Текст книги "Как только ты уйдёшь"

Автор книги: Миранда Плэйт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

– Хорошо, если ты хочешь, – не понимая, чего я от него хочу, соглашается парень.

– Расскажи мне о себе? Я ведь почти ничего не знаю.

– Что ты ещё хочешь узнать? Мне тридцать два, преподаю математику в колледже, да ты же знаешь всё…

– Нет, не это. Я хочу узнать о твоём детстве, о твоей жизни. Откуда у тебя огромный шрам на спине? Меня интересует каждая мелочь.

– О детстве? – переспрашивает Райан. – У меня было самое обыкновенное детство. Мы с матерью и отцом жили в Лейкленде, штат Флорида. Я рос обычным мальчуганом, был настоящим юным натуралистом и борцом за справедливость в одном флаконе. Однако остановился на математике. Да и вообще, детство – наверное, самое счастливое время, – на лице Райана появляется искренняя улыбка, как раз такая, как когда мы вспоминаем счастливые моменты. – Я целыми днями играл с друзьями на улице, наступал вечер, но мы даже не собирались домой. Родители за уши нас растаскивали по вечерам. У меня были классные друзья. А ночью…, – наступает пауза, – как же я не хотел спать. Наверное, каждому это знакомо… Я помню, как, мама кормила меня кашей, как я упирался, чтобы не есть…

– А мечты? Кем ты хотел быть, когда вырастешь? – плотнее прижимаясь к парню, спрашиваю я.

– Я? – Райан задумывается, – как и все мальчишки – лётчиком. А ты?

– А я хотела быть продавцом игрушек, потому что думала, что продавцы могут брать всё бесплатно. Какая же наивная, – я начинаю смеяться.

– А что ещё было в твоём детстве?

Я начинаю всё вспоминать. По телу начинают проходить приятные мурашки, а на душе куча эмоций, так хочется всё рассказать.

– Почему – то мне очень запомнилось, что в детстве, у нас с девочками, была игрушечная посуда, мы готовили кушать из песка и травы, и кормили этим кукол. Ещё я часто надевала мамины туфли, и чувствовала себя Мисс Вселенной, считая, что красивая. Как же я с них падала…, – я закатываю глаза вверх, потому что чувствую, что вот – вот разревусь от переживаний. – Ещё у меня есть младший брат. Я безумно его люблю. Помню, как мы катались на велосипеде, как дрались за его машинки, как спорили, кто из нас должен переключать каналы в телевизоре, и какой мультик смотреть... В общем, у меня тоже было счастливое детство... Я многое не рассказала, потому что не возможно, всё описать. Как бы я хотела вернуть те времена!

– Да, тогда не было никаких проблем, всё было очень просто. В моём детстве не было компьютера, и я целыми днями разгуливал босиком по лужам, не о чём, даже не беспокоясь, – Райан заливается хохотом.

– Ты по лужам? – по слогам переспрашиваю я.

– А что здесь такого? Все дети так делали.

– Я не делала, – я смеюсь ещё громче.

– Ты шутишь?

– Нет, я вполне серьёзно. Мне никогда даже в голову не приходила такая идея.

– Разувайся! – кивая на мои кеды, командует Райан, и начинает разуваться сам.

– Что? Не-е-ет!

Я начинаю отпираться, но Райан настаивает на своём. После долгих уговоров, он, наконец, сам снимает с меня обувь, хватает на руки и выносит на улицу, прямо под дождь. На асфальте большие лужи, а воздух пахнет сыростью и влажностью. За считанные секунды мои волосы превращаются в сосульки, а одежду можно выкручивать. Сначала телу неприятно, но потом я привыкаю к холодным каплям, и уже не чувствую дискомфорта. Всё это время Райан ещё держит меня на руках, но затем резко ставит в огромную лужу, доходящую мне до косточки, и заходит сам. Я начинаю визжать от удовольствия. Куча эмоций переполняют меня. Погода уже не кажется такой скучной, как это было буквально десять минут назад. Я начинаю прыгать в луже, разбрызгивая воду.

– Как же классно! Почему я в детстве так не делала?

– Не знаю, но у тебя есть огромный шанс исправить свои детские ошибки.

– Главной моей ошибкой будет, если я тебя прямо сейчас не поцелую.

