![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zvezdy-fevralya-lp-371031.jpg)
Текст книги "Звезды февраля (ЛП)"
Автор книги: Мари Карр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)
– Подвинься, ― попросил он.
– Нет, ― Айлис подняла руку и вяло махнула на другую часть комнаты. ― Спи на кровати Кейт.
Он проигнорировал ее, толкая на другую сторону кровати, и лег рядом. В этот момент она была как тряпичная кукла, не способная оказать хоть какое-либо сопротивление.
Мужчина лег на спину и притянул ее к себе, так что она прижалась щекой к его груди. Он был полностью одет, хоть где-то и оставил свое пальто и обувь.
Так как они лежали на узкой кровати, было тесно. Но им удалось разместиться.
– Не хочу спать в одиночестве.
– Я не буду заниматься с тобой сексом, Хантер.
Он рассмеялся.
– Я говорю не о сексе. Мы же решили забыть об этом? Иногда просто здорово с кем-то спать.
Она нахмурилась, слишком пьяна, чтобы быть благоразумной. Хантер же всегда хотел секса.
– Почему ты не хочешь заняться со мной сексом?
– Серьезно? ― спросил он. ― Ты обиделась на то, что я не хочу того же, чего не хочешь ты?
Айлис подняла голову и посмотрела на него, не собираясь задавать вопрос, о котором она недавно думала. Хантер флиртовал с любой, у кого есть сиськи, постоянно включая свое обаяние. С любой девушкой, кроме нее. С ней они были... просто приятелями. Только друзьями.
Или так она думала раньше. Тот поцелуй все запутал. Он совсем не был дружеским. Абсолютно.
– Три причины, ― сдался он, хотя она ничего не сказала. ― Первая: я выпил слишком много текилы и почти уверен, что он, ― Хантер указал на свой член, ― не готов. Вторая: ты только что отказалась от отношений, чтобы сфокусироваться на себе. И, наконец, даже если бы ты не принесла свою клятву, я бы не стал говорить, что люблю тебя, чтобы переспать с тобой. Я никогда не лгал тебе, Ай. И не хочу начинать сейчас.
– О. Да.
Она положила свою голову обратно ему на грудь. Эти причины имели смысл для ее пропитанного текилой мозга. Она поклялась, что не будет спать с тем, кого она не любит. И Хантер хорошо ее знал, чтобы понимать, что это для нее значит... когда она трезва.
Дело в том, что она нашла еще одну причину для беспокойства с того момента, как она увидела Пола, несмотря на текилу, которая должна была все стереть.
– Почему никто не хочет женится на мне?
– Ты сдаешь позиции.
– Нет. Вовсе нет. Завтра я опять буду сильной. Сегодня я просто хочу увидеть всю картину целиком.
– Кажется, лучше искать все эти ответы, когда ты трезв.
– Тогда я не буду больше задавать вопросы.
– Тебе стоит чаще говорить с людьми, Ай. И я не имею в виду себч или твою семью. Ты столько всего знаешь и можешь многое рассказать.
– Ты избегаешь ответа на мой вопрос.
Хантер вздохнул и крепче обнял ее за плечи, притягивая ближе. Свободной рукой он коснулся ее лица, а потом и сережки, с которой стал играться, продолжая говорить. Удивительно, но это ее возбуждало.
– Ты просто еще не встретила правильного парня.
– Я думала, что нашла. А он выбрал Ронду.
– Айлис, ― начал Хантер, но она знала, что он собирается сказать. Она успела его прервать.
– Я больше не думаю о нем. Клянусь. Дело вообще не в этом. Просто... я не могу понять, в чем разница. Ты бы женился на Ронде? Если бы она не сбежала с Полом, ты бы...
Он вздохнул.
– Я бы женился на ней. И это стало бы ошибкой.
Они обсуждали их расставания множество раз и придумали кучу причин, почему им так не повезло с почти «мужем» и «женой». Ей всегда было интересно, эти причины были правдивы или утешительны.
– Что заставляет тебя хотеть жениться на ней, а не на мне?
– Она дала на первом свидании, ― поддразнил он.
– Ну, ты и сволочь. Все парни такие козлы.
– Именно. Пора бы тебе уже понять.
Они посмеялись еще несколько минут, но когда Айлис уже была готова заснуть, он опять заговорил.
– Айлис, она беременна.
Айлис пыталась забыть об этом.
