355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэхелия Айзекс » Чужая женщина » Текст книги (страница 9)
Чужая женщина
  • Текст добавлен: 7 сентября 2016, 00:16

Текст книги "Чужая женщина"


Автор книги: Мэхелия Айзекс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

16

Марк с любопытством рассматривал абсолютно одинаковые двери абсолютно одинаковых домиков, стоящих на тихой, чистой улочке в южной части Эдинбурга. Он уже с успехом преодолел половину улицы и пообщался с несколькими милыми пожилыми леди. Некоторые из них отнеслись к нему настороженно, некоторые – абсолютно подозрительно, но большинство – пять из восьми – были воистину милы.

Нет, адрес у него был, Обадия Джоунс позаботился об этом, но Сары не было дома, а может быть, она разглядела его сквозь занавески и притаилась в доме, а может быть, уехала в командировку, а может быть... короче, помощь соседей была неоценима.

В Техасе соседи совсем другие. Вероятно, отчасти это объясняется географическими особенностями. Если ваш сосед пришел к вашему же порогу, потратив на это не меньше часа и проехав не меньше пятнадцати миль, значит, у него на то есть серьезная причина. Праздные бродяги тоже вряд ли станут шататься по прерии. Именно поэтому в Техасе соседям рады, а двери практически не запирают.

И еще: в Техасе ноябрь гораздо теплее. Ветер, конечно, дует, но он теплый и сухой, а не пронизывающий, как здесь, в Шотландии.

Обадия Джоунс сидел за рулем черного лимузина и терпеливо ждал молодого хозяина. Марк Рэндалл поставил перед собой задачу найти Сару Джонсон, и кто такой Обадия Джоунс, чтобы мешать ему в этом нелегком деле? Напротив, именно Обадия разузнал точный адрес Сары и вызвался сопровождать Марка в поездке.

Марк нетерпеливо махнул Обадии рукой: мол, поезжай, встретимся позже, в отеле.

Что ж, он прав. Дело личного характера.

Сара не отвечала на звонки Марка, не написала ни одного письма, а адвокатам семьи Рэндалл вежливо, но твердо заявила о своем отказе от наследства, которое оставил ей Бен Рэндалл.

Потому что старый волк покинул этот мир, ушел на свою последнюю охоту, и прах его упокоился в той самой прерии, которую он так любил. Бенжамен Рэндалл завещал похоронить его по обряду сиу, чтобы встретиться с Нокоми, Вечерней Звездой.

Сара присутствовала на похоронах, но с тех пор Марк ее не видел и не слышал, отчего необыкновенно злился и нервничал.

Ладно, она презирает и игнорирует его, но последнюю волю папы можно было бы и выполнить! Именно за этим он сюда и приехал. Пусть относится к нему, как хочет, но воля папы – это святое.

С похорон прошло уже два месяца, а Марк только сейчас смог выбраться в Англию. Став главой «Рэндалл интернэшнл», он совсем закопался в делах. Это была не просто фирма, это была настоящая империя, и она требовала постоянного и неусыпного внимания. Первое время Марк даже впадал в мрачное отчаяние. Оказывается, он вовсе не был готов к такому объему работы. Он спал по четыре часа в сутки, летал по всему земному шару, встречался с массой людей, подписывал контракты и торговые соглашения, инспектировал буровые и спускал на воду танкеры, ощущая себя глупым щенком среди старых и мудрых волков бизнеса, таких же, каким был его отец, и Марку было невдомек, что за его спиной старые волки переглядывались и одобрительно кивали головами. Хороший сын вырос у Бена Рэндалла, говорили они. Империя выстоит.

Марк наступил на горло своим детским комплексам и пригласил на работу в компанию Анжелу. Она оказалась талантливым администратором, и дела пошли в гору.

Теперь он стал посвободнее, и Сара Джонсон выслушает все, что он хочет ей сказать. Нравится ей это или нет.

Марк не предупредил ее о своем приезде. Зачем? Она наверняка не обрадовалась бы. Сара ничего не знала. Наверное, даже не в курсе была, что отец все про них знал и простил Марка.

