Текст книги "И.о. поместного чародея-2 (СИ)"

Автор книги: Мария Заболотская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

-11-

Не успела я обеспокоенно подумать о том, что нужно срочно придумать причину, по которой Леопольд отлучился из дому, как из груди моей вырвался облегченный вздох. Магистр сидел посреди гостиной и чинно пил чай, точно никуда и не выходил. Лишь его покрасневший нос и слишком благодушная улыбка указывали на то, как он провел этот день. Меня вновь охватило тревожное предчувствие – Леопольд в миролюбивом подвыпившем состоянии отличался значительно меньшей осмотрительностью, нежели когда пребывал в сварливом трезвом расположении духа.

Аршамбо некоторое время осматривался, словно не узнавая собственное жилище, однако встряхнул головой, словно говоря себе: "Я поразмыслю обо всем этом чуть попозже", и пожелал Леопольду приятного аппетита, явно не зная, как приступить к изложению не самых приятных новостей.

–Присаживайтесь, присаживайтесь! – воскликнул магистр Леопольд, расплываясь в широчайшей улыбке. – Эти ватрушки превосходны, а господин Мелихаро обещал, что вот-вот будет готова яблочная запеканка! Слышите, как благоухает корица?..

Вряд ли магистр Аршамбо, влачивший доселе довольно грустную во многих отношениях жизнь, знал, как пахнет корица, однако он пробормотал что-то утвердительное, поведя носом. Угадывалось, что его одолевают гнетущие мысли, и я приготовилась услышать нечто огорчительное, заняв место подле Леопольда, как это у нас было заведено.

–Почтенный магистр, – в конце концов, решился ученый чародей, – я должен передать вам кое-что из моего разговора с главой кафедры. Мессир Урбан был очень недоволен вчерашним происшествием, не буду преуменьшать...

–Ох, право, какое несчастье, – безо всякой тревоги и признаков раскаяния произнес Леопольд, жуя ватрушку.

–Да, особенно, если учесть, что против вас невесть почему ополчились все преподаватели кафедры, – вздохнул всерьез огорченный Аршамбо. – Ума не приложу, отчего они так лютуют, увидев всего лишь один раз.

Я, в отличие от ученого чародея, догадывалась о причине этой нелюбви, и с досадой сделала пометку в уме – модный наряд и наличие личного секретаря не всегда могли сослужить добрую службу при знакомстве. Наверняка, чародеи с кафедры не смогли простить магистру Леопольду излишний внешний лоск.

На спокойном лице Искена, присутствующего тут же, не отражалось и тени его мыслей, но я была уверена, что молодой чародей знает куда больше о подробностях этого конфликта, чем Аршамбо и глава кафедры вместе взятые.

–Но как бы там они ни было, – продолжал Аршамбо, – все мои усилия держать вас подальше от бестолковой суеты Академии пошли прахом. Глава кафедры теперь накрепко запомнил, что я обзавелся вторым аспирантом, и мои разъяснения удовлетворили его лишь частично.

–Звучит и в самом деле неприятно, – все так же флегматично отозвался Леопольд.

–Дьявольски неприятно! – воскликнул Аршамбо, падая в кресло. – Не стану ходить вокруг да около – глава кафедры поставил мне ультиматум и я не знаю, как выйти из этого сложного положения. Мессир Урбан весьма прямолинейно напомнил мне, что аспиранты, прежде всего, принадлежат кафедре и обязаны приносить пользу ей, а не своим научным руководителям. А это значит, друг мой, что бесполезно объяснять, какой вклад вы можете совершить в магическую науку... – тут ученый чародей кашлянул, осекшись. – И я, откровенно говоря, не знаю, как умаслить мессира Урбана, ведь проклятый карьерист не в состоянии оценить ваш ум и ваши таланты – ему подавай то, что он сможет вписать в отчет для ректора. Иными словами, ему нужно, чтобы вы писали пустые статьи и выступали на симпозиумах, мессир Леопольд, доказывая ученому сообществу, что наша кафедра неустанно занимается научной работой... Проклятые бюрократы! Эти лицемеры губят науку!

