Текст книги "Будущая королева (СИ)"
Автор книги: Мария Киселёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
Глава 8
КВИН
На следующей неделе мы с девочками устраиваем вечеринку. Неприлично проучиться два выпускных месяца и побывать только на трех. Время наверстать упущенное, поставить планку для Хэллоуина, который традиционно проводится в дальнем незаселенном доме Академии.
В пятницу прошла типичная зачистка после моего второго репетиторства с Джереми. В очередной раз была наказана Клодин за оскорбление чувств верующих. Серьезно. Были бы у меня садисткие наклонности, я бы приклеила ее к кресту. Вторым стал первокурсник, скопировавший работу у одногруппника, выставивший того лжецом – с преподавателем вопрос решен. С остальным разбирались Рыцари, к которым Таиша и Лиза в последние дни не лезли. Неужели раздор в любовном гнездышке с пятым колесом – Адамом? Черт. Нельзя произносить его имя даже про себя. И все же мы каждый день сидим за одним столом напротив друг друга. Он агрессивно разрезает стейк, я аристократично, на сколько это возможно, поедаю брускетту, думая о насущном: как привлечь Ричарда в нашу компанию. Пока что ответ один – забыть и присоединиться к его. Я хотела бы слышать, что они обсуждают; смеяться на тем, как британец медленно пьет чай, словно на приеме у премьер-министра.
– Ты выглядишь как дура. – неожиданно произносит в тишине обеда Адам.
– Я не претендую на твою роль, будь спокоен.
Он заметил, как я бросаю взгляды на Диккенса.
– Не трогай влюбленную девушку. – издевательски улыбается Таиша.
Влюблена ли я?
Последняя лекция в пятницу общая с Адамом, в кабинете напротив – занятия у Ричарда. Когда звенит звонок, мы уже стоим у моего шкафчика. Так было месяц назад, когда меня пыталась облить подружка Агаты.
– Как тебе идея выехать в Бисмарк на выходных?
Под этим всегда подразумевается загородный домик.
– У меня несколько задач от юристов. – вздыхаю.
Мои активные доли компаний требуют работы, дедушка неслучайно поставил меня в такое положение, это ответственно.
– Отлично, тогда только работа.
Это странно, что мне кажется возбуждающим, когда высокий британец с русыми волосами говорит по телефону насчет Dìon, дает команды своей ближайшей группе разработчиков и сверяет три варианта таблиц разных отделов?
Он целует меня, сминая губы на несколько секунд. Когда отстраняется, понимаю, что улыбаюсь. Это не первый раз, когда мы вместе в Академии, не на этой неделе. Слухи расходятся.
– Я заеду завтра.
И у меня дежавю. Снова ухожу к лифту, люди расступаются, двери сейчас сомкнутся, когда вижу Адама. В этот раз он не остается взбешенный стоять по ту сторону. Останавливает лифт, ставя туфлю между створок.
– На выход.
Если это и мне, то я не собираюсь двигаться. Пять человек в кабине спешат прочь, когда Фелтон заходит внутрь. Но только лифт трогается, когда парень его тормозит, нажимая нужную кнопку.
– И что происходит? – складываю руки на груди.
– Это ты мне скажи, потому что сомневаюсь, что мне удастся поговорить с тобой в другом месте.
Я по инерции проверяю, нет ли в лифте камер – пусто.
Баскетболист хотел забить меня в угол своим телом, но я даже не шелохнулась, вопросительно изгибаю бровь.
– Что ты хочешь от меня, Адам? Я сразу сказала, что сделала это на эмоциях.
И все же ноги подрагивают рядом с парнем, который не один раз доставлял мне удовольствие. Он спортивной, красивый, почти смазливый…и скорее всего сделал то, что могло разрушить мои отношения с Диккенсом.
– Не бывает секса без обязательств, Квин.
– Не вижу у тебя гарема.
– Так вот в чем дело.
Он едва обхватывает мою шею, поглаживая большим пальцем. Нащупывает зашкаливающий пульс, а я не сопротивляюсь.
Противна сама себе.
– Я не буду ни с кем после тебя, пока мы все не проясним.
От одной картины в воображении, что к Фелтону прикасается другая…
– Ты не романтик, Адам, не притворяйся. И что нужно прояснять? – отмахиваюсь от его руки – Просто скажи мне. Ты наверняка готовился.
Начинаю злиться.
– Ты не должна быть с ним.
– Только потому что ты этого не хочешь?
– Потому что я хочу видеть тебя рядом с собой, Квин. – он не первый раз настолько эгоистичен – Заметь, как я влияю на тебя.
Только сейчас понимаю, что у меня приоткрыт рот, дыхание сбивчивое, тело откликается.
– Он тебя сдерживает. Больно смотреть, как ты перестаешь быть самой собой. – в какой-то степени он прав, вот только я стала «самой собой» после его выходки после первого курса.
Отталкиваю баскетболиста.
– Я все еще не знаю, как позволяю тебе дышать со мной одним воздухом, Адам. – гневно смотрю в карие глаза – Не после того, что ты сделал в актовом зале.
Ричард сказал, что уничтожил копии видео с сервисных носителей, но всегда могут быть сохраненные на портативных от сети носителях. Он собирался провести ниточку дальше, но я сама сказала ему, что меня не волнует тот, кто за этим стоит. Главное наказание для него – отсутствие нашей реакции, провал плана. Хватит с меня.
– О чем ты?
Я думала только на Адама. Никто другой не мог снимать нас, а я не проверяла расположение его телефона. И Фелтон не хочет, чтобы мы с Ричардом были вместе.
– Есть порновидео, – преувеличиваю – на котором мы в гостиной Chicago Bulls.
Его лицо каменеет. Теперь уверена, что это не Адам. Не понимаю, испытываю облегчение или нет.
– У кого-то есть запись нашего секса?
– По крайней мере не в сети. С этим разобрались. – нажимаю на кнопку после трехминутного разговора – Ричард. Он все знает о нас, но я с ним, Адам. Смирись и поищи развлечение под силу.
И мне хочется, чтобы не нашлось такой девушки.
Когда возвращаюсь домой на своей новой дерьмовой машине, принимаю звонок от Кейтлин де Гир. Они с Лили обещали держать меня в курсе отношений папы и Беллы.
– Они живут вместе в пентхаусе в Бостоне.
Несмотря на то, что я за рулем – прикрываю глаза.
– Коул обычно слушает нас, но он на нервах. У него проблемы с юристами Boston Celtics, а она действует как…
– Как успокоительный постоянный секс?
Мне хочется кричать, не дожидаюсь ответа.
– Он говорил с дедушкой?
Кейтлин и ее муж уступают в близости к папе Лили и Честеру, но эти парочки общаются между собой. Папа и Честер часто ведут общие политические игры. И все же ответ моей подруги и наставницы:
– Я не знаю, малышка. – до противного ласково.
Мне вскрикнуть: «Так узнай! Какого хрена ты сидишь на месте?! Вы обещали разобраться!».
Ладно. У папы проблемы. К нему пристроилась цепкая Белла Чейз, которая делает ему массаж, шепчет льстивые слова, хороша в постели и готова оторвать кусочек привилегий МакГратов для своей суки-доченьки.
Чувство несправедливости, ревность застилают глаза. Почему я никогда не признавала своих наклонностей?
Мне не удается заснуть, успокаиваюсь только в машине Ричарда, мы менее, чем за час подъезжаем к домику. Уверена, он его давно не арендует, а приобрел.
РИЧАРД
Квин всю дорогу была слишком подавлена, позволила себе расслабиться только на новом небольшом диване, другой бы не поместился в этой избушке.
Мы сидим близко, накрываю свои колени и ноги Квин безвкусным пушистым пледом, но в магазине он казался уютным.
Ставлю ноутбук, Квин открывает планшет. У нее сосредоточенное лицо, шикарные волосы убраны крабиком, что кончики торчат веером. Девушка изредка покусывает пухлые губы, поправляет рукава свитера.
– Я не могу работать, когда ты так смотришь – говорит через непродуктивных для обоих пятнадцать минут.
За это время успел ответить на два мейла от помощницы, которая занимается тем, что отвечает на мейлы. Эффективность близка к нулю.
– Что бы ты сейчас хотела делать, леди?
Голубые глаза вспыхивают, убираю ноутбук в сторону.
– Думаешь, мне нечем заняться с разбирательствами в моих пассивах, вечеринкой, Хэллоуином и…остальным?
Догадываюсь о чем говорит Квин. Она так и не узнавала, кому принадлежит видеозапись.
– У тебя примитивные вкусы. – приподнимаю плед, чтобы девушка забралась ближе.
– Ты слышал, как только что себя обозвал?! – с улыбкой возмущается она, подается вперед.
Роняю смеющуюся Квин на диван и начинаю покрывать лицо и шею девушки щекочущими поцелуями. Она извивается и раскрывает рот, чтобы создать звонкий смех. Мне удается коснуться ее губ, и девушка сама углубляет поцелуй. Он недолгий, мое тело в натянутом возбуждении, которое я способен сдержать. Я не хочу торопиться с королевой Ирландии, с ней нужно мягче, чем многие думают.
Квин лежит подо мной, тяжело дышит и счастливо улыбается. Она протягивает руку и проводит по моей щеке, рассматривает лицо.
– Мне все-таки безумно нравятся твои очки.
– Я ревную тебя к ним.
– Ты не похож на ревнивца. – теперь пальцами зачесывает назад мои волосы.
Еще никогда упражнения планки и отжиманий настолько не пригождались в жизни. Еще раз опускаюсь, чтобы поцеловать Квин, протягиваю руку, помогая сесть. В голубых глазах есть что-то похожее на разочарование. «Милая, я хочу этого не меньше, но точно не через неделю после твоего гребанного секса с Фелтоном и пока ты не видишь всей картины».
– София Фелтон пригласила меня на вечер спонсоров NBA. Он пройдет в папиной особняке в следующую субботу после игры Boston Celtics и New York Knick. Она хочет, чтобы я вышла в ее новом платье.
Квин говорила о просьбе сестры Адама и Бена, чтобы девушка внешности более, чем модельной демонстрировала ее наряд перед сливками американского общества. На самом деле, это отличный план для модельера – ее работы бесплатно попадут в социальные сети и в журнал Marie Claire. Он известен всем англичанам, именно в нем обозревают королевскую семью, а также Квин.
– И мне надо увидеть папу. Я не хочу ничего предпринимать, мне нужно оценить масштаб трагедии из-за его отношений с мисс Чейз…но я не понимаю, как…
– Я поеду с тобой…Бостон, верно?
Знаю, на что себя обрекаю. После поездки мы не сможем так же уютно сидеть в доме между Академией и Бисмарком. Предполагаю, как отреагирует Квин, но все равно попробую найти оправдание.
– Своими словами я не оставила джентльмену выбор. – кладет голову на мою грудь – Я бы в любом случае попросила.
– Тогда нас ждут тяжелые выходные. Вечеринка у Королевской элиты и поездка с приемом. – касаюсь кончиков ее волос.
– И игра. Я тебя не заставляю, но если мы успеем на нее, то не смогу пропустить.
Мне потребуется два-три часа на изучение баскетбола и баскетбольных матчей. Нужно сказать помощникам, чтобы приготовили папку с материалом.
– И игра. – целую в макушку, чувствуя, как Квин удобнее устраивается на мне и засыпает.
КВИН
Это была неделя зачетов, переклассификации группы поддержки, терпения в сторону Рыцарей и налаживаний отношений с Таишей и Лизой.
И сейчас я в облегающем платье в принт зебры, ради которого отказывалась от двух ужинов с Ричардом, стою около импровизированного бара на своей кухне.
Ко мне сзади кто-то подходит и обдает ухо горячим дыханием.
– Рич…
– На завтра заказан джед до Бостона. – говорит Адам.
Его голос не такой громкий, чтобы перекричать музыку, но я слышу.
– Твоя футболка черная. – он вопросительно поднимает брови – Думала, мы произносим факты.
– Ты летишь на игру?
– Адам, – я никогда не говорила такие слова – отвали. Это не мой самолет.
Абсолютная правда. Он Диккенса.
Отталкиваю его, чтобы пройти через рассыпающуюся группу людей.
– Ты невероятно выглядишь.
Я улыбаюсь, меня мягко целуют.
– Какими были вечеринки в закрытой школе для мальчиков?
Веду к дивану в гостиной. Его мгновенно освобождают.
– Мы чувствовали себя, словно в тюрьме. Шетландские острова с крошечными городками.
– Меньше лирики, рассказывай, куда вы сбегали и откуда брали алкоголь и девочек. – слушаю ответ – Вас учились манерам, танцам со шпагами? Это тебе подходит.
– Квин, меньше британских стереотипов. – поглаживает талию, я продолжаю испытывающе смотреть на него – Да, фехтование и этика были.
Смеюсь, а затем ухожу танцевать к девочкам, пока Ричард общается со своей компанией.
– Вы вправду все еще не переспали? Что не так? – кричит на ухо Таиша.
– Не вижу обратного отсчета. – толкаю бедром – К тому же есть дни, которые будут этому располагать.
Подруги знают, что я улетаю на выходные с Ричардом в Бостон, не предупредив папу, Кейт, Лили…я даже не дала Софи окончательного ответа насчет ужина, чтобы она не сболтнула братьям. Адам – последний, кого я хочу видеть на уикенде, в котором собираюсь поставить все точки над i.
– Не напивайся и следи за лестницей. – отбираю коктейль у проходящей мимо Фионы.
Она и еще пара человек следят, чтобы точно никто не оказался на втором этаже, пускай студенты, умеют слушать, и выполнять мои указания. Мне нравится, что через два часа наверху оказываемся только мы с Ричардом.
Мы, словно в здоровых отношениях, поговорили и решили следующие три ночи провести в одной постели – его вещи и чехол со смокингом в машине. Сразу поедем на аэродром.
Парень уже видел меня без макияжа, а я его голый торс, но все равно впервые чувствую себя неуверенно. Перекатываюсь под одеялом к его телу. Прижимаюсь к твердой груди, целуя кожу, зарываюсь лицом в изгиб его шеи, когда добираюсь выше. Ричард только сжимает мое бедро, заставляя забросить на его.
– Я парень, Квин. Если ты гуманистка, но хочешь пытать, выбери другой способ.
Щекочу его смешком.
– Ты меня хочешь, Ричард.
Поднимаю на него глаза, не продолжая фразу: «Так в чем проблема?».
Я никогда не была зависима от секса, он был классным дополнением, но еще никогда не нес смысл близости. Настоящей близости. Может, выжиданием Диккенс этого и добивался.
– С тобой все должно быть по-особенному, леди. – он недавно начал меня так называть.
И все же мне и интересно, чего именно ждет парень.
Я перестала ворочаться и прилипла щекой к плечу Ричарда. И плевать, что вечеринку разгонят только через полчаса или позже – у нас ранний и длительный перелет, который лучше потратить на учебу.
– Мне с тобой спокойно.
Не знаю, способен ли рассудительный гений аристократ решить любую из моих проблем, но он точно поможет разобрать все по кусочкам, остудить меня. Я могу справиться с остальным сама.
РИЧАРД
Квин не сразу, но решается поехать в родной дом. Бостон – город, в котором она бывала дольше, чем в остальных. Она старательно делает вид, что в особняке, в котором пройдет вечерний прием, не живет Белла Чейз. Здесь уже идут приготовления, стоят машины кейтеринга и поставок.
Я не решался оставаться, пока не понял, насколько это необходимо девушке. В принципе это необходимо очень-очень многим людям, потому что Квин в уравнении со злобой – взрыв.
На ее белоснежном пальто несколько брызг. Это не грязь, а капли от фонтана, который она решила не обходить. Я спросил Квин:
– Часто бросала монетки?
Уголки ее губ подрагивают.
– Один раз я села на бортик, и меня едва не отшлепала няня за то, что я испачкала платье к приему. Думаю, если я сделаю это сегодня, мне влетит от Софи. – с поддельным весельем.
Ее не пускали в огромную фонтану перед домом. Это заставляет напрячься чему-то в точке солнечного сплетения. Наверняка для нее это уже не так много значит, но я позволяю женской руке соскользнуть с моего плеча, чтобы крепко сжать ее ладонь.
– Это не должно быть сложно, так? К тому же я видела на твоем экране список игроков Boston Celtics. – встает еще ближе.
Она не представляет, насколько это будет сложно.
– Я еще никогда не приходил на урок без выполненного домашнего задания, мисс МакГрат.
Она морщит носик.
– Вы такой скучный, студент Диккенс.
Останавливаемся в типичной для дорогой Америки мраморной гостиной. Первый зал выполнен в стиле ресепшенов Four Seasons, правее – огромная, накрытая ковром, лестница. В моем доме все чуть более темное и не такое блестящее: темное дерево, синие королевские цвета, которые для нас уже давно не имеют исторического контекста.
– Мистер МакГрат. – мы пожимаем друг другу руки.
Я впервые вижу отца Квин, что странно в нашей ситуации.
Коул МакГрат мужчина моего роста, но в свои сорок семь покрыт мускулами, что заметно через тонкий дизайнерский пуловер. У него волосы на несколько оттенков ярче, чем у дочери, но в обоих узнаются ирландцы.
– Привет, пап.
Мимо нас проходит два человека с сумками и чехлами – вещами на два дня. Квин уже позвонила Софи, так что вот-вот должны доставить и платье, которое удовлетворило стилиста.
– Удивлен, что ты приехала.
– Меня попросила Софи Фелтон.
В это время мистер МакГрат бросает на меня взгляд, я едва качаю головой. Заметив это, мужчина уделяет дочери внимание.
– И на игре твое место…
– Меня пригласил друг в ложу. – перебиваю, не подозревая об ответе отца Квин – Думаю, мы проведем игру там.
– Да, это хорошая идея.
Квин слепо ищет мою ладонь, когда подставляю ее. Мистер МакГрат проводит рукой по челюсти.
– Мне нужно идти, водители в паркинге. Твоя комната подготовлена, спальня мистера Диккенса в гостевом крыле.
– У меня достаточно места.
Она тянет к лестнице. Кто я такой, чтобы сопротивляться? Хочу играть по ее правилам.
Очевидно, что Фелтоны не Фелтоны, чтобы появляться не вовремя. Сначала Адам сидит на втором приглашенном ряду на стадионе, а мы у стекла ложи. Глаза девушки горят, когда она смотрит игру, пару раз несвойственно для Квин она публично вскрикивает и говорит: «yessss». Я знаю, она пересеклась взглядом с Рыцарем, но что мне остается делать? Никому не запереть Квин МакГрат, кроме мужчин с той же фамилией.
Вторым нежданным гостем оказывается Софи, которая уже в доме затаскивает мою девушку в комнату, чтобы подготовить к приему, который предстоит через три часа.
Из-за этого все же провожу время в отведенной спальне, чтобы выйти в небольшую галерею, которой окружен дом. Горло сводит не только от нервов, но и дыма сигарет.
Я уже стою в смокинге на заказ, когда рядом оказывается Адам Фелтон. Ну конечно, он тоже на спонсорском вечере баскетболистов, как удивительно.
– Привет, Адам. – опираюсь о колонну и складываю руки на груди.
– Диккенс.
Изгибаю бровь, ожидая больше одного слова.
– Что ты здесь делаешь?
Отвечаю улыбкой.
– Сопровождаю свою девушку, чей отец организует спонсорский вечер для клубов NBA.
– Ты уверен, что она твоя?
Тушит сигарету об гипсовую лепнину, я едва не морщусь от бестактности.
Во мне живет дух соперничества.
– Не рискну присваивать. – но да, Квин моя.
– Что ты, черт подери, о ней знаешь? – странный вопрос.
Адам напряжен и обездвижен, как та же лепнина.
– Достаточно, чтобы Квин хотела находиться рядом.
Он уже выпил, зол и на эмоциях после игры.
– Ты знаешь, что она может не есть сутки, надеясь влезть в дорогущие платье? Или что ее мечта – стать спортивным журналистом, но Квин даже боится говорить об этом, потому что это никчемно в сравнении с тем, каким видят ее будущее. – он рассказывает почти шипя, не сокращая расстояние между нами – И она ненавидит смотреть баскетбол из лож, делала это только когда хотела внимание от низкосортной прессы, потому что фото оттуда – дрянь. Тебе это было известно, мистер британская задница, которую она возвела в топ?!
Я рад, что он не кричит.
– Ты закончил? – Адам хочет добавить, но продолжаю – Я не знал ни одного из этих фактов, но благодарен, что ты поделился. – поправляю запонки – Мы с Квин поговорим об этом после приема. Если посчитаешь, что хочешь сделать ее счастливее и вспомнишь еще что-нибудь – свяжись со мной.
Намереваюсь пройти мимо него, но Фелтон собирается испортить только начавшийся прием. Он тянется, чтобы схватить меня за плечо, но перехватываю его руку и выворачиваю, припечатав парня к стене. Неважно, что баскетболист превосходит меня в физической форме. Два старших брата, школа для мальчиков и долбанных Адам Фелтон, который прикасался к Квин – причины моих умений.
– Не порти никому вечер и прекрати играть с ней.
Может, через несколько часов Квин сама придет к этому злому мальчишке.
Глава 9
КВИН
Платье шикарно. Наряд представляет собой обыкновенное платье-футляр без рукавов, доходящее чуть ниже середины бедра. На улицу в нем точно не выйти. Оно расшито крошечными бусинками, стеклярусом, бисером. Так что удивительно, как с двумя примерками удалось создать твердое едва ли не каркасное платье с идеальными акцентами на мою фигуру. Оно облегает, приподнимает грудь, образует красивую дугу у талии, а затем идет чуть прямее.
Больше всего в платье черного, но с левой стороны, прямо у сердца красные всполохи, и лучи от них расходятся по всей длине. Так что черный, красный, бордовый и чуть молочного. Застежкой служат крючки на всю спину наряда. На ногах неклассические тонкие Louboutin,
Я не представляю, как Софи вышивала это вручную. Мне почти страшно ходить.
Волосы собрану у висков, дымчатый макияж. Софи и стилистика перебирают украшения, когда я принимаю телефонный звонок. Несмотря на их уговоры, что осталось меньше часа, я выхожу из спальни и собираюсь в своем кабинете. В моих покоях всего три комнаты.
– Привет, дедушка.
Я не слышала его с середины лета. Мистер МакГрат Старший неразговорчив, но он не пропускает мои дни рождения, два раза за детство был со мной в аквапарке и на шестнадцать лет подарил джет, стоящий в Нью-Йорке, чтобы я прилетала к нему в любое время. В общем, Свич МакГрат неплохой. И в голове слова Лили: твой дедушка тебя хотел.
– Привет, дорогая. – по телу расползается тепло.
Я прислоняюсь к окну, ведущему в сад. Ожидаю услышать штатные вопросы, но меня удивляют.
– Вы с Диккенсом ладите?
– Да…почему тебя это интересует?
Не понимаю, зачем ему информация о Ричарде.
– Хочу, чтобы ты была в хороших отношениях с моим внучатым зятем.
– Извини… – берусь за подоконник – Я ничего не понимаю.
Он не объясняет.
– Помню в детстве тебе нравился Соудж-Холл. – небольшой ирландский замок, в котором отмечали мой десятый день рождения в королевской тематике.
– Да. Прекрасное место. – механически.
– Это будет мой последний вклад в твой трастовый фонд. То, что записано на твое имя. Но я признаю только двойную фамилию. – он продолжает говорить – Ты уже получила подарок?
– Не…
В этот же момент слышу отчетливый стук в двери гостиной. Спешу открыть раньше Софи. Без взгляда на служанку и коробку возвращаюсь в кабинет. Ставлю телефон на громкую связь, чтобы начать распаковку.
– Непунктуальные идиоты. – бормочет дед.
– Прошу…объясни…
Достаю набор украшений – золото с красными бриллиантами, которые инкрустированы так, что отливают кровавым, как пятно у сердца на моем платье. Дедушка будто знал, а может, так оно и есть. Крупные серьги и браслет.
Пальцы замирают на холодных камнях, когда дедушка начинает говорить:
– Мы с Диккенсами заключили договор. Торжество в честь помолвки между тобой и Ричардом должно состояться не позднее выпуска из Академии, а свадьба до твоего двадцать первого дня рождения.
– Кто…мы…
Кто заключил договор?
– Твой отец формально не причастен, но он согласен с моим решением. – продолжает – Вместе с ним ты и империя будете шагать в ногу со временем. Ты сохранишь и продолжишь фамилию МакГрат. Моих партнеров – говорит о криминальной части – устроит связь со старой фамилией. Но я думал в первую очередь о тебе. Официально вы уже жених и невеста. Королева Ирландии и жена виконта.
– Если бы ты действительно думал обо мне… – перебиваю.
