Текст книги "Закон стеклянных джунглей"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 11

Мы уселись в машину и поехали. Сил у меня на самом деле прибавилось, и я чувствовала себя превосходно. На то, что болели губа и руки, я почти не обращала внимания. Мое самолюбие грело, что верзиле досталось гораздо больше. Это факт. Ага, медицинский!

Выехав на шоссе, я прибавила скорости. Но здесь меня ждал очередной сюрприз. Снова показались те двое, которых я связала в номере гостиницы. И надо же было мне именно в этот момент вырулить! Если бы чуть позже выехала, то они вперед бы промчались. И искали бы меня там. А теперь они ясно видят мою машину. И что эти типы теперь будут делать? Даже представить себе не могу. Ну не нападать же, право? Пусть едут.

Я закурила и время от времени смотрела в зеркало заднего вида.

Наверное, Жора все-таки тут ни при чем, иначе весть о «пустышке» уже дошла бы до этих. Если они, конечно, вместе. Или хотя бы знают друг о друге. Но мужики за мной продолжают ехать, следовательно, не тому я «тайну» выдала.

Выбросив бычок, я помахала рукой в открытом окне. Пусть видят, что я помню о них. Мне тоже помахали. Как мило.

Сейчас пока ничего – пусть едут. Но ведь мне на ночевку надо будет остановиться. Как быть? Я не смогу спокойно спать, зная, что на меня в любой момент могут напасть. Обойтись вообще без сна? Возможно, конечно. Ладно, потом решу.

Мы ехали навстречу туче, и она очень быстро приближалась. Я уже почувствовала прохладный ветерок, который временами усиливался и пах грозой. Он влетал в открытое окно рывком, и становилось холодно. Я даже стекло приподняла.

Марыся вовсю зевала, и ее зевота передалась мне. Как ни крути, а ночью нам не особо пришлось поспать.

На лобовое стекло начали падать крупные, но пока редкие капли дождя. И я порадовалась, что у нас есть крыша над головой.

В этот самый момент я увидела, что какая-то женщина голосует на дороге. Видимо, у нее сломался автомобиль. Он стоял с открытым почему-то багажником. Я не могла проехать мимо. Хотела, но не могла. Желающих ей помочь не было, а ведь дождь начинается. Конечно, женщина сможет переждать его в машине, но потом вообще никому не захочется выходить и пачкаться.

Я съехала на обочину. Мои преследователи проскочили мимо.

– Ну и что тут у вас? – я подошла к ней в одной футболочке и поняла, что погорячилась. Капли дождя были холодными, а усилившийся ветер буквально срывал одежду.

– Колесо спустило, – заныла женщина. – Спасибо, что остановились.

– Долго стоите?

– Минут пятнадцать.

– А что, запаски нет? – я заглянула в багажник.

– Да вот она. Но домкрата нет. Совершенно не знаю, что делать.

– Домкрат найдется. Вы вообще умеете менять колеса?

– Никогда этого не делала.

Я посмотрела на ее маникюр и вздохнула. И какого черта я притормозила?

Естественно, я вытащила из «Фольксвагена» домкрат и принялась менять колесо. Но тут ливанул дождь. Женщина спряталась в машину. Молодец. Это только я на благо других людей жизнь готова положить, а некоторые даже ради себя задницу от стула не оторвут.

Через две минуты, а может быть и раньше, одежду на мне можно было выжимать. И трусы тоже. Копалась я еще минут пятнадцать. Все скользило. Дождевые капли бились о землю, а потом грязные отлетали до меня. Одежду надо было не только выжимать, но и постирать не мешало бы.

Закончив с колесом, я отнесла домкрат в свой багажник и постучала в окно.

– Женщина, совести у вас нет. Хоть бы за компанию помокли, – не сдержалась я от упрека.

– Но какой смысл? Я очень благодарна вам, что помогли. Вот возьмите, – она протянула мне сто долларов.

Богачка, тоже мне, нашлась. Но привередничать я не стала. Будет на что одежку кое-какую купить. Я взяла купюру и пошла в свою машину.

