Текст книги "Ненужная дочь (СИ)"
Автор книги: Марьяна Брай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 22
Пока рабочие заканчивали с домом, а им оставались только окна и двери, я ходила вокруг стройки и собирала обрезки от досок. Здесь они все шли в печи, потому что пока есть, это самый доступные дрова. За настоящими нужно было тащиться в лес метров пятьсот.
Сэм ежедневно совмещал проверку садков – ловушек на зайцев с походом за дровами. Я отметила, что он достаточно знающий, хоть и молодой еще, человек. Он правильно говорил, что дровам нужно подсохнуть, а осенью будет холоднее. Я же понимала, что ничто и никто не сдвинет меня с этого места, и даже если уедут все, я останусь.
Ровно ли, криво ли были отпилены деревяшки, все отрезки ложились в мой подол. Никто не знает, куда понадобится потратить оставшиеся деньги, а необходимые полки для кухни я могла бы собрать из того, что имеется.
Несколько длинных, почти в мой рост дощечек я унесла первыми. Зная, что проходящие мимо не ленятся наклониться и подобрать все, что плохо лежит, я нагружала полные руки. Быстро несла в наш с Лео дом и торопилась обратно.
– Это очень длинные дрова, мэм, – заметив мои хомячьи замашки, сказал Сэм. Он принес очередных зайцев, из которых я планировала делать рагу для моих первых постояльцев. Пять человек сегодня поздно вечером уже должны заселиться.
– Это не дрова, Сэм. Кроме тех досок, которые ты привез из Бостона, нам понадобится еще много мелочей. Сейчас я размечу их, а ты, если не сильно занят, отпилишь, и сколотишь первые полки для нашей гостиницы. На одной мы поставим чашки для чая, а две большие прекрасно подойдут для полок под вещи, чтобы не использовать табуреты.
– Да, мэм. Завтра я хотел выйти на дорогу, если вы не против. Вам нужно поберечь деньги, – он постоянно чувствовал себя неловко, и никак не хотел брать плату за свой труд, поскольку, совсем не считал его трудом.
– Нет, Сэм, ты не должен думать об этом. Ты очень помогаешь мне, иначе я бы не справилась вовсе. Завтра, когда наши постояльцы отправятся на дорогу, мы должны будем довести до ума стол и табуреты, которые ты начал собирать.
– Но они уже готовы, мэм, – удивлению Сэма, два дня, возившегося со строительством мебели не было предела.
– Мы начистим их песком, чтобы сделать менее шершавыми, а потом я куплю масло у этого проходимца – мистера Беккера из лавки в конце улицы, и пропитаем его. Так дерево не будет впитывать в себя грязь и пыль.
– Хорошо. Отмечайте пока что мне нужно пилить, а я помогу вставить стекла, – он указал на нашу будущую гостиницу. Потом сходил за дом, подвесил зайцев, и принялся снимать с них шкурки.
Линейки в моем хозяйстве не было, а строители очень уж ревностно относились к своему инструменту. Но я решила, что метр в доме быть должен, а если я не могу его купить, значит, надо сделать. Выбрала из всех досок самую прямую, длиной на мой взгляд она была метра полтора, что было даже плюсом: если посчитаю, что с ней неудобно, можно в любой момент отпилить. Главное – сделать насечки. С ней я и пошла в гостиницу.
Мужчины долго мялись, но потом один все же сжалился, и подал тонкую, гибкую штакетину длиной метра два, и шириной сантиметров десять.
Я приложила ее к своей доске и впала в ступор. Значения там были для меня совершенно непонятными. Звать Сэма и отвлекать его от важных дел не хотелось, и поэтому я просто сделала насечки, которые дома планировала пропилить поглубже, и карандашом переписала все, что было отмечено возле насечек на линейке строителей.
Решив, что пока мне вообще не важно знать размеры, отдала инструмент мастерам и довольная отправилась размечать доски под полки.
Потом мы с Сэмом поменялись работой, и я принялась делать заготовки на ужин, а он взялся за распил и сколачивание моих «хотелок».
