Текст книги "Восемь Дней (СИ)"
Автор книги: Мэри Лун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)
26. Дневник
26. Дневник
«В очередной раз видя это безобразие между мамой и Сайманом, я хочу вскрыться в два раза быстрее.
Придя с прогулки, я увидела её синие руки и разбитый нос. Да кто он такой и что себе позволяет?! В этот раз я не смогла промолчать, но лучше бы просто оставила всё как есть. Решила поговорить и обсудить всю ситуацию, но получила лишь пощёчину и маты в свою сторону.
Просто урод. Такие, как он, должны умирать в одиночестве. Моя мама не заслуживает такого обращения… Раз он глупый и не понимает, то попробовала просто извинится и ещё раз спросить, что случилось, но он снова наорал и хотел замахнуться.
Мама остановила его криком…».
27. Доверие
27. Доверие
Хитоми с разбегу прыгнула на кровать, тут же ощутив боль в ноге. Тихо поругавшись на саму себя, она замерла, чтобы боль прошла и аккуратно села на край кровати, заметив взгляд Алекса на себе:
– Всё хорошо? – спросил он.
– Я просто забыла, что инвалид, – она засмеялась.
– Перед тем, как поехать к Белле, у нас есть три часа, заедем кое-куда? – взяв из холодильника баночку газировки, предложил Алекс и сел за барную стойку.
– Да… Только нужно переодеться и взять домашнюю одежду.
– Хорошо, тогда собирайся.
Девушка кивнула и достала свой рюкзак. Не заметив, как дневник выпал на пол, Хитоми небрежно продолжила копошиться в рюкзаке ища свою подвеску. Алекс внимательно осмотрел лежащую на земле вещь. Дневник был зелёного цвета, обклеенный наклейками и из-за исписанных листов выглядел довольно объемным. Он уже замечал его раннее, но не придавал значение, но в этот раз интерес взял в верх:
– Что это?
– А? – Хитоми повернулась к нему, а затем увидела дневник на полу. Медленно подняв его с пола, она стряхнула пыль, словно он упал в грязь и улыбнулась. – Шестой дневник. Личный дневник.
– Шестой?
– Да. Я веду дневники с двенадцати лет. Выплёскивая всю боль и отчаяние в них. Правда, последние шесть дней он оказался не нужным… – проведя по обложке пальцем, она улыбнулась. – Папа любил ежедневники. Всегда что-то записывал. Они все должны быть у бабушки. Она забрала большую часть вещей отца.
– Может, они всё ещё у неё.
– Думаешь?
– А зачем ей выкидывать?
– Если она сохранила дневники, то я прочитаю каждый! А вот где он! – в рюкзаке промелькнул камушек. А точнее её подвеска, которую раннее Мёрфи тоже не видел.
– Подвеска?
– Да, – тепло прижав его к телу, Эшби тяжело вздохнула. – Последний подарок папы. Он привёз его с другого города, уже даже не помню от куда именно. Лунный камень, – она прокрутила его, показывая Алексу.
– Очень красивый.
– Да, безумно, – также она вытянула из своих вещей маленькую игрушку. – А это тоже от него был подарок, правда у дракона не хватает одного крыла.
– Когда он тебе его подарил? – интересовался парень, видя, как сияют её глаза.
– Это игрушка была одной из первых вообще. Когда меня и маму выписали с роддома, как он говорил, я её не выпускала из рук, – заулыбалась девушка и Мёрфи склонил голову. Она аккуратно положила всё обратно и взяв нужные вещи, направилась в ванную. – Я сейчас вернусь.
Алекс проводил Хитоми взглядом и вновь посмотрел на ежедневник, что лежал сверху её рюкзака. Тихо подойдя, открыл первую попавшуюся страницу:
«… и тогда я просто попросила его не трогать меня, но… он слетел с катушек и оттолкнул в сторону. Оторвать бы этому идиоту руки и ноги! Этот урод не должен касаться ни меня, ни мамы. Но почему тогда она молчит? Ей всё равно? Смотрит на то, как он бьёт и молчит… Спасибо за то, что в этот раз хоть как-то остановила».
Кулаки непроизвольно сжались, Алекс закрыл глаза, выпуская горячий воздух изо рта. Он перевёл взгляд на следующую страницу, где было написано лишь одно:
«Мама… Это письмо для тебя в случае моей смерти…».
А дальше огромный текст, который был замазан чёрной ручкой. И оставалось только лишь одна строчка:
«Я тебя люблю, мам, очень сильно».