–Возможно, вы преувеличиваете, – осторожно промолвил Леопольд, явно слушавший гневную речь ученого чародея вполуха, и поняв из нее только то, что Аршамбо всерьез огорчен.

–Ничуть, – ответил чародей, угрюмо нахмурив свои черные брови. – Эта проказа поразила магическую науку сверху донизу. С тех пор, как ученая степень стала ступенькой для карьерного продвижения, все прогнило до основания. Стоит только кому-то нащупать интересную тему для исследований, способную и впрямь что-то изменить в нынешнем состоянии магии, как Лига устами ученого совета либо запрещает двигаться в этом направлении, либо передает эту тему тому, кто в первую очередь заботится о благосостоянии самой Лиги! Прочим же надлежит довольствоваться перебиранием давно известных истин, да рукоплескать очередному чародею, прибавившему к своим регалиям еще и ученую степень благодаря пустому, никчемному сочинению, где на разный лад повторяются банальности! Никому нет дела до чистой науки.

–Но мы пытаемся с этим бороться, мессир, – подал голос Искен, чье лицо приняло подобие сочувственного выражения. – Пусть даже и вынуждены играть по их правилам...

–Чертовы правила! – выкрикнул Аршамбо в сердцах. – Они лишают меня лучшего из аспирантов, который у меня когда-либо имелся!

–Лишают? – Леопольд поперхнулся чаем, явно не подозревая до этой секунды, что наши неприятности зашли настолько далеко.

–Именно! Мы вряд ли сумеем выполнить условие мессира Урбана, – сокрушенно ответил Аршамбо. – Он потребовал, чтобы вы выступили на научном симпозиуме, который намечен на завтрашний день. Вы должны подготовить доклад по теме истории магии, который убедит ученое сообщество в том, что вы можете оставаться моим аспирантом, несмотря на допущенное нарушение устава Академии при вашем поступлении.

–Доклад? – переспросил магистр Леопольд, и я, к ужасу своему, поняла по его бесстрашному тону, что магистр куда пьянее, чем мне показалось вначале. – Но это же пустяки, дорогой мой Аршамбо! Разумеется, я приму участие в симпозиуме, раз это так важно!..

–Вы сделаете это? – радостно вскинулся Аршамбо. – Ах, магистр Леопольд, вы возвращаете мне надежду! Но уверены ли вы...

–Вне всякого сомнения, – пробормотал магистр Леопольд и блаженно сощурился, явно готовясь заснуть. Спас ситуацию Мелихаро, как нельзя более вовремя появившийся в гостиной и объявивший, что в столовой всех ожидает ужин. Перечисление блюд оказалось долгим и волнующим; проголодавшиеся Аршамбо и Искен не стали ждать повторного приглашения, и стоило им только отвернуться от магистра Леопольда, как я ухватила подвыпившего чародея за плечи и яростно затрясла его, пресекая попытки захрапеть.

–Немедленно поднимайтесь в свою комнату, зловредный пьяница! – прошипела я ему на ухо, и магистр внезапно четким и ясным голосом произнес:

–Я что-то занемог, пойду прилягу.

–Разумеется, разумеется, – рассеянно отозвался Аршамбо, уже устремившийся к столовой. Искен, напротив, на прощание обернулся, одарил меня многозначительным взглядом и жестом указал на двери библиотеки. Я поняла, что мне назначили свидание, и мысленно выругалась, поняв, что вряд ли смогу его пропустить.

Пока же мне следовало как можно быстрее затащить магистра Леопольда в его комнату и позаботиться о том, чтобы он не вздумал отправиться на поиски приключений. И без того он успел сотворить немалую глупость, пообещав написать за ночь доклад для симпозиума...

–Что за черт вас дергал за язык? – бормотала я, то пытаясь подтолкнуть магистра вперед, то удерживая от падения. – Сколько раз я вас просила помалкивать, коли уж вы перебрали!