Тогда, в госпитале, Сара свела общение с Марком к минимуму, вежливо здоровалась и прощалась, неизменно отказывалась от предложения проводить ее до отеля, почти не разговаривала с ним, а оживала только рядом с Беном. Потом она уезжала в Англию, а вернулась только тогда, когда Бену стало совсем худо. До самой его смерти она оставалась рядом с ним, но уехала сразу после похорон, так что оглашение завещания прошло без нее.

Марк стал главой семьи, а значит, именно он должен был вручить Саре все документы на ее часть наследства. Оставив Анжелу в фирме, дядюшку на ранчо, а Саймона – в покое, Марк прилетел в Лондон два дня назад, и вот сегодня уже битый час бродил по тихой эдинбургской улочке, пытаясь выяснить, куда делась Сара Джонсон.

Он устал и промерз, так что консьержка наконец-то смилостивилась и пропустила его в вестибюль небольшого домика, в котором проживали три семьи. Вернее, две семьи и одна Сара.

А может, уже и не одна?

Обадия на сей счет ничего не выяснил.

Оба, и Анжела, и Обадия, волновались за Марка, хотя скорее умерли бы, чем показали бы ему это. Обадия с умным видом нес какую-то чушь насчет телохранителей, безопасности и своих личных дел в Эдинбурге. Анжела фырчала, что Сара ведет себя вполне определенно, но что же делать, если надо...

Почему Сара не хочет с ним общаться? Это было больно и обидно. Хотя бы для того, чтобы раз и навсегда все выяснить, Марк должен был приехать сюда. Он увидит ее. Он должен ее увидеть. Должен назвать вещи своими именами.

Сара вытирала посуду, когда зазвонил дверной звонок. Звон не прекращался, и Сара решила, что это очередной торговец – они иногда так делали, чтобы добиться реакции хозяев, пусть даже отрицательной. Закон Хорошего Коммивояжера гласит: если вам открыли дверь, считайте, что товар продан на восемьдесят процентов. Если не спустили с лестницы и спросили, что вы продаете, – на все сто.

Сара была добросердечна, и потому в ее доме уже имелось несколько абсолютно бесполезных вещей, как-то: фен, который не выдувал, а втягивал воздух, энциклопедия «Певчие птицы севера Британии», метелочка для пыли из синтетического волокна, притягивавшая пыль со всех окрестностей, и набор пилок для ногтей на руках и ногах.

Звонок сменился стуком. Это было что-то новенькое. За такое можно было и полисмена позвать. Сара направилась в прихожую.

Конечно, она не стала открывать дверь просто так. Дик не появлялся много лет, но ведь мог и осмелеть. Она прильнула к глазку.

И примерзла к нему. Ноги стали ватными, в ушах зазвенело.

Это был Марк Рэндалл.

Сара смотрела в глазок, не веря собственным глазам, точнее, правому глазу. Потом медленно отошла от двери и прислонилась к стене.

Господи, она ведь была уверена, что навсегда рассталась с семейством Рэндалл! Наследство Бена ей не нужно. Видеть его детей у нее нет ни малейшего желания.

Она в панике оглядела себя в зеркале. Почти белые вытертые джинсы, старый свитер с закатанными рукавами и мокрый спереди, шлепанцы... На голове конский хвост, только этот конь долго пробирался сквозь заросли.

Ну и хорошо! Она предстанет перед Марком не в образе роковой красотки, белокурой авантюристки, соблазнительницы и тому подобное, а в своем настоящем виде. Обычном.

Она торопливо натянула свитер пониже. Глубоко вздохнула. Рывком открыла дверь.

– Марк? Что ты здесь делаешь?

– Шел мимо, дай, думаю, зайду. Можно войти?

– Нет.

– Почему?

– Действительно... Ладно, заходи. Только сразу предупреждаю: если ты пришел, чтобы опять уговаривать меня насчет этих денег...

– Совершенно не изменилась. И выглядишь отлично.

– Спа... спасибо...

Он хмыкнул, вошел в дом и стал раздеваться у вешалки. Сара против воли изучала его лицо. Побледнел, похудел, стал старше, вернее, как-то взрослее, что ли... Усталый. И все такой же красивый.