Мёрфи почувствовал, как внутри сжалось сердце и присел на кровать, схватившись за волосы. Не верилось, что она могла относиться так к маме и оберегать её даже в таких ситуациях. Он просто отрицал этот факт, но Хитоми была слишком ранима, она хотела и искала любви. Только любви. Даже в тех, кому была не нужна.
– Я готова, можем ехать, – девушка вышла из ванной и, заметив Алекса и открытый дневник, тут же замолчала.
– Почему ты её любишь…
– Маму?
– Да.
– Я думала, что только она у меня есть…
Алекс скривился из-за боли и опустил голову, сжимая руки.
– Ты, – начал он и Хитоми подняла голову, чтобы быть готовой ко всему. – Ты слишком добра к этому миру, и он бы потерял большого человека, умерев ты шесть дней назад, – Алекс встал, подойдя к девушке. Глаза брюнетки заискрились от слёз, что остановились на пол пути. – Хитоми, – он не мог сказать больше и слова, думал лишь о том, что осталось два дня и всё ещё может поменяться.
Коснувшись её щеки, он потянул девушку к себе, крепко обняв. Хитоми испуганно касалась его спины и чувствовала, как Мёрфи переживал и нервно дышал. Страшно представить, что он чувствовал и как близко принял этот факт. Девушка словно пропиталась его отчаянием и нежнее обняла, давая понять, что она рядом. Мёрфи отступил, так как слёзы появились на щеках и тут же отстранился, быстро смахнув их.
* * *
Форт-Лодердейл к вечеру становился сказочно красивым из-за постоянных, тёплых огней вдоль улицы. Улыбки прохожих и красивые летние наряды придавали определённую атмосферу этому городу, как и прекрасный запах океана и деревьев.
Алекс припарковал машину, и девушка увидела воду и огромный пляж напротив. Её улыбка расползлась по лицу, а руки непослушно задергались в такт музыки по радио. Быстро выйдя из автомобиля. Хитоми хотела уже было пересечь дорогу, но тут же почувствовала тёплые руки Алекса на талии, который быстрым движением притянул девушку обратно к себе и перед её глазами в паре сантиметров пронёсся автомобиль.
– Восемь дней ещё не прошло, – прошептал он на ухо, почти касаясь губами и девушка покраснела. – А ты уже кидаешься под машины.
– Я не увидела, – выпустив её из своего плена, Алекс протянул руку. – Брать что ли?
– Можешь не брать.
– А могу брать? – Алекс улыбнулся, и та быстро протянула свою руку. – Мы идём гулять на пляж, да?
– Да.
– Я ещё не гуляла так поздно.
– Ну да, а встретил я тебя рано утром, – подметил парень, вспоминая день их знакомства.
– Другие обстоятельства, Мёрфи!
– Мёрфи, значит, – не скрывая недовольства, повторил он и тут же притянул её к себе ближе. – Как скажешь, Эшби.
От фонарей на улице, её глаза отдавали мягким синим светом. Она, не переставая улыбаться, внимательно следила за Алексом, каждый раз смущаясь его действиям. Он купил ей рожок мороженого у продавца в лавке, заметив, как девушка осматривала вкусы по дороге. Хитоми рассказала о том, как любила мороженное в детстве и о том, как не умела его есть, так как оно постоянно таяло.
– Значит, не быть тебе мороженщиком, – Алекс пожал плечами.
– Да ну брось! Эй! Вообще-то, это моя мечта.
– Мечта стать мороженщиком? – он удивился, не веря словам, но заметив кивающую голову девушки тут же засмеялся.
– А что смешного? Постоянно есть мороженное – это же мечта!
– Да, ты права, – подойдя к пляжу, Алекс посмотрел на её обувь. – Может снимешь?
– Босоножки?
– Да.
– Я доем мороженное и… – не успела Хитоми договорить, как Алекс присел к её ногам и аккуратно принялся их расстёгивать. Она на столько была увлечена процессом, что не заметила, как по руке начало стекать мороженное.
– Хит, на землю капает мороженное, что ты там делаешь? – подняв голову, он увидел её пристальный взгляд на себе. – Ты что, плачешь?
– Я… – уголки губ были опущены вниз, она шмыгала носом, вытирая слёзы одной рукой, а второй держала растаявшее лакомство.
– Всё хорошо? – поднявшись, спрашивал парень.
