Текст книги "Розы из Эквадора"

Автор книги: Мария Подалевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

“– Как вампир – подумала Эля. – Неужели всё. Вот так ушёл и всё. Неужели обиделся? Как же так я опять его потеряла? Он так много сделал для меня. И ничего не попросил взамен. А я его обидела.”

Он не позвонил. Не пожелал ей спокойной ночи.

Назавтра Эля была занята на работе. И пришла домой только под вечер. Саша не звонил.

Надо научиться жить без него. Или согласится. И стать его женой. Снова выйти замуж? Но брак не принёс ей счастья. И она не верила в то, что может быть по-другому. Для счастья ей надо доброе дружеское общение. Но это не то, чего ждёт от неё он. И по-большОму счёту она не верит ему. Не верит в то, что сможет быть с ним счастливой и дать счастье ему. Это всё так сложно. Но сегодня ей приходится делать выбор.

Саша молчал. Телефон не звонил. В контакте он появился лишь раз и то по другому делу.

Наконец, Эля не выдержала молчания и позвонила.

– Привет, как дела.

– Привет, Эля. Всё хорошо.

– Ты не обиделся?

– Я не обиделся. Я просто немного занят. Освобожусь и позвоню. Пока – он положил трубку. И она осталась одна.

Прошла неделя. И всю неделю Эля думала о Нике – Саше. Она не знала, что ей делать. Вдруг Эля поняла, что очень хочет видеть его. Что ей придется наступить на свою независимость и признать, что она влюбилась и не может без него жить. Что у неё всё валится из рук, и что он нужен ей.

Эля набрала номер: – Саша, извини меня, я как-то не так себя повела.

– Привет, Эля. Я тоже думал о тебе. Но я был очень занят. Давай мы встретимся. Я обещаю, что больше не буду на тебя давить.

– Хорошо, приезжай, я тебя жду.

Саша был необыкновенно счастлив, что Эля позвонила ему. Он понимал, что ей надо время, чтобы разобраться в себе. Поэтому он занялся неотложными делами. И вот – Эля позвонила сама. Чтобы она не решила. Он согласится. Он не хочет потерять её совсем, и надеется, что может быть, со временем, она переменит отношение к нему.

Приехал Саша быстро, видимо не было пробок или он знал как их объехать. Эля открыла дверь и обняла его. Он тоже обнял Элю очень бережно.

– Я так скучала по тебе.

– Я тоже. Но у меня были важные дела.

– Я думала – ты уже не придёшь.

– Я пришёл.

– Спасибо.

– Я буду тем, кем скажешь.

Они стояли в прихожей и смотрели друг на друга. У Эли перехватило дыхание, она расплакалась. Саша гладил её по спине.

– Пирог не сгорит?

– Да, пирог!

Эля побежала в кухню. Саша вошёл тоже в кухню.

– Давай, я помогу тебе.

– Подержи, крышку.

Они возились на кухне, потом пили душистый чай с травами. Пирог получился замечательно. Они смеялись, и словно не было никаких размолвок. После чая он извинился, что его ждут неотложные дела, поцеловал Элю и ушёл. Эля сидела на кухне и чуть не плакала. Не назначил свидания. Не попросил чего-либо запретного. Уехал. А ей уже так не хватает его. Он незаметно стал частью её жизни. И ведь пройдёт десять – двадцать лет и дети будут погружены в свою жизнь. А чем заполнит свою жизнь она?

Может и правда связать свою жизнь с этим интересным мужчиной. Ну, не свадьба. Нет. Просто отношения. Совместное проживание. Ну, хотя бы на время. На полгода или год. Она же всегда сможет уйти. Без обязательств. Жизнь вдвоём. Что плохого? Это всегда можно прекратить, пока она не влюбилась до потери пульса, пока ещё можно сделать шаг назад. Пока ещё можно. Пока ещё это возможно.

Глава четвёртая

Саша мчался на большой скорости по городу. Ночные улицы были красиво подсвечены яркими огнями рекламы. В голове при такой скорости не оставалось никаких мыслей. Нет, одна мысль всё же была. Об Элеоноре.

– Она будет моей. Будет моей. – Эта мысль пробивалась сквозь мягкий гул мотора.– Всё равно она будет моей женой.

Из-за угла на полной скорости вылетел неуправляемый «Мерседес.»… Саша почувствовал невероятной силы удар, а затем ощутил, как его душа покидает измученное тело.

