Всё ещё темновато и всё расплывается, но когда взгляд фокусируется, понимаю – дело не в глазах. Просто это помещение такое. Если его вообще можно назвать комнатой. Я резко сажусь, на секунду сбитая с толку, а потом память возвращается. Белла. Собрание. Испытание. Которое я, разумеется, выиграла. Я забрала её волчицу, потом появился Фрэнк с порталом, чтобы утащить меня в Ад. Джеймс, бросающийся ко мне.

Выражение страха и ярости на лицах моих королей… Я переживаю, что они сорвутся и разрушат мой план, но Мак и остальные умеют подбирать нужные слова. Остаётся надеяться, что они доверятся мне, потому что другого пути нет.

Я моргаю и окончательно прогоняю остатки тумана, осматриваясь. Комната, в которой я нахожусь, на самом деле – камера. Идеально. Я лежу на узкой койке у каменной стены. Слева – небольшая перегородка, за которой скрывается туалет. Ну хоть в туалет можно сходить без посторонних глаз. Маленькие радости жизни. Прямо напротив – металлическая дверь моей новой «квартиры». Выглядит прочной. Потом проверю, когда окончательно приду в себя. Справа – ещё одна каменная стена. Но в ней есть окно в соседнюю камеру. За решёткой стоит женщина. Она держится за прутья и грустно улыбается. Её глаза… Светло-серые, почти белые и смотрят на меня так, словно хотят сказать тысячу вещей сразу. Я не могу поверить слову, которое срывается с её губ:

– Дочка.

Не понимаю, она задаёт вопрос… Или утверждает то, что я уже почти уверена – правда. Я снова замираю, но теперь – от шока.

– Мама?

Я понимаю, что произношу это как вопрос, но увидеть женщину, о которой мне говорили, что я убила её… Это слишком. Всё детство я представляла её. Мечтала о тёплых объятиях, когда мне грустно. О возвращении домой после школы к человеку, который заботится обо мне, кормит, укладывает спать, печёт шоколадное печенье, когда я веду себя послушно. Я злилась на эту женщину за то, что она оставила меня с Фрэнком, а теперь стою перед ней, зная правду. Она пожертвовала собой ради меня. Да, я выросла рядом с чудовищем, притворявшимся моим отцом, но каждая рана, каждый шрам, который он оставил на мне… В итоге сделали меня сильнее. Я делаю шаг к ней, мне нужно убедиться, что она настоящая, но внезапно замираю, когда слышу, как где-то за пределами камеры открывается дверь. Женщина широко распахивает глаза и кивает в сторону койки. Во взгляде – мольба. Она хочет, чтобы я снова легла? Я непонимающе смотрю на неё… И вдруг слышу знакомый жестокий смех.

Фрэнк. Я бросаюсь к койке и делаю вид, будто так и не проснулась. Как раз когда я закрываю глаза и замедляю дыхание, слышу, как ключ входит в замок. Моя магия приподнимается где-то внутри груди, подталкивая меня наконец поставить этого человека на место раз и навсегда, но пока я сдерживаюсь. Напоминаю себе: он получит по заслугам в своё время, но сейчас нужно ждать и следовать плану. Всё должно сработать. Иначе никак.

– Это и есть великая сверхъестественная сила? Портал до сих пор держит её без сознания. Нам всё равно вести её к её величеству?

Незнакомый голос. Кто-то внезапно пинает мою койку, но я никак не реагирую.

– Да она вообще какая-то никакая. И что это у неё за отметины по всему телу?

Мужчина продолжает, и по камере разносится смех.

– Это моя работа.

Фрэнк произносит это с гордостью. Какая наглость. Гордиться тем, что издевался над ребёнком, который был в два раза меньше тебя.

– Я наблюдал, как рос этот маленький цветочек. И я следил за тем, чтобы у этой маленькой розы никогда не появились шипы. Королева Марго сказала, что после того, как получит от неё всё, что хочет, я смогу забрать её себе.

Он говорит это почти радостно. Фрэнк наклоняется и проводит пальцем по моей щеке, будто это нежное прикосновение, но он не знает… Цветок расцвел и у него теперь есть настоящие шипы. Я едва сдерживаю дрожь. И молюсь только о том, чтобы не вырвать от отвращения после его мерзкого прикосновения.

Где-то позади меня кто-то ударяет по металлическим прутьям. Фрэнк вздрагивает и отдёргивает руку. Я продолжаю лежать неподвижно, не желая выдавать, что уже пришла в себя, а моя магия продолжает давить изнутри, будто пытается прорваться сквозь кожу. Лишь вопрос времени, когда она вырвется наружу. И я боюсь того, что произойдёт потом.

– Угомонись, сучка. У королевы Марго большие планы на всех вас. Но пока она посылает вам подарки. Вы примете их и завтра вечером присоединитесь к ней за ужином. Нам есть что отпраздновать, и ей хочется немного качественного семейного времени, раз все наконец дома.

Затем он смеётся и этот скрежещущий звук я слышала слишком много раз. Он снова наклоняется, на этот раз прямо к моему уху.

– Мой сладкий маленький цветочек, я знаю, что ты меня слышишь. У твоей сестры большие планы на тебя, но она обещала мне немного твоей сладости. Я знаю, что ты уже отдавалась этим мальчишкам. Я чувствую запах. Но не переживай… это просто значит, что мне не придётся быть слишком нежным.

