Текст книги "Невеста миллионера (СИ)"

Автор книги: Марианна Кисс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

10 – 13

Ах, работа! И за что я тебя так люблю…

Прекрасно иметь работу, которая нравится. А мне моя – очень нравится. Несмотря на некоторые моменты скуки.

Да, порой и тут бывает, засижусь, задумаюсь, залистаюсь. И хочется встать, идти куда-нибудь отсюда подальше. Или уехать, да вон хоть с Анькой в путешествие. И накатит неожиданно, такое хорошее и светлое чувство и потянет в дальние дали. И улыбнусь невзначай собственным мыслям.

Но тут – бац и музыка…

Эта чертова секретарша, неверное издевается. Ходит туда-сюда, ещё и музыку включила. Встанет, будто к шкафу, а сама бедрами легонько так вильнёт. И как будто нет меня, забудется, положит ладони на грудь, или потянется, так что всё это её богатство приподнимается. Ух. Твою жеш мать…

Как тут можно сосредоточиться?

Понадобилось ей что-то в нижнем шкафу. Встала, нагнулась. Ножки выше колена оголились, показалась в разрезе юбки кромка чулка. Пришлось мне немного в сторону от стола отъехать и слегка нагнуться набок, чтобы увидеть светлую полоску….

– Тимофей!

О, черт!

Стул пошатнулся и свалился на бок, а я вывалился из него и совсем в неприличной позе оказался на полу.

А в дверях – моя жена! Аня!

Она смотрела на меня таким взглядом, из которого я почти почувствовал, как вылетело облако стрел.

– Мать твою, зачем ты так пугаешь? Чего так резко? – возмущённо вставал я, и как раз увидел насмешливый взгляд Камиллы.

Щёки мои вспыхнули огнём, такое унижение перед секретаршей.

– Какого хрена? Я тут работаю, а ты подкрадываешься! – злость одолевала и заставляла повышать голос.

– Значит, я уже тебя пугать начала? Ещё и год не прошел, как мы женаты. А я уже тебя пугаю. Вот, решила прийти, посмотреть, чем ты тут занимаешься.

Аня демонстративно кинула взгляд на секретаршу.

– Чем занимаюсь – работой. Не видишь? – указал я на папки на столе и продолжил струшивать с брюк частицы пыли.

– Интересно, а разглядывать задницы девиц, тоже входит в твою работу? Прилагается к обязанностям? – громко сказала она, так что Камилла снова насмешливо посмотрела.

– Какие задницы, что ты мелешь?! – я уже начинал очень злиться и даже кричать.

Подошел, закрыл дверь и клацнул по кнопке жалюзи. Комната тут же перестала быть телевизором.

И тут уже на меня накатила совсем другая злость. Такая праведная, невиноватая злость.

– Не нужно приходить сюда и при подчиненных устраивать разнос. Я не мальчик, чтобы ты меня воспитывала! – я сказал это, уже совсем не церемонясь.

– Ты считаешь, я неправа? Ты пялился на её задницу! И неизвестно вообще, что между вами тут происходит, в этом кабинете!

– Ничего не происходит! Ни-че-го! Довольна?!

В её взгляде разочарование и грусть. Как будто только теперь она осознала что-то такое, чего раньше никак не могла осознать.

– Я поняла, зачем это всё было нужно. Ну конечно, боже мой, я же об этом знала с самого начала. Мне говорили… Предупреждали… А я…

– Ну, что ты говоришь, зачем ты такое говоришь? Это только твои фантазии и не более. Ну, глянул я на её задницу, ну и что?

Аня стояла поникшая и грустная, и мне даже стало её жалко. Я подошел и хотел обнять, но Аня оттолкнула мою руку.

– Не трогай меня.

– Не начинай. Это всего лишь один взгляд, я вообще не смотрю на неё, больно надо. Ну хочешь…

Я хотел сказать – хочешь, я уволю её, но вовремя спохватился. Вдруг скажет – что хочет, тогда будут новые проблемы. Если я возьму и не уволю Камиллу. Это совсем не входило в мои планы.

– Я клянусь тебе, у меня жалюзи всегда закрыты, а тут как-то так получилось…

– Я не хочу её больше тут видеть! – сказала Аня.

О нет!!! Только не это, только не Камилла!

– Ты должен уволить её прямо сейчас!

– А если я не сделаю этого?

– Тогда… тогда, я разведусь с тобой, – сказала она и видно сама испугалась того, что сказала.

