Текст книги "Гончаров попадает в историю"

Автор книги: Михаил Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

– Похоже, что она никуда не исчезала, потому что я говорил с ней самой.

– Какая жалость, а я то уже думал отыскать её во дворе Черного обелиска.

– Если вы не будете тянуть кота за хвост, а все по человечески расскажите, то я вам налью сто граммов водки.

– Заманчиво. Но сначала налей, чтобы моя речь полилась рекой, свободно и вольно, как амурская волна.

Если говорить все по порядку, то туркался я в отделе до одиннадцати часов и все без толку. Оно и понятно, кто ж мне даст ордер на обыск по свидетельствованию повесившегося бомжа. Надо мной, как над старым дураком только посмеялись. Но все равно время я там провел с пользой дела. Кое что мне удалось узнать. Оказывается маньяк у нас завелся давно и шустрит он уже около года. У него в активе полтора десятка загубленных душ, причем как женского, так и мужского пола. Сейчас этим делом занимается областная прокуратура, управление и ФСБ.

– Какой же это маньяк и почему вы считаете, что все преступления дело рук одного и того же человека? Скорее всего убийства совершались разными лицами, которых не удалось отыскать, вот и списали все на одного зверя.

– Нет, батенька, тут ты не прав. Почерк один и тот же, а кроме того есть показание уцелевшей женщины, некой Аллы Стешневой. С него я и начну.

В середине мая Алла решила немного развлечься и проводив мужа во вторую смену позвонила своему другу и предоставила ему карт – бланш ниже своего пояса. Но поскольку у неё в доме находилась семилетняя дочь, а у него нелюбимая и злобная жена, то заполнить эту карточку они решили на природе, где – нибудь в укромном уголке. Он приехал за ней на машине и недолго думая они отвалили за город в северозападном направлении.

– Тогда это не наш маньяк. Мы – то находимся на юго востоке.

– Согласен, но неужели ты думаешь, что в одно время, в одном городе орудуют сразу два маньяка? Полная чушь. Скорее всего он просто периодически меняет место своей работы. Наверное для того чтобы не примелькаться. Так вот, отправились они на северо – запад и в районе лесного массива свернули на просеку. Углубившись на пару километров они даже не перекрестившись занялись прелюбодейством.

Алла очень удивилась и даже испугалась когда в лобовое стекло постучал какой – то черный человек. Как выяснилось потом, он был в черной маске и в комуфляжном костюме. От испуга она закричала, а он в ответ разошелся каким – то жутким хохотом и хотел выбить стекло. Друг Аллы, всей душой болея за автомобиль, как был без штанов так и выпрыгнул из машины ему навстречу. У них завязалась жестокая драка и здесь следует отметить, что любовник был мастер спорта и обладатель какого – то там пояса. Именно по этой причине драка оказалась эатяжной и продолжительной. Это и спасло госпожу Стешневу. Когда черный человек наконец одолел её спортсмена и опрокинул его на землю, Стешнева увидела как он вытащил широкий, длинный нож и велел ему поднятся. Любовник встал и черный человек начал наносить ему беспорядочные и многочисленные удары. Хлынула кровь и уже падая любовник ей крикнул, чтобы она немедленно убегала. Цепенея от ужаса Алла запустила двигатель и буквально в последнюю секунду сорвалась с места, проскочив в миллиметре от своей смерти, оставив своего дружка благополучно помирать, что он в итоге и сделал.

– А почему бы ей не совершить наезд на убийцу?

– Умный ты очень, Гончаров, тебя там не было, супермен хренов. Она там наверное не только описалась, а что – то посерьезней. Но как бы то ни было, на первом же посту ГИДБД она заявила о случившемся, но только все напрасно. Убийца уже скрылся, оставив свою жертву на самом видном месте.

– А остальные четырнадцать случаев? Они были аналогичны?