Как мне было жалко садиться на сиденье в таком виде. И что я сделала? Бесплатное стриптиз-шоу. Я сняла с себя почти все. Машины сверкали мне фарами, а одна даже притормозила. Пришлось сказать проезжим мужичкам, куда им стоит пойти.

Кое-как я достала из сумки полотенце, потом юркнула в салон и сняла с себя мокрое нижнее белье. Хорошо, что рядом животное женского рода. Не особо стесняет.

Перегнувшись через сиденье, я достала сухое белье и переоделась. Было неудобно, но кое-как мне удалось переодеться. Потом я чуть посушила волосы полотенцем и причесалась. В салоне автомобиля было тепло и уютно после уличной-то разбушевавшейся стихии. Я согрелась и теперь, взбодрившаяся, чувствовала себя вполне нормально.

Дождь продолжал лить как из ведра. Я включила «дворники», но они не слишком помогали. Видимость была очень плохой. Значит, придется немного постоять.

Я нашла на радио волну со спокойной и лирической музыкой и расслабилась. И тут заметила, что к моей машине кто-то подошел и постучал в окно. Лицо приблизилось к стеклу, залитому потоками дождя, и я увидела… Жору. Удивлению моему не было предела.

– Ты как здесь? – Я чуть опустила стекло.

– Пустишь? – вместо ответа спросил он.

– Давай.

Георгий кому-то махнул, обежал машину и уселся на сиденье рядом со мной.

– Ты весь мокрый, – застонала я, видя, как вода стекает с него и впитывается в бархатную обивку.

– А ты как думала? Дождь на улице. Каким мне еще быть?

– Как ты тут оказался?

– За тобой на попутке ехал.

– Зачем?

– Как зачем? Я так понял, что тебе нужна моя помощь, – широко улыбнулся мужчина.

– Ничего подобного. Я и сама неплохо справляюсь.

– А что это у тебя? – Георгий показал на разбитую губу.

– Бандитская пуля.

– Опять с кем-то подралась? – засмеялся Жора. – Первый раз встречаю девушку, которая постоянно машет кулаками.

– Может, и последний. Так все же почему ты здесь? В парк не пришел, а теперь решился? – мучил меня вопрос.

– Я не смог подойти. Не успевал. А твоего телефона у меня не было. Сама не захотела номер дать.

– Все понятно. Но зачем надо было меня догонять? А если бы мы не встретились? Ты мог не заметить мою машину, или я с дороги свернула бы…

– Но ведь этого не произошло, – радовался Георгий.

– И что теперь? Поедешь со мной? – ужаснулась я.

– Да. Буду тебя охранять.

– Только этого мне не хватало!

– Ты против?

– Еще как. А ты сам не понимаешь? Зачем мне лишние проблемы? Еще случится с тобой что, – сердито сказала я.

– Если так, я могу и обратно податься, – Жора как-то сразу сник. – Только разреши хоть дождь переждать. Сейчас ни одну машину не поймаешь.

– Ты и потом не поймаешь. Кто тебя, мокрого, возьмет?

– Ну, не скажи. Мир не без добрых людей.

– Да уж, преподнес ты мне сюрприз…

Я замолчала. Дождь еще не кончился, но стал слабее, и я двинулась вперед.

Георгий тоже молчал. Видимо, понял, что совершил глупость.

Я же гадала: почему он ее совершил? Если я так ему понравилась… Но это глупо. Можно по-другому все устроить. И потом, я дала ему понять, что у нас ничего не получится. Не хочет терять меня из вида? Но если он охотится за мной, то должен был подумать, что все бесполезно. Не поверил? Решил, что я пошутила? А мог понять и то, что я его подозреваю. Следовательно, будет особенно аккуратным. Впрочем, он запросто может застать меня врасплох. Я вроде как не жду нападения с его стороны. А вдруг он сообразил, что камни именно я могла перепрятать? Поэтому ждет наилучшего случая. Ведь выспрашивать будет.

Я тряхнула головой. Вот смешно, если все мои домыслы – просто плод буйной фантазии.

– Кем ты работаешь? – решила спросить я.

– Менеджером.

