Текст книги "Грязная любовь"

Автор книги: Меган Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Я верю, что нас с Дэном влечет друг к другу так же, как притягиваются две звезды, оказавшиеся достаточно близко друг к другу, пока не сольются, образуя солнце. Я верю, что была пуста и ждала, когда меня чем-то наполнят, и этим чем-то стал Дэн. Но я также верю в то, что Дэн не единственный мужчина, который мог бы заполнить мою пустоту. При иных обстоятельствах и при иных условиях этим мужчиной мог стать кто-нибудь другой, но я рада, что им оказался именно Дэн. Он открыл мне глаза, но случилось это потому, что они уже были готовы распахнуться сами.

Я стояла под душем, пока не кончилась горячая вода и пока моя кожа не покрылась пупырышками. Мягкость халата и полотенца, которым я обернула волосы, только усилили ощущение того, что я нахожусь во сне. Я продолжала пребывать в этом убеждении и когда вытирала зеркало от пара и вглядывалась в свое отражение, пытаясь увидеть, как мое изменившееся внутреннее состояние сказалось на мне внешне.

Как и можно было ожидать, никакие внешние признаки этого не выдавали. Мои глаза не засияли новым светом, морщинки вокруг них не разгладились, губы не улыбались сами собой.

Обнаженная, я села на кровать, чтобы расчесать спутанные волосы. Монотонные движения меня расслабили, введя в состояние чуть ли не гипноза. Мои чувства обострились. Гладкость белья разобранной постели, теплый ночной воздух, врывающийся через открытые окна, свободное скольжение зубьев расчески по волосам – все это словно создало вокруг меня уютный кокон.

Я нанесла на кожу ароматизированный крем и натянула мягкую пижаму. Волосы свободно лежали на моих плечах и спине. Каждая мышца в теле расслабилась и отдыхала. Лежа на спине, я смотрела в потолок и впервые в жизни не считала на нем трещины. Я создавала из них мысленные образы – птица, женский профиль, часы.

Что-то во мне снова изменилось – то, для чего невозможно подобрать слов. Впервые за много лет у меня не возникло чувства того, словно я стою перед закрытой дверью, со страхом ожидая того момента, когда она откроется, – наступила пора перемен.

Хотя мое тело и мозг были довольны проистекающими внутри меня изменениями, следуя за новым направлением моих мыслей, но вот желудок выразил протест. Я вырвала себя из полулетаргического состояния и спустилась вниз, чтобы его задобрить, – с момента моего возвращения прошло несколько часов, и город уже спал.

Ставя замороженную еду в микроволновку, я услышала приглушенные крики сквозь кухонную стену, общую с соседями.

До того как приобрести дом, я была у миссис Осли, чья квартира являлась зеркальным отражением планировки моей собственной. Я остановила выбор на этом доме из-за лучшего состояния, в котором он находился, но помню ощущение возникшего у меня чувства дежа-вю, когда я вышла из одного дома и вошла в другой. Это чувство было слегка искажено – создавалось ощущение, что я проникла по другую сторону зеркала.

Запищала микроволновка. Голоса за стеной стали громче. Что-то грохнуло в стену, да так сильно, что висящая над моим кухонным столом картина закачалась. Через мгновение в окне, из которого был видна заплатка моей лужайки, мелькнула тень, и я подошла к окну.

Задняя дверь дома миссис Осли была широко распахнута, и на задний двор падал прямоугольный сноп света. Вдруг из двери что-то вылетело и приземлилось на траве. Следом на траве оказался Гевин.

– Я тебя предупреждала! – закричала с задней веранды миссис Осли. – Либо ты приводишь в порядок свое барахло, либо я выкидываю его к чертовой бабушке! Дэннис приедет через каких-то дохлых пятнадцать минут, и я не хочу, чтобы твое чертово барахло повсюду валялось в моем гребаном доме!

Меня сначала передернуло от ее лексики, и только потом я внезапно осознала, что олицетворяю собой презираемый мною типаж подглядывающего сквозь жалюзи соседа. Я отступила от окна, но продолжала видеть все, что происходит на улице. Продолжала слышать крики миссис Осли, а также глухие удары о траву вылетающих из ее дома предметов.

Я не сразу поняла, что это были книги.

