Текст книги "Адепты. Эзотерическая традиция Востока"

Автор книги: Мэнли Палмер Холл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

Правоверные братья

Примерно в 950 году н. э. в Басре (ныне порт Ирака в Персидском заливе) заняло видное положение тайное общество. Это ученое братство стало известным как «Братья чистоты», или «Верные друзья», первоначальное же его название было «Ихван ас-Сафа» [175]175
  Ниневия– древний город Ассирии, разрушенный в 612 г. до н. э. войсками вавилонян и мидян.


[Закрыть]. Хотя по существу оно было ученой группой тех времен, когда наука охватывала почти все виды знания, духовного и светского, есть некоторые указания на то, что «правоверные братья» готовились к попытке политического реформирования, основываясь на широком распространении обязательного обучения. Согласно К.К. Добереру, в этом обществе было четыре ступени посвящения, а составлением духовных учений занимались мудрецы, образующие внутренний круг мастеров, или учителей.

В своей деятельности братство придерживалось следующих принципов: с внешней стороны – полное соответствие ортодоксальным догматам ислама, а во всем, что скрыто от посторонних глаз, – пополнение огромной сокровищницы существенно важного знания, которое могло бы привести к созданию завершенной и практической жизненной философии.

У общества было немало противников среди ортодоксальных мусульман, особенно в Багдаде, а потому не вызывают удивления неоднократные попытки уничтожить книги и трактаты ордена. Однако их усилия не увенчались успехом, и писаниям «правоверных братьев» удалось достичь Европы, где они оказали значительное влияние на политические аспекты алхимии. [176]176
  См.: «The Goldmakers».


[Закрыть]

Ф.Шервуд Тейлор приводит некоторые дополнительные сведения о «правоверных братьях». Согласно его данным, в этой организации якобы имелось энциклопедическое собрание трактатов; кроме того, предполагается, что именно этому обществу принадлежало довольно большое число произведений, которые приписывали арабскому химику-мистику Геберу, жившему в 8-м веке [177]177
  См.: «The Alchemists, Founders o f Modern Chemistry».


[Закрыть]. Еще юношей Гебер стал учеником шестого шиитского имама, от которого он получил наставления в оккультных науках, а позднее, как полагают, примкнул к ордену суфиев.

К «правоверным братьям» проявляли интерес некоторые масонские писатели. В частности, о них упоминает Джон Яркер в своей работе о тайных обществах, оказавших определенное влияние на происхождение масонских традиций [178]178
  См.: «The Arcane Schools».


[Закрыть].

Как отмечает Кеннет Маккензи в своей «Королевской масонской энциклопедии», «Братья чистоты», вероятно, испытали на себе влияние ессеев и исповедовали одинаковые принципы. Позднее их писания глубоко изучали наиболее образованные испанские евреи, которые имели свои установившиеся формы посвящения и получили известность как разновидность франкмасонов, о чем упоминает в своих трудах видный ученый Мориц Штайншнайдер. Альберт Макей, написавший «Энциклопедию франкмасонства», цитирует Штайншнайдера, который описывает «правоверных братьев» как «франкмасонов Басры» и характеризует их как «знаменитое общество вроде франкмасонского».

В предисловии к «Маснави» Джалал ад-дина [179]179
  Джалал ад-дин Руми(1207–1273) – великий персидский мистик и поэт, основатель и руководитель суфийского братства «Маулавийа». Его знаменитая мистическая поэма «Маснави» впоследствии называли «Кораном на персидском языке».


[Закрыть]Джеймс У.Рэдхаус делает одно любопытное заключение: «Говорят, что однажды Пророк (Мухаммед) в частной беседе рассказал «Али» о секретах и тайнах «Братьев чистосердечия» (которые, видимо, являются «франкмасонами» мусульманских дервишей), призывая его не разглашать их никому из непосвященных, дабы не совершить против них предательства, а также вести себя согласно правилу слепого повиновения». Так вот, не являются ли эти «Братья чистосердечия» именно тем находившимся в Басре братством, известным под названием «Братьев чистоты»? И не означает ли это к тому же, что данное общество существовало во времена Пророка, который либо принадлежал к нему, либо испытывал на себе его влияние?

