Текст книги "Наследница. Страж моего сердца (СИ)"

Автор книги: Мария Плума

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Нет, нет. Я просто вывихнула ногу или сломала. Я не знаю.

Она коснулась моей ноги – боль была, но уже не такая сильная:

– Скорее всего, это растяжение. Вы можете идти?

– Я пробовала встать, но у меня ничего не получилось.

– Сообщи в больницу, что мы будем в течение получаса, – сказала она второму полицейскому, который остался наверху. Так болит?

– Да, да очень! – лучше бы она мне так ногу не поворачивала.

Потом достала такую же штуковину, которой меня уколола та девица и поднесла к ноге:

– Нет, нет, нет! Не нужно меня колоть ничем. Я от этого теряю силы.

– Это обезболивающее. Без него вы по камням не подниметесь. И спустить я вас не могу. Будет не больно, обещаю.

Я взглянула на Пати – она кивнула, потом на Лутиана – он моргнул глазками.

– Хорошо, колите, – я отвернулась, чтобы не видеть. И закусила руку, предвосхищая боль в ноге.

– Пробуйте встать, синьора.

– Вы же сказали, что сначала нужно сделать укол.

– Я уже сделала. Давайте, обопритесь на меня и подругу.

Подруга – у меня все-таки она есть!

Я с «айканьями» поднялась на ноги, точнее, на одну здоровую. И мы кое-как начали взбираться наверх. Лути бежал впереди нас, мастерски перебегая с камня на камень. Это, действительно, был он – мой любимый дракончик.

Когда мы поднялись, то в нескольких сотнях метров от себя я увидела ту большую и шумную штуковину с неба. И нас уже ждала полицейская машина. На ней мы доехали до штуковины под названием вертолет и взмыли в небо, как птицы. На уши мне надели огромные наушники, благодаря которым я не оглохла. Вертолет приземлился на крыше той самой больницы. Все окончилось для меня хорошо, единственное, что меня удручало – это ненайденный медальон. Но я даже не представляю, как его теперь найти. Как только мы вышли из вертолета, мне подкатили кресло на колесах. Как все-таки в этом мире удобно – все куда-то катится.

Меня встретила та же врач, что и ночью. Оказалось, что ее зовут Гемма. Пати с Лутианом отправили в холл ждать, а меня завели в небольшую темную комнату с названием «Рентген»:― Мия, ложитесь на стол и вытяните ногу.

– А как Лорд себя чувствует?

– Стабильно. Я выйду в другую комнату, а вам нужно не шевелиться. Хорошо?

– Хорошо…

Она была странной: словно уходила от ответа о Лорде. Неужели… он уже умер?! Я непроизвольно шевельнула ногой и почувствовала сильную боль. Врач вернулась в комнату:― Мия, не шевелите ногой, пожалуйста.

И вновь ушла. Странная большая штука надо мной зашумела и замолчала, и потом, еще один раз. Почему же она не говорит про Лорда. Я ведь от нее не отстану.

– Потихонечку спускайтесь. Перелома нет, но сильное растяжение связок голеностопного сустава, поэтому нужно наложить гипсовую повязку, примерно на две недели.

– Хорошо. Но мне показалось, что вы уходите от ответа о моем супруге.

– Мия, не хочу вас расстраивать, но…

– Он умер?

– К счастью нет, но шансов тоже нет. Поэтому нам нужна ваша подпись на отключение от аппарата жизнеобеспечения и… еще одна, – тут она вновь заколебалась. ― Пройдемте, вначале в перевязочную и я вам все объясню. Садитесь.

Я села в кресло с колесами, она с одного кабинета перевезла меня в другой:― Какая еще подпись вам нужна? И что значит «отключить»? Вы не даете шанса человеку выздороветь?― Нет, ну что вы, Мия, не подумайте ничего…

Ее ложь можно было распознать за километр. Нужно быть внимательной, с ней уже мог связаться Эдуард. Ведь я сказала, что медальон у Лорда, а значит, он в опасности!

– Мне нужно срочно повидаться с супругом, а то вдруг умрет неожиданно.

– Я же говорю – он стабилен. Мия, тут вот какое дело… Как давно вы знакомы с супругом? – задавала вопросы, накладывая на ногу бинт с какой-то белой массой.

– Какое это имеет значение? – я же не могу сказать, что видела его только с расстояния вытянутой руки до вчерашнего дня. Хотя нет, однажды он поймал меня на лестнице, когда я чуть не упала. О, Великий Дракон, его руки такие же крепкие, как и у Дмитрия. Мия о чем ты думаешь!

– Он когда-нибудь говорил вам о странностях своего тела? Возможно, о редких заболеваниях?― Давайте-ка вы скажите начистоту, чего хотите – это сэкономит нам время.

– Ну, хорошо!

Я сама себе удивилась! Я прямо переговоры веду. Как же мне всегда хотелось уметь вот так переводить разговор в нужную себе сторону:

– Слушаю.

– Мия…, – она закончила перебинтовывать ногу и села напротив. ― Ваш супруг обладает колоссальной возможностью продвинуть науку в нашем мире на много лет вперед. Его тело… Как бы сказать…

– Говорите как есть.

– Да, вы правы. Ваш супруг нужен нам для проведения опытов связи с его уникальной структурой тела.

– Что?

– Поймите правильно, вы можете прославить вашу и нашу фамилию. Человечество будет благодарно вам за такое открытие.

– То есть, вы хотите умертвить моего супруга, чтобы разобрать его тело по кусочкам и как вы сказали… прославить вашу фамилию?

– Не только мою. Но примерно так, да. Что скажете? У вас с ним такая необычная кровь.

– Ага, то есть и меня на опыты хотите пустить. Я правильно вас услышала?

– Нет, ну что вы… Но если вы не против и лишь с вашего согласия. Ну, только представьте, какая популярность вас ждет. Возможно, мы получим Нобелевскую премию даже.

– Посмертно?!

– Мы все не вечны, Мия…

И тут я опять решила включиться в игру, которую предоставляет случай:

– А можете мне рассказать, что с ним? Возможно, я и подумаю. Он же в тяжелом положении уже?

– В очень, очень тяжелом. День-два и… все.

– Слушаю вас, внимательно!

– С виду ваш супруг выглядит как человек. Да и внутри практически один в один, за исключением позвоночника и спинных мышц. Об этом знают только несколько врачей здесь. Иначе набегут репортеры, и тогда кто-нибудь другой может забрать нашу находку.

Это они Лорда считают своей находкой? Замечательно:

– Так и что у него там со спиной?

– Выросты на самом позвонке и мышцы – он словно птица или… дракон, – закатила глаза и нервно засмеялась. ― Понимаю, что такое практически невозможно, но оно есть. Даже если это просто аномалия тела, а не иной вид человека. Да, да, мы и о таком думаем тоже. Он просто находка!

Конечно же, Калистен ведь наполовину дракон!

– Как интересно.

– Очень! А вы разве не замечали в постели?

– А мы не успели с ним этим заняться. Я и подумать не могла про такое! – главное не переиграть с удивлением.

– Вот теперь вы понимаете, что он сможет стать научным прорывом.

– Конечно, конечно. Теперь понимаю.

– А у вас такого нет? – сказала она еле слышно.

– У меня нет, – надеюсь, что нет.

– А давайте посмотрим?!

– Мне снять блузку?

– Нет, ну что вы. Пока делали рентген ноги, я сделала рентген всего вашего тела. Но не успела еще разобраться.

Вот же ж гадина какая! Но я иду до конца:

– Давайте!

– Сейчас включу компьютер, и посмотрим снимки. А вы из какой-то одной местности? Может это местная аномалия какая-нибудь, но до сих пор наука ни с чем подобным не встречалась. Итак, что у нас тут?

Я увидела, как на только что цветном экране появились черно-белые картинки:

– И?..

– К сожалению, ничего подобного у вас нет…, – сникла, будто ей подсунули кислый фрукт вместо сладкого. ― Ну что ж… Вся надежда на вашего супруга.

То есть, она сожалеет, что я не стану опытом и открытием для человечества и меня не порежут на кусочки? Возмутительно!

– И когда вы собираетесь моего супруга придать опыту?

– Нам нужна ваша подпись всего лишь, мы сразу его отключим и приступим. Вы даже не представляете, что значит проработать двадцать лет средненьким врачом, а сейчас стоять на пороге феноменального открытия, которое принесет славу и узнаваемость.

Ее глаза начали гореть одержимостью. Она напомнила мне Эдуарда в своем безудержном рвении к господству. В Рэдинии все считали Лорда одержимым властью, это они этих двух чудовищ не видели. Хотя в этом мире, похоже, и еще есть.

– Вы сможете сейчас подписать документы? Такое счастье, что у вас растяжение и вы снова к нам попали, даже не представляете. Ну, то есть, не то чтобы ваша травма – это счастье, но… В общем, вы меня поняли, да?

– Можете не сомневаться, я вас поняла. Но бумаги пока не могу подписать.

– Почему? Всего одна закорючка и все. Не был бы он женат, мы бы сами это сделали. Других же родственников у него нет, да и вы это подтвердили. Но без подписи супруги не можем.

– Мне нужно попрощаться с ним. А то будет неправильно.

– Я вас понимаю, понимаю. Пойдете сейчас прощаться?

– У него же сутки есть?

– Да, да, один-два дня у него есть.

– Прекрасно! Отвезете меня к подруге? Ей бы тоже попрощаться с ним. Они вроде как неплохо ладили.

– Конечно, конечно, Мия, все два дня в вашем распоряжении. Сейчас вас отвезу.

– А можно мне бумажку, которую я должна подписать?

– Не-е-ет. Понимаете, если она попадет властям раньше времени, то нас могут неправильно истолковать. Ну, вы же меня понимаете, да?

– Понимаю!

– Вот и прекрасно, – в этот момент кто-то позвонил ей по телефону. ― Да, да я как раз с ней общаюсь. Хорошо. ― Мия, вас в холле ждут полицейские: по поводу аварии супруга хотят побеседовать.

– Ладно. Поможете мне?

– Конечно.

Меня уже выкатывали из дверей, как она остановила кресло и присела напротив меня, поправляя воротник на подранном пиджаке:

– Вы же не расскажите о нашем разговоре?

– Это будет нашей тайной, – и я сделала такой же жест, как тогда Дмитрий в номере: взяла ключик из воздуха закрыла на него рот и выбросила куда-то вдаль.

– Прекрасно!

Она отвезла меня в холл, где двое полицейских разговаривали с Пати. Я забеспокоилась, не увидев у нее в руках дракона, но он стоял на полу, часто перебирая лапками, словно ему что-то мешает устоять на одном месте. Конечно же, он был все еще в обличие Пиппо.

– Синьоры, вот наша пациентка. А мне пора. – она быстро зашагала в обратном направлении.

Надеюсь, она сдержит свое слово и у Лорда, действительно, есть два дня или хотя бы один. Нужно срочно, что-то предпринимать…

– Мийка, они мне тут допрос устроили: откуда ты родом, где вы с Лордом познакомились, почему живешь у меня и что делала вчера ночью.

– Синьорита Патриция, – один из полицейских посмотрел на нее очень недоброжелательно, а на меня подозрительно.

– Ах, точно, еще спрашивали про твои документы.

– Синьорита Патриция, – тон стал еще более серьезным, ― эти вопросы мы хотели бы задать лично Синьоре Мии.

– Да? Ой, простите, я и подумать не могла. Я такая болтушка. Порой болтаю и болтаю и даже не отдаю себе отчета…, – понимала, что Пати спасает меня и тянет время, чтобы я что-нибудь придумала. Но что?

– Синьорита, – вмешался второй, ― мы все поняли. Позвольте, поговорить с вашей подругой.

– Да, да…

– Синьора Мия, давайте отойдем в другое место и поговорим, – указал жестом на дальний диванчик в холле. ― Я помогу вам.

Только он встал, чтобы взяться за ручки кресла, как Пиппо, то есть, Лутиан начал скулить и свалился на пол, вывалив язык из пасти.

– Лути, что с тобой, – я сползла на пол к дракончику и начала его тормошить, ― Лутиан, очнись!

– О боже, что с псом случилось? – Пати села рядом со мной.

– Синьора Мия, мы не располагаем временем, нам нужно задать вам несколько вопросов.

– Вы что ослепли? – Пати встала и уперлась руками в бока, ― У нас пес при смерти, а вы со своим дурацкими вопросами лезете.

Пока Пати говорила с полицейскими, Лути открыл один глаз, лизнул мне руку и вновь вывалил язык. Ты ж мой маленький спаситель. Я вспомнила про предательство Дмитрия, глаза стали влажными и я обернулась к полицейским:

– Это подарок от супруга и, возможно, единственное, что останется от него. Он мне очень дорог. Мне не до ответов на вопросы. Ничего не могу поделать. Нужно спасать песика.

Схватила Лути в охапку и сильно прижала к себе. Когда услышала усиленное фырчанье, поняла, что переборщила и ослабила хватку.

– Когда мы сможем с вами переговорить? – прикоснулся к плечу и заглянул в глаза.

– Может быть завтра? У меня муж, пес, нога…

– Понимаю, синьора. Мы свяжемся через вашу подругу, раз уж у вас нет телефона, – обдал Пати укоризненным взглядом и недовольно покачал головой, ― Но прошу вас, приходите одна для дачи показаний и не покидайте остров.

– Хорошо, – сколько же сложностей в этом мире. Лорд был прав: без документов, друзей и денег ты можешь пропасть бесследно.

Полицейские ушли, и Пати опустилась ко мне:

– Мийка, как наш пес? – песик Лутиан сразу ожил и лизнул ее в нос, ― Я его просто обожаю!

– Помоги мне сесть, пожалуйста!

– Да, конечно, обопрись-ка на меня. Вот так, отлично. Мийка они ж не отстанут. Где будем прятать тебя? Может, у Фабио в отеле?

– Есть дела еще более серьезные, чем это.

– Что?

– Лорда хотят пустить на опыты.

– Чт-т-о-о? Как так?

Я увидела, что к нам очень близко подошел мужчина в белом халате:

– Вы, что нас подслушиваете?

– Пришлось, простите. Давайте отойдем… отъедим чуть дальше. Мне нужно вам кое-что сказать.

Мы переглянулись с Пати и Лути, и направились в сторону окна:

– О чем вы хотели сказать?

Я видела, что молодой человек волнуется и оглядывается по сторонам, стараясь говорить как можно тише:

– У меня для вас кое-что есть, – запустил руку в карман, сглотнул и вынул оттуда белый сверток. ― Возьмите, – протянул мне. Я хотела сразу раскрыть его, но парень накрыл мою руку своей. ― Прошу не здесь. Здесь это может быть опасным.

В разговор вмешалась Пати:

– То есть, вы предлагаете унести сверток с собой и открыть его там, где нет людей? Вы в своем уме? Показывайте, что у вас там.

Он замахал руками:

– Нет, нет, прошу, только не здесь. Умоляю, это может плохо кончиться для нас всех.

– Для кого для нас? – я взглянула в его перепуганные глаза.

– Для Рэдинийцев…

– Кто вы такой? – попыталась встать, но он надавил мне на плечо и заставил сесть обратно.

– Я ваш друг. Меня Дмитрий послал.

– Дмитрий?

– Димка? Так он что же одумался и вернулся? А, где сам-то?

– Он жив? – я смотрела на парня с мольбой в глазах и желала услышать «да».

– Об этом я не знаю, синьора, – выпрямился и стал с деловитым видом разговаривать с нами о каких-то витаминах для моих костей. Я обернулась и увидела мимо проходящих врачей. ― А теперь вам пора. Откроете и можете возвращаться, но желательно ночью. Буду вас ждать здесь.

– А где сам Дмитрий? – я не собиралась его отпускать, пока не скажет правду.

– Синьора, я, действительно, не знаю. Мне пора, извините. – одернул мою руку и зашагал в сторону коридора, завернул за угол и скрылся.

– Мийка, ты что-нибудь поняла?

– Ни капельки.

Пиппо… Лути мордочкой тыкал в сверток:

– Думаешь открыть? – обратилась я к нему.

Он заскулил и начал показывать всем своим видом, что ему нужно на улицу: смотрел в окно и шумно дышал, высунув язык, словно в больнице жарко. Потом соскочил с моих рук и побежал к выходу, периодически лая, тем самым зовя нас за собой.

– Вперед за псом, Мийка. Он у нас сокровище просто.

– Это точно. Но я не могу все время кататься на этом кресле. Удобно, не практично.

– Пес подожди. И ты Мийка, тоже. Пати Гатти сейчас все организует.

Отошла к высокому овальному столу и начала разговаривать с девушкой за ним. Буквально через минуту та вынесла мне какую-то двурогую палку с верхушкой.

– Держите, синьора. Извините, что заставила вас ждать. – девушка мило улыбнулась и вернулась за стол.

А Пати с улыбкой победителя подошла ко мне.

– Что это за странная палка?

– Костыль.

– И зачем она мне? У нас с такими однорогими палками – посохами дедушки ходят для солидности, но никак не молодые девушки.

– Мийка, ты попробуй. Давай, я тебе помогу.

Я кое-как встала. Пати подставила мне эту двурогую палку подмышку и сказала «иди». Легко сказать, но… А нет, очень даже удобно и маневренно, не то что в кресле на колесах.

Сверток я прижимала второй рукой к груди. Возможно, там весточка от Дмитрия, но к чему столько таинственности?

Пиппо-Лути быстро шел впереди нас и не собирался останавливаться. А я не собиралась перечить ему, дракончик знает куда идти – это точно.

Остановился он возле одной из машин с красной полосой и начал лаять.

– Эдуард похитил меня, скрываясь в такой же машине. Я не пойду. Лути, зачем нам туда?

– Мийка, я не ослышалась, ты пса Лути называешь? Почему?

А можно ли ей доверять до конца? Я смотрела на Пати и не понимала, что ответить. Сейчас или никогда:

– Пати, ты сказала, что мой след взял Пиппо? Неужели он бежал все это время за машиной? Таормина далеко и, возможно, отсюда до нее только по воде можно добраться. Скажи, откуда ты поняла, что я там в доме Эдуарда?

– Мийка, ты меня подозреваешь в предательстве, что ли?

– Эдуард сказал, что ты… выбрала его, а не меня.

– Вот, подонок! Мийка, ты поверила ему?

– На несколько минут да, но я не хочу в это верить. Ты мне, правда, очень дорога, как подруга, – все то время, пока мы с Патрицией говорили, пес-дракон не унимался и лаял возле машины.

– И ты мне. Послушай, я понимаю, что встретила тебя не очень хорошо и наорала даже. Но я такая сама по себе: злая иногда, крикливая, болтливая… Но вот что есть во мне хорошего, так это то, что я не предам близкого человека. Хоть что-то хорошее во мне ведь должно быть…

Я увидела, как у Пати наворачиваются слезы, она прикрыла рот рукой и отвернулась.

– В тебе много хорошего! Извини, что я так подумала. Пожалуйста!

– Да, ты не извиняйся. Какова я есть, таковы обо мне и выводы. Все нормально, не переживай. А насчет того, как мы тебя нашли: пес прибежал к пристани и откуда-то у него оказался вот этот вот красный платок, – достала из кармана брюк небольшой кусочек материала алого цвета. А это платок Эда, я знаю. Он такие в каждый пиджак кладет. Всегда говорил, что красный цвет оберегает его. А ты же мне рассказала, что Эд за тобой должен был приехать, чтобы отвести в Таормину, ну и я почему-то решила, что он так и сделал. А его дом я знаю, поэтому туда и приехала. Платок он, может, в доме Джиселлы взял.

– Прости меня, пожалуйста!

– Да, ладно. Разобрались и хорошо. Важна же честность, правда ведь? А чего в себе сомнения таскать. Так что ты правильно сделала… Пес да не лай ты так, у меня голова от тебя болит уже!

Пиппо-Лути заскулил и вновь принялся гавкать. Я все-таки подошла ближе к машине и дракончику:

– Лути, чего ты разлаялся? Кто там? – песик подбежал к колесу и пописал на него. ― Замечательно Лутиан Каллум Рэднам – потомок Великого Дракона, ты справил нужду… Подожди! Ты ведь тоже из рода Красных Драконов. Да у нас все Драконы потомки Великого – значит… Значит, вы с Лордом одной крови?!

Лутиан довольно гавкнул и продолжил лаять.

– Мийка, ты как? Это вот ты сейчас серьезно, что наш пес – это твой дракон?

– Серьезно… Представь, я всю жизнь ненавидела Лорда, но он ведь из наших. Поэтому-то папа и говорил, что я могу доверять Калистену. А Лорд – это его обиженная, обозленная часть, а Дмитрий та, в которой осталась любовь. Просто сердце Калистена разбилось пополам от боли, но они части одного человека. Поминаешь, о чем я?

– Честно говоря, не очень. Ты же вроде об этом мне и говорила, разве нет?

– Говорила, но только сейчас будто эти две части сошлись в единое целое в моей голове. Нам нужно раскрыть сверток.

Стоять было неудобно, поэтому я оперлась на машину, которую все еще облаивал Лутиан. И начала разворачивать белую бумагу.

Глава 24

Это было очень волнительно и тревожно, одновременно. Почему парень сказал, что разворачивать его в больнице опасно? Но по весу он очень легкий. И наконец-то я развернула. Там была сложенная желтоватая страница из книги и несколько веточек какой-то травы с белыми цветочками. Конечно же, узнала аромат, мне даже дурно стало и я отодвинула его подальше от себя – это был запах горькой воды.

– Мийка, что это? И это все? Ну, дает парень, столько секретности из-за клочка бумаги с травинками? Нашла бы его и надрала задницу.

– Нет, эта трава имеет на меня особое воздействие: я теряю магию из-за нее, хотя она и выводит из сонного состояния.

– Дайка, я гляну. Пес помолчи, пожалуйста! Фу, вонючая какая, – скривила лицо, как от лимона. ― Убери эту гадость от меня? Все! Стоп! Пес, если ты не прекратишь, я буду повизгивать вместе с тобой в твои прекрасные ушки.

Пиппо-Лути поморгал глазками и вновь залаял.

– Может в машине что-то есть?

– Точно, точно! – Пати дернула за ручки, но она была заперта. Тогда она начала колотить по машине кулаком, я аж отпрыгнула – такой отзвук был.

К нашему огромному удивлению дверь изнутри начала открываться, Лути замолчал, а из-за двери показался сонный Алессандро:

– Опять вы? Вы меня преследуете или…, – взглянул на мою руку, в которой я держала страницу с травой, ― Забирайтесь в машину, нас не должны видеть вместе. Я кое-как забралась внутрь. ― Покажите траву, – я отдала ему траву, но пока меня настораживало все, что здесь происходит. ― Да, это она. Держите. Миана, я в курсе происходящего здесь. Патриция я был у вашей дочери неслучайно.

– Кто вы такой? – я взяла траву и положила ее обратно в страницу.

– Я из Рэдинии. Практически вырос здесь и получил образование. Миана не удивляйтесь, но вы не одна в этом мире.

– Мийка, он, что из ваших красный чепухней? – у Пати был подозрительный взгляд, которым она буравила Алессандро.

– Пока не знаю. Могу ли я вам доверять? Почему вы здесь? Для чего? И кто вас послал?

– Доверять можете. Понимаю это все неожиданно, но…

– Откуда мне знать, что вы не служите Эдуарду?

– Эдуарду? Не-е-ет, – вроде бы даже искренне усмехнулся, но я не могу ему верить. Сейчас, скорее, я служу Лорду. Он в опасности, но это вы знаете Маттео сказал, что с вами уже говорила одна из врачей больницы. Маттео – это юноша, который передал вам сверток.

– Зачем он нам его отдал и почему столько таинственности: тут же ничего нет.

– Вы ошибаетесь Миана. Эта страница из книги ядовитых растений Таормины, среди них есть те, что могут исцелить и погубить любого из нас. Я имею в виду жителей Рэдинии. Патриция к вам это не относится, а вот к Эве напрямую.

– При чем здесь моя дочь?

– Она наполовину Рэдинийка. И все ее проблемы со здоровьем – это следствие принадлежности к роду Великого Дракона. Она у вас наполовину дракон.

– Что она? Вы несете какую-то чушь, как ваш этот Чупухень. Мийка, ну скажи ему, что моя девочка…, – я смотрела на Пати широко открытыми глазами – это, действительно, правда? ― Ты тоже веришь, что Эва… Поэтому у нее проблемы со спиной… И поэтому Эд забрал ее у меня от посторонних глаз?..

Мне не верилось, что Эдуард мог сделать что-то хорошее. Очень возможно, что он хотел использовать девочку в своих целях.

– Но ведь Эдуард не из Рэдинии. Мне Дмитрий сказал, что он воплощение Лорда в этом мире.

– Можно и так сказать, но прародитель-то у них один.

– Врачи хотят изучить Лорда и продвинуть науку этого мира. Он в опасности, но моя кровь ему не подошла. А Эдуард вряд ли захочет делиться своей.

– Для этого нам с вами нужно найти книгу, о которой я говорил ранее. Дмитрий изучал по ней травы и находил те, что могут спасти нас в этом мире. Магию здесь применять опасно. Все-таки этот мир населен такими же людьми, как и мы. А кровь Эдуарда это не панацея от всех неприятностей.

– Так эта книга находится в отеле в Таормине. Я помню, что на обложке было нарисовано растение с красными цветами и странным названием… Наверняка это она и есть. Это были цветы гибискуса, как и возле маминого…, – нужно быть осторожной в словах, а вдруг это еще одна хитроумная ловушка и, по моим словам, они найдут медальон.

– К сожалению, в отеле произошел пожар, сразу после того, как вы уехали. Номер Дмитрия выгорел практически полностью, и книги больше нет. Ваш отъезд был поспешным, а у него там было слишком много вещей, которые не должны попасть в «чужие руки». Но книги было несколько экземпляров. Нужно искать дальше.

– Красные гибискусы и странное название «Зеленая кровь Таормины. Дневник безутешного рэдинийца»? Вот где я видела название вашей страны!

– Да, именно! Только вторую часть названия мне не удалось тогда разглядеть, – вскрикнула я, и дракончик тоже довольно завизжал.

– Патриция, где вы ее видели?

– Так, стоп, стоп, стоп! – сказала я громким голосом, чтобы Пати не успела произнести ни слова. ― Никто ничего не говорит! – я взяла Лутиана и заглянула в его глазки, ― Мы можем ему доверять?

– Миана, в этом мире собаки не разговаривают, – сказал удивленный Алессандро, но я на него шикнула.

Лути сомкнул глазки дважды:

– Так «да» или «нет», – сомкнул трижды. ― Я не понимаю тебя Лутиан!

– Так это ваш дракон – Лутиан Каллум Рэднам? – очень уж напряженный взгляд у этого Алессандро.

– Нет, конечно… Дракончик сгинул еще в Таормине.

– Да, я наслышан об этом. Патриция, так, где вы видели книгу?

– Ничего не говори ему! – выставила ладонь вперед. ― Я не могу доверять вам полностью.

– И что же мне сделать, чтобы вы мне поверили?

Я даже не знала, что можно у него спросить. У всего есть уши, и он может многое знать:

– Съешьте эту траву?

– Я не буду ее есть.

– Почему же?

– Миана, вы же знаете, что она закрывает магию на неопределенное время и обессиливает?

– А вы боитесь?

– Конечно. Не то чтобы боюсь, но зачем же я это буду делать?

– Ну, мы же ваши друзья, чего вам бояться?

– Миана, у нас есть проблемы посерьезнее, чем ваши капризы, – обдал меня укоризненным взглядом, но в глазах я уловила нотки волнения.

– На данный момент, синьор Алессандро, у меня нет оснований вам доверять. Поэтому мы уходим. Пати, открывай дверь!

– Мийка, ты уверена? Он же про мою дочку точно сказал.

– Уверена!

– Миана, вы спешите с выводами… Ну, постойте же! Нам нужно спасать Лорда. Куда вы уходите! О, господи, ну что мне сделать, чтобы вы мне поверили?

– Не знаю. Мне нужна минутка. Пати, помоги мне спуститься.

– Конечно.

Я вылезла из машины. Как же мне надоело ходить в этой гипсовой повязке и двурогой палкой с перекладиной, забыла ее коротенькое название.

– Страницу и траву я забираю.

– Миана, вы ошибаетесь насчет меня.

– Может быть, но мне нужны доказательства!

Алессандро остался сидеть в машине, качая головой и давая понять, что я неправа. А мне нужно поговорить с драконом. Наедине. Пиппо-Лути спрыгнул с машины, пописал на нее еще раз, и виляя хвостиком, побежал вдоль других машин.

– Мийка, а, может, вернемся, а?

– Где ты видела книгу? Я уверена, что в ней есть ответ, как помочь Лорду.

– У Эда дома в Венеции. Помнишь, я тебе рассказывала, что ездила туда, перед тем, как узнала о беременности?

– Помню, конечно, – пока мы шли, я постоянно оглядывалась, дабы нас никто не подслушивал.

– Так вот в одну из ночей, когда меня жутко тошнило, и я проклинала их местную кухню, набрела на дальнюю комнату с высоченными шкафами, полными книг. Я там полночи провела, благо была уборная рядом. Чего я только там не прочла. В основном картинки смотрела, конечно. И вот, эта книга привлекла мое внимание из-за красивых и необычных картинок. Красивые из-за цветочков разноцветных, а необычные, потому что к каждой картинке прилагался рецепт супчика. А я ж гадости заморской наелась: жирностей всяких и мне так супчика легонького хотелось – вот и запомнилась эта книга особенно. Решила, что этот рэдиниец поваром-неудачником был – «безутешный» же, подумала, что из-за непризнанности. Но, может, эта книга у Димки и была, мы же не знаем. И тогда она сгорела при пожаре.

– Нужно ехать в Венецию. И попросить у Джиселлы доступ к библиотеке. Надеюсь, что она не откажет.

– Да, но есть проблема: Игнасио Эспосито выставил этот дом на продажу.

– Тогда нужно спешить. Книги могут просто выбросить и, что еще хуже, они могут попасть в плохие руки. Тем, кто захочет применить знания против нас.

Мы решили пойти к Пати домой и обдумать все хорошенько. И там же я смогу поговорить с Лути один на один. Спустя пару шагов, мы услышали рычание и злое гавканье.

– Мийка, это же наш пес лает.

– Да он! Лутиан! Пиппо!

Когда Пати подбежала, а я доковыляла до угла здания, куда успел забежать Пиппо – его уже не было. И никого не было.

– Нашего пса похитили?

– Не может быть! Лути, Лутиан! Нет, нет, пожалуйста! Только не он.

– Мийка, не волнуйся! Сейчас я Эду позвоню.

– Зачем?

– Покажу фокус, – Пати достала телефон и начала набирать номер, ― Алло! Эд, мне с тобой поговорить срочно надо! Ты где? Недалеко? – повернулась ко мне и подмигнула. ― Мне прям срочно, дело касается Эвы. Ага, жду тебя, – отключила телефон и повернулась ко мне с торжествующей улыбкой. ― Мийка, мужчин можно провести по щелчку пальцев вне зависимости от того, к какому миру они относятся.

– Как?

– Он даже не спросил, где я нахожусь, а собрался ко мне приехать. И мой телефон он отследить не может – у меня «антислежка» стоит. Вуаля, и Эдуард у нас вот здесь сидит, – показала мне сжатую в кулак ладонь.

– Хотелось бы верить… Но нужно быть осторожными, он очень жестокий человек, – я прикоснулась к щеке, по которой получила удар.

– Он тебя ударил, что ли?

– Да, когда я ему сказала, что медальон у Лорда.

– Вот паскудник. А медальон у Лорда?

А если все-таки Пати за Эдуарда, и… Но я хочу ей верить:

– Нет.

– А где он?

– Сама не знаю. Не помню, как идти до него.

– Да, проблема… Ну, ничего не волнуйся. Вот отыщем Пиппо и он нам поможет медальон найти. Только бы с ним было все хорошо. О, а вот и Эдуард! Зла на него не хватает.

Я услышала шум от мотоцикла и увидела негодяя, приближающегося к нам. Он остановился, снял вторую голову и подошел. Опять в своей драконьей коже. Видимо, очень хочется походить на драконов, но не вышло. Я собрала всю свою злобу от недавнего происшествия и пробуравила его ненавистным взглядом.

– Не смотри на меня так, наследница, и без тебя тошно, – махнул на меня пренебрежительно рукой. ― Патриция, о чем ты хотела поговорить?

– Для начала: не смей обижать моих близких людей!

– Я уже сказал, мне и без нее тошно, – практически прорычал на нас.

– А, что это ты на меня голос поднимаешь?

– Пати, проехали! Говори что хотела? Бабуля сказала, что вы к ней вчера заявились. Но, благо у тебя хватило ума не забирать девочку.

«Бабуля»? Неужели он может быть таким милым?

– Ты мне, когда собирался сказать, что у нас дочь наполовину дракон и я вообще не виновата в ее заболевании, а?

– Тихо! Замолчи! – мы аж вздрогнули одновременно от его рыка.

– Ты, что на меня орешь-то?

– Пати, Пати, перестань! Да, успокойся же ты, наконец! Нельзя об этом говорить так громко. Тем более, рядом с этой больницей. Вам кто-нибудь задавал вопросы про медальон, нашу страну или мою дочь? – перешел на полушепот.

– Нашу дочь, мой милый.

– Это сейчас не имеет никакого значения.

Он ведет себя очень странно, и я вмешалась в разговор:

– Мы совсем недавно общались с Алессандро – врачом этой клиники и он…

– Нет, наследница, это наш человек. Кто-то еще спрашивал?

– Не спрашивал. Но у нас пропал Пиппо.