– Не четырнадцать, а семь. Он умервщлял тех кто сношался, а в одиночку как известно никакого обстоятельного сношения не получается. Одна нервотрепка и пустая трата времени. Так же следует отметить, что не всегда он убивал ножом. В дело он мог пустить все то, что было у него было под руками. Одного мужика он удавил прямо на партнерше его же собственным галстуком, а ей прострелил череп. Расстрельных у него трое, удавленник один, а всех остальных он все таки бил ножом. Причем бил хаотично и беспорядочно, нанося до двух десятков ранений. Создавалось впечатление, что он задумал нашпиговать их чесноком. Судя по расположению ножевых каналов, в большинстве случаев, убивал он их стоящими. Как правило его жертвы были нагими либо со спущенными штанами. Все они или уже имели половой акт, или находились при исполнении, или интенсивно к нему готовились.

Ну что ты молчишь? Как тебе моя информашка?

– Хорошая, но к нам она не имеет никакого отншения.

– То есть как это не имеет. Почему ты в этом уверен?

– Потому что он не отрезал им голов.

– Некогда было, потому и не отрезал. – Недовольно проворчал тесть. – А как представилась такая возожность он и отчекрыжил.

– А куда в таком случае он дел тело? Насколько я знаю, тело до сих пор не найдено, а ваш Черный человек бросал труп там где его сделал.

– Не скажи так. В ряде случаев он развозил мертвых любовников на мх же машине в разные стороны.

– Развозил трупы в разные стороны? – Изумился я. – Это что – то новое. Чепуха какая – то. Зачем он это делал?

– А вот об этом он мне ничего не сказал. – Усмехнулся тесть. – Может быть ты сам у него спросишь? Он прямо таки горит желанием с тобой встретиться.

– Я тоже, но к нашей голове он не имет никакого отношения. Я скорее склонюсь к версии "Черный обелиск", тем более что пэтэушница Уткина отрыла мне неприглядные стороны жизнедеятельности сторожей. По её заявлению получается так, что они вполне могли пойти не только на изнасилование в извращенной форме, но и на убийство своих краткосрочных любовниц.

– Куда это ты так фраеришься? – Заметив с какой тщательностью я брею щеки подозрительно спросила Милка. – Куда это ты лыжи навострил?

– У меня деловое свидание. – Авторитетно ответил я.

– Костя, ты часикам к десяти постарайся вернуться. – Озабоченно прогудел тесть.

– Естественно, что к десяти я буду, но только зачем?

– Дело есть. – Лаконично пояснил он и я сразу понял, что его дело ничего радостного нам не сулит.

Дом Елены Григорьевны Столетовой был двухэтажным и находился в середине дачного массива. Его окружала высокая ограда с калиткой и гаражными воротами. На мой звонок охотливо и заливисто отозвались две болонки диаметрально противоположенной масти. Битых пять минут они самозабвенно материли меня на своем собачьем языке, прежде чем с высокого крыльца неспешно спустилась моя колодезная знакомка.

– А это вы! – Восторженно воскликнула она и поспешила к калитке. Жужка, Мушка, нельзя! Не надо ругаться, это хороший дядя. – Загодя она обезоружила и поставила меня в неудобные ограничительные рамки, прямо таки обязав быть порядочным. – А я вас вчера ждала, но ничего, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Проходите в дом, а то у меня во дворе живут комары и совершенно действуют мне на нервы. – Подталкивая меня в спину пухлой, но сильной рукой трещала она как сорока. – Не понимаю, и зачем только такая гадость живет на свете?

– Чтобы собою кормить птичек. – Взбираясь на крыльцо, а потом проходя на веранду тоном знатока ответил я. – А птички своим замысловатым пением и щебетом доставляют нам невыразимое наслаждение.

– Особенно по утрам, когда хочется спать! – Недовольно заметила Толсуха и протолкнула меня дальше в комнату. – Или когда идешь собирать вишню, а там торчат одни голые шпыньки и косточки. Располагайтесь и будьте как дома, а я пока организую чай. Будем пить чай с клубничным варением. Что вы так смотрите? Я что – то не так сказала? – Перехватив мой встревоженный взгляд которым я прощупывал стены всполошилась Толстуха.

– Все так, просто меня удивляет то обстоятельство, что ваш дом снаружи выглядит большим нежели изнутри. Вам так не кажется?

