Текст книги "Как только ты уйдёшь"

Автор книги: Миранда Плэйт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

– Это не касается тебя, отдай.

– Либо ты сейчас же всё рассказываешь, либо я звоню в полицию, и пусть они с тобой разбираются.

– Ты этого не сделаешь.

– У меня нет другого выхода. Сначала этот мальчик, потом деньги…я уже не знаю, что и думать! – мама достаёт из кармана визитку с номером женщины из полиции и берёт в руки телефон.

Злость так и переполняет меня, сама себя не контролируя, я вырываю телефон из рук мамы, и бросаю на пол, хватаю сумку и деньги, выбегаю из дома. На пороге практически нос к носу сталкиваюсь с Митом. Он не понимает, что происходит.

– Эй, это ты меня так бежишь встречать?

– Очень остроумно, пошли быстрее.

– Ты мне объяснишь, что происходит?

– Всё просто, мама нашла у меня деньги и хочет сдать меня в полицию.

– Ты что больная такой суммой везде разбрасываться?

– Я не разбрасывалась, она в моих вещах рылась.

Мы опять на крыше. Это единственное место, где я могу хоть как-то расслабиться. Единственное, что сейчас меня здесь смущает, это то, что сначала я лишилась здесь девственности с Митом, а потом он притащил сюда ещё и Роуз.

– Я созвонился с Дейвом, – говорит Мит.

– А кто это?

– Это главарь шайки, которая похитила Роуз.

– И что он тебе сказал?

– Они будут здесь вечером. И Роуз тоже, – он следит за моей реакцией. Я не отвечаю. – Где ты взяла деньги?

– Это слишком трудная история.

– Я не боюсь трудностей. Ты сказала, что из-за них погиб человек? Я надеюсь, ты пошутила?

Мне не хочется ничего рассказывать, хочется соврать и что бы Мит побыстрее оставил меня в покое, но я всё таки собираюсь с мыслями.

– Несколько дней назад я познакомилась с парнем. Он был прекрасным человеком. Он одолжил деньги, у своего приятеля, ради меня. Ради меня, понимаешь?! А потом, – по моим щекам начинают скатываться слёзы, – потом мы ехали. Быстро. И я ещё просила быстрее, – я уже захлёбываюсь в слезах и не могу связать слов. – И мотоцикл резко свернул, а потом я очнулась, а он мёртв. Оскар мёртв!!! – у меня истерика.

– Тихо, тихо, моя маленькая, – Мит кладёт мою голову к себе на плечо. – Не плачь, прошу тебя.

– Я не верю, что больше никогда не увижу его. Я не верю, что его больше нет.

– Когда будут похороны?

– Наверное, завтра. Я этого не вынесу.

– Я пойду с тобой, а сейчас тебе нужно заснуть.

Иду босыми ногами по мокрой траве. Сейчас раннее утро, даже птицы ещё не поют. Я нахожусь в саду. Здесь куча деревьев с яблоками и грушами, но меня привлекают огромные розовые кусты. Они – самое красивое, что есть здесь. Вообще-то я не люблю розы, меня больше привлекают полевые цветы, которые не жалко пустить на очередной венок. Но так как полевыми цветами здесь даже и не пахнет (сад слишком ухожен для них), я наслаждаюсь тем, что есть. Я подношу лицо к цветку, запах очаровывает, я растворяюсь в нём, расслабляюсь, погружаюсь в этот прекрасный мир. Затем я чувствую обжигающе тёплое прикосновение чьей-то руки у себя на плече. Оно такое нежное. В одном прикосновении я ощущаю море любви. Я вздрагиваю. Опускаю глаза вниз, вижу мужскую руку. Затем поворачиваюсь, и замечаю огненно-зелёные глаза, присматриваюсь и понимаю, что рядом со мной Оскар.

– А я и не знала, что у тебя такие красивые глаза, – тихо шепчу я.

– Ты ещё многое обо мне не знаешь.

– А ты расскажи.

– Уже слишком поздно что либо говорить, – Оскар опускает глаза, – пойдём со мной? – продолжает парень.

– Я не могу, я должна остаться здесь.

– Но ты ведь хочешь узнать обо мне больше?

– Да, но уйти я не могу.

– Хорошо, ты можешь остаться. Извини, мне уже пора. Нам запрещено по – долгу разговаривать с людьми.

– Ты ещё придёшь ко мне? – Оскар молчит, и я замечаю, как потухают его глаза. Затем он отдаляется. – Ты вернёшься? – с надеждой смотря на него, спрашиваю я.

– Если мне позволят, – Оскар исчезает.