Эта сука выкидывала книги! Одна из них попала Гевину в плечо и, шелестя страницами, упала в траву. Он нагнулся, чтобы поднять ее, хотя его руки уже были заняты другими книгами. Его лицо исказилось.

Миссис Осли выкинула еще одну, и тут до меня дошло, что она не просто кидается книгами, а старается попасть в Гевина. Очередной тяжелый снаряд в твердом переплете ударил его в бедро, и так сильно, что он пошатнулся и сделал шаг назад.

Говорят, что в состоянии аффекта люди способны поднимать машины и вбегать в горящие здания. Должно быть, мое состояние было близко к этому, так как я, не думая, выскочила из задней двери своего дома во дворик.

Наши носовые платочки-лужайки разделены решетчатой оградой высотой по пояс. Это я установила ее, оберегая свою личную жизнь, как только въехала в дом. Это уберегало меня от вторжений соседей на мою территорию, хотя сейчас ограда, наоборот, не позволяла мне ее покинуть.

– Гевин, ты в порядке? – спросила я.

Он вздрогнул, хотя должен был заметить, как я выбежала из кухни. Открыл рот, чтобы ответить, но его мать его опередила:

– Возвращайся в дом, Гевин.

Я перевела взгляд на нее. В луче света, вырывавшегося из ее дома, она казалась лишь силуэтом, но я по-прежнему видела в ее руке бокал. Видимо, даже раздражение, в котором она пребывала, швыряясь книгами, не могло заставить ее с ним расстаться.

Гевин снова нагнулся, чтобы поднять книги.

– Оставь их, – велела ему мать. – Живо в дом!

– Какие-то проблемы, миссис Осли? – спросила я. Мой голос прозвучал холоднее, чем я хотела, являя собой контраст с ее горячностью.

– Нет, мисс Каванаг, – выплюнула она слова, словно какую-то гадость. – Почему бы вам не вернуться к себе и не заняться своими делами?

– Гевин, ты в порядке? – спокойно повторила я свой вопрос.

Он кивнул и двинулся к дому. Остановился, чтобы поднять раскрывшуюся книгу, угодившую прямо в лужу, оставшуюся после полуденного дождя. Обложка и корешок книжки пострадали от удара и воды, и несколько листов выпали, когда он ее поднял. На уцелевших листах проступили грязные разводы.

Это был мой «Маленький принц». Книга, подаренная мне в детстве нашей соседкой миссис Купер. Гевин передал ее мне через ограду, избегая встречаться со мной взглядом.

– Извините, – пробормотал он.

Я молча взяла книгу. У меня не было слов. Также молча я смотрела, как он бредет к задней двери. Его мать посторонилась, впуская его внутрь. Затем она ушла, хлопнув дверью.

Я осталась стоять в пижаме, держа в руках испорченную книгу.

Глава 10

Я взглянула на нарисованную картину, изображавшую голову устрашающего волка с ягненком в зубах, и заметила:

– Ты пригласил меня сюда в первый же день нашей встречи. «Закланный ягненок».

– Запомнила, значит. – Он открыт передо мной дверь, пропуская внутрь. – Давай найдем столик.

– Такое название паба вряд ли забудешь. Здесь можно поесть?

– И очень хорошо.

– Замечательно. Я умираю с голоду.

Мы нашли столик ближе к концу зала. Улыбнувшись, он подал мне меню, которое ничем не отличалось от меню других подобных заведений: рыба, чипсы, пирог с мясом.

– Рада, что ты питаешься, – изучая меню, сказал он.

– Естественно, питаюсь, – засмеялась я.

– Поэтому я и рад, – объяснил Дэн. – Некоторые женщины не едят, а ковыряются в еде. Щиплют ее как травку.

Я не отрывала взгляд от меню, стараясь не покраснеть.

– Ну, я от еды не отказываюсь.

– И это мне нравится, – заявил Дэн, и я невольно подняла на него глаза.

– Да? – Так же как он имел привычку говорить с самим собой, я обожала настаивать на вопросах, на которые можно было бы и не отвечать.

– Ага, – ухмыльнулся он.

Комплименты в мой адрес, а не в адрес моего ума ввергают меня в смущение. Не потому что я сразу уверена в том, что они не искренни, а потому что никогда не знаю, ожидают ли эти люди услышать от меня ответный комплимент.

