Текст книги "Измена. Беременна по обману (СИ)"

Автор книги: Марта Левина

Соавторы: Амелия Мур
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

Измена. Беременна по обману
Марта Левина, Амелия Мур

Глава 1
Вероника

Я смотрю на две полоски и не могу в это поверить.

Мое сердце замирает на миг. То ли от страха. То ли наоборот. От счастья.

Я еще раз смотрю на эти заветные цветные полоски.

Надо же. Я забеременела. Что же теперь будет? Как сказать об этом Олегу?

Как он отреагирует? Обрадуется? Или нет?

Хотя почему он должен расстроиться? Он ведь любит меня. Сколько раз он произносил эту фразу.

Сколько раз он клялся мне, что я – это лучшее, что есть в его жизни. Я его свет. Я его счастье.

И это всегда так мило звучит.

Боже!

У меня будет ребенок. Может, наконец, сейчас он сделает мне предложение? Ведь теперь мы полноценная семья. Да и малыш должен расти в полной семье.

Я улыбаюсь. Разглядываю себя в зеркало. Скоро я начну меняться. И эти изменения будут самыми приятными в жизни.

Провожу рукой по животу. Пока там ничего не видно, но уже через несколько месяцев все будет иначе.

Представляю себя с округлившимся животиком. Мечтаю, как Олег нежно обнимает меня сзади. Прижимается к моей спине и шепчет что-то ласковое нашему малышу.

Но что, если он испугается?

Я еще молода. Мне всего двадцать три года. Это ему под тридцатник. У него хорошая работа на позиции топ-менеджера в крупной компании.

А я? Я еще не нашла себя. Я не могу определиться, чем хочу заниматься. Пока училась, подрабатывала.

Вдруг он подумает, что это слишком рано? Или, что я не готова. Сошлется на мой возраст.

Хотя нет. Не должен.

Он же всегда говорил, что хочет детей. Правда, добавлял «когда-нибудь потом». Но ведь это «потом» может быть и сейчас.

Разве нет?

Снова смотрю на тест. Две четкие полоски. Никаких сомнений.

Я счастлива. Действительно счастлива.

Внутри меня растет новая жизнь. Наша с Олегом жизнь. Наша любовь обретает такую осязаемую и реальную форму.

Это же чудо!

Но руки все равно слегка дрожат, когда я откладываю тест в сторону. Как же все-таки сказать ему?

Просто выпалить за ужином: «Дорогой, я беременна»?

Или подготовить что-то романтичное?

Может, купить детские пинетки и положить в коробочку? Хотя это слишком банально.

А что, если он скажет, что мы не готовы? Что нужно подождать?

Я не смогу этого вынести. Ведь я уже вижу наше будущее. Мы втроем в нашей квартире, которая станет для нас настоящим домом.

Глубоко вдыхаю.

Все будет хорошо. Я верю. Все будет хорошо.

Просто накручиваю себя.

Олег любит меня, а значит, полюбит и нашего ребенка. Мы справимся. Мы же команда.

Мы одно целое.

Все-таки нужно приготовить романтический ужин, – решаю я.

Вчера мы не виделись. Наверняка он соскучился. И будет ждать нашей встречи с нетерпением.

Позвоню ему и предупрежу, что сегодня приготовлю ему сюрприз.

Дозвониться с первого раза не получается. Видимо, сидит на каком-нибудь совещании. Слушает скучные речи больших боссов и мечтает сбежать оттуда.

Перезванивать пока не буду. Дождусь вечера.

А пока иду готовить ужин. Нужно еще как-то украсить наше гнездышко.

Придется сходить в магазин за свечами. Чтобы все было красиво. Как в кино.

Быстро собираюсь и бегу в супермаркет. Покупаю все необходимое и возвращаюсь домой. По пути еще раз набираю Олега.

И снова слышу длинные гудки.

Ладно, еще не вечер подождем.

Но некоторые сомнения закрадываются в мою душу. И начинают ее теребить подозрениями, что что-то не так.

Но нет.

Я не буду накручивать себя раньше времени.

Начинаю готовить ужин. Потом красиво выкладываю фрукты на стол.