Согласно доктринам «правоверных братьев», нравственная природа человека подвержена влиянию четырех факторов, которые в совокупности составляют то, что психологи могли бы назвать давлением окружающей среды. К этим определяющим силам относятся телесное строение, климатические условия, уровень образования и влияние звезд. Если развить все хорошее, скрытое в человеческом существе, то получится совершенная личность, которая проявит качества платоновского царя-фило-софа и истинного мудреца стоиков. Несмотря на то, что эти «чистые» из Басры действовали в исламском обществе, они, вероятно, считали Сократа и Христа если не превосходящими, то, по крайней мере, равными Пророку Мухаммеду. В различных источниках эту секту описывают как практикующую мистический интеллектуализм, что, однако, не мешало им развивать некую всеобъемлющую систему, в которой смешивались метафизические спекуляции неопифагореизма и неоплатонизма с приобретающим все большую популярность логическим методом Аристотеля.

Основные сочинения «правоверных братьев» составили пятьдесят два трактата, разделенные на четыре части. Первая часть посвящена абстрактным и философским знаниям, вторая – естественным и гуманитарным наукам, третья – метафизике, человеческой душе и ее рациональным атрибутам, а четвертая – Богу, божественному миру и мистериям. Они признавали пророческое откровение, исповедовали аскетизм и стремились достичь единения с духовной силой, или принципом, проникающим всю вселенную.

Встречаются также упоминания о Масламе ал-Маджрити, жившем в 11-м веке. Мусульманин родом из Испании, он снискал себе широкую славу как энциклопедист. Он совершил путешествие на Восток и, вернувшись, привез с собой в Мадрид собрание писаний «правоверных братьев». В венской библиотеке хранится сочинение этого автора под названием «Совершенство мудреца», содержащее сведения о магических квадратах, арифметических формулах и составлении талисманов. Из того немногого, что об этом известно, с определенностью можно утверждать лишь то, что «правоверные братья» представляли ядро всемирной учености, включая как восточные, так и западные доктрины, а не ограничиваясь только исламским миром. Некоторые писатели, получившие известность в Европе в период средневековья, испытали на себе влияние примера энциклопедии «Братьев чистоты».

Среди ранних европейских философов, ученых и теологов, испытавших на себе влияние мусульманства через соприкосновение с Испанией, были Майкл Скотт и Роджер Бэкон. Шотландский ученый и астролог Скотт совершил путешествие в Толедо, чтобы как можно больше узнать об арабских и мусульманских науках. Английский монах-философ Роджер Бэкон, оставаясь профессором в Оксфорде, достиг блестящих успехов как истолкователь арабского аристотелизма.

Фундаментальный труд Роджера Бэкона «Optics» опирался на сочинение ал-Хасана «Theosaurus Optica». Труды Альберта Великого [180]180
  Альберт Великий(ок. 1193–1280 гг.) – немецкий теолог, философ и естествоиспытатель, монах-доминиканец. Утвердил в схоластике свод естественно-научных знаний, представленных в сочинениях Аристотеля и арабских ученых; проводил и собственные исследования в области естествознания.


[Закрыть], Винцента из Бове [181]181
  Винцент из Бове– монах-доминиканец; автор энциклопедии средневекового знания «Великое зерцало», содержавшей «зерцала» природы, науки и истории от «сотворения мира» до крестовых походов.


[Закрыть]и Роберта Английского [182]182
  Роберт Английский(ок. 1175–1253 гг.) – английский философ-схоласт, ученый-естествоиспытатель, епископ. Выдвинул учение о свете, как о первоматерии; основой науки считал оптику и геометрию.


[Закрыть]обнаруживают явное воздействие концепций, изложенных «правоверными братьями». Не следует также забывать, что и Христиан Розенкрейц, загадочный основатель общества розенкрейцеров, составил энциклопедию универсального знания в результате путешествия по Ближнему Востоку; а вернувшись в Европу, первую остановку он сделал в Испании с намерением заняться пропагандой своей доктрины. В этом можно усмотреть скрытый намек на распространение образования, имеющий историческое обоснование.

