Текст книги "Запрет на любовь (СИ)"
Автор книги: Мика Бейс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
– Погнали, мой Санчо Панчо.
Ещё раз глянула на десятилетнего мальчишку в рамке. Обычные мальчики не ездят, в таком возрасте, кататься на доске заграницу. Подправляю картинку и ухожу, машинально продолжая считать бойцов спецподразделения. Они были повсюду, и в коридоре, и на лестничной площадке и около подъезда. Офигеть, их 57.
Руслан по своему обыкновению, когда я вляпывалась в дерьмо, всегда молчал. За это ему спасибо. Только вот сегодня его повседневные шуточки очень бы разрядили обстановку и успокоили мои натянутые нервы.
Выйдя к главной дороге, Рус без заморочек, тупо сголосовал нам машину. Подъехав к дому, мы оба без слов отмечаем машину Андрея. И я лечу, опережая Гоблина.
Раскрыты все карты
Дверь квартиры мне отворяет Андрей и я со всего разбега запрыгиваю на него обнимая руками и ногами. За мной еле поспевает Руслан. Он закрывает за собой дверь.
– Малинка – Алинка, с днем рождения. – Он по обыкновению собирается поцеловать. Я отворачиваюсь, Андрей мажет и чмокает в щечку.
– Ты приехал! – Восторгаюсь и сжимаю его крепче.
– Я тоже рад тебя видеть. – Парень делает вид, что ничего не произошло. Придерживает меня за попу, идёт в сторону кухни. – Ты похоже набрала вес.
– Ещё подольше не приезжал бы, специально бы разжирела до размеров бегемота. – Слезать даже не думаю. – И заставляла бы тебя носить меня везде на руках.
Андрей остановился посмотреть мне в глаза. Я прижимаюсь лбом к его и мы так надолго зависли. Молчим.
Словно мы файлообменник. У нас конект. Обмениваемся чем-то большим, чем мысли, чувства, слова. Возможно, кто-то скажет, что энергией. Вероятно, они правы. Я ощущаю умиротворение и гармонию. Пригласите меня сейчас на гонки – откажусь. И компьютерный клуб с его играми к херам. Мне элементарно необходимы объятия моего телохранителя.
В процессе синхронизуется наше дыхание, дышим в унисон. Два идиота улыбаемся друг другу.
– Йолдузка, но ты прям женщина огонь. – Весело вещает Гоблин. – Час назад кувыркалась с одним, а теперь обжимаешься с другим.
Андрей спускает меня на ноги. Осуждающе смерил меня взглядом. Я же готова прикопать Руслана где-нибудь в лесочке. Ничего не нахожу более логичного, как предложить всем чаю.
– Малая, нам поговорить нужно. – Просит об аудиенции Андрей. – Гоблин, может ты к себе уебёшь?
– Нет уж, пока меня тут не покормят, никуда не уйду. – Он по-хозяйски отворяет холодильник, вытаскивает оттуда кастрюлю с лагманом и ставить на огонь. – Ты прикинь, нас сейчас ОМОН принял.
Андрей выпытывающе уставился на меня, ожидая объяснений. Но продолжил Рус. Никогда бы не подумала, что он на столько болтлив.
– Она связалась с сыном Владошина.
– С Матвеем или с Михаилом? – Уточняет Андрей. Слишком, как-то быстро. Я чего-то не знаю?
– С младшим.
– И где она с ним познакомилась? – Чувствовалось что раздражение Андрея возрастало.
– Гоблин блин. – Рычу на парня.
– Как я понял они случайно столкнулись в компьютерном клубе. А потом встретились на стритрейсенге, после чего он проводил ее домой. – Продолжал меня сливать бесстрашный Руслан. – Самое удивительное, что Михаил лучший друг Туза. Прикинь такое.
– Да, что не так-то? – Требовала ясности. – Может быть вы меня просветите, кто такой Владошин?
– Малая, погоди. – Отмахнулся Андрей. – Уточню всё необходимое и буду разъяснять тебе. – И вновь задает вопросы Русу. – И до чего дошло? На сколько всё серьёзно?
– До такой степени, – продолжал Руслан, – что Владимир Александрович в гневе взял штурмом квартиру Михаила. В аккурат, в то время как наши голубки там развлекались.
– Я вам тут совсем не мешаю? Ничего что вы меня обсуждаете при мне же? – Свирепо сверлю Руслана взглядом. – Эх ты! Я тебе ещё считала другом. Язык без костей, рот без замка.