Марк обернулся, смерил ее взглядом.

– Как ты живешь?

– Проходи, садись. Все хорошо, спасибо. А ты? Полагаю, страшно занят.

– Стараюсь успевать то, что легко и просто делал отец. Ему нелегко подражать. Иногда чувствую себя загнанной лошадью.

– Хочешь чего-нибудь? Чай, кофе, пиво...

– Ты что, пиво пьешь?

– Да нет. Стоит в холодильнике, на всякий случай. Крепче пива ничего нет, извини.

– Ладно, сойдет и пиво. Спасибо.

Она на трясущихся ногах поплелась в кухню.

Зачем она предложила ему пиво? Надо побыстрее выгонять его отсюда.

Поздно. Когда она вернулась, Марк все так же сидел на диване, но голова его склонилась на грудь, а глаза были закрыты. Он спал.

Крепко, но чутко. Уже через мгновение Марк открыл глаза и слабо улыбнулся.

– Извини. Долгий день... Много слишком долгих дней.

Не смей его жалеть, идиотка, не смей! Выживет, он молодой, здоровый.

– Ничего страшного. Так зачем ты здесь, Марк? По делам в Англии?

– Это пиво папа любил. Ты тоже его любишь?

– Я для него брала. Бен... он иногда заходил ко мне, мы сидели и разговаривали. Однажды я даже ужин готовила. Ему понравилось, хотя я не великий кулинар.

– Я не сомневаюсь, что ему понравилось. Ты не присоединишься ко мне?

– Я не очень люблю пиво. Летом еще можно, а сейчас... Так зачем ты здесь?

Марк задумчиво рассматривал золотистое пиво, потом неожиданно отставил стакан в сторону, взял бутылку и опорожнил ее наполовину одним огромным глотком. Вытер тыльной стороной руки рот и тихо спросил:

– Почему ты не отвечала на мои звонки? Тебе не кажется, что это просто некрасиво?

– Я не...

Марк порывисто вскочил, и Сара отшатнулась в испуге. В глазах ее единственного мужчины горела ярость, клокотала боль, пульсировала обида...

– Чего ты боишься? Почему избегаешь меня? Или твой экс-муж напрочь отбил у тебя желание иметь дело с мужчинами?

– Мы с тобой дела не имели...

– Да?! То есть для тебя совершенно обычно взять мужика, позаниматься с ним любовью и забыть об этом?! Сара, это ведь я с тобой был! И я знаю, что мужчин у тебя раньше не было.

Сара подалась вперед. Забытое упрямство всколыхнулось в ней.

– Ну и что! То, что мы занимались сексом, еще не дает тебе права...

– Мы не занимались сексом. Мы любили друг друга. Это разные вещи. Сексом можно заниматься... заниматься... как физкультурой, как бегом, как горными лыжами! Ты бы и сама это поняла, если бы не позволила ненависти ослепить тебя.

– Я не ненавижу тебя. Я просто... просто считаю, что ты слишком серьезно относишься к тому... что все равно должно было случиться. Не с тобой, так с другим. Не сейчас, так через год.

Губы Марка скривились от боли и сарказма.

– Боже, какая проза! Как это практично. Как реалистично. Если бы я не знал тебя, то решил бы, что ты говоришь от чистого сердца.

– Я так и говорю.

Сара нервно одернула свитер, натянув его уже почти на коленки.

Взгляд Марка жег ее, и она уже всерьез подумывала о бегстве в кухню, когда мужчина неожиданно подошел к ней и одним рывком поставил на ноги. Сильные пальцы легли ей на затылок. Лицо Марка оказалось совсем близко.

– Значит, от чистого? А что ты сделаешь, если я продолжу...

Он наклонился и легко поцеловал ее в самый уголок губ.

– Ты не будешь сопротивляться?

– Зачем... Зачем ты меня целуешь?

– Глупейший вопрос. Потому что хочу этого.

– Что, в Техасе закончились женщины?

– Ой-ой-ой, девочка, ты хочешь меня разозлить, но ты зря теряешь время. Я не позволю тебе вывести меня из себя.