За пару часов до момента, когда первые наши гости прибыли, строители пришли сообщить, что все готово, и я отправилась принимать работу. Один из мастеров ставил такую же печку, но обещал, что закончит до вечера. Дом был, примерно, как два наших с Лео. По моему желанию оставили небольшую гостиную, которая должна будет использоваться как прихожая и место для завтраков и ужинов. Обеды я держала в уме, надеясь, что с ними дело пойдет не хуже, а может даже и прибыльнее, чем с гостиницей.
В гостиной у большого окна стоял стол и четыре табурета. Пятый я планировала пока принести из своего домишки. Сэм пообещал успеть сделать его на следующий день. Шторка для окна была уже готова, и оставалось лишь натянуть веревку и повесить ее.
Здесь же на стене мы приладили полку, на которую расставили чашки, банку с чаем и сахаром, ложки. Миски люди обычно привозили с собой, но я прикупила в лавке минимум – пять штук, чтобы накормить людей.
Возле двери Сэм прибил выбранные мной в кустах деревянные рогатины, чтобы было куда повесить верхнюю одежду и шляпы.
Вторая часть дома была больше, и строители отделили ее стеной. Два входа в разные комнаты не имели дверей, но при желании, их можно было занавесить. Материал для этого я присмотрела у того же мистера Беккера. Покупать сразу и много всего не хотелось. Тот был пронырой, каких не видел свет, и я боялась, что он раньше времени растрезвонит о моей гостинице. В первую очередь я должна была заселить приличный контингент, а там, к джентльменам подтянутся другие адекватные жители.
Остальные, выстроенные так же, на скорую руку, дома, заселяли те, кто мог позволить себе платить. Но набивалось в них человек по тридцать. И, как рассказал Уорен, представляли они из себя жалкое зрелище. Мне хотелось порядка, да и денег за этот порядок можно было получить побольше.
Пристроенные к стенам топчаны были рассчитаны так, что над ними можно легко пристроить еще ряд кроватей. Я хотела, чтобы это выглядело не как в тюрьме, а как в приятном хостеле. Топчаны были широкими, а матрасы чуть уже. Так, гость сможет что-то положить или поставить на расстоянии вытянутой руки, да и личного пространства оставалось поболе.
Пока их было только пятеро, но потом, как я надеялась, когда добавятся жильцы, мне будет просто сделать занавески, и тем самым дать возможность отгородиться.
В каждой комнате было окно, которое я тоже украсила занавеской.
Бросив украшать домик, я поторопилась поставить на огонь крольчатину и вернулась, когда Сэм заканчивал подметать. Мы разложили матрасы. А на них я аккуратно стопочками положила постельное белье. Подушек у нас не было, поскольку мне не хватило шерсти, но я была уверена, что эти бригадиры спали и в худших условиях.
За домом мы устроили что-то навроде удобной хозяйственной зоны для жильцов. Сэм построил туалет, а я натянула веревки для белья.
– И сколько же будет стоить это великолепие? – разогнуться меня заставил голос Уорена.
– Двадцать долларов с завтраками, обедами и ужинами, – уверенно ответила. Накануне вечером моя скромность делилась с реальными расходами на содержание. Да, это было очень недешево, но я посчитала стоимость обедов у Луиса. К слову, однообразных и не особо вкусных. Однотипная фасоль с крольчатиной, которую мы с Лео ели уже почти три недели заставляла в какой-то момент даже отказываться от приема пищи.
– Ого! Бригадиры – не бедные люди, но, как говорится, они едут сюда работать.
– Уорен, а ты сам не хотел бы спать на чистом белье? Сам не хотел бы получать хотя бы для разнообразия ту же рыбу? А мы будем готовить и ее. Сэм хороший помощник. Кроме того, что я буду платить тебе аренду, я должна платить и ему, закупать продукты, не говоря о том, что и мне что-то должно перепасть! – уверенно ответила я и уперла кулаки в бока.
– Даже не представляю, откуда у вас все эти знания, мисс Виктория, но очень рад, что вы позаботились о таком приятном месте, – Уорен вошел внутрь, потом обошел дом со всех сторон, мотая головой.
– Что еще не так?
– Все так, мисс. Думаю, это будет лучшая гостиница из всех, где им удалось пожить. Меня уже кое-кто спрашивал о заселении, но я как и обещал, отвечал, что как только заселим мастеров, я сообщу.
– Значит, пора мне рассмотреть ваши остальные строящиеся дома, – улыбнувшись, ответила я.
