Текст книги "Мощный сигнал (СИ)"
Автор книги: Меган Эриксон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
– Да ты крут.
– О, я такой, – ответил он с капелькой гордости. Мне понравилась уверенность его тона. – Как только у меня появилось несколько тысяч подписчиков, на маленького педика обратили внимание. – Он надел гарнитуру. – И это здорово, потому что начиналось все довольно паршиво – люди были шокированы тем, что гей умеет играть да еще составлять конкуренцию лучшим. Но теперь меня по-настоящему уважают, и я зарабатываю любимым делом на жизнь.
Ему повезло. Очень немногие могли похвастаться тем же.
Я подобрал с пола трусы и, приподнявшись, натянул их на бедра.
– Мне побыть в другой комнате? Или можно остаться и посмотреть?
– Конечно, останься. Я еще даже не создал персонажа, так что сейчас будет круто. Тебе даже, может, понравится.
Хоть Кай и не стал настаивать на том, чтобы я вышел, было заметно, что идея стримить в моем присутствии немного пугает его. Он сидел, выставив перед собою коленку, на самом краешке кресла и с напряженной улыбкой то и дело поглядывал на меня. Чтобы он перестал нервничать, я улегся на спину и уткнулся в свой телефон. И снова поднял глаза только после того, как понял, что он уже на твиче.
– Всем привет! Простите за таинственное исчезновение. Вмешалась реальность. – Повисла пауза, пока он просматривал поток заполонивших чат сообщений. – Хаха. Да, Крей, ты угадала, у моей любимой доставки закончилось кофе и мороженое.
Его поза стала расслабленной. Он подвернул под себя ноги и залогинился на одном мониторе в игру, параллельно читая на втором, повернутом вертикально, сообщения в чате.
– Гарви и Черри не обижали вас? – Это были его модераторы. – О-о, Гарви, ты уже тут. Мой герой.
Я закатил глаза. Гарви был одним из тех маленьких гадов, которые балансировали на грани между Поклонником Кая и его Одержимым Фанатом. Я как-то заглянул в его профиль и обнаружил там белокурого серфера с потрясающим телом и глазами, которые были такими ярко-зелеными, словно он носил линзы. Он утверждал, что является натуралом, но я на его брехню не купился. Уж слишком нежные чувства он питал к Каю.
Забросив попытки скачать все приложения мира на свой заново активированный телефон, я сел и всмотрелся в вертикальный экран.
Гарви: Кай, ты словно только что выскочил из постели :3 Что у тебя с волосами?
Рука Кая взметнулась к макушке.
– Э-э… Ничего?
Ха. Он явно не подготовился к комментариям на тему его взъерошенных после секса волос и засосов, которыми я покрыл его тело. Обычно я такими вещами не увлекался, но у нас выработался свой ритуал, во время которого мы помечали друг друга. Кай начал первым – он почему-то считал меня эдаким сногсшибательным жеребцом, привлекающим толпы народу. Если б только он знал… Люди, как правило, начинали избегать смотреть мне в глаза, едва понимали, что мое лицо никогда не выражает эмоций.
Гарви: хммм…
– Какое ему дело до твоих треклятых волос?
Кай фыркнул, но его плечи затряслись от беззвучного смеха.
– В общем, сегодня я начинаю альфа-тест ALW. Или, для нубов, – A Legend’s Walk. «Цикроник» предоставили мне доступ к игре, но все те же таинственные обстоятельства вынудили меня… э-э… временно об этом забыть. «Цикроник», простите! Клянусь все наверстать!
На главном мониторе закрутилось лого «Цикроника», и я встал, чтобы поближе взглянуть на игру. Вступительная заставка, на которой сменялись великолепные игровые локации, напомнила мне начальные титры «Игры престолов». Когда загрузился экран создания персонажа, я переместился еще ближе к столу. Графика была изумительной, и мне понравилось, что любую часть лица или тела героя можно было увеличивать и изучать.
– Итак, в этой игре есть пять рас, – сообщил чату Кай. – Люди, Нимфы, – он переключился на стройное существо, которое стояло в чувственной позе и было похоже на эльфа, – Дриады – они, по сути, деревья и очень живучие, – Полубоги и Драконы. Что самое классное, здесь нет полов. Можно создать персонажа и кастомизировать его внешность, не указывая, женщина это или мужчина.
