Текст книги "Сбой реальности. Книга 3 (СИ)"
Автор книги: Михаил Попов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 11
Гонг бил по ушам, как раскаты грома. Арена, если так можно выразиться, ожила, и вместо привычной тишины стала наполняться звуками, которые могли поднять даже мертвого. Что, собственно, и произошло в действительности. Вековая пыль на плитах завибрировала, руны на полу вспыхнули ярче, и уже на подходе к нам скелетная пехота дружно скрипела высушенными суставами.
– Народ, – окликнул я всех, пока стычка еще не началась, – качайте навыки, экономьте ману, я пока бездействую. – Илья кивнул, а его щит уже вдарил по первой группе костяных вояк. Юля просто приняла к сведению и ринулась крушить кости и черепа своим копьем.
Смею заметить, что действует она весьма эффектно. Валькирия. Илья же, напротив, выглядел серо, щитом толкался, мечом прорубал себе путь, но это крайне обманчивое впечатление. За подобным прагматичным подходом легко проглядеть крайне высокую эффективность. Этот здоровяк не делает ни единого лишнего движения, максимально экономя ресурсы. Очередную волну разобрали без видимых потерь по здоровью – я тщательно следил за полосками, сидя на центральной плите.
– Майк, а как долго ты планируешь прохлаждаться? – спросила меня через вдох Юля, слегка запыхавшаяся от пируэтов.
– До тех пор, пока вы нормально не поднимете навыки. Не забывай, вам еще потом разлом чистить. – напомнил я наставительно.
– Для разогреву, самое то. Было бы еще чего бахнуть. – посетовал на несправедливость жизни танк. Я не стал ему говорить, что пару бутылочек у меня припасено.
Третья и четвертая волны были такими же простыми. Снова зомби, снова кости, вперемешку ползающие крысы размером с собаку. Единственная трудность – их количество. Ну ничего, пусть качают навыки. Это сейчас очень и очень важно. Я все еще сидел, анализируя бой. Пока что все легко, но так же было и в тот раз. Были шутки, приколы, издевались над врагами. Пока это не превратилось в избиение младенцев. Нужно этот момент не прощелкать.
– Все, разогрелись, – выдохнул Илья, добив последнего мертвого воина из десятой волны. Он оперся на щит и взглянул на меня.
Юля точечно исцелила сначала здоровяка, потом себя. Это были первые потраченные ею ресурсы за десяток волн врагов. Ее магия здесь – настоящая находка. Но больше всего меня поражало, как быстро она изменилась, и перестала себя жалеть. Или бояться. Черт, не понимаю, что именно с ней произошло, но раньше это была сопливая студенточка, падающая в обморок от голограммы с чем-то пикантным, а теперь – истинная валькирия, крушащая врагов магией света и копьем. Удивительное зрелище.
– Легче, чем я думала, – подкрепила она мои мысли своей репликой. Она даже улыбнулась, но длилось это ровно до следующего гонга. Тогда-то ее лицо вновь обрело сосредоточенный взгляд.
Некроманты. Черт бы их побрал. Они всегда, сволочи, выглядели одинаково – серо-черные балахоны, едва видные кости черепа под капюшонами. И самое главное – они никогда не приходят одни. С ними их сраная подгнившая армия. Три темных мага, каждый из которых начал воскрешать то, что лежало на поле боя. Делали они это фантастически быстро, раз за разом колдуя своими кривыми посохами, нависая над землей.
– Мелкие в зачет не идут! – бросил я команде. – Оттяни на себя, я некров прибью. Юль, прикрывай!
Тени мелькали на стенах, зловоние нежити наполняло воздух. Один из некромантов уже заканчивал очередной черный призыв, и с пола поднялась очередная группа марионеток.
Я бросился вперед, прорезая себе путь энергетическими вихрями через толпу. Танк взревел, тем самым заставив безмозглых костяков и зомби бить именно его. Юля раздавала оплеухи налево и направо, каждым тычком копья отправляя очередного мертвеца обратно на покой. Вихри на клинках дрожали, ярились, оставляя на телах ровные разрезы. Моя цель, черный балахон, вряд ли успел осознать, что его череп вот-вот станет украшением этого места.
