355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Швецов » Госпожа тюрьмы, или слёзы Минервы (СИ) » Текст книги (страница 7)
Госпожа тюрьмы, или слёзы Минервы (СИ)
  • Текст добавлен: 27 июля 2017, 16:00

Текст книги "Госпожа тюрьмы, или слёзы Минервы (СИ)"


Автор книги: Михаил Швецов


Жанр:

   

Психология


сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

К этому сегодня можно добавить и запойное пьянство, нередко имеющее место среди бывших «ликвидаторов», которое, согласно мнению автора классического учебника по психиатрии Осипова, является проявлением шизофрении.

Непросто будет психиатрии признать самоубийственные жертвы ПТСР жертвами шизофрении. Для этого есть много причин: политические, корпоративные, психологические. И они все могут встать в полный рост, чтобы не сказать правду простым и страдающим людям, которые слишком поздно на практике узнают жестокий закон политики: «Слова даны, чтобы скрывать наши мысли». А если и наука вдруг осознала себя «главной прислужницей власти» (Ромен Роллан)? Каждый солдат, вероятно, мечтает о «ране небольшой», как в старой песне. Много ли найдётся добровольцев служить в «горячих точках», если они будут знать, что вместо награды или мгновенной смерти позднее будут страдать от Ш.? Поэтому «всего» не говорят и специалисты. Банальная ложь ещё долго останется в политическом арсенале. «Хотят ли русские войны?» А кто сказал, что в Чечне и в Грузии сошлись «русские» интересы?

Представители художественного творчества, писатели, одними из первых осознали двойственную, шизофреническую душу современной политики и науки. Так М.М. Пришвин в середине 20 века писал: «На моём веку совершилась огромная перемена в сознании человека: в моё время ещё верили просто в науку, что человек овладевает законами природы себе на добро, и такое победное шествие человека как царя природы вперёд называлось прогрессом. В науке есть чары не меньшие, чем в искусстве, отвлекающие личность человека от конкретных условий добродетели (творчества добра), в том смысле, чтобы служить лучшему всех людей, как себе самому».

Можно встретить и устрашающие мысли: «На все эти вопросы «наука» нам не отвечает, и ответить не может, не идя на своё кастовое самоубийство. Ибо ответить – это значит признаться в том, что она, «наука», нам врала сознательно, намеренно и систематически» – (Ив. Солоневич. Народная монархия. – Минск, 1998. – С. 131.)

В конце двадцатых прошлого столетия великий русский невропатолог и психиатр В.М. Бехтерев посетил «вождя всех народов и лучшего друга советских учёных» товарища Сталина. И сделал заключение не о качестве закусок и вина, а о психическом состоянии своего клиента: это была паранойя. Вероятно, он захотел поделиться своим открытием со специалистами (и не только), но был через несколько дней убит. За десять лет до трагической смерти Бехтерев сумел заложить фундамент новой науки, которую назвал коллективной рефлексологией. Он считал, что если нервные рефлексы свойственны отдельному индивиду, то они точно так же могут быть характерны для человеческих групп, больших и малых. Попросту говоря, толпы. И на примерах войн и революций доказывал действенность коллективных рефлексов. Советское время – период больших потрясений. После смерти лидера новой науки и сама она заглохла. А страх учёных до сих пор жив. Наше повествование в какой-то степени продолжает идеи Бехтерева: Шизофрения есть не только индивидуально больное, но и коллективное.

Затронем вопрос о нравственности в науке. Собственно, что трогать-то, если её там и не должно быть? Именно гегельянская философия проложила путь русской науке и философии, в том числе диалектическому материализму, который и уничтожил несогласных. Именно суждения Гегеля о всемогуществе логического знания пришлись по духу любителям экстремистских социальных экспериментов. Диамат занимает ещё много места в головах учёных. И психиатрия – не исключение.