–Опять вы недовольны, – вяло и лениво огрызался Леопольд. – Каждый раз, как с нами случается какая-то холера, я первым говорю: "Все пропало, уносим ноги!". А мне в ответ заявляют, что не боги горшки обжигают, "Пейте побольше воды, мессир! Кашляйте!", – передразнил он меня. – Теперь стоило мне только безо всяких споров согласиться на очередную авантюру, как я слышу: "Что вы наделали?! Нам конец!". Мне кажется, вы ко мне придираетесь, госпожа Каррен. Именно так! Вам досадно, что я получаю столько похвал!..

–Помолчите же, проклятый забулдыга, – еще больше разозлилась я. – Скажите на милость, где мы возьмем доклад для симпозиума? Ученое сообщество – это вам не адепты, которым можно травить байки без устали.

–Подумаешь, доклад!.. – махнул рукой Леопольд и едва не покатился вниз по ступенькам. – Вы же смогли предоставить магистру Аршамбо отчеты, причем всего лишь за несколько минут. Что вам стоит написать славный доклад за целую ночь?

–Прах вас побери! – я от возмущения даже отпустила локоть магистра, но тут же вынуждена была поддержать его с другой стороны. – Что значит – написать доклад за ночь? В истории магии я разбираюсь еще хуже, чем вы! Ладно, на ходу выдумать для адептов пяток королей, десяток магов и три-четыре эпичных битвы, но с чем мы можем выйти на суд славных своим умом чародеев? Пусть история в этих кругах считается не самой важной наукой, но всяко чародеи из ученого совета не путаются в именах и датах!

–Ну так придумайте что-нибудь! – отозвался Леопольд и рухнул на кровать, до которой мы как раз добрались.

–Уже придумала, – с тоской сказала я, но, разумеется, магистра уже не интересовали мои слова – он сладко сопел, распространяя вокруг себя бражный дух.

В дверь поскреблись.

–Господин Мелихаро велели принести вам, – робко сказал слуга, в руках у которого был поднос с горой разнообразной снеди. Что ж, благодаря заботе демона следующие несколько часов не грозили состоять из одного лишь тоскливого ожидания. Я уселась за стол, придвинула к себе первую тарелку и принялась размышлять, как бы не пропасть окончательно, пойдя на поклон к Искену сегодня ночью.

Мелихаро, уставший, но довольный, как всякий человек (или демон), после победы над многочисленными, упрямыми и злонамеренными врагами, вернулся в комнату незадолго до полуночи.

–Эти дармоеды еще питают некоторые иллюзии, – сказал он, явно имея в виду слуг, – но из них выйдет толк.

–Магистр Аршамбо все еще в библиотеке? – спросила я, думая о своем.

–Нет, он сказал вскоре после ужина, что чувствует приятную сонливость, которую ранее никогда не испытывал, – отвечал Мелихаро. – Подумать только, этот господин много лет страдал от бессонницы и потреблял литры снотворных зелий, не понимая, что сна его лишают голод и несварение!

–Так он спит?

–Уж пару часов как, – сказал демон и насторожился, увидев, что я куда-то собираюсь. – А куда это вы направляетесь?..

Я, испытывая смешение множества неприятных чувств, неопределенно пожала плечами и туманно ответила:

–Нам надо как-то выпутаться из истории с докладом.

–О, нет! – Мелихаро вздрогнул, глаза его сердито и обиженно заблестели, а руки сжались в кулаки. – Вы вновь идете к этому мерзавцу! Рено, вы губите себя! Не смейте ничего у него просить!

–Но у нас нет другого выхода, – грустно ответила я, более всего страдая от того, что понимала степень справедливой обиды демона. Все его усилия были направлены на то, чтобы хоть немного ослабить влияние Искена на мою жизнь. Изменение уклада в доме Аршамбо нельзя было сравнить с победой над драконом или завоеванием королевства, но этот маленький скромный подвиг был брошен к моим ногам. А я вновь соглашалась принять участие в игре аспиранта, жертвуя теми крохами своего достоинства, что так пытался сберечь демон, окружая меня заботой.

–Если вы в этом уверены, то я не стану с вами спорить, – ответил Мелихаро, чье лицо враз утратило то вдохновенное свечение, которым было озарено весь день.