Но ещё больше испугался я. Ведь по завещанию тетки, я не должен разводиться. Тогда я потеряю своё наследство и Аня – получит всё.

О, горе мне!

Я решил пожертвовать Камиллой. И это действительно огромная жертва. Нет, я не собирался её увольнять, просто переведу куда-нибудь в другое место, пусть хоть иногда проходит мимо моего кабинета.

Но кого же я посажу сюда? Вот это вопрос – так вопрос.

Я стал подступаться к Ане, так как это умел.

– Послушай, Солнышко, давай успокоимся. Присядь, – потянул Аню к стулу и она села. Я присел на корточки напротив и посмотрел в её грустное лицо, – ну не злись. Ну, ты же знаешь, что я люблю только тебя. Цветочек. Ты моя самая, самая.

Аня закусила губу и вздохнула.

– Хорошо я не буду злиться, но она должна уйти, – сказала она по-детски надув губки.

– Как скажешь любимая, для тебя всё что угодно.

И я притянул её к себе и поцеловал её губы. Она неохотно поддалась. Потом высвободилась.

– Я пойду, не буду тебе мешать работать.

– Хорошо, а то у меня ещё несколько срочных дел. И сегодня их нужно доделать кровь из носа.

Я встал с корточек, Аня встала со стула, я снова притянул её к себе и поцеловал.

А потом она вышла, и я недовольно глянул на папки, что лежали на моём столе.

Вот жеш вляпался. Нужно бы и поосторожнее.

Потом я нажал кнопку на пульте и через минуту на пороге кабинета показался Ринат.

– Вызывали?

– Да, проходи. Значит так, с сегодняшнего дня твой кабинет будет напротив моего, а то зачем тебе бегать туда-сюда, неудобно. А она, – я указал в сторону жалюзи, и конечно стало понятно кто именно, – пусть переезжает в общий офис.

– Без проблем. Сделаем, – сказал очень довольный такой перестановкой Ринат.

Ну вот и всё, закончилось шоу. Будем работать.

А может и правильно. Ежедневное искушение, это не очень хорошая идея вообще. Иногда мысли мои путаются и сбиваются именно потому, что напротив сидит такая краля. Всё хватит, возьмёмся за ум. И может, полезное воздействие моего организма на работу агентства – улучшиться.

14 – 16

– Аня?

Я шла по коридору, а в лицо дыхание уверенности, страсти и желания. Мой взгляд пожирал. Он сжигал всё на своём пути, отталкивал и давил.

Одна лишь цель, я вижу её впереди. Вижу его и прямо сейчас заставлю навсегда забыть о других женщинах. И кинуться передо мной на колени.

Но сначала на коленях побуду я.

Мой взгляд испепелял Тимофея!

Я – тут хозяйка!

И пусть все видят, что я из себя представляю! Пусть навсегда запомнят – он мой!

Пусть каждая из них запомнит!

Я чувствовал себя богиней вышедшей из пены волн. И пошла в этот офис, чтобы покорить, и заставить покориться.

В движении развиваются волосы, уверенная походка. С первых шагов, с первого движения, с первого момента, как в том конце коридора я увидела своего мужа – я стала другой. Совершенно другой.

Лицо Тимофея нужно было снимать на камеру. Я улыбнулась едва заметно. Его лицо перекосило в недоумении. Пробежало удивление и даже неловкость, а затем восхищение и страстный огонь в глазах.

Когда я подошла, он некоторое время не мог вымолвить ни слова и я, пальцем с выкрашенным красным лаком ногтем, легонько толкнула Тимофея, он попятился и вошел в кабинет.

Вслед за ним вошла я.

– Привет, – сказала, и толкнула дверь кабинета.

Тимофей, всё никак не мог поверить, что это действительно я. Неплохо поработал стилист, такой же как Серж парень, только с голубыми волосами.

– Аня, это ты? – выдавил Тимофей.

– Конечно, а ты ждал ещё кого-то? – я прошла по кабинету, так чтобы он хорошо меня рассмотрел.

Потом подошла к двери, положила пальцы на замок и медленно, наблюдая за мужем, повернула ключ.

– Что ты делаешь? – спросил Тимофей, взгляд его дернулся на проходящих мимо сотрудниц.

Следующее моё движение – щёлкнули жалюзи, закрывая нас от посторонних взглядов, в этом мягко бежевом квадрате кабинета. Я встала у двери, позволяя Тимофею жадно рассматривать меня.