Гегель покончил с искусством: дух, вознёсшийся до вершин абсолютного познания, не может снизойти к художественному творчеству, этой низшей ступени его бытия. Для поэзии и искусства места теперь нет. А заканчивается гегелевское учение обожествлением государства (Гулыга Арсений. Шеллинг. – М.: Молодая гвардия, 1982. – 317с.).

Одним из самых мощных оппонентов Гегеля был его современник, немецкий философ Шеллинг, также имевший множество продолжателей в России. Среди самых именитых писатель Вл. Одоевский, поэт Тютчев, философ Вл. Соловьёв, литератор Григорьев, которые оказали незначительное влияние на судьбы России в 20 веке, но могут быть снова востребованы в 21 веке. Из трактатов Шеллинга вытекает, что знания недостаточно, а наука может служить злу; поэтому науке нужен нравственный ориентир. А человеку тем более. Он не верил, что культ разума возможен: «все умрут от скуки!», – и говорил, что ум может содержать нечто негативное, бесцельное, а рассудочный ум и мудрость – вещи различные. «Мудрость не припишешь тому, что направлено к безнравственному или стремится достичь благие цели, используя безнравственные средства». Аполлон Григорьев писал: «Каким образом из явлений частных складываются типы в душе художника – вопрос далеко ещё не разрешённый: дело в том только, едва ли они складываются сознательно, аналитически. Я верю с Шеллингом, что бессознательность придаёт произведениям творчества их неисследимую глубину. В душе художника истинного эта способность видеть орлиным оком общее в частном есть непременно синтетическая, хотя и требующая, конечно, поддержки, развития, воспитания….Тип, каков бы он ни был, есть уже прекрасное». (Гулыга Арсений. «Шеллинг». – М.: Молодая гвардия, 1982. -317с.).

Вероятно, общество, опирающееся на творчество бессознательного, имеет гораздо большие перспективы, но 20 век сделал свой примитивный выбор.

Итак, волею большевиков наука оказалась без нравственных ограничений. А что же психиатрия? Последняя придавала значение морали (от слова «мор»?), но, прежде всего, когда речь шла не столько об интересах больного, сколько об интересах тогдашнего общества или государства. И от этих «ножниц», кажется, ещё не избавилась. Достаточно вспомнить, как Советская власть «лечила» под стражей диссидентов в психиатрических лечебницах. Представьте себе и ситуацию, что хронический алкоголик убил одного или несколько человек в состоянии опьянения. Если он не докажет (часто это невозможно), что находился в приступе белой горячки (галлюцинации и прочее), то его будут судить как обычного преступника. Да, и будут ли заинтересованы родственники убиенных в нахождении посредством психиатрической экспертизы доказательств, что убийца был настоящим шизофреником и должен вместо тюрьмы отправиться на длительное лечение в больницу? А будет ли эксперт сам кропотливо искать эти доказательства, ведь, он тоже сочувствующий жертве человек? А если убийца рос в детском доме? А если таких убийц становится всё больше? А если наука не становится нравственнее?

И ещё представление. Вдруг в цивилизованном обществе завёлся каннибал, который съел человека, или на худой конец представителя власти, с погонами на видном месте. А если им же были съедены нескольких лучших представителей человечества? И случайно оказался пойман. Кто из наших сограждан и им сочувствующей науки не захочет, чтобы людоед оказался в тюрьме или, что лучше, был казнён (ныне такое реально невозможно)? А сомневаются ли обыватели, да и врачи не из корпуса экспертов, что каннибализм – это и есть лицо шизофрении, или попросту сумасшествия? Едва ли. Потому что или человек разумный (как это объявлено), или…. Вот и получается, что каннибалу нельзя ставить диагноз шизофрении (а что-то попроще, из разряда психопатий), иначе его не засадишь в тюрьму (может, когда-нибудь разрешат и казнить). Вот и сидят эти каннибалы где-то в районе Соль-Илецка и др. В шизофреническом обществе люди стесняются быть шизофрениками. Это Ш. в квадрате. Люди забыли, когда говорили правду себе и другим. Не только диссиденты, но и Гёте без толку поучал: «Чем больше я знакомлюсь с естествознанием, с его каждодневным прогрессом, тем чаще сами собой напрашиваются мысли о том, что движение вперёд и движение вспять происходит в нём одновременно. Здесь я выскажу лишь одну из них: мы не выбрасываем из науки даже заведомые заблуждения. Причина этому есть очевидная тайна. Если бы многие не чувствовали себя обязанными повторять неправду только потому, что однажды она была уже ими сказана, то люди были бы другими» («Годы странствий Вильгельма Мейстера, или отрекающиеся». – С.С. в 10-ти Т.Т. – Т. 8. – М.:ХЛ, 1979. – 462с.).