Сара слабо трепыхалась в могучих рук, обмирая от счастья и ужаса одновременно, пытаясь бороться и заранее смиряясь с поражением.

– Я все еще не понимаю, зачем ты приехал... Ты думаешь, что это невежливо, отказаться исполнить волю Бена... но ведь я все уже объяснила. Я еще ему это объяснила...

– Забудь про деньги, практичная ты моя. Неужели тебе даже в голову не приходит, что я мог скучать по тебе? Тосковать? Безумие, да? Но это так.

– Марк...

– Что? Не веришь мне? А ты поверь, Сара. Просто возьми и поверь. Именно и только поэтому я здесь. Потому что я вдруг понял, что не могу без тебя.

Его пальцы нежно гладили ее висок, побледневшую кожу, перебирали золотые локоны, а Сара дрожала все сильнее.

– Марк, не хочешь же ты сказать...

– Хочу. Сара, давай разберемся. С самого первого момента нашей встречи мы почувствовали влечение друг к другу, так?

– Нет!

– Да. И ты это знаешь. Удивительно другое. То, что я столько времени терпел.

– Ты ошибаешься.

– Серьезно? Ну скажи еще, что я тебе совершенно не понравился! Что ты меня не хотела? И не хочешь сейчас... и сейчас... и сейчас...

Его пальцы заскользили по спине Сары, по ее плечам, по ключицам, видневшимся над растянутым воротником свитера. Она со всхлипом втянула воздух.

– Я не говорила, что не хотела тебя...

– Тогда в чем дело?

– Я не хочу быть твоей любовницей!

Тишина тоже иногда может оглушить. Живые и горячие пальцы Марка умерли, превратились в лед. Он стоял и молчал, так страшно молчал, что Сара едва не разрыдалась от ужаса. Она медленно, очень медленно отошла от него.

– Я думаю... тебе лучше уйти сейчас, Марк. Очень приятно, что ты меня нашел... пришел... кстати, я так и не понимаю, как ты меня нашел...

– ХАОМА, СКВО!!!

Она замолчала, потому что и без перевода поняла, что он прорычал. Вжалась в стенку, едва не зажмурилась от страха, глядя в полыхающие черным пожаром глаза. Марк навис над ней скалой, готовой сорваться и похоронить под собой бренные останки глупой Сары Джонсон.

– Я хоть слово сказал о любовнице?!!

– Н-нет... Но ты напомнил о том, что случилось...

– Случилось... Сара, ты сама не понимаешь, что говоришь. Конечно, зачем врать, я пришел, потому что хочу спать с тобой, любить тебя, целовать твои губы, ласкать твою грудь, но это все вовсе не значит, что наши отношения должны сводиться только к постели.

– Да нет же у нас никаких отношений!!! Да, ты меня хочешь... Хорошо, пусть ты занимался со мной не сексом, а любовью, но пройдет день-другой...

– Я тебе потом покажу, что будет через день-другой! Ты хоть знаешь, сколько ночей я провел без сна, думая о тебе, вместо того чтобы выспаться, просто выспаться, потому что после смерти папы я работаю как вол, как целое стадо волов, но вместо этого я лежу, пялюсь в потолок и думаю о белобрысой фифочке, которая, оказывается, не считает, что между нами произошло что-то сногсшибательное, и которую мой папа так легкомысленно...

– Бен не был легкомысленным!

– Папа был очень легкомысленным. Знаешь, что это значит? Он думал сразу обо всем и не зацикливался на чем-то одном. Именно так он и создал империю Рэндаллов, именно поэтому он привез на ранчо белокурую авантюристку. Женщину, которая не могла быть моей по определению, но которую я любил так, что сердце останавливалось в груди. Что ты смотришь на меня?!

– Что ты сказал, Марк?

– Я люблю тебя, сказал Марк!!! Вот именно это он и сказал: люблю! И хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной. И еще: я никогда не говорил этого слова ни одной женщине на свете.