В гневе кидаю тряпку в раковину, которой до этого протирала стол.
– Сами себе накройте. – Эмоционально срываюсь на сопрано. Вылетаю из кухни, но на взлёте Андрей ловит мою кисть и дёргает на себя. Я со всего размаха плюхаюсь ему на колени.
– Просил же подождать.
– Чего шумим? А драки нету? – Довольный, с сияющим лицом стоит в проходе брат, а из-за его спины выглядывает Гузелия, которая обнимает брата сзади. Оба достаточно взлохмачены, не трудно догадаться, чем они занимались.
Мы с Гузликом одновременно запищали и крепко обнялись. Всего месяц я не видела ребят, а такое ощущение, что прошли года.
Теперь мы все уселись за стол. С Гузликом быстро разлили суп по тарелкам, нарезали хлеб и принялись к трапезе.
– Дело в том, что нас сюда не просто так отправили. – Продолжает разговор Андрей, допивая бульон. – Да-да, Малинка. Ваш отец затеял игру, правила которой я всё не могу понять. Вначале приказывает поиграть с тобой в любовь, а потом забыть про тебя. Теперь же отправляет меня к тебе, чтобы напомнил тебе о чувствах. При этом ничего мне не объясняет. Теперь же, становится ясно.
Я опять отправляю колкий взгляд Руслану, который чуть от этого не подавился.
– Йолдызка, ну ты чего? Это же Шаблий. Он все разрулит как нужно. Клянусь, что Лютому я ничего бы не сказал и не скажу. – Кладет на левую грудь правую ладонь.
– У тебя с Мишей всё серьёзно? – Возобновляет нашу беседу мой телохранитель.
Я отвожу глаза, мне сложно ему ответить, так как сама ничего толком понять не могу. Андрей не настаивает на ответе. Спустя секунды, продолжил свои рассуждения.
– И Гузель до этого он прятал, как-то даже думал убить.
– Вот урод. – Вскакивает Тимур.
Гузлик его утешающе погладила по предплечью, после чего он вернулся к ужину.
– А теперь отправляет Гузельку к Тимуру в качестве подарка, на несколько дней. Для стимуляции. Правильно понимаю? – Задает вопрос Тиму.
– Он хочет, что бы я подготовил необходимые документы и само выдвигался в депутаты.
– О как? – Похоже удивилась только я.
– Я этого ожидал. Ты готов уже?
– Не совсем. Документы переделываю, и подправляю биографию. Сам понимаешь, сына Лютого могут не принять. И братва не поймет, что так быстро переобулся.
Одновременно все головы повернули в сторону Гоблина.
– Блять, вы доесть дадите? – Вылизывает тарелку. – Могила я. – В этом я уже как бы сомневаюсь. – Трепаться языком не буду, бля буду. – Добавляет Рус. – А для того, что бы ещё какую секретную информацию мне ненароком не услышать, я лучше пойду.
– Гоблин, если сольешь, я узнаю тут же и тебе даже могила не понадобится, так как хоронить нечего будет. – Зло кидает Шаблий.
– Да, понял я, понял. – Он быстро моет свою посуду, хорошо я их воспитала, и откланивается. – Спасибо, Йолдызка, суп бомба. Чай дома попью.
Дверь захлопнулась и все вылупились на меня.
– И давно ты Йолдызка? – Спрашивает Тимур.
– Я с рождения Звезда. А ты не знал? – Самодовольно отвечаю братцу.
– Только не говори, что у тебя ещё и с Гоблином того… – Андрей трёт указательные пальцы друг об друга, – шуры-муры. – Кажется глаз у парня дернулся.
– Тфу на тебя. Нет, конечно.
– С кем у неё ещё шашни? С Мишей что ли? – Уточняет братец.
– А ты знал, что Миша – сын Владимира Владошина?
– Да, нууу… – Тянет Тим.
– Блин, кто такой Владошин! – Выбешивали меня парни.
– Политический деятель. Да слышала ты про него. Его же часто по телеку показывают. – Разъяснила Гузель.
– И что из этого? Только из-за этого я ему не пара? Лицом не вышла? – Сердилась я.