– Сейчас все менеджерами называются, куда ни плюнь. Просто тошнит. Менеджер по работе с клиентами, менеджеры по рекламе, менеджеры по офису, менеджеры по клозету и много-много других менеджеров. Ты по какой части?

– Я по рекламе, – нисколько не обидевшись, ответил Жора.

– И что рекламируешь, можно узнать? Только саму рекламу не толкай.

– Медицинские приборы. Кстати, решил воспользоваться случаем и с собой несколько прихватил. Буду заодно работать. Не все города нами пока охвачены. Счастливый случай съездить в Антоновск.

– Я думала, ты от чистого сердца, а ты… Даже грустно стало.

– Поехал я от чистого сердца.

– Верю, верю.

– Как твоя Марыся поживает? – Георгий оглянулся назад.

– Как видишь. Замечательно.

– Ну, рассказывай, что нового произошло?

– Все по-старому. Новостей никаких.

– Ну и ладно. Не хочешь – не говори. Я есть хочу. Давай у кафе какого-нибудь остановимся, – предложил Жора.

– Конечно. У ближайшего тормозну.

У меня в голове созрел блестящий план. Я его там оставлю, а сама уеду. Придумает, как выбраться. Не на улице же оставлю. В сухом и теплом месте, где и поесть можно, если долго транспорта в свою сторону не дождется.

На душе стало веселее. И, словно радуясь вместе со мной, погода прояснилась. Выглянуло солнышко, и где-то почти на горизонте показалась радуга. Вернее, ее кусочек.

Я увидела на дороге закусочную и свернула к ней.

– Закажи пока что-нибудь. Я переоденусь, – попросила я Георгия.

– Зачем тебе переодеваться? Ты и так хорошо выглядишь.

Я пожалела, что успела до него снять с себя мокрую одежду. Был бы хороший повод.

– Ладно. Идем. Только Марысю я не буду брать. Захватим для нее еду.

– Как хочешь.

Я нехотя вышла и поплелась за Жорой. Войдя в закусочную, я чуть не ринулась назад. За дальним столиком сидела неразлучная парочка и трапезничала.

Георгий заметил мое движение.

– Что такое?

– Не хочу с теми ребятами встречаться.

– Почему? – навострил он уши.

– По кочану. Не хочу, и все.

Парочка уже меня заметила, но с места мужики не вскочили. Уже хорошо. Может, они решили на время объявить перемирие?

– Мы не будем проситься к ним за столик. Свободных полно, – поддразнил меня Жора.

Мы уселись. Есть я не хотела. Все мои мысли были направлены на то, как бы отсюда смыться поэлегантнее. И оставить всех с носом.

– Что будешь заказывать? – Георгий, наверное, на самом деле проголодался. Глаза у него при виде меню загорелись и забегали, выискивая в нем, что бы такого съесть вкусненького.

– Везет мне на компанию, – пробормотала я почти под нос. – Вечно они где-то рядом.

– Что ты там говоришь? – переспросил Георгий.

– Я, кажется, кошелек забыла.

– Я тебя пригласил, и разреши мне хоть сегодня заплатить.

– Ты же знаешь мои принципы, – не сдавалась я.

– Перестань.

– Сам перестань. Я буду платить сама.

– Хорошо. Я заплачу, а ты потом отдашь, чтобы тебе сейчас не ходить туда-сюда.

На все у него есть ответы и советы. А если я сейчас придумаю еще один повод отлучиться, то это уже будет выглядеть подозрительно.

Я примолкла и заказала себе кофе.

– И все?

– Пока да. Сейчас согреюсь, потом решу. Мы же никуда не торопимся?

– Конечно, нет. Я просто думал, ты решила поскромничать.

Так хотелось сказать Жоре, что он уже успел мне надоесть за тот промежуток времени, что мы рядом. Слова готовы были сорваться с губ, и мне стоило немалых усилий задержать их.

Но в конце концов я подумала, что не обязана скрывать то, что собираюсь уехать. Я допила чашечку кофе и произнесла:

– Георгий, дальше я поеду одна. Я так решила.

У него округлились глаза.

– Почему?

– Потому что я так хочу. Мне так удобнее. Так что зря ты за мной ехал.

– Женя, я не понимаю. Я чем-то тебя обидел?