Танк здорово держит всю толпу, сбивая противников щитом и ломая им кости мощными ударами наотмашь. Лекарь, будто на автопилоте, пустила в ход светлую магию, выжигая чертову нежить.
– Минус два! – крикнул я, снося второго мага, пока третий успел спрятаться за новой партией воскрешенных. – Юль, аккуратнее с маной!
И пока я это выкрикивал, стараясь пробиться к последнему, прямо в его пустую голову воткнулось копье, светящееся нежным желтым светом. Призыватель мертв, теперь окончательно.
Все шло нормально. Слаженная работа, экономия ресурсов, но с каждым разом враги становились быстрее, прочнее, проворнее. Появились теневые гончие, против которых Илья потратил больше сил, чем хотелось бы. Их быстрые рывки и удары по слабым точкам доставили немало проблем. Юля, стараясь поддерживать наши жизни на приемлемом уровне, стала выдыхаться.
Ее лицо покрылось потом, волосы спутались, но она не жаловалась, стойко перенося невзгоды. Ее праведный свет сжигал врагов, поддерживал нас, залечивая раны, даже если сама она оставалась почти без сил. На сороковой волне появился первый босс – огромный скелет-рубака, вооруженный двуручным топором. Каждый его удар вызывал мощную, ударную волну, заставляя нас на последних мгновениях избегать урона.
– Юль, готовься, говнюк жирный, нужен будет урон! – кричит Илья, принимая на щит очередной могучий выпад великана.
– Поняла! – ее голос был сбит, но действовала она быстро.
Свет ударил в череп босса, временно его ослепив и отобрав много жизней. Я воспользовался моментом, чтобы атаковать слабую точку в районе позвоночника. Вихри на клинках сделали свое дело, и массивное тело скелета обломилось отдельными фрагментами, рассыпаясь пылью и тяжелыми костями.
– Все живы? – выдохнул я, оборачиваясь.
– Вродь того… – Илья тяжело дышал, опираясь на щит. – Это только сороковая, Майк.
– Не ссать, мы только разогрелись. – отбросил я возражения. Юля тактично отмолчалась.
К пятидесятой волне было совсем темно. И снова способность крестоносца подсветить нам окружение сыграла нам на руку. Удивительная способность, такая экономия на факелах.
Мы втроем стояли в центре, задыхаясь от усталости. Она была формальной, мы просто выдохлись воевать более девяти часов к ряду. И если первый десяток волн ушел у нас в первые же полчаса, на остальные тратилось куда как больше времени из-за различных идиотских механик. Передохнуть и морально собраться испытание снова нам не дало. Кем бы ни был этот Нарганд, надеюсь он в гробу переворачивается. Руны на полу вспыхнули, а потом – тишина.
Гонг раздался еще раз, но вместо привычной атаки произошло нечто странное. По арене медленно начала расти прозрачная стена в три направления, разделяя нас по секторам.
– Эй, Майк, что это? Ты такое не упоминал! – закричал Илья, а я пытался вспомнить. Нет, я уверен, что на пятидесятой волне такого не было.
– Спокойно, держитесь. Скорее всего новая механика, или я забыл что-то. Разбирайтесь с тем, что перед вами, а я найду способ нас вытащить. – Мои слова звучали твердо, хотя внутри разрастался холодный ком тревоги. Не должно быть тут этих сраных стен из магии.
Барьеры, блестящие и полупрозрачные, выросли из руин арены за считанные секунды. Хорошо хоть коммуникацию не отрезали, но преодолеть его было невозможно. Я предпринял попытку ударить, вдруг ее можно разбить, но потерпел неудачу, атака не нанесла урона, а моя рука со звоном от клинка отскочила, ударив в плечо отдачей.
Магические линии извивались по ее поверхности, и любой, кто смотрел бы на это со стороны, сказал бы, что мы тут как на витрине стоим. Я не был уверен, что произойдет дальше, потому решил просто ждать развязки.
– Ма-а-айк… – голос Юли прорывался сквозь барьер слегка искаженным, как из аквариума, но был слышен.
