Текст книги "Мандаринка для босса (СИ)"

Автор книги: Милана Лотос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 28. Он точно что-то знает.

Но одна я осталась ненадолго, как только автомобиль Кости скрылся за поворотом, из-за угла появился мой бывший. Неспешным шагом, он направлялся ко мне, ухмыляясь и, скрывая что-то за спиной.

Шел он размашистым шагом, постоянно поправляя одной рукой зелено-желтый шарф. Серая куртка с облезлым мехом смотрелось дешево и неопрятно.

Сделав вид, что не знаю Павла, я поспешила домой, но у самой двери он догнал меня и схватил за руку. Я увидела в другой руке розового медведя и ещё удивилась, почему розового? Разве медведи могут быть такого ядовитого цвета?

– Николаев что тебе? – Я попробовала открыть дверь, но бывший упёрся в неё и не собирался пускать меня.

– Соскучился по тебе и дочери. – Облокотившись, посмотрел на меня маслеными глазами, и мне стало не по себе. – Может, пустишь меня в дом?

– Ты вчера только виделся с Лизой, теперь будешь каждый день сюда таскаться?

– Марго, ты не можешь запретить мне видеться со своим ребёнком. Я её отец!

– Где ты был раньше, отец? Когда мне нужна была помощь, когда твоя дочь болела и плакала ночами напролёт.

– Ну я же не знал.

– Чего ты не знал? Ты отправил меня на аборт, сволочь! – Оттолкнула Николаева и рванула дверь на себя. – Вот теперь пожинай плоды, моей дочери не нужен такой отец!

Вбежала в дом и попыталась закрыть дверь, но бывший просочился, словно скользкий уж и оказался внутри прихожей.

– Николаев, пошёл вон!

– Не устраивай истерик… – прошипел Павел. – Здесь наша дочь.

– Моя дочь! И она не хочет тебя видеть.

– А это мы сейчас спросим у Лизончика. – Николаев прошёл по коридору и, встретив мою маму, поздоровался с ней. – Здравствуйте, Анастасия Владимировна.

– Паша, ты снова к нам пришёл? – Воодушевлённо спросила мама и я хмуро на неё посмотрела. Она, что и правда рада его видеть?

Из своей комнаты выбежал рыжий бесёнок и остановившись перед отцом, спрятался за спину бабушки.

– Лиза, смотри, что я тебе принёс? – Павел протянул розового медведя ребёнку, и я подумала, что он ей не понравится, так же как и мне. Но вместо этого Лиза схватила пушистого зверя и прижала к себе.

– Это мне? – Голубые глаза посмотрели на отца и засветились благодарностью.

– Конечно тебе, играйся, малыш. Я тебе ещё принесу.

Ребёнок посмотрел на меня, словно спрашивая разрешения, я кивнула и подошла к ним.

– Лиза, что нужно сказать дяде?

– Спасибо дядя. – Пролепетала девочка.

– Какой я тебе дядя? – Удивлённо спросил бывший. – Я твой папа. Папа, понимаешь?

Наклонился к Лизе и взял за руку. Но она вырвала ладошку и спряталась за бабушку.

– Не трогай её! Уходи, Николаев. – Мужчина поднялся, и я увидела его разозлённые глаза, небритую щетину и почувствовала жуткий запах лука изо рта.

– Прогоняешь меня? – Поднялся и посмотрел на мою маму. – Анастасия Владимировна, вы тоже хотите, чтобы я ушёл?

– Иди, Паш. Не гневи Маргариту. Не надо.

– Я понял. Хорошо. – Бывший пошёл к выходу не оглядываясь, но у двери остановился и ухмыльнувшись произнёс. – Маргарита, ты ещё пожалеешь, что выгнала меня.

– Что? Что ты несёшь, ошалелый? – Вскинула подбородок и пошла навстречу этой сволочи. Жаль, у меня в руках ничего не было. Возникло желание приложиться чем-нибудь тяжёлым по пустой башке этого оглоеда.

Мужчина сделал шаг назад и упёрся в дверной косяк.