Культ Ангела-Павлина

В окрестностях Мосула [183]183
  Мосул– город в Ираке, известный производством муслина (мослина).


[Закрыть], стоящего на реке Тигр, что течет в Северном Ираке, неподалеку от развалин древней Ниневии [184]184
  Ниневия – древний город Ассирии, разрушенный в 612 г. до н. э. войсками вавилонян и мидян


[Закрыть], обитают езиды [185]185
  Езиды —последователи религиозной секты, близкой к зороастризму, признающие единого бога Йаздана. В их вероучении имеются элементы христианства (несторианства), иудаизма и ислама.


[Закрыть]– небольшая религиозная секта неизвестного проихождения. В 15-м веке в секту входило около 250 тысяч человек. Впоследствии им пришлось пережить период жестоких гонений, и в результате их осталось не более 50 тысяч. Основы веры этих людей сформировались под влиянием ранних контактов с бесчисленными направлениями религиозных традиций, наводнявших долину реки Евфрат.

Исайя Джозеф, немало времени посвятивший глубокому изучению священных книг и традиций езидов, пишет: «Они говорят, что заимствовали посты и жертвоприношения от ислама, крещение – от христиан, запрет на некоторые виды пищи – от иудеев, формы поклонения – от идолопоклонников, сокровенность доктрины – от рафидов (шииты), человеческие жертвоприношения и веру в переселение душ – от доисламских арабов-язычников и сабеев» [186]186
  Isya Josef. «Devil Worship».


[Закрыть].

Несмотря на то, что большинство историков и беллетристов полагало, будто езиды были поклонниками дьявола, священные писания и изустные предания этой секты не дают для такого предположения никаких оснований. Дело скорее всего в том, что такого рода маленькая группа, отказавшись принять доктрины влиятельных религий, в окружении которых она находилась, вполне естественным образом вызывала к себе сильнейшую неприязнь с их стороны.

Согласно теологии езидов, верховное божество, явившееся первопричиной мира, создало вселенную и затем передало ее заботам семи богов, каждый из которых правил в течение десяти тысяч лет. Нынешним правителем является МелекТа-ус. Когда его век или эпоха закончится, власть перейдет к следующему божеству высшего порядка. В священном писании езидов под названием «Ал-Джил-ви» Мелек Та-ус говорит устами одного из своих пророков: «Я вездесущий и помогаю всем, кто верит в меня и призывает меня, оказавшись в беде. И нет такого уголка во вселенной, где не испытывают моего присутствия. Я участвую во всех делах, но стоящие от них в стороне (профаны) называют их злыми, ибо природа их не согласуется с тем, что они почитают правильным. Каждый век имеет своего распорядителя, который руководит событиями в соответствии с моими указами. Должность эта меняется из поколения в поколение, дабы правитель этого мира и его вожди могли исполнять свои обязанности согласно собственному предназначению и каждый в предписанный ему срок».

Вопреки противникам секты, настойчиво утверждающим, будто Мелек Та-ус – не кто иной, как глава «падших ангелов», подобное заявление полностью противоречит главной концепции езидов, согласно которой семь богов считаются представителями, назначенными высшей силой, которая устанавливает порядок всех вещей в природе. Здесь ощущается несомненное присутствие азиатского эзотеризма, а Мелек Та-ус рассматривается как владыка материального мира, а значит, и попечитель душ, которые упали в состояние зарождения.

Езиды, почитавшие Мелек Та-уса, представляли его в виде особого символа, называемого «санджак». На нем изображается фигура павлина с надутой грудью, маленькой головой и широко распущенным хвостом. Эта птица, обычно достаточно грубо сделанная из желтой меди, стоит на подставке, по виду напоминающей высокий и довольно изящный канделябр. Во время религиозных церемоний к этой главной эмблеме присоединяли две лампы с семью горелками. По некоторым сведениям, существуют прекрасно выполненные символические фигуры павлинов, изготовленные из чистого золота и инкрустированные драгоценными камнями, но их никто не видел, кроме членов самого ордена.