Двумя пальцами потянулась и расстегнула верхнюю пуговицу своей белой блузки.

– Скажи милый, ты хочешь трахнуть свою секретаршу? – мурлыкая спросила и расстегнула вторую пуговицу.

Не веря в то что видит и кажется только, только начиная что-то соображать, он решил сыграть со мной в эту игру.

– Да, я хочу трахнуть свою секретаршу, – он расстегнул пиджак.

Сначала движения были несмелыми, но с каждой моей расстёгнутой пуговицей становились быстрее.

С пуговицей на животе я повременила, задержалась и стала медленно приподнимать юбку. Но не для того что он думал, а совсем для другого.

– Хочешь меня трахнуть прямо здесь, в этом кабинете, на этом твоём огромном дубовом столе?

– Хочу, – он стал расстёгивать ремень на брюках.

– А хочешь? – я подошла к Тимофею близко положила ладони ему на живот.

Несколькими движениями пальцев расстегнула пуговицы на рубашке просунула руки и оттолкнула ткань. Моя ладонь скользнула о его груди и почувствовала дрожь в его теле.

– Не бойся, – мягко улыбнулась я, нагнулась, лизнула сосок.

– Ах! – выдохнул Тимофей.

Пальцы мои смело, неутомимо прошлись по брюкам, нащупали член, легко коснулись и он отозвался на это движение.

– Давай посмотрим, что ты там прячешь, – шепотом сказала я, улыбнулась и расстегнула пояс брюк.

Тимофей суетливо помогал мне. Каждое его движение быстрое, покладистое, согласное.

Я потянула брюки, за ними трусы. И наружу показался член моего мужа.

Конечно, я видела его и раньше не так близко, но всё-таки, а сегодня он бы каким-то особенным, даже красивым.

– О-о-о, какой он большой и красивый! – выдохнула я. – Хочу поцеловать его!

– Что… то есть, конечно… конечно…

– Ты разрешишь мне поцеловать его? – посмотрела я в глаза мужу и вытянула губы и обхватила пальцами его член.

– Да… да… разрешаю, – поспешно сказал он.

Дыхание его уже участилось, Тимофей то и дело выдыхал. А я провела пальцами по нежной коже члена, коснулась головки и снова обхватила пальцами.

– Ты хочешь этого? – грудным низким тембром, как учил Серж, выдохнула я.

– Очень, очень хочу…

Медленно, чтобы он прочувствовал каждую секунду я стала опускаться, а он наблюдал за мной и взглядом умолял не останавливаться.

– Сначала, я хочу посмотреть на него.

Тимофей недовольно вздохнул.

– Что там рассматривать? – закусил он губу в ожидании того, что предвкушал.

– Он великолепен. Твой член, он прекрасен! Такой огромный, и удивительно красивый! – я восхищённо обхаживала.

Такой смелости я от себя не ожидала. Перед глазами бронзовая кожа торса моего мужа.

Никогда не думала, что вот так просто опушусь на корточки, а потом на колени…

Ох…

Но я повторяла как мантру… я шлюха… я шлюха…

И это сработало. Я забыла вообще кто я есть. Почувствовала прилив какой-то невероятной энергии, она охватила полностью моё тело и изящно заставило изогнуться. Как будто что-то вошло в меня и преобразило за секунду, и я уже не Аня.

Я – Анна! Прекрасная соблазнительница!

И это было просто потрясающе.

Смелые, уверенные движения, и вижу в каком тихом шоке Тимофей. Он стоит передо мной со своим возбуждённым членом. Как завороженный смотрит на мой рот, вздыхает и вздрагивает.

Я коснулась его языком. И эти первые касания, раскрыли все тайны его существования. Этот вкус, этот запах, они манят, заставляют трогать, гладить и прикасаться и наслаждаться этим. Его кожа такая нежная, трепещущая, живая. А упругий ободок, мой язык скользит по нему, и кончик его утопает и выныривает и снова повторяет круг.

Разве не для этого бог сделал мужчину таким. Разве не для того чтобы вот это касалось губ женщины и проникало в её рот, и доставляло ей самой такое удивительное ощущение.

Его член, после пары сотен бананов, показался мне чем-то восхитительным.

Ммм… это и правда приятно… я делала все как учили, и в какой-то момент, всё что было отработанно на бананах, стало совершенным открытием на члене Тимофея.

