Текст книги "( Не) пара для вампира (СИ)"

Автор книги: Мэл Кайли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

Расклешённые рукава плавно покачивались при каждом движении, собранные в высокую причёску медные локоны обнажали шею. Заметив, что я восхищаюсь её нарядом, вампиресса покружилась.

– Вы великолепны, леди Шарлотта, – не могу сдержать искреннего восхищения при виде красивой и уверенной в себе женщины, а бессмертная ехала на бал покорять и подчинять.

– Взаимно, граф, – пропела довольная красавица, взяв меня под локоть и окинув красноречивым взглядом. Молодец, Элиот, не зря старался.

Решил, раз уж я официально считаюсь сопровождающим, то имею право сопровождать, и вместе мы выплыли на широкое парадное крыльцо, на нижнюю площадку которого с другой стороны как раз спустилась Николь.

Маркиза пленила сочетанием светлой фарфоровой кожи и тёмно-алого платья, с открытыми плечами, спиной и более чем смелым декольте.

Откровенность наряда компенсировалась сдержанным блеском сатина, строгими закрытыми рукавами и длинной юбкой, не сковывающей движений. На шее красовалась чёрная бархотка с рубином в центре и множеством тонких золотых цепочек, так и ведущих взгляд в ложбинку груди.

Если Шарлотта решила покорять, то Николь – искушать.

Наши взгляды встретились на мгновение, и я ощутил с кристальной ясностью, что лично меня долго искушать не придётся.

Что-то такое мелькнуло в голубых глазах при виде нас с леди Шарлоттой рука об руку, но вампиресса совладала с эмоциями. Откинула на спину блестящие локоны, сколотые с двух сторон рубиновыми шпильками, и повела покатым плечиком, гипнотизируя томным взором из-под ресниц.

– Тёмной ночи, – улыбнулась подруге, не удостоив меня вниманием. – Чудесно выглядишь, Лотти, – произнесла с придыханием и, подхватив графиню под свободную руку, разделила нас и увлекла её к экипажу.

Леди Сен Клэр обернулась, чтобы одарить извиняющейся улыбкой, но злился я не на неё.

Вспомнилась горячая сцена с Дженной, после которой впечатлительная шатенка влюбилась в вампирессу. Я, наверное, тоже, хотя тогда ещё не подозревал.

Сделав глубокий вдох и выдох, на минуту прикрыл глаза. Ночь обещала быть долгой. Стоило остаться в загородном поместье и укрощать неверную плоть упорными тренировками с собратьями.

В карете пытка продолжилась: невыносимая маленькая маркиза не упускала случая ненавязчиво провести туфелькой по моей ноге, облизнуть подкрашенные алым губы, прогнуться в спине, коснуться тыльной стороной пальцев шеи подруги, убирая рыжий локон – в общем мстить со вкусом бессмертная умела.

Леди Шарлотта наблюдала за нами со смесью насмешки и сочувствия.

– Дорогая, если ты хочешь пригласить графа на танец втроём, – произнесла графиня так провокационно, что стало ясно: речь идёт вовсе не о танцах, – то дождись конца мероприятия.

Лукавый взгляд достался Николь, обольстительная полуулыбка – мне.

С этими двумя вампирессами с ума можно сойти!

Одна лишала последних крупиц самообладания, вторая от души забавлялась и наслаждалась процессом. С другой стороны, правила игры мне известны. И вместо того, чтобы сопротивляться, могу подыграть.

– А вы готовы присоединиться, леди Шарлотта? – спросил на выдохе, отчего имя графини произнёс почти шёпотом. Наклонившись к ней, провёл кончиками пальцев по юбке платья, повторяя контур бедра на грани приличий.

– Люблю неизведанные ощущения, – мурлыкнула бессмертная, крайне довольная ролью приглашённой звезды в чужом спектакле.

Судя по лицу Николь, я её переиграл.

Вопреки всему, мне не доставляло удовольствия ранить возлюбленную, так что решил ограничиться многообещающей улыбкой и вернуться на своё сиденье.

К месту проведения бала дебютанток – большому императорскому дворцу – мы трое прибыли во взвинченном состоянии. Первой, не дожидаясь помощи, из экипажа выскочила Николь, за ней чинно выплыла леди Шарлотта, я замыкал парад.