Очнулся Саша в незнакомой машине. Кругом были люди в белых халатах. Саша произнёс несколько звуков и снова провалился в небытие.

Звонок разбудил Элю среди ночи. Пищал мобильный телефон.

– Саша?

– Вы Эля?– спросил в трубке кто-то незнакомым голосом.

– Да … что-то случилось? С Сашей? Что?

– Не волнуйтесь, он жив, он в больнице. Произошла авария. Мы нашли его телефон и первый телефон Ваш.

– Где? Где он?

– В больнице.

– Я… Я могу приехать?

– А вы кто?

– Невеста, мы собирались… вместе…

– Приезжайте. – На том конце трубки продиктовали адрес и телефон разъединили. Эля замерла в шоке. Но уже через минуту в мозгах произошло прояснение. Эля металась по квартире. Сумка, ключи, и переодеться, плащ, сапожки, с собой тапочки или бахилы. Она вылетела из квартиры и побежала к маршрутке – наперерез: Стойте!

«Саша, Сашенька. Не умирай, ты нужен мне. Господи, только не умирай…»

В коридорчике больницы пахло удручающе лекарствами. Эля сидела на стуле и ждала врача реанимационного отделения.

– Вы кого-то ждете – раздался мягкий баритон сзади.

– Врача – Эля обернулась и …потеряла голос.

– Я врач – перед ней стоял юноша, почти мальчик. Большие темные глаза, черные волнистые волосы, высоченный, в чёрном свитере и чёрных джинсах он совсем не похож был на врача.

– Я сейчас переоденусь и подойду. Вы к новенькому, после аварии.

– Да. Что с ним?

– Да ничего страшного, полежит в реанимации недельку. Главное, что жив остался.

– Кровь. Нужна же кровь.

– Да-да. Никитин Александр. Первая. Резус отрицательный. Редкая, как у меня. Всё в порядке. Он вне опасности. Посидите. Я – сейчас.

Юноша исчез за дверью кабинета. Где-то громко тикали часы. Эля слышала даже свой пульс. Эле показалось, что она где-то видела уже этого юношу. Да на страницах своего романа: «Мой роман с вампиром»

Юноша вернулся довольно быстро, теперь на нём был голубой костюм из хлопковой ткани, идеально отглаженный и хорошо сидящий на нём.

– Меня зовут Никита Сергеевич. И я буду вести Вашего больного Никитина. Да уж. В общем, особых повреждений нет только тяжелое сотрясение головного мозга от удара. Пока он без сознания. А так не царапинки. А Вы простите, кто будете?

– Вроде невеста.

– Не жена?

– Нет.

– Значит, документы подписать не можете. Ну что ж. Пустить я Вас к нему пока не могу. Приходите завтра. Из продуктов пока ничего не приносите. А вот лекарства, у нас – платные – возьмите список…

Он вручил Элеоноре листок бумаги и так же бесшумно исчез за дверью.

Саша шёл по траве, не касаясь её. Где-то пели птицы. На душе у Саши было спокойно и радостно, как будто он после долгой дороги добрался домой. Не было усталости путника, не болели ноги, просто было полное ощущение покоя и исполненности задачи. Так он и плыл над лугом, незаметно поднимаясь всё выше и выше. Рядом оказались какие-то люди, они были в длинных белых одеждах, они тоже плыли над поверхностью и разговаривали между собой. Потом они заметили Сашу, который тоже был одет во что-то светлое.

– Ты что тут делаешь? – спросил один из них.

– Ищу смысл жизни,– ответил Саша.

– Ты лучше любовь ищи. – И люди засмеялись наперебой.

– Иди, тебе пора, тебя ждут.

Потом Саша переместился куда-то в другое место, он увидел зелёный ковёр из травы, весь усыпанный цветами, и красивую женщину, сидящую у ручья.

– Мама – Саша вмиг узнал маму.

– Сашенька. Мальчик мой, всё будет хорошо. Ты будешь самым счастливым.

Я верю в это. Ты – мой любимый мальчик. – Женщина подняла руки и обняла его.

– Мама. Я так скучаю по тебе. Мне тебя не хватает. Я нашёл любовь.

– Дорогой мой. Я так рада. Я так хочу, чтобы ты был счастлив.

– Я буду, мама, обязательно буду.

– Тебе пора, сынок.