– Хорошо, – сказала я и перевела взгляд на официанта. – Мне, пожалуйста, рыбу с картошкой фри и татарским соусом, а еще чипсы. И… может быть, «Гиннесс»?

Я взглянула на Дэна. Он кивнул.

– Два пива. И то же касается еды.

Официант, который явно не был старше минимального возраста лиц, употребляющих алкоголь, улыбнулся.

– Ну надо же. Девчонка, которая пьет настоящее пиво. Круто. Большинство цыпочек глушат легкое.

Дэн сначала взглянул на меня, затем перевел взгляд на молодого человека.

– Значит, она не большинство цыпочек.

Официант кивнул, соглашаясь с его оценкой:

– Вижу.

И тут я поразилась их различию. Дэн, опрятный, хотя и не пижон, предпочитающий дорогие деловые костюмы или брюки хаки, оксфордские рубашки и необычные галстуки. Сегодня он был в прямых темно-синих джинсах с заниженной талией, черном свитере тонкой вязки, легком настолько, что его можно носить в жару, с поднятыми до предплечий рукавами и открытым воротом, в котором виднелась белая футболка. Одежда простая, но элегантная.

Официант, напротив, носил джинсы с черным кожаным ремнем, утыканным маленькими гвоздиками. Его гладкие как шелк волосы были коротко подстрижены сзади и длиннее спереди, падая ему на лоб и закрывая один глаз. Его руки были в тату, уши и брови нашпигованы предметами пирсинга. Так же как и соски – это было заметно сквозь туго обтягивающую его торс белую футболку. У него были потрясающе голубого цвета глаза и голос, выдающий в нем завзятого курильщика, довольно-таки низкий для столь худощавого телосложения. Он сверкнул в мою сторону белозубой улыбкой, и я поняла, почему группа девушек, сидящих в углу, захихикала при нашем появлении.

– И как тебя зовут?

Дэн запустил руку в карман и вытащил пачку сигарет. Предложил мне, и я взяла одну. Мужские сигареты, а не слабенькие ментольные или гвоздичные. Я позволила ему ее зажечь и затянулась достаточно глубоко, чтобы произвести впечатление на обоих мужчин, прежде чем выпустить дым изо рта серией из нескольких колец кругов.

– Неплохо, – восхитился официант. – Джек.

– Дэн. – Они обменялись рукопожатиями. Дэн легким кивком указал на меня. – А это…

– Дженнифер, – без запинки солгала я.

– Приятно с вами познакомиться, Дженнифер. – Джек поднес мою руку к губам и поцеловал костяшки.

Я кинула взгляд сквозь дым на Дэна. Он улыбнулся. Я снова взглянула на Джека, который либо заигрывал со мной, либо у него не хватало извилин. Вряд ли я соответствовала его типу – слишком стара, слишком консервативно одета.

– Ща вернусь, – сказал он. – Свистните, если я вам понадоблюсь.

Так и есть – заигрывает. Я поняла это по взгляду, которым он одарил меня, прежде чем отбыть. Я смотрела, как он возвращается к бару, остановившись на пути у столика юных студенток и вызывая у них новый взрыв смешочков. Оглянувшись через плечо, Джек снова одарил меня безупречной улыбкой.

– Он посчитал, что ты классная. – Дэн затушил сигарету.

Я почти не курила, положила свою тлеющую сигарету в пепельницу.

– Так считаешь?

– Определенно.

Я задумчиво посмотрела на него.

– Тебя это напрягает?

У меня не было причин для этого. Мне было просто любопытно. Дэн осклабился.

– Не-а. Почему ты представилась вымышленным именем?

– Не люблю представляться всем, кому попало.

– То есть знакомиться под вымышленным именем для тебя обычное дело.

Я аккуратно поставила меню в подставку.

– Да.

– Мне ты сказала свое настоящее имя.

Я посмотрела ему в глаза и уже не в первый раз почувствовала что-то, чего не могла понять.

– Да.

– Знакомство под вымышленным именем может аукнуться в дальнейшем, если ты вдруг решишь продолжить знакомство и узнать человека получше, а этот человек обнаружит, что ты солгала ему с самого начала.

– Тебе я сказала правду, – ровно ответила я. – Стоит ли заморачиваться по поводу того, что я говорю остальным?

