Текст книги "Умереть легко и приятно"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

– Вызывайте милицию, или я все равно это сделаю сама! – не выдержала я.

– Под вашу ответственность! – Дама-администратор решилась наконец на гражданский поступок. – Вызывайте сами!

И она протянула мне через стойку телефонный аппарат.

– Ну спасибо! – сказала я и набрала всем знакомые две волшебные цифры.

– Милиция… – раздался холодный женский голос с противоположного конца провода.

– Вам звонят из гостиницы «Братислава». У меня есть основания полагать, что в моем номере заложена бомба! – сказала я.

– Какие такие основания? – удивилась женщина-диспетчер.

– Самые веские! Так вы принимаете вызов или нет?

– Откуда вы звоните?

– Я же сказала – из «Братиславы»! Наш номер один три ноль восемь! У нас в номере бомба!

– Вы знаете, что за ложный вызов вы несете уголовную ответственность? – уточнила суровая милицейская дама.

– Разумеется! – почти закричала я в трубку.

– Хорошо, бригада выезжает, ждите!

Трубку повесили. Я вздохнула и поймала совершенно обалдевший взгляд администратора.

– Так это правда? – спросила она, еле сдерживая дрожь в голосе.

– Сейчас узнаем, вот только дождемся милиции… – спокойно сказала я и пошла к Станиславу. Тот стоял недалеко от выхода, рядом с телевизором. По телику показывали какой-то комедийный сериал. На фоне общей накаляющейся обстановки веселая музыка и постоянные взрывы хохота за сценой звучали как-то жутковато и сюрреалистично.

– Ждем ментов! – сказала я Стасу, присаживаясь рядом с ним на диван.

– Слушай, а точно в телефоне бомба? Ты не ошиблась? – спросил он.

Я достала диктофон и дала ему послушать запись.

– Если это и утка, то пусть лучше будет неприятная разборка с ментами, нежели тебя в клочья разнесет в тот момент, когда ты захочешь позвонить мамочке в Москву!

– Да уж… Выходит, вчера этот Панов не просто угрожал! – сказал Станислав.

– Выходит, что так!

Через десять минут приехала милиция. Два милиционера и высокий молодой человек в строгом штатском костюме. Красивый брюнет с мужественным лицом и большими карими глазами – симпатяга, почти Нэш Бриджес!

– Старший оперуполномоченный Лисовский! – представился высокий красавец администратору. – Так в каком номере бомба?

– У них! – ткнула в нас пальцем администратор. – Это вот девушка вас вызвала.

– У нас, у нас! – ответила я. – В номере заминирован телефон.

– Позволю себе поинтересоваться, почему вы так решили? – скептически осведомился Лисовский.

Я в очередной раз достала диктофон и продемонстрировала ему разговор двух типов у нас в номере.

– Интересная штука! – заметил Лисовский. – Откуда такая у вас?

– Это в данный момент не имеет ровным счетом никакого значения! – ответила я. – Вы понимаете, что у нас в номере взрывное устройство?

– Похоже, что так оно и есть. Но теперь я должен вызвать саперов. Подождите минуту…

Он взял у одного из ментов радиопередатчик и начал вызывать группу саперов.

– Пускай саперы выясняют, есть там бомба или нет! А пока они едут, я должен кое-что выяснить о вас… – сказал он, вернувшись к нам со Станиславом.

Станислав рассказал ему про себя и поведал свою историю, как пошел прогуляться по мосту и чем все это кончилось.

Тот озадаченно покачал головой:

– Интересная история! Почти неправдоподобная!

– Да уж, весьма интересная! – ответила я.

– А вы, значит, телохранитель? – Лисовский вопросительно посмотрел на меня.

– Да, а что, не похоже?

– Признаюсь честно, нет! – улыбнулся он.

– Тем не менее это так! – сказала я и протянула ему свою лицензию.

Он внимательно ее прочитал, кивнул и вернул мне.

– Хорошо! Телохранитель так телохранитель! Значит, вы говорите, что отнесли заявление в милицию еще три дня назад? – Он снова обратился к Станиславу.

– Да, где-то так… – ответил тот.