Теперь почитаем вместе ещё одну книгу, которая на первый взгляд не обещала сильных потрясений. Её автор Михаил Ефремов (это псевдоним, и вы не удивитесь, почему), её название «Осторожно! Вредные продукты». Хотя изумляет число переизданий – 11, если верить Интернету. Вот цитаты:

«В условиях сплошного правового бурелома, для российского едока нет более занятнейшей и любопытнейшей задачи, нежели поесть. А после обеда – выжить… Ныне диетология (причисляемая к сонму научных дисциплин – моя вставка) «остепенилась» и окончательно стала тем, чем, собственно она всегда и была – мощным средством одурачивания в руках недобросовестных производителей продуктов питания, которых и продуктами-то – даже условно, при всём желании, – назвать трудно.

«Научная» теория питания появилась в Германии в конце XIX века. Немецкий физиолог Фойт, решив определить, сколько же пищи необходимо человеку, взял среднемесячный заработок немецкого рабочего и… прикинул, сколько еды на эти деньги можно купить. Полученное количество снеди он, слегка подкорректировав для мужчин, женщин и детей, окрестил физиологической нормой. Так тихо и без затей появилась на свет «научная» теория сбалансированного, правильного питания.

Согласно «сбалансированной» теории, современному человеку нужно получать в сутки 3000–5000 килокалорий. Цифры, неоднократно опровергнутые самой жизнью. Но… На теории Фойта, как ни в чём не бывало, паразитирует не только основной популяризатор генетически изменённых суррогатных продуктов питания – институт питания РАМН, но и скопище всяческих «диетологов». Вовсе не важно – имеют они высшее «диетологическое» образование или нет. «Потолочным методом» и поныне конструируются «кормовые теории» и «рекомендации»».

Да, государственная и даже научная система ригидна (как мозг шизофреника), и если угодно, «мертва»…Но не в этом ли состоит весь кризис доверия науке и не здесь ли причина крушения государств? И гегелевская диалектика вместе с логикой не способны разрешить эти противоречия внутри системы, они, скорее всего, и являются причиной кризиса. А не является ли сегодня сама система управления государством причиной роста психических заболеваний в стране?

Всё же вернёмся снова к книге Михаила Ефремова «Осторожно! Вредные продукты». Читатель должен начать понимать, что современная наука и благолепная статистика неуклонно ведут человека к гибели. Это и есть самоубийство цивилизации. О последствиях применения ядерных технологий в военное и мирное время говорить излишне – всё уже давно сказано. (Но можно заглянуть и в мою книгу 90-х годов «Химера и антихимера» на портале «Проза. ру»).

«В сложившихся условиях следует принимать и бессмысленное словосочетание «Экологически чистое» только лишь, как факт, настораживающий и не заслуживающий доверия.

Помните: симбиоз «экологов» и производителей съестного, как и положено всякому симбиозу взаимовыгодный. «Товаровед – товароеду не товарищ».

«Трансизомеры жирных кислот (трансжиры) содержатся в разрыхлителях теста, баночно-бутылочных соусах и абсолютно всех майонезах. Во всех рафинированных и гидрированных продуктах обязательно находятся от 25 % до 50 % трансжиров от всего количества жирных кислот, тогда как в натуральных продуктах их не более 2 %… Ни в коем случае нельзя покупать майонез в полиэтиленовых тубах, это стопроцентное нарушение технологии. Майонез не хранят в полиэтилене, так как уксус и растительное масло в составе майонеза вступают с полиэтиленом в реакцию и разъедают его.