– Не кажется, потому что так оно и есть. – Рассмеялась Столетова. – Я же вам говорила, что со Столетовым мы разженились и этот подлый скрипач, не смотря на то, что у меня растет дочь, без суда и следствия, а токмо силою своего волевого решения все имущество поделил ровно пополам. Трехкомнатную квартиру обменял на две о днокомнатные, машину продал и деньги разделил, а дачу и участок разрезал на две равные доли. Так мы и живем, через стенку перестукиваемся и даже иногда ходим друг к другу в гости.

– Отличный выход уз создавшегося положения. – Одобрил я решение её бывшего мужа скрипача Столетова. – Это правильней чем со скандалом делить в суде шнурки, а потом бить друг другу морды. Единствнное неудобства, это близкое проживание. Наверное теперь и у него и у вас своя собственная жизнь и это может вызывать досаду бывших супругов.

– Ничуть. – Старательно конструируя стол возразила Толстуха. – В этом плане Вадим у меня прсто прелесть. Ему до моей интимной жизни нет никакого дела, впрочем как и мне до его. У нас полная гармония даже в разводе.

– Если он такой замечательный, то что же заставило вас разбежаться?

– Да так... – Неопределенно ответила Елена Григорьевна и как – то сразу посерела. – Жизнь сложная штука. Порой самую себя узнать не можешь, где уж тут разглядеть другого человека. Вы клубнички попробуйте. Клубничка у меня хорошо получается.

– В каком смысле? – Грязно ухмыльнувшись невольно спросил я.

– А в обоих смыслах. – Не растерявшись подмигнула мне она. – Я девица на все руки мастерица. В руках горит работа, а мужику опять охота.

– Не сомневаюсь. – Уважительно глянув на её холеные руки заверил я. Настоящие искусники теперь большая редкость и попасть к ним на прием, это большая удача.

– Однако перейдем к делу. – Почему – то резко сворачивая игру заявила Толстуха.Вы спрашивали где живет Эльвира?

– Совершенно верно, такой вопрос я вам задавал.

– Посмотрите в окно. Это и будет её дача. Именно сюда и приезжала её подруга Вероника, чью голову мы с вами обнаружили наутро в колодце.

– Вот оно что. А не у вас ли она справлялась о том, где сейчас её подруга, перед тем как отправиться на остановку.

– В том то и дело, что у меня. Там, в ведре я сразу её не узнала, согласитесь в той ситуации это допустимо. Потом, когда я пришла домой, меня не покидала мысль, что где – то я её уже видела. Ну а позднее я её вспомнила и начала прикидывать, где её могла поджидать смерть на этом отрезке пути, от меня и до остановки. Где мог прятаться тот негодяй, что сотворил с ней такое.

– И к какому выводу вы пришли? – Уже серьезно заинтересовался я её выкладками.Где он мог прятаться? Где он мог её убить?

– И не просто убить, но ещё изнасиловать, а потом надругаться над телом.

– Факт изнасилования пока не установлен и не будем забегать вперед.

– Как это факт не установлен? Я недавно разговаривала с нашим участковым и он под большим секретом мне сообщил, что скорее всего так оно и было. На это косвенно указывают её искусанные губы...

– Хорошо, пусть будет так. – Поспешно сдаваясь согласился я. – И где же по вашему он совершил насилие?

– Я думаю, что это место должно быть недалеко от колодца.

– Гениально. Я тоже так думаю, но что дальше?

– И ещё мне кажется, что он всю ночь её мучил, а убил только под утро.

– Откуда такое знамение? – Не удержавщись ехидно спросил я. – Вы прорицательница или всевидящая?

– Не знаю. Раньше я за собой ничего такого не замечала, но на этот раз я как в кино вижу всю картину; как он её заманивает, как заламывает руки, сдирает юбчонку и насилует, насилует... А потом связывает и начинает говорить с ней о всяком возвышенном дерьме. Потом опять вступает с ней в половой контакт и опять заводит свои паскудные разговоры, а как только начинает сереть небо он вытаскивает длинный, широкий нож с массивной ручкой и даже не убив девчонку делает ей на шее первый надрез.