– Нет. Ты взрослый человек и должен понять. Мне надо ехать одной.

Георгий опустил глаза, потом поднял и посмотрел на меня.

– Ты не можешь запретить мне следовать за тобой. Если не хочешь, чтобы я сидел рядом, я буду в другой машине, но все равно поблизости.

– Ну и глупо. – Мне еще только огромной любви не хватало. Если это любовь, конечно.

– Пусть так. Мы совершенно разучились совершать глупости. Кто-то, похоже, говорил. Кажется, в фильме «Ирония судьбы». Помнишь? Мы не способны на глупости. Так вот – я не такой. И я докажу тебе это.

– Пока. Можешь заплатить за кофе.

Я встала и быстро пошла на выход. Естественно, парочка двинулась за мной. Георгий увидел это и тоже вскочил.

Запрыгнув в «Фольксваген», я газанула с места. Мужики как раз выбегали, когда я специально проехала мимо закусочной и окатила их водой из лужи. Очень кстати она тут образовалась.

Я видела, как они махали руками и, видно, ругались. Двое побежали в сторону, видно, там стоял их автомобиль. А Жора кинулся к какому-то «КамАЗу». Самое хорошее средство меня догнать. Я улыбнулась в зеркальце сама себе.

Решив больше ни на кого не обращать внимания, я ехала вперед. Чашечка кофе пошла мне на пользу – я взбодрилась. И то, что я сказала Георгию в глаза то, что думаю, лишь прибавило сил.

Теперь мне надо было найти место, где я могла бы скрыться от преследователей – от всех! – и спокойно переждать ночь. Хотя еще только вечер, но лучше подумать об этом заранее. Неизвестно, удастся ли мне скинуть всю эту свору с хвоста.

Глаза сами посмотрели в зеркальце. За мной ехали все. Какие молодцы! Никак не хотят оставить меня в покое! Приятно. Такая честь.

Интересно, а если так ехать и ехать, они сами спать захотят? Впрочем, им проще. Особенно парочке. Сменять друг друга смогут. Но ведь ночью и скрыться легче. Подумаешь, огни впереди светят. Они ведь непонятно какой машине принадлежат.

В общем, я решила ехать до темноты, а там уже действовать по обстоятельствам. Лишь бы сил хватило. И Марыся в туалет не захотела, а то поднимет тут скулеж. Над животными нельзя издеваться. Только над человеком.

Водитель «КамАЗа» не побоялся участвовать в гонке. Сколько же Георгий ему денег пообещал? Вон как резво он летит, на всех парах. Пустой, наверное.

А Жора все-таки странный. Не влюбленные у него глаза, хоть и старается сделать вид. Надо с ним осторожнее, как и со всеми.

Вот, казалось бы, на первый взгляд простое дело мне выдалось. Кто же знал, что за ним такая ниточка потянется. А главное, рука не поднимается разобраться с мужиками более конкретно – они же вроде как без оружия.

Но с другой стороны – я ведь ценности везу, как ни крути. И кто знает, на какую сумму. А вдруг у меня в машине миллионы? А если в долларах? Вообще обалдеть! Но как Виктория Леопольдовна решилась? Сколько раз задаю себе этот вопрос – никак не могу понять. Наверное, от отчаяния, ситуация была или казалась ей безвыходной.

Я решила позвонить в Тарасов, в больницу. Что ж это я? Ведь можно узнать, как старушка себя чувствует. Телефон забыть я еще не успела.

– Алло, вас беспокоит родственница Курляндской Виктории Леопольдовны. Вы не подскажете, как она себя чувствует? – спросила я у дежурной сестры.

– Курляндская? Сейчас, – какое-то время трубка молчала. – Виктория Леопольдовна чувствует себя хорошо. Скоро может выписываться.

– Хорошо? Она выздоравливает?

– Да. Мы перевели ее в общую палату. Со дня на день выпишем.

– Отлично. Спасибо большое.

Я положила телефон в карман. Значит, моя старушка выздоравливает. На самом деле хорошая новость. Вот уж мы с ней попьем чайку, как только я сдержу обещание и вернусь. Уж я из нее всю информацию вытрясу! Никуда она от меня не денется.