– Странно, что я ни о чем таком не слышал. Дело было довольно громкое, но версия о том, что Максимовская совершила самоубийство, была железной, и никто и не думал ставить ее под сомнение. Я постараюсь прояснить вопрос с вашим заявлением. Только завтра вам придется приехать к нам в отдел. Надеюсь, возражений у вас не будет?

У Станислава возражений не было. У меня, разумеется, тоже. Тем более что в это время в холл как раз вошла группа саперов. Пятеро молодцов в лихо заломленных беретах и камуфляжной форме, двое из них несли большие чемоданы.

– Кто здесь главный? – спросил один из них, с погонами капитана.

– Старший оперуполномоченный Лисовский, – представился ему уже знакомый нам опер.

– Капитан Завьялов, – небрежно откозырял капитан. – Надеюсь, у вас достоверная информация о взрывном устройстве?

– Вполне!

– Тогда я попрошу вас организовать полную эвакуацию этого здания!

Что тут началось! Лисовский вызвал по радио еще несколько машин, и милиция полностью оцепила гостиницу.

К чести администрации «Братиславы» надо сказать, что эвакуацию они организовали почти идеально, без сучка и без задоринки. За какие-то десять-пятнадцать минут на улице рядом со зданием были собраны около ста человек – весь наличный состав гостей и персонала. Люди, конечно, были в шоке – и это мягко сказано. Все спрашивали друг у друга, что случилось. При этом выдвигались самые разные версии. В основном, конечно, досталось чеченским террористам.

– Это они, проклятые! – доверительно докладывала Лисовскому какая-то старушка. – Сама видела, как вон тот бомбу нес!

И она показала на жгучего усатого грузина или дагестанца, мирно стоящего рядом.

– Зачем обижаешь, слушай! – обиделся тот. – Я изюм привез тебе продавать, какая бомба, слушай! Сейчас пойдем ко мне в номер – я тебя изюмом угощу! Такая старая женщина, а что говоришь!

Откуда ни возьмись, возникли телевизионщики со второго канала. Ну прямо как в кино про Америку! Менты почему-то начали отгонять журналистов от места происшествия. Но Лисовский их остановил:

– Пусть себе снимают, все равно информация просочится так или иначе.

Прошло еще двадцать минут напряженного ожидания. И вот наконец на крыльце отеля вновь появились саперы. Капитан Завьялов с видом победителя нес специальный контейнер для переноски взрывчатки. Судя по всему, там лежал наш злополучный телефонный аппарат. Завьялов отнес контейнер в свой «уазик», а затем вернулся к Лисовскому, который все это время стоял вместе со мной и Станиславом.

– Интересная штучка! – сказал он. – С Афгана таких не видел! А чтобы ее в телефон запихивали, так это вообще в первый раз! Рвануло бы, как только кто-нибудь снял бы трубку. Процедуру знаешь, уполномоченный? Вещдок заберешь у нас потом, как обычно!

– Знаю, не впервой! Спасибо вам! – Лисовский пожал руку капитана.

– Так это была армейская мина? – не выдержала и спросила я капитана: – Пластид с пьезовзрывателем?

Тот бросил на меня удивленный взгляд. Мол, что это еще за гражданская дамочка задает такой специфичный вопрос.

– Именно, а откуда вы знаете? – спросил он.

– Догадалась! – ответила я.

– Ничего себе, догадалась! – засмеялся Завьялов. – Эдак вы могли и сами эту бомбу обезвредить!

– Учитывая, что это именно она ее обнаружила… – как бы невзначай заметил Лисовский. – Это вполне возможно!

– И часто вы так? – спросил у меня Завьялов.

– Что? – удивилась я.

– Вот так находите бомбы в своем номере? – спросил сапер.

– Первый раз! – сказала я.

И соврала, потому что на самом деле всего два года назад, в Грозном, мне пришлось вытаскивать аналогичную бомбу из номера, где останавливалась наша группа якобы специалистов-медиков.