17 – 19

Вот это да!

Я стоял оглушенный, ошарашенный, и даже где-то немного униженный…

Но счастливый, на всю катушку.

Ну вот, может же когда захочет!

А то – нет, нет, не могу, не хочу. Стоило ломаться?

Когда первое феерическое впечатление начало спадать, что-то тревожное пронеслось в голове, пробежало по телу и остановилось в центре мозга.

А откуда такое её поведение? Это чего такое вообще происходить начало? И что за дела такие неотложные?

Куда она собралась?

Что черт возьми происходит?

Разве Аня не сидит дома, когда я уезжаю на работу? Тоже уходит?

Куда, к кому?

Эти замашки дорогой проститутки, откуда они? Кто её этому учит, а может уже научил.

Чёрт, чёрт! Сразу навалилось много вопросов.

Теперь мне уже совсем не было весело. Мысли, потревоженные случившимся сейчас, в моём кабинете, забегали, засуетились и никак не могли прийти к единому решению. Хотелось в ту же минуту, как пришла эта мысль – бросится и найти Аню и потребовать ответов на все эти вопросы.

Но где я найду её сейчас?

Ушла, по каким-то делам.

Я схватил телефон, набрал номер – ничего. В не зоны доступа.

Отключила. Черт, что происходит?

Это не возможно, этого просто не может быть!

Я вспотел, закрутился по кабинету точно волчок. Поправил брюки, рубашку. В желудке почувствовал предательскую тошноту. Это ещё не страх, это что-то ему предшествующее. Щемящее, ожидающее подвоха. Я подошел к кулеру, налил в стакан воды и пока она лилась, увидел, как трясётся моя рука.

Ничего не понимаю.

Если она вот так меня уработала, то куда пошла теперь.

О боже, на лубу испарина, меня кинуло в жар.

Я резко обернулся на щелчок…

Аня… но это была не Аня.

– Тимофей Александрович, китайцы ждут.

– Ах, да, иду.

Раздраженно махнул рукой заглянувшей девушке, даже не помню как там её... Всё забыл. Мозг не мог нормально работать. Как я могу идти и кривляться сейчас перед китайцами, втюхивая им услуги нашего бюро, когда моя жена в таком виде расхаживает по улицам города.

Твою мать!

Я схватил пиджак, натянул его и стёр каплю, что спустилась на лоб.

Отлично. Моя жена где-то ходит, а я спокойно должен работать?

Прошел я в конференц-зал. Нервный, взломанный, озабоченный, но только не рекламным контрактом с китайцами.

Ринат пыхтел, глядя, как задумчиво и отрешенно я вожу взглядом по окнам. Ну что я могу. Взять себя в руки, когда моя жена где-то шляется.

Не могу. С трудом дождался пока закончится встреча с клиентами, ничего продуктивного от меня всё равно не добились. Хорошо хоть ребята постарались.

Китайцы вроде обещали вернуться.

Домой я приехал взволнованный и злой.

Какого вообще хрена происходит?

Мерседес на котором Аню возят, отсутствует. Дом кажется пустым, окна темные. Что за ерунда. Наверное, она спит? Не сможет же быть, чтобы она ещё не пришла. Это просто невозможно такого не было никогда.

Если не было, это не значит, что никогда не будет.

Всё, я понял, кончились спокойные деньки. Да нет, хватит надумывать.

Я вошел в дом, прошел по комнатам, поднялся на второй этаж, открыл дверь в спальню в предвкушении, что Аня там и она спит.

Но в комнате никого, ноль, пустота.

Вот жеш засада.

Достаю телефон, звоню. Не отвечает, звонок идет, но трубку никто не берёт. Звоню ещё и ещё.

И вдруг её голос:

– Тимоша, отдыхай от меня сегодня. Я буду поздно, не жди! – а там за голосом стучит клубная музыка.

Ити его мать… доигрался!

Глава 18

В первый раз в жизни, в одиннадцать часов вечера, я была не у себя дома в кровати, или перед телевизором, или скучала у бассейна, или в постели с Тимофеем… а была в месте, которое с первых несмелых шагов сюда, выдернуло из моей прошлой жизни раз и навсегда.

Это что?

Значит, вот так выглядит всё изнутри ночных клубов. Да не просто ночных, а с полуобнаженными мужчинами на сцене. Что они вытворяют, я краем глаза, видела только в кино. А здесь это всё так близко. Протяни руку и можно коснуться лодыжки танцора.