Трансжиры чрезвычайно токсичны, обладают свойством накапливаться в организме и порождают тяжкие последствия: стресс, болезни сердца, рак, атеросклероз, гормональные сбои (к примеру – ожирение) и т. д.

Многолетние исследования установили, что трансжиры повинны:

1. в ухудшении качества молока у кормящих матерей; кроме того, трансжиры с молоком передаются младенцу;

2. в рождении детей с патологически малым весом;

3. в увеличении риска развитие диабета;

6. в ослаблении иммунитета;

7. в снижении уровня мужского гормона тестостерона и ухудшении качества спермы.

«Переизбыток холестерина в организме опасен – никто не спорит. Но доказан факт – более опасен недостаток холестерина. Снижение уровня холестерина напрямую связано со значительным увеличением несчастных случаев и неврозов. Новомодная бесхолестериновая диета ведёт к раннему климаксу у женщин и. увы, импотенции у мужчин. Низкий уровень холестерина напрямую связан с высоким риском суицида и развития депрессии.

Научных свидетельств, что холестерин (в бытовых, пищевых дозах) вызывает атеросклероз, инсульт или сердечный приступ, как не было, так и доныне нет. Холестериновый бум связан, в первую очередь, с рекламной деятельностью маргариновых монстров.

Наше же мнение таково – маргарин существует только для тех, кто уже ничего хорошего не ждёт от жизни. «Диетический» маргарин можно рекомендовать только как растянутый (или затянутый?) способ самоубийства».

Воистину, прав Л.Д. Ландау, когда говорил: «Науки бывают: сверхъестественные – естественные – неестественные». Но догадывался ли он с высот своей математики, что общество страдает болезнью, которую все боятся назвать? А я продолжу цитатами из книги М. Ефремова знакомить с её симптомами.

«Выдача патентов на генно-инженерные продукты (ГИ-продукты) – грубейшее нарушение Конвенции ООН «О биологическом разнообразии (ст. ст. 1, 3 и п. 1 и 7 с. 15). Выдача патентов на ГИ-продукты – нарушение Евразийской патентной конвенции, принятой в 1973 году, запрещающей патентование растений и животных.

Первое место в мире по производству ГИ-сои прочно занимает США. Но первое место в мире по потреблению ГИ-сои столь же прочно занимает Россия….Разгадка феномена проста – россияне потребляют сою в огромных количествах и в любом виде, даже не догадываясь об этом.

О присутствии в сое (натуральной!) веществ, губительных для щитовидной железы известно аж с конца 50-х годов…. Изофлавоны сои разрушают щитовидную железу, они опасны для детского организма и беременным женщинам, оказывают антиэстрогенное действие, влияющее и на менопаузу…

Среди детей, страдающих диабетом, в два раза больше тех, кого в детстве кормили соей….Соевые фитоэстргены вызывают слабоумие…. Анализ содержания изофлафонов сои в детском питании показал, что их концентрация в расчёте на килограмм веса в 6-11 раз (!) превышает дозу, вызывающую гормональный сбой у взрослого человека.

Углубимся в «витаминный» вопрос и ради любопытства откроем профессиональный медицинский справочник «Vidal». Что мы увидим? Необходимые ежедневные дозировки витаминов для женщин 25–50 лет, то есть для основной и самой активной части населения. Внимательно читаем….. Дотошный читатель может спросить – а откуда взяты эти цифры? Как откуда? – удивимся мы и ответим – Как обычно, с потолка.

Эти цифры, всего лишь, отражают очередное личное мнение и пристрастья неких «светил», с подачи которых и пошли гулять по свету эти «рекомендации» и угодили даже в такой серьёзный медицинский справочник.

