Текст книги "Восемь Дней (СИ)"

Автор книги: Мэри Лун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

– Алекс… – простонала девушка, как только он коснулся губами её оголённой груди. Не чувствуя никогда прежде подобного, она извивалась, подавляя тихие вздохи укусами своих же губ.

От задыхающихся поцелуев сердце Хитоми билось в такт движений. Мускулы внутри неё сжимали пустоту, словно пытались стать спокойными. Нежность Алекса и его аккуратные движения позволяли девушке полностью расслабиться и довериться ему.

Растворяясь в друг друге эта ночь стала другой. Откровенной и наполненной любви и понимания. Они полностью были уязвимы, нежны и отданы чувствам. Сильнее этого была только природа, что бушевала за окном.

30. Дневник

30. Дневник

«Иногда я могу уловить трезвые моменты моей мамы. Совсем иногда. Но всё же нахожу ту старую, красивую душой и телом Маргарет. Сегодня я заметила, что она долго спала и решила её разбудить. Провалившись в свои же чувства, я решила, что могу почувствовать то – что нельзя. А именно жалость к ней.

Она была потеряна и не собрана. Увидев меня, не знала, что сказать и просто молча, склонив голову, наблюдала. Я протёрла её лицо, помыла руки и переодела в чистою одежду. В такие моменты, кажется, что она ребёнок. Молчит, смотрит и доверяет. Начав спрашивать о том, как она. В ответ я услышала лишь «нормально» и это успокоило меня.

А затем всё вернулось на круги своя и следом посыпались пустые обвинения в том, чтобы я её больше не касалась. Я ушла, оставив её одну. Раньше бы это ранило меня, но не спустя несколько лет.

Я устала.»

31. День седьмой. Мамочка

31. День седьмой. Мамочка

Хитоми проснулась раньше Алекса, наблюдая за его ровным дыханием. Он крепко держал её за талию, изредка сжимая через сон. Проводя рукой по оголённым плечам Мёрфи, она словно обжигалась и вновь касалась.

Девушка накинула домашнюю одежду и вышла из комнаты, спустившись вниз. Уильям предложил пообедать и пройти в его кабинет, чтобы обсудить многие вопросы и дальнейшие планы. Белла бегала словно белочка и подливала чай то внучке, то мужу.

– Белла, мы так никогда не уйдём! – возмутился Уильям.

– Знаю, – засмеялась она и Хитоми почувствовала странное тепло внутри, смотря на них. – Алекс!

Все обернулись, заметив Мёрфи позади стола. Он сонно кивнул, всех поприветствовав и подходя к Хитоми взъерошил волосы на её голове. Она засмеялась, улыбнувшись ему и вспоминая их ночь.

– Я сейчас пойду с дедушкой на приём, – прошептала она.

– Если захочешь выбежать на дорогу после этого, предупреди меня, хорошо? – притянув её за шею, он оставил лёгкий поцелуй на её щеке.

Кивнув ему в ответ, Хитоми обняла парня и покинула кухню вместе с дедушкой. Алекс проводил их взглядом, а затем заметил Беллу, что подала ему чай.

– Спасибо.

– Как спалось? – Белла села напротив.

– Очень удобная кровать, думаю сменить теперь свою в квартире.

– Делали на заказ, Уильям разбирается в этом, а я полный ноль! – она засмеялась. – Зато умею вести бизнес.

– Понимаю. Я такой же. Бытовые вещи даются довольно сложно.

– Зато теперь сможешь обратиться к нам, мы поможем! Всегда поможем. То, что ты сделал для Хитоми… Я не знаю, как смогу отблагодарить тебя. Мы перед тобой в вечном долгу, ты теперь часть нашей семьи.

– Белла, я… Сделайте её счастливой, это будет самой лучшей благодарностью для меня.

Белла растрогалась, сдерживая слёзы и наблюдая за Мёрфи, что аппетитно поедал завтрак. Тот же улыбнулся, чувствуя внутри себя полное спокойствие.

Больше часа Хитоми рассказывала дедушке всю историю, попутно слушая советы, предложения и невероятную поддержку от Уильяма. Он с ужасом не верил во всё то, что рассказывала внучка. Самым ужасным для Хитоми пришлось на рассказ о подготовке к дню Х. Слёзы стали полным спектром чувств для их сеанса. Она чувствовала себя более ранимой, чем несколько дней назад. Подводя какие-то итоги первого дня терапии, Хитоми слушала внимательно, пока тема не зашла про Алекса.