– У вас богатое воображение. Вам стоит попробовать заняться сочинительством.поднимаясь со стула сделал я комплимент. – Спасибо за чай, все было очень вкусно.

– Погодите. – Резко вскочив она преградила мне дорогу. – Я вас пригласила не чаи гонять, а заняться делом.

– И каким же? – Наигранно удивился я.

– Я пригласила вас для того, чтобы вместе побродить по окрестностям. Опираясь на мою интуицию и примерно предполагаемое место преступления, возможно нам удастся натолкнуться на какие – нибудь следы.

– И что же вы расчитываете обнаружить?

– Не знаю. Наверное следы крови, возможно какую – то одежду...

– Хорошая мысль, но почему бы вам не сделать это одной?

– Мне страшно. Да, я элементарно боюсь. Я вам уже говорила, что меня не покидает чувство, что он где – то близко. Он где – то рядом.

Неожиданный стук в окно заставил меня вздрогнуть. Тяжелая штора была задернута и неизвестность немного пугала.

– Кто это? – Пытаясь скрыть растерянность нарочито грубо спросил я.

– Да Вадим это. – Насмешливо на меня посмотрев пояснила Толстуха. Испугались?

– Ничуть. А что ему от вас нужно?

– Сейчас узнаем. – Решительно отдергивая портьеру, открывая окно и обнажая интеллигентное лицо с бородкой и в очках, заверила меня Елена Григорьевна. – Столетов, ты что тут под окнами шастаешь, кавалеров мне распугиваешь?

– О, Аленушка, да у тебя мужчинка! – Кастратом пропел скрипач. Прости великодушно – не знал. Я хотел пригласить тебя на шашлычок, но раз такое дело, то не смею вам мешать. А то смотрите, можете и вместе приходить. С минуты на минуту должны появиться Борис с Лялькой и её подругой, можно отлично посидеть. Мяса я замариновал до чертовой матери, на взвод солдат хватит. Так я вас жду! – Как о решеном заявил Вадим и нырнув куда – то под подоконник исчез.

– Ну что? Пойдемте на шашлык? – Почему – то развеселилась Столетова.

– Мне кажется, что вы недавно собирались искать следы маньяка.

– Не сегодня же. Уже темнеет. В такое время я боюсь ходить даже с провожатым. Давайте займемся этим завтра с утра.

– В таком случае до завтра.

– А как же...

– Никак, предстоящей ночью мне ещё предстоят ратные подвиги, которые запланировал мой неугомонный тесть. Так что придется вам кушать шашлык без меня. Не скучайте, завтра мы с вами неприменно встретимся.

Одетый в комуфляжную форму, тесть уже ждал меня возле машины. От досады на меня и мою задержку он ходил кругами и злобно пинал скаты.

– Раньше прийти ты не мог? – Едва завидя мою персону накинулся он с упреками.

– Нет, я вообще хотел вернуться под утро, потому как не имею ни малейшего желания пускаться в вашу очередную авантюру.

– То есть как это? – Неподдельно удивился он. – Но ведь ты даже не знаешь, что я надумал и что за рей нам предстоит совершить.

– Не знаю. – Охотно согласился я. – Но наверняка ничего хорошего нам не светит.

– Костя, я решил в темноте пробраться во двор Черного обелиска и все там хорошенько осмотреть. Наверняка мы получим какой – то результат...

– В виде разбитой морды и отбитых почек. Ничего глупее придумать было нельзя. Вы поймите, как только сторожа нас заметят, то долго канителиться не станут. Они в лучшем случае просто намнут нам бока, а про худшее я и говорить не хочу. И заметьте, будут совершенно правы. Нет, от вашего предприятия я решительно отказываюсь чего вам делать не советую, а что касается обнаружения возможных улик, то это проще делать цивилизованно и при свете дня.

– С тобой все ясно, Константин Иванович. – Длинно выругавшись, он резко захлопнул дверку и высунувшись из окошка добавил. – Очко не железное! Хвост – то поджал, того и гляди сломается.