Я снова улыбнулась. А что? Интересно будет послушать ее историю с самого начала.

Глава 12

Прибавив скорость, я постоянно оглядывалась назад. И совершенно не заметила гаишников. Видно, рядом находился населенный пункт, а я знака не увидела. В общем, меня тормознули за превышение скорости.

Мои преследователи вовремя это заметили и благополучно, скинув газ, проехали мимо.

– Ну что, гражданочка? – подошел ко мне толстый мужик. – Почему правила нарушаем?

– Простите, я не заметила знака. – А что еще я могла сказать? – Готова понести наказание.

– Это хорошо, что вы готовы. Но дело ведь не в том. А если бы происшествие на дороге произошло по вашей вине? Тогда как? Выписываю вам штраф.

– А может, вы сами меня оштрафуете? – Я вспомнила про те сто долларов, что милостиво дала мне женщина, которой я меняла колесо. – Очень вас прошу. Пожалейте бедную девушку.

Я взяла в руки купюру.

– Мы обязаны выписать вам штраф.

– Но, быть может, вы пойдете навстречу?

Я видела, что мужик колеблется. Больно ему хотелось получить сто долларов. Сумма немаленькая.

– Вот все вы так просите… А с нас потом спрашивают… – начал мяться он.

– Мужчина, ну сделайте одолжение!

Мужчина сделал мне одолжение. Он взял деньги и отпустил меня на все четыре стороны. Правда, нужно мне было только в одну.

Теперь я ехала не торопясь. Все мои преследователи впереди, так что, наверное, поджидают где-нибудь. Не будем к ним спешить.

А вот и «КамАЗ». Ждет, родимый, у дороги. Я решила не останавливаться.

Естественно, как только я проехала мимо, огромная машина двинулась за мной.

«Чего Георгий добивается? Зачем он едет за мной? – размышляла я. – Если бы хотел снова встретиться, то вышел бы из машины и стоял у дороги. Рукой махнул бы. А он этого не сделал».

Я решила, что все-таки много у нас сумасшедших водителей. Вот зачем, спрашивается, водителю «КамАЗа» какие-то приключения? Или ему делать нечего? Едет пустым и решил чуточку поразвлекаться?

Я не торопилась. «КамАЗ» начал выделывать кренделя. Он то ехал рядом со мной, то снова оказывался позади, когда приближались машины по встречной полосе. Так его и мотало туда-сюда.

Честно говоря, меня это обстоятельство очень напрягало. Как жаль, что здесь нет поста ГИБДД. Вечно они где не надо стоят.

Мне приходилось тщательнейшим образом следить за дорогой, чтобы самой куда-нибудь не врезаться и чтобы «КамАЗ» по дурости своей не пострадал. Я даже остановиться хотела. Но потом подумала, что Жора только этого и ждет – чтобы я сдалась. Не получит он такого удовольствия!

Так мы ехали некоторое время. Затем водитель грузовой машины сменил тактику. Он стал втискиваться передо мной. Едет впереди и мешает. Специально снижает скорость, чтобы я дергалась.

Из-за него я не видела дороги, потому что фура постоянно виляла и закрывала обзор. Не выругаться я не могла. Что он затеял?

Я сбавила скорость и немного отстала. Водитель тут же заметил это и сделал то же самое. Если бы я сидела в такой же огромной машине, то стукнула бы их хорошенечко, чтобы впредь неповадно было под ногами мешаться. Но мой «Фольксваген» не выдержал бы такого удара.

Я увеличила скорость и попыталась обогнать «КамАЗ». Он также рванул вперед и продолжал вилять.

Что там дальше произошло впереди, я не видела, но только «КамАЗ» стал вдруг резко разворачиваться. И настолько резко, что я буквально видела, как его заносит. И тут водитель, наверное, решил ко всему прочему и тормознуть.

Я тоже быстро нажала на тормоза. И видела, как в кино: вся махина грузовика с легкостью перевернулась на бок, проехала так какое-то расстояние и затихла. Только колеса продолжали крутиться.