– Я не смогу, дедушка, – она замотала головой, не соглашаясь с его предложением.

– Другого варианта нет, Хитоми. К сожалению, только так ты сможешь восстановиться полностью.

– Но…

– Сделать больно можно всегда, но вернуть доверие после своих поступков будет гораздо сложнее. Он, как и ты, человек, который хочет любить, а не страдать. Не выстроишь свою сильную эмоциональную подложку, всё закончится гораздо раньше, – Уильям снял очки, видя слёзы, что текли по её щекам.

– И сколько нужно будет времени?

– Месяц, два, полгода или год.

– Нет, нет, нет! Дедушка, я не смогу сделать это! Я… Я не смогу.

– Для его же блага.

Сильная боль пришла не сразу, Хитоми почувствовала жжение во рту и вкус горечи. Тошнота была уже на пике. Паника подступала сильнее обычного, руки, словно вата, перестали подниматься, а дыхание сбилось, переливаясь в паническую атаку. Сильная сторона и всё то, что она уже успела построить рухнуло на глазах. Вся важность событий ушла в небытие и, казалось, что она больше никогда не вернётся.

– Важная деталь в твоей жизни сейчас – мать. Я могу съездить с то…

– Нет, – Хитоми поднялась с дивана, немного качнувшись в бок и Уильям тут же подскочил. – Я сама. Должна порвать эту нить.

– Будет больно.

Эшби гордо подняла голову, смотря в глаза дедушки. Видя своего отца, она вытерла слёзы, ощущая невыносимую боль в груди:

– Будет легко.

* * *

– Я могу пойти с тобой, – Алекс держал её за руку.

– Жди меня в машине.

– Хотя-бы у трейлера?

– Алекс, – повернувшись к парню, она взяла его лицо в свои руки. – Это та самая сторона меня, которую я не хочу, чтобы ты видел. Просто будь рядом после всего этого.

Он кивнул и Хитоми нежно поцеловала его в губы.

Выйдя из машины, девушка поправила свою толстовку и волосы. Ровными шагами двинулась к трейлеру под номером тридцать восемь, где уже сидел Сайман. Он тут же поднялся с раскладного стула:

– Ньюман! – улыбнулся во все свои зубы.

– Где она?!

– В кровати, – указав на трейлер, процедил он. – Где ты была?

Хитоми остановилась у входа в когда-то её дом и повернула голову в его сторону, Сайман больше не вызывал у неё никаких эмоций. Она его не боялась, не ненавидела и не считала кем-то. Он выглядел хуже с каждым днём, словно смерть стояла уже позади и медленно водила косой по его шее.

– Я жила лучшую жизнь, Сайман, – спокойно сказала, зайдя внутрь, и закрыла дверь внутри, видя, как он обеспокоенно подошёл к окну.

Повернувшись, её сердце заколотилось в разные стороны принося резкую боль. Запах сигарет, травы и устоявшегося алкоголя напомнил самые ужасные воспоминания, вызвав головокружение. Хитоми повернулась в сторону спальни, увидев мать на кровати. Губы искривились от отвращения, она откинула голову назад, сдерживая слёзы в глазах. Пальцы на ногах поджались от всего, что она испытала за несколько секунд пребывания здесь.

Подойдя ближе, Хитоми присела у кровати:

– Вставай! – прикрикнула она, но Маргарет лишь повела ухом сморщив лицо. – Вставай, мама! – Хитоми поднялась в полный рост и сверху осмотрела её тело. – Ты что оглохла?! Я вижу, что ты не спишь!

Резким движением стянув с матери одеяло, она также не увидела никаких движений и схватив бутылку, что стояла на подоконнике, вылила содержимое ей на лицо.

– А!

Маргарет вскочила, быстро вытирая лицо своей же футболкой. Заметив Хитоми с бутылкой, её брови сдвинулись к носу:

– Какого чёрта?!

