Текст книги "Фамильяр мага (СИ)"

Автор книги: Мира Раскрасная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц)

Глава 28. Принятие неизбежного. Иногда нужна только уверенность

Начинался рассвет, но луна еще не ушла. Два светила были на небе. Ритуал проходил на крыше дома. Одна часть её была плоской, окружена конусами выступающей крыши, что прятало место от любопытных глаз. Пятиугольная пентаграмма начерчена в центре. На каждой её вершине из свечей составлены пять небольших пентаграмм, символизирующих печати.

Ириса и Ушани стояли на коленях в пентаграмме. На лице Ушани были видны следы ударов. На шее обоих висели амулеты подавления силы. Это были диски в диаметре около двадцати сантиметров, цепью замыкались на руках и ногах. Такие вешают на особо опасных преступников. При попытке сопротивляться, используя силу, эти амулеты вытягивали энергию безвозвратно. Ушани и Ириса не шевелились.

Барсит находился в центре пентаграммы. Он стоял босиком с закрытыми глазами.

– Ника, не делай этого, – Ушани попытался отговорить. Ника даже не посмотрела в его сторону. Ириса мотала головой, не веря в происходящее.

Недалеко стоял Тиар.

– Я буду направлять. Просто слушай мой голос и делай то, что я говорю, – Тиар пристально наблюдал за девушкой, – стань в центр.

Ника сделала первые шаги в пентаграмму. Она была босая, остро чувствуя прохладу кирпича под стопами.

– Почему ты? – не удержалась Ника и спросила Тиара.

– Призови свой род, – проигнорировал он вопрос.

Ника посмотрела на него в недоумении, слегка приподняв бровь.

– Стань в центре и мысленно позови свой род, – начал Тиар. – Поставь их на службу и отрекись от них. Повторяй слова за мной: Я – ваша сила и наследие, Я – ваши надежды и вера, Я – любовь и сострадание, Вы – моя защита, Вы служите мне и повинуетесь мне. Вы оставляете меня. Я отрекаюсь от вас. Верно слово моё и действие моё, как есть я. Не отвлекайся, повторяй.

– Ника, ты умрёшь, если продолжишь, – наконец выкрикнула Ириса.

– Не переживай, – Тиар уже обращался к Ирисе, – если она ошибётся, ты тоже умрёшь.

Ника посмотрела на Ирису и улыбнулась ей. Одними губами она прошептала: "Всё будет хорошо!".

Ника сделала глубокий вдох и вошла в транс. Она всё видела иным. Лекарь Тиар светится силой, чистая энергия двигалась по его венам. Эруад Сорс отягощён печатями порабощения погибших. И видно, что не боится.

"Отрекись от рода, как же! Ты и понятия не имеешь, что диктуешь сделать. Посмотрим, что здесь. Барсит выглядит, как я его и видела раньше. Но Тиар сказал, что душа это не одно тело, а много. Тогда посмотри поближе" – Ника взяла Барсита за руки и приблизилась к нему.

"Откройся мне, как видим ты другой силе, как спрятан от глаз и чувств, как видят тебя души искалеченных судьбой от рук и мыслей, действий и сил твоего рода" – шептала Ника.

Душа Барсита состояла из нескольких. Одна часть души – это чистая энергия её брата. И она не отделима. Вторая часть – слои чувств, мыслей, поступков, веры. И самый последний слой – слой истинного я. Каждый слой брал на себя чуть-чуть, но вместе – это было месиво из гнили и живой энергии. Именно эта часть души была соединена с Никой. Нить была тонкая, еле уловимая, но была.

"Жизненная энергия брата и Барсита едины. Не разъединить. И если просто разорвать эту связь, то погибнут оба. Часть души брата уже не просто его, она слилась с родовой силой Барсита. То, что выделится чистым – это остатки мыслей, привязок, злости, слёз. Эта надломленная душа, обреченная вечно скитаться среди мира мёртвых без привязки к кому-либо. Останется только обида и злость. Это жалкое существование в поисках питания".