Я покосился на чат и к своему удивлению не увидел воплей о чрезмерной политкорректности разработчика, которые появились бы на любом другом геймерском форуме. Это впечатляло. И еще сообщало о той атмосфере, которую Кай создал и культивировал у себя на канале. Не подумав, я встал за его креслом и сжал его плечи.
Чат обезумел.
Гарви: Воу! Чей это пресс?
Черт, я был полуголым.
Черри: эээээ, Кай? Это и есть причина твоего таинственного исчезновения?
Митч: охренеть. Кай, тебе наконец-таки перепало?
Гарви: Митч. Не вынуждай меня выдавать тебе бан :/
Борикуа: что? нормальный вопрос
КиндерКид: ОМГ. ОМГ. КАЙ, ГОВОРИ!
– Черт, извини. – Я отступил. – Я не подумал.
– Нет, все нормально! Наверное. Да? – Кай сверкнул нервной улыбкой, и я снова взглянул на экран.
Черри: Ничего себе! Ты правда там не один? Тогда он точно особенный! Ты впервые упомянул, что у тебя кто-то есть, а ведь я здесь три года <3 <3 Поздравляю!
Гарви: Черри, не спеши с выводами. Это может быть просто друг.
Борикуа: а гарви ревнует
Черри: Гарви гетеро :p
Борикуа: лол нет
Митч: Кай, попроси своего чувака показать нам лицо. и еще было бы неплохо заценить его причиндалы.
– Вау, да они не умеют вести себя.
– Ш-ш. Обсудим это потом, – одернул меня Кай. – Подойди сюда, если хочешь.
Я сделал пару неохотных шагов, но потом, воодушевленный его яркой улыбкой, все-таки склонился над его креслом и показал себя чату.
Черри: Вау! КАЙ. ЭТО ШОК.
КиндерКид: О БОООООООЖЕ ВЫ МОЕ ОТП *разрыв сердца*
Борикуа: ну все, поздравляю, ты больше не девственник. теперь мы можем уже начать смотреть стрим?
Я не смог сдержать изумленного смешка. Они были совершенно нелепыми, но при виде того, как десятки людей – среди которых были и те, кто обычно молчали – радуются за Кая, у меня на душе стало легко и спокойно. До тех пор, пока не влезли Гарви и Митч.
Гарви: Надеюсь, «Цикроник» не против, что ты игнорируешь их игру, к которой тебе предоставили альфа-доступ.
Митч: если честно, я бы лучше посмотрел, как они трахаются
– Этот ублю…
– Ладно, чат, это Гаррет. Скажите: «Гаррет, привет!»
По экрану понеслись десятки приветствий вперемешку с вопросами. Его чат интересовало все, начиная с того, как мы познакомились, и заканчивая размерами моего члена. Я стиснул зубы и тоже пробурчал им «привет».
Черри: Это твой возлюбленный, да?
– Это… – Кай нерешительно поднял глаза на меня, а я так же уставился на него. Мы еще не добрались до того, чтобы дать друг другу определения. – Это мой Гаррет!
Черри: Ооо, это так мило. Я уже вас обожаю.
Гарви: Кай, ты будешь играть или нет?
Черри: *закатывает глаза*
Борикуа: что, гарви, злишься?
Кай фыркнул и принялся рассказывать о процессе выбора персонажа. Я же попробовал отклониться, чтобы выйти из кадра, но он поймал меня на запястье, и я, моментально попавшись в ловушку его умоляющего щенячьего взгляда, вернулся на место. Против его обаяния не существовало защитного механизма.
Опустившись на корточки и положив локоть на стол, я стал смотреть, как он создает андрогинного Полубога с черно-розовыми волосами. Когда он спросил у чата, какой класс выбрать первым, я предложил вора. Мне всегда нравились герои с умением маскировки.
– Это скорее любимый класс Гаррета, нежели мой, – сказал Кай, нажав кнопку «создать». – Он фанат кинжалов и луков. Милишники – не мое.
– Как и стрелки, если судить по тому, как безбожно ты мазал в Apocalypse.