– Рики, проснись. Проснись, малыш, – слышу голос сквозь сон. Это Мит.

– Уже утро?

– Уже вечер. Ты что, забыла, кто сейчас должен явиться? – я тут же вспоминаю, из-за чего я оказалась здесь и КОГО мы ждём. Резко вскакиваю с дивана, и поднимаюсь наверх, на крышу.

– Как я оказалась в комнате? Я не помню.

– Я отнёс тебя туда. Должен сказать, ты прилично весишь, – смеётся Мит, я не отвечаю. – А вот и наши гости, – продолжает парень. Я сморю вниз, вижу приближающийся джип. Сердце начинает колотиться, а ладошки потеть.

– Мит, что они могут сделать нам?

– Тебе ничего, иди спрячься.

– Ну, уж нет! – возмущаюсь я. – Я иду с тобой.

– Не боишься?

– С тобой нет, – вру я.

Мит берёт деньги и прячет их под майкой, мы спускаемся вниз. Каждая ступенька лестницы приближает меня к чему – то, страшному или же наоборот забавному. Я пока и сама понять не могу. Наконец мы внизу. Из машины выходят два парня лет двадцати восьми.

– Привет, Митчелл, – обращается один из них к Миту, – давно я тебя не видел. А это кто? – он указывает на меня, – за женскими спинами прячешься?

– Дэйв, ты совсем ума сошёл на старости лет? Я не прячусь, обстоятельства так складываются.

– Хватит прелюдий, к делу давай. Бабки принёс?

– Принёс.

– Давай.

– Что с Роуз?

– Нормально с ней всё, на задней седухе дрыхнет. Сам глянь! – Мит подходит к машине, открывает заднюю дверь, и действительно, там, без сознания, сидит Роуз.

– Чем вы накачали её, уроды?

– Детка не хотела садиться в машину, пришлось вколоть ей лёгкое снотворное, через двадцать минут проснётся. Деньги давай.

– Подавись, – Мит швыряет деньги в лицо Дэйву.

– Можешь забрать тёлку, – Мит вынимает Роуз из машины, – я понял, – продолжает Дэйв, – что с тобой, Митчелл, нельзя иметь дел. Ты думал, мы тебя не достанем? Мне бабло только один мудак не вернул, так он теперь в земле червей кормит. В общем, аревуар, – дверь закрывается, и машина с характерными звуками трогается с места.

– Блин, ну и что с ней сейчас делать? – говорит Мит, как только машина скрывается за поворотом.

– С ней всё в порядке? – внешний вид девушки меня настораживает.

– Думаю да, – в это мгновение Роуз медленно щурясь, открывает глаза.

– Не убивайте меня, пожалуйста, – сквозь сон начинает бормотать она.

– Тсс, это я, не кричи, это я, Мит.

– Они ушли?

– Да, ты в безопасности, они уже далеко.

– Я ненавижу тебя, – шепчет Роуз, – я сегодня же сдам к чертям всех вас.

– Если ты пойдёшь в полицию, им придётся тебя убить, подумай, – Мит помогает Роуз стать на ноги. – Что они делали с тобой?

– Ничего, у меня слишком острые ногти. Только накачали чем-то.

– Слушай, ты прости меня…

– Я уже простила, – Роуз начинает обнимать Мита, но он отталкивает её.

– Не нужно, – парень отходит, – нам лучше расстаться. Я не люблю тебя.

В эту же секунду Миту в щёку прилетает звонкая пощёчина. Через минуту, вся в слезах, кое-как ковыляя, Роуз уходит прочь. Я стою с идиотской улыбкой и ничего не могу поделать с ней. Я даже рада всей этой ситуации, ведь Мит бросил её. Теперь он опять только мой.

– Может тебе такси вызвать? Кричит вслед девушке Мит.

– Отвали, придурок. Я вас засужу!

Мы с Митом валяемся на холодной крыше, но я практически не ощущаю холода, ведь со мной мой любимый человек.

– Видишь вон ту звезду? – спрашивает Мит, указывая пальцем в небо.

– Да, а ты разбираешься во всей этой астрономической ерунде?

– Нет, просто хотел создать романтическую атмосферу, как в кино, – мы начинаем заливаться хохотом.

– Когда вернёшься домой? – спрашивает парень.

– Я не хочу возвращаться, мама сдаст меня легавым. Она думает, что я украла деньги. Я не могу рассказать ей всё.

– Тогда сейчас же позвони ей, и скажи, что у тебя всё хорошо, она наверняка переживает.

– Нет, не буду.

– Как знаешь, – наступает минутная пауза.

– Деньги нужно будет как-то вернуть, – говорю я.