– Хвост не шея, на нем головы нет. А вы вместо того чтобы совершать глупостьлучше бы пили свой крымский портвейн.

Ответив мне нецензурной грубостью, полковник газанул и плюнув в меня выхлопом умчался в поисках приключений, а я сев на дубовый пень задумался.

– Что происходит? Такое впечатление, что вокруг нас живут одни маньяки. И даже не маньяки одиночки, как это положено по всем канонам, а маниакальные группировки. Сначала это был дядя Ваня со товарищами, потом Рустам и Паша. Правда реальных трупов ни там, ни сям не обнаружено, но это ещё ни о чем не говорит. Возможно они научились хорошо прятать тела своих жертв. Но если это и так, то к отрезанной голове они все равно вряд ли причастны. Почерк у них другой. Шумный и почти что открытый, а последнее преступление совершено тайно и как – то интимно. Может быть действительно стоит попробовать привязать сюда того типа в маске и комуфляжном костюме на счету у которого полтора десятка душ? Но опять таки он предпочитает наносить своим жертвам колотые раны, а у нас налицо резанная, да и интересуется он преимущественно парами. Нет, все это не то. Наверное стоит принять приглашение Толстухи и совершить с ней утреннею прогулку по окрестностям. Чем черт не шутит. Интуиция и предчувствие это дело такое, что сбрасывать его со счетов никогда не следует. Уж больно красочно она живописала. Кстати сказать, она в некотором роде повторила меня. Мне как и ей временами кажется, что подонок где – то совсем близко.

– Пень еловый на пне дубовом! – Кратко отредактировала свою мысль подошедшая ко мне Милка. – А почему ты с отцом не поехал?

– Я не хочу чтобы сторожевые псы оторвали мне остатки гениталий.

– А он значит хочет? – Возмущенно спросила она.

– Видимо да, если поперся. Да и зачем они ему?

Я смотрел как в воду. Несчастный и обиженный полковник, в оборванных штанах и в крови объявился через полтора часа. На его филейной части и руках присутствовали множественные собачьи укусу. Всполошившаяся Милка велела мне тотчас везти его в лазарет на предмет прививки от бешенства и столбняка.

– От столбняка конечно надо. – Недовольно собираясь согласился я, – а вот от бешенства уже поздно, прививку надо было сделать ещё год назад, тогда бы он не шастал в ночное время по чужим дворам, а смирно сидел в своей комнате, да смотрел порнуху и вспоминал молодость.

– Дочка, если твой муж сейчас не заткнется, то я вырву его поганый язык и брошу тем же собакам. – Уже в машине пообещал тесть и оправдываясь пояснил. – Не успел я достать газовый балончик. Слишком уж неожиданно и главное молча они на меня набросились.

– Как? – Восторженно удивился я. – Вам даже не удалось разрыть деичий могильник?

– Какой там могильник. Я даже как следует не встал на ноги когда они принялись меня терзать. Гнусные твари. Но одной я все таки вспорол брюхо. Этим я и спасся. Тварь завизжала и пока вся свора поджав хвосты решала, что делать дальше, я тем временем перемахнул через забор обратно.

– Вам крупно повезло.

– Оставь такое везение себе.

– Я говорю совершенно серьезно. Это просто счастье, что в потасовку не вмешались сторожа, потому как в противном случае все было бы куда печальнее.

– Много ты понимаешь. – Уже возле травмпункта проворчал тесть. – Меня не провожайте. Как – нибудь обойдусь без вас. Ждите, я скоро.

В девять часов утра, повиснув у меня на руке, Толстуха показывала возможый и последний путь следования Вероники Савиной и при этом не забывала делиться своими предчувствиями и видениями.

– Константин Иванович, она могла пойти по той широкой дороге по левую сторону озера, но тогда бы с ней ничего не случилось, потому что здесь до самой темноты всегда полно народа. А в тот день до самого заката было необыкновенно жарко, вот я и думаю, что она пошла по правому берегу озера, через лесок. Мне кажется, что там все и произошло. Давайте попробуем поискать там.