Я хотела было напомнить, что поступаю так лишь для того, чтобы Леопольд со своим секретарем и далее мог оставаться в доме магистра Аршамбо – безопасном и тихом уголке. Но мне пришлось бы объяснить и то, отчего я готова платить почти любую цену за то, чтобы Леопольд продолжал считаться аспирантом, раз за разом отвергая предложения сбежать из Изгарда. Я все еще собиралась идти по следу Каспара, но перед тем следовало надежно спрятать моих компаньонов от гнева неизвестных врагов – и ничего лучше аспирантуры Академии мне в голову так и не пришло. События последних дней показали, что магистр и демон непрестанно притягивают к себе неприятности, вместе ли они действуют или же по отдельности. Куда бы они не направились, покинув дом Аршамбо – путешествие это должно было закончиться очень быстро и печально. Вряд ли правда такого рода могла бы послужить годным утешением для опечаленного демона. Поэтому я лишь упрямо мотнула головой, точно в очередной раз говоря: "Это только мое дело!" и вышла из комнаты. На душе у меня было очень паршиво.

Конечно же, Искен ждал меня – ему и в голову не пришло бы сомневаться в том, что я приду.

–Дорогая, твой магистр Леопольд полон сюрпризов, – сказал он насмешливо. – Не думал я, что он так легко согласится на условия мессира Урбана. Хотя, будем откровенны, условия эти не так уж невыполнимы и кое-кому следовало поблагодарить меня за то, что глава кафедры не подписал распоряжение о исключении Леопольда Иоффского из аспирантуры сразу же, как только услышал обо всей этой сомнительной истории.

–Так это твоя идея с симпозиумом? – воскликнула я, нахмурившись. Новость произвела на меня двоякое впечатление. С одной стороны, симпозиум начал казаться вдвойне опасной ловушкой, с другой – Искен не стал бы загонять меня в угол, из которого я не могла бы сбежать при его же помощи. По крайней мере, я на это надеялась.

–Разумеется, моя, – аспирант, как всегда, отвечал, снисходительно усмехаясь. – Если бы не мое вмешательство, дела твоего протеже были бы совсем плохи. Уверен, приди в голову мессиру Урбану затребовать в канцелярии все бумаги, касающиеся Леопольда Иоффского, там обнаружилось бы множество неувязок. Но я не настолько коварен, чтобы мстить таким образом за кое-какие пакости, стоившие мне сорванной лекции.

–Лекция! – я вспомнила про рисунки Мелихаро. – Ну же, Искен, только не говори, что адептки не простили тебе негодное иллюстративное сопровождение! Они вряд ли ходят к тебе на занятия, чтобы любоваться рисунками.

Искен рассмеялся, искренне и заразительно, и я, вместо того, чтобы испытать облегчение от того, что он не принял всерьез это происшествие, встревожилась еще больше. Если бы молодой аспирант оказался мелочен, тщеславен и глуп настолько, чтобы посчитать случившееся оскорблением, мне было бы куда проще сопротивляться его обаянию.

–В первый раз, – сказал он, отсмеявшись, – в первый раз адептки глазели не на меня, а на рисунки. Хорошо еще, что лекция завершилась досрочно. Знаю, что господин Мелихаро меня недолюбливает, но передай ему, что я признаю его безусловный талант как в сфере домоводства, так и в изобразительном искусстве. Мессиру Аршамбо, пожалуй, лучше не видеть эти вариации на тему жизни великих чародеев прошлого – он скромный господин и от подобной фривольности, да еще с анатомическими подробностями его может хватить удар. Именно поэтому я не стал препятствовать расхищению рисунков адептами, которым они весьма пришлись по душе.

Мне оставалось только поблагодарить богов за то, что я тоже не видела творений Мелихаро. По своеобразному выражению лица Искена я поняла, что демон недаром упоминал о том, что некогда малевал скабрезные картинки в подворотнях, перед тем, как приступить к перерисовыванию гравюр на свой лад.

–Но вернемся к симпозиуму, – Искен вернул на лицо серьезное выражение. – Магистр Леопольд согласился принять в нем участие, что само по себе достойно похвалы. Но не возникнут ли у него некие затруднения?