Первоначально было семь священных санджаков, по одному на каждую из семи общин езидов. Некоторые из этих фигурок были похищены – вернее сказать, украдены – мусульманами, пытавшимися подавить их веру. Однако езиды только улыбались, объясняя, что отнятые у них идолы были просто копиями, а оригиналы хранятся в надежном месте.

Езиды верят в переселение душ и перевоплощение. Согласно их учениям, души добродетельных получат новую жизнь в человеческих телах, а те, кто согрешил против веры или правоверных, могут вернуться а этот мир в образе животных. У них приняты мистические обряды и дисциплины, а также вера в то, что Мелек Та-ус может говорить с ними устами святых. А то, что подобные послания, переданные в разные времена, часто существенно различались и даже противоречили друг другу, практически не имело никакого значения.

В «Черной книге» езидов утверждается, что самые первые санджаки были сделаны одним из семи богов, который отдал их на хранение царю Соломону. В той же книге имеется вполне определенное указание на то, что Мелек Та-ус спускался на землю в давние времена, жил среди людей и излагал им свое учение, правила и традиции. Переданные им законы стали священным наследием и переходили из поколения в поколение. По-видимому, уже тогда возникло настойчивое требование скрыть от неверующих книги и традиции Ордена, чтобы не допустить извращения текстов и осквернения таинств.

В период между ноябрем 1845 года и апрелем 1847-го доктор церковного права мистер Остен Генри Лейард проводил обширные раскопки в Нимроде, что не помешало ему совершить несколько экскурсий по близлежащим окрестностям. Он посетил горные убежища несториан и удостоился чести побывать на ежегодном празднестве езидов, проходящем с большой пышностью. О пережитых им приключениях он подробно рассказал в своей книге «Ниневия и ее руины». Мистеру Лейарду удалось быстро наладить самые дружеские отношения с местными жителями, а посему ему было позволено присутствовать на обрядах и церемониях, куда чужеземцы обычно не допускались. Его выводы об обществе езидов представляют огромный интерес для ученых, поскольку автор, проявляя крайнюю сдержанность, имел возможность тактично задавать множество вопросов лидерам секты, а значит, все сведения о них были получены из первых рук.

Лейард полагает, что мистерии секты восходят к формам поклонения, введенным Семирамидой, царицей Вавилона, однако он уверен, что современные езиды не совершают никаких позорных обрядов, связанных с вавилонским культом [187]187
  «…не совершают… с вавилонским культом». – Здесь присутствует игра слов, так как baeylonianв английском языке означает одновременно и «вавилонский», и «порочннй, греховный».


[Закрыть]. Напротив, он находит их спокойными и нравственными людьми, скромными и кроткими. Все ритуалы, на которых Лейарду удалось присутствовать, хотя и действовали возбуждающе и включали ритуальные танцы, были в высшей степени нравственны. При этом действия, объявленные еврейским законом непристойными, не допускались. Езиды признают единое Верховное Существо, но не возносят ему молитв и не совершают в его честь жертвоприношений. Особый страх у них вызывает сила падшего ангела. Лейард пишет: «Они никогда вслух не произносят имени злого духа, а любое упоминание о нем другими настолько раздражает их и выводит из себя, что они якобы даже предавали смерти тех, кто просто так, ради озорства, оскорблял их чувства неосторожными высказываниями. Они до такой степени боятся потревожить принцип зла, что старательно избегают употреблять в речи выражения, по своему звучанию похожие на имя Сатаны или арабское слово «проклятый»».

По рассказам Лейарда, езиды говорят о дьяволе с таким же глубоким уважением, как и о Мелек Та-усе, Царе-павлине или могущественном ангеле Мелек ал-Куте. Шейх Наср признался Лейарду, что у него есть фигурка птицы, но настаивал, что ее следует считать скорее символом, нежели идолом. Не обладая должным знанием эзотерической доктрины езидов, довольно трудно согласовать разные описания и рассказы, даже если они исходят непосредственно от самих членов секты. По словам Лейарда, «они считают Сатану главой небесного воинства, который ныне несет наказание за открытое неповиновение божественной воле, но по-прежнему всемогущ и в будущем восстановит свое высокое положение в небесной иерархии. Они говорят, что необходимо снискать его расположение и оказывать ему всяческое уважение, ибо если сейчас он обладает силой делать зло человечеству, то впоследствии он будет обладать силой вознаградить их».