Выйдя на узкую и едва уловимую тропинку мы углубились в чащу. С перввых же шагов, госпожа Столетова принялась внимательно осматривать и обнюхивать каждый кусток настоятельно рекомендуя мне проделывать то же самое. Глядя как старательно она обследует траву, я вдруг подумал, что она знает что ищет и неприменно это найдет, потому как играет по заранее расписанному сценарию. Похоже, что, господина Гончарова, хотят в очередной раз одурачить и сделать послушным орудием в грязных руках. Интересно только зачем? Какую цель она преследует? Ведь не для того же чтоб отвести от себя подозрения? Ее никто, а тем более я, даже не думал подозревать, ведь там у колодца все произошло у меня на глазах. Занятная женщина, но действует излишне напористо и грубовато. Посмотрим, что она хочет.

Неожиданно вскрикнув, Толстуха распрямилась и стала поспешно заталкивать в свой грандиозный лиф что – то похожее на шариковую ручку.

– Что там у вас? – Спокойно и чуть насмешливо спросил я. – Никак отыскали орудие труда нашего маньячишки – мальчишки?

– Да нет, ничего, это я так просто... – Девушкой засмущалась Столетова и я понял, что она ждет повторного и более настойчивого вопроса.

– Нет, Толстуха, в поддавки с тобой играть не стану. – Подумал я и безразлично заметил. – Яго приходил и платочек обронил.

– Что? О чем вы?

– Не волнуйтесь, я все о своем. Но кажется, что мы уже вышли наоткрытый участок и здесь вести наши изыскания уже не имеет смысла? Как вы считаете?

– Да, конечно. – В раздумье согласилась она. – Вы правы, можно отправляться домой. К сожалению найти нам ничего не удалось, а значит все мои предчувствия – одна сплошная фантазия.

– Выходит что так. – Вежливо согласился я ожидая когда она подтолкнет меня к расспросам, но почему – то делать это она не спешила и мы в полном молчании проделали обратный путь.

– Мы с вами ещё увидимся? – Поравнявшись с домом спрсила Толстуха.

– Неприменно, если вы этого хотите. – Вежливо ответил я полностью передавая инициативу в её руки.

– Я пробуду здесь ещё неделю. – Открывая калитку неопределенно объявила она.

– Я тоже около того. – Нейтрально ответил я.

В фирму "Черный обелиск" я попал ближе к обеду. С самым озабоченным видом я около пятнадцати минут ходил между памятниками, обелисками и надгробиями пока не попался на глаза бригадира или кого – то в этом роде.

– Памятник подыскиваете? – Приветливо скорбя дружелюбно поинтересовался он.

– Подыскиваю. – Мрачно согласился я.

– Нужное дело. – Выбивая длинную соплю одобрил бригадир. – И какой вам глянется? Есть мрамор, есть гранит, а для элиты и лабрадорит найдется. Конечно это обойдется не дешево, но камень того стоит. Один раз помираем.

– Пусть будет лабродорит. – Равнодушно согласился я.

– И кому вы его презентуете, если не секрет?

– Себе милому, себе хорошему. А что, разве нельзя?

– Да нет, можно конечно, но только странно как – то.

– А что ж тут странного? Хочу себе памятник при жизни поставить.

– Ну что ж, идите в контору и все оформляйте, а потом найдете меня и мы с вами выберем то что надо на ваш вкус.

– Это неправильно. Мне нужно сначала посмотреть товар, выбрать его, а уж потом платить. Дело – то серьезное. Один раз живем. А ну как мне не понравится? Что тогда? Кто мне вернет мои деньги?

– Ладно. – Подумав и согласившись с моими выкладками решил мужик. Лабрадорит у нас на складе. Пойдем покажу.

Уже через десять минут мы с ним сидели на черной могильной плите, пили водку и вели неспешный разговор о быстротечности и суете земной жизни.

– Блин! – Жаловался Роман Викторович. – Тут весь день на них спину гнешь, а как приходит время получать зарплату, там хрен, да бронзовый пряник. У бригады только – только по две штуки на нос выходит. Совсем обнаглели, от жира и жадности скоро лопнут. Зарплату по отдельным ведомостям получают, а сколько гребут, про то никто не знает.