Кай рассмеялся и стукнул меня по плечу, но половина чата сразу же бросилась защищать его. Причем так агрессивно, что во мне снова вспыхнуло раздражение. Да кем они себя возомнили? Этот вопрос, пока Кай играл в начальной локации, снова и снова возникал у меня в голове, но потом я напомнил себе, что когда-то одним из них был я сам.
Еще я заметил, что за следующие двадцать минут зрители задонатили Каю больше ста баксов. За двадцать минут. Его средний доход за минуту был выше, чем в некоторых штатах получали за час. В это было трудно поверить. Я обратил внимание и на то, что он обязательно называл по имени и благодарил каждого, кто перечислял ему деньги.
Митч: нахер эту игру. скукота. когда вы с солдатиком появитесь на XXXTube?
– Да что этот хренов клоун себе позволяет? – вырвалось у меня, прежде чем я успел подумать, что говорю. – Хочешь посмотреть порно, говнюк, – иди на порнхаб. Если ты даже во время просмотра игры просишь показать тебе член, то я даже не знаю, как это характеризует тебя, как человека.
– Гаррет…
– Нет, подожди! Что до тебя, модератор Гарви, то засунь свой чертов язык себе в ж…
Кай зажал ладонью мой рот. Пока я пытался вывернуться, он свободной рукой сорвал с себя гарнитуру и повалил меня на пол. Я слегка прикусил его палец, он рассмеялся, а дальше мы с ним, пыхтя, стали бороться.
– Кай, слезь с меня…
– Тебе нельзя обзывать моих…
– Этим твоим модераторам надо…
– О боже, никак не могу решить, раздражает меня твое поведение или заводит.
Я прихватил его пах.
– Я бы сказал, что заводит.
Кай раскраснелся, его дыхание сбилось, а волосы растрепались, но рассерженным он не выглядел ни вот на столько.
– Успокойся, – шепотом попросил он. – Они разволновались, но они рады.
– Не все.
– Я тоже волнуюсь и рад, – сказал он с нажимом. – Они – мои единственные друзья и только что познакомились с моим…
– Бойфрендом?
– Да? – Кай склонил голову набок. – Правда? В смысле мы теперь бойфренды?
– Мать твою, а кто же еще. – Я подмял его под себя и, наклонившись, проник кончиком языка к нему в рот. Прикасаться к Каю было настолько приятно, что удержать руки при себе было сложно, если не сказать невозможно. Да он и не просил меня перестать. – Ты можешь отложить стрим на час-полтора?
– Ну…
Я царапнул его горло зубами.
– Окей… хорошо, хорошо. – Он выбрался из-под меня и растрепанный, с расширенными зрачками снова сел перед камерой. Я был даже рад, что не вижу реакцию его обожателей. – Народ, я скоро вернусь! Нам надо… э-э… обсудить правила чата и все такое.
– Или правила игры с твоей задницей.
Кай, закрывая стрим, стукнул меня по ноге.
– Если они это услышат, то гарантирую: ко мне начнут приставать с утроенной силой.
– О черт. – Я приподнялся на локтях. – Но они ведь нас не услышали?
– Не знаю. У меня довольно-таки дорогой микрофон.
– Не сомневаюсь. С твоими-то привилегиями.
Закончив возиться с компьютером, Кай развернулся и показал два больших пальца.
– Завидуешь моим связям?
– Так точно. У тебя лучшая работа на свете, а моя задница скоро отправится на завод. – Я выдохнул, когда он снова плюхнулся на меня, подцепил мои ноги ступнями и заерзал своей соблазнительной попкой. – М-м, ты такой сексуальный.
– Ты сексуальнее. – Он поцеловал меня в нос. – Что там насчет завода?
– Я уже говорил, что на гражданке смогу быть только механиком. Мой основной профиль – дизельные двигатели, а единственное нормальное место, куда меня могут взять – это заводы по их производству. Между командировками я получил сертификат специалиста, плюс после армии у меня почти десятилетний опыт работы, но черт его знает, сколько я смогу получать, если в итоге меня поставят сборщиком на конвейер. Конечно, у многих нет и такого, но зарабатывать после всего тридцать тысяч долларов в год будет печально.
– Но ты, может, и не попадешь на конвейер, – сказал Кай. – Или будешь собирать… например, танки.
– Или школьные автобусы.
– Еще лучше!
Я рассмеялся и шлепнул его по заднице.
– Люблю твой энтузиазм.
– А я – твое лицо.