– Наверное, не стоит. – Дэн посмотрел в сторону бара, где Джек наполнял наши стаканы пивом. – Ты находишь его привлекательным?

Я несколько секунд смотрела на Джека.

– Он молод.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Симпатичный, – ответила я. – Продолжатель традиций панк-групп и готов.

Дэн зажег новую сигарету.

– Если бы ты не была со мной, пригласила бы его к себе?

Джек вернулся с пивом, поэтому я ответила не сразу. Поставив стаканы перед нами, он снова ослепил меня улыбкой и сообщил, что еда скоро будет готова. И как будто был разочарован, когда мы сказали, что нам больше ничего не надо.

– Может быть, – сказала я, когда Джек отошел обслуживать других посетителей. – Сомневаюсь, но может быть.

– Хочешь, я уйду, чтобы тебе было легче принять решение?

Я подумала, что он пытается меня шокировать или пробует выяснить, как я реагирую на неожиданные предложения, но я всего лишь взяла сигарету и выпустила несколько колечек дыма. Дэн откинулся на стуле и поднес стакан ко рту, не сводя с меня испытующего взгляда.

Я тоже пристально смотрела на него.

– А ты хочешь уйти, чтобы облегчить мне решение?

Он кинул взгляд в сторону Джека и наклонился ко мне.

– Я хочу смотреть на тебя, когда ты будешь с ним.

Рука с сигаретой застыла в воздухе. Лицо Дэна находилось вблизи моей щеки. Я слегка наклонила голову в его сторону.

– Вот как?

Он кивнул и на секунду прикоснулся ко мне губами чуть пониже уха.

– Да.

Затушив сигарету, я отодвинулась от Дэна и выпила немного пива. Внутри образовалась какая-то пустота, но меня охватил жар. Взяв полы кардигана, я стянула их вместе, закрывая шею, нащупала пальцами пришитые вдоль воротника бусинки. Потерев их в задумчивости подушечками пальцев, я положила руку на стол.

– Ты хочешь просто смотреть? – Моргнув, я отпила еще немного пива в ожидании ответа Дэна.

Он снова перевел взгляд на Джека.

– У тебя на уме что-то другое?

Я тоже перевела взгляд на Джека. Тут он обернулся, заметил, что мы оба смотрим на него, и слегка мне кивнул. Я посмотрела на Дэна, но тут обнаружила, что не могу произнести ни слова. Как отвечать мужчине, с которым спишь, согласна ли трахнуться с другим в его присутствии?

– Ты хочешь с нами обоими?

Он умел выражать то, о чем я думала.

Я кивнула, по-прежнему не в силах выдавить из себя ни звука, хотя только одна мысль об этом меня возбудила.

Лицо Дэна стало задумчивым.

– Тебя это сделает счастливой?

– Счастливой? – Я засмеялась. – Не знаю, сделает ли это меня счастливой. Я просто думаю, что мне это… может понравиться. Ты уверен, что не хочешь того же?

Я кивнула в направлении девчонок в углу. Одна из них уселась другой на колени и стала изгибаться всем телом, словно под музыку. Исполнив этот эротический танец, она заслужила аплодисменты и поощрительные взгляды нескольких парней, сидящих за столом рядом с ними.

– Девушка с девушкой, – пробормотала я. – Бисексуальность как новый вид греха.

Дэн снова наклонился ко мне и, расчесав пальцами волосы на моих плечах, приподнял их и положил ладони мне на шею.

– Если бы я попросил тебя побаловаться с другой женщиной, ты бы сделала это? – прошептал он мне в ухо.

Я сглотнула, ощущая сухость в горле, и только потом ответила:

– Если только для тебя.

– Элли, черт, ты такая охренительная… – пробормотал он. – Я не могу…

Он обнял меня, чего я никак не ожидала, и уткнулся лицом мне в шею. Я сидела не шевелясь, чувствуя тепло его рук на своей спине, и не понимала, не сказала ли я что-то не то. Либо, наоборот, мой ответ превзошел все его ожидания.

Дэн выпрямился и заглянул мне в глаза.

– Ты красива, знаешь это?

Я покачала головой:

– Не говори так. Мне не нравится.

Обняв мое лицо ладонями, он провел по губам большим пальцем.

– У тебя самый возбуждающий и потрясный рот. Как насчет этого?