Без лишних слов Райан притягивает меня к себе. Мы прижимаемся друг к другу холодными мокрыми телами и начинаем жадно целовать друг друга. Я навсегда оставлю этот день в своём сердце.

Мокрые, насквозь продрогшие, с кучей положительных эмоций, мы, наконец решаем поехать домой. Сейчас я мечтаю только о тёплой постели, чашке горячего кофе и о чём – нибудь вкусном вприкуску. Я так и не выяснила, откуда шрам на спине Райна, но сейчас не самый удачный момент спрашивать. Узнаю в другой раз.

Машина останавливается у дома, и моё сердце начинает стучать, с непривычной для меня расстановкой. Сначала тихо медленно, а затем, набрав обороты, кажется, вот – вот выскочит из груди. На крыльце я вижу высокую девушку с каштановыми волосами – Аманду. Райан ещё не заметил её. Секунду помедлив, я уверенно подхожу к ней, бросаю ледяной взгляд и произношу:

– Ты заблудилась? Так я тебе дорогу быстро помогу найти, сука!

– Рики, не нужно, прошу..., – она выглядит подавленной. – У меня проблемы. Только вы сможете мне помочь. Пожалуйста, помогите мне, и я исчезну. В этом городе мне больше не к кому обратиться, как оказалось, у меня нет настоящих друзей.

– Оно и не удивительно! – к нам подходит Райан.

– Аманда? Что ты здесь делаешь? – он так же как и я ничего не понимает.

– Мне нужно найти Кэмерона. Ты ведь ещё с ним общаешься? Это очень важно, мне нужна его помощь. Деньги есть. Это срочно. Ты должен убедить его помочь мне!

– Пройдём лучше в дом, там всё расскажешь, – Райан осторожно осматривается по сторонам, как будто боясь, что кто – то увидит нас.

– Кто такой Кэмерон? Вы мне хоть что – то объясните?! – я развожу руками в воздухе, но никто как будто и не замечает меня. – Эй, я что, невидимка? – Райан и Аманда проходят в дом, даже не посмотрев в мою сторону.

Расклеившимися от влажности балетками шлёпаю по мокрой от дождя мостовой. Рядом самый верный друг человека – пёс Райана Марс. С ним мне хоть немного веселее. Я решила прогуляться, пока Райан и Аманда о чём – то беседуют, закрывшись в комнате. Они даже не заметили моего ухода, не смотря на то, что я довольно громко хлопнула дверью. Уверена, они до сих пор мило секретничают, делая вид, что меня и вовсе не существует. Ну и отлично, мне совсем не скучно! Небрежно хватаю камень с земли и, размахнувшись, бросаю в реку. На воде появляются расходящиеся круги, и моё сердце ещё сильнее сжимает обида. Я беру ещё один камень и опять швыряю его в реку, наполняя лёгкие свежим сырым воздухом. По щеке катится слеза, а Марс начинает скулить. Я приседаю на корточки, опускаясь до его уровня.

– Нет, я не плачу, просто вдохнула слишком много воздуха, – тихо произношу я, и пёс зарывается носом мне в плечо, я глажу его в ответ. – Эх, только ты меня понимаешь, – Марс поднимает на меня свои грустные глаза. – У моего брата тоже есть собачка, его зовут Скрэпи. Я вас когда – нибудь обязательно познакомлю!

– Девушка, с вами всё в прядке? – слышу я голос сзади. Оборачиваюсь, передо мной стоит женщина. – Вы как – то неважно выглядите.

– Всё хорошо, спасибо, – я медленно встаю.

Чёрт, я, кажется, схожу с ума. Я только что разговаривала с псом! Неужели это от одиночества? Хотя, я, наверное, сильно преувеличиваю, и вообще это ещё не самое страшное. Самое страшное то, что Райан сейчас занимается непонятно чем наедине с Амандой, а я как ни в чём не бывало, гуляю здесь! Что же я наделала? Нужно срочно бежать. Если бы не эта женщина, я так и осталась бы здесь, полноправно предоставив им целый дом! И о чём я только думала? Я разворачиваюсь, набираю как можно больше воздуха и кричу вдаль:

– Спасибо вам! – женщина оборачивается и непонимающе смотрит на меня, я, больше не проронив ни слова, удаляюсь.