– Вернём.

– Ты смеёшься? Ещё одной такой истории я не вынесу.

– Не думай об этом, – успокаивает меня Мит, – иди ко мне, – я подползаю вплотную к парню, он заключает меня в объятия. – Спасибо, что ты со мной, – продолжает он.

– Я всегда буду рядом, если ты, конечно же, захочешь.

– Я хочу. Я хочу, Рики. Ты знаешь, у меня ведь никого нет. Родители от меня отказались ещё в детстве. Единственный лучший друг умер. Суицид. Он не выдержал всего этого дерьма. Но у меня есть ты. Я не вынесу, если потеряю и тебя. Что бы хоть как – то выживать, пытаюсь быть жёстким. Кажусь грубым, но на самом деле всё не так. Отрываюсь на одноразовых шлюшках, таких же, как Роуз, пытаюсь самоутвердиться, а по ночам выть от одиночества хочется. Я прошу, не бросай меня. Никогда.

– Я не брошу, я всегда буду рядом, – Мит целует меня.

7.

26 июня.

И снова утро. Это прекрасное утро, после прохладной ночи, рядом Мит. Мы так и пролежали всю ночь в обнимку, смотрели на небо и молчали. Сейчас он лежит рядом, словно беззащитный котёнок. Как же сладко он спит. Я готова любоваться им вечно. Аккуратно встаю, стараясь не издавать лишних звуков, пусть Мит ещё поспит. Нахожу свою сумку, в ней должны быть ключи от дома. Так и есть, они на месте. Нужно пойти домой, собрать необходимые вещи. Мама сейчас должна быть на работе, а Джейкоб в любом случае не выдаст меня. Ещё раз оглядываюсь назад, Мит всё ещё спит.

Уже несколько минут стою за углом, возле дома, не могу решиться зайти. Наконец собираюсь с мыслями и быстрыми шагами захожу во двор, поднимаюсь на крыльцо, и в этот момент дверь открывается. От неожиданности я подпрыгиваю. К счастью это Джейкоб.

– Где ты ночевала? – тут же спрашивает он.

– У Лэсси.

– Я рад, что ты вернулась.

– Я не вернулась, – мы проходим в дом, – я за вещами.

– Может всё-таки останешься? Мама будет волноваться.

– Нет, я уже всё решила. И не рассказывай ей, пожалуйста, что я приходила.

– Она же заметит, что некоторых твоих вещей нет, – Джейкоб берёт меня за руку.

– Скажи, что ничего не знаешь, – я вырываюсь.

– Как скажешь. Кстати, Лэсси вчера раз сто звонила. Говоришь, у неё ночевала?

– В любом случае тебя это не касается.

Я поднимаюсь в комнату. Достаю огромную спортивную сумку, она осталась у меня после поездки в лагерь в шестом классе, и собираю вещи. Сумка уже полностью набита одеждой и косметикой, но мне постоянно кажется, что я что – то забыла. Ещё раз осматриваю комнату, вроде бы всё забрала. Ну что ж, похоже, это финал. Возможно, я ещё вернусь сюда, но пока у меня нет никакого желания оставаться. Выхожу из своей комнаты, плотно захлопываю дверь. Внизу опять застаю Джейкоба.

– Пообещай, что будешь звонить мне, – он становиться возле прохода так, что я не могу пройти.

– Ладно, ладно. Пусти!

– Рики, знай, я всегда буду на твоей стороне, чтобы не случилось, ты лучшая сестра. Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – я не могу больше сдерживаться, крепко обнимаю брата, а из глаз начинают сочиться слёзы. Джейкоб не должен видеть мои мокрые глаза, я резко вырываюсь и убегаю прочь.

Звоню Миту, договариваюсь с ним о встрече. К счастью, он очень быстро приходит.

– Ты уверена, что хочешь пойти туда?

– Да, я должна попрощаться с ним.

– Давай сумку.

Всю дорогу мы молчали, каждый думал о своём. Мы возле городского кладбища, здесь припарковано несколько машин. Проходим дальше, и замечаем свежую могилу, рядом много людей. Среди них Лэсси, Тони и Джон. Я не хочу, чтобы меня кто-то видел здесь, поэтому мы с Митом решаем затаиться, пока люди не разойдутся. К счастью нам не приходиться долго ждать, постепенно машины разъезжаются. На могиле остаются всего три человека, мы подходим к ним. Без слов Лэсси обнимает меня.

Из моих глаз льются слёзы. Я смотрю на фотографию на могиле, на ней Оскар. Он такой молодой и красивый. Почему это был он? Почему Бог не забрал мою жизнь? Как же не справедлива жизнь. Я больше никогда его не увижу.