–Уже возникли, – не стала отрицать очевидное я. – Но почему-то мне кажется, что ты учитывал подобный исход.

–Я на него надеялся, – ответил Искен. – Ведь ты так давно меня ни о чем не просила, а мне чертовски скучно, когда я лишен удовольствия тебе помогать.

–То есть, ты хочешь сказать, что можешь влиять на ученый совет? – хоть я и знала о могуществе семьи Виссноков, все равно не смогла скрыть своего удивления.

–Хотел бы я перед тобой покрасоваться лишний раз, но удержусь от соблазна, – аспирант сохранял все тот же дружелюбный и легкомысленный тон, словно призывая меня забыть о том, на какой своеобразной ноте завершился наш прошлый разговор. – Ученый совет мне не по зубам, я же не Артиморус Авильский. Но я могу попытаться выручить твоего магистра Леопольда, если тебе важна его дальнейшая судьба.

И вновь я некоторое время колебалась перед тем, как произнести то, чего ожидал от меня Искен. Быть может, если бы он, как в прошлый раз, принялся потешаться надо мной и намекать на то, что между нами сохранились кое-какие чувства, я бы вспылила и отказалась от его помощи. Но сегодня аспирант вел себя совсем по-другому, и хоть я понимала, что это всего лишь одна из масок, которыми он умело пользовался, преодолеть себя оказалось чуть проще, чем я надеялась.

–Помоги магистру Леопольду, Искен, – сказала я, окончательно сдавшись. – Считай это моей второй просьбой.

–Засчитано. Пусть твой магистр ни о чем не волнуется и приходит на симпозиум к назначенному часу, – кивнул аспирант, и после этих слов дружеская, легкомысленная манера общения в единый миг была сменена им на другую, от которой у меня неприятно замирало сердце:

–Скажи, Рено, не начала ли ты сомневаться в том, что я твой враг? – спросил он мягко. – Два желания из трех – и я не спрашиваю тебя, зачем тебе понадобилось затевать этот обман. Два из трех – и я даже не пытаюсь разузнать, чем грозит мне участие в твоих авантюрах. Неужели ты думаешь, что я настолько недальновиден, чтобы позволять втягивать себя в неприятности без причины, которая кажется мне особо важной?

–Ну так расскажи мне об этой причине, – я ненавидела этот вкрадчиво-ласковый тон, ведь в былые времена стоило Искену так со мной заговорить, как я забывала обо всем на свете.

–Но это же очевидно, – пожал плечами Искен. – Я забочусь о тебе.

–Сговорились вы все, что ли... – пробормотала я себе под нос, и добавила, повысив голос:

–Нет в мире чародея, которому я бы верила меньше, чем тебе, Искен. Ты играешь со мной, как кошка с мышкой, но я не избалована добрым отношением. Поэтому говорю тебе спасибо за то, что решил позабавиться, а не сразу придушил. Постараюсь приберечь последнее желание, кому как не мне знать, что иногда отсрочка – самый ценный дар. Подчас куда ценнее, чем кажется тому, кто ее предоставляет.

–Можешь продолжать не верить мне, – кротко ответил Искен, но уж в эту его смиренную ипостась не поверил бы и самый наивный в мире человек. – Это ничего не изменит.

"Еще посмотрим" – подумала я, вслух пожелав Искену добрых снов. Этот разговор не стоил мне ни слезинки, но тем он был и опасен.

-Я не мог такого сказать, – конечно же, заявил магистр Леопольд поутру, когда я рассказала ему о событиях вчерашнего вечера. – Это вы вечно соглашаетесь лезть в самое пекло, а мне потом приходится выкручиваться, не щадя своего живота.

За время знакомства с Леопольдом я успела усвоить накрепко две истины: первая – магистр крайне несговорчив и увертлив, точно хвост сколопендры. Вторая – вино частенько напрочь отшибает магистру память. Сочетание этих двух особенностей давало ему неоспоримое преимущество в любом споре: Леопольд всегда мог притвориться, что ничего не помнит и упорно отрицать любое обвинение в свой адрес. Поэтому я не стала тратить время на пререкания и объявила, что как бы там оно ни было, на симпозиум идти придется.