– Папаня наш не вышел. – Пояснил Тимур. – У нас сейчас новая власть. Идёт жёсткая борьба с преступностью и с ОПГ в частности. Я отцу уже год жужжу, что нужно схорониться, или обзавестись политической защитой. Но за такую защиту, свои же и убьют, как за измену воровским принципам. Как ни как Лютый коронованный. По этой же причине, и политиканы связываться с нами не хотят. И Мишке твоему не позволят путаться с тобой. Отец его по-любому уже знает, что сын его общается с тобой.
– Знает. Я познакомилась сегодня с ним. Привет отцу нашему передавал.
– Охренеть ты шустрая. – Реагирует брат.
– Но ведь он дружит с Тузом? Они лучшие друзья.
– Интересно на какой почве скорефанились. – Тут же прикидывает Тимур.
– Они могут дружить. – Разъясняет Андрей. – Дружба документально не оформляется. В конце концов, им вместе детей не крестить. – Разводит руками Шаблий.
– Так и мне не крестить. Я в мечеть ребёнка отведу. – Парирую я.
За что получаю устрашающий оскал и заживо сжигающий взгляд Андрея. Мысль о том, что я буду рожать детей Мише, его словно током в 220 вольт пробивает насквозь, что трудно дышать.
Без шумно взрываем города, рушим дома и сжигаем мосты
А мне по барабану. С Андреем мы хоть и родственные души, которых связывает многое. Но не испытываю я тех чувств и эмоций, которые накрывают меня рядом с Мишкой. У меня ноги подкашиваются, стоит только услышать его голос. Тело покрывается мурашками, стоит парню прикоснуться меня. Я теряю связь с реальностью, стоит только брюнету меня поцеловать. И я уверена, что у Андрея по отношению ко мне, все напускное, не настоящее. Собственнические нотки, чисто в рамках опекаемой. Ещё бы, столько лет защищал, оберегал, обучал. Он вложил в меня столько, что вполне можно приравнять к родителю.
Теперь я понимаю, что испытывает Тимур по отношению с Гузель. А та ж, стерва ещё и масло в огонь вечно подливает. Не удивительно, что у них вечно пожар.
Мы все разбрелись по комнатам. Тим с Гузликом к нему. Я к себе. А Андрей разместился в гостиной. Я только хотела сказать, что бы он лёг отдельно; как парень без слов меня понял и постелил себе на диване. Мы бы были идеальными супругами – подумалось мне. Но жизнь была бы пресной. Ведь её не построить на одном взаимопонимание. Нужна горсточка страсти, побольше любви, щепотка ревности. Интересненький рецепт вырисовывается.
Получаю сообщение от Михаила с пожеланием сладких снов и поцелуйчиков. И так стало тоскливо и холодно одной в постели. Как бы хотелось ощутить уверенные руки Миши.
С утра пришла домоправительница. Долго возмущалась, что договор был на одну девушку, а сейчас нас четверо. Длилось все до тех пор, пока не проснулся и не выполз из своей комнаты Тимур, одетый лишь в одни спортивные штаны.
– Уважаемая. – Спокойно обратился Тим.
– Инесса Павловна, – Вставила женщина.
– Да, Инесса Павловна. – Продолжил брат. – Этот вопрос легко решается. Давайте мы вас премируем.
Тимур протягивает ей тысячные купюры. Не знаю сколько там сложено было, но это кардинально меняет настроение домработницы. Она тут же взяла нас в оборот, быстро приготовив на завтрак геркулес, усадила за стол. Сама же как электровеник принялась убираться в комнатах.
Я лениво ковыряю ложкой вязкую субстанцию. Несколько раз же повторила, что не завтракаю. Но кто ж меня слушает.
Андрей ставит передо мной чашку со свежесваренным кофе и придвигает пироженки.
– Не те, что ты любишь. Но вполне вкусные. – Подмигивает мне телохранитель и забирает мою тарелку с размазанной кашей, которую выгружает к себе. В ответ я улыбаюсь.
– Что будем делать сегодня? – Уточняет у нас Тимур.
У меня пиликает телефон. Сообщение от Миши, с просьбой выйти.
– Я впервые в Москве, сходила бы на Красную площадь. – Включилась в обсуждение Гузелия. – Хотелось бы посмотреть на Ленина, мумифицированного.
– Ты его только не сожги. Это наследие. – Ржёт Андрей.
– А мне документы подать нужно в МГИМО. – Смски друг за другом сыпались мне на телефон. По переменно со звонками. Я игнорю Михаила, едва сдерживаясь. За целую ночь столько дум передумала, что пережила все стадии отрицания. После чего разумом соглашаюсь с парнями: нам с Михаилом не по пути.