Большинство витаминных добавок синтезировано из каменноугольных смол и производных нефти. Хотя химически они идентичны натуральным витаминам, их биологическая активность значительно ниже. Синтетические витамины не могут выполнять все функции, свойственные витаминам натуральным.

Первые сомнения в полезности витаминов (витаминных препаратов) возникли в 1984 году. Тогда финские учёные обследовали 29 тысяч курильщиков. Которые получали витамин Е, бета-каротин и плацебо. Через восемь лет исследований оказалось: те, кто принимал витамины не стали меньше болеть раком, в группе принимавших бета-каротин увеличилось число страдающих раком лёгких, а среди принимавших витамин Е резко возросло число инсультов. Этот результат ничего не изменил для советских (ныне и для российских) медков, считавших и считающих, что витамины А и Е препятствуют образованию злокачественных опухолей и сосудистых заболеваний. Датские учёные всерьёз и обоснованно полагают, что витамин Е, бета каротин и витамин А может повысить риск преждевременной смерти.

Все витамины выполняют функцию катализаторов биохимических процессов. А отсюда следует: при избытке в организме витаминов, нормальная биохимия нарушается, реакции убыстряются, следом происходит убыстрение старения всего организма».

Как назвать эти вопиющие факты иначе, чем каннибализм производителей и их покровителей, который обрушил свои красные от крови зубы на ничего не подозревающих потребителей, привычно внимающих голосу светочей от науки? Как можно относиться к тому, что усиленно рекламируемые и насаждаемые властью любой страны в течение столетий вакцинационные мероприятия по «защите» населения от инфекционных заболеваний порождают новые болезни и не защищают от старых, увеличивая общую смертность при эпидемиях? Здесь время обратиться к теперь уже довольно известной книге А. Котока «Беспощадная иммунизация» (М.: Гомеопатическая медицина, 2004. – 448с.).

Книга была настолько опасна для привычной демагогии санитарных врачей, что её (из страха перед властью – и это в стране, называющей себя демократической!) отказались распространять все книжные магазины страны (согласно сведениям, полученным лично от автора). Так она и продавалась самим издательством в течение нескольких лет. И это при тираже всего 1000 экземпляров. Блокада сделала своё известное дело: смерть собрала свои жертвы. Для тех, кто ещё не видел книги, будут полезны мои заимствования из неё.

«Фальсификация данных, передёргивание фактов, беспринципность и неразборчивость в средствах, алчность в погоне за наживой, навязывание обществу законов, противоречащих фундаментальным представлениям о свободе личности, – всё это неотъемлемые черты прививочного «убеждения» как-то мало вязались с представлениями о благе, принесённом в мир Дженнером.

Доктор Виера Шайбнер говорит: «Иммунитет не является результатом введения патогена. Уже около ста лет официальные иммунологические исследования демонстрируют, что вакцинные инфекции не иммунизируют. Они сенсибилизируют, делают прививаемого более восприимчивым к тем болезням, защищать от которых были призваны, превращают его в хозяина чужеродной бактериальной и вирусной инфекции. Привитые дети страдают от бесконечной течи из ушей.

Сколько же детей должны пострадать от аутоиммунных последствий прививок, чтобы это удовлетворило «научным критериям» – столь строгим, когда речь заходит о том, чтобы признать связь прививок с болезнями и смертями после них, и столь мягким, когда обсуждается польза прививок….Не связано ли увеличение количества лимфом с прививками? В свете появления «новых вирусов» – нет ли замены старых болезней, вытесняемых прививками, на новые, более опасные?

Вакцины не проверяются ни на канцерогенный, ни на мутагенный эффекты. В вакцины добавляются высокотоксичные вещества (ртуть, формальдегид, фенол, алюминий), хотя никто и никогда не показал безвредность их применения у детей.

Покровский В.И. и др. пишут (2003): «Совместными усилиями человечеству в двадцатом веке удалось ликвидировать только одну инфекцию – натуральную оспу и получить 36 новых инфекций».

Порочна, противоестественна сама концепция массовой профилактической вакцинации.