– Я никогда тебя не забуду, никогда.

Я замечаю, что ребята ждут меня на выходе. Я встаю, в последний раз оглядываюсь назад и быстрыми шагами ухожу.

– Лэсси, – без эмоций обращаюсь я к подруге, – это Мит, – указываю на парня, – ты хотела познакомиться с ним, – блондинка улыбается.

– Я Лэсси, – протягивает она руку парню, – а это Тони и Джон, – указывает она на ребят.

– Рики, ты же понимаешь, что тебе придётся вернуть деньги Айзеку? – говорит Тони.

– Я знаю. Оскар взял всю ответственность на себя. Я не позволю поминать его лихим словом. Я должна всё вернуть. Мне придётся торговать наркотой.

– По всей видимости – да, – отрывает Тони.

– Я всё сделаю сам, – вмешивается Мит.

– Нет, один ты точно ничего делать не будешь. Мы будем как минимум вдвоём, – говорю я.

– Я вам помогу, – говорит Лэсси, – и Тони тоже, – продолжает она. – Правда, ведь, Тони?!

– Да, – неохотно говорит он.

– Что за детский сад вы развели? – раздражённо говорит Джон. – Айзек ни за что не позволит непонятно кому, – он кивает на ребят, – заниматься его делом! Для вас это просто развлечение, но ведь последствия могут быть печальными. Вы не имеете никакого отношения к этому, и вас раскроют впервые же секунды! Всё зашло слишком далеко, как вы не понимаете? Я выхожу из игры. Теперь я сам по себе, – Джон окатывает нас осуждающим взглядом и уходит.

– Трус! – кричу я ему вслед.

– Не нужно, – успокаивает меня Тони, – у него мама болеет. Эта работа – его единственный шанс хоть как-то заработать. Он не может её потерять.

– И всё равно трус, – шепчу я.

Вчетвером мы загружаемся в машину. На этот раз в багажнике Мит. Кое – как мы с Лэсси умещаемся на одном сидении. Если нас остановит полиция, простым штрафам нам не отделаться. Но Тони это, видимо, ни сколько не пугает. «Жизнь должна быть опасной, насыщенной приключений» – говорит он.

– Почему бы тебе не купить машинку по больше? – смеётся Лэсси.

– Прости детка, на момент покупки я и не думал, что мне придётся возить так у– у – ую компанию, – они начинают смеяться вместе.

– Включите музыку, – говорю я.

– Какую?

– На твой вкус, только погромче.

Через минуту Тони врубает на максимум тяжёлый рок. Я люблю более спокойную музыку, но сейчас мне всё равно. Лэсси открывает люк, и мы на половину высовываемся в него. Резкий ветер ударяет в лицо. Мне трудно говорить, но одно я понимаю точно, сейчас мне безумно хорошо.

Вот мы уже и на месте. Дом Айзека. Мы приехали сюда, чтобы сообщить ему о случившемся и получить дальнейшие указания. Около ворот нас встречает охранник и провожает в дом. Я опять не могу оторвать свой взгляд от окон. Наверное, я ненормальная.

Мы в доме. На этот раз нас не ведут в кабинет, а оставляют ждать в гостиной комнате, размеры которой довольно внушительные. Наверное, весь мой дом меньше её. Ну вот, я опять вспоминаю свой дом. Я должна забыть это слово, по крайней мере, на ближайшее время. Обратной дороги нет. Я удивлена, как мама до сих пор не заявила в полицию о моём исчезновении. Всё ещё надеется, что я вернусь? Не дождётся! Мои мысли прерывают приближающиеся шаги, это Айзек.

– Ну, привет, детишки, – говорит он, – зачем пожаловали?

– Айзек, нам нужно поговорить с тобой, – отвечает Тони.

– В последний раз, когда вы говорили подобную фразу, я отвалил вам кучу бабла.

– Сейчас пойдёт разговор о возврате твоих денег.

– Это уже интересно. С кем я буду говорить?

– Со всеми, – отвечаю я.

– Ну как скажете. Так вот, я хотел бы по быстрее вернуть всю сумму, – Айзек осматривает Лэсси.

– Мы понимаем. Как ты уже, наверное, знаешь, Оскар погиб, – наступает пауза, – поэтому мы хотим отработать эти деньги за него. Прости, но вернуть такую сумму не реально.

– Вот как? – Айзек расплывается в ухмылке.

– Да, – грубо бросаю я.

– У меня нет работы для вас. Я возьму только деньги.