Правда, тогда бомба была проще и помещалась не в телефоне, а в обычном чемоданчике. Но разминировала я ее битый час. И когда мне надоело разбираться, куда идет какой проводок, я вырвала первый попавшийся из гнезда питания. И можете себе представить – у меня получилось! Но когда руководитель нашей группы майор Степанов об этом узнал – он влепил мне сразу десять нарядов. Естественно, по прибытии в Россию. Но проследить за исполнением наказания ему так и не удалось – через два дня он пал от пули чеченского снайпера.

– Желаю вам больше не находить у себя подобных подарков! – Завьялов приложил руку к своему берету и пошел к военному «уазику». Его бригада последовала за ним.

– Значит, разбираетесь во взрывчатке? – спросил меня Лисовский.

– Хобби! – сказала я.

– Хорошее хобби! – заметил он. – Так во сколько вы завтра сможете приехать ко мне?

– А разве это не вы назначаете время? – удивилась я.

Он прищурился и пристально посмотрел на меня, как будто изучал. Потом сказал:

– В вашем случае я готов сделать исключение! Так во сколько вас ждать?

Я вопросительно посмотрела на Станислава:

– Когда ты сможешь?

– В любое время, я ведь могу отменить занятия!

– Тогда давайте часов в десять. Пойдет? – спросила я Лисовского.

– Хорошо, я буду вас ждать в десять. – И он почему-то посмотрел на меня, словно эти слова относились только ко мне.

– Что-то не нравится мне этот Лисовский… – сказал Станислав, когда опер удалился.

– А по-моему, хороший парень! – ответила я. – В нашем положении помощь государственных органов совсем не помешает!

– Я пойду в номер! – сказал Станислав. – Теперь можно?

– Теперь можно, пошли! – согласилась я.

На крыльце, перед тем как войти в гостиницу, я обернулась и еще раз посмотрела на площадку перед подъездом. И неожиданно поймала взгляд маленьких злых глаз. На меня смотрел парень лет двадцати пяти, бритый, в короткой кожаной куртке и черных джинсах, заправленных в тяжелые тупоносые ботинки. Он стоял среди кучки зевак, все еще обсуждающих такое интересное для нашего тихого городка происшествие. Увидев, что я за ним наблюдаю, парень быстро отвел взгляд и торопливо направился в сторону набережной.

– Что случилось? – спросил меня Станислав, увидев, что я остановилась.

– Так, ничего. Просто кое-что заметила. Похоже, нам с тобой лучше съехать из этого отеля.

– Съехать? Куда? Зачем? – Станислав поморщился.

– Об этом я еще подумаю. В любом случае, до утра твои неизвестные «благожелатели» успокоились.

Глава 5

«Благожелатели» действительно успокоились. Или же затаились. Впрочем, мне это было совсем неважно. Как только вечером мы наконец вошли в наш обезвреженный номер, я только и сказала Станиславу:

– Дверь никому не открываешь, в случае подозрительных телефонных звонков тянешь время и будишь меня! – И пошла в свою комнату.

– А ты? – раздалось мне вслед.

– А я иду спать! И тебе советую!

– Разве уснешь после такого! – сказал Станислав.

– Привыкай! – ответила я и закрыла дверь на свою половину.

Но он, по-моему, так и не уснул в эту ночь. По крайней мере, когда я проснулась в три часа ночи, было слышно, как работал телевизор – благо в отеле транслировалось много круглосуточных каналов. Я даже почувствовала легкий укол совести, типа «это вот ты привыкла ходить под прицелом, а парню-то тяжело». Но мне очень хотелось спать, и я загнала свою совесть подальше, в темные глубины своего подсознания.

«Я сегодня уже спасла ему жизнь – стало быть, я хорошо выполняю свою работу. И какие, собственно, ко мне могут быть претензии?» – С этой мыслью я повернулась на другой бок и уснула.

* * *

– Господи! С тобой все в порядке? – первое, что спросила меня тетя Мила, когда утром я ей позвонила.

– Да, а что со мной должно было произойти? – удивилась я.

– Как?! Разве ты ничего не знаешь? По телевизору показали, как вчера из твоей «Братиславы» выносили бомбу! Неужели ты ничего не видела и не слышала?

– Не имею ни малейшего понятия об этом случае! – нагло соврала я. – Я вчера очень рано легла спать. Но раз такое дело, то, пожалуй, нам будет лучше куда-нибудь отсюда съехать. Кстати, у вас случайно нет вариантов в частном секторе?