– Да. Надеюсь, она выпьет много воды, и у нее распухнут лодыжки.
Хантер рассмеялся.
– Боже, мышка. Это самое жестокое, что ты смогла придумать? Отекшие лодыжки?
– Я верю в карму.
– Думаю, сегодня мы справились. Мы против них.
Она заметила, что в последнее время Хантер больше не говорит об их расставаниях, как о том, что произошло только с ним, наоборот, о том, что они разделили вместе.
– Да. Согласна.
– Извини, что вытащил тебя. Знаю, что ты хотела остаться дома. Если бы так и было, то мы бы не...
– Я рада, что мы столкнулись с ними, ― пробормотала она. ― Теперь это произошло, и давление исчезло. Кроме того, оставшаяся часть ночи была бомбой.
Они опять замолчали, и Айлис решила, что он уснул, но она ошиблась.
– Мы с тобой парочка с печальными историями, ― сонно пробормотал Хантер.
– Да. Так и есть.
– Мы должны посвятить все свое время на достижение своих целей. Десять месяцев достаточно для того, чтобы перестать себя жалеть. С этого момента Ронда и Пол в прошлом. Хантер и Айлис ― это будущее.
Она улыбнулась его ободряющим словам. То, как он это сказал, словно они пара, а не два друга, полные решимости понять, кто они такие, найти свой собственный путь.
– В этом году все будет хорошо, Хантер. Абсолютно все.
– Все, ― пробормотал он.
Его дыхание замедлилось, что ясно показало, он наконец заснул. В ее кровати. Сначала она подумала переместиться на кровать Кейтлин, но передумала. Прошло много времени с тех пор, как она с кем-то спала в одной кровати.
Он был прав.
Это здорово.
Глава 3
Айлис посмотрела через стол на Санни и Хантера, смеющихся из-за какой-то карты, которую он положил в беспощадной игре «Карты против человечности» (прим.: настольная карточная игра, где игрокам предстоит выбрать продолжение для самых злобных и пошлых фраз, а потом выбрать самые смешные из них. В России аналог игры «500 злобных карт»).
Был канун Нового года. И она все еще жила в общаге Коллинзов. И все еще без работы.
Прошел почти год с того момента, как ее бросили, и она совершила лишь два действия после получения письма ― съехала с квартиры и уволилась. С тех пор она больше не предприняла ни единого шага.
Что еще хуже, Кейтлин отмечает Новый год на яхте с мужчиной, с которым познакомилась буквально перед праздниками. Она стала встречаться с Лукасом Уайтингом, прикрываясь тем, что будет шпионить за ним. Он хотел купить паб «У Пэт», а это произойдет только, когда ад замерзнет. Хотя Айлис подозревала, что в последнее время чувства Кейтлин изменились.
Кузина определенно проведет ночь с миллиардером, а Айлис была слишком пьяна, чтобы скрывать свою зависть, хоть она и обожала свою кузину.
Кейтлин встретила парня, даже не ища его.
В то время, когда Айлис была не в состоянии найти себя. И все же она здесь сидит такая, какая есть.
– Эй, ребята, ― крикнул Колум с дивана, переключая телевизор на телешоу «Рок на Новый год». ― Прервите свою игру, иначе вы пропустите шоу, оно начнется через сорок пять минут. Говорят, сегодня будет классная музыка.
Все заняли свои места, ожидая обратный отсчет до полуночи.
Хантер сел в кресло, когда заметил, что Айлис осталась без места. Он взял ее за руку и притянул ее на свои колени, начав щекотать, когда она попыталась встать с них.
– Хантер. Остановись. Мы не поместимся.
– Конечно, поместимся. Вот, смотри.
Он подвинулся, и каким-то образом они уселись в одном кресле. Почти. Им пришлось извернуться и сесть в обнимку, чтобы удалось смотреть телевизор.
Айлис старалась сосредоточиться на музыке, пыталась избавиться от своих переживаниях. Обычно она лучше справлялась с плохими мыслями, но сегодня они крепко засели у нее в голове.
Она вздохнула.
– У тебя плохое настроение, ― мягко прошептал Хантер, так что остальные ничего не слышали.
– Знаю. Прости. Не люблю Новый год. Слишком много времени для размышлений о прошлом годе.
– Не переживай, мышка. В полночь я тебя поцелую, и ты забудешь о всех своих плохих мыслях.