Захожу в дом, тихо закрыв за собой дверь. Странно, не слышно ни шагов, ни каких либо других звуков. Умерли все, что ли? Или может они куда – то ушли? Почему тогда дверь не заперта? И почему они ушли вдвоём, не предупредив меня? Ничего не понимаю… Заглядываю на кухню – никого, прохожу дальше и по пути в ванну, краем глаза заглядываю в спальню, отвожу взгляд и тут же приковываю его обратно. На полу валяется одежда, кровать перевёрнута чуть ли не вверх дном, на меня с ухмылкой смотрит завёрнутая в одеяло, на котором ещё недавно валялись мы с Райаном, Аманда, а рядом спит Райан. Я смотрю на происходящее стеклянным взглядом, сквозь слёзы, а Аманда как ни в чём не бывало, наливает красное вино в бокал.

– Нет, – шепчу я. – Этого не может быть…

– Будешь? – девушка нагло протягивает мне бокал. Я не отвечаю.

Ещё раз осматриваю комнату, и рывком выбегаю в коридор. С минуту вожусь с кедами, шнурки от которых как назло не пролезают в петли, и в итоге, оставив обувь не зашнурованной, хватаю с тумбочки связку ключей и выбегаю из дома. Следом за мной выбегает Марс.

– Мой маленький, – я глажу пса, а он начинает облизывать мои руки, – возвращайся, предали только меня. Возвращайся! – Марс по – прежнему остаётся стоять на месте. – Иди, там твой хозяин. Я не смогу позаботиться о тебе. Иди! – пёс не уходит.

Дальше не продолжая свой монолог с Марсом, я уверенно иду к гаражу, открываю его и запускаю пса на заднее сидение машины, а сама сажусь на водительское. Так, снять с ручника, завести, тронуться – я прокручиваю в голове план действий, а затем начинаю ему следовать. Машина трогается с места, я начинаю медленно выезжать из гаража, но руки начинают трястись, и двигатель резко глохнет. Наверное, я слишком резко нажала на газ. Завожу ещё раз, на этот раз получается плавней. Через несколько минут мне, наконец, удаётся покинуть гараж, и даже выехать на дорогу.

– Вот бы разбиться ко всем чертям! – тихо произношу я самой себе.

Я медленно проезжаю переулок и сворачиваю на шоссе. Из-за потока слёз мне становится плохо видно дорогу, но я не останавливаюсь на обочине. Я продолжаю свой путь по встречной полосе. Непонимающие, что происходит, водители тут же начинают объезжать меня, некоторые, сигналят и даже свистят из окон. Плевать! Я уверенно жму на газ и мчусь в никуда. Если в конце всем суждено умереть, пусть со мной это произойдёт сегодня. Я больше не вижу смысла своего существования. Я вообще не вижу смысла человеческой жизни. Если бы люди рождались для продолжения рода, то они бы умирали в пятьдесят, когда репродуктивная функция организма уже давно утрачена. Значит смысл жизни не в этом. Если мы рождаемся, для того, чтобы быть счастливыми, тоже промах. Абсолютного счастья нет, есть лишь поверхностное. Может, мы живём, для того чтобы мучатся и проходить бесконечные испытания? Пожалуй, это самое адекватное предположение. Что ж, в таком случае, я не хочу такой жизни. Ещё, конечно, есть вариант – любовь, в него я всё ещё верю, но это уже не про меня. Тони и Лэсси, скорее про них. Они ведь любят друг друга. Искренне, по – настоящему. Я верю в их любовь. Я фанатка их любви. А что случилось с моими отношениями? От них не осталось и дыма, лишь пепел. Я прокручиваю в голове, увиденную мной сцену, и вспоминаю это довольное лицо Аманды, я хочу её убить. А Райан, почему он так поступает? Сначала говорит, что любит, что дышать без меня не может, обзывает самой необыкновенной, а затем с радостью прыгает в койку к бывшей! Почему всё так не справедливо? У меня было столько причин наивно верить ему, а он всего лишь нагло врал.