– На твоём месте, не торопился бы. – Советует Андрей. – Чувствую, что не дадут тебе поступить.
Ещё одно дзынь с сотового, окончательно выводят Андрея.
– Кто пишет? – Смерив меня взглядом, он подходит к окну, пальцем чуть отодвигает тюль.
– Ответь уже ему. А то столько курить вредно для здоровья.
Андрей уходит к себе. Тимур же с Гузликом замерли, наблюдая за нашими молчаливыми разборками.
Это для окружающих кажется, что тихо все у нас. Но я чувствую как бушует буря внутри Андрея. Он не будет никому бить морду, разбивать кулаки свои в кровь. Нет, это не про него. Он умеет сдерживать себя. Внутри меня так же вихрь эмоций. В глубине я реву навзрыд, душа разрывается на мелкие кусочки. Потому что не готова кого-то выбирать, и обижать никого я не хочу. Неужели я не могу быть просто счастливой? Никому не причиняя боли?
– Что это было? – Тихонечко спрашивает Гузелия, со всей тактичностью, которую я у неё никогда не замечала. – У вас все в порядке?
Подхожу к окну, всматриваюсь. Миша нервно курит и метаеться от подъезда к машине, от лавочки к клумбе. Периодически поднимает глаза, понять не может, дома мы или нет. Берет телефон. Мне приходит ещё сообщение.
"ЕСЛИ ТЫ ДОМА – ВЫЙДИ. ЕСЛИ НЕТ, ТО ХОТЬ ОТВЕТЬ!!!! " Звонок, а за ним следующее: "Я только поговорить. Только объясни, что, на хуй происходит? "
Неужели его отец не просветил насчёт того, кто я? Не верится, что ему вчера пальцем не пригрозили со словами: "ни-ни!".
Ок, поиграем с вашими правилами. Набираю ответ: "Я пока не дома. Занята. Ближе к вечеру освобожусь. Увидимся."
Наблюдаю, как брюнет читает смс-ку, расслабляется и на радостях, широко расставив ноги и раскинув руки весело кричит в небо: " У-хух! Заебись". Улыбаюсь. Вот ведь ребёнок.
Ему с окон недовольно начинают ворчать и делать замечания. Он культурно извиняется и откланивается.
Когда Михаил уехал на своей очередной дорогой иномарке, я ухожу к себе. Попутно замечаю, как непонимающе переглядываются наши голубки.
Не успеваю закрыть за собой дверь, как за мной увязалась Гузель.
– Алиночка, – Начинает она мягко, что само по себе настораживает. – Тебе Миша нравится. Да? – Она прикрывает за собой. – Поэтому Андрейка такой нервный? – Полушёпотом спрашивает девушка.
– Андрейка. – С усмешкой повторяю. – Я его так никогда не называла.
– Можно ещё Андрюшенька-душенька, Андриано-челентано. – На полном серьезе говорит Гузлик. А я разрываюсь истерическим хохотом переходящий в неудержимое рыдание.
Гузелия притягивает к себе, обнимает, гладит по спине.
– Ну, всё, всё. Успокойся. Тебя отец парня хоть убить не думает. Как у меня. Если бы не Андрюша, то пришлось бы спалить весь ваш дом.
Я мгновенно перестала плакать. Гузель тянет к кровати, где мы удобно усаживаемся.
– Зачем дом? – Икнула.
– А как иначе говорить с твердолобым вашим папаней? Он, ведь реал планировал меня укокошить. Шаблий должен был сделать все чисто и тихо. Прикинь?
Я прикрываю открывшийся от удивления рот ладошкой.
– Во-во… А я как прихерела подслушав это. Андрюня ему обрисовал, что с Тимуром случится. Что меня выгодно как рычаг манипулирования иметь, иначе у моего Тимчика совсем крышняк съедет. Вот папочка и думал-думал, после чего решил пока спрятать меня. А вот сейчас соблаговолил нам временно вместе быть.
Конечно, я знала, что отец наш суров на расправу. Но Гузелька ещё ничего страшного не натворила. За клуб давно Тим рассчитался. Получается, что папа просто так готов был лишить жизни обычного человека.
– Так что харе загоняться. Если у тебя симпатия взаимна, то дай ты пареньку шанс. Ну или на крайняк проведи то время, которое будешь помнить с теплотой до старости. Как мы сейчас с Тимом. Только вот не понятно, что с ребёнком будем делать. – Она тут же прикусила себе язык и замолчала. Проболталась, видно не собиралась она мне об этом говорить. Только слово не воробей – вылетело, хер поймаешь.