–И что я буду рассказывать этим треклятым мудрецам? – возмутился Леопольд.

–Искен обещал помочь и сказал, что вам просто нужно прибыть к назначенному времени, – ответила я, и услышала, как демон, возящийся с какими-то домовыми книгами в другом углу комнаты, немедленно что-то заворчал.

–Пока что он не сделал ничего такого, что позволяло бы усомниться в его честности! – повысила я голос. В ответ я расслышала: "Золотой парень этот Искен, ну конечно же..."

–Господин Мелихаро, вы тоже пойдете с нами на симпозиум,– сказала я как можно тверже. – Заодно и посмотрим, как Искен собирается выполнить данное им обещание.

–Меня совершенно не интересует все то, что касается этого надменного хлыща, – сердито огрызнулся демон.

–На симпозиуме будет и Стелла ван Хагевен, – прибегла я к уловке, которая мне самой казалась сомнительной, но неожиданно сработала. Мелихаро немедленно отложил книги и принялся перебирать свою одежду, явно задавшись вопросом, как произвести впечатление на столичную чародейку столь высокого ранга. И вновь я ощутила досаду, которая мне не нравилась даже еще больше, чем те чувства, что возникали у меня при виде Искена.

...Симпозиум проводился в одной из самых больших аудиторий Академии, которую обычно открывали только для заезжих почетных гостей из других учебных заведений. Главным заданием руководства Изгардской Академии в таких случаях было пускание пыли в глаза своим иноземным коллегам, поэтому большая аудитория поддерживалась в идеальном порядке, что в свою очередь означало тщательную охрану ее убранства от шаловливых рук адептов. А это было возможным только в случае запрета на проведение в ней обычных занятий. Большую часть времени на дверях аудитории висел внушительный замок, маслянисто поблескивающий от обилия наложенных на него охранных заклинаний. Адепты могли разве что с завистью посматривать на новехонькие столы и удобные лавки, обтянутые бархатом, через разноцветные витражные стекла, которыми были украшены створки этих великолепных дверей.

Сегодня путь к большой аудитории преграждал ряд столов, за которыми сидели несколько чародеев. Перед ними лежали списки участников симпозиума – весьма приблизительные, разумеется, так как каждый глава кафедры старался внести туда как можно больше имен аспирантов в надежде на то, что хоть кто-то из них сумеет написать что-то толковое к нужному сроку. Магистр Аршамбо указал Леопольду на хвост небольшой очереди, образовавшейся в коридоре, и мы покорно заняли место в ней.

–Вы все еще можете отказаться, – сказал ученый с тревогой поглядывая на своего лжеаспиранта. – Обычно тех, кто не является на симпозиум, просто вычеркивают из списка – если они не подавали именные заявки заранее, разумеется. Возможно, мы могли бы еще раз поговорить с мессиром Урбаном... Договориться с ним все же проще, чем с ученым советом. Эти господа весьма требовательны к молодым ученым, пусть даже их придирки носят в основном формальный характер. Если им покажется, что ваш доклад недостаточно научен... Видите ли, я всецело уверен в вас, но я в глаза не видел вашего доклада и вы должны понять мои сомнения...

На лице магистра Леопольда было написано полное согласие со словами Аршамбо, однако он заставил себя промямлить:

–Нет-нет, я желаю участвовать.

Прозвучало это жалко и испуганно, но я отдала должное силе воли магистра Леопольда, сумевшего произнести вслух вовсе не то, что он думал. Однако, для Аршамбо, не слишком разбиравшегося в интонациях, этого ответа оказалось достаточно. Он на время попрощался с нами, сказав, что ему нужно зайти на кафедру, и мы остались предоставлены самим себе.

–Давайте уйдем, – жалобно прошептал магистр, наблюдая за тем, как продвигается очередь.

–Искен обещал, – я сурово качнула головой, изображая уверенность, которой у меня не имелось.

–Но что именно он обещал? – подал голос Мелихаро.

–Что история с симпозиумом закончится для мессира Леопольда хорошо.

