Текст книги "Королева хаоса (ЛП)"

Автор книги: Н. Оуэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Он низко рычит. Я приподнимаю бровь, всем видом показывая: «Ну? И чего ты ждёшь?» И в этот момент что-то в его взгляде меняется. Он смотрит мне прямо в глаза. А потом мир вокруг будто исчезает. Мы просто движемся навстречу друг другу. Без борьбы. Без попыток победить. Будто стали одним целым. И даже не торопимся. Я чувствую знакомое нарастающее тепло внутри.

– Кас… – выдыхаю я.

Он прижимается к моей шее и целует её. А потом что-то шепчет. Клянусь, это звучит как: «Я люблю тебя». Но… Нет. Этого не может быть. Я не успеваю об этом подумать. Потому что магия внутри меня вдруг вспыхивает. И в следующее мгновение я чувствую это.

Это было похоже на дверь с сорванным замком, которую выбили с ноги. Осколки разлетаются во все стороны. Сила захлёстывает моё тело потоком, и кровь нагревается до почти невыносимого, обжигающего жара. Я слышу чей-то стон и резко распахиваю глаза, даже не осознавая, что вообще их закрывала. Чёрные, красные и золотые нити теней и тумана вихрем носятся по комнате. Они скользят по моей коже. Касаются меня. Потом Каса.

Я слышу, как остальные тоже стонут, и могу только предположить, что это действует и на них.

Что теперь происходит? Клянусь Адом, если моя магия сейчас решит присвоить себе ещё одного мужчину, я найду способ запереть её где-нибудь на чёртов тайм-аут. Да, множество оргазмов и мужчины, готовые исполнять мои желания, – это, конечно, потрясающе… Но я едва пережила шестерых за одну ночь. Серьёзно. Больше – просто невозможно.

Кас, всё ещё держа меня на руках, мокрую после душа, осторожно подходит к двери. И… Ну да. Все мои мужчины теперь окутаны моей невероятно любвеобильной магией. Она скользит по каждому сантиметру их кожи, касаясь почти нежно. Но сейчас всё ощущается иначе. Не так, как раньше. Это… Правильно. Будто именно так всё и должно быть.

Несколько долгих мгновений мы просто смотрим друг на друга. А моя магия продолжает пробегать по коже, оставляя странное покалывание, скользя по каждому участку тела. И вдруг воздух в комнате меняется. Словно возникает вакуум. Моя магия закручивается вихрем вокруг мужчин, вокруг всей комнаты…

А затем резко возвращается обратно – прямо мне в грудь. У меня перехватывает дыхание. Где-то словно издалека я слышу:

– О, чёрт…

– Твою мать…

– Что, мать вашу, сейчас произошло?!

Но прежде чем я успеваю хоть что-то понять, меня накрывает волна головокружения. Бездна снова раскрывает мне объятия. Но на этот раз всё иначе. Не холод, не пустота, а тёплое, мягкое объятие. Глаза закрываются. И темнота медленно поглощает моё сознание.

18 АЗЗИ

Я могла бы умереть счастливой девушкой. Ну, если счастливой девушкой считается та, у которой всё болит в самых правильных местах, а внутри разливается приятное тепло и покалывание. И нет, не в жутком смысле. Это было похоже на второй пульс прямо под кожей. Странное ощущение, но не неприятное. Оно приносило спокойствие, словно всё это всегда должно было случиться. Моя магия. Это тепло. Эти мужчины – мои.

Стоило мне подумать о моих мужчинах и о прошедшей ночи, как я резко села в постели. Всё тело ныло, но самым восхитительным образом. Я провела рукой по простыне рядом с собой и поняла, что она холодная. Я нахмурилась. Почему они не остались со мной? Я огляделась, думая, что они могут быть в ванной или где-то поблизости, но в комнате стояла тишина. И тут резкая боль пронзила грудь, словно раскалённый прут коснулся кожи. Почему они просто ушли после всего, что было между нами прошлой ночью? Неужели всё это было ложью? Я думала… я правда думала… Но мои мысли оборвал звук резко распахнувшейся двери спальни. В комнату влетели шесть парней, и на их лицах сменялись эмоции: паника, страх, тревога… а затем облегчение, восхищение и любовь, когда они увидели, что со мной всё в порядке.

– Малышка, – почти шёпотом выдохнул Кас.

Он шагнул вперёд и сразу поднял меня на руки.

– Мы бы никогда тебя не оставили. Ты слишком устала, и мы решили дать тебе поспать, пока готовили завтрак и разговаривали с твоим отцом и Бёрди.