– Так вы решили здесь заиметь целую гостиничную империю? – Уорен улыбнулся в ответ.
– Ну, не империю, просто хочу успеть заработать хоть что-то, а в идеале – хочу, чтобы этот город не разъехался, когда закончится строительство дороги, – честно ответила я.
– Мисс Виктория, здесь не такие уж плодородные земли, чтобы оставаться фермерам, и совсем нет работы, чтобы было на что жить. Вы же видите – вокруг долины и холмы. Один плюс в них, конечно, есть – зимой тут не так ветрено, не замерзает полностью река, много диких зайцев, а в лесу, говорят, есть и кабаны, но они уйдут дальше, как только дорога начнет работать. До поселка шум не будет доноситься, а вот до них – да.
– Значит, нужно сделать так, чтобы здесь у людей была работа?
– Да, но даже такой волшебнице, как вы, думаю, это не под силу.
– Хотите сделать ставку? – я прикусила губу и засмеялась.
– Пожалуй, на этот раз я придержу коней, – Уорен выставил ладони перед собой и покачав головой, и что-то бубня себе под нос, пошел дальше по улице.
– А зря, мистер управляющий, очень зря, – цыкнув языком, ответила я. Потом посмотрела туда, откуда должны были показаться лошади, везущие моих постояльцев и поторопилась к Луису. Нужно было купить у него хлеба и наврать что-нибудь про тесто, которое мне очень нужно, но не для использования по назначению в роли закваски, иначе, не видать мне ее, как своих ушей.
Глава 23
Луиса, к моей великой радости, на месте не было. Его помощник, молодой парнишка лет семнадцати, вышел к стойке из бытовки и улыбнулся.
– Я хочу купить хлеб, – скромно начала я. И тот снял полотенце с кучки на столике. Там оказалось не меньше десяти овальных караваев. Они были еще теплыми, и запах моментально добрался до моих ноздрей.
– Вот, мисс. Сколько вам нужно? – паренек уже взял один, полагая, что мне этого будет достаточно.
– Давайте три. Но у меня есть еще просьба, – я замялась, сделав растерянное лицо, – Бабушка научила меня лечить высыпания на коже тестом, а я не умею его делать. Не могли бы вы продать мне вот столько, – я сложила ладони лодочкой, и он посмотрел на мои руки.
– Хорошо, только вот его поставили всего пару часов назад, и ему надо еще часа четыре, не меньше, – деловито отозвался паренек.
– Ну и пусть. Как раз к утру будет самое то, – я улыбалась так активно, что заболела челюсть.
– Сейчас, мисс. Я заверну его в кулек, но дома вам нужно сразу положить его в миску под полотенце, – парнишка ушел за стену из бочек, лежащих друг на друге.
– Отлично, только давай поскорее. С Луисом эти шуточки вряд ли пройдут, – шептала я себе под нос, развязывая шнурок на мешочке с деньгами. Я достала пять долларов, помялась и решила, что лучше не экономить.
– Мисс, – он увидел, сколько я приготовила денег, и опешил. – Это много, и у меня вряд ли будет сдача. Луис уже забрал утреннюю выручку. Но я могу сбегать до лавки, он отправился туда недавно и принести сдачу, – он уже взял деньги, передал мне в руки кулек и собирался выбежать.
– Нет– нет, послушай. Это тебе. Я плачу за то, чтобы ты никому не рассказывал о моей покупке, – я опустила глаза. – Это, знаешь ли, неприятная тема для девушек: я не хочу, чтобы о моей проблеме болтали, – три булки теплого хлеба надежно укрыли кулек с тестом, и я поторопилась к выходу.
– Благодарю, мэм. Можете быть спокойны, даже Луис не узнает об этом, – паренек, судя по голосу, был слишком доволен суммой, и мне больше нечего было бояться.
– О! Мисс Виктория, куда вам столько хлеба,– с Луисом я столкнулась прямо на крыльце и даже выдохнула от счастья. Одна минута отделяла меня от фиаско.
– Думаю насушить сухарей, Луис. Спасибо, я тороплюсь, – прошмыгнула мимо него, как мышка, прижимая сверток, как младенца.
За домом в большом котелке томилась зайчатина с тыквой и фасолью. Я постаралась устроить очаг так, чтобы с помощью нескольких камней можно было поднимать повыше и опускать пониже котелок над огнем. И теперь можно было тушить на привычном медленном огне.