– За мной так никогда не ухаживали, – смотря на обувь в его руке, Эшби ещё больше отдалась эмоциям.
– Хит, так, – он аккуратно забрал у неё рожок, выкинув в ближайший мусорный бак и достал из кармана маленькую пачку влажных салфеток.
– Мой рожок, ты что его выкинул? – расстроено спросила она.
– У тебя там никакие дни не наступили? – вытирая её руки, спрашивал Мёрфи. Такое поведение вызывало лишь улыбку на лице и чрезмерный прилив заботы. Он аккуратно поправил её волосы и прижал к себе. – Всё хорошо. Я куплю тебе новое, только не плачь.
Наконец, идя по пляжу, Алекс крепко держал Хитоми за руку, наблюдая за реакцией девушки. Она осматривала волны, что касались горячего песка, небо, которое становилось всё темнее и иногда поглядывала на довольного Алекса рядом.
Сев на песок, ребята молча уставились на волны океана. Мёрфи сразу вспомнил тот вечер, когда нашёл её и грустно улыбнулся. Молчание длилось не долго, но Алексу казалось это вечностью, и он решил прервать тишину:
– О чём думаешь?
– Не знаю, так много мыслей, – развернув лицо в его сторону, девушка положила голову на колени. – Я не знаю, что правильно, а что нет.
– Думай сердцем, но рационально.
– Это как?
– Позволяй иногда руководить разумом. Не только сердцем.
– А ты чем думаешь? – она улыбнулась.
– Разумом, – отрезал парень. – Хотя последнюю неделю сердцем.
– То есть, благодаря мне?
– Однозначно.
– Это хорошо?
– Не знаю, – вопрос заставил парня задуматься, и он вновь вернул глаза к воде. – Наверное, не в моём стиле, – девушка поднялась с песка и принялась снимать шорты и топ. Алекс тут же встал следом, остановив её за руку. – Ты что творишь?
– Сегодня так тепло, давай искупаемся?
– Что? – обомлел на месте. – С ума выжила?
– Тогда я искупаюсь!
– Хитоми, прекрати.
– Люди купаются. Почему я не могу?
– Там может быть опасно!
– Ну так позаботься обо мне! Идём вместе, – брюнетка одарила его своей фирменной большой улыбкой и аккуратно притронулась к его волосам, слегка взъерошив.
Сняв топ и шорты, она осталась в одном белье, побежав к воде. Алекс занервничал и быстро принялся раздеваться. Хитоми отплыла немного быстрее и Мёрфи тут же побежал к воде, хоть и ненавидел купать в таких местах.
– Хитоми! Я тебе это ещё припомню! – зайдя в воду, кричал парень и девушка обернулась, чтобы посмотреть на него. Звонкий смех расслабил Алекса, и он тоже улыбнулся, подплыв в плотную. – Не надо дальше плыть, там глубоко!
– Ты что, боишься?
– Нет.
– Тогда поплыли, – занырнув, она проплыла ещё дальше и, убрав мокрые прядки с лица, повернулась на недовольного Алекса. – Давай! – последовав за девушкой, они остановились на против друг друга. Волны спокойно обходили их тела, а течение аккуратно подталкивало к берегу. – Когда я плавала в бассейне школы, часто представляла, как тону, – Эшби говорила это громче, чтобы было слышно, так как шум от воды всё же был. – В одно из занятий, я выполняла задание по подъему предметов со дна. Но не рассчитала силы, и начала тонуть! – девушка подняла голову к небу, чувствуя, как капли от дождя неожиданно стали разбиваться об воду.
– Тогда не будем подбирать ничего со дна! Может, нам стоит плыть обратно к берегу? – предложил Алекс и согласившись, они стали возвращаться.
Хитоми остановилась, когда дно стало осязаемо ногами:
– Посмотри, как красиво! – прокричала ему, и он остановился.
Дождь усилился и вода, словно нечто живое, принялась бунтовать.
– Знаешь, что ещё красивее? – он подплыл к ней и Хитоми положила руки ему на плечи, немного опираясь. – Ты.
Глаза её приобретали поглощающий тёмно-пурпурный цвет и слегка отдавали огнями от пляжа, по щекам и оголённым плечам девушки стекали капли дождя. Руки аккуратно касались его плеч. Хитоми принялась бегло изучать глаза Мёрфи, которые были полностью видны из-за убранных назад мокрых волос.