– Слушай сюда, – кинув бутылку в коридор трейлера, она услышала звонкий звук разлетевшихся осколков, но даже не повернулась. Схватив мать за футболку, Хитоми почувствовала затруднение в дыхании. – Ньюман?!

– Я не понимаю о чёт ты! – кричала Маргарет, пытаясь высвободиться.

– Не понимаешь? – подтащив ближе, грубо спросила она. – Фамилия Эшби ничего не говорит тебе?!

– Ты нашла их, – на лице женщины появилась улыбка и брюнетка отпустила её. – И что они тебе сказали, Хитоми?

– Всю правду!

– Правду в чём? Что хотели забрать тебя у меня?! Что грозились судом?! Или может, что продали бизнес Виктора?!

– Да как ты вообще открываешь свой рот в их сторону?! – завыла девушка. —Лучше бы они меня забрали тогда! И я бы жила не в этом мусоре и не с тобой, Маргарет! Бизнес отца был продан, чтобы оплатить моё обучение в колледж, которое ты, как раз, никогда бы не потянула! – Хитоми перешла на крик. Её лёгкие чаще хватали воздух, а голос вздрагивал и дрожал. Но эмоции лишь становились сильнее, шея покраснела от гнева, тяжёлый и холодный взгляд пронизывал мать, которая не верила в то, что слышала. – Что такое? – улыбнулась Хитоми, склонив голову в бок. – Чувствуешь это, да? Боль? Отчаяние? Может страх? Или то, что врала, не просыхая?! Да ты не достойна даже того, что у тебя есть сейчас! – подойдя к Маргарет ближе, она коснулась рукой её волос. – Я пришла, чтобы попрощаться.

– Вернёшься и дня не пройдёт, – Маргарет грубо убрала её руку, немного выпрямившись.

Резкий хохот испугал женщину, Хитоми схватилась за живот опрокинув голову назад. Она истерично задыхалась, но вскоре, успокоившись, опустила голову и глаза медленно поднялись в сторону матери, вызвав страх у женщины.

– К тебе? Вернусь? Да я тебя ненавижу… – прошипела брюнетка. – Лучше бы ты отказалась от меня или отдала в детский дом! Да лучше бы я при родах скончалась, чем терпеть тебя все десять лет! Ты виновата в том, что я жила здесь, – она ткнула пальцем ей в грудь. – Ты виновата в том, что я вскрыла вены в семнадцать лет! – толкнула в плечо и Маргарет сделала шаг назад. – Ты виновата в том, что меня насиловал сосед! – Хитоми толкнула сильнее и тогда женщина остановилась, схватившись за грудь. – Ты виновата в том, что я ушла из дома, чтобы убить себя!!! – девушка сжала кулак, ударив мать в плечо, затем ещё раз и ещё. – Из-за тебя я возненавидела этот город!! – Хитоми оставляла удары с каждым разом, чувствуя, как кровь в венах становилась горячее. Отскочив от Маргарет, она принялась раскидывать все вещи в комнате.

Кружки и бутылки разлетались по трейлеру с ужасным звуком, она видела, как мать вздрагивала каждый раз, но продолжала, оставляя после себя хаос. Маргарет ровно держала голову, закрывая глаза и чувствуя дикий страх.

Эшби оторвала зеркало со стены и кинула ей в ноги, оно тут же треснуло в нескольких местах. Хитоми схватила пепельницу и силой бросила её в окно, разбив его.

– Я старалась тебя поддерживать! – крикнула мать, тут же пожалев о том, что соврала.

– Ты ничего не делала! Даже не приехала в больницу, когда меня спасли! Даже не поговорила! Не обсудила! – ещё громче заорала Хитоми, встав на месте. – Да что ты знаешь, Маргарет, о том, что происходило у меня на душе всё это время, – Хитоми покрылись порезами от количества нанесённого ущерба дому, но её это не волновало. Девушка развернулась к выходу. – Пару лет назад, Сайман разворотил мой угол, и я убирала это на протяжении двух дней, – оглядев весь разгром, Хитоми кивнула ей. – Так вот, это тебе на прощание, Ньюман.

Пнув под ногами зеркало, она всё же разломала его до конца и направилась к двери, столкнувшись с Сайманом, что ломился всё это время. Увидев Хитоми в таком состоянии, он от ужаса открыл рот и быстро отошёл назад.