Она сморщила нос, претворяясь, что его предложение ее совсем не заинтересовало. Хантер поцеловал ее лишь раз. И с тех пор она зациклилась на нем. Слишком сильно.
Что-то говорило ей, что тот поцелуй стал эталоном, с которым она будет сравнить все остальные поцелуи. И мало какие смогут его затмить.
– Нет, спасибо. Я просто переживу это.
Он наклонился ближе, стараясь лучше рассмотреть ее лицо.
– Боже. Да ты сварливый Газ. Пошли.
Он встал и протянул руку, помогая ей подняться.
– Куда вы идете? ― спросил Финн.
– Возьмем пиво с кухни, ― ответил Хантер.
Тем не менее, они прошли мимо кухни, направившись в ее спальню. Он закрыл за ними дверь, приглашаю ее сесть на кровать, а сам сел на кровать Кейтлин.
– Выкладывай.
Она нахмурилась, испытывая неловкость из-за своего поведения. Своим видом она убивала всякое веселье.
–У меня сегодня совсем нет настроения для вечеринки, Хантер. Почему бы тебе не пойти и повеселиться с остальными? А я просто заберусь в кровать, засну и попытаюсь избавиться от своей озлобленности. А утром, уже в Новом году, проснусь в отличном настроении.
– Ты не можешь злиться, даже если очень постараешься.
Она закатила глаза.
– Из всех людей ты знаешь меня лучше.
В какой-то момент Хантер Морган, парень, который ее безумно раздражал, стал ее самым лучшим другом. Поэтому в этом году он видел ее подъемы и падения.
– Перестань менять тему. Что за мысли крутятся в твоей голове?
– Я потратила целый год из-за того, что придурок Пол бросил меня, и все еще не поняла, кто я и где мое место. Я барахтаюсь, как рыба, выброшенная на берег, словно задыхаюсь.
Хантер задумался на минуту, потом поднял голову.
– Не всегда можно понять, где проигрыш, а где выигрыш.
– Ты сейчас говоришь со своей точки зрения? Потому, что мне так не кажется. Сейчас я чувствую себя полной неудачницей.
– Я говорю о том, что жизнь состоит из побед и неудач. А не из чего-то одного.
– О.
Она пыталась понять, когда Хантер стал философом в их отношениях.
– Думаю, ты прав.
– Нам всего лишь двадцать восемь лет, Ай. И не похоже, что мы одной ногой в могиле.
Она пожала плечами.
– У меня не получается избавиться от этого настроения. Я чувствую себя потерянной и очень одинокой.
Хантер улыбнулся.
– Одинокой? Такое ощущение, что у тебя здесь двадцать семь миллионов кузенов.
Она рассмеялась подобному преувеличению, хотя у ее семьи была такая способность ― казаться больше, чем есть на самом деле. Шум, раздающийся из гостиной, был громким, неистовым и веселым.
– Ты отвратно справляешься, позволяя мне упиваться жалостью к себе.
– Верно. Так и есть. Потому что ты в порядке, мышка.
– Ладно. Я сдаюсь. Я в порядке.
И возможно, так и есть. Хотя у нее нулевой прогресс в поисках себя, ее карьерные успехи оказались в последнее время лучше. Помимо работы официанткой, она начала брать подработку, помогая небольшим местным предприятиям ― пабу «У Пэт» и семейному отелю Хантера, рекламируя их на рынке. Она сделала им рекламу и разметила ее на некоторых больших туристических сайтах. Ей нравилось помогать малому бизнесу, но она все еще чувствовала какую-то боль, словно... она что-то... упускала.
Лэс, менеджер ее родителей, настаивал, что она полностью испортила свою жизнь, что ее призвание прямо перед ее носом. Не один раз он требовал, чтобы она перестала «страдать херней» и присоединилась к нему в качестве его партнера. Он был уверен, что она создана для мира музыки ― устраивая туры, пока она является представителем групп.
Годами они отказывалась от этого, считая, что она не сможет провести свою жизнь в постоянных разъездах, хотя это был ее первоначальный план после окончания колледжа. В какой-то момент из-за влияния Пола или ее слабости она начала верить, что хочет остаться в Балтиморе навсегда. Сейчас же она почувствовала, что значит жизнь не на колесах. И в то время как оба этих стиля жизни имели свои плюсы и минусы, ей все труднее и труднее стало понимать, что бы она предпочла.