Еще раз набираю его номер.

Наконец, слышу его голос в трубку.

– Ника, ну чего ты названиваешь мне целый день⁈ – в голосе прослеживается какое-то недовольство.

Он не рад, что я ему позвонила? Может, на работе какие-то неприятности?

– Милый, я просто хотела сказать, что сегодня тебя ждет сюрприз.

– Какой еще сюрприз? – его тон не становится мягче. Да что происходит?

– Вот приедешь на ужин и все узнаешь, – хитро произношу ему.

– Я не знаю, когда освобожусь, – коротко отвечает он.

– Какие-то проблемы?

– Есть кое-какие нюансы. Но тебя это не касается. Это все работа.

– Хорошо. Буду ждать тебя к ужину.

Он отключается.

Странно.

Раньше он так себя не вел.

Никогда грубо не общался. А сейчас в его тоне явно слышится раздражение и недовольство.

Хотя может правда, на работе что-то случилось.

Не буду заранее переживать.

Ведь у меня праздник. И самый счастливый день.

Омрачать его я не собираюсь.

Вечером Олег все-таки приходит. Сбрасывает одежду и проходит в кухню.

Я все украсила свечами, разложила еду в красивые тарелки.

– У нас, что праздник, про который я забыл? – рассматривает свечи вокруг.

– Нет, не забыл. Но у меня для тебя есть сюрприз.

Я подхожу к нему вплотную. Обнимаю за плечи.

Чувствую, как сердце готово выскочить из груди.

– Ну? – произносит он. – Что ты молчишь?

Он начинает обнимать меня за талию.

– Милый, ты не поверишь, но у нас с тобой будет ребенок! – шепчу я счастливым голосом.

Его руки резко отпускают меня и он отстраняется.

– Что⁈ Какой еще ребенок⁈ – вдруг взрывается он. – Ты с ума сошла?

Глава 2
Вероника

От неожиданности я просто стою и хлопаю глазами. Почему он так зол? Чем недоволен?

– Как какой? – выдавливаю из себя. – Наш!

– Ника, ты сошла с ума. Зачем ты это сделала? – он гневно смотрит на меня и начинает расхаживать по кухне. Я смотрю на него и ничего не понимаю.

Что значит «сошла с ума»? Это же наш плод любви.

Почему он так реагирует? Почему он не рад?

– Олег, это же счастье. У нас будет малыш.

– Ты – дура? – вдруг хватает меня за плечи. – Какой к черту малыш? Мне это не нужно. Неужели ты не понимаешь? Я же всегда говорил: не сейчас! Ника! Зачем? Зачем ты это сделала?

– Олег, что значит «зачем»? Мы встречаемся больше года. Спим вместе. И когда-нибудь это все равно бы произошло.

– Ты специально это сделала? – орет на меня. – Перестала предохраняться?

Смотрю в его остервеневшие от злости глаза и боюсь. Впервые мне стало страшно рядом с ним.

Еще никогда я не видела его в таком состоянии. Но я не понимаю, почему его так взбесила новость о беременности.

– Милый, – пытаюсь сгладить весь ужас ситуации. – У тебя какие-то неприятности?

– Нет! – рявкает он. – Теперь моя неприятность – это ты.

Он хватает бокал и выпивает содержимое залпом.

Я хочу его успокоить и объяснить, что нет ничего плохого в моей беременности. Но он словно не слышит меня.

– Олег, ты же понимаешь, что так случается? Мы давно спим вместе. Почти живем. Это рано или поздно произошло бы. Почему ты злишься? – подхожу к нему и глажу по плечу.

От снова отстраняется.

– Да потому, что сейчас не время. Совсем не время. Я сколько раз тебе говорил, давай потом. Ты же еще совсем молода. Куда торопиться. Успеешь еще родить. А ты?

– Олежек, я же не специально. Так вышло. И потом – это же счастье. Не переживай. Дети – это прекрасно.

Он снова бросает на меня такой взгляд, будто я несу какую-то ересь.

– Так вышло, – сухо повторяет он. – Думать надо было, прежде, чем бездумно спать со мной!