Случалось мне снимать и красные дорожки в центре Манополиса, но такого столпотворения я в своей жизни ещё не встречал.

Богато украшенные кареты теснились, выпуская в свет всё новых разодетых аристократов. Кучеры кричали и ругались – точь-в-точь водители э-мобилей на подъезде к аэропорту. Красная ковровая дорожка тоже присутствовала, вела по высоким ступеням в холл дворца. Владения императора впечатляли своей готической монументальностью, мрачным шиком.

Я бы, наверное, потерялся в пёстрой толпе, засмотревшись на красавиц всех возрастов и мастей, если бы меня не подтолкнул в направлении парадной лестницы приодевшийся по случаю Элиот.

Причиной суматохи в том числе являлось и то, что каждого чистокровного вампира сопровождал личный слуга, а иногда и не один.

Миновав сборище эффектных незнакомцев и оказавшись в бальном зале немногим позже двух бесстыдных подруг, я призвал всю свою волю и концентрацию, чтобы не раскрыть рот и не пялиться по сторонам, как дегенерат.

Массивные хрустальные люстры под стрельчатыми сводами, свечи в напольных многоуровневых канделябрах, окна в пол, кровь, льющаяся по пирамидам из бокалов. Живой оркестр в широкой нише и полногрудая брюнетка, чудесным чистым голосом вторившая ему.

А вампиры умеют отрываться. По-своему.

Запах крови и блеск окружения пьянили. Выцепив с подноса бокал с алой жидкостью, с удовольствием пригубил. Если ночь продолжится в том же ключе, силы мне потребуются.

Стоило нагнать леди Шарлотту и Николь, как началась беспрестанная череда представлений и знакомств. Некоторые имена я помнил, другие, видимо, не столь значимые, слышал впервые.

Повезло, что в мире чистокровных у меня появился проводник.

Графиня Сен Клэр чувствовала себя в родной стихии и блистала. Несмотря на долгое отсутствие как в столице, так и в Полночной империи, она была широко известна свету и могла похвастаться множеством полезных знакомств.

Рыжеволосую вампирессу при дворе любили и восхищались ей, несмотря на статус, но куда больший ажиотаж вызвало внезапное возвращение маркизы Бертье.

Понимая, как Николь чувствовала себя в толпе окруживших её дворян, никого из которых она не помнила, но они все знали её, поспешил на помощь. На выручку подруге пришла и леди Шарлотта.

– Позвольте представить нашего очаровательного спутника, граф Маркус Кросс, наш друг из Подлунного королевства, – ворковала графиня, оттягивая внимание и позволяя вампирессе перевести дух.

– И скажу по секрету, граф совершенно холост, – медовым голоском добавила она, не обрадовав внезапной откровенностью ни меня, ни Николь.

Посыпались вопросы, к которым меня готовили, но отвечать я не успевал – конечно, новое лицо при дворе, да ещё и не женат, чтобы леди Сен Клэр язык прикусила!

Ощутил себя на очень пристрастном интервью, где одни норовят уколоть побольнее, а другие – раскусить тебя и первыми выудить сенсационное признание.

Впрочем, в лучших традициях Лоско-сити.

– Отлично держишься, – шепнула графиня, мелькнув среди приглашённых и через минуту исчезнув.

И правда, она мне буквально тройничок предложила в карете, можно больше не размениваться на титулы и отстранённые обращения!

Легенда трещала по швам, голова трещала по швам, терпение трещало по швам, и в один момент я ощутил, что вот-вот захлебнусь в душной во всех смыслах толпе. Зверь в груди зашевелился, напрягся, если глаза загорятся синим, местная знать меня в покое не оставит, разберут на опыты по клочкам.

Прохладное прикосновение знакомых пальцев вернуло на землю.

Юркнув передо мной, Николь очаровательно улыбнулась и увела разговор незнакомых знакомых в сторону своего отца – лорда Бернарда Бертье. У меня появилась минута, чтобы выдохнуть. За спиной, на другом фронте, отдувалась леди Шарлотта.

Захотелось улыбнуться.