–И как он это провернет? – раздраженно продолжил расспросы демон. – Если этот парень обладает таким влиянием, не проще бы было сразу попросить его, чтоб Лига оставила нас в покое и позволила вернуться в Эсворд? Спросите, черт побери, у него, куда подевался ваш магистр Каспар! Я догадываюсь, отчего вам в голову не пришел столь простой выход, но это же смехотворно! Мы раз за разом мухлюем, как мелкие жулики, все глубже увязая в чужих замыслах, о которых даже представления не имеем!

–Он сказал, что ученый совет ему не по зубам, – ответила я, помрачнев. – Что до магистра Каспара... Если Искен и впрямь не знает, зачем я здесь, то лучше ему не говорить. Зря вы думаете, что я ему доверяю.

–Так на что же мы надеемся, придя сюда? – вопросил демон, а магистр Леопольд прибавил: "Да-да! Меня тоже занимает этот нюанс!"

–Я не знаю, – честно призналась я. – Возможно, у Искена есть доступ к спискам участников. Возможно, он знает что-то о расписании симпозиума, позволяющее нам ускользнуть в самый последний момент. Возможно, симпозиум не состоится...

–Он может сорвать его? – недоверчиво спросил демон.

–Скорее, он может поспособствовать кому-то, кто хотел бы испортить это мероприятие. Искен из тех, кто любит загребать жар чужими руками, – пожала я плечами.

–Вот нашими руками он его и загребет, помяните мое слово, – пробурчал Мелихаро, ничуть не удовлетворенный моими ответами.

Тем временем очередь продвинулась настолько, что мы очутились у одного из столов. Магистр Леопольд назвал себя, явно желая очутиться в этот момент где-то за пределами Изгарда, и его имя вскоре нашли в хвосте списка – должно быть, его внесли в последнюю очередь.

–Зря мы все это затеяли, – тихо и обреченно стенал Леопольд, переступая порог парадной аудитории. Я, следуя за ним, напряженно осматривала ряды в поисках Искена, но тщетно.

–Он над вами подшутил, – продолжал гундосить демон. – Ему показалось, что из этого получится презабавный анекдот.

–Мы не сможем выпутаться на этот раз, – бормотал магистр, направившись к свободной скамье нетвердым шагом. – Хорошо, если нас просто изгонят с позором.

В этот момент нас заметили уже знакомые нам любители эклеров с кафедры магической истории – они заняли один из рядов и разложили перед собой папки с бумагами.

–О, да это наш новый аспирант! – воскликнул один из них. – Вы вновь прибыли со своей свитой!

–Кто из вашей личной челяди удостоился чести нести ваш доклад? – язвительно прибавил второй. – Я не вижу бархатной подушечки! Положительно, вам нужен еще один секретарь, одного вам мало!

Леопольд, заслышав издевки, расправил плечи и прошел мимо насмешников так величественно, будто за ним и впрямь на подушечке несли папку, тисненую золотом. Мне же стало вовсе не по себе. "А что если Искен и впрямь меня обманул? – подумала я и даже кончики пальцев у меня защипало. – Вдруг все это время он ждал момента, когда я попаду в самое дурацкое положение изо всех возможных? Может, в этом и состояла его игра, и не стоит искать сложные объяснения всему происходящему?"

–Эти господа немало порадуются, когда окажется, что магистр Леопольд пришел на симпозиум с пустыми руками, – озвучил витающую в воздухе мысль Мелихаро. – И впрямь, мы добровольно сыграли роль шутов гороховых – как тут не покуражиться!

Я не стала ничего отвечать, поскольку и сама все больше склонялась к этой мысли.

Мы уселись за один из столов, даже не обменявшись взглядами, и принялись ждать неведомо чего, мрачнея с каждой секундой.

"Быть может, симпозиум не состоится, – говорила я себе, пытаясь унять растущее беспокойство. – Что-то пойдет не так, ученый совет не сможет собраться, или же господин ректор вынужден будет срочно отбыть... Искен мог что-то знать об этом, иначе зачем бы ему..."

Мои мысли прервал звон колокольчика, возвещавший, что симпозиум начался. Я подняла голову и увидела, что маги из ученого совета уже заняли свои места за столами на возвышении, а за трибуной стоял ректор, скучнейший господин Миллгерд, готовящийся произнести вступительную речь.