Он проводит языком по моей щеке и отступает, смеясь и мои мышцы каменеют. Я изо всех сил стараюсь не сорваться и не броситься к туалету, чтобы вывернуть себя наизнанку. Я слышу крики, рычание, низкие голоса где-то за пределами камеры и снова грохот металлических прутьев, но я не могу пошевелиться.

Когда наконец раздаётся громкий лязг закрывающейся двери и щелчок замка, я жду ещё целую минуту, пока больше не могу терпеть. Я резко вскакиваю и бросаюсь к перегородке, скрывающей крошечный туалет. Я успеваю добежать как раз в тот момент, когда желудок начинает выворачивать. Даже не помню, когда последний раз ела, почти ничего не выходит, это значит, прошло уже много времени. Грудь пульсирует, словно боевой барабан, призывающий меня к действию, а желудок всё ещё сводит. Я больше не позволю себе бояться Фрэнка, не теперь, с магией, которая гудит под кожей и даёт уверенность, что я легко могу его уничтожить. Нет, дело не в страхе, а в том, что он коснулся меня так, будто имел на это право. И тут я думаю о своих мужчинах, о том, что чувствую от их прикосновений, на секунду представляю, будто они рядом. Их тепло, запах. И вдруг мне хочется, чтобы им не пришлось увидеть то, что скоро произойдёт.

Я медленно поднимаюсь, даже не заметив, что в какой-то момент опустилась на пол. Вытираю рот и очень хочу зубную щётку, или хотя бы ополаскиватель. Похоже, гигиена зубов не входит в список приоритетов для заключённых. Я поправляю одежду, глубоко вдыхаю и поворачиваюсь к глазам, которые являются отражением моих. К моей матери.

На этот раз я делаю шаг к ней увереннее, потому что теперь знаю: именно эта женщина приходила ко мне в темноту бездны и направляла меня тогда, когда я даже не понимала, что нуждаюсь в помощи. Когда я подхожу к окну, замечаю слёзы, бегущие по её щекам. И на секунду замираю от удивления, когда она протягивает руку и вытирает слёзы уже с моего лица. Когда я вообще начала плакать? Она смотрит на меня сверху вниз и улыбается, но ничего не говорит. А что вообще можно сказать человеку, которого не видел восемнадцать лет? Я растерянно смотрю на неё, когда из-за её спины раздаётся другой голос:

– Марго забрала её голос в день нападения. Мама смогла бы либо наложить заклинание на неё, либо придумать способ сбежать.

Я качаю головой, нет, это не может быть правдой. Я слышала её голос раньше. Она разбудила меня, предупредила до того, как появились Фрэнк и тот второй. Я точно слышала.

Я непонимающе перевожу взгляд на мужчину. Папа говорил, что у мамы были другие истинные пары, но этот парень выглядит всего на несколько лет старше меня. Неужели сверхъестественные стареют настолько медленно?

– Кто ты? – спрашиваю я, потому что до этого даже не замечала, что рядом с ней кто-то есть. Мама смотрит на него и кивает. И к моему шоку он просто проходит сквозь стену прямо в мою камеру. Я отшатываюсь. Похоже, я всё ещё не привыкла к магии и тому безумию, на которое способны некоторые люди. Он протягивает мне руку, словно приглашает взять её и сначала я колеблюсь. Потому что незнакомцы – зло и всё такое, но потом смотрю на маму, она снова ободряюще кивает. Я осторожно беру его за руку и в следующую секунду он тянет меня сквозь стену. Магия внутри меня колыхнулась от этого странного ощущения прохождения через что-то настолько твёрдое. Я резко хватаю воздух ртом, потому что движение будто выбило из меня дыхание. А ещё через секунду меня уже окутывает тёплое объятие, запах жасмина и ванили. Мама.

– Меня зовут Джаспер. Я твой старший брат. Рад наконец познакомиться, Аззи. Жаль, что при таких обстоятельствах, но времени у нас мало. Мама говорит, у тебя есть план. Расскажешь?

Я стою и просто смотрю на него в шоке. А потом непроизвольно начинаю быстро кивать. Неверие всё ещё проносится по телу. Но затем я вспоминаю, как Майкл говорил, что у меня есть старший брат, но можно ли ему доверять? Моя старшая сестра хочет убить меня ради моей силы и короны. Почему он не может захотеть того же? Я делаю шаг назад, подальше от него и от мамы тоже. Похоже, Джаспер сразу всё понимает – и подозрение на моём лице, и страх. Он поднимает руки и смеётся.

– Марго делает всё это сама. Править может только королева, а мне такая власть не нужна. Я пленник здесь не меньше остальных.

И прежде чем успеваю себя остановить, выпаливаю:

– Если ты можешь проходить сквозь стены, почему просто не ушёл?

Его лицо становится грустным. Он пожимает плечами.

– Сквозь стены я пройти могу. Но не через металлические двери. Они блокируют магию. Очередная больная игра нашей сестрички. Она позволяет нам сохранить способности, прекрасно зная, что использовать их с пользой мы всё равно не сможем.

Он смотрит вниз и пинает носком пол. Мои плечи опускаются и я понимаю: у меня нет времени сомневаться в семье, которую я только что обрела. Я киваю самой себе и магия внутри груди закручивается в согласии.

– У меня есть план.