Невыносимые, но уже почти родные. По крайней мере, в беде не бросят, несмотря на обиды.

Нашу востребованную троицу спас протяжный звук труб, заставивший живое вампирское море разойтись в две стороны. Поставленным голосом церемониймейстер объявлял по старшинству членов Совета, и они присоединялись к гостям в зале.

С десяток крепких, умудрённых опытом мужчин воплощали власть погибшего императора на земле Полночной империи. Все имена были мне знакомы.

Кроме одного.

– Герцог О́рэ де Эви́ль, – провозгласил глашатай, и толпа снова заволновалась, зашепталась.

– Главный кандидат Совета на место нового правителя, – шепнула леди Шарлотта, как тень появившись за плечом.

Герцог нёс себя по залу с достоинством потенциального императора, время от времени приветствуя кивком головы или сдержанной улыбкой кого-то из знакомых.

Первое, что бросилось в глаза, так это то, что Орэ значительно моложе любого из Совета старейшин, а силой от него фонило ничуть не меньшей.

Высокий, стройный, с длинными прямыми белыми волосами, собранными в небрежный хвост, и холодными серыми глазами – он производил двоякое впечатление.

Чувствовалась в незнакомце и стать, и спесь; и гордость, и надменность; и благородство, и высокомерие. Любопытный персонаж. Колоритный, я бы даже сказал.

Безупречный в сдержанном стальном костюме и в манерах. В тонких аристократичных чертах лица. Вампир, знающий цену себе, но вряд ли другим. Голубая кровь в сто десятом поколении.

Может, так и должен выглядеть император, не знаю.

Политика Дракарда интересовала меня на уровне общего развития, поскольку через пару недель мир бессмертных перестанет быть моим, а я – его. Расстанемся друзьями, так сказать.

Я вполглаза наблюдал, как любимчик Совета плывет по залу, оставляя за собой шлейф из слухов и сплетен, когда вампир остановился напротив нас троих.

Леди Шарлотта опустилась в глубоком реверансе, Николь, помешкав, повторила за подругой, я ограничился кивком головы и прямым взглядом глаза в глаза. Как посол, или шпион, или поданный другого государства могу себе позволить.

А если и не могу – плевать. Раболепствовать я не привык.

Орэ дёрнул уголком губ и прищурился. Не привык, видно, что перед ним не преклоняются. Добро пожаловать в реальность. Бессловесная дуэль длилась несколько секунд, затем вампир улыбнулся и повернулся к маркизе.

– Моя милая Николь, – произнёс глубоким бархатным голосом.

Таким, какой мог бы вести за собой массы.

Вот так, не маркиза Бертье, не миледи, а словами собственника. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не ляпнуть что-то ироничное и неуместное.

– Наконец-то ты нашлась, – добавил тише и обратил взгляд вампирессы на себя, приподняв лицо за подбородок.

Стоило неимоверных усилий удержать в себе зверя и сохранить лицо. Страстно хотелось удушить ублюдка, стереть самодовольную полуулыбку с тонких губ.

Ведомая чужим прикосновением Николь поднялась, устремила непонимающий взгляд на незнакомца.

– Надеюсь, ты подаришь мне первый танец? – повысив голос, во всеуслышание спросил блондин, словно права заявлял. На мою вампирессу.

Сжал руки в кулаки, соскребая остатки хладнокровия. Не может никому не знакомый граф наброситься на герцога. Особенно если он выходец из почти вражеской страны.

– Прошу прощения, герцог, не думаю, что это уместно, – всматриваясь в лицо блондина, попыталась отвертеться напряжённая маркиза. Даже отступила на шаг.

Моя девочка, одобряю.

Незаметно дотронулся до ладони Николь за спиной, чтобы подбодрить её.

Вместо того, чтобы оскорбиться, Орэ рассмеялся тихим грудным смехом.

Звуки новой мелодии заполняли зал, как пары – паркет. Вампир наклонился к Николь, и я ощутил предупреждающее прикосновение леди Шарлотты, придержавшей меня за запястье.

– Конечно, уместно, тьма моих глаз, – ласково ответил де Эвиль и взял маркизу за руку, собственническим жестом сплетая пальцы. – Ведь мы помолвлены.