Затем Саша летел над морем и переместился на берег Крыма. Здесь он отдыхал в юности, с первой девушкой – Юлей. Им было по 19 лет, и они бегали по булыжнику и мелким камешкам у моря. Было это в Евпатории. Цвело лето и солнце жарило нещадно. Они были вдвоём и наслаждались свободой взрослой жизни. Однажды они с Юлей, наперегонки на двух мотоциклах, гоняли по крымским трассам. Скорость. Любовь кружила голову. Первые каникулы без взрослых. Он летел впереди, она чуть сзади. Юля затеяла какую-то игру. Она обогнала его и исчезла за поворотом. Это было последнее, что он тогда видел. Оказался он в больнице. Весь-весь переломанный. Потом он понял, что вылетел из седла мотоцикла. И поэтому остался жив. Потом из-за этой аварии Саша даже не попал в армию…

А Юли больше не было никогда – она погибла за тем поворотом.

И сейчас Саша страшно захотел её увидеть.

Темная фигура появилась в тумане и, тут же, рядом с фигурой, он разглядел мотоцикл…

– Юля…

– Да – это я…

– Прости, что остался жив…

– Хорошо, что ты остался жив…

– Прости, что не смог тебя уберечь…

– Не плачь, Ник… Я тебя люблю…

– Прости, Юлька… Мы бы сейчас.… Прошло много лет. Я тебя помню. И люблю до сих пор.

– Ты не плачь. Не надо. Я родилась снова. У меня другое имя и больше я на мотоцикл не садилась. Всё хорошо.

– Если б я знал.

– Я сейчас была бы старой.

– Ты была бы мудрой. Я найду тебя. Где ты живёшь? Скажи.

– Не надо. Всё так, как должно быть. Будь счастлив. – Юля села на мотоцикл и скрылась за поворотом.

– Ты ещё кого-то хочешь видеть?

Голос прозвучал близко и по его доброму тону, Саша понял, что может произнести имя друга, которого потерял.

– Андрей – позвал Саша и тут же увидел фигуру в куртке и джинсах.

– Санька. Никитин. Живой. Молодец.

– Привет, Андрюха, как ты?

– Нормалёк. Всё путём. А ты как?

– Вот, живу. Жаль ты не выжил.

– Да ладно. Здесь прикольно. Только обратно не пускают. Не время, говорят, еще. Ну, да ладно. Бывай.

– Подожди. Его не судили, сказали, что ты сам под КамАЗ влетел, без шлема.

– Да. Глупо получилось. Ладно. Увидимся, когда-нибудь.

– Я виноват, прости.

– Никто не виноват, Санька. Я же «под кайфом» был. Вот и получил по полной программе.

– Я не знал, что ты подсел на такую дрянь.

– А никто не знал. Да я всё равно бы … того.… Не пробуй никогда эту дурь.

– Ладно, Андрюха. В следующий раз будь умнее.

– В следующей жизни ни-ни… Ну, пока Санька, удачи тебе! – и Андрей исчез в тумане.

Глава пятая

Эля выгребла все деньги из кошелька – 10 тысяч на лекарство, для неё это была неподъёмная сумма. Но родственников Саши она не знала, да и были ли у него родственники тоже неизвестно. Ладно, деньги можно занять. Лишь бы Саша жил.

На следующий день, когда она пришла в больницу, Никита Сергеевич, сияя глазами, попросил её привезти документы больного Никитина. Он вручил ей ключи и адрес. И просил не затягивать. Иначе ей придётся оплачивать всё его лечение из своего кармана.

Эля взяла ключи на маленьком брелочке – фонарике, и заглянула в листок. Она даже не представляла, где находится эта улица. Она вообще не очень хорошо ориентировалась в таком большом городе, да и выезжала она сюда не часто. Так как её жизнь проходила в маленьком пригородном городке, и всё там устраивало Элю. Поэтому город она знала не очень хорошо. Но всё же, Эля добралась на маршрутке до места довольно быстро, поблагодарила водителя и неловко вылезла из неё, перешла дорогу, и пошла искать дом Саши, прыгая через лужи.

Пришлось долго идти по улице и читать номера домов. Но когда Эля нашла дом и вошла в него, поднялась по лестнице и подошла к квартире Саши, её охватило смущение, переходящее в трепет. Ей стало страшно. Вот так первый раз, зайти в квартиру к мужчине, Эле было неудобно. Да ещё в отсутствие хозяина. И где она будет искать его паспорт и полис. Права были в машине, а остальные документы где?