– Что? – возмущенно спрашиваю его. – Думать? – теперь на меня накатывает волна злости и негодования. – Думать⁈ Мы же любим друг друга! А малыш – наш плод любви. О чем я должна была думать, когда мы предавались страсти?

– О последствиях. В конце концов.

– Олег, давай успокоимся, – выдыхаю я. И продолжаю чувствовать, как нервно трепещет сердце. Меня вдруг бросает в жар.

Он отходит к окну и смотрит во двор. Я же беру стакан сока и делаю несколько глотков. Затем глубоко вдыхаю выдыхаю.

Нужно успокоиться и взять себя в руки. Иначе мы разругаемся.

Вдох.

Выдох.

Я снова подхожу к нему и обнимаю за спину.

– У тебя, какие-то неприятности на работе?

Он сначала молчит. Потом поворачивается ко мне и также сухо произносит:

– Да. У меня проблемы. А еще ты со своим ребенком.

Последняя фраза меня просто убивает. «Со своим ребенком».

– Вообще-то, это и твой ребенок тоже, – отхожу в сторону. – Как ты можешь так об этом говорить.

– Да потому, что сейчас вообще не до детей. Как ты не можешь понять⁈ – взрывается он.

– Так объясни.

– Ничего я не буду тебе объяснять. Просто знай, это неподходящий период для этого. И с этим нужно что-то делать.

Я в ужасе смотрю на него.

Что-то делать? С ребенком? С моей беременностью?

Совсем уже от своей работы мозги снесло?

– О чем ты? – дрожащим голосом спрашиваю я, хотя подозрения уже поселились в мою голову. Но я стараюсь отогнать их прочь.

Нет. Олег не такой. Он не пойдет на это. Он же не станет мне предлагать избавиться от нашего малыша?

Или станет?

А как же наша любовь? Наши планы и мечты? Он хочет все разрушить в один миг?

– Ника, ты должна меня понять. Сейчас сложный период. И этот ребенок только будет мешать.

– Это ты сошел с ума! Как может помешать ребенок?

– Пойми, у меня серьезный проект, выход на новый уровень. Мне сейчас нужно думать только о работе. А тут ты. В ближайшее время я буду заниматься только проектом. Потому, что это важно для меня. Мы даже станем реже видеться.

– Проект важнее нас? Важнее нашего малыша? – смотрю на него и не узнаю. Он никогда таким не был. Неужели из-за работы можно так резко изменится.

– Да, важно! – снова повышает голос. И внутри у меня все сжимается от боли и обиды.

Ему совершенно плевать на мои чувства, на будущего малыша. На нас, в конце концов.

Или все-таки нет? Просто реально между нами встала его работа и карьерный рост?

– Ника, милая, – вдруг он снова становится прежним Олегом, – помнишь, мы же мечтали о своем доме, о собаке и о детях? Но только я сначала должен достичь определенного уровня. И вот у меня появился шанс. Наш главный доверил мне крутой проект. И я должен с ним справиться. И доказать, что он не ошибся, выбрав меня.

– Я понимаю. Но как ребенок может тебе в этом помешать? Ведь у меня срок еще совсем маленький. Ты успеешь закончить свой проект до моих родов.

Его взгляд снова становится жестким.

– Ни черта ты не понимаешь! – рявкает он. – Вцепилась в этого ребенка, как будто он – это единственное, что есть в жизни. Ах, да, это потому, что ты никогда не работала на нормальной работе. Перебивалась подработками и не можешь до сих пор определиться, кем хочешь быть. Странно как ты еще ВУЗ окончила, удивляюсь.

Обида полностью расползается по мне, обволакивая в свои темные сети. Мне уже не хочется слушать дальше его речи. Комок подкатывает к горлу.

Как он может так жестко говорить о нашем малыше? Что работа важнее нас?

Ведь самое главное – это семья и дети. Наши дети.

Чувствую, как щиплет в глазах. Отворачиваюсь в сторону, чтобы он не заметил моих слез.

Снова глубоко дышу, чтобы хоть как-то прийти в себя.

– Короче, Ника. Ты должна решить вопрос с ребенком!