Глава 8

Новость произвела эффект разорвавшегося снаряда.

Не только на меня или Николь, но и на присутствующих в зале. Минута заинтригованного затишья сменилась всплеском возгласов, аплодисментов, поздравлений, пересудов. Зал заштормило, как во время бури.

Воспользовавшись замешательством маркизы, Орэ вывел её в центр площадки для танцев и церемонно поклонился. Все взгляды приковались к ним двоим, и вампирессе ничего не оставалось, кроме как принять приглашение.

«Я убью его. На лоскутки порву», – первая сознательная мысль принадлежала не мне, а зверю. Впрочем, я был с ним солидарен. Смотреть, как незнакомец кружит твою любимую женщину в вальсе, как прижимает за талию к себе, сделалось невыносимым.

Будь он хоть трижды император – закопаю!

– Ты знала об этом?! – накинулся на леди Шарлотту, от негодования позабыв про титулы и светские обращения. Не растерявшись, та увлекла меня в танец, чтобы приблизиться к месту событий.

– Успокойся, Марк, на нас смотрят, – с очаровательной улыбкой процедила рыжеволосая красавица и подала мне руку.

Пялились и правда все, кому не лень. Похоже, личная жизнь графини Сен Клэр и её фавориты также являлись желанным объектом для сплетен. Пришлось расправить плечи, поднять подбородок и сделать вид, что очарован партнёршей.

– Уже лучше, – хмыкнула вампиресса, подхватывая шаги и ритм танца.

Вовремя разучил движения, поскольку они занимали мои мысли в последнюю очередь.

– Напоминаю, граф, что последние два года я провела в Подлунном королевстве, налаживая дела отца, – вернувшись к церемониям, подсказала графиня и прогнулась в спине. – Так что я понятия не имела о помолвке.

Николь, подозреваю, тоже.

В ней много противоречий, но я ни за что не поверю, что вампиресса решила закрутить роман при живом женихе. А может, маркиза вспомнила о нём, вернувшись на землю Дракарда, и потому избегала меня долгое время?..

Глухой рык почти удалось подавить, но леди Шарлотта расслышала и усмехнулась.

– Я ведь предупреждала, Маркус, – решила подлить масла в огонь она. – Будущий император и наследница одной из самых чистокровных семей, какая способна подарить ему наследника – что-то подобное должно было случиться.

– Ты не помогаешь, – графиня поморщилась, и я понял, что сдавил изящную ладонь до боли, и разжал пальцы.

Хотел бы я знать, о чём они говорят.

Серьёзная хмурая Николь и обманчиво расслабленный Орэ де Эвиль.

Красивая пара, даже слишком – из-за похожего типажа внешности выглядели они, как брат и сестра. Об их идеальных белокурых детях думать не хотелось. И тем более о том, каким путём они появляются.

– Выдохните, граф, – прошептала графиня, с лёгкостью изображая беспечность и новую фигуру танца. – Не вздумайте всё испортить и тягаться с герцогом. Холодный разум – ваше преимущество. Пусть Николь сама разберётся. Насладитесь вечером, а приятное общество я вам обеспечила.

Лукаво улыбнувшись, бессмертная поклонилась и отступила.

Я понял, что подруга имела в виду, когда меня обступили наследницы знатных родов со всего Рубариса. Завистниц и соперниц у Шарлотты оказалось немало, и следующие несколько танцев мне пришлось провести с десятью разными красавицами, ни одной из которых я не запомнил.

Западня вышла та ещё: откажи я хоть одной из них во внимании и обрету сразу целый дом влиятельных врагов. Приходилось любезничать и очаровывать навязчивых незнакомок, а единственная женщина, которую хотелось очаровать, кружилась то со Старейшинами, то с отчаянными чистокровными из числа тех, кто не боялся гнева Орэ.

Хоть не с женихом, и на том спасибо. Отвратительное слово – жених.

Чувствуя, что терпение на исходе, прервал последний танец раньше положенного, чтобы успеть перехватить маркизу Бертье у очередного самонадеянного поклонника. Моя роль, и уступать я не собираюсь.