– Спокойно, Юль, это временно! – отозвался я, не зная, насколько правдивы мои собственные слова.
– Что теперь? – друг не на шутку запаниковал.
– Справляйся, – сказал я твердо, – Ты знаешь, что делать с монстрами. Ничего нового они тебе не покажут.
Друг кивнул, занял боевую стойку. В это время из рун на полу вырвались монстры.
Тени. Они поднимались из плит, изгибались, словно змеи, а затем принимали формы тварей, которых я никогда не видел раньше. Их движения были резкими, как у куклы на натянутых нитках. И что хреновее всего, я не понимаю, как их описать. У них нет формы, но глядя на каждую из тварей, я вспоминаю что-то неприятное. Как сшитые куски извращенных воспоминаний, которые я похоронил глубоко и надолго.
Двигались они быстро, с такой скоростью, что даже теневым гончим и не снилось. Одна из этих… тварей, рванула ко мне, его окутанные тьмой конечности согнулись под неестественными углами, но это не мешало ей двигаться, наоборот, летит в меня словно стрела. Я успел обновить вихри, пустить выпад крест накрест. Удар прошел в пустоту – тварь исчезла на подлете, оставляя после себя шлейф из темной магии.
Второй монстр сделал рывок слева, но на этот раз я был готов. Отпружинил, ушел в перекат, перерезал что-то, что по моему скромному мнению можно назвать «горлом». Тень исчезла в клубах черного дыма.
Но их было слишком много. С десяток мельтешили вокруг, и каждый новый удар стоил мне времени и концентрации. Я не сразу осознал, что мои враги начали копировать мои движения. Один из них прыгнул так же, как я, другой попытался активировать аналог «Вихря», запустив в меня теневую волну, но вышло это у него коряво – и полметра не пролетела.
– Майк, помоги! – кричит Юля, но я не вижу ее за плитой в центре. Смотрю на иконки группы – ее здоровье уже в красной зоне. Черт… Пора принимать решение.
Щит протектора сработал, и я сделал обманный выпад, чтобы вся наступающая на меня куча оказалась передо мной. Они тут же сгруппировались, подражая моей позе, а я срезал их одним мощным круговым ударом, отправляя с десяток волн в раскрутке подряд в одно и то же место. Тени растворились, оставив после себя лишь слабый запах гари. И тут я почувствовал боль.
Я не ощущал, откуда именно по мне идет урон. Внешне, конечно, врагов не было. Это мои союзники пропускают удары. В грудь, по ногам, в ключицу, по лицу и шее, секущий удар по спине, колотая рана в животе. Мое здоровье стало стремительно падать. Я припал на колено, открыл флакон с красной жидкостью и терпел, наблюдая, когда мое здоровье рухнет достаточно, чтобы начать его восстанавливать.
Краем глаза, заняв удобную позицию, я успевал следить за Юлей. Она боролась с чем-то, что выглядело как ее зеркальное отражение, но искаженное. Ее тень была выше, темнее, с багровым рвущимся свечением вокруг «тела». И если бы я не был уверен в том, что сюда не допустят игроков, пока подземелье занято нами, я бы решил, что она сражается с очень опытным, сильным и умелым воином из наших. Тень уворачивалась, парировала ее удары копьями тьмы. Несколько раз мне показалось, что Юля сдает позиции, но потом, когда она поняла, что урон по ней больше не проходил, воодушевилась.
Сначала несмело, а после все увереннее, она перешла в ближний бой, где в определенный момент свою тень она перехитрила – сделала выпад, как для тычкового удара, а в это же мгновение зарядила световой вспышкой по площади. На этом ее бой и закончился. Мне стало немножко легче.
Взглянул на происходящее у Ильи. Я доверял его мастерству, потому пустил его битву «на самотек». Все равно не умрет, пока я жив. Да и у него, на первый взгляд, было проще. Ему достались ожившие скелеты с магическими аурами. Они были медленнее нашего танка, но били очень и очень сильно. Это их удары я ощущал особенно ярко, вспоминая все нехорошие слова, которыми мама говорила не пользоваться.