Разумеется, у вездесущей тети Милы совершенно случайно был «вариант в частном секторе». Одна из ее подруг, тоже пенсионерка и тоже экс-юрист, сдавала квартиру в новом спальном районе нашего города, далеко от центра, что в данной ситуации меня вполне устраивало. Ведь чем дольше находишься в пути, тем проще обнаружить слежку и тем проще от нее оторваться.

Тетя Мила обещала к вечеру решить все организационные вопросы со своей подругой, а нас со Станиславом в городском управлении внутренних дел ждал респектабельный оперуполномоченный Лисовский.

– Сейчас едем в банк – предупрежу народ, что сегодня до обеда занятий не будет. А потом поедем в милицию, – сказал Станислав, выходя из своей комнаты. Вид у него был, мягко говоря, непрезентабельный – мешки под глазами свидетельствовали о полном отсутствии сна в предыдущую ночь.

– Хорошо, босс! – ответила я.

– И как ты только смогла спать сегодня! – сказал Станислав, зевая.

– Если бы ты знал, после чего мне приходилось спать сном младенца! – сказала я. – Кстати, я договорилась о частной квартире для твоего проживания. В этой гостинице нам оставаться нельзя, так что давай пакуй вещи!

– Что их паковать, их немного… – покорно ответил Станислав.

И пошел собирать свои нехитрые пожитки…

* * *

Старший оперуполномоченный Лисовский занимал небольшой кабинет на втором этаже здания городского Управления внутренних дел. Когда мы вошли, он разговаривал с кем-то по телефону.

– Не может быть! Должно было быть заявление! Ну как это нет! У меня вот живой заявитель как раз сейчас вошел! А мог, кстати, быть и мертвым после вчерашнего! Нет уж, ты, пожалуйста, разберись, что там у тебя в отделе творится! – И Лисовский раздраженно бросил трубку.

– Бардак! – сказал он. – Нет вашего заявления, пропало, испарилось! Кто его у вас принимал, помните?

– Конечно! – ответил Станислав. – Это был сержант, высокий крепкий блондин!

– Да уж! У нас по крайней мере половина подходит под ваше описание! А он вам не представился?

– Да нет, я просто подошел к дежурному и сказал, что стал свидетелем происшествия и хочу подать заявление. А тут как раз мимо проходил этот сержант. Он сказал дежурному, что мною займется. Потом мы прошли в отдельную комнату, где он дал мне бланк. Я его заполнил, он меня поблагодарил за бдительность и проводил до выхода. Вот и все!

– Уволить козлов! – зло сказал Лисовский и ударил кулаком по столу. – Столько нарушений допустили, уроды! Во-первых, дежурный должен был зарегистрировать ваш проход с указанием цели вашего прибытия, то есть написать, что вы пришли для дачи свидетельских показаний. Ничего подобного сделано не было! А сержант этот вообще не имел права брать у вас показания – на это у них есть специальный отдел! Но туда он вас не довел, следовательно, не захотел. Интересно, почему? Ладно, давайте еще раз расскажите мне, что вы там видели на мосту. Но только теперь подробнее и постарайтесь ничего не упустить!

И мне вновь пришлось выслушать историю о печальной прогулке моего клиента по волжскому мосту.

– А запись разговора тех двух типов, которые были у вас в номере, вы с собой захватили, я надеюсь?

– Конечно! – Я выложила на стол кассету из моего диктофона.

Лисовский как-то смутился и сказал:

– Знаете ли, Евгения Максимовна, боюсь, что мы не располагаем устройством, могущим воспроизвести запись на этой кассете.

– Ясно! – пожала плечами я и достала из сумочки сам диктофон. – Только не забудьте мне его вернуть, когда сделаете запись для себя!

– Обязательно! – ответил Лисовский, с интересом рассматривая технику.

Он вставил кассету в диктофон и, немного помедлив, разбираясь, как это работает, нажал кнопку воспроизведения. Мне еще раз пришлось выслушать разговор двух неизвестных телефонистов-террористов.