Выбежав из машины, я поспешила к пострадавшим. Наверное, водитель неверно рассчитал возможности своей машины. Может, не учел, что она пустая, без груза. В этом я уже не сомневалась.

Я подбежала со стороны окна и заглянула внутрь. Стекло треснуло, и рассмотреть, что с мужчинами, было трудно. Если его выбить, я могу их еще больше поранить.

Схватив сотовый, я позвонила в Службу спасения и «Скорую помощь». Затем мне пришлось лезть на верх кабины, то есть на ее второй бок, чтобы попытаться открыть дверь и узнать, живы ли «герои».

Из кабины послышались ругань и стук. Били по той же двери, к которой лезла я. Общими усилиями нам удалось ее открыть. С этой стороны было место водителя.

– Ну как вы? – я посмотрела внутрь.

Водитель кое-как держался, растопырив ноги, чтобы не наступить на Жору. Тот лежал в самом низу и не подавал признаков жизни.

– Как видишь, – водитель снова выругался.

– Надо стекло разбить, чтобы его вытащить, – показала я на Георгия.

– Давай, круши, что осталось, – с каким-то злорадством сказал он.

– А нечего было лихачить. Совсем, что ли, голову потеряли?

– Помоги вылезти. – Мужик никак не мог вскарабкаться наружу.

– Сам давай.

Я спустила одну ногу и постаралась как можно сильнее ударить по стеклу. Оно разбилось не сразу, но потом все же рассыпалось на мелкие кусочки. Спрыгнув на землю, я подбежала снова со стороны Жоры. Теперь хотя бы можно было его вытащить из кабины.

Водитель уже стоял на дороге, и я махнула ему рукой.

В это время к нам подбежали еще какие-то люди. Они стали помогать вытаскивать Георгия. Другие машины объезжали нас, благо место для проезда оставалось – «КамАЗ» с дороги почти съехал.

– Это как же тебя, браток, угораздило? – наперебой интересовались все у водителя.

– Вам скажи! Сами захотите. – Мужик нервно закурил сигарету и смачно сплюнул.

Мы вытащили Жору на траву. Пульс у него прощупывался. Да и особых повреждений на первый взгляд не было видно.

– Жора! – стала я его тихонечко звать. – Жора, очнись же!

На голове у Георгия виднелась здоровенная шишка.

– Ты меня слышишь? – закричала я.

– Ну зачем так громко! – застонал Жора и открыл глаза. – А, это ты… Тогда понятно. Совсем ты меня не жалеешь.

– Да пошел ты! – разозлилась я на него. – Вам жить надоело? Придурки! – на душе мне стало легче, и теперь можно было ругаться. – Чего вы так вильнули?

– Ничего не знаю, ничего не помню. – Георгий попытался приподняться, но толпа присутствующих дружно уложила его обратно.

– Но меня ты помнишь?

– Тебя? Помню. Только имя… Как твое имя?

– Я гляжу, с тобой все в порядке. – Я поняла, что он просто издевается надо мной. – Значит, счастливо оставаться. Скоро тут будут специалисты: медики, спасатели, инспекторы, – сказала я на тон ниже. – Они окажут вам необходимую помощь, а мне пора.

– Подожди. – Георгий сел. – Ты не можешь бросить меня в таком положении.

– Могу.

– Не можешь!

– Я за дураков отвечать не могу.

– Женя!

Я пошла к своей машине. Надо же, и имя сразу вспомнил.

Марыся вертелась в салоне, поскуливая.

– Бедная моя, я совсем забыла, что и тебя надо было выпустить. Ну иди, побегай чуток, только не пропадай.

Марыся пустилась к месту аварии. Мне пришлось снова пойти туда.

Собака подбежала к Георгию и уставилась на него. Жора увидел Марысю, обнял ее за шею, притянул к себе и сказал:

– Ну хоть ты меня не забываешь, – он чуть не расплакался. – Марысечка.

Марысечка стала лизать ему лицо. От увиденного у меня глаза на лоб полезли. Отчего у собаки такое чувство к почти незнакомому человеку? Или ей мужского внимания не хватает?

Я позвала собаку к себе. Она подбежала, ткнулась мне в колени, а потом снова очутилась возле лежащего Георгия. Он посмотрел на меня, и в его взгляде ясно читалась радость.