Я улыбнулась.

– У меня большой рот.

– Кто тебе это сказал? – Он снова стал пропускать мои волосы сквозь пальцы, как будто ласкал их, чем одновременно меня и ошеломил, и растрогал.

– Мать. Брат.

– А-а, – протянул он. – Много ли они знают?

Я не ответила. Он провел пальцем по брови. Я почувствовала себя глупо, но позволила ему это сделать.

– Если я попрошу тебя сделать это с другой женщиной, ты сделаешь это для меня. Не для себя.

Я слегка пожала плечами, не совсем понимая, что ему от меня нужно.

– Допустим.

Убрав руки от моего лица, он оглянулся через плечо и нашел глазами Джека.

– Но с ним ты сделаешь для себя. Я помолчала, подыскивая слова.

– Дэн, – наконец сказала я и в этот раз подалась к нему, положила руки на его плечи, касаясь его колен и встречаясь с ним взглядом. – Для чего нам этот разговор? Зачем? Зачем мы его затеяли?

Он провел ладонями вдоль моих рук, погладил запястья и взял мои руки в свои ладони.

– Фигли я знаю. Но не хочу останавливаться, что бы это ни было.

Не знаю, что могли думать люди, наблюдая, как мы сидим не размыкая рук, серьезно глядя друг другу в глаза. Не знаю, но мне было на это плевать. Это простое прикосновение наполнило меня восторгом, хотя оно же и удерживало меня на земле. Я была взволнована, но не волновалась.

Сидя в «Закланном ягненке» вместе с Дэном, который держал меня за руки и спрашивал, хочу ли я переспать с ним и с Джеком одновременно, я позабыла о цифрах. Как если бы он нажал на выключатель, вырубивший мои мозги, но включивший естество. Желание заставило меня позабыть о цифрах, но с Дэном мне было хорошо и без них.

Я бросила еще один взгляд на Джека.

– Думаешь, он согласится?

– Думаю, он даст отрезать себе яичко, чтобы оказаться у тебя между ног.

– Не каждому дано так своеобразно выражаться, – заметила я.

Дэн со смехом наклонился ко мне и прижался ртом к шее.

– Да, Элли, думаю, Джек просто жаждет тебя поиметь.

Говоря это, он просунул руку мне под юбку и дотронулся до укрытого кружевами местечка. Я содрогнулась от его прикосновения. Покусав мне мочку уха, он отодвинулся, оставив меня восстанавливать сбившееся дыхание.

Я выпила полстакана пива, прежде чем нам принесли еду, но чувствовала себя опьяневшей, как если бы выпила три. Джек поставил перед нами тарелки, положил салфетки и серебряные столовые приборы. Я уставилась в стол, когда Дэн с ним о чем-то коротко переговорил, после чего Джек удалился.

Мы поели. Жир стекал с наших пальцев, губы кривились от кисловатого вкуса уксусного солода. Еда была отличной. Дэн кормил меня кусочками своей рыбы с пальцев, что только усиливало чувственное удовольствие. Глупо, конечно, и мы запачкались, но ритуал был очень и очень сексуальный.

Вздохнув, Дэн отодвинул от себя пустую тарелку, вытер руки салфеткой и похлопал себя по животу:

– Неплохо.

Я не смогла умять все, но и на тарелке оставила не так много. Джек, оставивший нас, чтобы мы спокойно поели, снова возник у нашего столика.

– Может, нужна коробка?

– Спасибо, нет, – покачала я головой.

Та же усмешка. Она преображала его лицо. Мне подумалось: а сколько юбок в ответ на нее задралось? Что-то подсказывало мне, что немало.

– Какие еще планы на вечер? Может, выпьете что-нибудь еще?

Я снова покачала головой. Дэн собственническим жестом положил руку на спинку моего стула.

– Вообще-то, Джек, нам было бы интересно узнать, во сколько ты заканчиваешь работу.

– Примерно через полчаса, – не задумываясь, ответил он.

Я не могла отвести от него взгляда. На его языке блеснул гвоздик, а я представила себе, каково будет почувствовать этот язык на своем теле. Гвоздик наверняка теплый, подумала я, и мои соски затвердели.

– Тогда, полагаю, мы можем пропустить еще по стаканчику «Гиннесса», – сказал Дэн. – Ну и подождать тебя.