– Но, Рома, – потихоньку подталкивая его к нужной теме возразил я. – У них и ответсвенности и риска больше. Опять таки материал они достают.

– А хрен ли его доставать! – Простодушно возмутился он. – Только вовремя плати бабки и камень тут как тут. Хочешь с Урала привезут, хочешь с Армении, а хочешь так и Северного полюса доставят.

– Наверное складировать его сложно?

– А хрен ли его складировать? Складывай хоть под чистым небом, только деревянными брусьями перекладывай, чтоб не покололся. Он у тебя и год и два и три пролежит. Видел как у нас в углу разложен? Камень он и есть камень, что с ним сделается. Наливай, Костя.

– Вот тут я с тобой не согласен, Рома. – На четверть наполняя замызганный стакан возразил я. – Когда я в прошлый раз к вам приходил, то плиты лежали совсем не так и в другом месте.

– Да это когда было – то? Месяца два, а то и три назад. Мы сами тогда с мужиками удивились. Приходим с утра на работу, а сторожа все гранитные заготовки из одного угла в другой, в дальний перетащили. Блин, и не лень им было возиться. Мы тогда укатывались над ними. Предлагали им камни прямо с товарной станции на себе таскать. Дешево и сердито.

– Здоровые наверное мужики, дури – то много, вот и таскали. Ну пока, Роман, даст Бог, ещё свидимся.

– Погоди, а как же памятник? Ты же его ещё не выбрал. Пойдем, я тебе самый козырный покажу. Будешь под ним лежать, да радоваться и вспоминать добрым словом Романа Викторовича.

– Положи под него свое начальство. – Заржав посоветовал я и не здерживаясь более поспешил к выходу.

С унылой физиономией, лежа на животе, тесть вслух читал энциклопедический словарь и делился прочитанным с сидящей в ногах дочерью.

– "Признаки: судороги глотательных мышц при виде воды, припадки резкого возбуждения...". Милка, как ты думаешь, у меня ещё нет припадков резкого возбуждения?

– Нет, так будут. – Входя рассеял я его сомнения. – А судороги глотательных мышц у вас наблюдаются давно, но только при виде спиртного.

– Дочка, принеси мне "пушку", я его сейчас пристрелю.

– Что и требовалось доказать. Налицо и припадки резкого, беспричинного возбуждения. Людмила Алексеевна, мне кажется вашего отца следует немедленно госпитализировать, иначе он нас покусает.

– Хватит ослословить. Лучше расскажи, что тебе удалось выходить?

– Во – первых вам передают большой привет.

– Кто? – Любопытный тесть даже попробовал приподняться.

– Ваши вчерашние собачки. Очень им понравились ваши ягодицы. Просили не забывать и захаживать почаще. А во – вторых мне подарили лабрадоритовый памятник для элиты. Но поскольку я ещё молод и полон сил, то решил пожертвовать его вам. Будете лежать под элитной плитой и радоваться жизни.

– Скотина ты, Костя. Говори, что удалось узнать.

– Судя по всему, труп в их дворе имеет место быть.

– А что я говорил? – Торжествующе закряхтел полковник. – Но как тебе удалось это узнать и насколько верны твои сведения?

– Я не намерен делиться с вами своими профессиональными тайнами и приемами сыска, которые присущи только мне. А в отношении достоверности добытых сведений, я отвечу, что они достаточноточны точны так как получены мною от довольно авторитетного лица, бригадира гробовщиков, Романа Викторовича.

– Он что же, сам производил захоронение?

– Нет, и более того, он ничего не знает. Только ему показалось странным то обстоятелство, что однажды ночью сторожа не поленились и перетащили многотонный штабель гранитных заготовок с места на место.

– Ну и что из этого следует? Я не вижу здесь никакой связи.

– Совсем у вас, папаша, с головными мозгами худо стало. Уж насколько у вас зять тупой, а сообразил, почему сторожа устроили эти ночные работы и что может лежать под штабелем гранитных заготовок.