Сара могла бы и ответить, но в этот момент губы Марка намертво запечатали ее рот. Их объятия стали тесными настолько, что Саре вновь показалось, что она превращается в часть Марка. Он осторожно донес ее до дивана и мягко опрокинулся на него, продолжая сжимать Сару в объятиях.

Она стонала, не отрываясь от его губ, а Марк медленно раздевал ее и раздевался сам.

Вскоре они оказались полностью обнаженными, и лишь тогда Марк прервал поцелуй. Он ласкал ее грудь и плечи, глядя ей в глаза потемневшим от страсти взглядом, а Сара с веселым ужасом ощущала, как сильно он возбужден. И уже через мгновение она в полной мере приняла в себя его возбуждение, и их снова вознесла на небеса золотая спираль, а потом одновременный взрыв двух галактик швырнул их на землю, которая оказалась не землей, а райским облачком, и лишь несколько позже выяснилось, что это все-таки свитер Сары и брюки Марка.

– Сара...

– Что?

– А когда ты поняла, что хочешь меня, только честно?

– Когда... когда ты вылез из бассейна. Голый. Ну и еще...

– Еще что?

– Сам знаешь. Не могу сказать.

– Ты увидела ЭТО?

Он прижал ее ладонь к своей неутомимой плоти, и Сара хихикнула, не удержавшись.

– Ой, Марк, ну перестань... Так нельзя...

– Можно, девочка. Теперь можно все. Только... Я ведь все еще не слышал ответа!

– Так слушай!

Сара перестала смеяться и полыхнула на Марка синими огнями глаз, сияющих таким счастьем и любовью, что у Марка закружилась голова.

– Марк, я люблю тебя. Люблю больше своей жизни, больше неба и земли, больше солнца и звезд. Я полюбила тебя с первой минуты и буду любить до последней, но ты и сам все это знаешь.

– И ты будешь моей женой?

– Я уже твоя жена.

– Я люблю тебя, Сара. Очень люблю. И всегда буду любить.

А вот индейцы-сиу обходились с браком куда разумнее. Они просто перекидывали избранницу через холку лошади и увозили в свой вигвам, либо же сама избранница собирала все самое ценное из того, что она наготовила к собственной свадьбе, и шла с большим узлом к своему будущему мужу. Именно так сорок лет назад пришла к Бену Рэндаллу молчаливая красавица Нокоми, дочь вождя племени сиу по имени Черный Кондор. Кстати, предпочти Бен первый вариант, лежать бы ему, утыканному стрелами и нашпигованному пулями, в красных скалах каньона, но решение женщины для народа сиу было свято. Черный Кондор признал зятя...

17

– Сара, папа все знал.

– Я знаю.

– Ты... Откуда?

Они лежали на полу, лениво лаская друг друга, и голос Сары музыкой отдавался в ушах Марка до тех самых пор, пока не прозвучали эти слова.

Бен Рэндалл, словно привидение, встал между ними.

– Так ты все знала? Он сам тебе сказал?

– Да. Остин ему доложил...

– Значит, старый волк нас таким образом благословил.

– О чем ты?

– Папа велел мне беречь тебя.

– Это правильно.

– Он тебя очень любил. Ты знаешь. Он поклялся, что вернется с того света, если я тебя обижу.

– Ты поэтому приехал?

– В смысле?

Что-то в голосе Сары Марку очень не понравилось, особенно то, как она напряглась под его руками.

– Ты приехал, потому что Бен велел тебе это сделать? Он убедил тебя, что мне кто-то нужен...

– Сара, ты мастер ставить все с ног на голову! Ты поэтому так упрямилась и разглагольствовала о том, что все произошедшее – ерунда?

– Я не разглагольствовала, просто... просто ты ничего не обязан для меня делать!

– Опять начинается! Я думал, ты меня уже знаешь... Слушай, я влюблен, влюблен в тебя, в тебя, понимаешь, не в папу, хотя папу я тоже очень люблю и всегда любил. Но даже папа не мог бы меня заставить жениться на ком-то, если бы я не сходил по этому кому-то с ума. Я понятно выражаюсь? Кроме того, ты богатая наследница. Грех за тобой не приударить.

– Марк, перестань издеваться! Марк...

– Что, девочка?