– Марк, – выдохнула вампиресса, щекоча шею, и подалась ко мне всем телом, словно хотела броситься в объятия, но опомнилась. – Это какой-то кошмар!

– Разве ты не должна радоваться блестящей партии? – не удержался от соблазна подколоть подругу, изводившую меня весь вечер. От других бы соблазнов удержаться, когда она прижимается ко мне плотнее, чем того позволяют приличия.

Я ведь не железный, в конце концов!

– Я тебя укушу, – пообещала Николь, сверкнув глазами.

Кажется, ей не до шуток. Зря, юмор – прекрасная защитная реакция.

– Я ничего не помнила о помолвке, клянусь! – в волнении продолжала бессмертная. – Я спросила у каждого из Старейшин, встретила друга моего отца, и все как один подтвердили, что я дала согласие при свидетелях. Даже если и так, та маркиза Бертье не имеет ко мне никакого отношения. Марк, ты мне веришь?..

– Верю, – пришлось отклониться, чтобы не коснуться любимых губ, оказавшихся в непозволительной близости от моего лица.

В этом дурном мире с дурными порядками я поседею. Или заработаю нервный тик.

Некоторое время мы танцевали, сплетаясь телами, дополняя и продолжая друг друга без лишних слов и подсказок. Наслаждаясь приятным обществом. Музыка неумолимо подходила к концу, а вместе с ней и отведенное нам время.

– Я хочу лишь тебя, – наконец, прошептала вампиресса, запустив по телу волну жара, отравленного непониманием. – Но не могу получить желаемое, потому что цена непомерно высока.

– Ты меня с ума сведёшь, ты в курсе? – закинул на партнершу петлю из наших соединённых рук, прижав открытой спиной к груди. – Ты обещала, что между нами не останется недомолвок. И опять что-то скрываешь.

– Плата за нашу близость – твоё здравомыслие и свобода, – мелодия стихла, и стук в висках стал оглушительным. Я покачал головой не в силах поверить в услышанное.

Это же какой-то бессвязный бред!

Расспросить возлюбленную подробнее не представилось возможности, а с леди Сен Клэр я делиться не захотел. Сдавалось мне, тайна Николь очень личная, касавшаяся только нас двоих. А после на арену снова выплыл герцог де Эвиль, и начался цирк с конями.

Маркиза Бертье помолвлена, вот так сюрприз!

Радости Николь не испытала, скорее замешательство. Не помнить прежнюю жизнь – полбеды, но не помнить жениха из прежней жизни – это уже за гранью!

Вампиресса со сдержанным любопытством наблюдала за появлением Старейшин и одного из избранников на роль императора Полночной империи, но и предположить не могла, что тот направлялся к ней.

Стоило герцогу остановиться напротив, окинув взглядом серых глаз, и Николь ощутила крепкую связь между ними. Не воспоминание, а некое смутное чувство, которому затруднялась дать название.

Орэ говорил и обращался с ней не как светский знакомый, даже не как близкий друг, что напугало и смутило девушку. Более того, знал, что она пропала, возможно, искал! Мог ли он быть тем, кто послал убийцу в другой мир за головой неугодной невесты? Влияние и положение позволяли.

Поэтому, когда де Эвиль пригласил её на первый танец, Николь захотелось проявить малодушие и сбежать. Она отпрянула, но вовремя опомнилась. Всматривалась в лицо жениха, стараясь угадать, что у него на уме, что скрывается за спокойными светлыми глазами, галантной улыбкой.

Холодная аристократическая внешность Орэ считалась в Дракарде весьма привлекательной. Природа и её одарила схожими чертами, но чего-то родного, как в Шарлотте, бессмертная не чувствовала.

Пальцы дрогнули, и вампиресса поспешила спрятать руки за спину, чтобы не выдать смятения. Согревающее прикосновение Марка помогло собраться. Может, она ничего не испытывала к жениху, потому что сердце занимал другой мужчина?

Новость о помолвке выбила почву из-под ног, и Николь пришлось последовать за герцогом в центр зала, под прицел множества любопытных глаз. Она и без того попыталась отвергнуть влиятельного наследника, вероятно, будущего императора, и что-то в груди подсказывало, что Орэ не примет отказа во второй раз.