Джек убрал со стола тарелки и мусор. Отвечая Дэну, он смотрел на меня.

– Идет.

Вот так просто. Я смотрела в спину Джеку, но в этот раз он не стал оглядываться через плечо, чтобы встретить мой взгляд. Спустя некоторое время он вернулся к нам с пивом. Дэн заплатил по счету. Мы пили, и Дэн говорил. Его наблюдения за окружающими не требовали от меня ответов, и я была благодарна, что он на них не настаивал. Я не могла говорить, так как мои мысли были заняты тем, что должно было произойти.

Джек следовал за нами на своем мотоцикле. Дэн выбрал мотель. Я оставалась в машине и смотрела на Джека, который курил, пока Дэн снимал комнату. Ладони почему-то жгло. Я опустила глаза и увидела красные полукружия – следы ногтей. Потерла ладони, чтобы избавиться от этих следов.

В номер Дэн зашел последним и закрыт за нами дверь. Джек в это время клал свой шлем и кожаный пиджак на стул возле окна. Мне одной делать было нечего. Каждый нерв, каждый мускул во мне напрягся от ожидания, чувства обострились.

Они облегчили мне задачу. Джек подошел ко мне и заключил в объятия. Он был немного выше Дэна, и сначала я чувствовала себя немножко неловко, привыкая смотреть на него, чуть выше подняв голову. Дав мне несколько секунд, Джек стал меня целовать, начав с щеки, затем перейдя к шее, подбородку, но только не губы, как будто знал, что я этого не позволю.

Дэн подошел сзади, перебросил волосы на бок и поцеловал меня в шею. Прижавшись ко мне, он положил руки мне на бедра, притягивая их к своему паху. Джек также придвинулся ближе ко мне, его твердая плоть уперлась мне в живот.

То, что происходило сейчас, было отражением моих мыслей – касаясь себя, я иногда думала о таком: быть окруженной мужчинами, один спереди, один сзади. Две пары обнимающих меня сильных рук. Два рта, оставляющих на моей коже влажные отметины. Находясь между мужчинами, мне даже не нужно было думать о том, как устоять на ногах, так как они оба меня держали.

Два рта. Четыре руки. Два члена, скрытых пока одеждой, но которые тем не менее невозможно было игнорировать, когда мужчины прижимались ко мне. Дэн провел руками по моим бедрам, поднял юбку и положил ладони на обнаженную кожу. Джек вытащил мою блузку из-за пояса и стал ловко расстегивать пуговицы. Оба не переставали меня целовать. Шея, горло, плечи, спина, через одежду и под ней, не обходя вниманием ни одного участка моего тела, пока оба меня раздевали, работая слаженно, как если бы делали это не в первый раз.

Я осталась в лифчике, трусиках и туфлях. Джек взглянул поверх моего плеча и кивнул Дэну, как если бы они говорили на только им понятном и только ими слышимом языке. Дэн опустил голову и стал слегка покусывать мое плечо, в то время как Джек опустился передо мной на колени.

Я даже растерялась от того, как быстро он это проделал. Его голова оказалась на уровне моей талии. Я невольно сделала шаг назад, но уперлась в Дэна, ощутив мягкость его вязаного свитера голой кожей.

– Я…

– Тише, – прошептал Дэн мне на ухо, обхватывая меня рукой чуть ниже груди. Другая легла мне на бедро.

Джек положил руки мне на бедра, чуть выше ладони Дэна, и поцеловал меня в живот. Мои мышцы судорожно сжались, но их руки удерживали меня на месте. Губы Джека соскользнули к резинке моих трусиков, чуть ниже пупка, и я напряглась еще больше.

Возбуждение, в котором я пребывала для этого, заглушило беспокойство, но оно не избавило меня от него полностью. Джек был очень близок к тому, чтобы я почувствовала его рот между своих бедер. Я не хотела этого, мне это не нравилось, я не могла этого допустить, но я не могла этого и избежать.

– Спокойно, Элли, спокойно, – приговаривал Дэн.

Джек поцеловал меня в бедро. Затем… колено. Я хихикнула, когда он обхватил мою лодыжку, приподнял ее и, поглаживая мою ногу, снял с меня сначала одну туфлю, затем вторую. Стоя передо мной на коленях, он поднял на меня голову с той самой сияющей усмешкой.