– Я всё знаю про тебя и твоего босса – Заборовского. Про ваши шуры-муры и про то, что он уехал.

– Тебе какое до это всего дело? Жил своей жизнью, вот и продолжай. Не суй любопытный нос, куда не следует.

– Ты мне не безразлична, как и наш ребёнок. И я буду лезть! Пока ты не согласишься выйти за меня и жить вместе.

Вытянула вперёд руку и погрозила пальцем

– Этого не будет никогда! Да и вообще за нами скоро приедет Костя и увезёт с Лизой отсюда. Мы будем жить все вместе.

– Это вряд ли. – Усмехнулся Павел и натянул на голову шапку. – Долго ждать придётся.

– Что? – Я закипала и до сих пор не понимала, почему слушала этого идиота? Давно пора было взашей выгнать его из дома. Но я чувствовала, что он что-то не договаривает. – Что ты знаешь?

– Марго, ты зря меня недооцениваешь. Очень даже зря. – Николаев завернулся в жуткого цвета шарф и, застегнув куртку, вышел из дома.

Я закрыла за ним дверь и, прислонившись к стене, задумалась. О чём говорил Николаев? Почему я его недооцениваю? И что он знает о Косте?

А ещё, почему после его разговора на душе стало так противно и прискорбно, словно стая кошек пришла и, расцарапав мне душу до основания, ещё напоследок нагадила.

Схватив сумку, я вынула из неё телефон и посмотрела на экран. Пусто. Ни сообщений, ни звонков. Включила и начала печатать смс Косте.

“Костя, как доедешь до дома, напиши или позвони мне. Это очень важно. Скучаю. Целую и обнимаю. Твоя Марго.”

Ко мне подбежал ребёнок и увидев моё расстроенное выражение лица, взяла меня за руку и положила в неё розового медведя.

– Мама, не грусти. Пойдём ужинать, бабушка приготовила очень вкусную картошку.

– Да, моя золотая. Мама проголодалась и твой мишка тоже. – Наклонилась к ребёнку и убрала рыжие пряди за ушки.

– Розочка, не будет есть картошку, она ест только мёд и малину.

– Какая она у тебя привереда.

– Вся в меня. Да?

Я засмеялась и поцеловала ребёнка в нос.

– Конечно, в тебя. В мою сладкую мандаринку. Пойдём, а то бабушка будет ругаться.

Ужин прошёл в разговорах, Лиза так и не смогла накормить своего мишку, а когда я укладывала ребёнка, она так и уснула с новой игрушкой. То ли дело было в цвете, то ли в том, что мишку ей подарил дядя, который признался, что он её отец. А учитывая, что моя дочь, так ждала папу и загадывала его на каждом празднике, всё становилось понятно.

Когда я ложилась спать, я долго смотрела в потолок и периодически заглядывала в телефон. На душе и сердце было неспокойно и мне это не нравилось.

Сколько бы я не смотрела в телефон, ответная смс так и не пришла. Звонков от Кости тоже не наблюдалось.

Спустя два дня, вестей от Заборовского не было как и его самого.

Глава 29. Ночной разговор.

Я снова плохо спала, ночью просыпалась от кошмаров, хватающих меня за шею и не дающих нормально дышать.

Выглядывала в окно, надеясь увидеть автомобиль Кости, но там никого и ничего не было. Ложилась под утро, засыпала с первыми лучами солнца и не могла дождаться окончания праздников.

Я понимала, что мне нужно возвращаться на работу, но как сказать маме, что я забираю с собой Лизу, понятия не имела. Взглянула в очередной раз в телефон, надеясь обнаружить смс или звонок от Кости, но как и последние два дня, аппарат упорно молчал.

– Почему же ты молчишь, Костя? Что с тобой случилось? – Перевернулась на другой бок и накрылась подушкой. Что такого ему сказал Павел, что мой босс не отвечает на мои сообщения? Убрала подушку и села на кровати. Надо всё выяснить у Николаева, сегодня же.

Я поднялась и, накинув махровый халат, пошла на кухню. К моему удивлению, в этом доме, оказывается, спала только Лиза.