Тесто перекочевало в миску, я накрыла его и спрятала в доме. Оно не любит солнечный свет. Именно поэтому бабушка ставила опару на ночь.
Стол я накрыла прямо к моменту приезда мастеров. Сэм проводил их за дом, где мы оставили ведра с водой и ковши. Благо, как и Лео, полотенца они привезли с собой.
Мужчинам было от тридцати до пятидесяти. Они хорошо знали друг друга и знали Уорена. Он-то и привел их прямиком в мою гостиницу, объяснив, что это лучшее место в городке, который назвали Бентоном.
Они выбрали себе кровати, потом с Сэмом сходили к реке, чтобы помыться, и решили ждать возвращения Лео, чтобы с раннего утра уже приступить к работе.
Но Лео не пришел вечером. Я не дождалась его ночью и даже под утро.
Когда утром, как всегда, заглянул Уорен и удивленно обнаружил, что Лео нет, мне стало страшно.
– Мисс Виктория, не переживайте. Думаю, пока я встречал мастеров, мистер Лоуренс столкнулся с какими-то сложностями на участке и остался ночевать прямо там. Мы последними уходим с дороги, поэтому некому было сообщить, – он говорил бодро, но я прекрасно видела в его глазах недоумение, а даже, возможно, страх.
– Поспешите, Уорен, узнайте, что с ним, – я вышла за управляющим на дорогу. Из гостиницы вышли мастера и Сэм. Они, похоже, только проснулись. Уорен велел им собираться, завтракать и с остальными двигаться к месту, а Сэма взял с собой.
Яйца сильно выручили: на завтрак я быстро пожарила их с хлебом, приготовила чай и принесла все в гостиницу. Улыбалась, как гостеприимная хозяйка, интересовалась, удобно ли им, а сама перебирала в голове страшные картинки.
Как только мои постояльцы вышли к толпе, собирающейся на улице, я заперла дом и гостиницу, привычно прыгнула на телегу с инструментом и поторопила возницу ехать на участок, где должен был остаться Лео.
Кроме того, что он был хорошим человеком, он был моей единственной защитой здесь. И если с ним что-то случилось, это значило только одно: мне самой придется печься о безопасности.
На участке было тихо. Перед нами туда верхом доехали Уорен и Сэм. Они, похоже, успели осмотреть уже все пять точек, где шла разработка.
– Не нашли? – с надеждой спросила я Уорена.
– Нет, мисс. Нет ни палатки, где он мог бы остаться, ни горящего или хотя бы теплого костровища, – ответил Уорен и спрыгнул с лошади. Я оглянулась. Люди должны были подойти сюда минут через десять, не больше.
– Что делать, Уорен? – я смотрела то на него, то на Сэма, который был обеспокоен не меньше моего.
– Сейчас я расставлю бригадиров и людей по участкам и вернусь. Сэм отвезет вас домой и поедет к станции. Верхом он доберется туда быстро.
– Но что это даст? Какого черта делать на станции? Надо узнать у людей, которые были с ним. Давайте я поговорю, – я кусала и кусала губу до тех пор, пока не почувствовала вкус крови во рту.
– Нет, мисс, это не ваше дело. Продолжайте делать вид, что все хорошо. Я, как только освобожусь, приеду к вам в дом. Сэм к тому времени тоже уже должен будет вернуться, – Уорен подошел к Сэму. Тот, не сходя с лошади, наклонился к нему и выслушал то, что Уорен нашептал ему на ухо.
– Давайте руку, мисс, – Сэм потянул меня вверх, потом взял за талию и усадил перед собой.
Я, естественно, никогда не ездила верхом, и голова закружилась. Но страх за Лео заставил быстро прийти в себя.
Сэм помог мне сойти возле дома и, улыбнувшись, пришпорил лошадь, погнав ее по дороге. Пыль стояла столбом, и я до самых холмов наблюдала за этим пыльным следом, вздымающимся высоко вверх.
– Господи, не дай случиться плохому, молю тебя. Лишь бы он был жив и здоров, – я шептала и шептала одну и ту же фразу.