Я смотрю на дорогу, машины по-прежнему непонимающе сворачивают, а я мчусь по чужой полосе и ещё сильнее жму на газ. Ну, давайте, врежьтесь уже в меня! По щеке катится очередная слеза, руки трясутся, сердце замирает, и вдруг, среди всей серой массы, автомобилей и сырости от дождя, я замечаю маленькую девочку, на дороге. Я еду прямо на неё. За секунду я начинаю жать на тормоз и резко дёргаю руль на обочину. Машину заносит в кювет, срабатывают подушки безопасности. Я выбегаю из машины, и не сразу ориентируюсь в пространстве, у меня кружится голова. Я ищу глазами ту девочку, но не нахожу. Может её отбросило от удара? Нет, по близости никого нет, я бы заметила. Рядом начинают останавливаться машины. Я открываю бардачок, в поисках салфеток, чтобы вытереть своё распухшее мокрое лицо и нахожу там карту, забираю её с собой.

– Это была плохая идея, жди хозяина, – говорю я Марсу и вылезаю из машины, чуть – чуть приоткрыв окно. Я запираю пса в машине на ключ и забрасываю всю связку обратно в салон. Ещё раз окидываю взглядом происходящее и быстрым шагом ухожу.

Я решила всеми силами добраться до Оклахомы и разыскать ребят. Они, пожалуй, единственное, что у меня осталось. Если ещё осталось… Сейчас, я иду по краю дороги, ориентируясь по карте. Это оказалось не сложно, дорога идёт прямо. Как назло, за два часа моей ходьбы, ещё ни одна машина не остановилась, несмотря на то, что я голосовала. Возможно, их пугает мой небрежный вид: распухшее лицо, размазанная косметика, и чёрт, всё ещё не зашнурованные кеды! Совсем замоталась. Я нагибаюсь, чтобы зашнуровать их, и в это время останавливается машина.

– Смотри, какой зад, – я оборачиваюсь, и вижу голову парня, высунутую из опущенного стекла «шевроле».

– Ну да, ничё, – я замечаю другого парня.

– Красотка, может подвезти?

– Спасибо, перебьюсь, – бросаю я и продолжаю идти. Машина медленно катится за мной.

– Да ты не бойся нас, мы парни с понятиями. Порядочные, – раздаётся дикий ржач.

– Да и к тому же до города далеко, вряд ли кто – то ещё захочет тебя подбросить.

А ведь они правы, мне ещё далеко идти. Да и к тому же я жутко устала. Будь что будет, мне уже всё равно.

– Ладно, я согласна с вами ехать, – дрожащим голосом выдавливаю я.

– Ну, вот и славно, прыгай, – я открываю дверь и забираюсь на заднее сидение. Машина трогается с места.

Мы проезжаем мимо красивого пейзажа, вдали виднеются холмы гор. Небо уже совсем светлое, без единой тучки, как будто дождя и не было. Я настороженно сижу на самом краю сидения, готовая, к любому развитию событий, вплоть до того, что придётся бежать. Парни – Пит и Хью не вызывают у меня особого доверия. Я думаю, они неспроста решили меня подвези. А ещё меня не покидает мысль о том, что же за девочку я тогда увидела на дороге. Как маленький ребёнок мог оказаться на шоссе, в пяти милях от города? И если я всё – таки сбила её, почему не почувствовала удара? Я аккуратно одёргиваю Хью, за плечо:

– Послушай, а вы когда проезжали милях в пяти от Перселла, вы никакую там аварию не видели? – спрашиваю я.

– Нет, там всё чисто, а почему ты спрашиваешь?

– Я видела там маленькую девочку, мне показалось, ей угрожала опасность, – Хью и Пит одновременно смотрят друг на друга и меня это настораживает. – Что? – решаюсь спросить я.

– Ты не местная?

– Ну, да, а откуда вы знаете? – я вопросительно смотрю на парней.

– Эта история знакома каждому второму, – отвечает Пит, – скажи, девочке на вид было лет шесть?

– Да…

– Это давнее происшествие. Никто сначала не верил, но факты говорят сами за себя. Ты видела не девочку, а её призрак.

– Что? Вы шутите? – я воспринимаю слова Пита не в серьёз.

– Нет, он не шутит, – подтверждает Хью. – Не подумай, мы не хотим тебя пугать, но пятнадцать лет назад на этой дороге произошла страшная авария, в результате которой погиб ребёнок – девочка шести лет. Она ехала в машине с родителями и сидела на заднем сидении, весь удар пришёлся на ту часть автомобиля. Родители чудом остались живы.

– Какой ужас…

– Да, с тех пор у нас в городе появилась легенда, хотя это скорее правда, что та девочка оберегает эту дорогу от происшествий.