«А я – тебя», – чуть не сорвалось у меня с языка, но я успел прикусить его и сосредоточил внимание на заднице Кая.
– У тебя немного пугающий стрим.
– О господи, ты опять?
– Ну а что, разве нет? – Я раздвинул его ягодицы, погрузившись пальцами в тонкую ткань. – Этого Митча надо забанить.
– Его и забанят. Потом. Просто сегодня Гарви и Черри отвлеклись на твое совершенство.
– Гарри отвлекся, потому что оплакивал твой утраченный статус одинокого парня, – возразил я. – Ты хоть осознаешь, насколько они зациклены на тебе? Уверен, две трети смотрят твой стрим исключительно потому, что считают, будто ты знаешь их и у вас есть шанс познакомиться в романтическом смысле. Это хрестоматийный пример парасоциальных отношений с… тысячами людей.
– Бэби…
– Из которых как минимум тысячи две, – продолжил я, – с радостью разрешат тебе помочиться на них, лишь бы ты хоть один раз упомянул их имя на стриме.
– Уверен, на золотой душ согласится не больше тысячи. – Кай снова вжался в меня. – Слушай, ты ведешь себя нелогично. Мы с тобой познакомились в FWO. Ты гуглил меня. Нашел мой канал на твиче. Первым написал мне сообщение. Как ты можешь их ненавидеть?
Я все это знал и не раз повторял себе сам, но все равно полагал, что в моем случае все по-другому. Между нами родилось притяжение. И завязалось нечто серьезное.
– Если бы ты попросил меня отвалить, я бы послушался. Я бы не стал мастурбировать на твои леггинсы.
– Это не леггинсы, а компрессионные штаны, в которых я занимаюсь.
– То есть леггинсы.
Кай шлепнул меня по плечу.
– Кстати! По-моему, будет круто, если ты иногда будешь вести стримы вместе со мной. Типа… Субботы с Гарретом! Ты хорошо разбираешься в играх, и народу понравится наш контраст.
– Ты поставишь меня на превью?
– Обязательно. – Кай оседлал меня. – Но если ты собираешься постоянно ворчать, то стримить перед тобой я не буду. Это моя работа, и мой мужчина должен ее уважать. Знаю, мои подписчики не всегда ведут себя идеально, но они меня любят, и я не могу просто сидеть и смотреть, как на них наезжают. Даже на неприятных. С ними разберутся мои модераторы – как только переварят тот факт, что у меня неожиданно появилась личная жизнь. – Он покрутил руками, словно подыскивая объяснение поточнее. – Орать на подписчиков – не мой метод работы. Я доверяю это другим, а сам сохраняю свой обаятельный имидж. Плюс некоторые из них не такие уж и плохие, и мы по-настоящему подружились.
До меня у него была своя жизнь, и несмотря на мое присутствие у него дома, его жизнь в интернете никуда не исчезла. Мне следовало помнить об этом, как бы сильно ни бесил меня его гребаный чат.
– Ты прав. Буду стараться не быть козлом. Если честно, я впечатлен тем, что ты создал. И тем, какое сообщество вокруг тебя собралось.
– Правда?
Я сжал его бедра.
– Конечно. Я хочу поддерживать тебя, а не мешать. Если ты хочешь, чтобы я сидел с тобой перед камерой и периодически отпускал мудрые замечания о процессе игры, то я полностью за.
Судя по всему, я выбрал правильные слова, потому что Кай вжался в мою эрекцию своим твердым членом и начал медленно расстегивать пуговицы рубашки.
***
Кай
Рядом с Гарретом мне не светило вернуться к своему обычному стриминговому распорядку, но мне было плевать. Я хотел его постоянно. И даже когда мы не трахались, он был чемпионом по нежным обнимашкам в постели. Когда я сказал ему это, он фыркнул и перешел в режим сурового мачо, но честное слово, он обнимался как профи.
Я идеально помещался у него на груди, под его подбородком.
Хотя прямо сейчас я хотел, чтобы он поместил в мою задницу член.
Я стянул с плеч рубашку, уперся ладонями в его грудь и стал раскачиваться на нем, тереться о его твердый член своей плотью. Пока он поглаживал мои бедра, я, согнув пальцы, вонзил в него ногти. Он ни разу на это не жаловался. Я мог царапаться, кусаться, оставлять на нем синяки сколько угодно – это лишь заводило его. У меня никогда не было парня, с которым я мог настолько раскрепощаться.