– Мама, что ты здесь делаешь?

Мама посмотрела на меня и поставила на стол кружку с чем-то горячим.

– Пью какао с зефирками. Хочешь?

– Конечно, хочу. – Я села напротив и развернула шоколадную конфету. – А если серьёзно, почему ты не спишь?

– Позвонили из больницы, на счёт тётки Глаши. Оказывается, я у неё контакт на случай ЧП.

Я напряглась и отложила конфету.

– Что сказали?

– Глаша вышла из комы. Завтра, то есть уже сегодня её переводят из реанимации в обычную палату.

– Фух, слава Богу. Значит, её можно будет навестить?

– Да. Пойдёшь с нами?

– Обязательно. Все вместе пойдём.

Мама налила мне полную кружку горячего какао и села на своё место.

– А ты почему не спишь, дочь?

– Сон не идёт. Последние дни почти не сплю.

– О чём ты переживаешь? Или о ком?

– Костя обещал перезвонить и пропал.

– Я же тебе говорила: не пара он тебе. Присмотрись к Паше, тем более у вас общая дочь. Подумай, Марго. Парень-то неплохой, видела, какую игрушку Лизончику принёс?

– Розовый медведь? – Я сморщилась. – Ужасный цвет.

– Не придирайся. Нормальный цвет. И парень тоже нормальный. Дай ему шанс.

– Мама, перестань. Между мной и Николаевым ничего не может быть. Всё, что было, поросло быльём некошеным.

– Маргарита посмотри на меня. Ты хочешь мою судьбу? На старость лет остаться одной и праздники справлять вдвоём с такой же старой соседкой, как я? Этого ты хочешь?

– Что ты говоришь? Я не ты!

– Дай Бог и ты найдёшь своё счастье. Я буду только рада. Главное – не упусти его, снова. Вот оно рядом, стоит руку протянуть.

– Павел не мое счастье. Моему сердцу Костя мил, и через пару дней мы с Лизой отсюда уезжаем.

– Куда? – Руки женщины затряслись, и она поставила кружку на стол.

– Ты знаешь куда. Мой дом не здесь, а там, где моя работа. Там у меня комната, но я собираюсь снимать квартиру и у Лизы будет свой угол. А потом и садик. У нас всё будет хорошо. – Я отвернулась, не могла смотреть в побледневшее лицо матери. В горле стоял ком, смешанный с болью и обидой.

– Это правильно. Ребёнок должен жить с матерью, а не со старой бабкой.

– Перестань, ты не старая. – Сжала руку мамы и поцеловала морщинистые пальчики. Самые родные и любимые пальчики. – Поехали с нами. Будем и там все вместе жить.

– Нет! – Мать поднялась и, поставив кружку на стол, пошла из кухни. – Моё место здесь. Где родилась, там пусть и похоронят.

Я всплакнула, допила какао и пошла к себе в комнату. Едва голова коснулась подушки, я отрубилась и проснулась только тогда, когда моя дочь залезла на меня и начала играть в пожарника.

– Два пожарника бежали и на кнопочку нажали...

– ...Би-ип. – Прошептала я и открыла глаза. Обняла своё рыжее счастье и прижала к себе. – Спи. – Поцеловала в макушку и закрыла глаза.

– Но мамочка, я не хочу-у-у-у. Просыпайся. Бабушка уже встала и сказала тебя разбудить.

– Зачем?

– Она собирается в больницу к Глаше.

Я открыла глаза и выпустила из своих объятий ребёнка. Поднялась и вышла в коридор. Мама и правда собиралась.

– Мама, ты куда?

– Опаздываю уже. К тётке Глаше.

– Подожди нас, мы быстро!

– Нет. Не нужно. Отдыхайте.

Видно было, что мать ещё обижена на мою новость об отъезде нас с Лизой. И таким способом она медленно, но отстранялась от нас, чтобы не было потом болезненно больно, когда мы уедем.

– Не делай так! – Прохрипела я и сделала шаг к матери.

– До вечера. – Вышла из дома и аккуратно закрыла за собой дверь.