– Надеюсь, мои сопровождающие не утомили вас с Лотти в дороге? – улыбнулся кавалер, притянув её к себе. – Порой они бывают слишком исполнительны.

Его сопровождающие? Так воинов прислал не Совет?..

Выходит, герцог де Эвиль всё спланировал. Хотел, чтобы они с Шарлоттой присутствовали на балу дебютанток в любом случае. Решил заявить права на невесту. Как вампир узнал, что она в Дракарде?

А конвой? Проявление ли это заботы или контроля?

Лотти… Выходит, не только они с Орэ в прошлом знали друг друга, но и графиня Сен Клэр? Почему подруга и словом не обмолвилась, что у неё есть жених?

– Твоих вампиров не в чем упрекнуть, – улыбнулась уголками губ бессмертная, стараясь принять расслабленный и непринужденный вид. – Благодарю за заботу.

Изящно отклонила голову в сторону, как того требовала позиция танца, чтобы не смотреть в глаза высокородного. Николь чувствовала себя открытой книгой, в то время как сама ничего не знала о новоявленном женихе.

– Не передать словами, что я чувствовал, потеряв тебя, – горечь в голосе Орэ тронула маркизу, заставила прислушаться. – Я не мог предположить, что кто-то в Рубарисе осмелится причинить тебе вред, но я не повторю прежних ошибок.

– Орэ, что произошло? – не размениваясь на условности, спросила маркиза.

– Ты ничего не помнишь? – к горечи добавилось сочувствие, вампир тепло сжал её ладонь. Девушка взглянула в его глаза, но не нашла и тени удивления, а значит, Орэ знал куда больше, чем она думала.

– Ничего, герцог, – покачала головой. – Поэтому, если мы правда что-то значили друг для друга, скажи мне, что произошло в ту ночь, когда я потеряла память?

– На тебя совершили покушение. В моём особняке. А меня не оказалось рядом, – каждое слово давалось собеседнику с трудом.

Мужчина склонил голову, будто раскаивался.

– Если бы не твоя верная служанка Люси, принявшая удар, ты бы умерла. Думаю, спасаясь, ты бежала в другой мир, но тебе пытались помешать и переход завершился неудачно. Редкость, но случается.

Люси…

Николь не могла вспомнить ни лица, ни голоса девушки, но ощутила душераздирающую боль. Запнулась и пропустила шаги. Наверное, сползла бы на пол, если бы партнёр не поддержал её.

Золотистые кудри в расплывающемся алом пятне. Короткий образ из прошлого полоснул наотмашь, выбил воздух из груди. Вампирессу затрясло.

– Николь… – плюнув на этикет, Орэ отпустил её руку и коснулся щеки.

– Кто сделал это с ней? – дёрнув головой, маркиза избавилась от непрошенного прикосновения. Герцог не стал настаивать, снова взял её ладонь в свою. – Кто пытался сделать это со мной? Вы нашли его?

– Нет, – нехотя признался вампир. – Наёмник умён, знал, что в Дракарде ему не скрыться, а потому последовал за тобой. В мире смертных мои руки связаны, так что найти его там куда сложнее.

– Это был Лео Хант?

– Кто? – удивился мужчина.

Николь прикусила язык. Что-то не сходилось.

– Тебя преследовали в другом мире? – нахмурился герцог. – Конечно, преследовали. Как тебе удалось выжить?

– Мне помогли, – уклончиво ответила вампиресса, коря себя за неосторожность.

– Синеглазый граф? – Орэ усмехнулся, ощутив, как она вздрогнула. – Ваш с Шарлоттой маленький спектакль может обмануть кого угодно, но не меня. Я знаю, что никакой он не граф, а обращённый.

Маркиза похолодела, но, к счастью, герцог продолжал:

– Не бойся, дорогая невеста, я не раскрою ваш секрет. В конце концов, я обязан самозванцу твоей жизнью.

Николь захотелось рассмеяться.

Угораздило же попасть в тугой клубок интриг на первом же балу в столице. Танцует с женихом, которого не знает, а мужчина, кому хотела бы подарить каждый свой танец, кружится в вальсе с роковой соблазнительницей Шарлоттой Сен Клэр, и с красивой пары не сводят глаз.