– Брат знает? – Спешу тут же уточнить. – Это его ребёнок?
Девушка фыркнула.
– Ясень-пень! – Возмутилась. – Знаешь, он ведь мой первый. Ну, как первый. – Тяжело вздохнула окунаясь в воспоминания прошлого. – Они – "святая троица" гуляли у нас в Челнах. И мне ведь нужно было именно в этот клуб пойти с девчонками. В общем встретились на танцполе. Он тут же взял меня в оборот. Он в зю-зю пьяный. Отшиваю. Уже собралась уходить. Только мне не дали. Затащили в подсобку, друзья его сторожили дверь, а Тим насиловал. Всю ночь. На третий раз, когда он с силой брал, я думала что всё, потом друзьям отдаст и я по рукам пойду. Но нет, прижимал крепко к себе, отдыхал и вновь по новой. Утром, когда сквозь маленькое, грязное окно под потолком начали пробиваться лучи солнца; я смогла осмотреться и это было жутко. Вся в крови, одежда разодрана, множество синяков и ссадин. Среди швабр и прочей уборочной хрени, я увидела бутылку. Была мысль убить его, но я же знаю чей он сын. Понимала, что потом мне не жить. Тогда я разбиваю бутылку, а осколками несколько раз провожу по венам. – Гузель выворачивает руку и показывает рубец. – Тимур на шум проснулся. Помню как испуганный и бледный перехватил мои руки и я потеряла сознание. Очнулась я в платной клинике под наблюдением ребят Тимура.
– Я в шоке. Никогда бы не подумала, что брат на такое способен. – Ошарашено уставилась я на Гузель. Меня это история на столько потрясла, что мозг отказывался принимать эту информацию
– Ну, чего буравишь меня. Это правда. Такое тоже бывает. С тех пор Тимур меня ни разу без присмотра не оставлял. Сначала я его ненавидела, он терпел. Даже клуб спалила, думая, что он его. Потом, когда отец ваш нас разлучил, поняла, что люблю его до потери пульса. А вот сейчас это. – Она указывает на живот. – Я думала сделать аборт, но Тим не разрешает. Он хочет его оставить. Только не понятно как, учитывая, что нет стабильности в нашей жизни.
– Тим правильно делает, что запрещает убить ребеночка. Если ты брата любишь, то оставишь малыша. В нашей семье к детям всегда относились как к подарку от Всевышнего. Так что не гневи Бога. – Я резко встаю, размахивая руками. – А вообще, папе нужно сказать. Он тебя за внука на руках носить будет.
– Боюсь я вашего папу. Не предсказуемый он человек.
Дом терпимости
– Боюсь я вашего папу. Не предсказуемый он человек.
С этими тяжёлыми мыслями Гузелия оставляет меня одну. То что она мне рассказала, совсем не вязалось с моим образом брата. Не спорю, он далеко не ангел. Подраться, отжать, своровать, на худой конец убить может. Но насиловать, это уже за гранью. И как хватило мужества простить его? Их отношения вновь ставят меня в тупик.
Мои размышления прерывает телефонный звонок.
А я уж подумала, что Михаил прекратил донимать меня. Но на удивление это Рита. Мы с ней давно не списывались.
– Привет. – Беру трубку я.
Слышу всхлипы.
– Как? Как ты могла так поступить? – Подруга рыдала в голос.
– Ничего не пойму. Что произошло?
– Антон сказал, что вы теперь вместе. Что бы я лесом шла. – Новый поток слез.
– Успокойся. Дыши глубже. – Пытаюсь утешить подругу. Только плач стал громче. Не выдерживаю и на одном дыхание выпаливаю. – Миша спор выиграл у Антона. Я с Мишей, понимаешь?
Резко стало тихо.
– Правда? – Не совсем верит мне Рита.
– Правда. – Ни хрена не правда. В статусе уверенное "все сложно". Но об этом знать девушке в истерике не обязательно.
Вспоминаю про вчерашнее видео.
– Я тебе доказательства пришлю. Подожди немного. – Обрубаю звонок и набираю сообщение Мише, что бы прислал, как я валяюсь в его постели.
Видео приходит быстро со словами: "О, я постоянно пересматриваю его. Ты такая секси, малышка". Я тут же пересылаю медиафайл Рите.