– Она меня тут не бросит, – сказал он мне.

– Так вот с кем у тебя роман, – решила я пошутить. – А я думала, ты за мной увязался.

– Марысечка… – Жора гладил собаку по спине, трепал ее уши и даже поцеловал в морду.

Такого представления я терпеть больше не могла. Я не стала снова звать боксера, просто отошла в сторону и закурила.

Очень скоро приехала «Скорая помощь» и спасатели. Впрочем, вторые тут же уехали, когда поняли, что спасать никого уже не надо, а врачи стали осматривать пострадавших. Я и не смотрела, что они там с ними делают. Пусть Жоре самый больной укол засадят – мне без разницы!

Ко мне подошла женщина в белом халате.

– Ваш знакомый отказывается от госпитализации, – сказала она мне.

– Какой знакомый?

– Ну, вон тот мужчина, – она показала на Георгия, который, в свою очередь, помахал мне рукой. – В общем, травма у него не очень тяжелая. Возможно, сотрясение небольшое, но не факт. Он хочет написать расписку об отказе и говорит, что едет с вами в Антоновск. И как только прибудет на место, покажется врачам.

– На самом деле ничего серьезного? – переспросила я, еще надеясь, что Жору увезут-таки в больницу.

– Нет. Им повезло. И водителю тоже.

– Но Георгий был без сознания сначала.

– Бывает. Обследование, конечно, нужно. Но против воли забрать мы его не можем. Сами потом проследите, чтобы он сходил к врачу.

Женщина не стала больше ничего мне объяснять. Повернулась и быстро пошла к толпе. Я пожала плечами. Ловко он придумал. Теперь я действительно не смогу его оставить.

Приехала ГИБДД, и начались опросы, замеры и все прочее. Я посмотрела на часы. Да, времени теряется очень много. Пора бы и ночлег искать. Скоро там Георгий освободится? И Марыся все время возле него почему-то крутится…

Я почувствовала некоторую ревность. Но я ревновала не Жору к Марысе, а ее к нему. Мне стало немного обидно, что она так запросто променяла меня на этого разговорчивого типа. Чем он сумел привлечь ее?

Впрочем, какое мне до всего этого дело! Я ведь не хозяйка. Я просто везу собаку породы боксер внуку Курляндской. И не моя забота, к кому какие чувства собака испытывает. Это Вероника Леопольдовна к своей собачке никого не подпускает. Кажется, даже кобелей за три версты обходит специально, чтобы они к ее девочке не пристали. А я человек совершенно левый. Я просто работаю.

Я еще раз посмотрела на часы. И в этот самый момент Марыся и Жора наконец-то подошли ко мне.

– Скажи спасибо, что я не представился твоим мужем, – улыбнулся Георгий.

– Попробовал бы… Я бы быстро поставила тебя на место. Что ты намерен делать дальше?

– Думаю, надо где-нибудь переночевать. Место найти, а то скоро стемнеет.

– И где нам найти такое место?

– Проедемся, придумаем что-нибудь.

– Как у тебя все просто!

Мы уселись в машину и двинулись вперед. Жора рассматривал карту.

– Не будем долго искать. Скоро деревушка будет. Можно там попроситься на ночлег.

– Думаешь, нас вот так просто и пустят?

– Кстати, мы можем переночевать в каком-нибудь стоге сена. Это так романтично! – загнул Жора.

– Какое сено? Оно все уже кончилось, а нового еще нет. Весна на улице. О чем ты говоришь?

– Неправда. Всегда можно найти старый стог сена.

– Но ведь там холодно.

– Вдвоем нам не будет холодно.

– Ты имеешь в виду – вдвоем с Марысей? – подколола я Георгия.

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Втроем мы тем более не замерзнем. Положим тебя посередине.

– Хватит говорить глупости. Я не собираюсь спать на улице. Хочешь ты – пожалуйста. А я всегда в машине смогу уместиться. И Марыся тоже.

– Ну, мы еще посмотрим…

Я увидела указатель и свернула. Хорошо, что никого из тех, кто претендует на шкатулку, рядом не было. Во всяком случае, я не заметила их.