Как и с другой – с неё и Орэ.

Нельзя оступиться, дрогнуть, показать свои чувства. Нельзя думать о Марке, позволить ревности закрасться в сердце, ведь герцогу известны ещё не все секреты. И так должно остаться как можно дольше.

Когда музыка затихла, маркиза Бертье, наконец, смогла выдохнуть. Поклонилась с особым изяществом, ласково улыбнулась на публику и постаралась ускользнуть с паркета.

Увы, чудесное возвращение наследницы интересовало не только жениха, но и Старейшин. Возрождая связи с влиятельными вампирами Рубариса, Николь постаралась извлечь пользу и узнать всё, что возможно, прежде всего о помолвке и покушении.

Так она заново познакомилась с герцогом Фредериком Эргеном – приятным и обходительным лордом, одним из старейших и влиятельнейших членов Совета. Бессмертный представился как давний и, судя по доверительной беседе, близкий друг её отца – лорда Бернарда Бертье, чем вызвал любопытство девушки.

Однако, сколько бы вампиресса ни всматривалась в правильные черты, лицо Старейшины казалось ей незнакомым. Тем не менее, она не стала отказываться от предложения дружбы и поддержки могущественного высокородного – у неё и без того осталось непростительно мало друзей в Дракарде.

Ответы маркиза получила неутешительные: помолвка с Орэ де Эвилем, на которую она из прошлого дала согласие, состоялась в присутствии двоих членов Совета и являлась самой официальной и законной из возможных. Стремясь защитить невесту, герцог не распространялся об обручении и в тайне перевёз её в свой особняк.

Николь уже знала от подруги о страшном пожаре во владениях Бертье и о том, что родовое поместье пребывало в запустении: наполовину разрушенное, с разбежавшимися слугами, оставшимися без хозяев.

Она допускала, почему приняла предложение и поддержку влиятельной семьи, могла принять и приглашение погостить в фамильной резиденции де Эвилей до свадьбы.

Вероятно, надеялась поправить своё шаткое положение.

Увы, даже Орэ не мог предусмотреть всего.

Информация об их помолвке просочилась к лордам знатных родов, конкурирующих за власть. Совет Старейшин благоволил безупречно обученному и воспитанному потомку де Эвилей – древнего сильного рода, ставшего правой рукой императоров на долгие десятилетия.

Для того, чтобы склонить чашу весов в свою пользу, жениху не хватало одного – наследника. После бесславной кончины Вацлава III и пресечения династии вопрос встал ребром. Она лишь оказалась той, кто мог дать герцогу желаемое и от кого враги Орэ стремились избавиться в первую очередь.

«Как прозаично», – с горечью подумала девушка.

Она лишилась привычной жизни, самой себя, возможно, своей семьи, потому что сильным мира претило видеть на троне Орэ де Эвиля, которому имела неосторожность отдать руку и, возможно, сердце. Каждый мечтал занять тёплое место или посадить на него старшего сына.

Николь в чужой игре стала разменной монетой.

Маркиза с трудом сдержалась, чтобы не скривиться при очередном из Старейшин и, не приведи тьма, не оскорбить древнего лорда. Проблем в Полночной империи ей хватало с лихвой. Поклонившись и поблагодарив вампира за танец и беседу, отступила.

Отыскав взглядом Марка, пользовавшегося популярностью у влюбчивых столичных красавиц, Николь ощутила острое желание сбежать с ним в мир смертных и оставить прошлое в Дракарде. Чем больше она узнавала, тем больнее становилось.

Прежняя жизнь казалась выжженным пепелищем, на котором не осталось ничего, за что стоило бы держаться.

В какой-то момент бал для маркизы Бертье превратился в единую шумную круговерть, подхватившую и понёсшую её, как сумбурный сон, из которого не выбраться, пока не проснёшься. Имена, титулы, лица – каждый хотел использовать избранницу Орэ, чтобы подобраться к герцогу.

В последний раз она чувствовала себя такой беспомощной во власти Лео Ханта. Тоже на балу, но в другом мире. Те же страх и безысходность, сдавившие горло, мешавшие дышать. То же безразличие и холодность, но учтивость манер.