Но я не стала слушать мать. Я не в том возрасте, чтобы оставлять обиды не разрешёнными, необходимо было поговорить с мамой, чтобы окончательно не переругаться.

Поэтому мы с Лизой быстро позавтракали геркулесовой кашей с фруктами и мёдом, запили сладким чаем, с пирогом с клюквой и пошли умываться. Стараясь всё делать в быстром темпе, мы почистили зубы и вымыли веснушчатые моськи. Оделись в тёплую одежду и через час вышли из дома. В наших руках были авоськи с мандаринами и пирогами, испечёнными мамой. Всё для тётки Глаши.

На автобус до больницы мы успели и буквально через пятнадцать минут входили в приёмный покой. Заполненный людьми, мы с трудом, но добрались до регистрационной стойки и узнав, где лежит наша больная, пошли в сторону палаты.

Постучав в белоснежную дверь, я заглянула внутрь и сразу увидела… нет не тётку Глашу, а капитана Петрова. Он сидел на стуле, рядом с больной, а с другой стороны койки, устроилась моя мама.

Зайдя внутрь, я подошла поближе и поздоровалась со всеми.

– Здравствуйте, капитан. Тётя Глаша! Как вы?

– Маргарита! Подойди ко мне, дочка. – Пожилая женщина протягивала ко мне руки, и я видела, что в её глазах стоят слёзы. – Спасительница моя.

– Да, что вы, тёть Глаш! – Села на край койки и сжала ладонь женщины. – Не плачьте. Всё уже позади. Сейчас быстро пойдёте на поправку.

– Вот и я ей это говорю. – Оживилась моя мама.

– Правильно, через несколько дней заберём вас отсюда домой.

Я повернулась к капитану Петрову и улыбнулась ему.

– Капитан, может вам попозже зайти?

– Я узнал всё, что было нужно. Теперь мне всё предельно ясно.

Глава 30. Николаев Павел.

Капитан Петров ушёл, оставив нас всех в неведении. Что этому полицейскому было ясно, что он узнал, так и осталось непонятным. Я передёрнула плечами и позвала к себе Лизу.

– Лизончик, иди поздоровайся с тётей Глашей.

Ребёнок запрыгнул мне на колени и посмотрел на больную женщину.

– Здравствуйте. – Засмущалась и уткнулась мне в грудь.

– Здравствуй, красавица. – Соседка пожала ладошку ребёнку и ласково улыбнулась.

Лиза подняла глаза и посмотрела на тётку Глашу.

– А что у тебя болит? – Серьёзно спросила моя дочь.

– Немного ручки и ножки.

– Ты не можешь ими двигать?

– Могу, но вставать пока тяжело.

– Ты выздоравливай и приходи к нам домой. Я тебе покажу свою Розочку.

– Розочка, это цветок?

– Нет же. – Нахмурилась Лиза и упёрла руки в боки. – Это моя новая игрушка. Мне папа подарил медведя.

– Папа? Удивлённо спросила женщина и посмотрела на меня, а потом на мою маму. – У тебя появился папа?

– Да. Он пришёл ко мне домой и сказал, что он – мой папа. А ещё он сделал маме предложение в центре города, рядом с каруселью.

– Не может быть! – Ахнула соседка и закачала головой. – А как же зовут твоего папу?

Лиза закатила глазки, бровки её сходились домиком и расходились дугами.

– Папу зовут… папа.

– Это Николаев Павел. – Сказала я и отвернулась.

– Не может быть! – Вскрикнула тётка Глаша и схватилась за сердце. Лицо её мгновенно побледнело и пошло пятнами.

– Что с тобой, Глаш? – Мама вскочила со стула и схватила подругу за руку. – Марго зови врача, быстро!

Я побежала из палаты, но к нам уже бежали врачи и медсёстры. Видимо, кто-то нажал на тревожную кнопку, поэтому я даже не успела ничего сказать, как тётку Глашу начали приводить в чувства.

Маму и Лизу вывели из палаты и мы стояли за дверью, не понимая, что происходит внутри и можем ли мы хоть как-то помочь?