– Это все-таки леггинсы, – сказал Гаррет, подцепив пальцем пояс моих черных штанов. – Адски сексуальные леггинсы.
Он сдернул их вниз, оголив мою задницу, и в ощущении легкой прохлады, которая овеяла мою обнаженную кожу, было нечто такое, что завело меня еще больше. Неужели так будет всегда? Если да, то мы могли затрахать друг друга до комы.
Его губы раздвинулись, дыхание участилось, и я понял, что он собирается сделать, раньше него самого. Приготовился… и не ошибся. Мою задницу обожгла сладкая боль, и у меня вырвался стон.
– М-м, какой кайф, – пробормотал Гаррет, после чего отвесил шлепок второй ягодице.
Я затолкался на нем энергичнее, трахая его сквозь штаны. Он зарычал, потом взялся за мою талию и рывком перевернул на живот, отчего из моих легких вышел весь воздух. Больно ударившись бедрами об пол, я едва сдержал всхлип. Я знал, что завтра увижу там синяки, но меня это не волновало. Синяки были свидетельством того, как сильно Гаррет хотел меня, и разглядывая их перед зеркалом, я испытывал гордость. Мы не извинялись за отметины, которыми покрывали друг друга. Гаррета они восхищали не меньше меня.
Мы точно были созданы друг для друга.
Захватив мои волосы в горсть, он развернул мою голову и впился в мой рот мокрым, сокрушительным поцелуем, от которого я начал всхлипывать и задыхаться. Пока он овладевал моим ртом, его рука, как в тисках, удерживала мои запястья на пояснице, а член давил на мой вход. Я был обездвижен, но, умоляя его меня трахнуть, пытался толкаться назад.
Он отстранился, и мой висок опустился на пол. Я ощутил, как его рука легла мне между лопаток, прошлась по спине и опустилась на ягодицы. Он шлепнул меня еще один раз, после чего жар его ладони исчез. Вывернув шею, я оглянулся. Гаррет держал два пальца во рту, посасывал их, потом вытащил, и весь его облик – от пальцев, на которых блестела слюна, до беспорядка волос и припухшего рта – был охеренно развратным.
– Куда мне их вставить?
Я не мог говорить. Открыл рот, но оттуда не вышло ни звука. Гаррет стиснул мои запястья.
– Бэби, ответь. Куда должны попасть эти пальцы?
– В мою задницу, – через силу прохрипел я.
Он усмехнулся, потом опустил руку и вставил в меня сразу два пальца. Я всосал в себя воздух. Но ощутил не боль – мы сколько раз успели потрахаться, что боли быть не могло, – а только давно забытое, но такое приятное чувство заполненности. Его пальцы задвигались, согнулись, задевая простату, и вскоре я перестал понимать, что происходит. Мое зрение затуманилось, горло сжалось. Я, кажется, даже заплакал. Я не хотел, чтобы он останавливался. Никогда.
– Обожаю смотреть, как ты меня принимаешь. Твоя задница будто создана для меня. – Пока его пальцы продолжали свою сладкую пытку, он отпустил мои руки и расправил ладонь на моей ягодице. – Сбегаю за презервативом, потому что мне надо очутиться в тебе.
– Они кончились, – выдавил я со смешком. Его пальцы замедлились. – Так что возьми меня так. – Ощутив напряжение в его теле, я приоткрыл один глаз и взглянул на него.
– Ты уверен?
– Тебя в армии на все проверяли, а я не занимался сексом сто лет. Просто войди в меня, а то я умру.
– А смазка… – заговорил было он, но я, не пуская его, крепко сжал задницей его пальцы. Он уставился на меня. – Ничего себе трюк.
Я хохотнул.
– Используй слюну. Скорее, а то я все сделаю сам!
Он вытащил пальцы, раздвинул мои ягодицы и сплюнул туда. А потом обхватил рукой член и приставил его к моему входу.
– Ты сам напросился.
И начался примитивный, грубый, безжалостный трах. Его пот капал мне на спину, рука упиралась мне в шею, а вторая сжимала в кулаке мои пальцы, лежащие около головы. Мое лицо елозило по твердому полу, пока Гаррет снова и снова вбивался в меня.