–Вот и все, – злорадно произнес демон. – Чего и следовало ожидать. Приготовьтесь стать посмешищем, мессир, ну а до того нужно хорошенько подумать, как мы будем объясняться с ученым советом, главой кафедры и прочими важными господами, которым вряд ли понравится то, как мы бездарно отнимаем у них время.

Магистр Леопольд со вздохом уронил голову на руку, прикрыв глаза. Я последовала его примеру, чувствуя, что совершенно обессилела.

–Какого дьявола вы забились в этот угол? – услышала я негромкий голос Искена. – Я еле вас нашел. Держите, мессир Леопольд, ваш доклад.

И я увидела, что аспирант протягивает чародею увесистую папку. Магистр Леопольд с недоверчивым видом принял ее, едва не забыв поблагодарить за столь своевременный дар, а Искен улыбнулся, склонился ко мне и шепнул:

–Надеюсь, этот господин умеет читать.

Проследив взглядом за удаляющимся аспирантом, я увидела, как он садится рядом с Аршамбо, видимо, уже справившимся со своими делами на кафедре. Выслушав Искена, магистр повернулся в нашу сторону и, заметив нас, приветственно махнул рукой Леопольду.

–Эта папка полным полнехонька отборной белиберды, – упрямо произнес Мелихаро. – За одну ночь найти где-то доклад, способный впечатлить этих бородатых господ?.. Уж не написал ли он его на быструю руку? Пффф! Увольте! Я не верю, будто он подсунул магистру Леопольду что-то дельное.

–Здесь написано что-то о храмах, – ответил магистр Леопольд и потер щеку с задумчивым видом, точно и впрямь пытаясь разобраться в сути написанного.

–Мессир, будет достаточно, если вы просто прочтете текст, – торопливо сказала я. Меня всегда тревожили попытки Леопольда осмысливать происходящее – от них попахивало самоуправством и тягой к импровизации.

Леопольд презрительно фыркнул, однако не успел перевернуть первую страницу, как его глаза начали соловеть, как это бывает с людьми, потерявшими представление о сути прочитанного. Второй лист магистр некоторое время осматривал, точно набираясь храбрости, а затем отложил бумаги и полез в один из своих многочисленных карманов. Конечно же, там нашлась небольшая фляжка, и единственное, чего я добилась, гневно прошипев: "Ах ты ж!..", так это небрежного ответа:

–Мне нужно настроиться и подобрать нужную интонацию!

Кафедра магической истории числилась одной из последних в общем списке участников. Нам пришлось выслушать немало докладов, посвященных монстрозоологии, астрономии, искусству боевой магии, прорицаниям и алхимии, каждый из которых предварялся нуднейшим вступлением и заканчивался неопределенным выводом. Голова моя гудела, точно в ней завелся рой пчел. Я бросила взгляд на Мелихаро, ожидая увидеть, что демон так же измучен речами докладчиков, однако и тут меня постигло разочарование: секретарь сместился к самому краю скамьи и с мечтательным видом таращился на Стеллу ван Хагевен, сидящую на одном из небольших балкончиков, предназначенных для почетных слушателей. Чародейка явно не питала интереса к науке и могла себе позволить не скрывать, какую скуку на нее навевают доклады. Вскоре я убедилась, что она давно заметила внимание, которое оказывал ей Мелихаро – изредка она посылала ему благосклонные взгляды, а один раз даже улыбнулась, едва заметно, но все же!

–Мерзкая ведьма! – с досадой буркнула я и заставила себя сосредоточиться на очередном докладе, посвященном приготовлению целебной мази широчайшего спектра действия, способной заменить почти все известные притирания. Аспирант с кафедры целительства смело заявлял, что стоит на пороге открытия и положительный эффект от запатентованного ним состава вот-вот перевесит вред, который она нанесла подопытным. Он принялся зачитывать бесконечный перечень побочных действий, и я даже не стала делать замечание магистру Леопольду, вновь булькнувшему своей заветной фляжкой.