С трудом Эля справилась с двумя замками и вошла в квартиру. Нашла выключатель у двери и включила свет. В крохотной прихожей стоял старый дипломат, в котором Эля нашла все документы. Вытащила паспорт и медицинский полис и уже хотела выйти из квартиры, как к её ногам спрыгнул кот и, выгнув спину дугой, мяукнул.

– Котик – ахнула Эля – Ты же голодный, наверно.

Эля положила документы в пакет и оставила на тумбе у входа. Она прошла на кухню и поискала еду для кота. Котик побежал в комнату. Эля тоже прошла в комнату и остановилась. На стене она увидела свой портрет, скопированный со страницы в интернете. Тот самый, где Эля сидит в клумбе. О, похоже, он сам его рисовал. Какая работа. И не подумаешь, что Саша умеет рисовать.

– Котик, ты где? Как же мне тебя поймать?

– Мяу,– ответил котик.

Эля бросилась ловить кота, а тот убегал от неё с огромной скоростью. Наконец, оба устали от беготни. И Эля вернулась в кухню, поискала еду в холодильнике, нашла рыбу, положила её в кастрюльку, залила водой и поставила вариться. Затем она обошла ещё раз всю квартиру в поисках кота.

Квартира была небольшая, но в ней для всего нашлось место. Хорошая аппаратура с колонками, большой телевизор, на стене висела гитара. В углу стоял компьютер. На окнах висели плотные шторы, а на подоконниках цвели кактусы. В аквариуме плавали рыбки. Да, сюда надо наведываться через день – кормить кота и рыбок и поливать цветы иногда.

Эля выключила конфорку, остудила кастрюльку под водой и положила рыбу котику в миску. Потом позвала кота, вышла из кухни, и, взяв документы, покинула квартиру.

Эля приехала в больницу к вечеру. В коридоре Никита Сергеевич рассказывал какой-то анекдот симпатичной медсестре. Девушка смеялась от души, и чувствовалось, что ей очень нравится молодой врач.

Эля остановилась недалеко от парочки. Молодой человек по-хозяйски обнимал девушку, а она просто таяла под его руками. Вдруг Никита Сергеевич обернулся и увидел Элю, стоящую недалеко от них. Он мгновенно отпустил медсестру и приблизился к Элеоноре.

– Здравствуйте, – ослепительно сияя улыбкой, врач поддержал Элю под локоть. – Вы принесли лекарства и документы?

– Да, вот.– Эля достала пакет.– Здесь лекарства, полис и паспорт.

– Хорошо. Ещё надо капельницы по 500 рублей 10 штучек. И пока всё.

– У меня сейчас нет таких денег. Я всё потратила на лекарства.

– Ну, милая, Вы же хотите, чтобы мы вылечили Вашего жениха? А у нас возможностей маловато, мы должны как-то вместе решать наши проблемы…

– Да, конечно. Я всё куплю.

– И подойдите к медсестре, передайте ей лекарства и оформите документы. Всего доброго. – И врач, сверкая чёрными глазами, кивнул, и исчез.

Глава шестая

Саша всё летел и летел над поверхностью земли. Он уже посетил все места, которые он давно оставил и по которым скучал. Но возвращаться Саша тоже не торопился. Так хорошо было летать над землёй. Так спокойно. Ничего не беспокоит, ничего не держит. Летаешь, как птица. Сейчас Саша понял, что ему не хватало всё это время только одного – он не мог летать. Когда-то он мечтал летать, но не на самолёте, а так – расправив крылья. Он даже во сне летал, лет до сорока. А потом навалились проблемы. Всё же это было очень просто – подогнуть ноги, сместив центр тяжести чуть вверх, он проделывал это сотни раз, во сне. Вот ещё усилие, взмахнуть руками и взлететь. И вот теперь он летит без всяких усилий легко и радостно. И никто его не ждёт на земле. Он что-то должен был вспомнить, но забыл что.

Валерия работала в больнице уже полгода. Уколы. Капельницы. Прошлый год она провалила экзамены в медицинский институт. Девушка хотела быть хирургом. А родители прочили ей карьеру стоматолога. И чистенько и при деньгах. Но Валерия не хотела себе такай участи. Поэтому она устроилась в больницу медсестрой. За плечами было медицинское начальное образование. И работа ей нравилась.