Здоровяк держался, словно ходячая крепость. От магических снарядов уворачивался, подошедших в ближний бой аннигилировал ударами щита и меча.
– Майк, итить тебя, они не кончаются! – крикнул он, отбивая очередной удар скелета-воина.
– Выдержи, Илюх, просто держись! – я верил, что система не сделает нам такую подставу, что данный этап будет непроходимым.
Продолжали в таком ключе мы довольно долго. Счетчик волн просто обновлялся, следуя предыдущим правилам, но сражались мы по прежнему в тех же условиях и каждый сам за себя. К пятьдесят пятой волне, когда мои кинжалы уничтожили очередную тень, все остановилось. Барьеры, разделяющие меня и друзей, задрожали, и я заметил, как во всех трех сегментах выплыли массивные фигуры очередных некромантов. Их лица, по обыкновению, были скрыты капюшонами, а в их костлявых руках мерцали мертвецкой энергией черные посохи, усыпанные светящимися кристаллами.
Я бы хотел пошутить про то, что у разработчиков долбанного Арка никакой фантазии, и что если некромант, то обязательно труп в балахоне и с посохом, но был слишком напряжен для этого. Потому что начиная с пятидесятой волны все пошло к черту лесом – мои предыдущие познания об этом месте рассыпались о жесткую действительность, наше испытание свернуло куда-то не туда. Может из-за того, что состав группы меньше, а может обновление какое-то было… Черт знает. Буду разбираться с проблемами по мере их поступления.
[Системное уведомление: ]
[Уровень угрозы повышен: Вы сразитесь с Падшим Грехом.]
Чувствовал я себя так, как будто что-то большое и хреновое сейчас начнется.
Появившийся противник стоял, как памятник смерти. А вся мерзость вокруг из десятков, сотен трупов – его личная вотчина. Его посох дрожал, излучая тусклый свет, а в глазницах под капюшоном горели угольки. Он взглянул на меня, точнее, я почувствовал просто, как его взгляд прожигает насквозь. Будто зовет к себе.
«Замечательно, мать вашу»… – застыл я в растерянности, обновляя энергию вихря на своем оружии. Посмотрим, что будет.
Первую свою атаку ждать он не заставил. Грех ударил посохом по земле, и из-под нее начали выползать человеческие фигуры. Рябь, которой они покрыты, была довольно сильна, и разглядеть детали было почти нереально. Паника пришла позже. Фигуры оказались болезненно знакомыми, и было их так много, что мой сектор арены в считанные секунды заполнился до отказа. Первая из вылезших фигур, шатаясь, поднялась на ноги. Сломанная челюсть, гнилая плоть. Знакомая рожа… Андрей?
– Ты издеваешься, сволочь⁈ – заорал я, не понимая, что происходит.
В молчаливой, замогильной обстановке, эта фигура кинулась в бой. Никакого оружия в руках, рванье вместо одежды, тупой безжизненный взгляд. Мне пришлось сделать тоже самое снова. Труп упал к моим ногам, осыпавшись безвольным кулем.
– Майк, Илья, что у вас⁈ – кричала Юля, не понимая, что происходит. На ее секторе арены не было врагов.
– Мы деремся, Юль, у тебя что? – ответил Илья, удерживая на себе четверых.
– У меня никого нет, что мне делать? – осознание непредсказуемости ситуации выбивало девушку из колеи сильнее, чем очевидная опасность.
Мы, погруженные в бой, не ответили ничего.
Я вижу еще одно знакомое лицо. Юный паренек, кажется его звали Альберт, который на базе сраного Омена предстал передо мной почти у самого выхода. Я забыл его класс, но почти сразу вспомнил, когда тот стал усилием воли прижимать меня к земле, как пятнадцатитонный пресс. Грави-маг… преодолев давление на морально-волевых, кое-как я вырвался из давящей зоны, и с ужасом начал осознавать, что каждый здесь – это тот, чью жизнь я когда-то оборвал.
Арк не может делать такие вещи.
Аре не должен их делать.
Это бесчеловечно. Тут что-то другое.
Глаза грави-мага горели мертвым светом, черные жилы обвивали его гниющее тело. Его новый удар прокатился волной по земле, превращая в пюре ранее мною убитых из тех, кто уже лежал на земле. Стало скользко. Я отбежал, выискивая момент для атаки.