Ника смотрела. Она уже приняла решение. Первое, она отсекла душу брата, буквально выдернув ее. Потрясение было сильным. Барс упал на колени. Вся сила родового проклятия обрушилась на него. Первая и вторая печати между Барситом и донором души надломились. Барсит стал харкать кровью.

– Она что-то делает не так, Тиар, – забеспокоился Сорс, – Тиар, что-то не так!

– Я не могу вмешиваться. Не сейчас!

– Тогда что она делает?

– Я не знаю.

Барсит стонал от боли, и душа и тело его были в крови. Из ран вытекала энергия. Но Ника не смотрела на него. Как только её брат стал свободным, её же собственный канал стал утолщаться. И через него уже начал идти отток её жизненной энергии. А значит Барсит был жив.

Но через Нику стали образовывать привязки как к брату – одной части души, так и к Ушани – носителю части энергии. Ника сама стала источником, который собирал все остатки энергии, доступные ей.

То, что составляло остатки души брата, злилось и нападало на Барсита, буквально терзая его. Эти нападки ослабляли его, но и он их компенсировал за счёт Ники. Всё восстанавливалось, повторялось и закольцовывалось опять. Сила не давала изменить источники энергии и её питания.

"Я не дам никому погибнуть. Больше никому! Что же делать... Сначала спасём одного".

Ника стала использовать слова Тиара. Она не могла восстановить душу брата, не из чего его восстанавливать. Но могла отсечь его от рода и любых привязок, тем самым даруя ему освобождение от боли. "Он сможет начать сначала. Не в этой жизни, но свободным от боли и ошибок прошлого. Отделить его от ошибок семьи Сорс иначе невозможно. Он будет один, сложно. Но он справится". Боль отсечения можно сравнить, как если бы живьём отрезаешь себе руку или ногу. Ника почувствовала такую боль, что не смогла дышать. Слишком много от неё потребовалось.

Нити между близнецами рвались. Ника шептала сквозь боль: "Я отпускаю тебя. И как сила света создаст источник жизни, так и сила души исцелится и войдёт в мир новой жизни, И начнёт движение новое, и не запятнанное. Я отпускаю тебя. Ты свободен".

Связь между близнецами оборвалась. Третья печать надломилась. Теперь Барсит не получал питания от близнеца.

"Я не знаю сколько света осталось у тебя, и сколько сил, но ты сможешь всё начать сначала".

Ушани стал харкать кровью. Барсит умирал. Сорс кричал. Ириса единственная была в сознании.

– Я убью их, Вероника, я убью всех твоих друзей! Этот мальчик и так жил ту жизнь, которую не знал из-за глупости. Он жил взаймы!

Ника не обращала внимание ни на собственную боль, ни на внешние угрозы. Только бы не испугаться.

Брат улыбнулся ей и исчез. Но боль не прекратилась. Словно живая рана, которой нужно время, чтобы затянуться.

Небо было тёмным над головой. Начинался дождь и гроза. Между солнцем и луной мелькали молнии. Сама стихия пыталась прекратить то, что творилось вокруг.

"Теперь очередь Барсита", – Ника смело стала рядом с ним. Она заняла место брата. Грехи родителей остались и тянулись семейным проклятием. Но не на эфирном теле. А на высшем я. На высшей точке души, там, где не даруют прощение. Одна часть его души, как мёртвые ветви, тянула силы. Жалкое существование.

"О прощении не может быть и речи. А вот о расплате того, кто инициировал контракт – да. Теперь избавление Барсита от привязок рода."

От слов Вероники Сорс-старший и Тиар упали на колени. Теперь они почувствовали всю силу отсечения.

Ника, оторвав Барса от рода, фактически объединила его с собой. Оставив разными эфирные тела, но объединив энергии иных составляющих души: мысли, чувства, привязки, поступки и цели. Её чистота восстанавливала, буквально уничтожая гниль.

Теперь они стали одним целым на уровне энергий, закольцевав их друг на друге.

– Да будет так! – были последние слова Вероники.

Ушани начал дышать, Барсит смог встать. Ника упала без сил.

Ритуал завершился.

Глава 29. Исповедь

Здание тюрьмы было словно живым. Маги бегали по нему как муравьи.