– За пятнадцать лет здесь не было ни одной аварии, – подтверждает Хью. – Да и водители не раз рассказывали, что видели её.

Меня накрывает шоковой волной. Неужели такое возможно? Я никогда не верила в потусторонние силы, а тут выясняется, что сама стала невольным свидетелем. Эта девочка спасла меня. Она спасла меня от гибели, и не только меня. Своим поступком, я могла лишить жизни не только себя, но и ни в чём не повинных людей, которые наверняка не планируют расставаться с жизнью.

– Ты голодна? – неожиданно спрашивает Пит, отвлекая меня от жутких мыслей.

– Если честно, очень.

– Может, тогда заедем в кафе? Я что – то тоже проголодался. Хью, ты как?

– Обеими руками за, – парень поднимает руки вверх, показывая, что руки действительно за. Ребята начинают смеяться.

– Мне неловко говорить, но у меня совсем нет денег, – я виновато отвожу глаза.

– Это не проблема. Мы не станем беднее, если угостим тебя обедом, правда? – обращается Пит к Хью.

– Чистая правда, – с наигранно серьёзным лицом подтверждает парень.

– Ребят, я так не могу… Вы меня лучше высадите где – нибудь здесь, а сами заедете пообедать. Я доберусь…

– Ну что за бред? Ты едешь с нами, и отговорки не принимаются.

– Скажите честно, зачем я вам? За несколько часов не остановилось ни одной машины, а вы даже подвезти предложили сами, – на одном дыхании выдаю я, и мне тут же становится стыдно за свой бестактный вопрос.

– Не важно, – резко отвечает Хью и добавляет: – Не переживай, мы не навредим тебе.

– Но всё – таки хотелось бы знать, что это за привилегии, – настаиваю я.

– Ты напоминаешь нам одного очень хорошего человека. Такой ответ тебя устроит?

– Более чем…, – я решаю больше не расспрашивать.

Машина останавливается возле небольшого домика, больше похожего на дешёвую забегаловку, чем кафе, из – за ободранных стен. Хотя, какая разница, где есть, если очень хочется? Тем более ребята угощают… Пит любезно открывает мне дверь, выпуская из машины. Только сейчас, выйдя из автомобиля, я могу хорошо рассмотреть ребят. Их телосложение абсолютно не отличается друг от друга: оба высокие, подтянутые, на мой взгляд, даже слишком худые. На лицо они тоже не особо различаются. Только у Хью нижняя губа полнее, чем у друга. А так, у них даже причёски похожие.

– Вы случайно не братья? – иронично спрашиваю я, в целях подшутить.

– Да, а что, так видно? – переспрашивает Пит.

– Вы правда братья? – мои глаза расширяются от удивления. У меня ещё никогда не было знакомых парней – братьев.

– Да, мы родные братья, только Хью старше почти на год, – отвечает Пит.

– Обалдеть! Я сначала подумала, что вы просто друзья, но потом я к вам присмотрелась, вы очень похожи.

– А мне, кажется, совсем нет, – Хью отрицательно кивает головой.

Мы заходим в здание, внутри оно очень отличается от своего наружного состояния: стены выложены из декоративного камня, везде развешены картины с какой – то абстракцией, играет приятная мелодия, приглушённый свет. Да, в который раз убеждаюсь, что внешность обманчива.

Парни садятся за столик, а я захожу в дамскую комнату. Я подхожу к зеркалу и смотрю на своё отражение: волосы растрёпаны, по всему лицу полосы от размазанной туши. Какой ужас. Я набираю полные ладони холодной воды из крана и подношу к лицу. Тело охватывают мурашки. Вода неприятно стекает, я вспоминаю Райна. В горле появляется ком, а на глаза наворачиваются слёзы, но я тут же смываю их очередным потоком воды. Тушь окончательно размазывается, и кожа приобретает сероватый оттенок, но сейчас мне плевать на внешний вид. Предательство, пожалуй, одна из самых страшных вещей, которые только может совершить близкий человек. Ты доверяешь, а тебе вонзают нож в спину, и уже ничего нельзя изменить. Я ещё раз смотрю на своё отражение в зеркале, и без сил валюсь на пол, зарывшись лицом в колени.

Спустя несколько минут, умывшись с помощью бумажных полотенец, я выхожу в зал. Пит и Хью сидят за столиком возле окна, я подхожу к ним.