Он поцеловал меня в лоб и задержался на секунду, вдыхая мой запах, словно одно это уже успокаивало его. И всё ещё казалось странным, насколько нежным этот мужчина стал со мной после того, как встретил меня в городе. Но где-то глубоко внутри я знала: он мой. А делиться я никогда не умела.

Мои брови нахмурились. Подождите… Откуда они поняли, что я почти

начала паниковать? Моя магия снова поднялась внутри, и перед глазами вспыхнули чёрные, красные и золотые вихри. Я увидела их. Магические нити. Или кнуты. Они тянулись от груди каждого из парней моей груди. И меня мгновенно накрыло сильнейшее чувство собственничества. Мои.

– Да, Котёнок. Мы твои, – произнёс Макс прямо у моего уха. Зверек довольно заурчал, и приятная дрожь пробежала по моей спине. Я моргнула, и видение исчезло.

– Что это было? – спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.

Я посмотрела на их растерянные лица.

– Эти магические штуки… кнуты… которые соединяли ваши груди с моей.

Я указала на них, потом на себя. Кас вопросительно поднял бровь.

– Они были чёрные, красные и золотые. Как в тот день, когда моя распутная магия заявила права на вас.

Кто-то фыркнул, а кто-то пробормотал:

– Что ещё за распутная магия?

– Серьёзно, это было похоже на поводки, которые привязали вас ко мне. О-о! Так мне теперь надо выводить вас на прогулки? Кормить? Может, чесать за ушком? Гриму и Жнецу это нравится.

Я ухмыльнулась, уверенная, что хоть кто-то сейчас взбесится. Но вместо этого Кэм и Кейн синхронно шагнули вперёд. А затем я заметила оранжевые язычки пламени в их глазах.

– Ага. Кажется, идея им понравилась.

Я расхохоталась. Похоже, мой смех нарушил контроль их внутренних зверей, потому что оба вдруг моргнули и… покраснели.

– Охренеть. Моя маленькая бунтарка только что заставила вас покраснеть? Ха! – рассмеялся Реми. Я широко улыбнулась. Тревога, которую я почувствовала раньше, наконец исчезла. Мне явно нужно привыкать к тому, что теперь кто-то чувствует мои эмоции, а я – их. Потому что сейчас меня снова накрывало волнами желания, и я понятия не имела, сколько ещё смогу продержаться, прежде чем снова наброшусь на кого-нибудь из них. Словно они открыли во мне часть, о существовании которой я даже не подозревала. Но принцесса Аззи ужасно устала. И ей определённо требовалось несколько дней отдыха.

И тут комнату внезапно взорвал хохот. Моё лицо мгновенно вспыхнуло. Я рухнула обратно на кровать и закрыла лицо руками.

– Не лезьте в мою голову! – крикнула я.

Но сама уже смеялась вместе с ними.

***

После того как я опозорилась, назвав свои женские прелести Принцессой Аззи, что, между прочим, я считаю абсолютно разумным. Если парни могут давать прозвища своим причиндалам, почему я не могу дать имя своим женским частям? Всё честно. Мы направились на кухню, где на обеденном столе был накрыт пир, достойный королевы и её королей. Я растерянно огляделась.

– Что ты ищешь, моя королева? – Нокс подкрался ко мне сзади и поцеловал в макушку.

– Где Бёрди и мой папа? – спросила я, продолжая осматриваться. Бёрди точно должна быть здесь, если приготовлено столько еды.

– Что тебе нужно, Котёнок? Бабушка и Майкл ушли, чтобы дать нам немного личного пространства. Позже они заглянут, – сказал Макс.

Я нахмурилась после его слов. Он ухмыльнулся.

– А-а, понял. Ты же не думала, что она не учила нас готовить все эти годы? Она говорила нам, что нашей королеве понравится вкусная еда и что мы должны научиться готовить, чтобы впечатлить её. Ну… тебя.

На его щеках выступил лёгкий румянец, и моё сердце пропустило удар. Они правда учились готовить ради меня?

– Плюс Реми – бездонная яма, а близнецы-гончие могут съесть человека весом с тебя за один присест. Так что это ещё и экономит деньги на доставке.

Ну вот, романтика продержалась целых полминуты.

– Эй, я не бездонная яма! Я растущий мальчик! – возмутился Реми и напряг мышцы в мою сторону. Я тихо хихикнула. Эти парни оказались совсем не такими, какими я представляла их при первой встрече. Хотя, пожалуй, они начинают мне нравиться.

Я заняла своё место – которое, оказывается, было во главе стола – а парни расселись вокруг. От запаха яиц, бекона, сосисок, французских тостов, вафель, хашбраунов, свежих фруктов и… это что, крепы? – у меня потекли слюнки. Я положила себе всего понемногу, но заметила, что никто больше не двигается. Подняв голову, я выгнула бровь.