Вместо того чтобы принять предложение Лэса, она успокоила его тем, что согласилась помочь ему с его последним предприятием – «Звезды февраля». Лэсу пришла в голову идея о конкурсе талантов год назад. Она была крайне проста: восемь исполнителей будут соревноваться за шанс отправиться в тур в качестве разогрева группы «Юниверс». Бывшая группа ее отца решили провести совместный тур, начиная с города Нэшнл-Харбор в апреле. Все билеты на каждое шоу в каждом городе были распроданы за несколько месяцев до начала турне. Недавно Айлис прочитала статью, где говорилось, что билеты были перепроданы за шесть тысяч долларов за билет на «StubHub» (прим.: американская компания по обмену и перепродаже билетов).
Лэс составил список из восьми исполнителей, за которыми он наблюдал, певцов с большим потенциалом, и бросил им приманку. Все восьмеро сразу же согласились участвовать в конкурсе. А кто бы отказался? Турне с группой «Юниверс» ― чертовски отличный шанс, чтобы мгновенно прославиться.
Лэс выбрал Балтимор в качестве площадки для конкурса, потому что думал, что Скай и Тиган будут в это время дома. А потом они получили приглашение выступить перед Королевой Великобритании, и Лэс решил устроить небольшой тур по Европе на пару месяцев.
Так как Лэс в основном был в дороге, Айлис стала его представителем в Балтиморе. Она организовала место проведение конкурса и позаботилась о всевозможных разрешениях, которые могли для этого потребоваться. И хотя она никому не признавалась, эта работа наполнила ее энергией, смыслом, чего она еще не испытывала.
– Тебе стало легче? ― спросил Хантер.
Она пожала плечами и стала искать ответ, который бы его успокоил.
– Да. Думаю, что есть вещи похуже, чем встретить Новый год с такой задницей, как ты.
– О, Боже. Вот тут ты переступила черту, Адамс.
Хантер поднялся с кровати и стал угрожающе надвигаться на нее. Она попыталась угадать его действия, чтобы спланировать свой побег. Кинула свой взгляд на дверь. Мужчина закрыл ее, что очень замедлит девушку...
Когда он сделал пару шагов, она обогнула его и метнулась к кровати Кейтлин, схватив с нее подушку. Хантер погнался за ней, но теперь у нее было оружие. Она метнула в его голову подушку, он же постарался ее отбросить.
Она воспользовалась этим моментом и направилась к двери, но он поймал ее, прижав к ней. И вот прошла секунда, а ее щека прижималась к прохладной древесине, вторая ― он повернул ее к себе, держа одной своей рукой ее руки высоко над головой.
– Скажи, что я горяч, ― сказал он.
Она фыркнула.
– Ну, да, конечно.
Он воспользовался своей свободной рукой и стал ее щекотать. Она пыталась освободиться из его захвата, и даже в отчаянии подняла колено. Она ненавидела щекотку, а он остался открытым.
Он вовремя успел увернуться, защитив свое мужское достоинство.
– Плохая девочка.
– Ха. Если бы.
Ее шутка не удалась. Для нее и, похоже, для Хантера, потому, что он отпустил ее руки.
– И что это значит?
– Ничего, ― возразила она, не желая признать, куда свернули ее мысли.
– Ты хочешь быть плохой девочкой?
– Конечно, нет, ― произнесла она, что было на восемьдесят процентов ложью. ― Не совсем.
Он улыбнулся.
– Не совсем?
– Чтоб ты знал, это твоя вина. Ты постоянно говоришь о своей извращенной сексуальной жизни и учишь меня всяким слэнговым словечкам. Кстати, спасибо большое за «фэльчинг» (прим.: сексуальная практика, подразумевающая оральное высасывание спермы из ануса либо влагалища). Бе-е! Все, что вылетает из твоего рта касается секса и всяких пошлостей.
– Я постоянно тебе говорю, что всякие пошлости ― это забавно.
– Вот видишь, о чем я говорю. Словно ты подсадил мне в голову коварного червячка, и теперь все, о чем я могу думать... ― она не решилась закончить свою фразу.
– Извращенный секс?
Она вздохнула.
– Я была такой хорошей девочкой. А потом появился ты.
– А теперь ты хочешь быть плохой?
Она пожала плечами.
– Думаю, я просто хочу быть интересной.
– Черт. Ты ведь не понимаешь?
– Не понимаю что?
– Ты самый интересный человек, которого я когда-либо встречал.