Она подплыла ближе, оказавшись в плотную. Её руки словно зачарованные касались шеи парня, спускаясь к плечам и торсу. Алекс также притянулся ближе, оставляя желанное расстояние в несколько сантиметров. Позволяя большее не только себе, но и Хитоми, он стал нежно целовать её плечи, поднимаясь к шее, подбородку и, остановившись у губ, почувствовал что-то большее, чем просто влечение. Нежные руки девушки казались родными, каждая частичка её хрупкого тела напоминала ему о том, что Эшби стала для него воздухом и причиной для улыбки. В страхе упустить то, что ещё даже не началось, он, не думая, притянулся к её губам.
Желание перерастало в страсть, Хитоми не сдерживаясь тянулась за поцелуем с каждым разом углубляя его. Звук дождя переходил в песню для них, они не слышали и не видели ничего кроме друг друга. Вода успокаивающе помогала им сохранять полное спокойствие и подталкивала волнами. Девушка улыбалась, открывая глаза и просто смотря на Мёрфи. Она впервые видела на столько открытое лицо и не могла перестать любоваться ровными чертами. Алекс держал её за бёдра, так как Эшби обхватила талию ногами.
– Неси меня на берег, – попросила брюнетка.
– Не хочу. Хочу протянуть этот момент как можно дольше.
– Я тоже, – вновь поцеловав его в губы, Хитоми прижалась крепче к нему грудью и сразу смутилась. – Прости, забыла, что мы в белье.
– Если тебе не комфортно, то…
– Комфортно, – спокойно проговорила она, чувствуя спокойствие и доверие. – Я бы хотела быть твоей первой.
– Не понял, – прикинул дурака он, улыбаясь.
– Ну, у тебя же были девушки.
– Но никогда не было любви, – после его слов, Хитоми сильнее прижалась, обвив руками шею парня.
28. Дневник
28. Дневник
«Соединила все плазы в голове, когда увидела у Анны в школе засос на шее. Я подозревала об их отношениях с Норманом, но оказалось, что с ним у неё просто тёплые отношения. То есть... Она не встречается с ним, но они проводят время вместе, целуются и занимаются грязными вещами. Интересно, конечно, но как так можно?
Позволить парню касаться себя, не вступая в отношения, странно или... Я что-то не так понимаю? Хотела спросить у мамы про такие отношения, а потом вспомнила, что её уже четыре дня нет дома и я одна.
Ну и ладно.
Элиот тоже считает такие «отношения» нормой... И тут я выпала. Какого чёрта? Это даже звучит плохо: «Мы не встречаемся, но целуемся». Может ещё ребёнка завести... Анна хорошая девушка и у нас много общего, но иногда я её не понимаю. А может я просто никогда не испытывала подобного? Да и она часто влюбляется в мальчиков на улице, говорит, что верит в любовь с первого взгляда. А я... а что я? Любви нет. А если я почувствую что-то к человеку, то просто ударьте меня в лицо. Не хочу ввязываться в этот капкан.
Наверное, я всё же думаю о любви, иногда... Даже не то чтобы думаю, а просто мечтаю, что принц на коне заберёт меня с клоповника. Да и папа всегда говорил про любовь и про то, что любит маму. Может, стоит довериться внутренним чувствам? Или никогда не вступать на такой путь...».
29. Настоящий дом
29. Настоящий дом
Заехав в ближайший магазин за тортом, парочка двинулись к отделу со сладостями, рассуждая о том, какой дом может быть у Беллы и Уильяма.
– Я не думаю, что он может состоять из мармелада, – Алекс немного нахмурился, смотря на девушку.
– Хотя бы частично…
– То есть, ты хочешь дом из мармелада?
– Да… а ты что ли нет? Наверное, мальчики мечтают о другом, – задумавшись, произнесла Хитоми и тут же поймала Алекса на скрытной улыбке. – Ты что смеешься над моими мечтами?!
– Нет, – он поджал губы и получил лёгкий удар в плечо от брюнетки.
– Алекс? – послышалось сзади и Хитоми увидела ту самую Амелию, которая в прошлый раз уходила из салона в истерике.
– Привет, Амелия, – несмотря на блондинку, поздоровался он и Хитоми сдержала улыбку от такого ответа.
– Что делаешь завтра?
– Я? – переспросил Мёрфи, не понимая, что происходит. – Тебе что-то нужно?
– Думала увидеться, попить кофе, – хлопая ресницами, Амелия мило улыбнулась.
– Занят, – вмешалась Хитоми, и Алекс обомлел, повернувшись на неё.
– Что прости? – Амелия усмехнулась.