Стоя в этом разгроме от собственной дочери, Маргарет опустошённо села на край кровати, запустив руки в волосы. По щекам полились слёзы, одна за другой, подбородок задрожал и глаза покрылись белой пеленой. Она обняла свои плечи.

– Прости, – тихо прошептала женщина.

32. Дневник

32. Дневник

«В письме обычно легче сказать: «Прости» или «Я тебя люблю». В жизни ты будешь искать тысячу оправданий своим словам и медлить на месте «А надо ли?».

Говорят, что легче сказать на другом языке эти слова, чем на родном. Ты не предаёшь им такого значения, как если бы понимал. Но почему я даже не могу написать Маргарет, что люблю её? Неужели та нить родители и дети, между нами, порвана?

Хотя, что тут гадать, если и так всё понятно. Будь я сильнее, давно бы уже поставила её на место, но я только могу молча пожинать плоды её урожая и блевотины. Отмывая каждый раз её лицо, переодевая в чистую одежду, я хочу лишь одного – взаимной любви и заботы.

Почему ненавидя её, я о ней переживаю? Да всё просто – она ведь моя мама.»

33. Воспоминания

33. Воспоминания

Дорога до дома была покрыта молчанием. Не спрашивая ничего и не уточняя, почему руки были в крови, Алекс следил за её глазами, что беспрерывно пялились в одну точку. Хитоми нервно поджимала губы и пропускала слёзы. Он аккуратно положил руку ей на колено, пытаясь сделать хоть что-то, но в ответ видел лишь пустые глаза. Руками она старалась убрать слёзы с щёк и закрывала рот, скрывая крики внутри.

– Что произошло, расскажешь? – уже дома, обрабатывая её руки, Алекс аккуратно решил спросить.

– Я её отпустила.

– Отпустила? А кровь от куда? – не понимал он, встав с колен.

– Поранилась, пока разбрасывала вещи в трейлере, – она встала напротив него. – Всё хорошо.

– Уверена?

– Да, стало легче, но нужно ещё обдумать.

– Можешь рассказать мне, – Алекс аккуратно коснулся её подбородка и вытер след от крови на щеке.

– Я высказала ей всё, – Хитоми повела глаза в пол, прокрутив кольцо на пальце. – Сказала, что всё это только из-за неё. На эмоциях разбросала все вещи и поранилась об стекло. Внутри стало как-то пусто что ли… Не понимаю, – девушка взялась за голову и двинулась к кухне. – В любом случае, с Маргарет всё в прошлом.

– Она тебя не трогала?

– Нет, не посмела бы, – прозвучал тихий смех, и девушка отпила воду из стоявшего на барной стойке стакана. – Я её ненавижу, боже, как я раньше не могла всё это её сказать?! Почему я терпела?!

– Не вини себя в этом, Хит. Ты была ребёнком и до последнего верила в лучшее. Верила, что она сможет полюбить тебя, как мама. Лучше поздно, чем никогда, верно? – пытался подбодрить он.

– Да, ты прав, – закрыв глаза, она опрокинула голову назад и тут же ощутила руки парня на талии. Он аккуратно обнял девушку, поцеловав в шею. – С тобой так хорошо, – прошептала Хитоми, вдыхая запах его кожи.

– Как и мне с тобой, милая. Чем хочешь заняться?

– Я бы поела!

– Поедем в ресторан? – предложил Алекс.

– Может мы приготовим ужин? – Хитоми улыбнулась и потянулась к нему за поцелуем.

– Как скажешь, – притянув ближе, он нежно поцеловал её в губы, не упуская возможности близости.

Отстранившись, они наконец взялись за приготовление ужина на двоих. Два куска мяса, картошка, множество овощей, зелени и разных специй. Девушка принялась за чистку картошки, а Мёрфи разделывался с мясом. Включив музыку на фон, Хитоми начала в темпе и подпевая чистить картофель, а затем раскладывать его на противень для духовки. Словно семья они смеялись и наслаждались совместной готовкой. Алекс, справившись с мясом, также положил его рядом с гарниром и глянул на девушку, что мыла овощи.

– Я думаю добавить сверху лука и помидоры, а из остальных овощей сделать салат?

– Отличная идея! – подхватил он. – С чем тебе помочь?