Из всего вышесказанного отнюдь не следует, что эти люди преклоняются перед злом; скорее, они не склонны враждовать с падшим ангелом. Они ведут достойную и честную жизнь, дабы к тому времени, когда Сатана искупит свои грехи и воссоединится с принципом добра, они смогли получить вознаграждение, соответствующее их поведению. Люди, обитающие в пустынях и горах, всегда отличались практическим складом ума. Как и последователи других древних религий, они разделяют убеждение, что нет никакой необходимости приносить жертвы принципу добра, так как он, в силу своей природы, не причинит им вреда. Напротив, их заботят невзгоды и опасности бытия, персонифицированные ими в образе врага, которого требуется умиротворять, дабы он не обрушил несказанные бедствия на головы тех, кто навлек на себя его неприязнь. Ведь будь они преданными поклонниками дьявола, они не почитали бы Христа, который был для них великим ангелом, принявшим человеческий облик. Если под их пониманием Сатаны подразумевать «Князя мира сего», который упоминается в Новом Завете и призван определять период между грехопадением человека и его спасением, и объяснить это с точки зрения изолированного общества простодушных людей, то кажущийся конфликт идей становится постижимым, если вообще не теряет актуальность.

Езиды, глубоко почитая Ветхий Завет, верят в космогонию книги «Бытие», всемирный Потоп и другие описанные в Библии события. Они не отвергают ни Новый Завет, ни Коран, считают Мухаммеда пророком и чтят Авраама и других патриархов. Второго пришествия Христа они ожидают не меньше, чем нового появления имама Махди. Шейх Ади почитается ими как великий святой, хотя Лейарду не удалось узнать о нем никаких подробностей. Неизвестно даже время его жизни, хотя шейх Наср и утверждает, что жил он еще до рождения Мухаммеда. Этот шейх Ади общался с небожителями и творил чудеса. Легенды, сложенные о нем, наводят на мысль, что его можно было бы найти среди Адептов Ближнего Востока. Лей-ард полагает, что езиды, исходя из их хронологии, могли быть связаны с культом «манов» [188]188
  Маны– по верованиям древних римлян, души умерших предков, почитавшиеся как благожелательные «боги».


[Закрыть]. Во время церемоний, на которых присутствовал Лейард, они монотонно распевали древние песнопения, называя некоторые из них «Песней об ангеле Иисусе». Однако язык их был настолько искаженным, что нельзя было разобрать ни слова.

Весь этот символизм представляет собой часть обычных атрибутов ложи посвященных, или Адеп-тов-учителей. Семь бронзовых павлинов символизируют мастеров езидов, а за внешней стороной жизни секты скрываются идеи тайной доктрины. Жестокие гонения, пережитые езидами, заставили их защищать свой эзотерический культ всеми возможными способами. И крайне сомнительно, чтобы кто-либо не принадлежащий к обществу езидов смог постигнуть мистерию «темной звезды» и ее безмолвного правителя. Изредка на свет божий являются некоторые отрывочные сведения об этой древней религии мудрости, однако главные ее секреты сохраняются для тех, кто разгадал тайну «ангела павлина».

Друзы Ливана

Особенность мистической секты друзов состоит в том, что некоторые направления узкоспециальных и чрезвычайно сложных для понимания религиозных учений, как западных, так и восточных, навязаны людям, не обладающим глубокими знаниями и не имеющим особых способностей к ним. Сегодня секта насчитывает около 150 тысяч членов, разбросанных по разным мелким общинам Сирии и прилегающих к ней областей. В своих верованиях друзы придерживаются системы, включающей элементы орфического мистицизма греков, индийского эзотеризма, ближневосточного и североафриканского трансцендентализма, морализма Ветхого Завета, этических спекуляций ислама, поклонения звездам и персидской «Авесты» [189]189
  «Авеста»(от др. – перс. «абаста» – «закон») – собрание священных книг религии зороастризма, возникшее предположительно в первой половине первого тысячелетия до н. э. Содержит свод религиозных и юридических предписаний, молитвенные песнопения, гимны зороастрийским божествам; включает множество мифологических элементов.