Выбора большого не было, и я уже смирилась с тем, что ночь придется провести в машине. Неприятно, конечно, но кто сейчас, в наше время, согласится впустить чужих людей в дом переночевать? Пусть это даже и не город, а всего лишь небольшой поселок. Лично я бы не пустила никого.

Хотя, если задуматься, я-то как раз и впустила. Впустила к себе этого Георгия, про которого ничего не знаю. И у меня даже возникают иногда подозрения на его счет. Разве я умная? Не скажешь.

– Тормозни, – попросил Жора, когда мы проехали несколько домов. – Я хочу сходить поговорить с хозяевами.

– Давай.

Я послушно остановилась. Георгий взял с собой Марысю и пошел стучаться в ближайший дом.

Дверца машины осталась открытой. Воздух был прохладным и пах деревней. Здесь сочетались запахи травы, навоза, цветущих деревьев… И даже запах чистоты, если можно так сказать. В общем, романтическое настроение захлестнуло меня. Да еще раздавалось мычание коров во дворах, с разных сторон доносился лай собак. И в то же самое время – тишина. От трассы мы прилично отъехали.

Жоры довольно долго не было. Я даже волноваться начала. Но тут прибежала Марыся, как всегда, ткнулась мне в ноги, а потом помчалась обратно.

Я продолжала сидеть. Собака остановилась, вернулась на несколько шагов и снова повернула морду к дому. И я сразу поняла, что она приглашает меня за собой. Разве что на человеческом языке не сказала мне это.

Обойдя дом, я увидела во дворе пожилую женщину, которая намывала крыльцо, и Жору.

– Женя, знакомься, это тетя Дуня. Она разрешила нам переночевать у нее.

Я дар речи потеряла.

– А вы проходите, что там встали, – кивнула женщина мне. – Сейчас домою, молока вам принесу. Ваш брат сказал, что вы молока хотели. Да и переночевать можно. Отчего хороших людей не впустить.

– Вы так сразу определяете, хороший человек или плохой? – не могла не спросить я.

– А что тут определять? Так по собаке же сразу видно, – весело засмеялась женщина. – Какова собака, таков и хозяин. А собачка ваша не кидается, не лает по-пустому. Милая очень. И с кошкой моей уже подружилась. У меня раньше тоже была собака, но померла. Старая была. Только будка и осталась.

Ну что тут скажешь. Я, конечно, была рада такому повороту дел.

– И машину вашу сюда можно будет загнать. Я ворота на ночь закрою. Так что ничего с ней не случится.

Женщина вылила грязную воду под куст сирени, ополоснула ведро водой из другого ведра, а потом пригласила в дом.

– Давайте я тогда сразу машину загоню, чтобы потом в темноте не задеть что-либо, – сказала я.

Жора пошел с хозяйкой в дом, Марыся возилась с кошкой, а я вернулась к машине.

Мне не хотелось оставлять шкатулку в салоне «Фольксвагена». Я подъехала к повороту за дом, чтобы меня из окон не было видно, остановилась, вынула из-под сиденья шкатулку в пакете и сунула пакет в пустую собачью будку. Думаю, никто сюда не полезет. Потом поставила машину и тоже пошла в дом.

Тетя Дуня накрывала на стол. Она показала, где можно вымыть руки.

– Только баньку я сегодня не топила. Так что просто воды погреть можно, ноги помыть. А пока садитесь кушать.

Все-таки деревенская еда непонятным образом отличается от городской. Вроде и продукты те же, но… другие. Я не только о молоке говорю, но и о картошке тоже. А может, просто масло, на котором она жарится, настоящее. Свое. Укроп душистее, хлеб вкуснее, солености – пальчики оближешь.

Марысю тоже ждал превосходный ужин. А весь оставшийся вечер она прогонялась на улице. Потом тетя Дуня заперла ворота, проверила свое хозяйство, показала нам, где свет выключить, а сама легла спать.

Мы остались сидеть на крыльце у дома. Фонаря рядом не было, но свет из помещения слегка рассеивал неимоверную темноту. Такой в городе тоже не увидишь.