– Порежь лук? Я ненавижу его чистить и резать.

– Хорошо, – взяв две луковицы, Алекс встал подальше и начал кромсать овощ.

Хитоми была увлечена помидорами, но как только повернулась в сторону Мёрфи, не смогла оторвать взгляд от его красивых рук, которые ловко справлялись с поставленной задачей. Его руки – её слабость, поняла неожиданно для себя Эшби. Она заметила выделяющиеся вены на руках, что ей безумно нравилось. Девушка, не стесняясь, наблюдала за его движениями, пока сам Алекс не позвал её:

– Ты чего? – подойдя к противню, чтобы выложить лук, спросил.

– Просто у тебя очень красивые руки!

– Да? – немного удивился парень. – У тебя тоже нежные и красивые руки, – приблизившись к брюнетке, Алекс улыбнулся, оставляя расстояние между их губами. Хитоми покраснела и отвернулась.

Девушка вспомнила их ночь и тут же почувствовала, как яркая волна эмоций накатила на неё. Руки перестали слушаться, и девушка стала тихо хихикать под нос. Чтобы прийти в чувства, она резко побежала в туалет, плеснув холодный поток воды в лицо. Но видя в зеркале свои полыхающие щёки нервно стала стучать по ним.

– Стоит спрашивать, что тебя ввело в краску? – зайдя к девушке, поинтересовался он и сел на край ванны позади неё.

– Нет! – улыбаясь ответила она, всё ещё промывая лицо водой.

Остановив воду, Хитоми обернулась назад, оперившись сзади руками о раковину.

– Ты краснее обычного, – заметил Мёрфи.

– Знаю, замолчи! – смеялась она, прикрывая их руками.

– Ты что… вспомнила ночь у твоих родителей?

– Алекс…

На лице появилась еле заметная улыбка, он протянул руку к ней и Хитоми коснулась пальцами, оказавшись ближе к Алексу, между его ног. Он смотрел на неё снизу верх, видя, как она стеснялась. Убрав руки девушки от лица, Мёрфи сам провёл по ним пальцами:

– Тебе стоит перестать стесняться меня, – улыбался Алекс.

– Я не могу! Представляя тебя той ночью, внутри возникает пожар, я чувствую, как тело начинает неметь!

Пропустив руки через футболку девушки и коснувшись её живота, она тут же замолкла, а краснота с щёк ушла. Брови Хитоми слегка приподнялись, но она ощутила спокойствие и тишину внутри, смотря в серые глаза напротив.

– Если ты хочешь потрогать меня или поцеловать, просто сделай, а не убегай.

Она впервые потянула его за подбородок и аккуратно оставила поцелуй на губах. Мёрфи наслаждался моментом и изучал её красивые черты лица, не убирая руки с оголённой талии, водя большими пальцами по коже, чувствуя мурашки. Близость между ними была вызвана доверием к друг другу, девушка не ощущала опасности и тревоги. Её руки более смело принялись трогать тело парня, она проводила пальцами по его рукам, ключицам и шее. Интерес был сильнее, чем обычное желание секса, это было желание узнать его ближе и изучить каждую частичку тела.

– Это так необычно, – Хитоми улыбнулась.

– Почему?

– Я просто трогаю тебя.

– В прикосновении и молчании намного больше слов, – аккуратно встав, обхватил её за талию руками и нежно обнял. Простояв так некоторое время, в тишине, они отстранились от друг друга. Алекс глянул на кухню: – Нужно закончить!

– Да, – девушка засмеялась.

Завершив все процедуры с мясом и картофелем, парочка начала делать салат, поделив овощи на двоих. Идея о том, кто более быстро справится и нарежет овощи пришла Хитоми. Эти маленькие соревнования в разделке овощей оказались отличным решением. Смех разносился по квартире, девушка не могла сосредоточиться на резке из-за сильного смеха. Алекс же, более сдержанно подошёл к делу, хоть иногда и прорывался смех с его стороны. Поддавшись девушке, он сделал вид, что долго возился с морковкой.

– Да! – закричала она. – Я первая! – смеялась и хлопала в ладоши Эшби.

– Я так и думал, что ты победишь!