– По-моему тебе ещё в салоне сказали, чтобы ты больше не мозолила глаза!
– Успокой свою собачку, – смеясь, попросила блондинка у Алекса, но тот лишь пожал плечами.
– Вообще-то, я его девушка, – скрестив руки на груди, гордо произнесла Эшби, почувствовав руки парня на талии. Он словно дал понять, что она действует верно.
– Что? – удивилась та. – Твоя мама сказала, что ты свободен!
– Мама? – хором спросили ребята.
– Да какое ты право имеешь разговаривать с моей мамой? – разозлился Алекс, подойдя ближе.
– Она сама позвонила, попросив меня отогнать какую-то Хитоми, что постоянно с тобой.
– Что? – Хитоми выпала, не веря словам девушки.
– Проваливай, я тебя видеть не хочу!
– Да что ты нашёл в ней?! – осмотрев с ног до головы Эшби, вскрикнула Амелия.
Алекс резко схватил её за шиворот лёгкой джинсовой куртки и подтащил к себе:
– Закрой свой рот, Амелия, – прошипел парень. – Хитоми не обязана слушать этот бред! Она самый лучший человек, она хотя бы умеет слушать и ей не нужны дорогие подарки, в отличие от тебя! Она красивая, умная и просто достойна всей любви в этом дерьмовом мире! Да знала бы ты, через что она прошла – твоя голова бы заныла от боли! – сжав сильнее, он готов был разорвать её на маленькие кусочки, пока не ощутил руки Хитоми на спине.
– Не стоит, – спокойно проговорила Эшби.
Алекс отпустил бывшую девушку, вернувшись к Хитоми.
– И передай маме, что она просто идиотка!
– Алекс! – Эшби закрыла ему рот рукой и взглянула на Амелию. – Просто уходи.
Кивнув несколько раз, та ошарашено подняла упавшую пачку замороженных овощей и быстрым шагом покинула их. Хитоми развернула Алекса к себе лицом:
– Не стоило её трогать, Алекс.
– Да что она себе поз…
– Всё хорошо, – также спокойно улыбнулась она.
– Я поговорю с мамой, это всё из-за того, что я рассказал о нашем договоре… Прости, Хитоми. Ты не должна была слушать этот бред.
– Я понимаю твою маму… Связался с какой-то ненормальной, – она засмеялась, и парень облегчённо вздохнул.
– С самой лучшей, – поцеловав девушку в лоб, они наконец принялись выбирать торт для гостинцев.
* * *
Стоя напротив дома, Хитоми нервно сжимала руки и смахивала холодный пот со лба. Это был другой дом, не тот, где они жили по её памяти. Он был больше, красивее и двухэтажный. Через забор можно было разглядеть небольшой сад с яблонями и загон для коз. Сердце трепетало внутри от переизбытка эмоций. Не веря в то, что это место могло быть настоящим домом все эти десять лет и она бы жила в лучших условиях, Эшби нервно закрыла глаза, отпуская все переживания. Но поддержка Алекса помогла куда сильнее. Аккуратно взяв её руку, парень поправил выпавший локон волос.
– Готова?
– Нет…
– Готова, – постучав в дверь, улыбнулся Мёрфи.
– Алекс!
– Хитоми! – дверь открылась сразу и на пороге появилась Белла. – Наконец-то! Проходите!
Глаза разбежались от количества фотографий на стене в прихожей. Папа, ещё трезвая и красивая мама, маленькая Хитоми и даже фотография их первого кота. Девушка дотрагивалась до них словно это что-то живое. Вспоминая каждый момент, запечатлённый на кадрах, внутри всё сжалось. Они были ярче, чем её воспоминания. Алекс внимательно смотрел на увлечённую девушку, не скрывая улыбки.
– Слышу, слышу, – раздалось из комнаты и к ним вышел дедушка. Он опирался на трость, волоча праву ногу по полу.
– Дедушка… – слёзы полились сами по щекам Хитоми, она быстро побежала к Уильяму, аккуратно обняв за шею. Запах был таким же, как и десять лет назад – родным и любимым.
По сравнению с бабушкой, Уильям совсем постарел. Все волосы седые, большие очки на носу, но улыбка осталось такой же яркой и греющей сердце.
– Моя маленькая, Хит… – тот улыбнулся, вытерев слёзы с её щёк, а затем со своих. – Как видишь, дедушка плохо ходит… Столько нервов потрепал…
– Сердечный приступ был несколько раз, – Белла расстроенно посмотрела на мужа. – После твоей потери он долго восстанавливался.