– Что? – резко поворачиваюсь к нему. – Ты с ума сошел?

– Нет. Сейчас не время. Поэтому давай. Срок еще невелик, поэтому все можно решить спокойно. А потом у нас еще будут дети. Много детей. Но не сейчас.

– Нет! Нет! – повышаю голос, переходя на крик.

– Да. Ты сделаешь это!

– Нет! – снова повторяю ему.

Тогда он хватает свою одежду и стремительным шагом идет к двери.

Глава 3
Вероника

Я продолжаю стоять посередине кухни и ничего не понимать.

Хлопок дверью словно выводит меня из небытия.

Но вернувшись в реальность, становится тошно.

Что это было? Почему он так разошлись?

Что ужасного в моей беременности?

Он ведь сам говорил, что любит, что хочет детей, что женится на мне.

Правда, не скоро. Он хотел делать карьеру. Чтобы мы потом ни в чем не нуждались.

И что теперь?

Вот это случилось.

Да, немного раньше, чем планировалось.

Ну и что?

Что в этом такого страшного?

Чувствую, как слезы текут по щекам. Пытаюсь их смахнуть, но руки не слушаются меня.

Обессилено сажусь на стул. Напротив меня горит свеча. Ее яркое пламя отражается в окне напротив.

А я рядом чувствую ее жар. Чувствую, уже хорошо.

Он ушел.

Но может он остынет и вернётся?

Да я понимаю, такие новости не для всех счастливые. Может, ему нужно время, чтобы все осознать?

Может, он просто устал на работе и сорвался на меня?

Ну не может он так просто уйти?

Мы же встречаемся больше года. Практически живём вместе.

Боже, но почему? Почему он так отреагировал? Неужели ему плевать на меня и нашего малыша?

Нет, не верю. Он не такой.

Просто, наверное, это было слишком неожиданно.

И в неподходящий момент.

Слезы так и текут из глаз.

Не знаю сколько времени прошло, прежде, чем я смогла встать со стула и пойти закрыть за ним дверь.

Как же тоскливо и больно внутри. А если, он не вернётся?

Что тогда будет?

Нет, Вероника, брось. Не думай так.

Он вернётся.

И все будет хорошо.

Но мой внутренний голос не настолько в этом уверен.

Чертов внутренний голос.

Я хвастаюсь за голову. И начинаю рыдать в голос.

Эмоции вырвались наружу. Руки стали слушаться меня.

Может, после этого меня, наконец отпустит?

Прихожу в себя на кровати. Хотя вообще не помню, как там очутилась. Ведь уходила я снова в кухню.

Смотрю на часы: совсем ночь. Нужно как-то отвлечься и постараться снова уснуть. Надеюсь, в этот раз мне приснится нормальный сон.

Но не тут-то было.

Фразы Олега так и всплывают обрывками в моей памяти:

Ребенок будет мешать.

Сейчас не время.

Как ты могла забеременеть?

Ты молода, рано думать о детях!

Я зажмуриваюсь, пытаясь прогнать больные воспоминания.

Но у меня ничего не получается.

Его разъяренный взгляд, женский тон – все причиняет мне нестерпимую боль.

Но я всё же надеюсь, что он одумается.

Остынет. Все взвесит. И снова придет ко мне.

Поймет, что ребенок – это счастье. Наше продолжение.

Наша частичка.

Я глубоко вздыхаю.

Конечно, сначала я буду обижать, а потом прошу ему эту выходку.

Понимаю, что это реально сюрприз.

Очень неожиданный сюрприз.

Но…

Как же это больно.

Такое ощущение, что сердце трещит по швам.

Я реально ощущаю эту боль.

Оно колет и режет.

Будто его дербанят на лоскуты. А я ничего не могу с этим поделать.

Боже.

Сворачиваюсь в комочек на кровати. В надежде, что полегчает.

И эти ощущения покинут меня.

Но все бесполезно.

Боль разрастается все сильнее.

И видимо организм снова не выдерживает и, я проваливаясь в сон.

* * *

Прихожу в себя от звука телефонного звонка. Но слышу его, как будто нахожусь в трубе.

Да где же он?