– Что? Никогда не видели, как девушка ест? После прошлой ночи мне понадобится энергия на будущее. Я продолжила строить на тарелке настоящую гору еды. Закинув в рот кусочек хрустящего бекона, я застонала от удовольствия, когда эта жирная вкуснятина буквально растаяла во рту. И тут вся комната резко затихла. Я снова огляделась.

– Упс.

Широко улыбнувшись, я продолжила есть. Поставив тарелку перед собой, я начала составлять стратегию атаки на эту гору вкусностей.

– Знаете, что сейчас было бы идеально?

Не успела я ответить самой себе, как Реми поставил рядом со мной огромную кружку «божественного дара человечеству».

Он поцеловал меня в макушку и прошептал:

– Именно так, как ты любишь.

Я вдохнула сладкий, насыщенный аромат кофе и едва удержалась от ещё одного стона. Просто идеально.

На середине завтрака появились Бёрди и Майкл с довольными улыбками на лицах. Бёрди подмигнула мне, и я широко улыбнулась в ответ. Позже обязательно обниму её и поблагодарю за то, что научила парней готовить – я была в шоке от того, насколько всё оказалось вкусным. Они тоже взяли тарелки, и все мы ели, болтая о всякой ерунде и смеясь над историями и комментариями друг друга. Было приятно видеть парней расслабленными и спокойными. Но я знала – это ненадолго. И оказалась права, когда Бёрди отвела меня в сторону после еды. Она велела парням убрать со стола. Все замялись, но потом она смерила их таким свирепым взглядом, что они мгновенно ринулись выполнять приказ. Может, она научит меня этому искусству испепеляющего взгляда?

– Как ты себя чувствуешь, милая? – спросила она тем самым бабушкиным тоном, которого я никогда прежде не знала. Я пожала плечами. Как вообще объяснить всё то, через что я прошла за последнее время? Такое чувство, будто я не успеваю перевести дух. Одно за другим. И каждая новая правда оказывается хуже предыдущей.

«О, Аззи, ты сверхъестественная, а не человек. Мужчина, который тебя вырастил, тебе не отец. Он похитил тебя младенцем. Три года назад ты встретила своего настоящего отца, который искал тебя с того самого дня. А ещё ты королева Ада и у тебя пять суженых пар… ой, простите, шесть. И твоя сестра хочет тебя убить. Ах да, и не просто королева Ада – ты настоящая королева Хаоса, правительница всего сверхъестественного мира. Всё прекрасно. Мой мир совершенно точно не горит синим пламенем. Ха-ха. Пламенем, потому что Ад, ну… хотя на самом деле это рай.» Но, конечно, вслух я этого не сказала.

– Я в порядке. Просто… всего слишком много, наверное.

Я пожала плечами. Но давайте будем честны: ещё ни одна женщина, сказавшая «я в порядке», не имела это в виду по-настоящему.

Она задумчиво хмыкнула и мягко улыбнулась мне.

– Аззи, дорогая, я кое-что увидела, и мальчики не должны знать, как всё развернётся. Я также могу говорить только намёками, но, возможно, это хоть немного подготовит тебя.

Я простонала. Чёрт. Я уже знаю, что это будет отстой. Интересно, если я засуну голову в песок, как страус, все мои проблемы исчезнут? Скорее всего, нет.

Я глубоко вздохнула, понимая, что мне ещё придётся научиться не пускать парней в свои мысли.

– Ладно, но мне нужен Майкл…

– Да, дорогая, сегодня вечером он научит тебя кое-чему важному, что тебе понадобится знать, – она улыбнулась и постучала пальцем у уголка своего глаза. Я прищурилась, глядя на неё. Интересно, вообще хоть что-нибудь проходит мимо этой женщины? Я кивнула.

– Ну ладно.

Она мягко взяла меня под локоть и повела туда, где мой отец ждал меня в импровизированном домашнем спортзале, который устроили парни. Запах пота, потёртых кожаных боксёрских мешков и чистящих средств ударил в нос. Дом. Три года жизни в спортзале с Майклом были лучшими годами моей жизни. Он учил меня драться, принимать удары и отвечать вдвое сильнее. Он также постоянно внушал мне, что я не должна склоняться ни перед кем. Теперь это приобретало смысл. Но тогда я думала, что это просто странные мотивационные разговоры, потому что он не знал, что делать с девочкой-подростком вместо огромных мускулистых мужиков, которые обычно тренировались у него в зале.