У всех присутствующих отвисает челюсть, после его слов. Ну, вот и всё! Последняя надежда безвозвратно упущена. Неужели всё повторяется? Мы снова в дерьме!

– Айзек, – говорит Тони, – может, ты ещё подумаешь? Ни у кого из нас нет такой суммы.

– Ну – у – у, – с задумчивым лицом протягивает тот, – девочки у вас симпатичные.

Я замечаю, как меняется в лице Мит. Глаза загораются злостью, а рука сжимается в кулак. Теперь это уже не тот парень, который чем-то так зацепил меня, перед собой я вижу настоящего волка, готового наброситься на жертву в любую секунду.

– Что ты сказал?! – осторожно переспрашивает Лэсси.

– По-моему, ты всё прекрасно слышала, лапуля, – язвит Айзек.

– Пошёл к чёрту, урод, – отвечаю я.

– Ты это серьёзно? – вмешивается Мит.

– Молодой человек, вы вообще кто? – спрашивает Айзек.

– Я Митчелл Дэвис, а вот ты похотливый мудак, – отвечает он. – Пойдёмте ребята, – мы все встаём.

– Неужели вы думаете, что моя охрана вас пропустит?

– Что тебе надо? – спрашивает Тони.

– От тебя ничего, ты свободен. И друга забери, – он кивает в сторону Мита, – а вот девочки остаются.

– Они уйдут с нами.

– Ребята, что – то я вас не пойму. Деньги вы вернуть не можете, но и отработать их на моих условиях не хотите. Это уже кидалово, какое-то.

– Мы хотим отработать, но не такой ценой же! – кричу я.

– Я согласна, – неожиданно для всех говорит Лэсси, – я согласна с тобой переспать, только ты должен пообещать, что долг будет прощён.

– Не надо, Лэсси, – говорю я, – ты вообще к этому делу отношения не имеешь!

– Неужели, вы не видите, что по-другому нам не уйти отсюда?

– Ну что, повеселимся? – спрашивает Айзек у Лэсси, в ответ она позволяет ему обнять себя за талию.

– Неужели ты сделаешь это? – спрашиваю я.

– Да, – отрывает подруга.

Сейчас во мне борются два чувства: жалость к Тони, который стоит без малейшего движения, и наблюдает, как его девушка уходит с другим, и ненависть к Айзеку. В меня словно вселяется демон. Я никому не позволю обидеть своих друзей! Никому. Кое – как хватаю тяжеленную вазу с тумбочки, стоящую рядом со мной и со всей силы разбиваю её о голову Айзека. Раздаётся громкий визг Лэсси, затем звук осколков, ударяющихся о пол, и наконец, я замечаю окровавленное лицо Айзека. Меня начинает трясти, а из рук выпадает оставшийся кусок вазы.

– Чёрт! Ты больная? – набрасывается на меня Мит.

– Он не дышит! – визжит Лэсси.

– Ты вообще молчи, потаскуха, – обращается к ней Тони.

– Вот, влипли! – Мит хватается за голову.

– Успокоились! – наконец выдаёт Тони. – Сейчас просто тихо уходим.

– Нужно убедиться, жив ли он, – говорит Лэсси.

– У него голова на две половины рассечена, дура! Как думаешь, он жив?! – язвит Тони.

– Рики, – начинает обнимать меня Мит, – с тобой всё в порядке? – я молчу.

– Да она дрожит вся!

– Рики, послушай меня, сейчас мы просто уйдём отсюда. Мы ничего не видели! Нас не было здесь, поняла? – я кое-как подчиняю себе своё тело и киваю, Мит ведёт меня к выходу.

Мы уже далеко от дома Айзека, в машине гробовая тишина. Меня всё ещё не покидает дрожь в теле. Неужели я смогла убить его? Нет, это было не убийство. Я защищала честь своей подруги. Но тем не менее я убила его. Как можно убивать?! Но ведь Айзек был плохим человеком, он не достоин был жить! Каким бы он не был, он всё – таки человек. Мысли просто переполняют мою голову, но меня отвлекает резкая остановка машины. Тони выходит на улицу, выпускает Мита из багажника.

– Чёрт! – Тони со всей силы бьёт по капоту машины, – чёрт, чёрт, чёрт! – кажется, у него истерика. – Ну и что нам теперь делать? Это всё из-за тебя! – кричит на меня парень.

– Отстань от неё, – за меня заступается Мит, – она всего лишь пыталась защитить твою подружку, – он кивает на зарёванную Лэсси.

– Зачем я вообще в это влез? Ведь хорошо жил же!

– Не истерии! Посмотри на девчонок! Они и так напуганы, – мы с Лэсси выбираемся из машины.