– Да… – задумчиво протянул Лисовский, когда запись закончилась. – Очень интересная складывается картина. Я бы даже сказал, загадочная! Похоже, вы, Станислав Евгеньевич, оказались в центре очень серьезной игры. Вот только какой, я пока вам сказать не могу.

– И что же мне делать? – спросил Станислав.

– Пока ничего. То есть делать то, что и делали раньше, – вести себя как обычно, делать вид, что ничего не произошло. А мы выделим вам охрану, чтобы с вами ничего не случилось.

– Это еще зачем? – в один голос возмутились мы со Станиславом.

– Я считаю, что ваши люди будут мне только мешать! – сказала я.

– Ой-ой! Какие мы крутые! – насмешливо сказал Лисовский. – Здесь все очень серьезно, девушка! Судя по всему, мы имеем дело с очень сильным противником – дело-то коррупцией попахивает!

– Можно подумать, что я только вчера закончила школу! – возмутилась я.

– Я не знаю, что вы там закончили, но я не могу доверить жизнь важного свидетеля штатскому лицу, тем более женщине!

– Извини, Станислав! – обратилась я к своему клиенту. – Но, как видишь, я вынуждена прекратить свою работу по твоей охране и передать тебя людям товарища Лисовского. Теперь он отвечает за твою безопасность. Считай, что наш контракт разорван!

– Как? – Станислав растерянно посмотрел вначале на меня, потом на Лисовского. – Я так не согласен! Я хочу, чтобы меня охраняла Евгения Максимовна! Мне не нужны ваши менты!

– Ну, знаете, Станислав Евгеньевич! Вы хотя бы отдаете себе отчет, какая опасность в данный момент угрожает вашей жизни?

– Отдаю! Именно поэтому я и хочу, чтобы меня продолжала охранять Охотникова!

– Тогда я попрошу вас написать заявление, в котором вы официально отказываетесь от нашей охраны.

– Хорошо, я все напишу!

– Мы, кстати, сегодня съехали из «Братиславы», – сказала я Лисовскому, пока Станислав писал заявление с отказом от услуг официальной охраны.

– Хорошо, что предупредили! – ответил тот. – Не забудьте сообщить мне свой новый адрес, как устроитесь… Ну что же, как только что-то прояснится, мы вас вызовем!

Лисовский поднялся из-за стола и пожал руку вначале Станиславу, а потом мне. При этом, когда моя рука была в его руке, он опять как-то пристально посмотрел мне в глаза и, казалось, немного задержал рукопожатие. А может, мне это только показалось? Не хватало мне еще только поклонника в стенах городского УВД!

* * *

– Едем в банк! – сказал Станислав, когда мы вышли из здания управления и пошли в сторону автостоянки, где я припарковала свою машину. Похоже, мальчик очень быстро освоился с ролью босса, и ему это начинало нравиться. Странно, но меня это почему-то задевало. И раздражало…

– Слушаюсь, шеф! – ответила я с некоторым оттенком сарказма.

Но он этого не заметил.

– Заберешь меня, как обычно, в пять…

– Хорошо, а я пока решу вопрос с новой квартирой.

Я проводила Станислава до поста охраны «Первого провинциального», а сама вернулась к своей машине. Села, завела, поехала.

Все-таки со мной что-то не так – теряю бдительность. Пока я провожала Станислава, я не закрыла машину. Ужасная промашка. Но об этом я подумала только тогда, когда почувствовала, что сзади мне на шею накинули тонкий капроновый шнурок. Вот так, Женечка, теперь выкручивайся из ситуации, которую сама себе создала!

Удавку на меня накинули два типа в обычных черных масках-подшлемниках, которые хорошо знакомы любому спецназовцу. И как эти уроды только умудрились вдвоем укрыться где-то на заднем сиденье так, что я их не заметила, когда садилась в машину!

– Вот так, крошка! – сказал один из бандитов, затягивая шнур на моем горле. – Теперь без глупостей – веди свою тачку как обычно, чтобы никто ничего не заметил!

– Куда уж обычнее! – зло процедила я сквозь зубы.

– Сама виновата – тебя и твоего клиента предупреждали, с нами шутки плохи! – ответил тот же бандит. Видимо, он был главным в этой парочке.