– Виктория, вы не пригласите меня в дом, – голос Ленни прозвучал неожиданно, но на этот раз осторожно, и я не вздрогнула, как всегда.
– Да, Ленни, конечно, – мне уже было плевать на то, что кто-то может заговорить о моей дружбе с девушкой из борделя, потому что сейчас мне необходим был рядом хоть кто-то. Не говоря уже о том, что именно ее мазь спасла меня в первые дни работы на дороге.
– Не подумай, что я пришла за своей мазью, – будто читая мои мысли, Ленни дождалась, когда я шагну на крыльцо, и пошла за мной.
Внутри уютно пахло тестом, нагревающимся на всходящем солнце деревом. Вокруг было так тихо, что мне казалось: я слышу перекаты реки.
– Нет, что ты. Я погрею кофе. У меня его сварено как раз на двоих, – ответила я, быстро занявшись очагом.
– Я знаю о мистере Лоуренсе, – Ленни присела на табурет, а я с трудом пересилила себя не подскочить к ней и не начать выспрашивать все.
– Что именно, Ленни?
– Что он снова пропал, – ответила моя, наверное, единственная знакомая женщина в этом мире, не считая служанки, которую я ждала с нетерпением.
– Снова? – мои руки заметно затряслись и, бухнув кофейник на печь, я уселась напротив нее.
– В прежнем поселке такое уже было. Двое суток его искали. Уже было подумали, что остатки племен, все еще враждебно настроенных против нас… но обошлось, и он вернулся, как ни в чем не бывало.
– И где он был в прошлый раз? – спросила я.
– Может, Уорен и знает. Но больше не узнал никто, – Ленни говорила спокойно, рассматривала узоры на чашке для кофе, которую я с утра приготовила для Лео.
– Его отец против вашего брака? – вдруг спросила Ленни. – Ты ведь не Виктория, правда?
– Что? Я… я Виктория. Я сестра Лео, – меня не радовали эти тайны, я ненавидела лгать. И не знала, как себя вести сейчас.
– Эти землекопы меняются, но есть и те, кто работает на Лоуренсов долгие годы. А вот мы, Луис и лавочник Винс третий год ездим за Лео и Уореном. Мы знаем, что его сестра погибла в прошлом году. То, что вы живете вместе, и то, что он называет тебя сестрой, говорит только о том, что он скрывает тебя, – Ленни, уверенно перешедшая на «ты», либо хотела сделать наши отношения с ней чуть ближе, доверительнее, либо же чего-то хотела от меня.
– Хорошо. Раз ты знаешь больше, чем я, мне придется признаться, – я откашлялась, сходила за кофейником, разлила кофе по чашкам и продолжила: – Мы не пара. Он просто помогает мне. И сейчас я переживаю, все ли с ним хорошо.
– Ладно, я не стану ничего выпытывать, Виктория. Расскажешь, когда захочешь. Я пришла, чтобы ты не была одна, – Ленни положила свою ладонь на мою, и я удивленно подняла на нее глаза. – Все мы можем оказаться в нехорошей ситуации, и если нам кто-то помогает, нужно беречь этих людей. Я пойду. А ты поспи. Вижу, что не смыкала глаз всю ночь, да д и свет у окна не гас. Я гуляла ночью, видела тебя за столом здесь, – она указала на окно.
Глава 24
Заснула я прямо за столом, сложив голову на руки. Спала чутко и моментально открыла глаза, когда услышала вернувшегося Сэма. Он спрыгнул с лошади, привязал ее у крыльца и не успел постучаться: я открыла в момент, когда он занес руку.
– Что-то узнал? – я буквально кинулась к нему, но Сэм осторожно отодвинул меня, прошел внутрь, зачерпнул кружкой воду из ведра, выпил жадно, выдохнул и, поставив на стол, присел на табурет.
– Лошадь его там, на станции. Он прыгнул вечером в отправляющийся поезд. Так сказал сторожевой. Он там один. Говорит, что бросил поводья прямо ему в руки, не объясняя ничего. Бежал по насыпи, чтобы успеть, и запрыгнул в последнюю секунду, – выпалил Сэм и снова принялся пить.
– Ты был уже у Уорена? – я почувствовала, как сердце скачет в груди от счастья.