Шарю руками по кровати, но все тщетно.

А телефон продолжает трезвонить.

Наверное, Олег.

Одумался, всё-таки.

Сползаю с кровати, иду в кухню. Ищу там.

Наконец хватаю его.

И смотрю на экран. Но это не Олег.

Господи, нет. Это мама. Что же я ей скажу?

Как объясню, что Олег…

Что мы поругались, и он ушел…

Я в ужасе хватаюсь за голову. Но выхода у меня нет. Я нажимаю на «принять вызов» и внутренне готовлюсь к диалогу с мамой.

Глава 4
Вероника

Моя мама – Елена Анатольевна – очень строгая женщина. Она всегда воспитывала меня в каких-то жестких рамках. И любое мое «неправильное» поведение расценивалось, как ужаснейшая ошибка.

И теперь, когда она знает, что я жду ребенка, она требует немедленного знакомства с моим женихом.

Как мне теперь сказать, что мы поругались?

– Вероника, почему ты мне не отзвонилась и не сказала, как у вас все прошло? – без всяких приветствий холодно спрашивает она.

Я молчу, придумывая себе оправдание.

– Что ты молчишь? Что-то пошло не так?

– Нет – нет, – поспешно включаюсь в разговор. – Все нормально. Просто мы были вчера так увлечены…

– Он сделал тебе предложение? Когда вы хотите назначить день свадьбы?

От этих вопросов мне становится еще хуже.

Какая к черту свадьба⁈ Я даже не знаю, когда Олег мне снова позвонит.

Но не могу же я сказать маме, что он просто сбежал. Как трус.

– Мам, еще рано говорить о свадьбе…

– Что значит рано? – обрывает меня. – Ты ждешь от него ребенка. Он говорил, что любит тебя. Значит, вы должны пожениться!

Как у нее все легко и просто, – мелькает в голове.

Должен.

Любит.

Женится.

Как в кино.

Но у нас жизнь. И он хоть и любит, но похоже жениться не очень спешит.

– Есть некоторые моменты, – тихо произношу я.

– Что еще за моменты? Он не хочет жениться? Или еще хуже – признавать своего ребенка? – ее грозный голос молоточками отдается в голове.

Каждое слово, как удар.

– Ну, тут дело в том, что у него сейчас начинается очень серьезный проект. И ему нужно думать об этом. Если он зарекомендует себя, то выйдет на позицию выше. Понимаешь, сейчас все мысли об этом.

Решаю уйти в эту сторону и не сообщать, что Олег просто сбежал от меня в неизвестном направлении.

– Какой к черту проект? У вас же ребенок! – голос становится на полтона мягче.

– Мам, но срок еще совсем маленький. Я… Мы думаем, что он его завершит еще до рождения малыша. А уже потом все обсудим.

– Что значит все? Ты собралась рожать ребенка вне брака? А потом будешь мучительно бегать и доказывать, кто его отец?

– Мам, я все понимаю. Но это действительно важно. Такие проекты на дороге не валяются. Он сейчас будет очень сильно загружен. Мы даже видеться будем реже. Потому, что он постоянно будет занят.

– Так дело не пойдет. Он – отец ребенка. И должен во всем принимать участие.

– Но мама! Я же не могу его заставить! – вдруг вырывается фраза. И я тут же замолкаю. Сейчас она обязательно прицепится к ней.

– Что значит «заставить»? Он – отец ребенка. Он обязан! Или? Говори, что у вас вчера произошло!

– Да все нормально, – поспешно отвечаю я. – Мы обсуждали его новый проект и возможность карьерного роста. Он уверял, что как только решатся главные вопросы по проекту, он сразу займется мной.

– Не лги мне, Вероника. Я же знаю тебя как облупленную. Говори, что случилось?

– Все хорошо, не переживай.

– Я слышу по голосу, что ты мне врешь. Говори честно, он не хочет жениться? Он сказал, что ему рано? Не готов обременять себя детьми? Да? Ну, я ему покажу. Скинь мне его номер.

– Мама, перестань. Ничего этого не было! – вру я, и понимаю, насколько она проницательна.