Комната для допроса состояла из двух клеток. В одной держали преступников, в другой стояли стол и стул для представителей Департамента.

Мастер Сорс, а теперь уже заключенный, сидел на единственном стуле. Другой мебели не было. Одежда его была грязной, волосы слиплись и торчали клочьями. Голова некогда великого господина была опущена. Он смотрел на свои ладони.

Напротив находился Аргон и Рон Сирп.

– Вы можете рассказать всё самостоятельно, тогда мы не применим пытки.

– Я не всё могу сказать. Клятва на крови, она даже слова не даст сказать. Но часть своей истории скажу. Первое, мой сын ничего не знал.

– Не знал чего? Расскажите, как вам удалось провести этот ритуал?

– Первого ребёнка, моего дальнего предка, как многих из нас, продали. Мы говорим о времени столетия, а может тысячелетия назад. Взрослые нашей семьи были простыми фермерами. Это тяжёлая жизнь, тяжёлое существование. Мой предок заключил союз с ведьмой, как и многие. Его не интересовали деньги как других. Он просил доступ к власти и влиянию. И он его получил. Он стал приближенным к королю, членом Совета Магов, что существует с незапамятных времён. Но цена желания была слишком велика. За неё в уплату требовали энергию первенца нашей семьи. И они пошли на это. Но никто так и не понял, что под жизнью первенца понимали каждого родившего первенца на все поколения вперёд. Оплата шла жизнями поколений. Наши дети не доживали даже до своего семилетия, а кто-то и раньше умирал.

– Как раз возраст, когда мальчиков пора посвящать в основы магической науки.

– Да. Как правило, первенец погибал при странных обстоятельствах.

– Вы могли отказаться от влияния и жить простой жизнью.

– Отказаться от всего? Нет. Уже так много уплачено, так много пожертвовано. И отказаться? Нет. Да и зачем? Есть другой способ. Мы нашли его. Для нас создали ритуал. Отдельный ритуал, завязанный на энергии нашей семьи. Всё просто. Главное найти проводника энергии – того, чья сила велика, но не растрачена, и до частоты дыхания совпадает. В этом мире таких искать сложно. И контроль над заклинаниями тоже. Но вот в другом... Там нет контроля чистоты души, люди слишком зациклены на материальных благах, болезнях. Для них ценность – это то, что измеряется физической формой. И там таких душ просто кладезь. Они растрачивают свою энергию на мусор!!! Буквально продавая за гроши!!!

– Вы отвлекаетесь.

– Да... Простите... Мы издавна используем живого человека как фамильяра мага. Такой фамильяр сильнее, частицу души в нем можно спрятать, а при удачном покушении– возродить. И вот ты уже хоть и в другом теле, но живой. Да и такого фамильяра завистникам не вычислить.

– И не важно, что использовать человека для этих целей запрещено?

– Цель оправдывает средства, – сказал Сорс-старший. – Барсит родился слабым. И за счёт энергии души донора должен был восстановить себя. Но случилась беда. Мальчишки подрались, и Барсит... он умер. Энергетическая привязка сработала безотказно. Она разом забрала всю энергию жизни проводника энергии. И мой мальчик получил право на ещё одну жизнь. И душа того ребёнка, она также переместилась в этот мир. Ритуал по-прежнему работал, хотя со смертью должен был разорваться.

– Вероника дала обещание брату быть рядом. Их души были, как одна. Вы взяли первую половинку. А вторая заняла его место.

– Да. Переносить душу в другой мир неимоверно сложно, а уж душу ребёнка и подавно нельзя. Она хрупкая и неуправляемая. Но близнецы с одной душой – это совсем другое. У них одна душа, одна общая душа. Невозможно? Но это так. Достаточно забрать одного. Человек, сделавший из части души близнеца фамильяра, всегда через него будет иметь доступ к жизни за счёт другого человека. И тогда будет достойная жизнь, полная.

– А те, кто из-за этого пострадает – дело второе? Нельзя взять живую душу и обречь её на рабство. Высшим магическим законом это запрещено.