Жестокое разочарование постигло англичан и других европейцев в самом начале 1870-х годов. Страшная, невиданная доселе эпидемия натуральной оспы, случившаяся на фоне почти тотально привитого британского населения, полностью развеяла прививочные иллюзии. Насчитывая свыше 200 тыс. заболевших, из которых 42 тыс. скончались, по своим размерам она превзошла тяжелейшие «допрививочные» общенациональные эпидемии.

Разговоры об улучшении санитарно-гигиенического состояния городов и сёл, о приведении в порядок канализации и водоснабжения, об изменении характера питания и повышении жизненного уровня населения предполагали прежде всего социальные реформы и не обещали прямого заработка медикам, в то время как наличие такого чудесного и осязаемого с помощью научных приборов врага, как микробы, гарантировало, что врачи продолжают играть одну из главных ролей в обществе.

Выдающийся российский педиатр Нил Филатов (1847–1902) в 1899 г. писал: «Оспа принадлежит в настоящее время к числу довольно редких болезней».

Япония имела самые жёсткие прививательные законы и при этом страдала от тяжелейших оспенных эпидемий. Пример Японии подтвердил вывод некоторых исследователей: при неменяющихся санитарно-гигиенических условиях смертность населения от оспы возрастает по мере увеличения количества прививок от неё…

В СССР последний случай ввозной оспы был зарегистрирован в 1960 году…Из 46 заболевших в Москве в детстве получали прививки все, 23 человека – в том же самом году, в каком заболели (ай да эффективные прививки!), десять человек – за три года до болезни, и ещё 14 прививки, сделанные на фоне уже имевшегося заражения, также не помогли. Трое заболевших скончались, остальные перенесли оспу разной степени тяжести (в основном, вариолоид). Ну, и какой же вывод? Вот он, изумительный перл вакцинаторской логики: «Преобладание лёгких, стёртых форм заболевания при вспышке оспы в Москве в 1960 году ещё раз подтвердил огромное значение обязательных в СССР прививок против оспы» (Гальперин Э.А., 1962).

Когда факт бессмысленности и повторных прививок стало уже невозможно отрицать, тогда в ход пошло новое изобретение: да, заболевания они вообще не предотвращают, но зато уменьшают смертность среди привитых и делают течение болезни у них мягче. Это последняя линия прививочной обороны, дальше этого идти уже некуда: следующим логическим шагом остаётся только заявить, что прививки вообще никакого влияния на заболеваемость и смертность не оказывают.

В 1971 году Англия и США вообще прекратили прививки против натуральной оспы. В США при фактическом отсутствии самой болезни за 1959–1968 годы противооспенные прививки стали причиной только официально зарегистрированных 68 смертей – 60 при первичной вакцинации и 8 при ревакцинации…

Д-р Элеонор Мак-Бин в своей книге приводит такие высказывания специалистов: «Главной, если не единственной причиной чудовищного роста заболеваемости раком являются прививки»

Наличие прививки БЦЖ в анамнезе, по данным зав. кафедрой фтизиатрии Донецкого государственного медицинского университета проф. Б.В. Норейко, не улучшает, а ухудшает прогноз течения «нормального» туберкулёза: «У невакцинированных детей деструктивные формы первичного туберкулёза практически не развиваются…Ребёнок, вакцинированный хотя бы однажды, приобретает стойкую гиперчувствительность к туберкулёзной инфекции, поскольку вакцина БЦЖ получена из бычьего штамма МБТ…Развитие поствакцинального иммунитета проводит в к тому, что все случаи туберкулёза у детей и подростков стали протекать по сценарию вторичного иммунного ответа клеточного типа, в арсенале которого заложена программа отторжения очага казеозного некроза. Если в прошлом за 20 лет я видел 1 первичную каверну в Донецкой области, то сейчас просто страшно смотреть на детей и подростков, у которых нет будущего, поскольку деструктивный туберкулёз стал основной формой туберкулёза для этого возраста».