– Мы о тебе позаботимся, – сказал Дэн.

Джек кивнул.

– Или ты еще боишься?

– Нет. – И я сказала правду.

– Хорошо, – просиял Джек.

Поцеловав меня в другое колено, он поднялся и взял мою руку. Дэн ненадолго оставил меня с ним, сдернул с кровати покрывало, затем вернулся ко мне, взял другую мою руку. Вместе они усадили меня на кровать.

– Ты только посмотри на нее, – сказал Дэн. – Обалденно хороша, верно?

– Чертовски классная, – согласился Джек.

Дэн снял свитер и футболку. Джек сделал то же самое. Глядя на меня, они расстегнули ремни, опустили джинсы вместе с плавками, сняли носки. Я завидовала им: как комфортно они чувствуют себя в обществе друг друга. Если кто-то из них и беспокоился, что уступает другому в крепости мышц и размерах члена, по ним этого сказать было нельзя. Они просто стояли передо мной голыми, словно предлагая мне себя оценить.

Это было легко. Дэн немного уступал Джеку в росте, но был крепче его и имел более густую поросль волос на груди – он был мне уже знаком. Светлая, гладкая кожа Джека была испещрена чернилами, вокруг его сосков волос не было совсем.

Но у него было то, чего не было у Дэна.

– Бог мой, – вырвалось у меня.

Джек засмеялся, глядя на свой член. Рядом с его головкой было кольцо. Оно пронзало его член и выглядело достаточно большим, чтобы испугать любого, кто его видел.

Дэн тоже опустил глаза.

– Ё-мое, – произнес он. – Слышь, приятель, на фига ты это сделал?

Джек снова засмеялся и погладил свой член, задевая кольцо.

– Пусть она попробует ответить на твой вопрос.

Я заморгала, завороженная этим зрелищем.

– Подойди сюда.

Он подошел к кровати и опустился рядом со мной на колени. Когда я взяла его член в руки, он издал приглушенный звук. Так же как и он ранее, я провела по нему ладонью вверх-вниз, чувствуя, как кольцо трется о мою кожу. Металл был гладкий и теплый.

Джек вздохнул и, положив свою руку поверх моей, энергичнее, чем я, стал двигать ее вверх-вниз.

– Вот так хорошо.

Дэн присоединился к нам, опустившись по другую сторону от меня. Избавив меня от лифчика, он накрыл мои груди ладонями и начал их нежно ласкать. Не отрывая горячий, влажный рот от моей спины, он принялся за соски, которые тут же затвердели и поднялись вверх.

Дэн положил руку мне на трусики, совершая круговые движения пальцами, а я в это время продолжала гладить Джека. Клитор набух от распиравшего меня желания, и я застонала, почувствовав прикосновение Дэна. Другой рукой он повернул меня так, что я оказалась сидящей между его ног, спиной к нему, его руки продолжали творить чудеса с моей грудью и влагалищем, пока он посасывал мою шею.

Дыхание Джека участилось, и я взглянула на него. Его усмешка ничуть не потускнела, хотя взгляд немного остекленел, а на лбу проступили капли пота. Его бедра подались мне навстречу, он положил руку мне на голову, намотал волосы на пальцы и слегка потянул. Я вскрикнула и выгнулась дугой, ближе к Дэну.

Член Дэна упирался мне в спину. Его палец опустился вниз, затем снова поднялся, используя выступившую влагу, потер клитор. Джек сжал мою руку поверх головки члена, останавливая меня.

– Медленнее, – прошептал он.

Услышав его прокуренный голос, я содрогнулась от удовольствия.

– Хочу тебя положить, – промурлыкал Дэн.

Он отодвинулся и подпихнул подушки мне под голову, чтобы было удобнее. Мужчины взглянули друг на друга и вместе спустили с меня трусики. Я помогала им, приподняв бедра. Джек взял кружевное белье и бросил его на пол, затем встал на колени передо мной, согнул одну мою ногу в колене и поставил ступню себе на бедро. Дэн провел рукой по другой ноге, погладил бедро, переместил ладонь на живот, все это время глядя на меня и ободряюще мне улыбаясь.