Я широко улыбнулась отцу.

– Я и не знала, что сегодня ты позволишь мне надрать тебе задницу, старик.

Он ухмыльнулся, и я тут же переосмыслила свои слова, потому что в голове всплыли все те бесконечные ночи тренировок, забегов и изматывающих упражнений.

– Вообще-то знаешь что… – кхе-кхе. – Кажется, я начинаю заболевать.

Кхе-кхе. Я сделала маленький шаг назад. И он тут же пошёл в атаку. Молниеносным движением он выбросил ногу, пытаясь подсечь меня. Я попыталась подпрыгнуть и нанести удар ногой с разворота в его правый бок, но он перехватил мою ногу раньше, чем я успела попасть. Резкий рывок его рук – и я полетела. Через секунду я уже лежала пластом на полу. Удар выбил воздух из лёгких, но я всё равно не смогла сдержать смех.

– Я почти тебя достала.

Он широко улыбнулся.

– Ты была даже не близко. Но сегодня у нас другая тренировка.

Я нахмурилась.

– Это будет тренировка твоего разума, звездочка. Ты научишься скрывать след своей силы и ещё кое-чему.

Я простонала.

– Лучше бы ты просто снова меня избил.

Он помог мне подняться и крепко обнял.

– Давай покончим с этим.

19 КэМ

Грим довольно урчит, когда Аззи тянется и чешет его за ухом, а затем целует в макушку.

– Подвинься, здоровяк. Мне нужно в туалет.

Она торопливо направляется в ванную, а я следую прямо за ней. Я уже тянусь мордой открыть дверь, чтобы убедиться, что она в безопасности, но замираю, услышав её следующие слова:

– Грим, если ты хотя бы одной лапой зайдёшь в эту ванную, пока я писаю, клянусь – ни одного поглаживания и ни одного почесывания животика целую неделю. Здесь я в полной безопасности. А теперь отойди от двери. Ты делаешь ситуацию неловкой.

Я отступаю и усаживаюсь на задние лапы, смеясь над нашим положением. Вот как пал могучий гончий пёс.

Чёртов чрезмерно заботливый пёс. С тех пор как она полностью связала себя с нами и мы почувствовали, как её сила усилила наши способности, он превратился в влюблённого щенка. Где Аззи – там должны быть и мы. Излишне говорить, что последние несколько дней в школе были тяжёлыми. И не только для меня. Почему Бёрди и Майкл решили, что будет отличной идеей вернуться в школу и продолжать весь этот спектакль? Мы не такие, как остальные. А Нокс уже говорил, что Фрэнк вышел на след Аззи. Нам стоило бы быть сейчас за сотни километров отсюда, защищая её. Но Бёрди лишь повторяет, что всё как-нибудь сложится.

Школа, мягко говоря, стала испытанием. Мы все хотим постоянно быть рядом с ней, а Аззи теперь придумывает всё новые способы угроз. Например, запретить Гриму и Жнецу чесание живота и почесушки за ушами. Реми она пригрозила оставить без еды навынос на целый год. А Касу заявила, что переставит все его папки и полностью поменяет порядок документов в офисе, если он не даст ей немного личного пространства во время обеда в понедельник. Выражение ужаса на его лице было бесценно. Но оказаться целью таких угроз – страшно. Она беспощадна. И никто из нас не собирается проверять, выполнит она свои обещания или нет.

Когда она выходит из ванной, она смотрит на нас взглядом, который буквально кричит: «Вы серьёзно сейчас?» Но мы отвечаем ей самой очаровательной волчьей ухмылкой и облизываем её бедро, когда она подходит ближе.

– Фу-у, гадость! Без слюней! – вскрикивает она.

Но всё равно продолжает чесать меня за ушами.

– Как насчёт того, чтобы пойти готовить завтрак?

Грим скулит и делает щенячьи глазки. Он серьёзно? Я отталкиваю его, возвращая себе контроль, и принимаю человеческий облик. Когда выпрямляюсь, она уже держит в руках мои шорты.

– Привет, ангел.

Я притягиваю её за талию ближе к себе.

– Скучала?

Она хихикает. И этот звук – музыка для моих ушей.

– Завтрак. После прошлой ночи я проголодалась.

Маленькая нахалка подмигивает мне и покачивая своими милыми бёдрами уходит прочь, напевая какую-то незнакомую мелодию.

– Провокаторша, – бормочу я себе под нос.

Это вообще должно быть запрещено – ходить по дому в одной из наших футболок и трусиках, которые едва прикрывают её аппетитную круглую попку. Я поправляю шорты и натягиваю их. Остальные ещё спят, но даю им максимум тридцать минут, прежде чем они либо поймут, что её нет рядом, либо услышат, как она поёт на кухне, либо учуют запах еды.