– Скоро обнаружат его труп, если уже не обнаружили.

– Ребят, простите меня, – тихо шепчу я, – я не хотела, – в горле появляется ком.

– Ты не виновата, – меня обнимает Мит, – это просто неудачное стечение обстоятельств.

– Может, хватит этих нежностей? – вмешивается Тони. – Что мы теперь будем делать?

– В любом случае охранник хорошо нас запомнил, соответственно скоро нас будет искать полиция, – отвечает Мит.

– А я ещё и за наркоту пойду, – Тони опускает глаза, – нам нужно пока затаиться.

– Ребята, давайте я просто пойду и сознаюсь во всём? Вы же здесь не причём, это я убийца.

– Рики, что за глупости ты говоришь? Ты не убийца! И я никуда тебя не пущу! – Мит ещё сильнее сжимает объятия, как будто я собралась бежать в полицию прямо сейчас.

– Я…я не могу скрываться. У меня мама…Она волноваться будет…А ещё колледж. Я хочу поступить в колледж, – Лэсси захлёбывается в слезах и не может связно говорить.

– Ну что ж, ты можешь валить домой! Только когда тебя затаскают по кабинетам легавые, будь добра, сделай вид, что незнакома с нами. Скажи, что не знаешь, о чём речь. Ты блондинка, глядишь, поверят, – язвит Тони.

– У нас есть несколько часов, – неожиданно для всех произносит Мит, – сейчас разъезжаемся по домам и собираем вещи. Встречаемся через два часа возле заброшки напротив старого парка. Никому ничего не рассказывайте.

– Ты уверен, что мы поступаем правильно?

– Я не хочу в тюрьму, я только начал жить.

Как и было решено, через два часа мы встретились с ребятами. Уже ночь. Так как мне некуда было идти и мои вещи уже давно были собраны, мы с Митом просто купили по бутылочке пива и сидя на сырой земле, молча, распили его. Лэсси же подошла к нашей «поездочке» со всем своим креативом, и, в общем – то, как всегда в своём стиле. Она притащила огромный чемодан полностью набитый шмотками. Естественно, весь этот балласт мы закрыли на крыше, разрешив ей выбрать только самое необходимое. Так же мы оставили там наши телефоны, так как по ним нас легко могли бы вычислить. Машину было решено оставить на какой-нибудь парковке, как только мы отъедем по – дальше от города.

– Ты как? – осторожно спрашивает у меня Мит.

– Жутковато.

– Бывает.

– Знаешь, я не верю, что всё это происходит со мной. Это просто какой – то нелепый сон. Я проснусь, и всё будет как прежде. Я буду валяться в своей кроватке, Джейкоб подкалывать меня, а мама вкусно готовить блинчики.

– Мне очень жаль, но это не сон. Мы серьёзно вляпались.

– И всё из-за меня.

– Да нет же, здесь виноваты все, а больше всех я.

– Ну, всё, грузимся, – прерывает наш разговор Тони.

– О нет, – Мит закатывает глаза.

– Да, чувак, ты правильно меня понял, – Тони смеётся.

– Я всё, что только можно в этом багажнике отлежал!

– Давайте я в багажнике поеду? – предлагаю я.

– Да мне пофиг. Решайте быстрее, – Тони садиться в машину. Лэсси следует его примеру, они всё ещё не общаются.

– Нет, Рики, иди к Лэсси, я справлюсь. Это же ненадолго, нам всего лишу нужно покинуть пределы города. Ну и пределы пределов города. В общем, не вникай, – Мит широко улыбается.

– Почему ты всегда такой жизнерадостный?

– А зачем грустить? Мы едем путешествовать по миру, я люблю путешествовать.

– Путешествие в багажнике?

– А что? Там довольно симпатично. Я как король, среди тряпок для мойки окон, – Мит залезает в багажник. – Захлопни, – я закрываю дверцу и подсаживаюсь к Лэсси на переднее сидение. Здесь довольно тесно вдвоём, но выбора у меня нет.

Снова немая атмосфера в машине, каждый погружен в свои мысли. Я опять думаю о том, как я смогла убить. Это очень странно, но сейчас я не чувствую никакого угрызения совести и тому подобного, я просто не верю, что способа на такое. Для себя я решила просто забыть, стереть из памяти и больше не вспоминать. Радует то, что никто из ребят не возвращается к этому вопросу. Более того, никто, как мне кажется, даже не думает об этом убийстве. Никто кроме меня. Но это временно. Скоро я всё забуду, я смогу.

Машина останавливается, на какой – то парковке, на улице совсем темно. Мы достаём из машины свои рюкзаки и выходим.