Д-р Жан Эмильгар писал в своей книге: «Каждый раз, когда вы слышите о трагической смерти младенца в первые недели жизни от «вирусного менингита», у вас есть право подозревать, что дело здесь не обошлось без БЦЖ. Моя жена пережила эту трагедию, когда работала в крупном шведском госпитале. Вскрытие ребёнка обнаружило туберкулёзную природу этого «вирусного» менингита, развившегося после прививки БЦЖ, но все санитары и медсёстры получили совершенно чёткие инструкции ничего об этом не говорить. Иначе им не поздоровится. Как и во всех тайных сообществах, закон молчания имеет абсолютную власть среди врачей!» (1998).

Шизофрения прописалась во Всемирной Организации Здравоохранения

Настоящим похоронным звоном по вакцине БЦЖ должно было стать крупнейшее за всю её историю и единственное оформленное согласно всем необходимым научным критериям исследование, проведённое в южной Индии при участии ВОЗ, Службы общественного здравоохранения США и Совета по медицинским исследованиям Индии. Для изучения были взяты два самых широко используемых штамма М. бовис – «Париж/Пастер» и «Дания/Копенгаген». Исследование показало нулевую эффективность вакцины БЦЖ как раз в той стране, где она в силу сложившейся эпидемической ситуации могла бы оказаться полезной. Мало того. Заболеваемость туберкулёзом оказалась выше среди привитых!

Отказ ВОЗ немедленно и навсегда покончить с этой прививкой после проведённого исследования очень показателен. Более того – прививка БЦЖ… была включена в Расширенную программу иммунизации (РПИ) в последующие годы!»

Вот это и есть шизофрения властных, в том числе и медицинских, структур, которые дезориентированы во времени, пространстве и собственном представлении о полезности деяний.

«Эксперты при американском Институте медицины: «Факты подтверждают, что привитые взрослые являются превалирующим источником заражения [коклюшем] новорождённых и детей в развитых странах».

Вряд ли существует иная современная вакцина, которая могла бы сравниться с коклюшной по количеству тяжелейших осложнений и смертей у ею «спасаемых» по весьма сомнительной эффективности, а также по сложностям механизма её действия в целом.

В 1948 г. Уже около десятка фармкомпаний производило вакцину DPT (АКДС). Е. Кёнг в 1953 г. Собрал из литературы сообщения о 82 ставших известными случаях мозговых реакций после прививки против коклюша (К.). Итог: 11 смертей, 24 стойких поражения нервной системы в виде эпилептических припадков, спастических параличей, умственной отсталости, изменений характера. В Англии и Уэльсе за 1958–1965 г.г. было зафиксировано 7 смертей в результате энцефалита, менингоэнцефалита или энцефалопатии после прививок, включавших в себя коклюшный компонент. В Англии выяснилось, что К. вакцина если и эффективна, то лишь тогда, когда нет настоящей угрозы К. Когда же на горизонте появляется вспышка или эпидемия, то прививка бесполезна для предупреждения дальнейшего распространения болезни.

Несмотря на то, что каждая вспышка К. в очередной раз доказывает, что привитые заболевают ничуть не меньше непривитых, некоторые престижные учебные пособия продолжают заявлять, что К. встречается исключительно у непривитых.

Шведский эпидемиолог Б. Троллфорс тщательно изучил вакцину против К. и в 1984 г. заявил, что максимальный её защитный эффект не длится более двух-пяти лет и что она не способна предотвратить заболевания К. даже в таких странах с 90–95 %-ным «охватом» прививками, как США. Он указал, что смертность от К. в индустриально развитых странах крайне низка и никоим образом не связана с процентом привитых в них, а также отметил тот факт, что смертность от К. в начале 1970-х в Англии и Уэльсе и Зап. Германии, когда процент привитых был выше, превосходила смертность от него в конце 1980-х, когда процент привитых значительно снизился.