Никиту она встретила в первые дни своей работы. Шикарный молодой человек знал себе цену, он рассекал на серебристом “лексусе”, и чувствовал себя хозяином жизни. Женщины сыпались на него, по одному щелчку пальцев. Неотразимый мужчина был вне конкуренции.

Только одна Валерия почти не замечала его. И это обстоятельство очень огорчало Никиту. Ну, все, кроме Валерии сходили по нему с ума. Если бы Никита добился взаимности гордой девушки, то его самолюбие было бы удовлетворено, но в его коллекции не было Валерии. И вот он на её глазах стал флиртовать со всеми знакомыми женщинами. В это же время и появилась в больнице Элеонора. Красивая, взрослая, она как никто подходила на роль подсадной утки. Тем более Никита видел, что он тоже нравится Элеоноре. Мужчины всегда это чувствуют. Он понимает, что у него ничего не может быть с этой женщиной. Но для флирта она подходила идеально. И пусть эта гордячка Валерия увидит, что на него все-все кидаются. И даже вот эта подруга больного. Он специально останавливался около Элеоноры, интересовался её самочувствием, и прикасался к ней ненароком, будто случайно. Валерия не реагировала на эти пассажи Никиты.

– Лера, надо во вторую капельницу поставить.

– Хорошо, Никита. Иду… – И Валерия проходила, глядя мимо Никиты. Иногда она смотрела ему в глаза, но ничего хорошего ему этот взгляд не сулил – спокойное равнодушие и только. Никита ждал подходящего момента и дождался. Элеонора сидела не топчане, в коридоре больницы, и Никита Сергеевич, как обычно, с улыбкой, предложил ей зайти в палату. Туда же он направил и Валерию. В том момент, когда Валерия зашла в палату к Никитину, Никита, стоящий около Элеоноры, вдруг резко схватил Элю и поцеловал прямо в губы, прихватив её так крепко, что она и на вырваться не могла. Валерия вылетела из палаты пулей, а Элеонора отчаянно сопротивлялась, и когда Никита отпустил её, она присела прямо на пол.

– Вы что? Вы с ума сошли.

– Извини, не удержался. Ты потрясающая. И целуешься классно.– Всё это было сказано в надежде на то, что Валерия стояла за дверью и всё слышала. Но Валерия рыдала в сестринской, на диване, размазывая тушь по лицу. Никита рванулся за Валерией и увидел то, что хотел увидеть. Она ревела из-за него. Он своего добился. И его самолюбие не пострадало. Валерия была влюблена в него, пусть и тайно, но теперь уже явно.

Валерия ощутила мерзкое ощущение гадливости. Она поднялась и, глядя в глаза улыбающемуся Никите, проговорила.

– Ну что, Ник, война так Война. Я тебе устрою райскую жизнь.

– Неужели ты на это способна?

– Способна – спокойно проговорила девушка.

– Не стоит – Никита улыбнулся ещё ослепительнее. – Я могу быть очень неприятным.

– Ты вампир, что ли?

– Возможно. – Никита взял Леру за руку. Лера выдернула руку.– Не смей меня трогать. Я слишком много о тебе знаю. Слишком много знаю, – и Валерия засмеялась. – Не боишься?

– Нет, – просто ответил Никита. – Я тебе доверяю.

Глава седьмая

Саша предстал перед собранием людей в белом. Они заговорили.

– Ник. Саша. Ну– с. Какие будут мнения.

– Он ничего плохого не сделал.

– И мысли у него чистые.

– Отправим его обратно.

– Его там ждут.

– Ну что ж. Саша, ты попал сюда не вовремя, и тебе пора возвращаться.

Всё закружилось, и Саша провалился куда-то вниз, стремительно теряя высоту. Он закрыл глаза и открыл их уже лёжа на кровати в больнице.

На полу сидела незнакомая женщина, кого – то отдаленно напоминавшая, но кого Саша не мог вспомнить. Женщина рыдала в голос.

– М… пить… Пить…

Женщина вскочила:– Саша, Саша очнулся. Я…Я сейчас.

Женщина выбежала из палаты и побежала за медсестрой.

– Больной очнулся. Кто-нибудь. Сестра. Сестра.

Эля сидела на полу и рыдала. Её только что грубо схватил и поцеловал чужой мужчина, что оскорбило Элю до глубины души. Словно ожог горел на губах. Поцеловал насильно. Потом он грубо отбросил её и исчез за дверью. Она опустилась у кровати на пол – ноги её не держали. И в эту минуту вдруг Саша открыл глаза и прошептал: – Пить.