– Да, пожалуй, что зерно истины тут есть. – Скривившись приподнялся полковник.завтра же займусь этим делом вплотную. А что будем делать если там ничего не окажется? Ведь Шутов нас с дерьмом съест.

– Вас, Алексей Николаевич, а я тут не причем, я только указал вам возможное и наиболее вероятное место захоронения. Ваши дальнейшие действия, которые за этим последуют меня не интересуют, поскольку я уверен, что те сторожа к преступлению у колодца не имеют никакого отношения.

– Урод. Послал же мне Бог зятя! С таким не то что в разведку, на гоп стоп не пойдешь! Иди и чтоб глаза мои тебя не видели.

– С нашим привеликим удовольствием. Если я вам понадоблюсь, то можете меня найти у Милки в мансарде, но позвольте сначала задать вам вопрос. Не спрашивала ли меня в мое отсутствие хорошая, толстая женщина?

– Кому ты нужен, трусливый алкоголик!

– Мне казалось, что той женщине я очень нужен. Даже можно сказать, необходим.Взбираясь по крутой лестнице пробурчал я себе под нос. – Очень странно, что она на полпути бросила свою интригу или что она там затеяла. Хотелось бы узнать что именно, но идти к ней на встречу я не имею права. Это может её отпугнуть и вызвать определенные подозрения. И все таки, каким боком она причастна к колодезной истории? Скорее всего никаким, а просто у неё появился удобный случай кому – то серьезно насолить, бросить на кого то тень подозрения. На кого? Если рассуждать здраво и следуя логике, то таким человеком, в первую очередь может являться её бывший супруг, скрипач Вадим Столетов. Обидел ли он ее? Если говорить объективно, то скорее всего нет, а даже наоборот, все имущество разделил справедливо и поровну. Но если смотреть с субьективной точки зрения покинутой жены, то конечно же он её обидел. Прежде всего потому, что вероятнее всего, нашел себе другую бабу с которой кувыркается на даче под носом бывшей жены. Но это только один аспект. Так сказать моральный, а что же касается материального, то здесь вообще невспаханное поле. Коварная вы женщина, Елена Григорьевна! Хотите подставить ни в чем не повинного маэстро, но тут я вам не помощник, навстречу я не пойду, так что разбирайтесь без меня.

Рано утром, сосредоточенный и важный тесть, с трудом забравшись в машину укатил в город, как я полагаю, совершать очередную глупость. В самый последний момент, вспомнив о каких – то своих неотложный делах, рядом с ним прыгнула Милка и они укатили вдвоем.

– И скатертью вам дорога. – Успел я крикнуть я им вслед. – Хоть несколько часов от вас отдохну.

Весь день, до обеда я провел как настоящий, уважающий себя дачник. Первым делом надергал тощей малины и остатки клубники. Все это ассорти перемешал с сахаром и съел совершенно не думая о последствиях, которые дали себя знать уже к обеду. Неожиданно и грозно как Ташкентское землетрясение заболел живот. Проклиная себя за легкомыслие и обжорство, к несказанному удовольствию соседей, я битых два часа курсировал между сортиром и беседкой. Потом, когда кризис наконец миновал, обессиленный и прозрачный я уснул прямо под яблоней.

Только в девять часов вечера меня разбудили приехавшие папа с дочкой. Судя по тому как был возбужден тесть я догадался, что моя наколка оказалась верной. Ефммов от возбуждения и желания тотчас поделиться со мной новостями не мог найти себе места. Похохатывая он курил одну сигарету за другой ожидая когда же я начну его расспрашивать, но не на того нарвался.

– А у меня в ваше отсутствие случился сильнейший приступ диспепсии. Важно доверил я им свою интимную тайну.

– А я давно говорил, что ты засранец. – Благодушно прогудел тесть. Тебе только в уборной и место. На большее ты не годишься.

– А я вижу что у вас вода тоже в заднице не держиться, так и не терпится чтото мне рассказать. Не мучайте себя, рассказывайте. Так и быть выслушаю.