А я трепетал от восторга.
– Еще никогда не трахался без защиты, – пробормотал он, задыхаясь. – Как же приятно… Боже, я скоро кончу.
Его бедра задергались, из груди вырвался стон, и он взорвался в оргазме. Пока он изливался в меня, на моих губах, я был уверен, сияла большая улыбка.
Не успел я осознать, что он кончил, как меня перевернули на спину, и Гаррет, стащив с меня леггинсы, в два быстрых движения заглотил мой член до конца. Пока он сосал, я держал его за волосы, его губы вытворяли безумные грешные вещи, и не прошло и секунд тридцати, как я с криком кончил Гаррету в рот.
Мы обмякли. Его голова лежала у меня на бедре, а я еще сжимал его волосы.
– Твой чат, – тяжело дыша, вымолвил Гаррет, – непременно поймет, что тебя грязно использовали.
– Или что я грязно использовал твой большой член.
Гаррет покраснел. Что происходило всегда, когда я восхищался размером его инструмента, и было очаровательно.
– Давай сходим в душ, а потом мне, очевидно, придется стримить без перерыва весь день, – сказал я. – Будешь смотреть?
Он кивнул и чмокнул меня в бедро.
– Да. Я постараюсь вести себя хорошо. А если меня кто-нибудь взбесит, займу себя чем-то другим.
– Похоже на компромисс.
– Так и есть.
Поднявшись на ноги, Гаррет отправился в ванную. Он знал, что холод я не люблю, и что воде нужна пара минут, чтобы согреться. Как мы с ним так идеально совпали? Все было до неправдоподобного хорошо, а значит не могло длиться долго. Но ради того, чтобы наша идиллия продлилась подольше, я был готов сделать все.
Глава 16
Гаррет
Причиной, по которой я в первый раз после увольнения покинул дом Кая, было собеседование о работе. Несмотря на всеобщие заверения в том, что у меня впереди куча времени, я понимал, что пока не начну действовать, расслабиться не смогу.
Так что пока Кай делал свою работу, я делал свою. Я прочесал интернет на тему ближайших заводов дизельных двигателей, отозвался на все объявления от приличных компаний, и вскоре мне позвонили.
Кай расстроился из-за того, что я уезжал на весь день, поскольку собеседование было в западной Пенсильвании, но осознав, что мне претит мысль расстаться с ним даже ради того, чтобы сходить в магазин за строгой одеждой, немного повеселел. Он дал мне воспользоваться своим премиальным аккаунтом на амазоне, и я заказал костюмные брюки и пару рубашек. Доставка заняла всего лишь два дня.
Все было идеально, пока я не оказался на собеседовании.
Оказалось, что все позиции в Пенсильвании уже заняты, и они ищут людей только для других своих производств. За пределами штата.
Теплая нега, окутавшая меня после дней, проведенных в объятиях Кая, растаяла и оставила за собой мурашки и холод.
Ну почему жизнь всегда обращалась со мной, как с дерьмом?
Назад в Филадельфию я выехал с тяжестью на душе.
Мне должна была подвернуться другая работа. Я это знал. Или нет? Из остальных мест мне не ответили, и что, если такая ситуация была всюду? Меня не обрадовало то, что мне только что предложили руководящую должность в Иллинойсе или Огайо, где платили на добрых двадцать кусков больше, чем на конвейере. Это было чересчур далеко.
Черт.
Я страшно спешил назад к Каю, но ближе к вечеру голод заставил меня остановиться. Хоть я и находился слишком близко от окраины Рикстона и точно был не готов возвращаться домой. Я знал, что стоит матери и Николь увидеть меня, то опять сбежать в Филадельфию мне не дадут.
Тем не менее в животе у меня громко урчало, и я притормозил у кафе.
– Сэндвич с прошутто, сопрессатой и проволоне, – сказал я парню за стойкой. – И еще картошку и колу.
Предвкушая наслаждение вкусной едой после столь долгого перерыва, я на какое-то время забыл о проблемах. Но как только я сел за оранжевый пластмассовый стол, меня кто-то окликнул.
– Твою ж мать! Гаррет Рейд?
Этот голос я бы узнал где угодно. Кевин Макдональд. Мой старый школьный приятель.