– Вы очень красивая пара. Я за вас очень рада. – Пишет подружка.
Я просматриваю ролик. Он обрывается на нашем с Михой поцелуе. Согласна, мы очень хорошо смотримся. Пересматриваю раз за разом, понимаю, что соскучилась по нему. До вечера осталось не много.
Желанием занять себя чем-нибудь, выхожу из комнаты и понимаю, что кроме Инессы Павловны и меня, в квартире никого нет.
– А где все?
– Тимур Шамильевич с девушкой по городу пошли гулять. А этот, молчаливый парень ничего не сказав ушёл. И я пойду. Все закончила. Первое и второе на плите. Я к вам завтра с утра заскочу, приготовлю ещё что-нибудь. А то вас много, быстро все съедаете. – Это еще Борзый с Гоблиным сегодня не заходили. – Может есть предпочтения? – Она послушно ожидает моего ответа.
Напоминать ей, что по сути мы с Гузелью и сами по готовки можем справиться, смысла нет. Так же, что с утра я не завтракаю. Это же женщина танк, с девизом: "Всех закормлю, даже если будут сопротивляться."
– Можно меня с утра не будить? Завтра подольше поспать планирую. – Вот так хитро можно избежать утренний приём пищи.
Проводив домработницу, бестолково брожу по квартире. Никто не возвращался. Собралась уже к пацанам зайти в соседнюю квартиру, как вновь позвонила Рита.
– Да, Маргарит. Что-то случилось?
– Алинка выручи. Я похоже глупость сделала.
Закатываю глаза.
– Рассказывай.
– Я того… В общем я решила поговорить с Антоном. Для этого пришла в его бар. Он про него рассказывал. Помнишь, он говорил, что каждый день проводит в нём. Поэтому сюда пришла.
– А проще поступить нельзя было? Элементарно позвонить?
– Он меня заблокировал. Тут же, после того, как отшил меня.
Вот ведь спокойно девочке не живется. На хрен ей вообще такой, как Туз нужен? Возможно, она не допонимает до какой степени он уёбок?
– Алина мне твоя помощь очень нужна. Вытащи меня отсюда.
– Откуда? – Я ничего не понимала. – А сама ты уйти не можешь?
– Вся проблема в том, что я заперта.
Она сломала мой мозг.
– Как?
– Ну, я пришла. И у администратора спросила, где могу найти Антона. Она долго не могла понять какой. Я объяснила, что нужен мне хозяин. Она так мило улыбнулась, сказав, что меня давно уже ждут. Только вот Антон отъехал. Ввела меня в комнату какую-то с большой кроватью и сказала тут ждать. Скоро какие-то гости должны подтянутся. А я могу переодеться. Пояснила мне эта странная девушка. После чего она вышла и закрыла дверь на ключ. Понимаешь? А тут ни окон, ни других дверей, ни запасных ключей. Пошарив в шкафу с откровенной одеждой и какими-то странными БДСМ штуками, я прихожу к выводу, что меня приняли не за ту.
Что сказать? "Натуральная блондинка." Писец просто.
А я кто? Чёрный плащ?
– Эй, прочь с дороги, враг,
Трепещи, злодей, —
Он идёт!..
Чёрный Плащ!
Только свистни – он появится!
Чёрный Плащ!..
Пою я известную песню с мультфильма. На что Рита огрызается.
– Тебе смешно? А меня скоро того…этого… могут поиметь
– Ритуля, просто постучись в дверь, вернётся администратор и объясни ей, что произошла ошибочка. Ты не работу хотела найти, а поговорить с Тохой. – И Уточняю. – Правда ведь не искала работу? Говорят можно заработать приличные деньги.
– Прекрати, Алина. – Не оценила мои приколы Рита. Все таки нужно было в конце добавить слово "лопата". – И я не то, что бы стучаться, я выломать дверь пыталась. Без результатно. Только болят плечо и нога.
– Пришли адрес. Я сейчас подъеду.
Параллельно с переодеванием звоню Андрею. Вне зоны доступа. Набираю Тимура, а потом и Гузель. Телефоны откликаются в пустой спальне брата. Вот ведь закон подлости.
Вызываю такси и направляюсь к соседям. Вопрос с Ритой можно решить легко и быстро, если хоть кого-то из пацанов взять. Но и Гоблина с Борзым дома нет. Все сговорились что ли? Свирепела я. Где-то КАМАЗ с пряниками перевернулся или на халяву деньги раздают? Времени ждать нет. Оставляю дома записку, что уехала к Тузу.