– Даже жалко бросать её здесь, – говорит Тони.

– Это всего лишь кусок железа, – язвит Лэсси.

– Молчи, дура!

– Ну, вы ещё поубивайте тут друг друга, – после этих слов Мита все затыкаются. По моему, они снова вспомнили о случившемся.

– Ладно, пошли, – пытаясь хоть как-то перебить атмосферу говорю я.

– Вы карту взяли?

– Порядок, – Мит достаёт бумажный свёрток. – Рики, давай сумку, я понесу.

– Не стоит, она лёгк.., – я не успеваю договорить, как моя сумка уже в руках у Мита, – ну… ну ладно.

– Ну и куда мы теперь? – жалобно произносит Лэсси.

– Подальше отсюда. Нам нужно найти укрытие до рассвета. Думаю, с утра начнутся поиски.

– Если ещё не начались, – добавляет Тони.

– Не будь столь пессимистичен.

– Действительно, чего это я? Оптимизм так и прёт! Хорошо хоть герыч взял, – парень достаёт из кармана пакет с белоснежным порошком, – значка с работы, – добавляет он.

– Это что? Мы сейчас это нюхать будем? – удивлённо спрашивает Лэсси.

– Ну, ты можешь просто посмотреть, – небрежно бросает Тони.

– А может, хватит так обращаться с ней? – вмешиваюсь я. – Лэсси моя подруга, и я не позволю какому – то придурку обижать её!

– Молчала бы хоть ты! Из-за тебя мы здесь. Малолетка.

– Извинился перед ней! – Мит хватает Тони за майку.

– Не подумаю, – Тони отталкивает Мита и врезает ему в челюсть. Секунду помедлив, в лицо Тони прилетает ответный удар. Начинается потасовка. Парни качаются по земле, избивая друг друга, Лэсси визжит, как ненормальная, а я просто потеряна.

– Успокойтесь! – Лэсси бросается к парням, они словно не замечают её.

– Мит, отпусти его! – кричу я, наконец, они приходят в себя и останавливаются.

– Ладно, извини меня, – спустя несколько минут говорит мне Тони.

– Всё в порядке.

– Нет, правда, прости. Я просто с ума сошёл. Ну, вот хочешь, тоже оскорби меня? Хочешь?

– Нет, не хочу, – я смеюсь.

– Да я серьёзно! Вот назови меня тупым нариком! Я не обижусь, ну, давай!

– Ты издеваешься? Я простила тебя, забудь.

– Спасибо, мне действительно сейчас стыдно.

– Знаешь, всё-таки осадок обиды остался во мне. Если хочешь, чтобы я окончательно простила тебя и забыла этот инцидент, попроси прощения у моей подруги за всё, что ты ей наговорил.

– Лэсси, прости меня, я просто идиот, – в ответ Лэсси лишь отворачивается, но Тони это, видимо, не смущает. Он хватает её за плечо, разворачивает к себе и их губы сливаются в страстном поцелуе. Мы с Митом переглядываемся и улыбаемся.

– Та-а-ак, – протягивает Мит, – кажется, кто-то хотел угостить друзей порошком.

– О-о-о я не буду.

– Да чего ты? – непонимающе смотрит на меня Лэсси, – один разок можно попробовать.

Меня смешит словосочетание «один разок». Знала бы ты, Лэсси, сколько раз я пробовала наркотики. Ничем хорошим это не заканчивалось, и к тому же я пообещала себе, что не буду принимать.

– Если не хочет, не заставляй, – вступается Мит.

– Значит, корни на ночь пускаем здесь? А как же «Нам нужно найти укрытие до рассвета»? – спрашиваю я.

– А к чёрту! – Тони смеётся, – мы и так в Богом забытом месте, кто нас здесь найдёт?

Парни переворачивают чемодан, делают на нём три дорожки.

– А к чёрту! – повторяю я слова Тони, – я тоже буду.

– Вот это наш человек, – одобрительно говорит Тони.

На чемодане-столе появляется четвёртая дорожка.

8.

4 июля.

Прошло около недели со дня нашего побега. А может уже месяц? Или возможно целая вечность. Я совершенно потерялась во времени, да оно и не важно, в сложившейся ситуации. Ребята заметно приуныли за последнее время. Уже не слышно шуток парней, и Лэсси давно не ноет, как у неё болят ноги. Мы просто, молча, идём через леса изо дня в день. Я вижу, кажется, одни и те же пейзажи, всё тоже небо и деревья. Все и всё так похоже друг на друга, только у меня в душе постоянно твориться что – то новое. Сейчас у меня много времени, чтобы задуматься об этом.