– Мой мальчик не должен был страдать. Он получил целую жизнь и источник жизненной энергии. Это был дар Мораны. Мы решили, что ритуал поможет нам ослабить дух, протащить его на свою часть мира, ведь вторая часть души уже здесь. Она будет маяком! А здесь уже с печатями подчинения воли, завершить ритуал будет проще. Но получилось не так. Люди не фамильяры. Дух первого близнеца был не обуздан, иногда выходил из-под контроля. И в один день перехода энергетические привязки просто разорвались. Вместо того чтобы переместить астральное тело, не понимаем, каким образом перетащили полностью человека. У нее только пол души, и та сильно пострадала, но она перешла!!! И восстановилась!!! Это немыслимо.

– И что же вы решили?

– Для начала, мы её искали. Обрыв энергий был крайне ощутим. Но она словно была укрыта. Затем волны энергий то появлялись, то исчезали. В том, что это она мы окончательно убедились, когда вскрыли могилу.

– Чей там был скелет?

– Это скелет с подселением близнеца. Чужой ребёнок, умер сам. Но к нему мы привязали части души. Это был якорь, тюрьма, чтобы запирать дух, когда он выходил из-под контроля. Для подстраховки были оставлены стражи. А дальше вычислить, кто там появлялся, уже было не сложно.

– Нападение в ВАРе ваших рук дело?

– Да. Должна было состояться передача энергии от мага, что бы создать фамильяра. Но в момент передачи произошёл разрыв печати. Будто кто-то помешал.

– Мастер Рон Сирп видел, что должно было произойти. Он же и направил энергию в тело девушки, что бы создать разрыв. От энергетического удара Ника на секунду вышла из-под вашего влияния.

– Простой энергетический удар и всё коту под хвост. Простой удар...

– Барсит знал, для чего он там?

– Нет, он появился секундой позже после удара. И как любой боевой маг, сделал всё для спасения девушки. Идеалист. Если бы не удар, он сам стал бы частью заклинания, поглотив душу девушки, дав ей взамен часть своей души. Но он не успел... Вы знаете почему не сработал ритуал до конца? Обмен душами же произошёл. Почему?

Аргон промолчал. Он смотрел на заключенного. Глаза великого мага действительно не выражали ни толики раскаяния.

Аргон просто вышел из комнаты. Рон Сирп догнал его у выхода из тюрьмы.

– Почему ты не ответил ему?

– На допросе он, а не я. А я выяснил всё, что хотел знать.

– Так что же произошло?

– У Вероники не простые способности. Когда она сама добровольно согласилась занять мне место своего брата, она ничего не обменяла.

– Как так?

– У них с братом одна душа. Она просто поменяла одну половину на вторую. Свою же. Вот и всё.

– У них изначально не было части души Барсита для обмена. Он поглотил чужую жизненную энергию, всегда использовал чужую душу для связи энергий. Фактически, уже давно соединив свою душу и душу брата Ники. Его душа была не полная, и часть из неё давно была отдана в уплату фамильного проклятия.

– И способности Ники буквально выдрали лучшую её часть. И теперь баланс сил был на стороне Ники. У нее две половины души, причём одна стала свободной. И Никавосстанавливала душу Барсита. Он уже не мог ничего дать для завершения ритуала. Не хватило равноценной силы для баланса.

– Поэтому и не сработало. Не было обмена. Она просто получила своё, и восстановила душу Барсита. У него не было и шанса отделить часть себя, нечего отделять. Сила Ники просто не позволила... Откуда такие силы у простой смертной?

– Ну кто же знает... – пожал плечами Аргон, – кто же знает...

* * *

Ника и Аргон прогуливались в парке.

– Ты говорил об активации привязки энергетической нити на четвёртый день моего пребывания в Академии. Что это было?

– Тиар научил тебя словам защиты, ведь так.

– Да, это обращение к силе и её принятие для защиты.

– В словах была скрыта ловушка. Изначально в неё спрятано слово паразит. "Принимаю". Но не что принимаю, а просто отдельно стоящее слово. Но когда такое слово произносят рядом с источником страха или чуждой тебе энергией, не твоей, то можно принять на себя всю силу и привязку внешнего источника. А если ещё и потрясение на уровне энергии было, пробой, тогда ты призовёшь не силу, а свяжешь себя путами. И эта привязка активировала твою связь с Барситом.