– Мама… – Повернулась к ней и она сгребла меня в охапку. Я уткнулась ей в плечо и глубоко вздохнула.

– Если она умрёт, у меня никого здесь не останется. – Прошептала мама и заплакала.

– Всё будет хорошо… всё должно быть хорошо. Почему тётя Глаша так среагировала на фамилию Николаева?

– Не знаю, дорогая. Сама бы хотела понять. Она никогда ничего не говорила о нём. Если честно мы вообще мало чего о нём знаем. Павел появился первый раз второго января и принёс подарки Лизе.

– Но как он узнал, где мы живём? Ты его спрашивала?

Мы не стали больше стоять у палаты, а направились к диванам, что находились около регистратуры.

– Сказал, что всегда это знал. Но вот времени зайти и познакомится с дочерью у него не было.

– Ну конечно! – Я присела на диван и посадила к себе на колени Лизу. Мельком взглянула на телефон. Ничего. Сердце задрожало от невероятной тоски, но я лишь сильнее прижала к себе дочь и поцеловала её в пухлую щёчку. – Всё это очень странно. – Я увидела, как к нам приближается капитан Петров, и нахмурилась. Мама крепко сжала мою ладонь.

– Можно с вами поговорить? – Произнёс полицейский и посмотрел сначала на меня, а потом на маму.

Я пожала плечами.

– Да. Присаживайтесь. – Я пододвинулась, и мужчина сел рядом с нами.

– Я слышал, что гражданке Ивановой стало хуже. Что произошло, перед тем, как забежали врачи?

– Мы просто разговаривали.

– Просто? Разговаривали? – Нахмурил лоб капитан. – Поподробнее можно?

– Моя дочь рассказывала про подарки отца, и тётя Глаша спросила, как зовут папу Лизы?

– И?..

– Я сказала как. – Сглотнула я, понимая, что не хочу продолжать этот разговор.

– Можно полюбопытствовать?

– Николаев Павел.

– Хах… Почему-то вот совсем не удивлён. – Поёрзал Петров и достал платок из кармана брюк. Вытер пот с покрасневшего лба и промокнул кожу на шее.

– Что это значит? – Возмутилась мама и воззрилась на полицейского.

– Очень неоднозначная личность этот ваш Николаев и я подозреваю, что гражданка Иванова знала Николаева и очень даже неплохо. Может быть, они даже родственники.

– Как это? – Мои ладошки вспотели и капельки холодного пота потекли по спине. Сразу вспомнились слова Николаева: “Марго, ты зря меня недооцениваешь. Очень даже зря.”

– По словам гражданки Ивановой Глафиры Павловны, бутылку с ацетоном она нашла у себя под дверью, вместе с другими продуктами. Всё лежало в пакете, рядом с поздравительной открыткой и пожеланиями счастливого Нового года. Ничего не подозревая, потерпевшая забрала пакет в дом, приготовила ужин из подаренных продуктов и налила в стакан отраву, естественно, ни о чём не подозревая. Под сильным и ярким ароматом яблочного сидра, слабый запах ацетона учуять было практически невозможно. Устроившись благополучно у телевизора под любимый сериал, Иванова поужинала и выпила около стакана сидра. Если бы выпила всё, – тяжко вздохнул, – уже не откачали бы.

Мама всплакнула и достала платок из сумочки.

– Капитан, а что было на открытке? Подпись какая-нибудь?

– Да подпись была, поэтому Иванова и забрала пакет с такой беззаботностью и радостью. На открытке было написано: “От любимой дочери”.

– Что? – Возмутилась моя мама. – Не может такого быть! Чтобы родная дочь…

– Мы сейчас проверяем эту версию. Но по странному стечению обстоятельств дочь Ивановой пропала.

– Не может быть. Что за ерунда? – Продолжала негодовать мама. – Найдётся дочь и скажет, что она тут совершенно ни при чём. Наверняка здесь какая-то ошибка!

– Уважаемая Анастасия Владимировна, вы не представляете, как я этого хочу.

– Капитан, а почему вы сказали, что Николаев может быть родственником тёти Глаши?