С улицы уже слышно, как гремит музыка внутри Антоховского заведения. Внутри не тише. На бар в классическом своем стиле, совсем не похоже. Бармен со своей стойкой имелся, и не один, а целых 3 штуки. Посередине огромного зала находились 4 острова в виде подиума с шестом, вокруг сидели на кожаных диванах и креслах мужчины, денежно поощряя полуголых танцовщиц на пилоне.
Сука! Натыкаюсь взглядом, на несколько мужчин, на коленях которых сидят девушки и похоже там полный половой акт. А одна, так совсем присосалась к ширинке пожилого, но судя по прикиду,
очень состоятельного старика. Это реально бордель. Пиздец мы вляпались. И теперь мне стало не до шуток. Боюсь, что объяснения Маргариты никто слушать не станет. Необходимо срочно её вытаскивать. Вот определится бы, где тут проход к комнатам. Но сделать я этого не успеваю, мою ягодицу жёстко сжимают. Я оборачиваюсь, сталкиваюсь с помутнённым от алкоголя взглядом незнакомца. Резкое движение и я прижата к стене, руки неизвестного мне человека принялись блуждать по моему телу, мацая. Сил не хватает его оттолкнуть. Мои крики и сопротивления тонут в какофонии музыки.
Незаметно вытаскиваю из кармана сотовый, закидываю руки на шею парня, якобы обнимаю. А сама откидываю большим пальцем крышечку, набираю Антона. Когда на дисплее вижу, что ответили; резко бью лапающего меня коленкой по бубенцам. Он не ожидал такого, согнулся от боли пополам, перенеся свои лапы от меня к своему мужскому достоинству. Я пользуясь возможностью выбегаю на улицу.
– Алло, Алин! Ты где? – Доносилось из телефона.
– Антон это ты где? Черт тебя побери!
– Работаю. Что-то произошло?
– Зараза, я знаю как ты работаешь. Я в баре у тебя. То есть в притоне твоём.
– Где именно? – Голос Тохи стал ледяным.
– Вот еле отбилась от мудака и на улицу выбежала.
– Стой на месте пять минут. Я сейчас выйду к тебе. Никуда не уходи.
Не успеваю договорить, как из бара выходит разъяренный мужик, которого я деактивировала. Быстро найдя меня глазами, (а что тут искать, далеко я не ушла) направился в мою сторону. Сейчас будут меня убивать.
Считай повезло
Мозги ещё при мне. Отскакиваю вправо, он туда же. При чем скорость прибавил, понял, что жертва покорно ждать его кулаков не будет. Тогда я кидаюсь влево, в сторону дороги, там прохожих много. Хотя скажите, какой дурак остановится и станет меня защищать? Не пойми какую девочку?
Мужик меня почти настигает, как издалека начинает громко сигналить машина. Пока преследователь замер в ступоре, вглядываясь в приближающее авто, я продолжила убегать. Автомобиль доехав до меня – остановился. И из неё со свирепыми глазами выходит Миша. На столько парень был злым, что мне самой аж стало страшно. Я молниеносно развернувшись побежала обратно. Мужик, любитель лапать, теперь казался мне мягким и пушистым.
– Стоять! – Грозно гаркнул Миха.
И мы с моим неприятелем замерли, как в игре "море волнуется", я с занесенной ногой для следующего шага, а мужик с поднятыми руками, видать что-то хотел объяснить. А бабка на остановке, так вообще присела. Не обделалась ли?
Михаил подходит ко мне вплотную. Руки в карманах джинс, наклоняется к моему уху.
– Ты что тут делаешь с Ильёй? – Лживоспокойно уточняет он. – А тебе чего нужно от неё?
Мужик отмер, взмахнул руками, типа сам в шоке.
– Да если б она мне по фаберже не заехала, то ничего не было б. – Илья на вид старше Миши лет на 5–7, но почему-то разговаривал с ноткой заискивания.
– А не хрен было руки распускать. Я ж тебе пыталась объяснить, что я не такая…
– А ты в таком заведение трамвай ждала? А я не понял?
Миха глаза переводил от мужика ко мне и обратно. Тем самым вскипая от нашей перепалки.
– Заткнулись! – Рыкнул он на нас. Бабка на остановке ойкнула. Вот сейчас точно обделалась.
К нам из здания вышел Антон.