[Закрыть]. Подобные составляющие, безусловно, непонятны для среднего друза, довольствующегося представлением, что предназначение его веры заключается в том, чтобы объединить религии всего мира и навсегда положить конец фанатичным стремлениям, с незапамятных времен разобщающим правоверных.

Так случилось, что даже простое и естественное желание примирить людей доброй воли приумножило беды, веками преследовавшие друзов. Терпимость никогда не была популярной, а посему неудивительно, что приверженцам столь странной веры нечего было рассчитывать на расположение со стороны сект со своими символами веры, процветавших в регионах, где расселились общины друзов. Христиане негодовали на мусульман за их симпатии к этой общине, а мусульмане подозревали христиан и иудеев в согласии с доктринами друзов. Однако этот культ меньшинства, хотя и оказался меж двух жерновов, все же выжил и просуществовал несколько столетий. Не прибавило друзам популярности и то, что они объявили о своем особом интересе к нравственной и этической культуре Китая. Они считали китайцев друзами по убеждению, хотя те и не называли себя таковыми.

Дабы избежать преследований со стороны могущественных соседей, друзы включили в свой кодеке статью о вере, позволяющую им скрывать свое членство в ордене и объявлять себя стойкими приверженцами одной из религий, господствующих в регионах их проживания. Так вот и жили они в состоянии общественного конформизма и алчного неприятия. Свою позицию они подкрепляли еще и тем, что считали все другие религии не более чем искаженными формами друзианства. По счастью, они не выказывали склонности обращать других в свою веру и не проявляли интереса к тому, чтобы самим стать новообращенными, и именно эта незаинтересованность и помешала их исчезновению. Хотя обычно принято рассматривать их как боковую ветвь исламизма, предположение такого рода вряд ли можно считать верным. Секта возникла в среде мусульман, но с самого начала своего существования она обнаруживала явные черты гностицизма. Гностики процветали в Северной Африке – там, где зародилось друзианство, и должно быть, более точным было бы связать появление секты с периодом возрождения классической философии среди мусульман. Как и сам Мухаммед, испытавший на себе сильное влияние несторианского христианства и иудаизма, основатели секты друзов были, несомненно, знакомы с различными философскими системами. Отношение друзов к такой сложной проблеме, как Иисус-человек и принцип Христа, складывалось на основе учения александрийских гностиков.

Друзы прославились своей бережливостью, гостеприимством и храбростью и, будучи к тому же прекрасными собеседниками, могут свободно разговоривать на любую тему, за исключением секретов их религии. При некотором же нажиме с целью выведать эти секреты у них наступает внезапный провал памяти или возникают языковые трудности. Однако, подобно большинству религиозных людей, они обладают тонкой восприимчивостью, позволяющей им точно оценивать человеческую натуру, а поэтому некоторым недрузам, проявившим искреннее стремление к знанию и надлежащую умеренность, было позволено изучить отдельные части их доктрины. Тому, кто вел в обществе друзов спокойную и тихую жизнь, постепенно завоевывая уважение секты, удавалось преодолеть скрытность этих людей.

Согласно историческим данным, друзианство было основано в 11-м веке христианской эры персидским мистиком по имени Исмаил ад-Дарази. В то время халифом Египта был ал-Хаким би’амриллахи из династии Фатимидов. В условиях постоянно растущего влияния мистических взглядов этот халиф провозгласил себя воплощением Бога и, возможно, будучи душевнобольным, за весь период пребывания на троне проявил себя крайне деспотичным и непредсказуемым правителем вплоть до времени своего исчезновения в 1021 году н. э. Предполагают, что он был убит, но поскольку судьба халифа так и не была выяснена, вокруг его кончины ходило множество самых нелепых слухов. По сути дела, ал-Хаким вряд ли представлял собой нечто большее, чем просто громкое имя, и трудно поверить, что он был создателем тех доктрин, автором которых его повсеместно считают. Поэтому друзов Ливана совершенно напрасно обвиняют в заимствовании своей религии у сумасшедшего халифа, по характеру очень похожего на Нерона. На самом же деле друзы, как мусульмане, так и немусульмане, следуют возвышенному этическому кодексу, что заставляет окружающих друзов неверующих считать их в большей или меньшей степени пуританами.