– С кем это «с нами»? – спросила я, постоянно переводя взгляд то на дорогу, то на зеркало заднего вида, в котором отражались глаза бандита, зло смотрящие на меня через прорезь подшлемника.

– Твое дело молчать и не вякать! – Удавка сильно стянула мое горло, так, что я чуть не поперхнулась, а мой «гольф» рискованно вильнул в сторону встречной полосы.

– Осторожнее ты! – подал голос второй бандит. – Гробанемся же!

– Не гробанемся – она хорошая девочка! – сказал первый. – Очень опытная, машину хорошо водит, так сказал полковник!

«Да что же это за полковник такой! – подумала я. – Уже второй раз о нем слышу!»

– Короче, так, девка! – сказал первый бандит. – Считай, что это тебе последнее китайское предупреждение! Если сегодня же не посадишь своего клиентика в самолет до Москвы и сама не перекроешься так, чтобы мы тебя не видели и не слышали ближайшие полгода, то все – больше таких подарков, как вчера, ты уже не получишь! Вчера тебе позволили обнаружить бомбу, поняла? Так что не настолько ты крута! В следующий раз…

Вместо того чтобы рассказать, что со мной будет в следующий раз, бандит снова резко натянул удавку на моей шее. У меня даже потемнело в глазах! Ну хватит, пора кончать этот балаган!

И я резко надавила педаль газа. Двигатель «гольфа» взревел, и машина рванула вперед.

– Ты чо, сука, угробить нас хочешь! – заорал бандит.

– Ага! – прокричала я. – Помирать, так с музыкой!

Удавка снова сильно сдавила мне горло, я уже почти не могла дышать. Но, несмотря на это, я продолжала давить на газ. Мой небольшой «Фольксваген» несся по центральной полосе пятиполосного Московского проспекта. Слава богу, что машин было не очень много, и я умудрялась на скорости почти сто двадцать километров в час вписываться между другими участниками движения. Хотя с «галстуком», которым меня наградили мои незваные попутчики, делать это было очень и очень сложно!

– Тормози, мать твою! – заорал бандит.

– Пожалуйста! – смогла прошипеть я.

И, получше уперевшись ногами, резко ударила по тормозам. Хорошо, что перед тем, как тронуться с места, я предусмотрительно пристегнулась ремнем безопасности! Все-таки от этих неприятных привязок иногда бывает польза!

Машина пошла юзом, а оба бандита резко переместились с заднего сиденья на переднее, головами вперед. Причем первый влетел своей башкой прямо в лобовое стекло машины, а оно у меня, между прочим, бронированное. Сделала как-то по специальному заказу, так, на всякий случай. Вот этот случай и наступил, правда, я все-таки думала, что бить по стеклу будут снаружи, а не изнутри, и пулями, а не головой. Ну да ладно: результат все равно меня весьма порадовал – один из бандитов, тот, который все время молчал, оставив на стекле неэстетичный характерный красный след, сполз головой под переднее сиденье.

Второй же оказался зажат между спинками передних сидений, причем его голова была как раз на уровне моих коленей. Чем я и поспешила воспользоваться, резко ударив его коленкой в висок. Думаю, что он так и не понял, что произошло, до того как потерял сознание.

Но главное, он наконец отпустил удавку. И я смогла вздохнуть полной грудью. Как хорошо! Я с облегчением дотронулась до освободившейся шеи. Наверное, след останется от этого дурацкого шнурка. Я выровняла машину и как ни в чем не бывало продолжила свой путь по Московскому проспекту. При этом у моих ног без сознания валялись два бандита в масках. Хороша ситуация, ничего не скажешь!

Я достала свой мобильник и набрала номер Лисовского.

– Лисовский слушает! – раздался из трубки знакомый голос.

– Это Охотникова! – сказала я. – У меня новости!

– Плохие или хорошие? – спросил тот.

– Это смотря для кого! У меня тут для вас подарок – сейчас подвезу к вам. Только встретьте меня, пожалуйста, на улице с парой ваших людей, а то я одна этот подарок вам дотащить не смогу – рук не хватит!

– Вы меня прямо заинтриговали! – ответил оперуполномоченный.