Эля вскочила и побежала за медсестрой. Прибежала медсестричка Катя. Она тоже плакала, на её лице были следы слез, и глаза её блестели ярче, чем обычно. Наверно здесь все плачут из-за Никиты.

Обе вернулись в палату. Саша лежал с открытыми глазами и улыбался. Сестра Катя сделала ему укол. Эля присела рядом и прикоснулась к руке Саши.

– Саша.

– Кто? Кто Вы? Мы знакомы?

В палату зашёл самодовольно улыбающийся Никита Сергеевич:

– Вот, как хорошо, мы проснулись. И вовремя.

– Но, сударь… – начала возмущённо Эля.

– Уважаемая, не в Ваших интересах устраивать разборки. Ведь Вы заинтересованы в здоровье Вашего жениха? К тому же мне кажется, все остались довольны.

Эля возмущённо отвернулась.

Никита Сергеевич осмотрел больного и вышел, шепнув Эле:

– А ты мне понравилась.

Эля вспыхнула, от смущения. Но промолчала. Ещё сделает чего-нибудь не то, он же врач и в его руках здоровье и жизнь Саши.

Губы горели, так её никто никогда не целовал. Словно кожу содрали с губ и с души. Чувство гадливости смешивалось со смущением. Она понравилась врачу. На неё смотрел вампир из её романа, только что отведавший её крови. Она не могла отделаться от ощущения, что всё это уже было – но в её романе. Не может же она оставить всё это безнаказанно.

А Саша смотрел на неё и улыбался.

– Вы красивая. – Саша закрыл глаза и погрузился в здоровый сон.

Эля тихонько вышла из палаты. Никиты Сергеевича поблизости не было. А ей сейчас надо было поговорить с ним. Очень надо. Где же он?

Неожиданно Никита Сергеевич появился в дверях:

– Вы меня звали?

– Я? Нет, но мне надо с Вами переговорить.

– Надеюсь не о том. Что произошло между нами?

– Нет, об этом мы поговорим позже. А сейчас…

– У тебя давно не было мужчины? Это заметно. Так в чём дело?

– Он, то есть больной Никитин…Он не узнаёт меня.

– Ничего страшного. Это временная амнезия, так бывает. Пару дней и всё вернётся,– и Никита Сергеевич снова исчез за дверью.

«А врач он неплохой,– подумала Эля. – И был бы интересным вампиром.»

Элеонора шла по тропинке всё вверх и вверх. За ней кто-то шёл следом, быстро догоняя её. Вдруг впереди появился вампир. Он бросился на Элю и схватил её в объятия. И впился губами в её губы, не давая увернуться, и даже дышать Эле стало трудно. Губы горели, и вдруг она ощутила сзади движение, какой-то зверь бросился из-за спины Эли, прямо на вампира.

Они схлестнулись в одном порыве. И …. Эля проснулась вся в слезах, подавив крик отчаяния.

Эля приехала в больницу, встревоженная этим сном – видением.

Катя и Оля сидели на посту и болтали:

– Катька, он со всеми переспал. Бабы с ума сходят. Монстр какой-то.

– Он будто не человек, будто не настоящий. И вообще: на «голубого» похож.

– Да, ты чего? Он девчонкам такое родео устраивает. Но, только, ненадолго. У него, говорят, коллекция женщин.

– Как это? – удивилась Катя.

– Ну, на недельку – другую, и следующая.

– А Валерия?

– Это гордячка? Она ничья. И вообще она – девственница.

– А вчера он тётку зажал в углу. Я видела.

– Да, ну. Это чтоб Валерию позлить. Она на него смотрит, но ни-ни.

– Вот он и бесится. – Девочки замолчали, увидев Элеонору.

– А Вас пускать не велено, – заявила Катя.

– Не велено, – поддакнула Оля.

Эля, ни слова не говоря, прошла в палату Саши. Саша выглядел намного лучше. Эля вытащила пакеты с продуктами, и термос, и стала кормить Сашу супом. И тут, в палату, влетел Никита.

– Вы что себе позволяете?

– Это ВЫ что себе позволяете, а я пришла к жениху.

– Хорошо не будем ссориться. Покормите его и домой.

– Никита, для тебя же люди – это мусор под ногами. Со всеми их чувствами и мечтами. Ты же никого не уважаешь.

– Вы не имеете права так со мной…

– Имею. Вы вчера дали мне все права. Это понятно?