В Соединенных Штатах проживает некоторое число друзов, которые обычно выдают себя за сирийских христиан и отнюдь не расположены обсуждать свою веру с первыми встречными, разве только слушатель окажется достаточно подготовленным и благожелательно настроенным. В манерах и внешних проявлениях образованного друза ничто не навело бы вас на мысль о том, что он представляет собой нечто примечательное. В делах он честен, в частной жизни доброжелателен и терпим, а в общественных отношениях проявляет высокое чувство гражданской ответственности. Обсуждая с сирийскими друзами, принявшими американское гражданство, некоторые вопросы их религии, я очень скоро убедился, что многие из своих древних верований они относят к сфере фольклора, но живо реагируют на упоминания об эзотерических доктринах восточных народов. Один из них поведал мне, что слышал от матери о существовании Адептов и тайных школ в отдаленных областях Азии, но не придавал этому серьезного значения, пока не повстречался в Америке с мистическими обществами. Подобно приверженцам большинства других вероисповеданий, друзы очень восприимчивы к идее тайной доктрины, скрытой за внешним антуражем религиозных систем. И один из друзов высказался об этом так: «Мне рассказывали обо всем этом еще в детстве, но я ничего не понял».

Друзианская система посвящения, как почти во всех эзотерических сектах, предполагает видения, состояния транса и сопутствующие им психические феномены. Мастера секты, несомненно, обладают обширными познаниями в области натуральной магии и, подобно жрецам почти всех древних сект, способны вызывать сверхъестественные явления. Возможно, что они заимствовали свои дисциплины у офитов [190]190
  Офиты —одна из самых ранних гностических сект в Египте, известная как «Братство Змия».


[Закрыть], весьма сведущих в тайных науках. Разумеется, уверенность высших членов друзианской секты в правильности их эзотерических наук была настолько сильна, что их просто невозможно было обратить в какую-то другую веру. В их обряды входили посты, ритуалы очищения и обязательства хранить тайну. Они полностью вписываются в концепцию многих братств во всем, что касается взаимной помощи, защиты свих членов и благотворительности.

У друзов есть семь заповедей, или принципов, которым они неукоснительно следуют: 1) Бог един и неделим; 2) истина превыше всего; 3) религиозная терпимость есть добродетель; 4) все добропорядочные мужчины и женщины заслуживают уважения; 5) полное подчинение воле Бога; 6) чистота помыслов, души и тела; 7) взаимная помощь и поддержка в годину невзгод.

Мужчины и женщины имеют право стать посвященными на условиях полного равенства, что само по себе необычно для восточных сект. Мастера друзианской веры считаются людьми в высшей степени почтенными, к которым обращаются за советом по наиболее важным вопросам. Их совету или мнению следуют безоговорочно. Дети получают в обществе друзов хорошее образование, а семейная жизнь отличается простотой и достоинством. В прежние времена образование в большой мере было отдано на попечение достигших более высокого уровня развития членов общества. Не очень воинственные по натуре, друзы готовы в любой момент защитить свою культуру, подтверждением чему могут послужить периоды напряженной борьбы между ними и мусульманами. Конфликты эти, однако, уже дело прошлое, и теперь общины живут в мире и трудах.