Хотелось сказать: "Не прошло и года! " – но суровый взгляд Мишки напомнил, что говорить нам запретили.
– Илюха, ты что, тот мудак, что к дочери Лютого приставал? Ты бесстрашный или тупой? – Кинул Антон мужику, пожимая в приветствие лапу Михи.
Илья, видать из просвещённых, потому что тут же побелел и принялся заикаться.
– Да-да-да… ни-ничего не было. С-с-скажи им.
– Как это не было? – Я состроила из себя святую невинность. – А кто мне в трусики залез? А засос на груди поставил, в то время, когда я просила меня не трогать. – Похоже переиграла.
Глаза брюнета налились кровью, весь вид говорил о том, что сейчас он этого Илью закрутит в асфальт. Мужик от страха вновь сменил цвет, теперь он синий, как покойник.
– Сука! – Зло сплевывает Миша, хватая Илюху за грудки.
Бабка на лавочке, доселе наблюдающая за нами, как будто любимый сериал ей включили, в испуге отвернулась и стала креститься. Я даже похоже услышала "изыди сатана". И тут меня накрывает хохот. Все, в том числе бабка, обеспокоено уставились на меня.
– Ребят, но всё же хорошо закончилось. – Отсмеявшись произношу я. – Это какое-то недоразумение. Илья видимо обознался. Да?
Он активно закивал.
– И в трусики не залазил. – Решил он уточнить, для пущей ясности.
Теперь когда опасность в виде пристающего мужика не нависает надо мной, я вспоминаю цель своего визита.
– Тоха, я чего приехала то. В какой-то комнате у тебя в борделе Рита.
Блондин не понимал о чем я.
– В смысле?
– В коромысле. Ты чего такой тугой. Маргарита, подружка моя в комнате говорю в какой-то с большой кроватью у тебя?
– А чего ей там делать?
– Какой же ты сложный. Действовать нужно. Пока её не положили под кого.
– Под кого? – Продолжал тупить Антон.
– Рита к тебе пришла, в бар. Её администраторша твоя приняла, за девку какую-то и заперла в спальне. Ты будешь может что делать?
Дошло наконец-то до парня. Он побежал обратно в здание, мы с Мишей за ним. А Илья посчитал, что на сегодня с него достаточно, присоединился к бабке на лавочке остановки.
Мы окунаемся в шумное, плохо освещенное пространство бара. Теперь тут во всю развивается оргия. Я уже никого не разглядывая, следую за стремительно удаляющей спиной Тошки. Он ныряет под черную шторку, около дальнего островка. Мы следуем за ним и оказываемся в красном полумраке коридора. Идя по длинному коридору я изредка слышу то стоны, то звуки порки, то мольбы, то какие-то странные крики. Чем глубже мы заходим, тем страшнее становится мне. Как интересно там Маргарита? Остановились почти у последней двери, Антон постучался. Его с той стороны отборно послали.
Тогда Тоха не думая, со всей дури вышибает дверь.
– Какого хуя! – Встречает нас недовольный полуголый мужик, предпенсионного возраста с большим обвислым брюшком. – Падлы, я лаве кинул. Что за беспредел?
– Ебальник захлопнул. – Кинул ему Тоха, а сам прошёл внутрь. За кроватью, в углу сжалась Рита. Одежда на ней была вся изодрана, глаза были бешенными, она не могла ни на ком из нас сфокусироваться. Антон прижал её, уткнул лицом к себе, принялся поглаживать по голове. Она схватилась за его рубашку и принялась судорожно рыдать.
Следом за нами в комнату ввалилась охрана и администратор.
Женщина принялась улаживать конфликт с клиентом и одновременно допытываться, что произошло у хозяина.
– Блять, ты Маша. А ещё сука и стерва. Как ты могла такой божий одуванчик принять за шлюху. А? – Это я десять минут назад считала, что Миша злой как черт? Это был детский лепет. Вот сейчас чувствовалось, что сам Сатана вселился в Антона. Если бы не плачущая у него на груди Маргарита, то он давно бы прирезал и Машу, и этого жирного клиента. Желваки парня играют от гнева. Но он сдерживает себя, потому что в руках у него трепетный, испуганный цветочек.
– Не бузи. – Бросает он мужику. – Четвёртый номер свободный, это люкс. Иди туда. Тебе ребята приведут такую девочку, что закачаешься. – Плотоядно улыбнулся Тоха. – Своего рода извинения, за предоставленное неудобства.