– Я сказал, что как-только начну ходить сам – Хитоми вернётся.
Эшби истерично заревела, всё тело задрожало, но улыбка дедушки безумно радовала глаза. Правда сил улыбаться не осталось, её дыхание застопорилось и не давало вздохнуть. Алекс сразу понял, что произошло и ринулся к ней:
– Белла, принесите воды, ей плохо, – попросил он, взяв девушку за руки и развернув к себе.
– Что случилось?
– Паническая атака.
Посадив Хитоми на стул в прихожей, он заговорил, пытаясь ввести её в чувства, но та лишь в истерике пыталась сделать вдох.
– Вот-вот, – дедушка протянул ингалятор.
Мёрфи аккуратно открыл её рот, нажав на кнопочку для подачи лекарств:
– Смотри на меня, дыши, – держа холодные руки, Алекс не давал ей отвлекаться на что-то ещё поворачивая голову на себя. – Вспомни море, запах мороженного, – не видя результата, он крепко прижал Эшби к себе, видя испуганных предков. Бабушка закрыла рукой свой рот, пытаясь молчать и не мешать Мёрфи.
Её успокоил запах. Запах тела Алекса и его приятного парфюма. Она в безопасности, она дома, рядом он. Истерика потихоньку отпускала, и дыхание тихо восстанавливалось, пытаясь вдыхать запах парня. Хитоми крепко держала его за шею, зажмурив глаза.
– Как часто такое? – спросил дедушка, поправив очки.
– Смотря от ситуации. Мы ходим к психологу, завтра повторный приём.
– Отменяй, – Уильям записал что-то в блокнот на столике в прихожей. – Я психолог с тридцатилетним стажем, помогу ей и смогу разобраться, чтобы ты не тратил деньги.
– Это отличная новость… Но дело не в деньгах. После первого приёма у прошлого психолога она хотела покончить с собой, – аккуратно предупредил он.
– Моя девочка, – бабушка охнула, схватившись за сердце.
– Я надеюсь, что ей вы сможете помочь.
– Уильям отличный психолог, – Белла кивнула Алексу. – Вы очень добры к ней, – смотря на спокойную Хитоми у Алекса в объятьях, произнесла она.
– Она дорога для меня, как никто другой.
– Хитоми, – бабушка присела к ней, взяв за руку. – Что на счёт того, чтобы поужинать?
Молча кивнув, они наконец покинули пределы прихожей и двинулись на кухню. Алекс держал её за руку, поглядывая на лицо. Сев за небольшой стол, перед ними раскрылся вкусный вид на еду.
– Простите, что напугала, – промолвила Хитоми, окончательно придя в себя.
– Всё хорошо, – бабушка протянула к ней руку.
– Алекс, а кем ты работаешь? – спросил Уильям.
– Работаю в своём тату-салоне.
– Ну да, – он улыбнулся, осматривая его руки, покрытые рисунками. – Странный вопрос, – все поддержали смехом эту неловкую беседу. – Хитоми, а ты учишься?
– Нет. В школе я училась не очень и не смогла поступить на бюджет. А мама бы не потянула платную историю.
– А хочешь?
– Да.
– Со следующего года будем решать этот вопрос, – дедушка улыбнулся внучке.
– Что?! Вы серьёзно?!
– Конечно. Мы отложили деньги с бизнеса отца на твоё обучение, жить будешь у нас или в общежитии, как захочешь, – Алекс закашлялся и Хитоми покраснела. – Ну или если захочешь, то будешь у Алекса.
– Мы не… – начала девушка, взглянув на парня. – Если Алекс будет не против.
– Я не могу быть против твоего присутствия.
– Как вы познакомились? – спросил Уильям, наливая Алексу и Хитоми домашнего вина в красивые бокалы с узорами.
– На пляже, Алекс нашёл меня…
Бабушка немного поникла, зная эту историю и Уильям продолжил:
– А мама?
– Ей всё равно, дедушка. Уже как лет десять, – Уильям не понимал многих моментов, между ними, но лишнего спрашивать не стал. Не хотел ворошить прошлое, остерегаясь слёз и повторной атаки. Хитоми кивнула ему, давая понять, что всё ещё расскажет.
– Я расстелю вам кровать, – спустя какое-то время, когда все уже доедали свою порцию, вспомнила Белла.
– Принесу раскладушку, – Алекс встал из стола, направившись на улицу.