Я разворачиваюсь и, как хороший мальчик, следую за Аззи на кухню, наблюдая, как она покачивает бёдрами, напевает и готовит кофе с завтраком. Тяжкое бремя. Но я готов нести его снова и снова.

⸻

Сегодня в воздухе витал холодок. Неправильный холодок. Мы все чувствовали – что-то не так. Мы пытались отговорить Аззи идти сегодня в школу, но она отказалась и пригрозила лишить нас секса, если мы попытаемся удержать её дома и вдали от друзей. После этого она поцеловала каждого из нас и направилась к внедорожнику Каса. Надо было понять, что что-то происходит, потому что обычно она ездит с Реми на мотоцикле, а мы следуем за ними. Теперь, оглядываясь назад, понимаю – мы должны были догадаться.

Утренние занятия прошли спокойно. По громкой связи объявили, а ещё расклеили листовки о каком-то обязательном собрании во время шестого урока. Я особо не придал этому значения. Слышал, как ученики обсуждали, что мэр собирается сделать какое-то объявление насчёт города. Кто-то говорил, что скоро появится какой-то праздник, связанный с волками.

Как не оборотню, мне это было безразлично. Но присутствовать обязаны были все ученики.

Во время обеда меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают. Когда я связался мысленно со своими братьями, они признались, что чувствуют то же самое. Но никто из нас не мог понять, откуда исходит это чувство. Особенно учитывая, что с понедельника, когда Нокс присоединился к Королям, на нас и так постоянно были направлены взгляды – один или несколько из нас всё время находились рядом с Аззи. К тому же мы даже не пытались скрывать наши метки истинной пары. Мы носили их с гордостью и при любой возможности демонстрировали окружающим. На нас обрушился шквал шокированных взглядов, и парочку яростных от девушек, когда они поняли, что все мы принадлежим одной девушке. Сказать, что девушки этой школы недовольны – преуменьшение. Нам всем приходилось продолжать скрывать свои энергетические следы, особенно моему ангелу. После того как её сила полностью пробудилась, она тренировалась с Майклом, и у неё уже довольно хорошо получалось. Если бы не знать правду, можно было бы подумать, что она всё ещё обычный человек.

Майкл обучал её и другим вещам, но к концу занятий она настолько выматывалась, что нам приходилось помогать ей добираться до кровати.

Сегодня она сидела между Мак и Калебом, а Айви перегнулась через стол. Я знаю, что они тоже могут общаться мысленно и большую часть времени именно так и делают, но те взгляды, которыми они постоянно обменивались между собой и с Аззи, доводили Грима до состояния натянутой струны. Что-то было не так, я чувствовал это. И, думаю, Аззи тоже.

На уроке рисования я попытался завести разговор о том, почему мне кажется, будто она что-то скрывает. Но она моментально сменила тему, начав говорить о вещах, которые хочет попробовать в постели, и мне стыдно признать – в этот момент у меня полностью отключился мозг и включился какой-то другой. Она ухмыльнулась, понимая, что успешно отвлекла меня. Но ощущение, что происходит что-то очень плохое, не покидало меня.

– Эй, со мной всё хорошо. Обещаю. Как говорит Бёрди – в итоге всё обязательно наладится.

Она сказала это, когда прозвенел звонок, возвещающий конец урока и нам пришлось разойтись на пятый урок.

– Увидимся через час. Хватит переживать.

Она подмигнула мне и улыбнулась, но её улыбка выглядела натянутой. Она пыталась нас успокоить. Но какую информацию она знает, а мы – нет? Она развернулась, переплела руку с Мак, который ждал её у двери, а я посмотрел на Каса умоляющим взглядом. Он наш лидер, он должен придумать план. Мы обязаны предотвратить то, что вот-вот произойдёт.

«Я знаю», – сказал он, провожая Аззи взглядом, полным тоски.

Он ненавидел находиться вдали от неё не меньше моего.

«Она что-то знает, но не говорит нам. Я даже не могу больше уловить её мысли. Будто врезаюсь в кирпичную стену».

Я едва не заскулил вместе с Гримом, но сдержался.

«Неужели она не верит, что мы способны её защитить?»

«Не знаю, Кэм. Но у меня очень плохое предчувствие насчёт этого собрания. Нам всем нужно быть начеку. Если сегодня что-то и случится – то именно там».

Он кивнул в сторону двери, и я последовал за ним. Он был прав, но у меня было чувство, что результат этого объявления нам очень сильно не понравится.