Пробежка вдоль арены, рывок, и мои клинки вошли в его шею. Как тогда. Миг – и снова дым, следующий за убийством уже убитого. Сволочи, зачем им такое испытание…
Каждый раз, когда я уничтожал очередное творение некроманта, он поднимал что-то новое. Марк и Андрей были, старые враги у Акрополя, куча сборщиков и членов охраны Омена. Это не были настоящие люди, но их лица не давали сосредоточиться.
– Майк, что там у тебя? Ты в порядке? – снова Юля, теперь она пыталась докричаться до меня сквозь шум. Барьер все еще держал нас в разных секторах.
– Да! – отсек я, хотя в голове все крутилось. Этот подгнивший содомит издевается надо мной. Или система. Или кто-то за ней. Эта хрень не может происходить просто так.
После того, как я зачистил поле боя, обратил внимание на самого колдуна. Падший Грех, ослабев, закачался. Его посох покрылся сеткой трещин, будто не выдерживая своей собственной силы. Наконец-то я до него доберусь.
Тянуть не стал. Ворвался с разгона, чуть не поскользнулся на месиве, бросился вперед. Первый удар – в посох, второй – в грудь. Некромант зашипел, его тень разлетелась обрывками пепла, а вместе с ним рухнуло все им созданное, растворяясь в полу. Сегодня я воочию увидел свое собственное кладбище. Прискорбно…
Барьеры дрогнули, но не исчезли. Через коротенькую передышку бесконечная гонка продолжилась.
Я бросил все – побежал к барьерам с остатками злобы, которую нагнал на меня Грех. На него выплеснуть не успел, больно уж быстро он помер. Влупил в стену, она гулко отразила мой удар назад, несколько секунд вибрируя. Все еще крепко. Группа оставалась разделенной.
– Держимся дальше, я не могу к вам пробиться! – проорал я, чтобы слышали все. Вступил в бой – из рун уже полезли новые враги. В этот раз «нормальные».
Барьеры давили, словно эта тюрьма тут неспроста.
[Системное уведомление: ]
[Аркданс в крови: остаточные 0,5%.]
– Твою ж мать, как не вовремя… – тихо выругался я, чувствуя, как меня уже начало мутить.
Пыль под ногами стала менять цвет. Из темно серой стала багрово-черной. Это только цветочки, конфетки будут попозже. Держись, Майкл…
Я закрыл глаза, всего лишь на миг, чтобы свыкнуться с тем, что в скором времени привычный интерфейс разрушится, и открыл их, сосредотачиваясь на битве.
И тут я увидел ее.
На самом краю арены, за нашим кругом битвы, в самом темном углу, стояла фигура. Высокая, неестественно тонкая. Ее очертания пульсировали, словно смотрю через густую дымку. Ни лица, ни одежды. Просто силуэт, излучающий первобытный холод.
Кто ты? – спросил я, глядя прямо на нее, успевая при этом сражаться. Ответа не последовало, и я отвлекся. Когда взглянул вновь – не нашел. Глюки опять…
– Майк, ты как? – голос Ильи прорезал воздух, и я вздрогнул. – Я тут закончил.
Я тоже. Обернулся, чтобы оценить обстановку, а также понять, это был мой личный глюк, или кто-то тоже видел тень за границами боевой зоны.
Нет, ни он, ни Юля ничего не видели. Только я.
– Нормально, – буркнул я, выдавливая из себя спокойствие. – У вас как?
– Держимся… – прохрипела Юля. едва удерживая сбившееся дыхание.
– Нормуль. – кивнул друг, выглядящий куда свежее. Что ж, с его выносливостью было бы странно, будь иначе. Да и для нашего лекаря подобный поворот событий не самый приятный. Куча интеллекта вместо боевых характеристик.