Джек поцеловал мое колено, и я опять хихикнула. Смех вышел хрипловатый от пресекшегося дыхания. Он немного подвинулся, чтобы поцеловать голень, затем лодыжку. Взяв мою ступню в руки, он стал ее массировать, поцеловал подъем. Мое тело содрогнулось, но его руки удержали мою ногу от того, чтобы я случайно его не лягнула.

От его поцелуя мне стало щекотно, одновременно родилось чувство такое же сильное, как если бы он вошел в мое тело. В ответ на это ощущение ноги раздвинулись сами собой, бедра приподнялись. Я попала Дэну рукой в нос. Он моргнул, еще раз доказывая, что по-настоящему хороший секс требует хореографической постановки.

– Предупреди меня, когда в следующий раз заставишь ее это сделать, – сказал Дэн, обращаясь к Джеку.

Тот засмеялся, встречаясь со мной взглядом.

– Думаю, ей понравилось.

Они говорили обо мне, словно я сама не могла за себя ответить. Наверное, я могла бы обидеться, но не стала. В том, что они так переговаривались, было что-то сексуальное. Как если бы я вдруг подслушала разговор, который могли бы вести мужчины между собой, обсуждая женщин. Если бы они начали изъясняться иносказательно, старались бы ради меня как-нибудь смягчить свои слова, это прозвучало бы гораздо более нелепо.

– У нее очень миленькие ноги. – Джек снова поцеловал меня в подошву, задержал губы, опаляя и щекоча мне кожу дыханием, и я простонала. – Видишь, я прав. Ей нравится.

Дэн кивнул, убирая руки с моей груди и гладя живот.

– Она мокренькая. Коснись ее.

Джек бережно поставил мою ногу и наклонился, чтобы до меня дотронуться. Он облизнул губы, и гвоздик на его языке снова сверкнул.

– Держу пари, она сладкая на вкус.

Когда Джек это произнес, Дэн взглянул на мое лицо. Видимо, на моем лице опять проскользнуло паническое выражение, потому что он потянутся ко мне, убрал упавшие мне на лицо пряди и положил ладонь мне на щеку.

– Нет, – сказал он. – Это не для тебя.

Глядя поверх плеча Дэна, я видела, как кивнул Джек, как будто ожидал подобного ответа. Дэн заглянул в мои глаза и поцеловал меня в край губ. Уважая мое решение, не обсуждая того, что я не могла перешагнуть какой-то барьер. Положив ладонь ему на шею, я несколько секунд вглядывалась в его глаза.

Не знаю, что он прочел в моих глазах, но, похоже, увиденное его удовлетворило, поскольку он улыбнулся и поцеловал меня в кончик носа, отнял мою руку от своей шеи и поцеловал ладонь. Затем он выпрямился и предложил Джеку:

– Соски. Она это любит.

Джек кивнул, привстал и взял сосок в рот раньше, чем я успела перевести дыхании. Я не ошиблась насчет гвоздика в его языке. Так же как и кольцо на его члене, гвоздик был гладкий и теплый, и я громко и часто задышала, почувствовав его прикосновение к своей коже.

Дэн взял в рот другой сосок. Я опустила голову и увидела две головы – темная и светлая, они были близко друг к другу, но оба сосредоточились на мне. У меня мелькнула мысль, не поцелуют ли они друг друга или, может, дотронутся. Подумав об этом, я сглотнула, и Дэн взглянул на меня.

Я облизнула губы. Он улыбнулся и перевел взгляд на Джека. Тот продолжал мять губами мой сосок, но смотрел на меня. Увидев направление моего взгляда, он посмотрел на Дэна, и тут они оба стали смеяться. Я присоединилась к ним.

– У нее сексуальный смех, верно? – спросил Дэн.

– У нее все сексуальное, – ответил Джек.

Втянув сосок в рот, он просунул руку между моих ног. Погладил клитор. Его прикосновения были не такие, как у Дэна, – уверенности в них было меньше, чем у того. Но эта нерешительность его пальцев меня невероятно возбудила. Все мышцы моего тела напряглись, натянулись, словно собираясь в один пучок. Мне приходилось напоминать себе, что нужно дышать.

Дэн также просунул руку мне между ног, замерев на миг, пока Джек продолжал свои неровные поглаживания. Затем я ощутила внутри себя палец, за которым последовал другой, и издала какой-то невнятный звук.