Она фыркнула, что было неправильной реакцией, потому что Хантер, который никогда не расставался с улыбкой, нахмурился.
– Хорошо. Теперь я знаю, в чем твоя проблема, ― он отошел от нее и сел на кровать, похлопав по матрасу, приглашая ее присесть рядом. ― Иди сюда.
Она скрестила руки на груди и осталась стоять.
– Иди сюда, мышка. Я просто хочу поговорить.
К несчастью, она знала, что он не врал. Прошел целый год, и Хантер ни разу не перешел границы их дружбы, кроме единственного раза, того сумасшедшего вечера в клубе. Она опять стала его другом. И хотя разумом она понимала, что таковой ей и стоит оставаться, были моменты, как сейчас, когда ее гормоны требовали иного.
Она упала рядом с ним на кровать.
– Что?
– Ты мастурбируешь?
– Что? ― воскликнула она, вскакивая с кровати. ― Какого черта, Хантер?
– Нет, правда ведь?
Она обернулась к нему.
– Я делю комнату с моей кузиной. И квартира полна другими членами моей семьи. Так что у меня не так уж много возможностей, чтобы...
– Мастурбировать.
– Пожалуйста, перестань произносить это слово.
Хантер подарил ей пошловатую ухмылку.
– Ты предпочитаешь какое-то другое определение? Приласкать киску? Потеребить фасолинку? Смазать кексик? Полировать жемчужинку?
Айлис прикусила губу, с трудом сдерживая смех. С ним невозможно было ссориться, каждый раз все заканчивалось тем, что она смеялась над какой-то его неотесанной грубой шутке. Сегодня ей хотелось просто злиться, что с каждой минутой становилось все труднее.
– Ты закончил? Потому, что я считаю, что нам стоит пойти и посмотреть новогоднее шоу.
Он покачал головой.
– Нет. Мы остаемся здесь. И кое-чем займемся.
Она нахмурилась.
– Чем например?
Хантер встал с кровати и взял ее за руку.
– Как считаешь, ты сможешь ненадолго отключиться свою голову?
– Нет.
Он рассмеялся.
– Да уж. Уверен, что так и есть, но тебе придется попробовать, потому что я могу излечить тебя от того, что тебя мучает. Но тебе нельзя об этом сильно задумываться. Черт побери, тебе не совсем не стоит об этом думать. Тебе просто нужно довериться мне.
Айлис размышляла над его словами, пытаясь понять, как ответить.
Хантер слегка стукнул ее по лбу, когда ее молчание слишком затянулось.
– Вот о чем я говорю. Ты хочешь задать миллион вопросов, чтобы сформировать логичный продуманный ответ. Это так не работает.
– Значит, мне просто нужно довериться тебе?
– Именно, ― кивнул он. ― Я клянусь тебе всеми святыми, после этого тебе будет в миллион раз лучше.
Она улыбнулась.
– Мне хватит и в десять раз лучше.
– Ложись на кровать.
Три слова. Он сказал всего три слова, а ее мозги готовы взорваться.
Он слегка прищурился, выражая этим вызов, говоря «ты не сможешь этого сделать». Это сработало.
Она сделала, как он сказал: безо всяких вопросов легла по середине матраса на спину. Айлис старалась не ухмыляться тому шоку, что проступил на его лице.
Если она ожидала, что теперь он заколеблется после неожиданного согласия, то ее ждало разочарование. Вместо этого Хантер подошел к двери и закрыл ее на замок.
Сейчас пришел ее черед действовать. Она закрыла свои глаза, пытаясь скрыть от него панику, которая промелькнула в них.
– Неплохая идея, ― тихо пробормотал он.
Она попыталась открыть свои глаза, чтобы увидеть, о чем он говорит, но мужчина уже накрыл ее глаза шарфом, который взял с прикроватной тумбочки. Теперь она ничего не видела.
– Я хочу, чтобы ты притворилась, что меня здесь нет, Ай. Повторяй за мной. Хантера здесь нет.
На какое-то мгновение она почувствовала себя глупой, но она все равно сказала.
– Хантера здесь нет.
– Прежде чем я начну, я дам тебе обещание.
– Хорошо, ― прошептала она.
– Никакого секса. Ты поклялась, что не будешь встречаться с парнями, а это совсем иное. Поэтому смело откинь эту мысль из головы. Хорошо?