Представляется весьма затруднительным дать краткое изложение доктрины друзов, поскольку большая часть сведений о ней получена от их противников, христиан и мусульман. Ведь даже те, кто хотел бы сохранить беспристрастность, или не имели прямых контактов с сектой, или в какой-то степени находились под влиянием расхожего мнения. Наилучшим, по-видимому, следует признать краткое описание, данное графом Карнарвоном: «Впечатляющая доктрина веры в единого Бога, которому невозможно присвоить никакие атрибуты, пред которым немеет язык, слепнут глаза и отказывается постичь разум, само имя которого нельзя произносить всуе, который венчает пирамиду друзианской теологии, удаляющей небеса слишком далеко от людей и их дел; поэтому-то в последующие века отражение и воплощение Божества и вместило слабости человеческой натуры. Девять раз до этого – согласно учению Хамзы [191]191
  Хамзабен Али (ум. после 1042 г.) – основатель первоначальной доктрины друзов, разработку которой завершил Джамал ад-дин Абдаллах ат-Тану-хи (1417–1479 гг.).


[Закрыть], в Индии, Аравии и Африке – соблаговолил высший разум проявиться в форме и под именем смертных. В образе Хакима в десятый и последний раз открылась воля Бога, проявилось его терпение и прозвучал окончательный призыв к упорствующему во грехе миру. Двадцать шесть лет «дверь», по образному выражению друзианских ученых-богословов, оставалась распахнутой перед христианами и мусульманами, иудеями или иноверцами. Но, когда период благоволения истек, обращение закончилось и непросвещенный мир остался без приглашения в будущее, покинутый до тех пор, пока не настанет великий конец смертных. В разгар сбора армий и несчастий правоверных мусульманство падет и Мекка не будет более священной, и тогда снова явится Хаким, дабы завоевать землю и утвердить превосходство религии друзов» [192]192
  См.: «Recollections of the Druses of the Lebanon». London, 1860.


[Закрыть].

Миссионерам, пытавшимся проникнуть на тайные ритуалы друзов, иногда позволялось присутствовать на церемониях, организованных специально для увеселения надоедливых неверующих. Это привело к заключению, будто доктрина друзов состоит из двух противоречивых систем, одна из которых предназначена для мирян, а другая – для посвященных. На самом же деле эзотерическое учение – всего лишь расширение экзотерической традиции, при помощи которой мистические реалии сначала воспринимают через истолкование, а затем познают.

Другая выдержка из сочинения графа Карнарвона, «съевшего в этом деле собаку», довольно точно передает путаницу в голове жителя Запада: «Постепенно, очень постепенно, ему (неофиту) позволяется снимать покровы, окутывающие главную тайну: он осознает глубокий смысл чисел, постигает туманные высказывания священных писаний, которые прежде воспринимал буквально, и его слуху и разуму в двусмысленном выражении передается двоякое и особое значение. Коран превращается в аллегорию; даже жизнь и поступки его собственного имама становятся всего лишь слабым подобием далеких истин… Продолжая в том же духе, он начинает осознавать, что распутывает паутину, которую только что сплел: что он учится только для того, чтобы забывать то, что знал; он действует и ступает по обломкам того, во что верил прежде; медленно, мучительно, почти падая, взбирается он на каждую следующую ступень посвящения, пока не пройдет все мистические семь или даже не менее мистические девять. И словно в насмешку над надеждой на полное воздаяние, при каждом шаге он слышит, как ступенька, на которую он ступал перед этим, крошится и с грохотом обрушивается в рокочущую под ним бездну» [193]193
  См.: «Recollections of the Druses of the Lebanon». London, 1860.


[Закрыть].

Описание лорда Карнарвона, если и не полностью соответствующее фактам, весьма драматично. Западный ум не приспособлен к кабалистическим спекуляциям. Для лишенного воображения теолога-буквоеда возможность существования тайной веры, позволяющей достичь внутреннего озарения и преобразовывать материальные субстанции веры через вдохновение и откровение, кажется немногим лучше, чем нелепые предрассудки. И даже выслушав друзианского учителя, подчеркнувшего важность аллегорического ключа к своей религии, его непосвященный слушатель редко станет использовать этот ключ для постижения скрытого смысла преданий, терпеливо излагаемых перед ним учителем-друзом. Возможно ли, чтобы члены мистической секты, мастера которой достигли просветления путем медитации, молитвы и благочестивой жизни, могли верить буквально в то, что отвратительный халиф ал-Хаким на самом деле был воплощением Бога или что дверь к спасению стояла распахнутой в течение двадцати шести лет?