Так и не успев откусить сэндвич, я встал, и меня в тот же момент сгребли в медвежьи объятья. Я заставил себя рассмеяться, но мне пришлось чуть ли не оттолкнуть его.
– Давно не виделись, Кев.
– Не то слово, бро, не то слово. – Глаза Кевина, когда он отстранился, блестели. – Прости, что отрываю тебя от еды, но черт возьми, прошло столько лет!
– Сколько? Пять?
– Типа того! Мы случайно столкнулись на Черной пятнице в магазине. Я думал, ты прикончишь того чувака, который боролся с Ники за ноутбук.
Вспомнив тот день, я неожиданно для себя хохотнул. А потом кивком пригласил Кевина сесть и наконец-то впился зубами в мягкую булку.
– Чувак. – Кевин опять покачал головой, глядя на меня широко распахнутыми глазами. – Господи, я и забыл, каким ты стал здоровущим. Как жизнь после армии?
– Я только что вернулся из Афганистана.
– Да ладно? Не знал, что ты подписывался на еще одну командировку!
– Угу, но теперь с этим покончено. – Я откусил хрустящего итальянского хлеба и от наслаждения застонал. – Пришло время устроить свою чертову жизнь в реальном мире. Делать карьеру в армии я не хочу.
– Бро, тебя можно понять. Там охереть как опасно.
Я помотал головой.
– Стыдно сказать, но в этот раз я только торчал в гараже и копался в моторах.
– Чувак, успокойся. – Он закатил глаза, и я вспомнил, почему мы так хорошо ладили в школе. Его мягкость уравновешивала мой жесткий цинизм. – Ты же механик. Да и потом, в тот раз ты рассказывал, что с тобой тоже случилось пару жутких историй. Поблагодари бога за то, что вернулся живым. – Кевин, как примерный католик, перекрестился. – А вот мой кузен Пит и Толстяк Том не вернулись из своих последних командировок.
Вкус сэндвича у меня во рту стал горьким, как пепел.
– Серьезно?
– Угу. Жизнь дерьмо.
Это было преуменьшением, и я разглядел на его лице боль, хоть он и спрятал ее за быстрой улыбкой.
– А как остальная твоя семья? Шорти, Мэг, девочки.
Кевин снова махнул рукой.
– Это же Рикстон. Там все непросто.
Еще одно преуменьшение.
– Что с ними?
– Шорти полгода сидит без работы, поэтому Мэг постоянно приходится брать двойные смены в кафе. Не знаю, как она справляется, Гаррет. Моя сестра – просто святая. Даже ни разу не упрекнула Шорти за то, что он лишился работы.
– Как так получилось? Он же работал на фабрике, да?
– Его сократили. – Плечи Кевина напряглись. – Как и меня. Год назад. Пришлось опять перебраться в дом к маме.
Комок слов сочувствия перекрыл мое горло, и я чуть не подавился непрожеванным хлебом.
– Понимаешь… – Шорти вздохнул. – Нам говорят, что президент улучшил положение дел с безработицей, но в Рикстоне ничего не меняется. Тут по-прежнему до хера безработных, вакансий по-прежнему мало, а уехать в город побольше, когда у тебя на карточке ноль, не так-то легко.
Все это я знал с самого детства.
– Все наладится, – сказал я угрюмо. – Обязательно.
– Бро, я год повторяю себе эти слова. И уже начинаю терять надежду.
Кевин выдал мне свою фирменную улыбку и, видимо, почувствовав, что сбил меня с ног, сменил тему. Но было поздно. Он жил в моем худшем кошмаре, воплотившем в себе все те страхи, которые поселились во мне, когда срок командировки начал приближаться к концу. Мне стоило немалых усилий подавить их и убедить себя в том, что у меня срастется с работой, однако теперь… Теперь мне предлагали уехать из штата или встать за конвейер, чтобы потом сократить?
Моя надежда тоже начала таять.
***
Кай
С собеседования Гаррет вернулся в плохом настроении. Он не сказал, что расстроен, но напряжение считывалось по его напряженным плечам, по отсутствию света в глазах, по вымученной улыбке и особенно по тому, как крепко – сильнее обычного – он меня обнял.
Но он заверил меня, что все хорошо – просто все прошло не так, как он думал, – поэтому я не стал выпытывать, что случилось, а решил познакомить его с сериалом «Прослушка».