Но не могу же ей сказать всю правду. Она потом еще и отцу расскажет, а тот вообще меня прибьет. Как будто я виновата в том, что Олег струсил.

Или не струсил. Просто ему нужно время.

– Я чувствую, что ты мне что-то не договариваешь.

Снова напрягаюсь. Но не могу сказать ей правду. Даже произносить не хочу, что он заикнулся о том, что наш ребенок сейчас нам не нужен. И это помеха для всего.

Тогда точно конфликта не избежать.

А я сейчас сама не в том состоянии, чтобы выдерживать ее натиск.

– Мам, давай потом поговорим, – предлагаю ей. Но тут же слышу категоричный отказ.

– Ты сегодня же приезжаешь к нам и все объясняешь.

– Сегодня я не могу. Я занята, – продолжаю нагло лгать.

– Тогда приеду я.

– Не надо мама! – выпаливаю я.

– Ничего не хочу слушать. Через час буду у тебя.

Она отключается.

Я в панике начинаю собирать все со стала. Убирать свечи. И вообще нужно сделать вид, что никакого праздника я не устраивала Олегу. Просто сообщила новость, и мы просто все обсудили.

В том, что она явится ровно через час, я не сомневалась. Мама всегда была пунктуальна. И требовала такого же от других.

Быстрые сборы «вчерашнего праздника» на какое-то время отвлекли меня от грустных мыслей.

Убрав посуду, я мчусь в ванную, чтобы привести себя в бодрый вид. Но никакие манипуляции не помогают скрыть опухшие от слез веки.

Я тяжко вздыхаю. Ладно. Что-нибудь насочиняю ей.

Ровно через час раздается звонок в дверь. Мама вихрем влетает в квартиру. Строго осматривает ее взглядом и садится на стул в кухне.

– Выкладывай, что случилось на самом деле. Думаешь, я поверила в тот бред, что ты несла?

Ее голос продолжает оставаться холодным и жестким. Словно она разговаривает не с собственной дочерью, а со своими провинившимися подчиненными.

– Мам, давай мы сами с Олегом разберемся в нашей ситуации, – начинаю я мягко. Ругаться все-таки не хочется.

Она встает со стула и подходит ко мне. Внимательно смотрит на мое лицо и ухмыляется.

– Сами говоришь. Ну-ну. А глаза чего красные? И веки опухшие? Рыдала? Что сделал этот подонок? Признавайся!

Глава 5
Вероника

Я понимаю, что мне не отвертеться. Но продолжаю лихорадочно придумывать очередную порцию лжи.

– В общем, мам. Мы почти все обсудили и решили, что сейчас он занимается своим проектом. Мне ведь никакая помощь пока не нужна. Срок же маленький.

– Как ты не понимаешь, – продолжает она. – Сейчас тебе нужна не помощь, а законный брак.

Ну что она заладила: брак да брак?

Чувствую, что с каждым словом слов становится меньше. И меньше желания вообще о чем-то разговаривать.

Бессилие и усталость – все смешалось внутри. Я смотрю на маму. Хочется, чтобы она обняла меня, нежно поговорила, успокоила. А не читала все эти нотации, которые я и так знаю.

Почему она никогда не проявляла ко мне любви? Почему она всегда держала меня в ежовых руковицах? Даже отец иногда осекал ее и просил быть мягче. Хотя сам не отличается нежностью.

– Мама, оставь меня, – не выдерживаю я.

Она удивленно смотрит на меня.

– Так дело не пойдет. Ты едешь со мной к отцу.

– Зачем? Что мне у вас делать?

– Развеешься. Я же вижу, что тебе плохо. И не надо утверждать обратное. Твой Олег, скорее всего, просто поставил тебя перед фактом. Сказал, что у него на носу повышение, и сейчас ему не до ребенка. А ты и расстроилась. И ничего вы не обсуждали.

– Да, мама! Так и сказал! – взрываюсь я. – А потом добавил, что ему этот ребенок вообще не нужен. Это лишь помеха.

– Что⁈ – вскакивает она со стула. – Помеха? – в ее глазах загорается огонь ненависти к Олегу. Она и так-то его недолюбливала всегда. А теперь еще и это. – Ты хоть понимаешь, что его позиция не поменяется, даже когда проект успешно завершится?