Когда я снова вернулся к очередному сражению, понял, что меня не приглючило на заканчивающемся аркдансе. Я смотрел на обломок одной из толстенных колонн, что остались за рамками арены, а на самом верху, в расслабленной позе, свесив одну ногу вниз и уперев другую в камень, отдыхала та же самая тень. И следит за мной. Нутром чую. Сука…
Глава 12
Водоворот событий выдернул меня из размышлений о тени. Испытание не давало продохнуть, каждая мысль, каждая попытка сделать какое-то умозаключение разбивается о желающих твоей смерти врагов. Все тело уже звенит от усталости. Падший Грех был уничтожен, шестьдесят волн за плечами, но я чувствую, что совсем скоро испытание превратится не в проверку игровых способностей, а в тест простых человеческих пределов возможностей.
В ушах гудит, глаза слезятся от усталости и нулевого аркданса. Затроенный мир даровал мне возможность видеть чуть-чуть вперед. Интерфейс посыпался, но я уже привык. Мы втроем стоим на центральной плите, и вокруг – усыпанная телами арена, все еще пронизанная темной магией и остаточными силами. Я перевожу взгляды на Илью и Юлю. Они выглядят не лучше меня, но держатся. По крайней мере, еще стоят на ногах.
– Передышка, – говорю я, едва отбили шестьдесят первую от гнилых рыцарей. – Нам надо разобраться, как избавиться от барьера.
Здравых идей никто не высказывал. Илья, как всегда, выражает свой мыслительный процесс сморщенным лбом и взглядом снизу вверх. Я понимаю, что он действительно напряжен, и пытается найти решение. Но еще, зная его, отступать он тоже не привык. И даже если мы до самого конца будем бороться поодиночке, он не сломается. И я тоже.
Юля же стояла немного в стороне, ее руки сжаты в кулаки. Не от страха, скорее от раздражения. Я знаю, что она переживает не только за нас, но и в целом за успех миссии. После всего того, через что мы прошли, она изменилась сильнее всех.
Я прижимаю ладонь ко лбу, сдавливаю виски. Пытаюсь сосредоточиться. Прорицание работает на полную катушку, выдавливая из меня остатки концентрации. Я не просил, но оно вернулось. Хотя, тут я лукавлю. Я примерно так и рассчитывал, что когда аркданс закончится, у нас тут будет самая горячая фаза. А пренебрегать этой возможностью по меньшей мере глупо.
Каждое движение, каждая атака… ни одна не исчезает, не уходит в никуда. Я просто чувствую каждой клеточкой тела, что должен сделать, чтобы победить. Здесь и сейчас. Странная способность, словно я вижу эту игру глубже, чем она нарисована. Я избегаю ударов, я знаю, где будет враг. Но все еще не знаю цену этой возможности.
Мои размышления прерывает Юля, ее голос отчетливо пробивается сквозь этот густой мрак.
– Майк, ты спросил «кто ты». Что ты имел ввиду?
Я кидаю взгляд на таймер. Еще пятнадцать секунд. Смотрю на колонну за пределами арены. Тень на ней никуда не делась. Человеческие очертания, расслабленная поза наблюдателя.
Я возвращаю взор на союзников. Оба смотрят на меня с недоумением.
– Вы не видите, что ли? – спрашиваю я, еще раз кивая на колонну.
Здоровяк качает головой.
– Ты что, опять с ума сошел? – ворчит он. – Очередной глюк?
Юля не отвечает, ее глаза полны беспокойства, но она ничего не говорит. Видимо, привыкла, что когда происходят какие-то странности, в скором времени это выливается в глобальную проблему. Так было раз за разом, сложно это не выучить. Я пытаюсь понять, что происходит, но не нахожу хотя бы какого-то логического объяснения. Ну не должно быть тут этой хрени, и все тут. Впрочем, во второй половине испытания многое пошло наперекосяк.
В очередной раз мне не дали сосредоточиться, выдернул меня из мыслей на этот раз громкий звук. Руны на краях поля боя начинают изменяться, свет от них тоже. Я чувствую, как земля под ногами слегка дрожит.
– Это что за хрень? – вопрошает Илья, его голос теперь тоже наполнен напрягом. – Опять какие-то фокусы?