Лео был жив, и это самое главное. Уорен встречал приехавших мастеров на станции, но, поезд, как мне рассказывали, стоит долго: пока все разгрузятся… Значит Лео просто разминулся с Уореном. Верхом Лео мог проехать через лес по бездорожью. Это многое объясняло.
– Нет, сначала приехал к вам, мисс Виктория.
– Хорошо. Отдыхай. И будем готовить обед. Твоих зайцев хватит на него. Но на ужин, думаю, нам нужна рыба.
– Хорошо, мисс. Я прямо сейчас поеду и проверю сети. А раз у нас сегодня есть лошадь, то и дров прихвачу, – Сэм, похоже, был рад не меньше моего. – С вашим обедом на участках, понимаю, на сегодня придется повременить? – он посмотрел на холодную плиту.
– Да, начнем с завтрашнего дня. А я пока займусь тестом. Настало время добавить все необходимое, чтобы вечером мы испекли уже свой хлеб, – несмотря на недосып, радости было хоть отбавляй. Не мое дело: куда там собрался Лео. Главное – он жив. Меня саму удивило то тепло, которое я к нему чувствовала.
Одно из деревянных ведер я решила использовать для опары. В кастрюльке буду оставлять часть на закваску. Если следить за ней, мы всегда будем с хлебом. Мне как воды не доставало помощницы. Сейчас моя дорогая, добрая Элоиза была бы как нельзя кстати.
Уорен приехал через час после Сэма и рассказал, что люди, уходившие последними, застали его. По прибытию поезда на дорогу примчался парнишка, работающий в угольной шахте. Передал письмо или записку. И Лео, схватив одежду, забрал у него лошадь и ускакал.
Теперь все сходилось, и оставалось лишь ждать вестей и его возвращения. Лео просто некогда было что-то передать нам. Выходит, ему необходимо было попасть в Бостон как можно скорее.
– Я сообщил всем, что он уехал по делам. Нам здесь не нужны всполохи настроений от землекопов, – Уорен тоже был рад новостям от Сэма, которые я детально передала ему.
– Хорошо, тогда у меня есть еще одна просьба, Уорен. Позволь использовать лошадь с телегой в обед. Сэм или я… мы сами можем управлять ею. Я хочу привозить обеды на дорогу.
– Хм… Луис не будет этому рад. Но я не вижу ничего плохого в этом, мисс. Думаю, если вы добавите по доллару в месяц, не придется просить Сэма. Наш человек, который возит инструмент, может заезжать за вами к нужному времени.
– Вот и договорились, – я встала, давая понять, что мне пора. – Если вы что-то узнаете, прошу сообщить.
– Обязательно, мисс Виктория, – уверил меня Уорен и уже открыл дверь, когда я вспомнила об одном не менее важном вопросе:
– Откуда девушки из… дома мадам Ирэн знают о том, что Лео пропал?
– Если все узнают о чем-то рано утром, они знают об этом уже ночью, мисс, – он надел шляпу, мотнул головой в знак прощания и вышел.
– Мда, естественно. Эти Мата Хари развяжут язык любому, – пробубнила я себе под нос и решила, что стоит прислушиваться к болтовне Ленни.
За готовкой, работой с тестом, уборкой и своими мыслями время пролетело быстро. Пока мужчины не вернулись с работы, я успела сходить к реке, помыться и поплавать.
Постоянно обдумывая, как можно дать этому город шанс, как сохранить его, я не приходила к чему-то важному, но не теряла надежды. Спокойное время, судя по всему, заканчивалось, и эти три недели, которые пролетели, скоро превратятся в месяц. А это треть сезона. Я должна была поторапливаться с идеями или решать, как жить дальше.
На следующий вечер, когда телеги потянулись по дороге от станции к поселку и значило, что был поезд, Лео с ним не вернулся. Я забивала свой день работой, как могла: кормила жильцов завтраками, ужинами, прибирала в доме, чистила рыбу, принесенную Сэмом.
Через день я решила прекратить ожидания и в обед принялась готовить первую свою порцию еды на вывоз. С утра закупила в лавке морковь, мелкой, но к тому же еще и дорогой картошки и приготовила густое наваристое рагу. Хлеб к обеду я испекла сама. Да разошлась с тестом так, что часть оставила на ужин. Добавила к нему сахара и решила испечь сладкие булочки.