– Скажи это еще раз...

– Что именно?

– На ком ты можешь жениться...

– Сара, я... Я схожу от тебя с ума. Я теряю сознание в твоем присутствии и разум – когда тебя нет рядом. Я люблю тебя.

– Хорошо как...

– Ничего хорошего! Почему ты не отвечала на мои звонки? Сара!

– Не кричи.

– Я уже не о звонках. Ты что, поправилась? А тебе идет.

– Это хорошо.

– Почему?

– Потому что пригодится.

– Ты что, еще собираешься поправляться?

– Да, каждый месяц понемножку.

Марк замер и смотрел на нее очень большими и какими-то детскими глазами. Сара приподнялась на локте и серьезно сообщила:

– Вообще-то я хотела с тобой связаться. Мне просто нужно было тебе сообщить кое-что...

– А... у-у-у... гм...

– Я беременна.

– Сара-а-а...

– Ну вот, а потом я представила себе, как ты НЕ обрадуешься этому, и мне стало очень обидно, хотя я и не была уверена в такой твоей реакции. Именно поэтому, вот я к чему, я и не стала отвечать на твои звонки. Марк! А ты... ты рад?

– Сара... Я... Господи, да о чем ты вообще спрашиваешь!!! Я просто вне себя! Я потерял дар речи! Я оглушен и ослеплен, я умер и родился заново! Сара, но ведь это же еще лучше!

– Не тряси меня, любимый. Почему еще лучше?

– Потому что теперь ты точно от меня не сбежишь. Мы уже семья. Ты, я и малышка.

– Почему малышка?

– Потому что первая будет дочка. Как у папы.

– Нет, мальчик!

– Хорошо, будут близнецы!

– Марк! А что скажет Анжела?

– Анжела ничего не скажет. Она занимается делами фирмы и абсолютно счастлива этим обстоятельством. Она может и не заметить, что нас стало больше. Я назначил ее своим заместителем, и значит, у нас в распоряжении все время до конца света.

– Но...

– Сара, послушай меня. Анжи – не подарок, характер у нее жуткий, и боялись ее даже няньки в детстве, но ты не поверишь... Это именно Анжела велела мне поехать и найти тебя.

– Марк...

– Они с Саймоном насели на меня и велели отправляться в путь. Анжела попросила у меня прощения и жаждет попросить его у тебя. Простим змею?

– Марк, Господи, конечно! Марк...

– Да?

– Люби меня. Люби меня еще, пожалуйста...

– А ребенку это не повредит?

– Как может повредить ребенку то, что его отец рядом и теперь всегда будет рядом. Люби меня, Марк!

Люби меня вечно, потому что именно ты раскрыл мне смысл слова «любить». Сын прерии, Марк Рэндалл, я люблю тебя и буду любить вечно, и ты не оставляй меня, потому что без тебя я умру.

Эти слова горели на губах Сары, когда она засыпала на груди Марка в эту ночь, но она очень удивилась бы, если бы узнала, что почти так же, до единого слова, звучит свадебная песнь индейцев-сиу. Эту песню спела когда-то Вечерняя Звезда Нокоми Бену Рэндаллу, белому смельчаку, осмелившемуся забрать чужую женщину из родного племени и сделать ее своей единственной женой.

Не спал в ту ночь только Обадия Джоунс. Это вышло совершенно случайно, потому что по дороге в отель он забежал в паб. В пабе «Лев и Корона» в этот вечерний час было очень много народа, и все могло бы обойтись мирно, не будь это именно Обадия Джоунс. Примерно через три минуты после того, как он сделал первый глоток, из толпы вылущился его очередной одноклассник, с которым Обадия не виделся с самого выпускного вечера. Это было бы еще полбеды, но одноклассник оказался женат на бывшей однокурснице Обадии, с которой они вместе учились на факультете экономики и маркетинга.

Таким образом, в одной точке сошлись сразу две вероятности, и Обадия Джоунс покорился судьбе.

Впрочем, не спала и Анжела Хардвик, урожденная Рэндалл. Главным образом потому, что в Техасе в эти минуты был полдень.

В Техасе вообще все иначе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю