Текст книги "Проклятие и любовь Кощея (СИ)"

Автор книги: Мария Евсеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Глава 28. Список гостей на свадьбу и тревога

Кощей сидел, как обычно, в своём кабинете. К нему зашла Варя. На её лице читалось явное беспокойство.

А он в это время составлял список гостей. В него входили тёмные маги, которые поддерживали его, чернокнижники, даже некоторые вампиры, ведьмы и многие другие соратники, что присягнули на верность князю Нави.

Кощей поднял голову. Его аметистовые глаза смотрели внимательно, а чёрные длинные волосы были собраны в хвост на затылке.

– Что случилось, родная? – мягко спросил он.

После этого они с Варей стали обсуждать блюда, которые подадут на их свадебный стол. Варя очень старалась и применяла весь свой утончённый вкус при выборе кушаний. Она подробно описывала каждое предполагаемое блюдо, размышляла о сочетаниях вкусов и подаче, с увлечением рисовала в воображении праздничный стол. Кощей внимательно слушал, изредка вставляя замечания и предлагая свои варианты.

Разговор о меню занял немало времени. Оба погрузились в эти приятные хлопоты, и на какое-то время тревога на лице Вари словно растворилась. Но постепенно её движения стали всё более нервными – она то поправляла прядь волос, то теребила край рукава. В глазах вновь заблестели отголоски невысказанной боли.

Наконец, когда обсуждение блюд подошло к естественному завершению, Варя глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и тихо произнесла:

– Прошу тебя, милый, не приглашай моих родителей – Родиона и Марфу – на нашу свадьбу. Я не хочу их видеть. Они столько боли причинили мне… И оказались предателями.

Кощей увидел боль и тоску в глазах своей невесты. Не раздумывая, он максимально быстро вычеркнул имена Родиона и Марфы из списка приглашённых на свадьбу.

Ближе к вечеру они снова разошлись по своим комнатам.

Глава 29. Утро перед свадьбой

Пронизанный золотистыми лучами рассвет едва коснулся оконных стёкол, когда Варвара открыла глаза. Тишина дома была особенной – той самой, что предшествует большому событию. Не тратя времени на раздумья, она поднялась с постели, не переодеваясь, и, окутанная тонким пеньюаром, бесшумно направилась к соседней двери.

За ней раскрылся мир умиротворения – ванная комната, продуманная до мельчайших деталей.

Интерьер ванной комнаты

Центральное место занимала

круглая каменная ванна

– монументальная, но изящная. Её поверхность отливала глубоким, насыщенным

тёмно-серым оттенком

, словно полированный базальт. Плавные изгибы чаши создавали ощущение природной гармонии, а массивность материала внушала чувство надёжности.

Стены и пол были облицованы

серо-светлым мраморным панно

Нежные прожилки цвета топлёного молока переплетались с пепельными волнами, создавая уникальный природный узор. Поверхность камня была отполирована до мягкого блеска, отражая свет так, что комната казалась наполненной рассеянным сиянием.

Сантехническое оснащение

было встроено с безупречной точностью:

Кран

– лаконичный, с плавными линиями, выполнен из матового никеля. Его форма напоминала каплю, застывшую в вечном движении.

Раковина

– овальная, из того же тёмно-серого камня, что и ванна. Её гладкая поверхность слегка подсвечивалась изнутри благодаря скрытой подсветке.

Душ

– встроенный в стену, с широкой лейкой, имитирующей дождевые струи. Его хромированные детали контрастировали с матовой текстурой мрамора.

В углу притаилась

тумбочка

из выбеленного дуба. Её фасады были украшены тонкой резьбой в виде виноградных лоз, а ручки выполнены из патинированной бронзы. Внутри аккуратно сложены

полотенца

из египетского хлопка – белоснежные, с вышитой монограммой в углу.

Над раковиной висело

зеркало

в раме из состаренного серебра. Его поверхность была идеально ровной, без искажений, а по краям украшена мелкими гранатовыми вставками, мерцающими при движении. На зеркальной поверхности расположились:

пузырьки

с душистыми эссенциями – из тонкого зелёного стекла с пробками из белого дерева;

мыло

в форме лепестков розы, уложенное на серебряную подставку;

травяные бальзамы

в миниатюрных фарфоровых флаконах с золочёными крышками.

На раковине, в хрустальном стакане с гравировкой, покоился

гребень

– произведение ювелирного искусства. Золотая основа была инкрустирована

драгоценными камнями

: мелкими рубинами, создающими узор пламени, и аквамаринами, имитирующими капли росы. Зубцы гребня выполнены из слоновой кости, отполированной до перламутрового блеска.

Рядом, на узкой полке из оникса, выстроились

масла для купания

– в ампулах из цветного стекла (янтарного, изумрудного, сапфирового). Между ними притаились:

щёточки

из натурального кабана с ручками из чёрного дерева;

губки

из морского люфы, скрученные в спирали;

маленькие чаши

для соли и лепестков роз, выполненные из полупрозрачного нефрита.

Дверь

ванной, выполненная из массива ясеня, была окрашена в

светло-серый оттенок

, почти белый. Её поверхность имела лёгкую текстуру, напоминающую льняное полотно. Центральным элементом служил

бронзовый дверной молоток

в форме львиной головы – его патина создавала эффект старинной вещи, бережно хранимой поколениями.

Ритуал купания

Варвара неторопливо повернула кран, и вода заструилась с тихим шумом, наполняя ванну. Она регулировала температуру, погружая ладонь в поток, пока вода не стала идеально тёплой – той, что обнимает, но не обжигает.

Сняв пеньюар, она ступила на

ступени

, ведущие в ванну. Они были выложены тем же серо-светлым мрамором, но с микроскопической насечкой, исключающей скольжение. Каждый шаг отдавался лёгким эхом, словно шепотом камня.

Погрузившись в воду, она закрыла глаза, позволяя теплу проникнуть в каждую клеточку тела. Время замедлилось. Где-то между реальностью и грёзами она провела

около двух часов

– то погружаясь в размышления, то позволяя себе забыться в ароматах масел, которые медленно растворялись в воде.

После купания она тщательно вымылась, используя мыло с запахом жасмина, а затем облачилась в

платье изумрудно-зелёного цвета

, принесённое служанкой. Ткань была простой, но благородной – тонкий хлопок с едва заметным переплетением нитей.

Завершив ритуал, Варвара взяла золотой гребень и начала расчёсывать свои

огненно-рыжие волосы

Они струились по плечам, словно расплавленное золото, а гребень скользил по ним, собирая непокорные пряди в

лёгкую косу

Косу она перевязала

шёлковой лентой

того же изумрудного оттенка, что и платье. Лента мягко обвила волосы, зафиксировав их в изящном узле.

Последним штрихом стало отражение в зеркале – спокойная, собранная, готовая к новому дню. Варвара глубоко вдохнула аромат трав, всё ещё витавший в воздухе, и неспешно вышла из ванной, оставив за собой шлейф умиротворения и предвкушения.

Дополнение к главе предыдущей

Кощей решил искупаться в той же ванной, где незадолго до этого была Варя. Он справился с этим быстро и, вернувшись в спальню, вновь сел за документы.

Молодой князь твёрдо намеревался завершить все дела до самого важного момента в их жизни – ему не хотелось, чтобы что-либо отвлекало от этого. Поэтому он работал сосредоточенно и оперативно.

Прежде чем войти в ванную, Кощей учтиво дождался, пока его невеста покинет помещение, – он не желал её смущать. Оказавшись в ванной, он сразу сменил воду: налил чистую и отрегулировал температуру до привычной, любимой. Мылся он тоже стремительно, без лишних задержек.

После купания Кощей расчесал свои чёрные волосы и собрал их в хвост. Теперь он чувствовал себя бодрым и готовым двигаться дальше.

Глава 30. Инцидент на свадьбе

И вот наконец настал тот вечер, которого Варя и Кощей так ждали. Воздух в замке дрожал от предвкушения: каждый уголок был пропитан торжественным волнением, а слуги сновали по коридорам с особой поспешностью, словно боясь упустить хоть миг этого знаменательного дня.

Варю уже одевали служанки – бережно, почти благоговейно. На неё надевали то самое платье, что Кощей заказал для неё задолго до этого дня. Оно уже было описано в предыдущих главах, и потому мы не будем останавливаться на его деталях. Но стоит лишь упомянуть, что каждая строчка, каждый вышитый узор дышали любовью и заботой, вложенными в этот наряд.

Варя была невероятно счастлива. Её глаза сияли, а на лице расцветала улыбка, которой, казалось, хватило бы, чтобы осветить весь замок. В тот вечер она излучала радость, чистую и неподдельную. Только она не знала, что самый светлый момент их жизни будет омрачён появлением её родителей.

Вступление в зал

Когда Варя и Кощей были полностью готовы, молодой князь первым вышел в главный зал, где должна была состояться свадьба. Зал поражал своим великолепием: золотые канделябры отбрасывали тёплый свет на стены, украшенные гирляндами из живых цветов; тяжёлые бархатные занавеси обрамляли высокие окна, а в центре, под массивной хрустальной люстрой, располагался алтарь, убранный белоснежными лилиями.

Прежде чем начался праздник, в зал вошла Варя. И в тот же миг все гости ахнули. Невеста была настолько прекрасна, что казалось, будто сама весна спустилась в этот зал. Её платье, словно сотканное из лунного света, подчёркивало изящество фигуры, а в волосах мерцали крошечные бриллианты, напоминающие звёзды.

Благословение Чернобога

В центр зала вышли Чернобог и его жена Мара. Их величественные фигуры внушали почтение, а взгляды были полны мудрости и силы. Они дали благословение на брак, произнеся древние слова, от которых по залу пробежала лёгкая дрожь. Затем они вручили специальный документ, который делал брак официальным согласно законам их мира.

Так было положено начало церемонии. Чернобог уже готовился произнести первые слова обряда, когда в центре зала внезапно открылся голубой портал. Из него шагнули Марфа и её муж, Родион – родители Вари.

Появление Родиона и Марфы

Увидев их, Варя инстинктивно прижалась к Кощею. Её сердце сжалось от страха, а в глазах застыла тревога. Кощей почувствовал её ужас и, не скрывая гнева, вопросил громогласно, чтобы все слышали:

– Что вам нужно, людишки? Вам не место здесь!

Родион, не отступая, твёрдо ответил:

– Верни нам нашу дочь, чудовище!

Кощей опешил от такой наглости и оскорбления. Его ярость вспыхнула, словно пламя: он взревел, подобно раненому медведю:

– Что ты сказал, человечишка?!

Его аметистовые глаза, до этого момента спокойные и проницательные, пыхнули тёмно-фиолетовым цветом – явный признак неистовой ярости молодого князя. Но, собрав всю свою волю, он заставил себя успокоиться и спросил уже более сдержанно:

– Чего ты хочешь?

Требование откупа

Отец Варвары, не дрогнув, заявил:

– Мы с моей женой требуем откуп.

Кощей усмехнулся – его улыбка была похожа на волчий оскал. Он пальцем поманил к себе слугу и что-то прошептал ему на ухо. Слуга поклонился и быстрым шагом направился в сокровищницу, где хранилось кольцо справедливости.

Через несколько мгновений слуга вернулся, держа в руках чёрный футляр. Кощей взял его, открыл и протянул Родиону кольцо с абсолютом – чёрным камнем, излучавшим таинственное сияние.

– Вот ваш откуп, – произнёс он ядовито. – Держи и уходи отсюда прочь.

Арест Родиона и Марфы

Когда Родион и Марфа уже готовились покинуть зал, Кощей коротко скомандовал:

– Взять их!

Лучшие воины, служившие князю, ринулись вперёд. Среди них был и Фёдор Волколак, о котором упоминалось в предыдущих главах. Они быстро скрутили родителей Варвары.

Фёдор вышел вперёд и, внимательно глядя на своего господина, спросил:

– Что нам нужно с ними делать?

Кощей ответил властно, и в его голосе звучали холод и сталь:

– Отведите их на землю и передайте под суд земного князя. Пусть он их судит.

Фёдор кивнул. Его янтарные глаза вспыхнули пониманием. Волколак коротко скомандовал подчинённым, и они увезли Родиона и Марфу. Те пытались вырваться и что-то кричать, но Фёдор рявкнул на них так, что они мгновенно замолчали и понуро опустили головы.

Завершение церемонии

Варя, оставшись наедине с Кощеем, лишь тихо плакала на его плече. Её голос дрожал, когда она произнесла:

– Я так боялась, что они заберут меня и разлучат нас с тобой.

Кощей обнял её крепко, словно пытаясь защитить от всех невзгод мира, и сказал:

– Тебе не нужно этого бояться. Я всегда буду с тобой!

После этого они вместе произнесли традиционные клятвы, вложив в каждое слово всю глубину своих чувств. Затем, стараясь отвлечься от пережитого, они присоединились к гостям, сели за стол и попытались немного поесть, чтобы успокоиться после бурных событий этого вечера.

Зал снова наполнился музыкой и смехом, но в сердцах молодожёнов ещё долго жила тень того, что произошло. Однако их любовь, крепкая и непоколебимая, обещала им светлое будущее, несмотря на все испытания, которые могли ждать их впереди.

Глава 31. Суд

Зал княжеского дворца пылал огнями. Многовековые дубовые балки, украшенные резными узорами, подпирали сводчатый потолок, а вдоль стен высились массивные колонны, увитые виноградными лозами из позолоченной лепнины. В центре, на возвышении под алым балдахином, стоял резной трон из чёрного дуба, инкрустированный серебряными звёздами. На нём восседал князь Владимир – его седые волосы, заплетённые в тугую косу, лежали на широких плечах, а глаза, холодные как зимний лёд, скользили по собравшимся.

По обе стороны от трона замерли дружинники в кольчугах, их мечи покоились в ножнах, но пальцы невольно сжимались на рукоятях. В дальнем углу, чуть в тени, стояли слуги Кащея. Среди них выделялся Волколак Фёдор – его волчьи глаза мерцали в полумраке, а пальцы, скрытые в перчатках, подрагивали, словно он сдерживал зверя внутри.

Вступление обвиняемых

Двери распахнулись с грохотом, и в зал втащили Родиона и Марфу. Их одежды, некогда богатые, были изодраны и покрыты грязью; лица – бледные, с тёмными кругами под глазами. Стражники толкнули их на колени перед троном, и Марфа вскрикнула, когда каменная плитка оцарапала её голые колени.

– Вы предстали перед судом князя Владимира, – прогремел глашатай, поднимая свиток. – Вас обвиняют в предательстве, колдовстве и причинении вреда невинной девице Варваре.

Родион попытался подняться, но стражник толкнул его обратно.

– Мы не виноваты! – хрипло выкрикнул он. – Это всё она, ведьма!..

Марфа зарыдала, закрывая лицо руками. Её перстни, некогда сверкавшие рубинами, теперь казались тусклыми и безжизненными.

Показания свидетелей

Князь поднял руку, и в центр зала вышел один из слуг Кащея – невысокий мужчина с пронзительным взглядом.

– Я видел, как они готовили зелье, – начал он, голос его звучал ровно, но в нём чувствовалась скрытая ярость. – В полночь, у Чёрного колодца. Марфа шептала заклинания, а Родион добавлял в котёл волосы Варвары.

Следом выступил Фёдор. Его голос, низкий и рычащий, заставил присутствующих вздрогнуть.

– Они хотели лишить Варвару души, чтобы завладеть её наследством. Я лично нашёл в их доме амулеты с её кровью и пряди волос, заплетённые в узлы.

Каждый рассказ сопровождался шёпотом в зале. Княжеские бояре переглядывались, качали головами, а женщины тихо вскрикивали, услышав подробности колдовских обрядов.

Попытка оправдания

Когда свидетели замолчали, Родион рванулся вперёд, едва не сбив с ног стражника.

– Это ложь! – завопил он. – Они подкуплены Кащеем! Мы лишь хотели защитить нашу дочь от его чар!

Марфа подняла заплаканное лицо:

– Княже, помилуй! Мы действовали из любви…

Но Владимир лишь усмехнулся.

– Любовь? – его голос эхом разнёсся по залу. – Вы называли любовью то, что делали с собственной дочерью? Вы лишили её сна, отравили её разум, а теперь говорите о любви?

Приговор

Князь встал, и в зале воцарилась мёртвая тишина.

– Родион и Марфа, за преступления против рода человеческого и нарушение законов княжества, вы приговариваетесь к пожизненному заключению в подземельях Крепости Вечного Мрака. Там вы проведёте остаток своих дней, лишённые света, тепла и надежды на помилование.

Марфа закричала, её голос сорвался на визг. Родион рухнул на пол, сжимая кулаки.

– Нет! Вы не можете!..

– Могу, – холодно ответил Владимир. – И сделаю.

Стражники схватили их за руки, но прежде чем увести, князь добавил:

– Когда придёт ваш час, кольцо справедливости восстановит баланс. А после того, как вы перейдёте Калинов мост в Навь, вас ждут мучения, которые не постичь человеческому разуму.

Реакция слуг Кащея

Фёдор шагнул вперёд, его глаза сверкнули.

– Мой господин будет доволен. Те, кто причинил боль его невесте, получили по заслугам.

Остальные слуги склонили головы в знак согласия. Их тени, вытянутые пламенем свечей, казались живыми – словно сами духи Нави присутствовали в зале, наблюдая за свершением правосудия.

Завершение суда

Когда Родиона и Марфу вывели, зал начал пустеть. Бояре шептались, обсуждая детали процесса, а дружинники медленно расходились, оставляя князя в одиночестве.

Владимир опустил голову, его пальцы сжали подлокотники трона.

– Справедливость – это не милость, – прошептал он. – Это неизбежность.

За окнами дворца, в ночном небе, вспыхнула звезда – словно знак, что судьба свершилась.

А где-то вдали, в глубинах Нави, Кащей улыбнулся, зная, что теперь его невеста может спать спокойно. Праздник продолжался, но для Родиона и Марфы началась новая, вечная тьма.

Родион и Марфа не смогли осуществить свой замысел в отношении дочери: им не удалось разорвать связь Кощея и Вари. Ведь Великий князь Нави и Варвара – истинная пара, и их союз невозможно разрушить. Любые попытки лишь разозлят духов, хранящих равновесие. А родители Вари, алчные и недальновидные, видят лишь собственную выгоду, но не замечают собственной дочери.

Глава 32. Легенда старого чёрного колодца

В глухих деревнях, куда не добираются ни торговые обозы, ни царские гонцы, из поколения в поколение передают шёпотом одну и ту же историю. Говорят, неподалёку от того места, где жила семья Вари, притаился старый чёрный колодец. Не простой колодец – древний, словно сама земля, на которой он стоит. Его камни покрыты мхом, впитавшим века молчания, а вода в нём черна, как ночное небо без звёзд.

Откуда взялся колодец

Старики утверждают: колодец появился задолго до того, как люди научились возделывать землю и строить избы. Он стоял здесь, когда леса были непроходимыми, а реки текли по иным руслам. Никто не помнит, кто его вырыл и для чего. Одни говорят, что это дело рук неведомых существ, живших до первых людей. Другие шепчут, что колодец – рана в теле мира, сквозь которую просачивается нечто иное.

Проход в неизвестное измерение

Легенда гласит: колодец открывает проход в мир, не похожий ни на Навь, ни на Явь, ни на Правь. Это место, где законы реальности искажены, а время течёт вспять. Там, за чёрной водой, простираются земли, которых нет на картах, и бродят создания, чьи имена забыты даже богами.

Чтобы попасть туда, нужно:

дождаться ночи, когда луна скрыта за тучами;

прошептать старинное заклинание, известное лишь немногим;

опустить в воду серебряный предмет, как жертву.

Тогда поверхность колодца задрожит, словно живая, и откроется путь. Но те, кто осмелился шагнуть в эту тьму, либо не возвращались, либо возвращались… изменёнными.

Злые духи до сотворения миров

В том мире, куда ведёт колодец, обитают духи, существовавшие ещё до того, как были созданы Навь, Явь и Правь. Они не знают добра и зла в человеческом понимании – для них эти понятия столь же бессмысленны, как цвет для слепого. Их природа – хаос, их цель – нарушение порядка.

Эти духи:

могут принимать любые облики, от прекрасных до чудовищных;

питаются страхом и сомнениями тех, кто к ним приходит;

знают тайны, которые лучше не слышать смертным.

Говорят, один из таких духов однажды вышел через колодец в Явь. Он принял облик странника и поселился в деревне, но каждую ночь уходил к колодцу, чтобы шептать что-то в чёрную воду. Когда его разоблачили, он исчез, оставив лишь след из засохших цветов и странный звук, похожий на смех.

Что чтили существа того мира

Несмотря на свою чуждую природу, обитатели того измерения признавали один закон – союз истинных пар. Для них это было нечто священное, нечто, что они не смели нарушать. Если двое людей шли к колодцу, держась за руки и клянясь в вечной любви, духи отступали. Их сила не могла коснуться тех, чьи сердца были едины.

Почему так? Легенда не даёт ответа. Возможно, даже в хаосе есть место для порядка, а в бездне – для света.

Законы, которые не писаны

Для остальных правил не существовало. Духи могли:

искажать пространство, заставляя путников блуждать на одном месте;

показывать видения, которые сводили с ума;

забирать голоса, память или даже тени тех, кто не смог устоять перед их волей.

Но если человек приходил с чистым сердцем и без страха, духи иногда даровали ему дар – знание, которое нельзя получить в Яви. Правда, цена за это всегда была высока.

Почему боги не знали этого мира

Даже верховные боги – Сварог, Перун, Макошь – не ведали, что скрывается за чёрной водой колодца. Возможно, этот мир был создан до них, а возможно, он существует вне их власти. В любом случае, ни один из богов никогда не пытался проникнуть туда или запечатать проход. Может, они боялись. А может, знали: то, что спит в глубине, лучше не тревожить.

Что осталось от легенды

Сегодня колодец почти зарос травой. Деревья склонились над ним, словно пытаясь скрыть его от любопытных глаз. Местные жители обходят его стороной, а если приходится проходить мимо, бросают в воду монету или кусочек хлеба – не для духов, а чтобы успокоить собственную тревогу.

Но иногда, в безлунные ночи, из глубины доносится шёпот. Кто-то говорит, что это ветер. Кто-то – что это голоса тех, кто когда-то шагнул в чёрную воду и не вернулся.

А семья Вари… Они знали больше, чем рассказывали. Но их история – уже другая легенда.