Полицейский закашлялся и посмотрел на всех нас. Достал платок и вытер вновь образовавшийся пот с лица.

– Николаев Павел Васильевич на сегодняшний день является бывшим зятем гражданки Ивановой. Мир оказывается невероятно тесен. – Засмеялся каркающим смехом мужчина и диван под ним затрясся.

Вот только нам с мамой было совсем несмешно.

Глава 31. Билетов нет... опять!

Когда капитан полиции уехал, мы с мамой ещё долго сидели молча и никак не могли прийти в себя.

– Николаев… бывший зять тёти Глаши? Нет, ну правда, что ли? Мам?

– Марго подожди, я сама никак не приду в себя. Почему? Почему она никогда не рассказывала мне об этом?

– Может, она считала это неважным. Может, она своего зятя считала неважным? И я её очень понимаю.

Я услышала вибрацию и потянулась за телефоном. Увидела звонок от Вали и отсадив Лизончика к маме, встала и отошла туда, где было поменьше народу.

– Слушаю. – Дрожащим голосом произнесла я, боясь услышать самое страшное. Мой босс меня уволил, сердится и больше не хочет видеть.

– Марго, привет дорогая! С наступившими тебя праздниками.

– Спасибо Валюш и тебя. Что-то случилось?

– Да нет. То есть да. Не могу дозвониться до Заборовского. Он не с тобой?

– Нет. – Сердце пропустило удар. – Он уехал несколько дней назад и не выходит на связь. А вдруг Костя попал в аварию, когда ехал от меня по трассе? – Я прислонилась к стене, и озноб прошиб меня с головы до ног.

– Не говори ерунды. Он приехал ко мне. Отдал эти дурацкие костюмы, из-за которых возник весь сыр-бор и уехал. Сказал мне, что на следующий день поедет к тебе. Такой счастливый был. Удивительно! Давно не видела его таким.

– Когда это было? – Улыбнулась я и бабочки внутри меня проснулись и запорхали крылышками.

– Два дня назад. Кажись. Ну да, точно два.

– Это много. Здесь он не появлялся. – Глаза предательски защипало, и я присела на какой-то стул. – Куда же он делся?

– Я ему звоню, но его номер недоступен. Понятия не имею, куда он делся? Через два дня на работу выходить, а в офисе катастрофа. Свет вырубили и тепло. Понятия не имею, что делать?

– Я завтра выезжаю отсюда к вам. Вместе с Лизой. Может, до этого времени Заборовский объявится. Я надеюсь… Просто… Неважно.

– Хорошо, Марго, дай знать, если он появится. Пусть сразу же мне перезвонит.

– Валя! – Крикнула я, пока подруга не положила трубку. – А ты ему домой не звонила?

– Звонила. Мать сказала, что старший сын заезжал, как раз два дня назад переодеться и переночевать. А потом уехал.

– Понятно. – Прошептала я сквозь образовавшийся комок боли и тревоги. – Будем на связи. Пока Валюш.

К маме я подошла на дрожащих ногах и упала на диван.

– Что случилось?

– Костя пропал. – Выдавила я из себя.

– Я это уже слышала. – Безучастно произнесла мама и посмотрела в сторону коридора, где находилась палата соседки.

– Мам, посиди с Лизой, я на вокзал съезжу. Туда и обратно. Надо купить билеты. На завтра.

– Почему на завтра? – Повернулась ко мне с обеспокоенным лицом и крепче прижала к себе Лизу.

– Я выхожу на работу послезавтра. Посидишь? – Я поднялась и, не дожидаясь ответа от матери, пошла в сторону выхода.

Недалеко от больницы села в автобус и поехала на вокзал. Держала в руках телефон и не отрываясь смотрела на него. Костя не звонил, его номер был отключён, и я совсем упала духом. Я понимала, что с ним что-то случилось, но вот что, понятия не имела? Видимо, что-то серьёзное, он не мог просто бросить меня, после всего, что между нами было.