– О, да, Мэм. Вы мне нравитесь всё больше, и больше.

– А вы мне – нет. Но Вы – хороший врач. Поэтому я промолчу. Но ты, мальчик, раза в два меня моложе, поэтому я требую уважения как минимум.

– А как максимум?

– Я промолчу.

– Вообще-то я думал тебе лет 30-35. Извините, если обидел.

– Принимается. Ну, хорошо. Будем считать, что ты меня с кем-то перепутал.

– Можно и так. Простите меня.

– Ладно, уж. Мы все делаем ошибки. Я Вас прощаю.

А что Вы можете сообщить мне о состоянии больного?

– Всё так же стабильно.

– Ну, тогда, я приду завтра. И все– всё проконтролирую.

– А мы-то уже хотели отключать приборы…Шутка…Шутка.

– До свидания.

– До свидания, сердитая леди.

Глава восьмая

Эля крутилась, как могла. Через день она ездила в квартиру Саши, кормить кота и рыбок. Взяв на работе отгулы и, оформив отпуск за свой счет, она полностью посвятила своё время Саше, посещая его в больнице каждый день. Саша поправлялся, он и, правда, хорошо отделался в этой аварии, весь удар пришёлся на автомобиль, который изрядно помялся. Саша поправлялся, но Элю он не узнавал и, вообще, память к нему возвращалась медленно. Эля привезла Саше из его дома детские альбомы, и он долго листал их.

С Никитой Эля почти подружилась, так как выхода: общаться – не общаться – у неё не было. Он, в свою очередь, вёл себя очень корректно. И, кстати рассказал, что, просто, с ума сходит по Валерии.

Они сидели в палате Саши, и пили кофе, стараясь не разбудить спящего.

– Ты, Никита, всё неправильно делаешь, не стоит злить и вызывать ревность. Ты подари ей цветы.

– На праздник?

– Да нет, просто так, подари розы, хороший букет, лучше из Голландии.

– И что? – Никита явно заинтересованно смотрел на Элю.

– Просто, это тронет женское сердце гораздо больше и нежнее. Попробуй поговорить с ней. Об искусстве, о чувствах.

– А что со мной не так? – Вдруг спросил Никита.

– Ты слишком… шикарный.

– Как вампир?

– Или демон…– улыбнулась Эля.

– Что же мне делать?

– Будь проще.

– Эля, а ты могла бы полюбить такого, как я? Ты могла бы влюбиться… в меня?

– Влюбится – да. А полюбить – вряд ли…

– А в чем же разница?

– Влюбляются быстро и, как правило, поверхностно, а потом отношения переходят, или не переходят в любовь.

– А ты любишь Никитина?

– Я и сама не знаю. Иногда, кажется, что люблю, иногда нет. Я еще не поняла.

– Эх, мне бы такую, как ты, только…

– Помоложе.

– Ну, не так чтоб помоложе, просто ты мне на многое глаза открыла, и ты мне симпатична. Но ты же – невеста.

– Только жених об этом забыл.

– Да уж.

– А ты знаешь, ведь ты мне в сыновья годишься.

– Не гожусь, мне 26.

– Ну, всё равно. Молодой.

– А если он тебя не вспомнит? – спросил Никита.

– Буду жить дальше. Главное то, что он жив.

– Почему девчонки все такие глупые? Вот им бы твою голову.

– Они тоже поумнеют. Я, знаешь, какой дурочкой была?

– Я бы всё равно на тебе женился. Ты классная. Ты супер, и красивая.

– Только мне нужен другой мужчина.

– Ну, вот так всегда. Мне пора. – Никита допил кофе и исчез, в своей манере.

Саша выздоравливал очень быстро. Он уже начал вставать на ноги, и хотя, ему ещё не разрешали ходить, он всё же пытался сделать насколько шагов. Рядом была красивая женщина, но вспомнить, кто она, он не мог, хотя она вела себя, как давняя знакомая, назвалась Элеонорой, но и это не приблизило Сашу к воспоминанию. Он помнил Юлю и еще в молодости, на курорте, была у него девушка Карина. Чернявая, ладная, но её быстро увезли родители с курорта. И, хотя, у них были близкие отношения. Но мать девушки заявила, что она слишком молода и их отношения ничего не значат. Карину увезли. Тогда ему-то было 23, ей 18 лет, и где-то под Сочи так и осталась его любовь.