До меня постепенно доходит, но обернуть догадки в единую картину не удается. Не хватает множества переменных. До пятидесятой все шло нормально, привычно. Арена как арена, такой я ее и запомнил. Порядок появления врагов, их способности, все такое же. А теперь… нам как будто мешают. Специально. И, вспоминая о том, как вернулась ко мне рука, я все сильнее чувствую, что к истине я близок как никогда. Нами играются. Вот тот говнюк, которого никто кроме меня не видит, отдыхающий на верхушке.
– Без паники. Делаем как раньше, – говорю я, стараясь держать себя в руках. – Но будьте наготове. Щит протектора я не вырубаю.
Приближается следующая волна. Таймер передышки отщелкнулся, чтобы погрузить нас в новое сражение. Рыцари смерти… это враги совсем не нашего уровня, хотя системка и показывает их уровни, как равные нашим. Что-то тут точно не так.
Грохот от первого удара рыцаря смерти по щиту Ильи отдается в моей груди, как будто молотом по наковальне ударили. Его пропущенный удар прилетел по мне. Что ж, такова плата за безопасность товарищей. Враги двигаются медленно, вальяжно, но каждый их шаг отдает такой мощью, что хочется сжаться. Их мечи, что они держат двуручным хватом, источают концентрированную тьму. Даже смотреть на них противно.
Началась полномасштабная схватка. Каждый из нас врубился в свою цель, но следить за тем, что происходит на соседних секторах было уже несподручно. Мой противник делает рывок ко мне, заносит меч высоко над головой, издавая зловещее гудение. Прорицание помогает – я вижу, как меч опускается, а удар расползается по земле скверной энергией.
Ухожу влево, волна прокатывается мимо, взрывая плиты темной энергией. Отправляю пару волн вихря, осознаю, что урона теперь сильно не хватает. Рыцари смерти – это не просто типичный противник, это натуральная мобильная крепость. Единственное известное мне место, где они появляются, это Цитадель Скверны, один из самых высокоуровневых рейдов в игре. Их удары разрушительны, броня от них не защищает. А их количество здоровья как у босса. С наскоку не возьмешь.
Я врываюсь сбоку, целясь в стыки черных доспехов. Короткие всполохи вихря наносят урон, но точно недостаточно. Рыцарь поворачивает голову ко мне, будто я его почесал, его глазницы – просто черные провалы, из которых сочится дым. Если бы не прорицание, тут бы я и умер. Вижу, как его меч направляется в мою сторону тычком. Успеваю уклониться и нанести удар по шее. Не пробил. Полоска здоровья врага все еще в зеленой зоне.
– У этих сволочей броня, как у чертового мехатанка! – кричит Илья, кружа вокруг своего рыцаря.
– Ребят, сработало! – выкрикивает Юля. Я успеваю глянуть – ее покрытое светом копье отрывает большие куски здоровья от полоски ее рыцаря. Так, светлая магия наносит куда больше урона. За действия рыжей перестал переживать – она разберется.
Я меняю вихри на ледяные клинки, и серией атак замораживаю своего рыцаря. Тот, скрипя стыками заиндевевших доспехов, замирает. Тут-то и я со своим покончил. Когда нет сопротивления, моего урона тоже хватило. Козыри пока держу в рукавах.
Беспокоюсь за Илью. Его урон и так невысок, больше по выживаемости, и каких-то особых умений, чтобы победить, тоже скорее всего еще не имеет. Как бы прорваться к нему, чтобы помочь.
– Майк, прости, потерпи немного! Выпей зелье там или еще что-то! – кричит мне друг, а я вижу, как он применяет какую-то способность, а после этого специально ищет ситуацию, чтобы подставиться под удар.
– Отражение⁈ – кричу я, готовясь к тому, что сейчас мне будет очень больно.
– Да! Держись, брат, по другому я его не убью! – сообщает мне друг.
Черт… Я «пропустил» по своему телу несколько тяжелейших ударов. Каждый из них забирал половину моих жизненных сил, приходилось отпиваться красными бутылками. Но рыцарь, глупо бивший в отражение Ильи, завалил себя сам – ему тоже прилетал урон. Так и победили.
– Эта арена – просто ад, – ворчит он, вставая в стойку.