Наш столик прямо у сцены. Маша постаралась. Раз такая пьянка, она заказывала всё самое лучшее и самое дорогое, а я и не перечила, когда ещё будет случай выпендриться. Ещё и сама подначивала, чтобы девчонки не стеснялись.

Коктейль за коктейлем и вот уже причиндалы танцора, что мелькают и крутятся перед нашими взглядами, уже не кажутся такими отталкивающими, а очень даже ничего. Хотя для нас, с нашей новой наукой, уже ничего отталкивающего не придумаешь. Есть кое-что, но это не мужские члены и точно не их загорелые задницы.

Мы с подругами тянемся, кричим. Словно безумные девушки, которые никогда в жизни не видели полуобнаженных парней. Да что там полуобнаженных, вообще никаких не видели. И теперь нам показывают что-то невероятное, отчего в каждой из нас рождаются безумные крики и странные движения.

Я тоже кричу!

Это что-то из раздела фантастики. Никогда не думала, что буду тянуться к сексуальному стриптизёру и совершенно нагло, оттягивая его плавки и заглядывая в бритый лобок, засовывать купюры. Отчего парень ещё больше распалялся и посылал мне воздушные поцелуи.

Это суперклёво! Запихивать в трусы мужику деньги. Требовать танцевать и показывать все, что может показать. И он старается, очень старается. Вот это я понимаю! Он должен показать все свои таланты! Обязан показать!

Я хрипло кричала:

– Ещё, ещё! У-у-у, какой красавчик! Давай парниша, зажги меня! – я слушала, как кричат другие и за ними повторяла.

– Давай жеребец, работай, работай! У-у-у! Покажи мне свою загорелую задницу! – кричала рядом Маша, и её симпатичное лицо превратилось в лицо хищницы которая охотится за сексуальными парнями.

Пьяные и весёлые, мы делали то, что хотели и никто бы не смог остановить нас. Сейчас… это просто невозможно.

Я трогала тело другого стриптизёра, породистого обладателя совершенно потрясного тела. Он спустился со сцены, специально, чтобы станцевать для меня. Его мощные руки и великолепный торс, намазанные какой-то светящейся пылью, выглядели просто умопомрачительно. А тёмные пряди волос, спадающие на глаза, заводили и влюбляли в себя от одного только движения.

20 – 23

Я открыла глаза и села на кровати.

Это ещё что?

Блузка разорвана в хлам, юбка в хлам. Сунула руку, между ног – мокро. Ощущение недельной немытости и омерзительный запах окутал меня. Как будто на меня высыпали пепельницу, плеснули водки и вина и ещё чего-то, не могу разобрать чего.

В голове стучит, в желудке ноет. Фу, как гадко.

Отвратительно, мерзко! Скорее в душ!

Повернулась, рядом Тимофей. Спит, как ребёнок. Такой славненький. Боже, да он лучше всех тех стриптизёров, лучше всех на свете. Захотелось потянуться, поцеловать его, но в желудке снова что заныло. Ладно, потом.

Я встала с кровати. Снова посмотрела на юбку в каких-то пятнах, на нитки что торчали из шва.

Почему я вся такая разодранная?

Понемногу, не сразу, в голове прояснилось. Вспомнилось, как Тимофей трахал меня на полу. Что это ему взбрело, пьяную меня трахать, хотя ему, я так поняла всё равно какая я, лишь бы трахнуть.

Схватившись за голову, я потащилась в ванную.

– Всё равно я тебя туда трахну! – услышала в след.

– Куда? – я обернулась.

– В задницу, – он открыл глаза и усмехался.

– Ты что хотел трахнуть меня в задницу? Вот подонок, хотел воспользоваться моей слабостью?

– Ничего себе слабость у меня до сих пор член болит, даже не встаёт, видишь.

Он открыл простынь, и я увидела всё его хозяйство в совершенно естественно-природном виде.

Он раздвинул ноги, потрогал себя за член.

– Эй, приятель вставай! Аня сейчас примет ванну и тебе будет работа.

Я усмехнулась:

– Пусть отдыхает. Значит, нечего совать куда не надо, тогда и не болел бы сейчас.

– Ты очень жестокая. Ударить собственного мужа по члену это по крайней мене недальновидно. А что если он так и не встанет?