Как и предполагалось – мы в розыске. Наверное, вчера или позавчера Мит покупал еду на заправке. Он вернулся оттуда с листовкой, на которой, довольно таки не похоже, изображены наши физиономии. Ниже, жирным подчерком написано «ОПАСНЫ». Нет, ну вы только подумайте! Мы опасны! Очень обидно читать такое о себе. Но ведь людям не докажешь. Они любят из короткой истории раздувать целое шоу. Так получилось и с нами. Никому не интересна правда о девочке, защищавшей свою подругу. Гораздо предпочтительнее будет история о шайке безжалостных подростков-убийц.

– Здесь останемся на ночлег, – Мит помогает Тони разложить вещи. Они очень сдружились за эти дни.

– Мне всё равно, – Лэсси падает на землю, я за ней.

Тони разворачивает карту: – Здесь в двух километрах населённый пункт какой-то, – говорит он, – завтра с утра я пойду за продуктами.

Я вспоминаю, что обещала позвонить брату, – я пойду с тобой, – говорю я.

– Зачем тебе, – спрашивает Мит?

– Хочу прикупить кое – что, – вру я. Парни запрещают даже близко подходить к телефонам, они говорят, что нам нужно залечь на дно, а не названивать всем подряд. Я полностью согласна с ними, но Джейкоб не «все подряд».

– Будь осторожна, я тебя умоляю.

– Поднимайся, – меня будит Тони.

– Что тебе надо?

– Тсс, – он прикладывает палец к моим губам, – не разбуди ребят.

– Что тебе надо? – на тон тише спрашиваю я.

– Мне что надо? Сама вчера в город рвалась. Или ты забыла? Если ты передумала, я могу и один сходить.

– Нет, нет, я иду.

Спустя несколько минут плутаний по лесу, мы, наконец, вышли на шоссе. Несмотря на то, что ещё довольно таки рано, погода замечательная. Из-за макушек деревьев выглядывает утреннее солнце.

– Люблю лето, – говорит Тони.

– Я тоже.

– Так что ты хотела купить в городе?

– Да так, девчачьи необходимости.

– Вы с Митом вместе? – резко меняет тему парень.

– В смысле?

– Ну, в смысле отношений. Он так заботиться о тебе, но я, ни разу не видел, чтобы вы хотя бы поцеловались.

– Мы друзья.

– Друзья? – иронично повторил Тони, – что-то ты смотришь на него, не особо по дружески.

– В любом случае, это не твоё дело.

– Да, понимаю, ты имеешь полное право послать меня сейчас, потому что я лезу не туда, куда надо, но я хочу помочь тебе.

– И чем же ты можешь помочь мне?

– Да хотя бы советом. Вот посмотри на себя, ты считаешь, что ты сейчас привлекательная?

Я начинаю осматривать свою одежду: старые джинсы и толстовку.

– Ну, наверное, не очень.

– Ты, конечно, не обижайся, но я бы на тебя не клюнул.

– Ну, спасибо! – я ускоряюсь, обгоняя Тони.

– Ну, я же сказал, не обижайся, – парень догоняет меня. – Я помогу тебе. Зайдём сейчас в какой-нибудь магазин, прикупишь шмоток, а то вы с Лэсси уже неделю по очереди эту толстовку носите.

– Я не нуждаюсь в твоей помощи!

– Ну, я же вижу, что нуждаешься. Я дам тебе несколько советов, через пару дней Мит будет у твоих ног.

– Через пару дней меня вообще, может быть, в камере закроют.

– Ну что за глупости? Нас никто не найдёт, мы за триста миль от дома, никто даже не догадается искать нас здесь.

– Ладно, я согласна, – тихо говорю я.

– Что – что? Я не расслышал? – Тони насмешливо улыбается.

– Я согласна, чтобы ты помог мне измениться.

Наконец мы в городе. Он больше, чем я думала. Люди, кажется, смотрят только на нас. Мы с Тони надели капюшоны, чтобы не сильно светить физианомиями, и стараемся делать непринуждённый вид. Мы нашли какой – то торговый центр, и, первым делом побежали в отдел с одеждой. Следующие полчаса я примеряла наряды, а Тони оценивал их по своей шкале сексуальности от одного до пяти. Один – ужас, пять – он бы меня трахнул. Эту шкалу выдумал сам Тони. Наконец было решено купить новые джинсы, шорты, две майки, маленькое платье, и, подарок для Лэсси – кроссовки. Её больно натирали ей ноги, на что она жаловалась уже несколько дней. Тони присмотрел себе классную рубашку, и я заставила его купить её.