Я усмехнулась, подумав, что ничего серьёзного между нами и не было. Ну конечно, кроме умопомрачительного секса. Мы знали друг друга меньше недели, а шампанское и праздничное настроение ударившее нам в голову и помутив рассудок, превратило новогодние каникулы в какое-то сумасшествие. И если трезво взглянуть на ситуацию, она напоминала курортный роман, который мог закончиться так же быстро, как и начаться.

Может Костя, приехав домой, всё понял и осознал. А потом решил, что с интрижками пора заканчивать и, таким образом, закончил. Да некрасиво. Но…

Я не заметила, как приехала на вокзал и пока двери автобуса не закрылись, успела выскочить из него.

Однако, чтобы я не думала про Костю, слова одного поганого человека не давали мне покоя. Поэтому набрав номер Николаева, я стала ждать, пока тот ответит.

– Алло.

– Николаев, нам надо поговорить.

– Марго, любовь моя, не узнал. Богатой и счастливой будешь.

Не обращая внимания на его слова, продолжила.

– Когда ты был у меня дома, сказал, что я буду долго ждать, пока Костя за нами приедет. Что это значит?

Николаев молчал. Тишина в трубке пугала. Он что-то знал, но, видимо, не хотел говорить.

– Ты меня слышишь?

– Да.

– Ответь мне?

– Я просто так это сказал. На эмоциях. Ты меня прогоняла и не хотела слушать! А между прочим, я тебе предлагал выйти за меня замуж и уже не первый раз.

– Что ты несёшь? Просто ответь, почему сказал, что Костя не приедет за мной?

– Да откуда я знаю. – Усмехнулся. – А что этот олух и правда за тобой не приехал? Ну… понятно. Так себе ситуация, да? Ты на автовокзале? Слышу голос рупора.

– Не важно. Я всё про тебя поняла. Ты как был козлом, так и остался. – Выключила телефон и тяжко вздохнула. Николаев явно что-то скрывал, но вот как из него выбить нужную мне информацию, я не знала.

Подняв повыше воротник, я спрятала руки в карманах и вошла в автобусный вокзал. Покрутившись у стойки, заглянув в каждую кассу и поругавшись с начальником вокзала, поняла, что домой я не попадаю. Билеты на автобус закончились, и я опять профукала все сроки.

– Вот я балда! – Крикнула я в сердцах и побежала искать похожие маршрутные такси, которые уже предлагали мне свои услуги, только в областном центре. Но к моему огромному сожалению таких здесь не водилось. Всё было официально и только через кассу автовокзала.

Упав на лавочку, я закрыла ладошками лицо и заплакала. Я не понимала, почему мне так не везло и где я накосячила?

Внутри сумочки завибрировал телефон, и сердце на миг остановилось. Это Костя.

Посмотрев на экран, поняла, что нет. Это был Николаев.

– Да! – Раздражённо произнесла я.

– Маргарита, радость моя, почему ты плачешь?

Я посмотрела по сторонам и увидела своего бывшего, идущего ко мне. Нажав на кнопку сброса, убрала телефон и вытерла выступившие слёзы.

– Тебе какое дело?

– Не сердись на меня. Я же только помочь хочу.

– Как?

– Судя по твоему виду, билеты домой ты не купила.

– Нет! – Пробурчала я. – Слишком поздно спохватилась.

– Бывает. С билетами у нас всегда напряжёнка. Но выход есть.

– Какой? – Подняла глаза, всё ещё не понимая, что он хочет мне предложить?

– Я сам вас отвезу с Лизой туда, где вы сейчас живете.

– Нет!

– Но почему? Ты всё равно не найдёшь никого, кто отвёз бы тебя. А я бесплатно довезу, с ветерком.

– Это не правильно.

– Вы мне родные люди, ты и Лизончик. Я люблю вас и сделаю всё для вас. Ну как, ты согласна?

– Я… не знаю. – Посмотрела по сторонам, словно ища помощи. Надеясь, что Костя придёт и спасёт меня от этого дурного человека. Но никого не было, и телефон молчал.

– Зато, я знаю. – Поднял меня с лавочки и взял под руку. – Пойдём, я на машине. Подброшу до матери. А завтра, как проснётесь и соберётесь, рванём в областной центр, к тебе домой.