Смотрю в одну точку, не в силах думать и двигаться.
– Помню-помню. У тебя есть увлечения, которые принимаешь за мечты. Но у тебя талант к бизнесу, который не обойти стороный. Ты захватила элитную Академию, Квин. Это показатель превосходства над будущими мира. Не пытайся сбежать от самой себя.
Готовил ли он речь?
– Я не хочу… – это скорее шелест, чем слова.
– Тебе стоит повторить, или я сделаю вид, что не услышал. – с намеком.
– Я не хочу, чтобы за меня выбирали семью. Я и так лишена ее, почему…почему ею не может стать тот, кого я люблю?! – кричу.
– Мисс МакГрат. – безапелляционно.
– Я хочу другого. – так же громко – Но если и Ричарда, то по своей воле. Если Великобритания, то с обустроенным мною домом!
Не могу сдержать хрип в горле, словно из меня выбили весь воздух.
– Женщины говорят об этом с женщинами, потому что ничего не могут изменить. Займись этим с подругами.
Дедушка никогда не был женоненавистником…так я думала до последних минут.
– Займись своей любимой терапией и приди в себя.
Он не признает мои занятия с психологом, но и не запрещает. Не помню, когда последний раз брала сессию.
– И когда будешь думать, какой я эгоист, посмотри на будущего премьер-министра.
Это мужчина, внешне похожий на Черчилля в средние годы. Очевидно дедушка рассматривал его в качестве варианта.
Он отключается.
Выхожу из кабинета, протягивая бархатные чехлы с украшениями девушкам. Они с восторгом надевают их на меня.
– Эй, ты в порядке? – Софи.
В моих глазах ни слезинки, но на них ужасное давление изнутри.
– Мне нужно подышать. Скрестим пальцы, что с твоим волшебством ничего не случится. – выдавливаю улыбку и пробегаю пальцами по платью.
Выхожу, чтобы меня тут же окружили гости. Я удивлена, насколько четко звучит мой голос, мысли кружат автономно. Знаю многих, все делают комплимент наряду. Здесь достаточно гостей до тридцати, но мое платье все равно кажется слишком смелым и голым. Ловлю на себе обжигающий взгляд мужчины в углу.
Я даже прижимаюсь ближе к Ричарду, когда тот берет меня за талию. Он знает, хочет, чтобы я сама выбрала его, но Диккенс такой же заложник, как и я. Любовь с первого насильного взгляда? Не думаю.
– Ты выглядишь волшебно. – касается губами моего виска – Фелтон права, никто бы не смог носить его так же достойно, как ты.
– На британском спонсорском вечере меня бы в нем выставили. – голос лишен эмоций.
– Хм…им придется попробовать.
Я бросаю взгляд на противоположную сторону зала – Адам. Как обычно напряженный, злой, у него под глазами круги, а в руке бокал.
Я никогда не любила и не хотела Адама по-настоящему. Почему-то это становится понятно сейчас, когда я ищу лазейки, разбираюсь, почему мне настолько противен дедушкин вариант.
Фелтон занимал мои мысли, обидев идиотским пари, а в остальном – олицетворял мою мечту. Спортивный тележурналист. Сейчас кажется смешным, что я забыла об этом за два месяца обучения.
Ричард же…поднимаю голову. Он действительно что-то новое. И я бы хотела иметь возможность выбора.
Ричарду удается помогать мне в беседах, гладит по спине, но я не чувствую прикосновений из-за слоя ткани и биссера. Я провожу так час, не позволяя себе ничего более пары канапе, которые мне незаметно всучил Ричард и бокала просекко.
Я долгое время слежу на папой и Беллой в длинном фиолетовом платье. Наконец она оставляет его.
– На минуту. – прошу парня, а затем спешу во внутреннюю галерею, где догоняю папу – Это правда? – поворачивается – Я и Диккенс?
– Если бы я ни был уверен, что это то, что тебе нужно… – довольно твердо говорит он.
– Я никогда ни о чем тебя не просила…
– Это решенный вопрос.
Едва не топаю каблуком. Смотрю на папу снизу вверх. Его лицо непроницаемо.
– Деду стоило подождать, пока Ричард действительно тебе понравится.
Это все было ловушкой.
– Меня всю жизнь окружали мужчины. И пока что я не встретила ни одного достойного, мистер МакГрат Младший. – во мне говорит ярость.
– Слетай на шоппинг, купи теннисный корт или машину, Квин. – буквально рычит – Я пропущу твои слова, потому что знаю, как разговор с моим отцом выбивает из колеи.
Мой взгляд цепляется за два фиолетовых платья одной ткани, но разных фасонов. Чейзы. Белла и Агата.
– Ее ты тоже пристроишь, а затем дашь миллионы на терапевтический шоппинг?
– Прекрати. Я имею право на личную жизнь.
– А я нет? – всплескиваю руками.
– Разговор на эту тему окончен, Квин.
Папа быстро уходит. Нет. Он сбегает от меня, пока я стою у выхода из дома. Октябрьский ветер касается голой кожи, я покрываюсь мурашками. Прикрываю глаза. Интересно, кто именно мне сейчас испортит настроение: Адам, Агата или…Ричард на это способен.
– За кого-то решили судьбу, королевна.
Ставка номер два. Агата. Я открываю глаза, видя ее напротив с бокалом вина. Что она здесь забыла?
– Тебе помочь найти ближайший принтер, сучка? – копия, она всегда пытается слизать лучшее.
Агата так и размахивает темными волосами, покачивая до краев наполненный бокал вина.
Никакой агрессии, она – последнее, на что я готова тратить силы. Мне хочется сказать, чтобы она пошла так же кого-нибудь оттарахала за десять тысяч, как делает ее мать. Или что она выглядит так, словно ее никто не замечает, потому что так проще для всех. Но эти слова проглатываются, как и несколько капель вина, которое она выплескивает.
Я на секунду теряюсь, поднимая глаза. В одном из проемов галереи стоит папа, он видит, но не собирается ничего предпринимать. Только говорит:
– В конце концов, уладьте свои детские разногласия и возвращайтесь.
Папа не собирается вставать на мою сторону. В пору истерично рассмеяться.
– Тебе словно двенадцать… – усмехаюсь.
В лице Агаты мелькает испуг, очевидно, она что-то увидела в моих глазах.
Я выхватываю хрустальный бокал из ее рук и бью в стену позади себя. Это видит только девчонка и папа. Звук стекла не такой громкий, но вот мой голос… Вскрикиваю, смотря на отца. Пара человек уже рядом.
– Боже мой! Агата, что на тебя нашло?!
Я начинаю оглядывать себя, словно могла пораниться.
Для такого представления у меня достаточно людей – около двадцати. Ближе пробивается миссис Корс и мать Агаты.
– Она увидела, что я говорю с папой и взбесилась! Пустила бокалом. Кажется, стекло поранило ногу. – ничего не поранило.
Я отличная актриса.
Миссис Корс, пожилая светская львица со своими странностями, начинает меня осматривать.
– Я…я не понимаю. – люди перешептываются, не знаю, что делают папа, Агата и Белла – Что означает эта ревность. Пытается ли она причинить такой же вред собственной матери?
– Это выступление! – впервые слышу голос Беллы и ненавижу его.
– Она выдумала!
– Воспитывайте дочь порядочно. – яро моя соратница.
– Миссис Корс. – касаюсь ее пухлой руки, делаю вид, словно сдерживаю слезы – Зачем говорить о том, что исправить не в силах? Может, ее гневу, ее греху, поможет господь. Давайте разойдемся, я позову того, кто сможет это убрать. Простим и забудем, я напрасно привлекла внимание.
– Правильно, дитя. – половина присутствующих автоматически меня обожаю так же, как миссис Корс – Тебе помочь?
Я уже вижу Ричарда, он в двух шагах от меня.
– Мне поможет жених.
Шепот бежит по всему пространству. Не удивительно. Прибежали только светские сплетники.
Челюсти Ричарда смыкаются, он протягивает мне руку. Софи быстро проверяет платье. Нет ни единого следа вина или влаги, но ему стоит проветриться, как и мне.
Поднимаемся на второй этаж. Позволяю себе бросить быстрый взгляд вниз, откуда на меня смотрит отец. Он тут же опускает глаза и трет подбородок.
Ричард нем. В другой ситуации он бы уже расспросил, что случилось, отговорил от какого-нибудь плана…предполагаю.