– Ты где была так долго? – спрашивает Пит, – мы не знали, что уже и думать.

– Простите, задумалась.

– Мы заказали тебе сосиски с кетчупом и чашку кофе. Ты не возражаешь?

– Нет, конечно, нет, я их обожаю! Спасибо, – я искренне улыбаюсь ребятам.

К нам подходит молодая девушка и отдаёт наш заказ. Дальше, не проронив ни слова, мы просто молча обедаем, хотя я, пожалуй, ещё только завтракаю.

14.

Кто бы мог подумать, что ещё вчера я беззаботно проводила часы на пролёт вместе с Райаном, а сейчас иду по песчаной дороге в какой – то глуши? Кто бы мог подумать полтора месяца назад, что я столкнусь лицом к лицу со смертью друга, попробую наркотики, убью человека, сбегу из дома и влюблюсь? И кто бы мог подумать, что последнее для меня окажется самым жестоким? Никто. Никто не мог даже предположить, но тем не менее всё так. Жизнь закрутила меня в своём бешеном ритме, перевернув всё с ног на голову, и сделала вид, что всё в порядке! Мне даже не верится. Кто бы мог подумать?!

Как я не сопротивлялась и не отговаривала, ребята всё – таки подбросили меня к загородному дому Лэсси. Я назвала им адрес, который помнила ещё со дня рождения подруги (тогда мы с её родителями ездили сюда отмечать его), и через несколько часов оказалась на месте. Оказалось, это совсем близко. Пит оставил мне свой номер телефона, и велел непременно звонить, чтобы ни случилось. Очень мило с его стороны. Он практически не знает меня, а уже готов абсолютно бескорыстно прийти на помощь. Я думала благородных людей уже не осталось.

Сейчас я иду по знакомой улочке, но, не смотря на то, что я припоминаю её с детства, мне приходится всматриваться в каждый дом. Ведь уже очень стемнело, а дорога никак не освещается. Почти в каждом доме горит свет, многие люди приезжают в деревни на лето, и я им даже немного завидую. Им есть где отдохнуть от городской суеты. У меня никогда не было загородного дома, и поэтому мы с мамой и братом никуда не выбирались. Каждое лето мы проводили дома, и это было очень скучно.

Я останавливаюсь возле плиточного дома – это здесь. Это тот самый дом Лэсси, я не могла ошибиться. Рядом припаркован старый пикап. Интересно, откуда здесь эта рухлядь? Я стараюсь аккуратно открыть калитку, но она всё равно скрипит так, что я не удивлюсь, если этот скрип услышали в соседнем штате. Я подхожу к двери и уверенно стучу. Никто не открывает, более того, не слышно никаких признаков присутствия кого – либо за дверью. Я обхожу дом по кругу – нигде нет света. Либо они уже спят, либо и вовсе не появлялись здесь. Тогда откуда машина? Я решаю разобраться во всем утром, а пока нужно найти место, где я смогла бы выспаться. В дом не попасть, машина тоже наверняка заперта, остаётся только коврик на крыльце. Что ж, перспектива лучше некуда. Хорошо, что сейчас лето, не представляю, чтобы я делала зимой. Я сажусь на крыльцо, опёршись головой о стену, закрываю глаза, засыпаю.

– Рики? Что ты здесь делаешь? – меня будит до боли знакомый голос, я открываю глаза и вижу перед собой растерянного Тони. Я тут же вскакиваю с места.

– …я…мне…

– Ты давно здесь сидишь?

– Не очень.

– Пойдём в дом, ты дрожишь вся!

Действительно, мои руки покрылись «гусиной кожей» и я вся колочусь.

– Как ты нашла это место? – парень роется в какой – то тумбочке на кухне, судя по всему это бар.

– Я была здесь в детстве, – неуверенно отвечаю я, – но сейчас не об этом. Послушай, я хотела сказать, что я очень виновата перед вами всеми, я наговорила вам кучу гадостей, и можно сказать предала.

– Можно сказать? – Тони округляет глаза. – Умоляю, давай будем называть вещи своими именами, ты нас предала, обменяв на какого – то парня.

– …я…

– Не перебивай. Так вот, ты предала нас, бросила, но мы не обижаемся, – на лице Тони появляется искренняя, слегка ехидная улыбка. – На самом деле, – продолжает парень, – мы уже сами собирались тебя искать.