– Поверить не могу. На лекаря я бы никогда не подумала. Вы подозревали Барсита? – спросила Ника.

– Да

– Почему?

– Потому что в минуту опасности он был рядом.

– Как и Ушани!

– И его тоже подозревали. Но с Ушани твоя сила не менялась. А рядом с Барситом буквально сходила с ума. Первое подозрение возникло, когда произошёл случай в кафе. Ушани был прав, не было ничего в артефакте погоды, чтобы появились молнии. За исключением внешнего источника силы. А это ты и Барс. Потом, он спас тебя из озера. Ваша сила смогла вытащить вас обоих. По одиночке вы бы погибли. Зыбучие воды никого не отпускают, они кажутся безобидными, прозрачная вода обманчива – это яд в чистом виде. Но вы выплыли. Любого другого Ведьмино озеро не выпустило бы. И Барсит всегда каким-то шестым чувством понимал, что ты в опасности. Оказывался там, где не должен был быть.

– Надо же, хорошие поступки оказались не такими хорошими.

– Ты наивная.

– Ушани также говорит. Что ему будет?

– Ничего. Он не виноват. Родители обряд проводили, когда он ещё маленький был. Это снимает с него всю ответственность, и перекладывает на них. Ты же учила, что за ритуалы над детьми ответственны родители. Но жить ему придётся сложнее. Он лишён всех регалий, имущества, положения. Теперь будет начинать сначала.

– А я?

– Не "а я", а "мы"! Вы связаны. Все, что случится с тобой, случится и с ним. И наоборот. И Ника, он записался в отряд патрулирования туманных зон. Контракт на год. Там выживают – 15 процентов от состава добровольцев.

– То есть я могу умереть с вероятностью в 85 процентов?

– Да.

– Когда отправление?

– Ты его не переубедишь. Точнее, ты не сможешь изменить контракт. Он подписан кровью. Это ритуал.

– Очень вовремя, Аргон, просто очень вовремя! – Ника бежала слишком быстро. Ей нужно было успеть спасти ещё одну душу.

Эпилог

Повозка с добровольцами отправлялась от Северных ворот столицы. Провожали солдатов удачи. Многие благословляли, кто-то проклинал, кто-то молился. Это были отчаянные искатели утешения, кто-то из них был вором, кто-то беглецом. Но контракт на год в патруле туманных зон даровал чин в магии, положение и деньги. У каждого была своя история бегства.

Барс сидел в повозке. События и история его семьи буквально разбили его. Он был потерян, остался один. Теперь он – изгой колдовского мира.

Перед его носом полетела сумка. А после две пары женских ног устроились на лавке напротив. На Барса смотрела Ника. Она была одета в чёрную одежду – униформу защиты, рядом лук и стрелы.

– Что ты здесь делаешь?

– Мы связаны, забыл? Куда ты, туда и я. И наоборот.

– Там тебе не выжить.

– Если ты умрёшь, я здесь тоже не выживу. К тому же проклятия начались в туманных землях. А я – единственный обладатель дара, кто способен видеть проклятия физически. Может в этом смысл этого дара– найти источник? Ну так как, ты в деле?

Барсит откинулся на спинку повозки. Он улыбался.

– Ты же собиралась домой. Буквально в другой мир. И даже к парню. А теперь...

– Куда без нас собрались? – Ушани и Ириса уселись рядом.

– А вы куда? – удивилась Ника.

– Ника, у меня в сердце часть твоей энергии. Как думаешь, я сколько проживу без тебя?

– А я просто за компанию, – добавила Ириса.

Теперь самой ненормальной была Ириса. Причины остальных хоть подчинялись логике. Ника сразу почувствовала подвох. Добровольно на смертную казнь никто не идёт. Но она увязалась с ними. Интересно, что же нужно Ирисе?

Но повозка тронулась. Она увозила новых добровольцев на службу в патруль туманных зон.

Конец.