– Не факт. Может, он подумает и все осознает. А уже завтра придет, и будет извиняться.

– Не придет, – твердо заявляет мать.

– Ты его не знаешь! – обиженно произношу я.

– Зато я хорошо знаю мужчин. А ты еще молода и неопытна. Да и наивна.

– Хорошо, мама. Ты во всем права. А я – дура. Ты это хотела услышать? Услышала? Теперь довольна? – взрываюсь я. – Оставь меня в покое. Я хочу побыть одна!

– Но Вероника…

– Правда, мне нужно побыть одной.

Мама тяжело вздыхает, но все же выходит в коридор.

– Ладно. И помни, что всегда можешь к нам приехать.

За ней захлопывается дверь, а я снова начинаю рыдать.

* * *

На следующее утро просыпаюсь и думаю, что мне все это приснилось. Но потом с ужасом понимаю, то все было правдой.

И боль снова пронизывает меня насквозь. Внутри все сжимается от обиды и непонимания.

Но нельзя же все просто так оставить? Я должна поговорить с ним. Пусть он объяснит мне, что происходит. Ведь дело не только в его повышении. Здесь точно есть еще что-то.

Привожу себя в порядок, пытаюсь позавтракать. Но аппетита нет. Выпиваю два стакана йогурта и начинаю звонить Олегу.

Но он не берет трубку.

Первый звонок.

Второй.

Третий.

Каждый гудок отдается болью в груди. Неужели он действительно игнорирует меня? После всего, что между нами произошло?

Я откладываю телефон и пытаюсь собраться с мыслями. Что же произошло на самом деле?

Да, я сказала ему о беременности. Да, это не входило в наши планы. И он растерялся.

Хотя его реакция была какой-то неправильной. Это не просто растерянность. Там было что-то еще. Страх? Паника?

«Тебе рано об этом думать», – повторяю я его слова вслух. Рано? Мне двадцать три года! Мы встречаемся уже год, практически живем вместе. О чем он говорит?

А еще его проект… Конечно, для него важна карьера. Я понимаю. Но неужели настолько, что он готов бросить меня в такой момент? Когда я больше всего нуждаюсь в его поддержке?

Снова набираю номер. Опять не отвечает.

Может, стоит поехать к нему домой? Или на работу? Нет, на работе неудобно. Там люди, коллеги, а разговор предстоит серьезный.

И тут я вспоминаю, что не знаю адреса, где он живет. Он называл только район и все. А я даже не замечала, что он никогда не приглашал меня к себе.

А если он просто прячется от меня?

Я хожу по квартире из угла в угол, чувствуя, как внутри все кипит. Злость смешивается с болью, обида со страхом.

А что, если он действительно будет настаивать избавиться от малыша? Что, если для него наши отношения были не такими серьезными, как для меня?

Нет, не может быть. Он же говорил о будущем. О том, как мы будем жить вместе. Планировали отпуск на лето. Он не мог все это придумать.

Или мог?

Телефон молчит. Я смотрю на экран, надеясь увидеть его имя, но ничего. Даже сообщения не приходят. Как будто я для него больше не существую.

Слезы подступают к горлу. Комок застревает в горле.

Я не хочу плакать, не хочу быть слабой. Но как же больно! Как можно просто взять и исчезнуть, когда человек рассказывает тебе такую новость?

Даже если он не готов, даже если испугался можно же поговорить, объяснить, найти решение вместе. И не прикрываться проектом.

А он просто сбежал.

Может быть, мне действительно стоит появиться у него на работе? Подождать, когда он будет выходить из здания и поговорить с ним? Нет, это уже похоже на преследование. У меня еще есть гордость.

Но что тогда делать? Ждать, пока он соизволит объявиться? А если он не объявится вовсе?

Я инстинктивно кладу руку на живот. Там, внутри, зарождается новая жизнь. Наша с ним жизнь. И он даже не хочет об этом говорить.

Снова набираю номер. На этот раз трубку берут после длинных гудков.

– Олег? – голос срывается от волнения.