– Ты серьёзно??? – я начинаю по – идиотски улыбаться.

– Вполне, – коротко отвечает парень. – Ты ведь не чужая нам, да и Лэсси все уши мне уже прожужжала.

– Ты так изменился…

– Что ты имеешь в виду?

– Раньше бы ты налетел на меня с криками, или вообще разговаривать не стал бы. Куда делся этот вспыльчивый паренёк, эй?! – я начинаю смеяться, Тони подхватывает.

– Ну, я же скоро стану отцом, ответственным человеком, между прочим, – Тони задирает указательный палец вверх, и это ещё больше меня смешит.

– Она всё – таки рассказала тебе?

– Внесём маленькую поправку, рассказала ты. Ну, тогда, в порыве ярости, помнишь?

– Ах, да, – мне по новому кругу становиться стыдно за тот день. – А кстати, где Лэсси и Мит?

– Они на берегу реки в соседней деревне, мы решили выбраться этой ночью на природу. Ночи тёплые, а там очень красивый шлюз, ты должна увидеть. Я, собственно, всего на минуту забежал, захватить кое – что, – Тони указывает мне на бутылку рома. – Кстати, ты идёшь сейчас со мной, ребята будут безумно рады.

– Это как – то слишком неожиданно, тебе не кажется? Да и я хотела бы принять душ…

– Если я тебя не приведу, Лэсси никогда меня не простит! Она вообще в последнее время странная: то хочет искупаться, то через минуту уже хочет спать. А вчера, попросила почистить ей апельсин, я почистил, принёс, а она накричала на меня, что он слишком большой и заставила чистить новый, по – меньше. В итоге съела два.

– Она беременная, не забывай.

– Да я помню… Так, что – то мы отошли от темы, собирайся! На втором этаже наша с Лэсси комната, в шкафу возьми что – нибудь из её одежды, думаю, она не будет против. И если тебе так уж нужно, забеги в ванную, только умоляю, не надо три часа наносить эти ваши кремы или что вы там ещё делаете…

– Ладно, я умоюсь хотя бы просто, подожди десять минут, – я поднимаюсь на лестницу.

– И…, – начинает что – то говорить Тони, но я перебиваю:

– Я помню, никаких кремов, – мы начинаем смеяться.

Спустя десять минут, умывшись и надев свежую одежду, как и обещала, я возвращаюсь к парню. Мы прихватываем алкоголь, чипсы, ещё один плед и выходим на улицу.

– А откуда, кстати, здесь эта…ну…даже не знаю, как выразиться, эм…машина? – спрашиваю я.

– Эй, не обижай нашу ласточку! – Тони смеётся. – А если серьёзно, мы обменяли её на платиновые старинные часы.

– А часы где взяли?!

– Я прихватил, когда мы были дома у Айзека, – спокойно отвечает Тони.

– То есть украл?!

– Рики, это не воровство, это всего лишь его плата за наше…за наше сейчас!

– Сейчас?… – тихо задумчиво переспрашиваю я.

– Да, сейчас! Что есть у нас сейчас? Жильё?! Так его завтра же может не стать. Легавые могут нагрянуть в любую секунду. Я до сих пор удивляюсь, как они не догадались искать нас здесь. Деньги? Тоже промах. У меня никогда нормальной жизни не будет, я уверен. А у меня малыш скоро будет, и я любого порву, кто хоть подумает в его сторону! – тело парня заметно напряжено, и глаза наполнены злобой и ненавистью.

– Пожалуйста, не надо, – я аккуратно одёргиваю Тони за плечо.

– Всё нормально, пойдём.

За всё время, что мы идём, Тони не обмолвился ни словом. Я тоже молчу. Каждый погружен в свои мысли. Внутри меня какое-то непонятное чувство, очень похожее на страх. Я действительно боюсь встретиться с ребятами, я не знаю, как они отнесутся к моему появлению. Надеюсь, их не огорчит эта встреча. Тони был, заметно, рад меня увидеть, надеюсь, что ребята отреагируют так же. Особенно меня беспокоит Мит. Как смотреть ему в глаза? Я даже не представляю, о чём нам говорить. Наверное, лучше всего будет сделать вид, что между нами ничего не было. А действительно, что между нами было? Всего лишь несколько поцелуев. Это же не считается…