На следующий день Элеоноре удалось поговорить с Валерией, когда она ставила Саше капельницу.

– Хороший врач Никита Сергеевич.

– Хороший… – бесцветно ответила Валерия.

– Мне кажется, он будет очень преданно любить свою девушку.

– Он всех любит, без исключения.

– Валерия, мне кажется, он вам нравится.

– Он всем нравится, но этого мало.

– У меня дочка. Вот как ты. Влюбилась, молчит.

– А что болтать?

– Девочка, да Никита по тебе с ума сходит.

– Это не серьёзно, это только секс, а мне нужна любовь.

– Будет и любовь, подожди. У мужчин всё начинается с секса. С тяги к женщине. Ты не отталкивай его. Он ради тебя горы готов свернуть.

– Мне он не нравится, такой как есть.

– Ну, это, девочка, от мудрости женской зависит, если женщина нравится, мужчина готов изменится.

– Спасибо Вам. Вы добрая.– Валерия вышла из палаты.

А Эля, будто, взяла шефство над Никитой. Он всё чаще задерживался у постели Саши и подолгу говорил с Элей, так как оказалось, что им всегда есть о чём поговорить. И теперь они общались вполне по – дружески. И Никита всё больше времени проводил с Сашей и Элей. Между ними протянулась какая-то ниточка. И удивительно, но Эле было хорошо в присутствии этих двух непохожих друг на друга мужчин. Ну, немного они все же были похожи друг на друга, но не внешне, а скорее манерой говорить и что-то было в характерах схожее. Никита приехал с Юга, его вырастили родители матери, которая умерла при родах. Потом умерли и они, и он остался один.

– Вот, только карточка осталась, – и он доверчиво протянул Эле карточку, где были сфотографированы юная очаровательная девушка, с черными длинными косами, и красивый парень на мотоцикле.

– Какая красивая у тебя мама.

Глава девятая

Эля вошла в храм. Храм был на реставрации, но ещё работал.

Везде был полиэтилен и рубероид. Стены были покрыты очень старой штукатуркой, в храме было темновато. И пусто. И прямо на старой штукатурке – икона Христа. Глаза с иконы смотрели прямо в душу Эли.

Под иконой еле теплилась лампада. И никого. Эля склонилась в молитве. Она просила счастья, для Саши… Помолившись, и поставив свечку, Эля вышла из храма. Никогда до этого она не испытывала такого молитвенного экстаза. Пусть он не узнает её, только пусть будет жив и здоров.

Саша почти поправился. Он уже ходил по палате. Ноги ещё не вполне слушались, ведь с момента аварии прошло несколько недель, но он уже прилично себя чувствовал.

Элеонора приходила каждый день. И подолгу сидела рядом. Саша уже привык к ней, но когда он смотрел на неё, у него снова возникало чувство, что он что-то забыл. Однажды он случайно назвал её на «ты», и глаза Элеоноры просияли.

– Ты вспомнил меня?

– Не совсем, но я чувствую, что что-то должен вспомнить.

– Не мучайся, давай общаться так, будто мы знакомы давно.

– Я тебе что-то обещал?

– Ничего особенного мы просто дружили по интернету, потом встретились.

– У нас что-то было?

– Нет, не было. Просто дружили и всё.

– Ты столько для меня делаешь.

– Ты тоже для меня много сделал.

– Меня скоро выпишут.

– Да у тебя есть дом и работа.

– Но я ничего не помню.

– Не волнуйся. Память постепенно вернётся. Ты поправишься.

В палату вошёл Никита

–Я здесь карту оставил, а, вот она… – Никита взял с тумбочки медицинскую карту, из неё выпала фотография и упала к ногам Эли. Она подняла её.

– Откуда здесь моя фотография? – почти прошептал Саша.

Все замерли, не зная, что ответить ему.

– Вы что-то путаете – это фотография моей мамы.

– Ты сын Карины Разумовской?

– Да. Я Никита Разумовский.

Немая сцена затянулась.

– Так давайте по порядку. Саша говорит, что это его фотография. Ты, Никита – что это фотография твоей мамы – значит вы родственники. Это аксиома, и вероятнее всего прямые родственники. И что тут непонятного?

– Да, я помню, в Сочи, я познакомился с Кариной, мы полюбили друг друга и целый месяц были счастливы, даже хотели пожениться, но её родственники восстали против и увезли Карину. Я искал её. Но безуспешно. Я потерял всякую надежду найти её. Я долго искал её.