– Вижу, у вас не хватает рук, мисс, – за домом, где я, торопясь, кашеварила, меня и нашел Луис. Он смотрел на мой огромный котел с прищуром. – Только вот не понимаю, зачем вы варите столько? На ваших пятерых жильцов, думаю, этого будет слишком много.
– О! Луис, рада вас видеть. Да я тут подумала, что неплохо будет кормить людей на участках, – я отмахнулась улыбнувшись. Но понимала, что с ним мне строить из себя дурочку будет сложновато.
– Вот оно что? Значит, вечерами ко мне будет приходить все меньше народу?
– Думаю, те, кто оценил вашу кухню, не посмеют переметнуться, Луис.
– Не думал, что вы такое организуете! – он обвел рукой мое хозяйство, и я про себя возрадовалась, что он не пришел, когда я пекла хлеб. – Да и за хлебом вы сегодня не пришли. А Ральф сделал сегодня куда больше булок.
– Да я решила, что как-то обойдусь, – виляла я, стараясь эту тему отложить на более поздний срок.
Луис ушел, не попрощавшись, а я решила сразу на корню убить в себе чувство вины, бубня в своей голове, что у всех есть шанс заработать, только надо побольше шевелиться. Как говаривала моя бабуля: «не от того обеднели, что сладко ели, а то того, что долго спали».
Лошадка с телегой пришла, как мы и договорились с Уореном. Сэм помог мне аккуратно поставить котел в телегу. Возница закрепил его между набитыми специально брусками. Я взяла мешок с мисками, ложками и нарезанным хлебом, и мы тронулись. Сэм остался дома.
– Уорен сказал везти вас сначала на ближний участок. Он там и ждет вас, – жадно втянув запах моего рагу, сообщил мужчина лет сорока с бородкой почти как у каждого здесь. Он был метисом. Скорее всего, его мать была темнокожей или даже бабушка. Таким как он и Сэм, несмотря на то, что рабство отменили, да и жили мы на севере, не были открыты все двери. Они получали только тяжелую работу. В крупных городах, по рассказам Сэма, были кварталы, где жили негры. И они там имели свои дома, владели аптеками, магазинами и школами. Но белые туда заходили крайне редко. Даже темнокожему врачу небыли рады в семье, где срочно нуждались в помощи.
– Как вас зовут? – спросила я, чтобы скоротать время и наладить общение с человеком, который ежедневно будет возить меня на дорогу.
– Джейком, мэм, – тихо ответил он.
– Я Виктория, мистер Джейкоб. У вас есть семья?
– Да, жена и трое детей. Они в Бруклине. Говорят, там вот-вот откроется мост, и они написали мне в письме, что хотели бы увидеть это зрелище. Вы видели его, мэм? – он даже обернулся, чтобы оценить мою реакцию.
– Нет, Джейкоб, но очень хотела бы. Чем занимается ваша жена?
– Она учитель. Ее сестра владеет школой, но дела идут неважно.
– Жаль. Думаю, они делают благое дело. Вы хотели бы, наверное, жить с ними?
– Конечно. Сынишке всего год, а дочери уже учатся. Старшей приходится сидеть с младенцем, когда жена преподает. Иначе нам не выкарабкаться из долгов.
– А что вы умеете, Джейкоб? Неужели не нашлось места, где вы работали бы в городе рядом с ними?
– Я мельник, мисс. В городе есть огромные мукомольные фабрики, но платят очень мало. Весной рабочие на одной из них устроили забастовку. Все хотели повышения оплаты или хотя бы уменьшения рабочего времени. Но хозяин большинство просто выгнал. Мой брат, который не то чтобы участвовать в забастовке, пикнуть боялся, лишь бы не лишиться работы, все равно попал под общую гребенку. Сейчас служит угольщиком.
– Ясно. Я хорошо вас понимаю, Джейкоб, – грустно ответила я.
Мы подъезжали к месту, и я уже видела Уорена, встречающего нас.
– Откуда вам знать, мисс? Нам всем понятно, почему мистер Лоуренс берет на себя тяжкий труд, но вы? Ваше дело жить в особняке, ходить на приемы, в театры.
– Возможно, мне это просто не интересно, Джейкоб, – я не хотела, чтобы он злился на меня, и удержалась от другого ответа. – Я очень хочу для всех нас другой жизни