Небо усыпано звёздами. Мы идём по узкой тропинке, мимо каких-то зарослей и кустарников в человеческий рост. Вдали я вижу мельницу, но из-за темноты она едва заметна. Мы проходим ещё несколько метров, заросли заканчиваются, и передо мной расстилается настоящий пляж. Конечно, по его виду понятно, что здесь не часто появляются люди, но здесь вполне мило. Сквозь жёлтый песок торчат верхушки растений и много крупных камней. В стороне шумит водоём, а в нескольких метрах небольшой огонёк – это костёр. Нет сомнений, ребята там. Я тяжело выдыхаю, готовясь к встрече, Тони это замечает.

– Ты чего? – спрашивает он.

– Я немного волнуюсь, – честно признаюсь я.

– Ты идёшь к лучшей подруге и бывшему парню, а не на расстрел, успокойся.

– …мы не встречались с Митом.

– Да? А мне почему – то казалось…

– …тебе казалось, – перебиваю я.

Мы становимся всё ближе и ближе к ребятам, я уже вижу два силуэта спокойно сидящие на земле. Наконец, они нас тоже замечают. Первой нам на встречу начинает идти Лэсси, затем её догоняет Мит. Интересно, о чём они сейчас думают? Я чувствую себя жутко неловко, хочется зарыться в песок и просидеть там вечность. Мне стыдно за всё, что произошло. Я нагло бросила их в трудный момент. Наверное, мне нет прощения.

Мы долго смотрим глаза в глаза с подругой, и у нас обеих выступают слёзы радости и одновременно с тем сожаления. Я смотрю на Лэсси, и понимаю, что она очень изменилась: взгляд более уверенный, силуэт стал более женственный, уже не тот подростковый, волосы она начала заплетать, раньше никогда такого не было, и, кажется, она слегка поправилась. Я первая делаю шаг навстречу и обнимаю подругу, она делает тоже самое. Сейчас мы похожи на беззащитных котят, которые бес конца жмутся друг к другу. Лэсси, такая родная, тёплая и любимая Лэсси...

– Лэсси, я должна…

– Не надо, – перебивает меня подруга, – не извиняйся.

– Спасибо, – я ещё крепче сжимаю подругу. – Мне так тебя не хватало!

Нас четверо: я, Лэсси, Тони и Мит. Мы сидим на песке возле огня, укутавшись в свои пледы, и пьём из одной бутылки, пуская её по кругу, за исключением Лэсси, она ест печенье. Ребята действительно очень тепло приняли меня, как будто ничего и не было. Мне с ними так легко. Я очень благодарна им за эти счастливые минуты.

– … а потом я встретила двух парней, Хью и Пита, они-то меня сюда и подбросили, – произношу я, делая очередной глоток. Я чувствую, как алкоголь приятно ударяет в голову, в глазах всё слегка кружится, но вместе с тем, я отдаю полный отчёт в своих действиях. Я решила рассказать ребятам всё, что произошло со мной за это время, они, в свою очередь, рассказали мне о своей жизни.

Оказывается, у них и у самих жизнь не сахар. Каждую секунду ребята находятся в страхе, что вот-вот распахнётся дверь и ворвутся копы. И ведь действительно, очень страшно в один миг лишиться всего: друзей, свободы, независимости. Только сейчас я понимаю, как мне не хватало всей этой тёплой дружеской атмосферы. С Райаном было не так. С ним я чувствовала стабильность, но мне, видимо, нужно было не это. Я не знаю, как сложатся наши с ним отношения, и увидимся ли мы вообще, но сейчас мне подозрительно легко. Я легко отпускаю его. Он остался там, в тех беззаботно проведённых днях, а я здесь, с лучшими друзьями, которые, я уверена, не предадут. Пускай он будет счастлив с Амандой, если выбрал её. Мне плевать. Я больше не хочу отношений, мне хорошо одной.

Всю ночь Мит не сводит с меня глаз, как будто хочет что-то сказать, но не решается. Я в свою очередь тоже не делаю первых шагов. За всё время мы опрокинулись всего парой тройкой слов.

– Давайте сыграем в одну игру? – предлагает Тони.

Я вспоминаю, тот самый день, когда мы с ребятами поссорились. Тогда Тони точно так же предложил во что-нибудь сыграть.