Дождь ещё не прошёл, а стал только сильнее. Запах мокрого асфальта и сырой земли казались любимыми запахами парня, и он вдохнул полной грудью насыщая лёгкие. Раздался звонок и на экране телефона высветилось «мама».
– Да? – грубо спросил он.
– Алекс, милый мой, как твои дела?
– Ты звонишь, чтобы убедиться не с Амелией ли я?!
– Не понимаю, о чём ты, – возмущалась женщина.
– Ещё раз вмешаешься в мою жизнь, то больше никогда не увидишь меня!
– Да что же ты за человек, а? – Саманта разгневалась и немного повысила голос. —Я хочу лучшего для тебя!
– Тогда просто оставь меня уже в покое! Это моя жизнь!
–Амелия была лучшим вараном, красивая, добрая…
– Ты что издеваешься?! – взвыл парень, сжимая телефон. – Знаешь, я больше не хочу тебя слышать, мама. Я сделал свой выбор, и ты либо принимаешь его, либо лишаешься сына!
– А ты не рано сделал его, Алекс? Она дала тебе уже ответ? – промолчав в ответ матери, она не унималась: —Эта девчонка разобьёт тебя и твоё сердце. Я, как твоя мать, хочу лишь счастья для тебя!
– Благодаря Хитоми я улыбаюсь и чувствую то, что никогда раньше не чувствовал. Но тебе нет дела. Наш разговор окончен, не звони мне больше, – сбросив, он опустошённо посмотрел на экран телефона, где была фотография Терезы. Прижав телефон к груди, Алекс тихо прошептал: – Ты бы поддержала моё решение, сестра.
Занеся в дом раскладушку, Уильям направил его в нужную комнату и тот направился к ней, услышав разговор между бабушкой и Хитоми:
– Такая красивая, Алекс мастер своего дела, – трепетала Белла, проводя пальцами по татуировке.
– Да…
– Ты ему нравишься.
– Я сама чувствую связь, между нами. Словно тонкая ниточка протянута от его тела к моему!
– Это же чудесно!
– Но я так боюсь…
– Чего же? – не понимала бабушка.
– Я никогда не была так близка к кому-то… И не чувствовала себя такой наполненной. Словно жизнь протянула белую полосу. Боюсь, что могу всё это разрушить.
– Тебе предстоит большая работа. Я не советник, не умею складывать поддержку, – бабушка засмеялась, а Хитоми вспомнила такого-же Итана. – Но дедушка поможет тебе во всем разобраться. И сделать правильные шаги к светлому будущему.
– Я тут, – Алекс всё же зашёл в комнату, поймав смущённый взгляд Хитоми на себе.
– Алекс! Я сейчас принесу тебе бельё.
Белла вышла из комнаты, и Алекс приземлился на кровать, осматривая комнату. Розовые оттенки присутствовали по всюду. Кровать была большой и очень мягкой, на стенах вышивки котов и фотографии маленькой Хитоми. Это вызвало у него теплую улыбку. Полки заполнены разными книгами и милыми игрушками. Было видно, что тут никто не жил, но за комнатой действительно ухаживали и держали в порядке.
– Представляешь да… Из того уголка в трейлере… Сюда.
– Это прекрасно, ты достойна этого.
– Мне так неловко, – она опрокинулась на кровать спиной, смотря в потолок. – Будто не моё всё.
– Просто не привычно, – Алекс коснулся её колена, слегка сжав. – Завтра последний день, а затем день твоего решения… Хит…
– Стой, – вновь сев, она закрыла ему рот рукой. – Давай не будем говорить об этом сегодня, а просто насладимся вечером?
– Ты права, – он улыбнулся.
– Ты действительно будешь спать на раскладушке?
– А ты хочешь, чтобы я спал с тобой? – улыбка не сходила с лица Мёрфи.
– Кровать то большая… Не смотри так на меня… Мне кажется, что я не смогу спать без тебя.
– Да?
– Хватит! – она засмеялась отвернувшись, так как покраснела до ужаса. – Знаешь, как хочешь!
– Вот бельё, – вернулась бабушка, заметив красные щёки внучки. – Оставлю вас, доброй ночи. Если бельё не понадобится, то сложите его в комод, – помахав рукой, Белла точно не скрывала ехидную улыбку и поторопилась покинуть их.
– А твоя бабушка всё понимает, – Алекс пожал плечами и Хитоми сильнее засмеялась.