Наши зелья кончаются. Юля держится из последних сил, ее мана почти на нуле. Илья почти растерял экипировку, щит в трещинах, нагрудник и вовсе сломан. Следующие десять волн я был сосредоточен только на том, чтобы выжить самому и это испытание, наконец, закончить.
И когда я думал, что хуже уже просто некуда, долбанный Нарганд решил преподнести нам новый сюрприз. В каждом секторе, из пола, под одной из плит ближе к центру, выросли ритуальные алтари, окутанные зловещими свечениями. Каждая последующая волна полностью игнорировала нас – все они валили именно к этим алтарям, словно ими кто-то управлял.
– Это что еще за фигня? – я почти выкрикнул, глядя на происходящее. Алтари выглядели, как старинные колонны в пол человеческого роста, с выгравированными рунами на камне, из которых валил черный дым.
– Это плохо, Майк! – нервно кричит мне Илья. Его взгляд метался между алтарями, – Вспомни, механика последнего босса в Кавернах Зла. Там также – враги начинают лезть к алтарям, чтобы усилить босса. Их нельзя туда пускать!
– Гениально, капитан очевидность! – огрызнулся я, зарезав очередного слишком уж разогнавшегося зомби ледяным клинком.
Прорицание подсказало, что произойдет, если врага пропустим. Я увидел мелькнувший момент: враг добирается до алтаря, руны вспыхивают так сильно, что почти ослепляют, а из дыма появляется огромная фигура, размером с арену, и вокруг все разрушается под давлением его силы.
– Не дать им дойти, иначе нас тут разорвет нахрен! – кричу я, занимая зону по прямой линии между врагами и алтарем. Вихри на клинки – так эффективнее против многочисленных противников.
Зомби шли плотной толпой, но это были уже не обычные медленные трупаки из первых волн. Их движения были резкими, а руки, висящие до пола, били с ужасающей силой. Они явно становятся злее и злее с каждой волной.
Я ворвался в ближайшего, кинжалы начали свое дело. Вихри прорезали тварей, как нож масло, но их было действительно много. Они шли волнами, напирая, и казалось, что конца им не будет. Юля старалась держать между толпами дистанцию, метая световые вспышки – ее единственный удар по площади. Илья с трудом удерживал свою сторону, его почти сломавшийся щит едва справлялся с натиском.
Мы держались так до семьдесят девятой волны. Каждая новая добавляла врагов с уникальными способностями. Среди них появлялись нежить-маги, окруженные щитами, защищающими их от прямого урона. Мертвецы, которые взрывались при смерти, нанося урон и отравляя все вокруг, гулей трупоедов, которые сначала ели своих собратьев, а потом, подкрепившись, с невиданной прытью кидались нас убивать.
– Маны почти нет, Майк! – ее голос звучал так, словно рыжая сейчас разрыдается.
– Продержись еще волну, механика должна поменяться! – смекнул я, и попытался подбодрить подругу.
С крестоносцем проблем не было, ее урона хватало оборонять алтарь. А танк вновь был вынужден прибегнуть к отражению. Он ловил взрывы от трупов на себя, а урон от них распространялся вокруг него. Больно было, конечно же, именно мне. Кто же знал, что нас так разделит…
Каждый алтарь стал отдельным фронтом. В какой-то момент я почувствовал, как силы покидают меня. Здоровье было на минимуме, мана почти на нуле, в ячейках быстрого доступа зелий нет, нужно лезть в инвентарь. Прорицание стало затуманиваться, показывая размытые образы. Общая усталость не способствует эффективному использованию этой способности. Или наоборот, именно она меня так сильно истощает. Я знал, что долго мы так не протянем.
Когда последний зомби упал, арена на мгновение замерла. Это затишье не принесло облегчения, потому что таймер передышки не начался. Алтари вспыхнули, их руны засияли, а из дымных вихрей появилась фигура. Та, которую я видел в своем видении прорицания, только не такая огромная. Это был здоровенный ритуальный жрец – костлявый, с обтянутой кожей фигурой, держащий в руках посох, излучающий мрак.
– Вот дерьмо… – только и выдохнул я, заливая в себя почти последние зелья на здоровье и энергию.