Я сделала такое лицо, которое показывает, что страшного в этом совсем ничего нет:

– Милый, на твоём члене моя жизнь не заканчивается. Вокруг тьма тьмущая прекрасных альфа-самцов, и все они мечтают стать моим любовниками. Уж кто-то из них обязательно сделает тебе наследника. А ты не волнуйся, разводиться необязательно, и обещаю по утрам приносить тебе кофе.

Я пошла в ванную, оставив Тимошу обдумывать мои слова.

В ванной встала под душем и долго стояла, смывая с себя вчерашний день.

Да, повеселились мы на славу. Нужно будет как-нибудь, не затягивая всё это повторить.

Вышла из душа, осмотрела своё тело. Да неужели, вот эта красота достанется только одному единственному человеку, который всё время пытается куда-то меня не туда трахнуть. Несправедливо.

– Ты знаешь, – я вышла из ванной и, завязывая халат, сказала, – я решила выходить в общество. А то что-то засиделась я дома. Столько всего пропустила. Не порядок.

– Что ты имеешь в виду? – он встал и собирался в душ, но мои слова Тимошу остановили.

– Есть масса мероприятий обществ, куда можно ходить. Ты же нашел себе дело и я хочу.

– Я мужчина, я должен чем-то заниматься. Пополнять семейный бюджет, – он скрылся за дверью ванной.

– Знаешь, я тоже сидеть дома не хочу. Вон подруга моя – старший следователь, – крикнула я ему во след.

– Какая ещё подруга? – выглянул Тимофей из ванной.

– Обычная. Теперь у меня есть три подруги.

– Интересно где ты их нашла, на курсах по вязанию?

– Ну да, вроде того.

Знал бы он, где я с ними познакомилась.

– Нет, я не разрешаю тебе никуда! – выкрикнул он из-за шума воды.

– По-моему ты не совсем понял, что я сказала! Я тебя не спрашиваю, просто ставлю в известность! И ещё, ты совсем ничего не делаешь, чтобы заслужить мою любовь, совсем не стараешься! Всё только чего-то требуешь, так не пойдёт!

Шум воды прекратился. Минуту тишина.

– Ты о чём? – Тимофей вышел из ванной с зубной щёткой в руке и с зубами в пасте.

– А о том, что если так и дальше пойдёт, я могу подыскать себе другого, более достойного мужа, который старается.

– Что? Ты серьёзно? – фирменная ухмылочка, сначала натянулась, а потом сползла с лица Тимофея. – Я что, по-твоему, плохо стараюсь? Я трахаю тебя каждый день.

– По-моему, ты вообще не стараешься. А трахать, это каждый может. Теперь у тебя ещё и член ударенный. Что если ты больше не сможешь… или сможешь, но уже не так. В общем, не знаю. Я подумаю, что с тобой делать.

Я натянула трусы, застегнула бюстгальтер и вытащила из шкафа новое платье цвета морской волны, которое, как говорил в магазине Серж, так шло к моим голубым глазам. Достала коробку с новыми туфлями цвета – русалка, которые так рекомендовал под это платье продавец обуви, и под испепеляющим взглядом Тимофея натянула всё это, глянула в зеркало – шикарно.

– Ну что ж, мне некогда. До вечера, – сказала я и пошла к двери.

Он вытянул руку, хотел что-то сказать во след, но видно уже все аргументы были исчерпаны и придавленный красотой моего одеяния, Тимофей только выдавил какой-то звук, а я не стала дослушивать, улыбнулась и вышла из спальни.

Глава 21

Нет, вы это слышали? Вы это видели?

Аня – моя жена, одетая в сногсшибательное платье, в этих невероятных туфлях, вышла сейчас из моей спальни и пошла по каким-то чёртовым делам. А я с ударенным членом, не трахнув жену с утра – остался валяться на кровати.

Бред! Не думал, что дойдёт до такого.

А что ты думал, что она вечно будет бродить по дому в халате, раздвигать по приказу ноги и делать все, что ты скажешь? Не роптать, не сопротивляться, не жаловаться.

Неужели я так много требую? Получается всё наоборот.

Это оказывается – я, не умею и не знаю как её тархать?

Во бред! Ну бред полнейший!

Да я – лучший трахальщик на побережье. Вот сейчас пойду и докажу это самому себе. Раз она – так, значит я – вот так.

Пойду и трахну одну из сучек в моём офисе.

Э нет, так нельзя, это уже приятель измена получается. Мысленно, я давно со всеми переизменял, но на самом деле ещё как-то не слишком готов бросится в этот омут.