С той лишь разницей, что теперь у неё десятки преследователей вместо одного.

Оказавшись в руках Марка, Николь в первый раз за долгое время ощутила себя дома. Невыносимо захотелось обнять мужчину, вдохнуть тонкий цитрусово-древесный аромат, чуть резкий, как и он сам, чуть сладкий, как желанные губы, сложившиеся в усмешку.

Язвить Кросс умел, это она поняла ещё в Манополисе.

Новость о помолвке задела его.

Читая в потемневших, как ночное грозовое небо, глазах невысказанные сомнения и ревность, Николь почувствовала, как устала притворяться и бежать. Против воли причинять ему боль, нести бремя тайны в одиночку.

Слова признания сорвались с губ с лёгкостью – и о страхах, и о желаниях.

Глаза вампира расширились от удивления, но она не успела ничего ему объяснить. Музыка, как и время, предательски растягивалась с нежеланными и обращалась в секунды с любимым. Когда маркизе вновь выпал шанс отыскать Марка и Шарлотту, её, по закону подлости, нагнал Орэ, и атмосфера между ними накалилась.

– Значит, моя невеста пряталась в особняке Сен Клэр, – заметил герцог непринуждённым тоном. – Я думал, мы друзья, Шарлотта.

Не преминул напомнить, кому она принадлежит, и попытался взять за руку. Николь сделала вид, что ей нужно поправить рукав, чтобы избежать прикосновения.

– С тех пор много воды утекло, герцог, – не растерявшись, ответила графиня.

Даже в безукоризненно владевшей собой красавице чувствовалось напряжение, хоть она и старалась не подавать вида. Улыбнувшись, добавила:

– К тому же, безопасность подруги для меня на первом месте. Вы знаете, мы как сёстры друг другу.

– Похвальное рвение, – изогнул губы в ироничной улыбке Орэ и повернулся к Николь. – Представишь своего спутника, дорогая?

– Граф Маркус Кросс, – на удивление ровно произнесла вампиресса. Желание жениха втянуть её в непонятную и ненужную игру вселяло уверенность. – Мы познакомились в Подлунном королевстве, и я ему многим обязана.

– О, я не сомневаюсь, – вкрадчиво протянул герцог. – Премного благодарен, граф, – Марк ответил ему холодной улыбкой. – Как поживают наши заклятые друзья?

– Не дремлют, – с той же сдержанностью отозвался Кросс.

Шарлотта хмыкнула.

– Славно, если у нас появятся союзники в Подлунном королевстве, правда, любимая? – Орэ притянул её к себе за талию, медленно провёл подушечкой большого пальца по нижней губе.

Николь знала, что он делает, но подыгрывать не собиралась: отвернулась, уходя от прикосновения, и послала Марку предупреждающий взгляд. Заметила, как дёрнулись у мужчины желваки, и синие глаза заледенели.

– А то ходят нехорошие слухи, что наш покойный император был убит выходцем из Подлунного королевства, – не унимался высокородный, хотя беседа, похоже, приносила удовольствие ему одному.

Николь захотелось впиться ногтями в запястье жениха.

– Что скажете, граф Кросс?

– Слухами земля полнится, – усмехнулся Марк, обнажив клыки, что вместе с внимательным прищуром придавало его лицу хищное выражение. Дёрнув бровью, заметил:

– Высшее общество Рубариса, к примеру, считает, что Его величество убит тем, кто жаждет на его место. Кем-то молодым и амбициозным, выходцем из древнего и влиятельного рода, приближённого к императорской семье. Тем, кто имел и возможность, и мотив.

Орэ улыбнулся и посмотрел на обращённого совсем другими глазами.

Николь и Шарлотта обменялись короткими взглядами, напряжение сгустилось. Разговор грозил принять неожиданный и, возможно, опасный поворот, если бы герцога не окликнули.

– Тёмной ночи, господа. Дамы, – приветствовала их величественным кивком головы статная взрослая леди с тёмными волосами, убранными в элегантную высокую прическу, и такими же тёмными, непроницаемыми глазами.