Парень принялся снимать толстовку и Эшби не отрываясь разглядывала парня, замечая слегка выглядывающий торс. Быстро уведя глаза, она сделала вид, что тоже снимает одежду.
– Отвернись, я надену домашнюю футболку, – предупредила она и Алекс встал к ней спиной. Пока Хитоми копошилась, он смог разглядеть её силуэт в тени от светильника. – Можешь поворачиваться.
– Отвернись, я надену домашнюю одежду, – увидев девушку в кровати под одеялом, повторил он и Хитоми залилась смехом.
– Нет, – еле выдала она.
– Нет? – переспросил Алекс.
– Нет.
Кивнув, не задавая больше вопросов, Мёрфи снял футболку, оставшись только в штанах. Хитоми смогла лучше разглядеть тату на его теле, которые раньше проскальзывали мимо её глаз. Подтянутое тело сводило с ума, но она по-прежнему не сводила глаз и внимательно изучала рисунки, пока Алекс не надел домашнюю футболку. Сменив низ также на домашние шорты, он лёг под одеяло и Хитоми тут же заговорила:
– Могу спросить?
– Конечно.
– Какая для тебя идеальная девушка?
– Хм, – Алекс повернулся на бок, оперев голову о ладонь. – Брюнетка с фиолетовыми глазами, обязательно должна любить муравьёв, – от неожиданности таких слов, Хитоми закрыла лицо руками, улыбаясь во все зубы. – Возможно, немного странная…
– Эй! – она ткнула его в бок. – Я не странная.
– Так я про девушку своей мечты, вообще-то!
– Ах ты! – смех снова заполнил комнату.
– А что насчёт тебя?
– Мне нравятся…
– Блондины двухметрового роста?
– Ну всё, Алекс, ты сам напросился! – поднявшись с подушки, она принялась щекотать парня. Но не увидев никакой реакции, тут же оказалась безоружна и в плену. – Почему ты не сказал?!
– Что именно?
– Что не боишься щекоток!
– Ага, так сразу выложить все карты перед хитрой Хитоми? – он закатил глаза, победно улыбнувшись. Уложив девушку обратно на подушку, Алекс расположился ближе, почти впритык. – Ну так?
– Ты и так всё знаешь!
– Про блондинов то?
– Нет, – перестав сопротивляться, она продолжила: – Парни с чёрными волосами и серыми глазами. Забитые татуировками и у которых хороший вкус на девушек.
– М, – он задумался. – А у меня хороший?
– Тебе нравится странные, поэтому не думаю, – высвободив руку, она успела щипнуть его за вторую и тот сразу же расслабил хватку. Выкрутившись, Хитоми вылезла из плена. – А вообще, фиолетовые глаза многим нравятся!
– Да что ты.
– Да, – убедительно кивнула.
– Верю, хорошо.
– Второй вопрос! – сев напротив него, девушка успокоилась. – Опиши идеальную для тебя жизнь.
– Она у меня уже идеальна.
– А в будущем?
– Свой дом и собака.
– Вдвоём что ли? – скривилась Хитоми.
– С тобой.
Возникшее молчание доставляло только остроту их чувствам. Мёрфи сел также напротив и притянул её к себе, нежно поцеловав в губы. Отстранившись, увидел улыбку на лице довольной Хитоми. Она медленно подняла свои глаза, одарив парня мягким и спокойным взглядом. Не было никаких преград, в пределах тишины и тусклого света их тянуло сильнее.
Повторяя поцелуй ещё раз, Алекс слега приподнял её, таким образом посадив сверху. Чувствуя лёгкое головокружение и дрожь в желудке, дыхание стало приятно сбиваться, заставляя их чаще отстраняться от поцелуя. Мёрфи не торопил девушку, стараясь аккуратно дотрагиваться до частей её оголённого тела, водив руками по ногам и шее, он чувствовал каждый шрам от аварии. Хитоми потянулась к футболке парня и тот быстро стянул её с себя, сохраняя постоянный зрительный контакт. Вдохи становились более глубокими и полными наслаждения. Каждое прикосновение пропускало приятный ток по телу и жар внутри, становилось душно и одежды оставалось всё меньше. Придерживая Эшби за талию, Алекс развернул их в другое положение, оказавшись сверху. За окном усилился ливень, и открытое окно придавало более страстную атмосферу из-за шума дождя и ярких вспышек молнии. Кровать приятно поскрипывала, а мягкая простынь нежно касалась спины Хитоми.