Расставив посуду и приборы, а также бокалы для лимонада, Хитоми достала готовый ужин из духовки, разложив его по тарелкам. Когда ребята уселись за стол, Алекс заговорил:

– Думал, что сегодня мы обсудим твоё решение, – девушка напряглась. – Но ребята просят провести с тобой завтрашний день.

– А ты?

– У меня подготовка вечера с тобой. Саша тебя подготовит заодно. Да и как раз восьмой день будет, – грустно произнёс Алекс.

– А кто там будет?

– Все. Они все хотят провести с тобой время.

Хитоми заулыбалась, вспоминая компанию и всех друзей. Они стали для неё лучшими друзьями и близкими по духу людьми.

– Так странно всё это. Эти последние дни словно пропитаны грустью.

– Никто не знает твоё решение и всё боятся потерять Хитоми Эшби. Ты поменяла всех в нашей компании, внесла луч света и любви.

– Перестань.

– Я серьёзно, – Алекс взглянул на её пальцы, где было кольцо. – Саша безумно в тебя влюблена. Все девушки, что когда-то приходили в нашу компанию были не одобрены ею и она всегда была права и словно знала наперед. Но когда появилась ты, единственное, что она сказала: нам нужно сделать всё, чтобы Хитоми жила дальше, – девушка опустила голову. Остановившись где-то на пол пути своих мыслей, ей стало тоскливо и больно. – Итан научился прощать себя и оставил прошлое.

Она встала, отвернув лицо к окну и с тяжестью схватилась за левую часть груди, тогда Алекс встал следом.

– Митч сказал, что я изменился, благодаря тебе, думаю ты и сама это видишь.

– Алекс, – она обернулась. – Я не достойна всего, что ты сейчас говоришь! Ни доверия Саши, ни Итана и не тебя! Я…

– Стоп, – перехватив её активно размахивающие руки, он заставил Эшби замолчать. – Ты достойна большего, ты права.

– Нет, что ты такое говоришь!

– Правду, Хит. Ты просто не привыкла к такому отношению, – отпустив её руки, парень отошёл назад. – Тебе нужно поспать перед завтрашним днём. Я в душ и лягу к тебе.

– Стой! – девушка остановила его. Повернув голову к своим вещам, она нервно подошла, достав дневник из рюкзака. Проведя пальцами по корешку её скулы сжались. Она тихо присела на колени, держа его в руках, воспоминания и та боль была сильнее, чем она могла себе представить. Открыв последнюю страницу, брюнетка достала ручку и взглянула на Алекса: – Мы можем сходить на пляж?

– Сейчас?

– Да.

– Конечно.

* * *

Покинув квартиру, они двинулись к океану. Алекс крепко держал девушку за руку, но в какой-то момент она сильнее дёрнулась вперед, высвободившись и побежав к воде. Страх поглотил Мёрфи с невероятной скоростью, но не поняв, что произошло, просто встал посреди пляжа.

– Хитоми!

Когда увиденная картина показалась не такой безопасной и адреналин подскочил в крови, Алекс побежал следом, пытаясь догнать быструю Эшби, которая преуспевала с хорошим отрывом. Она забежала по пояс в воду, вытянув руки с дневником вперед и Мёрфи остановился, наблюдая за ней. Руки задрожали, девушка точно хотела уже кинуть его, но что-то останавливало.

– Хит! – зайдя следом и промокнув по пояс, Мёрфи аккуратно принялся двигаться к девушке. – Что ты делаешь?

– Я хочу… Хочу оставить его…

– Дневник?

– Да.

– Хорошо, – он кивнул, смотря в горящие глаза Эшби и волнующийся океан. – Сделай это.

Прижав к груди в последний раз, Хитоми отвела руку назад и с размаху кинула его в воду, видя, как вода поглотила обложку, и он потонул.

Как большой груз, который долгое время хранили под сердцем, бумажный блокнот стал тонуть, выпуская последний воздух со своих заполненных страниц. Прошлое, наполненное болью и отчаянием шло ко дну, как тяжёлый камень и брюнетка облегчённо выдохнула, но тут же вспылила:

– Мне кажется, что я сделала что-то не так… Это же воспоминания!

– Эй, эй, – Алекс сразу перехватил её руки, которые обречённо ловили что-то в воде. – Не такое прошлое должно храниться как воспоминание.