– Хорошо, ― прошептала она, просто потому что не была сама собой, и ей было любопытно, что он задумал.
Тишина наполнилась паникой, когда он схватился за пояс ее домашних брюк и начал тянуть вниз. Она сразу же подняла руки, чтобы остановить его, но он взял ее за запястья и поднял их ей над головой.
– Оставь свои руки здесь. Не двигайся.
– Хантер...
– Его здесь нет, ― произнес он. ― Делай, как я говорю, Айлис.
Она заставила себя остаться в том положении, в которое он ее положил, пытаясь не думать о том, как его игра в подчинение, требовательный тон вверг ее либидо в хаос.
Он вернул свои руки к ее брюкам, и в этот момент девушка не стала сопротивляться, когда мужчина потянул их вниз и, Боже помоги ей, ее трусики тоже.
Айлис крепко сжала свои ноги вместе, стараясь отодвинуться от него, но он не дал ей шанса спрятаться. Ни единого.
Он взял за ближайшее к нему колено и потянул его, раздвигая ее ноги, что расположиться между ними.
– Это заходит за пределы простого доверия, ― сказала она, ненавидя, что у нее перехватывает дыхание, когда она должна была говорить с твердой уверенностью.
Он заставил ее замолчать не устным предупреждением, а поцелуем. Быстрым, грубым, неожиданным, сексуальным поцелуем.
Это выходило из-под контроля. Она собралась высказать очередной протест, когда он прикоснулся к ее клитору.
Ее бедра приподнялись. Иисусе. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то так прикасался к ней, включая и ее саму. Она попыталась вздохнуть, думая, что может недостаток воздуха в легких так влияет на ее суждения.
Хантер снова ее коснулся, но в этот раз он провел рукой по ее киске: кончиком пальца провел линию от ее ануса до клитора. Это был сильный удар по ее нервам.
Айлис повернула свою голову в бок и сжала руки в кулак над головой. Ей всегда было трудно достичь оргазма. Конечно, она его испытывала раньше, но обычно для этого требовалось потрудиться, как Полу, так и ей. И было множество ночей, слишком много, когда ей совсем не удавалось почувствовать даже отголоски оргазма. Перед расставанием с Полом они даже не старались довести ее до оргазма. Если она получила оргазм ― здорово, а если нет...
Может, секрет оргазмов заключается в воздержании. Она может отказаться от секса продолжительное время, а потом дать себе волю и получить оргазм каждые три-четыре года.
Воу. Какая депрессивная идея.
Хантер снова прикоснулся к ее клитору, но в этот раз он не сразу отстранил руку, а задержался и сильно потер его. Ее бедра инстинктивно последовали движению его пальца в поисках большего удовольствия.
Она открыла рот, чтобы заговорить, но не знала, что сказать. Умолять о большем? Больше чего? Прикосновения? Траха?
Девушка еще сильнее сжала свои глаза, скрытые повязкой.
Это Хантер. Хоть она и должна об этом забыть.
Когда он провел своим пальцем и толкнулся им в нее, ей стало наплевать, кто ее ласкает. Она начала двигать бедрами вверх и вниз, сильнее насаживаясь на его палец.
Хантер расшифровал немую просьбу ее тела, добавляя второй палец и двигая ими быстрее.
Айлис увидела вспышки молний за закрытыми веками. Ее руки по своей воле направились к груди. Она обхватила их и сжала.
Хантер нарушил тишину.
– Подними свою рубашку. Сожми их сильнее.
Она не была уверена, почему подчинилась, но через секунду после его приказа последовала его словам.
– Стяни свой лифчик вниз. Ущипни свои соски. Сильно сдави их.
Айлис исполнила его команду, опустив лифчик под грудь прежде, чем зажала свои чувствительные вершины между указательными и большими пальцами. Она сжала так сильно, как не решалась раньше, но небольшая боль не казалась неприятной. Особенно, в комбинации с тем, как Хантер добавил третий палец к тем, что толкали ее все ближе к небытию.
Она извивалась на постели, как сумасшедшая, как один гигантский комок нервов, жаждущий удовольствия. Его пальцы сильно растянули ее киску, почти неудобно, но так же, как и сжатие сосков, это все же не казалось неприятным.
Хантер решил ее судьбу, когда погладил ее клитор большим пальцем. Это было последней каплей, последним великолепным убийственным ударом. Ее тело затопила мощная волна удовольствия.