В Голландии дети дисциплинированно прививаются родителями и «охват» оценивается в 96 % – выше, чем любой установленный вакцинаторами необходимый процент для прочного «коллективного иммунитета». В 1995 г. было зарегистрировано 325 случаев К., 1996 г. – 2778, к ноябрю 1997 г. – 3747.

Две сестры – изоляция и шизофрения

Теперь давайте от пищеварительных или трудно перевариваемых медициной и обществом проблем вновь вернёмся к тому, с чего начали – психическим последствиям пережитых ситуаций одиночества. (Кузнецов О.Н., Лебедев В.И. Психология и психопатология одиночества. – М.: Медицина, 1972. – 336с.). Итак, читаем:

«Французский философ Этьен Кондильяк в 1954 г. описал литовского мальчика, который жил среди медведей. Когда мальчика нашли люди, он не проявлял никаких признаков разума, не умел говорить и ходил на четвереньках. Прошло немало времени, пока мальчик научился понимать человеческую речь и разговаривать, но тогда оказалось, что он ничего не может вспомнить о своей прежней жизни среди животных.

Случаи, когда детей вскармливали животные, были известны не только в Литве, но и в Швеции, Бельгии, Германии, Голландии, Ирландии и Франции. Все дети, жившие среди зверей, издавали нечленораздельные звуки, не умели ходить на ногах, обладали большой мышечной силой и ловкостью, быстро бегали. Зрение, слух и обоняние у них были хорошо развиты.

В XVIII веке великий естествоиспытатель Карл Линней, впервые отважившийся включить вид «разумного человека» в систему животных, выделил в качестве вариации этого вида «человека одичавшего» (выделено мною). В эту вариацию он включил все известные к тому времени случаи, когда дети человека были вскормлены вне человеческой среды дикими животными. Хотя Линней и не помышлял о сущности скачка, который отделяет человека от животных, но, обобщив известные ему случаи, пришёл к выводу, что у одичавшего человека не развита не только речь, но и отсутствует человеческое сознание.

Никто из «диких» детей так и не стал по-настоящему человеком. Их удалось довести в процессе воспитания лишь до уровня слабоумных представителей человеческого рода.

Рождаясь и попадая в человеческое общество, ребёнок сразу уходит от звериного прошлого. Это общество в лице родителей, воспитателей, товарищей как бы за руку выводит ребёнка в люди. Когда этого не случается, он остаётся за порогом человечества и уподобляется своим животным предкам.

Небезынтересны в плане развития, по всей вероятности, реактивного психоза выдержки из дневника, заимствованные нами из работы Merrien. Дневник был найден капитаном Моусоном в 1748 г. рядом со скелетом на остове Вознесения. Насколько можно понять из дневника, речь идёт о голландском моряке, который был высажен на остров в 1725 г. с минимумом вещей и продуктов питания. В пищу моряк употреблял яйца птиц и черепах. Когда оставленная ему вода в бочке была израсходована, он нашёл небольшой родник, который протекал среди голых и раскалённых скал. Воду приходилось носить в котелках под лучами экваториального солнца.

15 июля, как он записал в дневнике, что после своего очередного «водяного похода», более убийственного, чем спасительного, уснул в изнеможении. Его разбудили возгласы, смешивавшиеся с богохульствами и непристойными выражениями. Ему стало казаться, что его окружают демоны. Весь в холодном поту, он не смел заговорить, боясь, чтобы какое-нибудь чудовище, страшнее прочих, не избрало его жертвой. Моряк чувствовал на своём лице прикосновение дьявольского хвоста. Один из дьяволов заговорил с ним голосом его убитого друга. Смятение утихло только к утру. На следующий день он среди бела дня «увидел» своего убитого друга, голос которого слышал в предыдущую ночь. Друг заговорил с ним о бесовской жизни природы, о своих страданиях. В один из последующих дней, когда моряк начал вытаскивать выброшенный на берег ствол дерева, видение вернулось, вызвав у него чувство ужаса. Призрак появляется в дальнейшем каждый день и стал для него привычным.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю