Текст книги "Репродукция счастья (СИ)"
Автор книги: Мария Ларанская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Репродукция счастья
Мария Ларанская
Глава 1
Всё началось в первом месяце лета, когда родители предложили нам пожить всем вместе в их новом доме. Тогда они только переехали в красивый двухэтажный коттедж с панорамными окнами, просторными комнатами и очень высокими потолками. Этот дом находился вдалеке от шума города, на берегу большого озера, и с двух сторон был окружён берёзовой рощей.
В итоге я с мужем, моя сестра и брат с женой впервые за долгие годы оказались под одной крышей. Это было прекрасно! Каждый вечер мы собирались в гостиной и под уютный треск дров, время от времени доносящийся из камина, обсуждали новости, планы на жизнь и мечты, которым ещё только предстояло сбыться. Все проблемы, заботы, накопленные за день, будто бы растворялись, теряя былую значимость, и мне казалось, что этот дом, как крепость, способен уберечь от любых невзгод.
– Все сюда! Давайте пить чай! Я торт купила! – улыбаясь, прокричала Лиза и поставила на стол квадратную коробку, перевязанную розовой ленточкой.
Несмотря на то что мы родились с разницей в пять минут, наше с ней сходство имело только внешнее проявление. Лиза всегда была весёлой, общительной и смотрела на жизнь как на вечный праздник, я же, напротив, часто впадала в меланхолию и расстраивалась из-за каждого пустяка.
В отличие от большинства близнецов, каждая из нас с детства старалась подчеркнуть свою индивидуальность. Это отражалось в одежде, макияже и длине волос. В общем, окружающие различали нас без особых проблем.
– Лизок, мне из-за твоих тортов скоро опять весь гардероб менять придётся! – сказала жена брата, пытаясь изобразить серьёзное выражение лица.
Третий кусок любимого лакомства она съела с завидной лёгкостью, на время позволив себе забыть о строгой диете, которой придерживалась уже вторую неделю. За последние два года Оля из стройной, хрупкой девушки незаметно превратилась в хорошо упитанную даму.
– Олюничка, солнышко, даже если ты поправишься ещё на пять размеров, я не перестану тебя любить, – произнеся это, мой брат Олег взглянул на жену с такой нежностью, что у меня невольно сжалось сердце.
Максим никогда на меня так не смотрел. Нет, он был прекрасным мужем и не давал мне повода усомниться в правильности выбора спутника жизни, но... проявление чувств, особенно публичное, было ему чуждо. Даже когда мы только познакомились, Макс не дарил мне цветы, открытки и многие другие столь приятные женскому сердцу мелочи, считая, что это бесполезные траты.
Он говорил: «Любовь измеряется поступками, а не количеством потраченных средств». Я молча кивала, соглашалась, но всё же с лёгкой завистью смотрела на фотографии подруг, обнимающих роскошные букеты.
После чаепития все разошлись по своим комнатам. Наша спальня располагалась на втором этаже напротив комнаты родителей, и из её окна виднелось озеро и часть сада. Мне нравился этот пейзаж, наполненный какой-то особенной чистотой, и я не раз воспроизводила его на холсте.
Живопись была не только моим любимым увлечением, но и хорошим источником дохода. К слову сказать, с Максом я познакомилась именно на выставке моих картин. Для меня долгое время было большой загадкой, что молодой бизнесмен, абсолютно равнодушный к любым видам искусства, делал в галерее современной живописи. На все вопросы он только отшучивался, мол, «шёл мимо, и судьба меня позвала к тебе». Впрочем, почему бы и нет? Бывают же судьбоносные встречи, и произошедшая со мной меня вполне устраивала.
– Наташ, ты какая-то грустная сегодня. Что-то случилось?
Я отрицательно покачала головой. Макс не заметил, что стало причиной моей грусти, а сказать напрямую означало нарваться на долгий, бескомпромиссный монолог на тему «ты и так прекрасно знаешь, что я тебя люблю». Поэтому я просто решила сменить тему.
– А ты в курсе, что Лизка осенью хочет попробовать к вам в фирму устроиться? Компании же не помешает хороший экономист?
– Хороший-то не помешает, а вот Лиза... У неё же опыта совсем нет, она полгода назад только институт закончила.
– Она способная, ты же знаешь. И учится быстро.
– Ладно, Наташ, лето впереди, а там посмотрим, ещё десять раз передумает.
– Может быть.
Я не стала спорить. Лиза действительно довольно часто меняла решения. Сначала поступила на иняз, через два года разочаровалась, бросила и пошла учиться на экономический. Не успев получить диплом, записалась на курсы флористов. Потом вдруг снова прониклась любовью к экономике и бизнес-планам.
На следующий день я поехала в галерею, владелицей которой была моя лучшая подруга Марина. Там как раз активно шло приготовление к выставке пейзажей и натюрмортов. Галерея представляла собой большое светлое помещение, на стенах которого в то или иное время побывали картины всех художников нашего города.
Моя единственная представленная картина «Озеро в лесу» висела прямо напротив входа. На ней во всей красе был запечатлён тот самый вид из окна нашей спальни, который не раз становился источником моего творческого вдохновения.
– Слушай, Наташ, у тебя, случайно, домашнего телефона Сергея Соболева нет? А то он пообещал картину привезти и исчез. Хотела позвонить ему, а номер, как назло, найти не могу.
Марина растерянно посмотрела на меня, заранее зная ответ. У меня не просто был номер Сергея – я помнила его наизусть. Мы учились в одной школе, несколько лет прожили вместе, и сейчас я вполне могла быть его женой, если бы не встретила Макса.
Когда я вышла замуж, он уехал в другой город, забросил живопись и устроился работать на какой-то завод. Слова Марины стали для меня полной неожиданностью. Значит, Сергей вернулся, и, вероятно, на предстоящей выставке мы можем встретиться.
А вдруг он не стал привозить картину только потому, что увидел мою на стене? Мысли сменяли одна другую, и почему-то на душе стало тревожно. Я не знала, хотела ли я этой встречи.
Продиктовав номер Марине и уладив некоторые текущие вопросы, я поспешила домой. Прошлое внезапно вернулось в мою жизнь, всколыхнув давно забытые воспоминания, и от этого мне было не по себе.
– А у нас для вас есть отличная новость! – Ольга загадочно переглянулась с Олегом и продолжила: – Я жду ребёнка!
За столом пронёсся радостный гул, и все попеременно принялись поздравлять будущих родителей. Олег был счастлив! Он столько лет мечтал стать отцом и наконец его мечта почти что сбылась.
– Ну что ж, сынок, не скрою, я так и думал, что ты первый нас с матерью внуками осчастливишь.
Отец с одобрением посмотрел на Олега, а мама тем временем не сводила глаз с Ольги. Где-то в глубине души она до последнего надеялась, что сын однажды разведётся со строптивой невесткой.
Брат был высоким блондином атлетического телосложения, которое стало результатом безмерной любви к спорту и правильному питанию. Мама всегда пророчила ему в жёны нашу соседку по старой квартире с необычным именем Фиона.
Фина – так девушку называли в семейном кругу – была противоположностью Ольги. Тихая, скромная учительница начальных классов, искренне верящая в то, что доброта спасёт мир.
– Пап, а вы с мамой когда улетаете? – поинтересовался Олег.
– На следующей неделе. Сейчас прилетим, переговорю с партнёрами, потом – отдыхать на море, а на обратном пути документы будут готовы, всё подпишем – и домой.
– Ой, я тоже на море хочу, – мечтательно закатила глаза Ольга.
– Поздно, девочка, тебе сейчас не о море думать надо, а о будущем ребёнке.
– Да, я понимаю, Лидия Сергеевна, – Оля грустно вздохнула. – До рождения малыша никаких перелётов.
– Всё будет хорошо! – Лиза подмигнула Ольге и улыбнулась.
В отличие от матери она относилась к жене брата как к лучшей подруге. Они часто ходили вместе по магазинам и различным мероприятиям. Могли часами обсуждать какую-нибудь книгу или фильм. В общем, Лиза общалась с Ольгой гораздо чаще, чем со мной.
Мои отношения с сестрой дали трещину, когда я вышла замуж за Максима. Несмотря на то что в открытую она никогда не высказывалась против нашего брака, я чувствовала, что мой выбор её сильно огорчал.
Всю неделю я посвятила работе над новой картиной. Это был старинный замок на берегу реки. Пейзаж получился очень ярким и солнечным. Я даже немного сожалела, что на предстоящую выставку ему было уже не попасть.
В среду родители улетели в Сочи. После их отъезда в доме стало как-то пусто. Мы перестали вместе собираться по вечерам, предпочитая ужинать в любое удобное время и заниматься своими делами. Время шло, и наконец наступило воскресенье.
В этот день мне хотелось выглядеть как можно эффектней. Перемерив всё подходящее к событию содержимое гардероба, я остановила выбор на длинном платье цвета морской волны. Минимум украшений, неброский макияж и туфли на высоком каблуке.
Я удовлетворённо посмотрела на зеркальное отражение и, взяв маленькую золотистую сумочку, пошла к машине. Ровно в семнадцать тридцать, за полчаса до официального открытия галереи, я была уже там. Мне сразу бросилась в глаза новая картина, появившаяся непосредственно рядом с моей.
Два лебедя, застывшие на середине пруда, прижавшись друг к другу крыльями, смотрели на ярко-розовый закат. Я подошла поближе, чтобы рассмотреть имя автора. Надпись под рамкой гласила: «Сергей Соболев. Нежность». Моё предположение подтвердилось. Это была его работа, такая же прекрасная, как и те, что он создавал раньше.
После шести зал постепенно стал наполняться людьми. Я периодически оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть в толпе знакомые черты, но Сергея нигде не было. Выставка приближалась к завершению, часы показывали без десяти девять, когда дверь распахнулась и я увидела его.
Он сильно изменился. Строгий костюм, короткая стрижка, отстранённый, несколько надменный взгляд. Казалось, что в этом серьёзном, солидном мужчине не осталось ничего от прежнего парня в потёртых джинсах, любящего животных и природу.
Сергей вошёл, держа под руку высокую коротко стриженную шатенку в шёлковом изумрудном платье. Они медленно перемещались от картины к картине, уделяя каждой работе по несколько минут. Оставшись незамеченной, я юркнула на склад.
Там хранились картины, которые художники не успели забрать, и некоторые из тех, которым только предстояло занять почётное место в главном зале. Сюда было разрешено заходить только работникам галереи и мне как постоянной добровольной помощнице.
Здесь я могла спокойно переждать, пока все разойдутся. Встретиться лицом к лицу с некогда любимым человеком оказалось сложнее, чем я думала. Из-за меня он изменил свою жизнь, изменился сам, и не факт, что в лучшую сторону. Я легко и просто разрушила все мечты и надежды Сергея, в одночасье перечеркнув чёрной краской белоснежное полотно его души.
Подруги говорили, что он даже приходил на мою свадьбу, но тогда, ослеплённая страстью к Максу, я не замечала ничего вокруг, да и не хотела замечать. Мой мир растворился в нём, и мне было абсолютно всё равно, что своим решением, я разрушаю жизнь другого человека.
Внезапно я в полной мере ощутила то чувство вины по отношению к Сергею, которое успешно заглушала в себе на протяжении нескольких лет, и по щекам покатились слёзы. Больше всего на свете мне захотелось просто убежать отсюда и спрятаться от всего этого в какой-нибудь дальней комнате нашего просторного дома.
Время тянулось предательски медленно. Полдесятого я, поправив чуть смазанный от слёз макияж, наконец решилась покинуть своё укрытие. Никого из гостей в зале уже не было. Марина вместе с какой-то незнакомой мне девушкой считала количество проданных полотен.
– О, Наташ! А ты что, ещё здесь? Я тебя потеряла. И не только я, – Марина загадочно улыбнулась, поправляя непослушные вьющиеся волосы огненно-рыжего цвета. – Один джентльмен очень хотел тебя увидеть. Кстати, именно он приобрёл твою жутко дорогую картину.
– Как приобрёл? – моему удивлению не было предела.
Цена, которую я определила за пейзаж, втайне не желая, чтобы его купили, считалась, мягко говоря, завышенной.
– А что ты удивляешься? Красивая картина... была, – с усмешкой добавила Марина, зная о моей небольшой уловке.
– Кто этот человек?
– Когда он узнал, что тебя здесь нет, то захотел остаться неизвестным.
– Ну ты же не можешь не знать, кто он? – мне непреодолимо хотелось узнать имя столь щедрого незнакомца.
– Я не могу, а ты можешь, ибо желание покупателя для меня закон.
– Но мы же подруги! – я попыталась изобразить максимально жалостливый тон.
Но Марина оставалась непреклонна.
– Вот именно! И ты как подруга могла бы предупредить меня, прежде чем куда-то исчезать. Всё, Наташ, не проси, не скажу. Лучше ответь, ты Сергея видела?
– Да, со стороны, – я чуть помедлила, но всё же решила задать вопрос, который не давал мне покоя: – А ты не знаешь, что за женщина была с ним?
– Я так поняла, что это его жена Оксана. Очень милая дама, на мой взгляд. Ландшафтный дизайнер. Сергей сказал, что только благодаря ей снова взялся за кисть.
– Мариш, скажи, пожалуйста, а его «Нежность» же никто не купил?
– Нет, – Марина недоумённо посмотрела на меня.
– Отлично! Тогда вычти её стоимость из моего гонорара.
Я подошла к стене и аккуратно сняла картину.
– И ещё. Ты ни при каких условиях не скажешь ему, кто её приобрёл. В данный момент я покупатель, а желания покупателей для тебя закон, – я подмигнула озадаченной Марине и пошла на парковку.
У дома стояли машины Лизы, Олега и Ольги. Максим, по всей видимости, задерживался на работе. Когда семья была в сборе, площадка у дома напоминала мини-стоянку. На пути к своей комнате, точнее сказать, нашей с Максом, я не встретила никого, чему была несказанно рада.
Ждать прихода Максима не было ни малейшего желания, и я без сожаления легла спать. Ночь была звёздной. Полная луна освещала комнату мягким серебристым светом. Над изголовьем кровати два белых лебедя грустно смотрели на заходящее солнце…
Когда я проснулась, Макса уже не было, и лишь помятая подушка выдавала его недавнее присутствие. Распахнув окно, я полной грудью вдохнула свежий прохладный воздух и невольно улыбнулась. Неизвестно почему настроение у меня было просто замечательным. Хотелось петь и танцевать, хотя я ни первого, ни второго, к моему великому сожалению, делать не умела.
Погода обещала быть солнечной и тёплой. Свободное время я посвятила разбору старых фотографий и приготовлению праздничного ужина. В этот день у меня и Максима была годовщина свадьбы: пять лет совместной жизни.
Я приготовила индейку, пирог с ягодой и стала сервировать большой круглый стол. Брат с женой приехали первыми, через полчаса прибыл Макс. Он, как обычно, был без цветов и подарков, но меня это почему-то ни капли не расстроило.
Непривычный мне оптимизм взял верх, отбросив все страдальческие настроения. Я торжественно поставила в центре стола пышущую жаром индейку. Все расселись по местам, не хватало только Лизы.
– А что, Лизок к нам выходить не собирается? – поинтересовался Олег, глядя на закрытую комнату сестры.
– Так она же ещё не вернулась! – я удивлённо посмотрела на брата.
– Ну не знаю, – Олег бросил задумчивый взгляд на окно. – Когда мы с Олей подъехали, её машина уже стояла.
– Да я вообще не видела, чтобы она в дом заходила, – я встала из-за стола и пошла к комнате сестры. – Лиза, ты здесь?
Она не отзывалась. Настежь распахнув массивную дверь, я вошла в просторную комнату, но там её не было.
– Слушай, Наташ, а может быть, она на улице? – высказала предположение Ольга. – Я сейчас схожу, посмотрю.
– Лиза, где ты?!
Я поступательно исследовала все помещения, где она теоретически могла быть, но каждый раз натыкалась лишь на звенящую пустоту. Осмотрев подвал и чердак, я вернулась в гостиную.
– А когда вы видели её в последний раз?
– Вчера за завтраком, – задумчиво произнёс Олег.
– А вечером? – от странного, нехорошего предчувствия мне стало не по себе.
– Я когда Олю забрал от подруги, было почти девять. Лизкина машина стояла у дома, ну мы и подумали, что она в своей комнате просто спать улеглась, – ответил Олег почти шёпотом.
– А ты, Макс? – я вопросительно посмотрела на мужа.
– А я приехал только в час ночи и сразу пошёл спать. Получается, она могла исчезнуть ещё вчера днём. Кстати, её телефон недоступен, – с раздражением в голосе сказал Максим.
Он терпеть не мог неопределённые ситуации и злился, если не видел алгоритма решения проблемы.
– Слушай, а может, у неё просто машина сломалась, и она на такси уехала?
– И куда это она могла так надолго уехать, никому ничего не сказав?!
Предположение Макса вывело меня из себя. Я хорошо знала сестру и была уверена, что Лиза никогда бы так не сделала.
– На улице её точно нет, – Ольга недоумённо пожала плечами, войдя в дверь.
– И что это всё значит? – спросила я, хоть и понимала, что никто из присутствующих не сможет ответить на вопрос.
– Вполне возможно, что ничего такого, о чём ты уже успела подумать. Лиза – активная девушка, тем более незамужняя, мало ли где она может быть в семь вечера. Так что, Натуся, зря ты так разволновалась. Найдётся сестрица, никуда не денется, не беспокойся. И вообще, давайте уже ужинать, у вас же праздник как-никак! Да и кушать что-то хочется очень, – Олег подмигнул мне и принялся разливать по бокалам вино.
Напряжение за столом стало спадать, и мы потихоньку переключились на обсуждение бытовых тем. Я пыталась не думать о плохом. Возможно, Макс действительно прав, и у Лизы просто сломалась машина. Телефон мог разрядиться, поэтому был недоступен. Да и утверждать, что она не ночевала дома, со стопроцентной уверенностью мы не могли. В конце концов, за ней мог кто-нибудь приехать и забрать.
Нам искренне хотелось верить, что все наши опасения напрасны, но, по мере того как стрелки часов приближались к полуночи, эта вера становилась всё слабее. К утру от неё не осталось и следа.
Глава 2
Телефон Лизы по-прежнему был недоступен. Я не могла сидеть сложа руки, поэтому решила для начала тщательно обследовать её комнату. Постель была ровно застелена, окна не зашторены.
Это означало, что последний раз она заходила в комнату днём. Нигде не было ни её сумочки, ни документов. Ключи от машины аккуратно лежали в выдвижном шкафчике стола. Однозначно сказать, не хватало ли чего-то из вещей, я не могла: их было слишком много.
Сестра обожала ходить по магазинам и регулярно скупала одежду из новых коллекций. Даже если бы она, решив уехать, прихватила с собой пару-тройку платьев, общая картина её гардероба никак не изменилась бы. Осмотр комнаты желаемых ответов не дал, и я, захватив ключи, направилась прямиком к брошенному Лизой авто.
К сожалению, предположение Макса не подтвердилось. Автомобиль, полностью исправный, кроме всего прочего, был заправлен до максимальной отметки. Я заглушила двигатель и разочарованно хлопнула дверью.
Если Лиза и уехала на такси, то машина здесь была ни при чём. С момента её так называемого отъезда предположительно прошло два дня, и я ни капли не разделяла оптимизма близких людей, которые чуть ли не хором настаивали на том, что я сгущала краски.
В этот день температура воздуха была непривычно комфортной, и для успокоения нервной системы я решила немного пройтись. Где сейчас могла быть Лиза? Может, у какой-нибудь подруги или бойфренда? А был ли он у неё? И вообще, с кем она дружила?
У меня не было ответов на эти, казалось бы, простые вопросы. Внезапно я осознала, что ничего толком не знаю о сестре. Среди знакомых единственным человеком, возможно обладающим нужной мне информацией, была Ольга, и я решила вечером как следует обо всём её расспросить.
Неожиданно лицо обжёг поток неизвестно откуда взявшегося промозглого ветра. Рефлекторно отвернувшись, я невольно бросила взгляд в сторону озера и замерла. У самой кромки воды лежал запутавшийся в траве красный шёлковый шарф.
Подойдя поближе, я подняла его и внимательно посмотрела на край изделия. Большая буква «Л» из золотистых нитей была там, где и должна была быть. Там, где я собственноручно вышила её год назад, перед тем как сделать подарок Лизе. Не было никакого сомнения: этот шарф принадлежал сестре.
Я вернулась в дом, сжимая в руке неожиданную находку. Машина у дома, шарф у воды… И что это всё могло значить? Я не хотела думать о том, что Лиза утонула, но эта страшная мысль не давала мне покоя. Сидеть дома и ждать, пока кто-нибудь из близких придёт, было невыносимо, и я поехала к лучшей подруге Марине.
– Марина, ты где? – двери галереи были распахнуты, но в зале я никого не обнаружила.
– Я здесь, – отозвалась подруга со склада, – сейчас.
Всё время, что я говорила, Марина молча слушала, периодически кивая.
– Понимаю, что это звучит как бред, что обожающая жизнь Лиза не могла среди белого дня пойти и утопиться вместе с документами и мобильным телефоном, но и объяснить, как её шарф оказался там, я не могу. Она любила его и всегда завязывала, чтобы не потерять.
– Если только ей кто-то не помог, – почти неслышно прошептала Марина.
– Что?! – от её предположения меня затрясло.
– У вас же территория не огорожена. Предположим, она подъехала к дому и решила, точно так же, как ты сегодня, прогуляться по свежему воздуху.
– Ключи. Ключи от машины лежали в её комнате, – перебила я Марину.
– А тебе не пришло в голову, что это был запасной комплект? – подруга бросила на меня вопросительный взгляд. – Так вот, я продолжу. Она пошла прогуляться, не заходя в дом, иначе сумочку с телефоном и документами она оставила бы там, и вдруг увидела кого-то, или кто-то увидел её. А потом...
– А потом этот кто-то убил её и, пока тащил тело к воде, потерял шарф, – озвучила я то, что не решилась сказать Марина. – Мне нужно идти, – я встала из-за стола и почти бегом устремилась к выходу.
– Куда ты, Наташа?
– Я тебе позвоню! – прокричала я, выходя на улицу.
Мне нужны были ответы, и ждать больше я не могла.
К приезду Макса и брата с женой дно нашего озера уже прочёсывали три профессиональных дайвера.
– Ты сошла с ума! – Максим раздражённо ударил рукой по столу. – Какого чёрта, Наташ?
– А по-моему, это вы все спятили! – я окинула пристальным взглядом присутствующих и продолжила: – Лиза пропала! Давно уже следовало обратиться в полицию. Каждая минута может быть на счету, но нет, как же! Вы все хором мне говорите, что я просто сгущаю краски! Да я единственная хоть что-то делаю!
– Единственное, что ты делаешь, – это пугаешь саму себя бредовыми предположениями. Очнись, Наташ! Ты, по ходу, детективов перечитала, – не унимался Макс.
– Наташ, мы не хотим обращаться в полицию только потому, что Лиза уже однажды так убегала, – перебил его Олег.
– А почему я об этом ничего не знаю? – моему изумлению не было предела.
– Мы тебе ничего не говорили по просьбе Лизы, но сейчас… – брат сделал паузу, обдумывая, что стоит рассказывать, а что нет. – В общем, Лиза накануне вашей свадьбы наглоталась снотворного. Хорошо, её Оля случайно нашла, мы же тогда тоже у родителей жили. Она пыталась всех убедить, что не собиралась травиться, а всего лишь хотела поспать днём, но звучало это как-то не убедительно. Потом ты с Максимом уехала в свадебное путешествие, а она точно так же исчезла. Мы с родителями с ног сбились, пытаясь её найти, написали заявление в полицию. И что в итоге? Оказалось, Лизка отсиживалась у какой-то подруги, о которой никто не знал. И сколько мы ни пытались добиться от неё хоть каких-то внятных объяснений, она так и не рассказала о причинах своего поступка. Отец даже нашёл для неё специалиста, который заподозрил у Лизы серьёзное нервное расстройство. Она потом ещё долгое время принимала какие-то лекарства. Наташ, не смотри на меня так. Ты всегда жила в своём нарисованном мире, и тебя просто берегли от столкновения с суровой реальностью.
Слова брата шокировали меня. Всё сказанное как будто касалось какого-то неизвестного человека, но никак не моей доброй и искренней сестры.
– Иными словами, ты хочешь сказать, что, несмотря на то что Лиза однажды хотела покончить жизнь самоубийством, сейчас, когда она неизвестно где, нет никакого повода волноваться?
Позиция Олега сбивала меня с толку.
– Я просто предлагаю подождать несколько дней и не сообщать ничего раньше времени ни родителям, ни полиции.
– Мы закончили, – в дверях появился один из дайверов.
– И? – спросила я, затаив дыхание.
– Там никого нет.
– Что и требовалось доказать, – сказал Макс, выпроваживая любителя подводных ныряний.
Я не знала, как поступить. С одной стороны, я была несказанно рада, что дайверы Лизу не нашли, но в то же время её отсутствие, тем более после того, что рассказал Олег, не давало мне покоя. В итоге я решила не отступать от намеченного плана и поговорить с Ольгой.
– Оля, ты знаешь каких-нибудь Лизкиных подруг?
– Лично нет, – задумчиво отозвалась Оля, – но в соцсетях видела. Она там много с кем дружит.
– А парень у неё есть?
– Да был, вроде как, какой-то художник, – Ольга пожала плечами. – Она всего пару раз о нём упоминала, да и то вскользь, поэтому я ничего конкретного сказать не могу.
Художник? Моему удивлению не было предела. Все художники нашего небольшого городка проходили через галерею Марины, и почти с каждым я встречалась в определённый период жизни. Получается, что парнем Лизы стал кто-то из них, если, конечно, это был не какой-нибудь новоиспечённый талант или, вообще, приезжий.
Приезжий... Почему-то я вдруг вспомнила о Сергее. Все эти дни поглощённая переживаниями о Лизе, я совсем забыла о нём. И это несмотря на то, что его картину, висящую в нашей спальне, я видела по несколько раз в день.
После разговора с Ольгой я направилась напрямик в комнату Лизы. Меня интересовала конкретная цель, а именно ноутбук сестры. Компьютер лежал на видном месте, и я без труда получила доступ ко всем её документам.
До глубокой ночи я просидела, изучая содержимое ноутбука. Просмотр незапароленных страниц в соцсетях никаких ответов не дал. Ни во входящих, ни в исходящих сообщениях не было ничего существенного.
Изучение многочисленных папок и документов оказалось также бесполезной тратой времени. Они в большинстве своём касались либо учёбы Лизы, либо её увлечений в разные годы жизни. Уже почти отчаявшись найти интересующую информацию, я увидела неприметный файл «мой дневник», однако, открыть его мне не удалось.
Дневник был надёжно защищён каким-то сложным паролем. Если в этом компьютере и была какая-то важная информация, то содержалась она именно здесь. Я закрыла ноутбук и, удовлетворённая результатами поиска, пошла спать. Интуиция подсказывала мне, что на этот раз я на правильном пути.
Утром следующего дня я позвонила Марине.
– Мариш, я к тебе подскочу сегодня?
– Давай подскакивай, – весело отозвалась подруга. – Я сегодня почти весь день свободна.
– Отлично. Заодно повспоминай, есть ли у тебя знакомый программист.
Я отключилась и вздрогнула, посмотрев на телефон. Пока я разговаривала с Мариной, на мой номер пришло сообщение. Отправителем была Лиза.
«Наташа, не волнуйся. Со мной всё хорошо. Прости, что уехала, ничего не сказав, но так было нужно. Не ищи меня. Я вернусь, когда всё закончу. Целую, Лиза».
Прочитав сообщение, я тут же набрала номер сестры, но он вновь был недоступен. Да как она могла! От злости я чуть было не разбила ни в чём неповинный мобильный. Неужели нельзя было сразу сказать, что с ней всё в порядке?! Олег оказался прав, я зря за неё волновалась. Обзвонив родных и сообщив им радостную новость, я поехала в галерею.
С Мариной мы столкнулись в дверях.
– Ну, Наталья, как дела? Рассказывай.
– Лиза прислала сообщение, что у неё всё хорошо, – коротко ответила я.
– Да ты что?! – ахнула Марина. – Нет, конечно, это здорово, что с ней всё нормально, но почему было сразу не сообщить, не понимаю.
– Я тоже. Слов нет.
– Кстати, я тебе программиста нашла, – Марина протянула мне серебристую визитку. – Он у нас все компьютеры устанавливал.
– Спасибо, да только навряд ли он мне уже понадобится.
– А, вообще, для чего он тебе нужен был?
Я рассказала Марине о недоступном файле на компьютере Лизы.
– А я бы на твоём месте всё равно его вскрыла, – подруга пожала плечами. – Ты по-прежнему не знаешь, почему она уехала и когда вернётся, а это её личный дневник. Она могла там о многом написать. Вдруг она, вообще, от кого-то сбежала?
– Да, ты права. В конце концов, можно сделать так, что она потом вообще не узнает, что кто-то рылся в её компьютере. Зато у меня будет хоть какая-то информация.
– Вот и я о том же, – отозвалась Марина, заходя на склад.
Вернулась она, держа огромный букет красных роз.
– Это тебе!
– От кого? – я недоумённо посмотрела на подругу.
– От тайного поклонника, – рассмеялась Марина и протянула мне маленькую записку.
«Для Натальи с наилучшими пожеланиями. Тайный поклонник».
– Курьерская доставка. Я действительно ничего не знаю, – с улыбкой ответила Марина на мой вопросительный взгляд. – Цветы принесли вчера вечером с этой запиской.
Я взяла букет и уже собиралась ехать домой, когда в двери зашёл Сергей. Он бросил на меня беглый взгляд, коротко кивнул в знак приветствия и молча прошёл мимо на склад, где находилась Марина. От удивления я на мгновение потеряла дар речи.
По прошествии пяти лет со дня последней нашей встречи я могла ожидать чего угодно, но только не этого. Не этого равнодушного и категоричного безмолвия. Он посмотрел на меня так, как будто я была предметом мебели, незначительной помехой на его проторённом пути, на которую следовало взглянуть, только лишь чтоб случайно не споткнутся.
Не прощаясь с Мариной, я выбежала на улицу и остановилась у дверей. Горячие лучи солнца мгновенно обрушились на незащищённую белую кожу, норовя оставить на ней болезненные ожоги. Я стояла неподвижно, глубоко вдыхая тяжёлый, раскалённый воздух, стараясь успокоить переполнявшие меня чувства.
Почему-то я решила, что он до сих пор любит меня. Видимо, мне просто хотелось в это верить. Точно так же, как и в то, что с Максимом у нас крепкий и нерушимый союз. Я на мгновение закрыла глаза, вспоминая день нашей встречи. Тогда, когда мы впервые в жизни увидели друг друга, я сразу влюбилась в него, с первого взгляда, с первой минуты, и думала, что если мы когда-нибудь поженимся, то на земле не будет женщины счастливей меня, но сейчас, увы, я вовсе не чувствовала себя счастливой.
– Здравствуй, Наташа!
Я сразу узнала этот тихий, спокойный голос, возвративший меня из уютного плена приятных воспоминаний в безрадостное настоящее.
– Доброе утро!
Мы смотрели друг другу в глаза, не решаясь хоть что-то сказать. Сергей улыбнулся и провёл рукой по моей щеке.