После месяцев ограниченного доступа к телевизору Гаррет сказал, что перенесся на небеса.
Пока я лежал, склонив голову ему на плечо, в дверь постучали. Я хотел было предложить Гаррету не подходить, но не успел – он уже добрался до двери, открыл ее и встал, заняв все пространство и оперевшись о дверную коробку локтем. Из-за него даже не было видно, кто за порогом.
– Чего тебе?
– Ты кто? – раздался резкий ответ.
Расслышав в голосе Шона агрессивные нотки, я вздохнул и вынырнул из-под руки Гаррета.
– Привет.
Шон по-прежнему не спускал с Гаррета глаз.
– Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке, потому что на днях под твоей дверью спал какой-то чувак. Я принял его за сумасшедшего сталкера, но теперь вижу, что это был тот твой солдат. Хотя одно не исключает другого.
Гаррет напрягся.
– Слушай, пацан…
– Мне почти восемнадцать.
– Поздравляю. Но давай ты научишься спрашивать, прежде чем начинать нести чушь? Я не сталкер, и у нас все прекрасно.
– Слушай, ты…
Шон наставил на Гаррета палец – чуть ли не прямо в лицо, и тот предостерегающе произнес:
– Ох, не советую тебе этого делать.
Брови Шона столкнулись на переносице, а ноздри раздулись.
– Это я, между прочим, поддерживал Кая до того, как ты притащил сюда свой перекаченный зад, так что иди со своими советами нахер. Сказал бы лучше спасибо за то, что я согласился свозить его в магазин, чтобы он мог отправить тебе ту гребаную посылку, хоть у него потом и случилась паническая атака.
– Ладно. Тут ты меня подловил. – Гаррет взглянул на меня. – Слушай, я думаю…
– Я думаю, что вы оба ведете себя, как идиоты. – Я затащил Шона в квартиру и закрыл дверь. – Давайте начнем все сначала, окей? – Я изобразил звук перемотки, отчего Шон засмеялся, а Гаррет возвел глаза к потолку. – Гаррет, это Шон. Мой друг и сосед. Я рассказывал тебе про него, и ты знаешь, как много он для меня значит. Шон, это Гаррет, ранее мой виртуальный армейский бойфренд, а теперь… хм… мой настоящий армейский бойфренд. Или типа того. Ты, ясное дело, о нем тоже знаешь. Так вот, если вы не можете общаться друг с другом нормально, то выйдите… – я указал на дверь, – и до тех пор, пока не поладите, не возвращайтесь.
И я, не дожидаясь ответа, ретировался на кухню, раздраженный мужланским позерством обоих парней. Спустя пять минут разглядывания стены в ожидании, когда в них проснется рассудок, они друг за другом переступили порог.
– Слушай, прости, что сорвался на Шона, – проговорил Гаррет.
– Стыдно должно быть вам обоим, но я вас прощаю.
– Правда? – Он сделал скептическое лицо. – Так быстро?
– Да, правда.
– С учетом того, что я уже во второй раз наезжаю на знакомого тебе человека, я ожидал, что ты разозлишься сильнее.
– Ну а я вот не разозлился.
На кухне повисла неловкая тишина. В конце концов Шон вышел вперед.
– И меня тоже прости. Просто после того дерьма в магазине и моего выпускного мне стало казаться, что я должен лучше тебя защищать.
– Не надо, – сказал я, очень стараясь не говорить раздраженно. – Я не хочу, чтобы обо мне волновались сразу два человека.
– Я знаю, – ответил он. – Но сдерживаться не могу. Я попытался объяснить это твоему армейскому чувачку, и он, кажется, меня понял.
У меня вырвался невольный смешок.
– Что, уже подружились?
– Не знаю, как насчет подружились, но думаю, я… слегка перегнул. – Шон потер шею. – Но ты сам виноват. После той стычки с Трэвисом закрылся и не подходил к двери.
Я застонал, потому что Гаррет, который только-только расслабился, снова напрягся.
– Кто такой Трэвис?
– Э-э… – Я не планировал рассказывать эту историю Гаррету. В основном потому, что она была позади, и вспоминать о ней не хотелось. Плюс я еще стыдился того, как остро отреагировал на нее.