Девушка изогнулась в спине, когда кончила, но Хантер прижал ее к кровати, накрыв своим телом. Его рот поглотил ее крики, когда он прижался к ее губам.
Блаженство обрушилось на нее, волна за волной. Хантер не переставал целовать ее, не вытащил свои пальцы, пока она не успокоилась.
Когда Айлис пришла в себя, он отстранился, нежно убрал ее руки с груди, вернул на место лифчик, опустил рубашку. Потом одел на нее брюки. Она заметила, что он не подумал о ее трусиках, но ей было все равно. Уже поздно стесняться.
Последнее, что он сделал, это снял с нее повязку.
Она не открыла глаза. Отчасти потому, что после того, как оргазм завершился, она была в полном изнеможении. Но и также, потому, что ей было неловко встречаться с ним взглядом.
Айлис не была уверена почему. Он начал то, что сейчас произошло. Это была его идея.
А значит, ей нечего стыдиться.
Нет. Это не смущение, поняла она.
Это куда более опасное чувство.
Она боялась, что открыв глаза, поймет, что у нее возникли серьезные чувства к Хантеру Моргану.
Этого не должно было произойти. Они были абсолютно разными, что касалось отношений. Айлис всегда стремилась к отношениям «навсегда». Хантеру же было достаточно пятнадцати минут секса, возможно, и не в горизонтальном положении.
Кроме того, она не искала любви. Девушка была в поисках себя, женщины, которой она не стала из-за того, что была слишком занята тем, что старалась сделать Пола счастливым.
– Открой глаза, Ай.
Ее глаза распахнулись прежде, чем она смогла подумать обо всех причинах, которые она скрывала. Он говорил, что ей сделать, и Айлис просто делала. Это сильно раздражало. Ей стоило над этим поработать.
Он улыбался ей той дурацкой приветливой улыбкой, которая казалась ей раздражающей в первые годы их знакомства. Но сейчас она заставляла свое сердце биться быстрее, что свидетельствовало, как сильно она влипла.
– Черт, девочка. Я пыталась заглушить большинство твоих криков, но когда ты кончаешь, ты шумная. Не знал, что ты можешь быть такой громкой.
Она сузила свои глаза, хоть ее щеки и покраснели. Ее родственников, которые вели обратный отсчет до Нового года, и их разделял лишь коридор.
– Ты должен был подумать об этом до того, как ты... ты...
– Трахнул тебя пальцами, пока ты не потеряла всякий контроль.
Она нахмурилась, что вызвало у него смех.
– Не веди себя так, словно ты бесишься, мышка, потому что это не так.
Она опустила плечи и поняла, что чувствовала себя более расслабленной, чем за последние несколько недель. Может даже месяцев. Боже, Айлис была полностью расслаблена, никакого напряжения ни в плечах, ни в шее, ни где-либо еще.
– Чувствуешь себя лучше? ― спросил он.
Она кивнула.
– Намного.
Мужчина поднялся с кровати, и она заметила его эрекцию. Он поймал ее взгляд.
– Не переживай об этом. Обычный эффект после наблюдения за тем, как красивая женщина так восхитительно кончает. Ничего такого, с чем не справится холодный душ.
Она была достаточно умна, чтобы понять, что он лукавил. И девушку не могла перестать думать, что было слишком эгоистично с ее стороны получить от него такое удовольствие и оставить его мучиться от возбуждения.
Но она даже подумать не может об альтернативе. Она не может поступить по принципу «баш на баш». Не с ним. Она и так с трудом старается сохранить свои мысли о нем платоническими.
Она почти фыркнула вслух из-за слова «платонический». Ее мысли о Хантере были далеки от невинности. На самом деле мысленно они уже были обнажены, она обнимала его ногами за талию, пока он неистово вбивался в нее.
– Эй, слышишь, ― сказал он, поднимая палец, привлекая ее внимание к тому, что за дверью стали слышны голоса.
– Десять, девять, восемь... ― кричали ее кузены.
– Новый год почти наступил.
Она села на кровати.
– Семь, шесть, пять, четыре...
– Да.
Она приняла его руку, когда Хантер стал помогать ей встать на дрожащие ноги.
– Три, два, один!
– С Новым годом, мышка, ― произнес Хантер.
– С Новым годом.
Он наклонил свою голову и подарил ей далекий от дружеского поцелуй за всю историю Нового года. Его поцелуй доказал ей, что они оба пересекли черту и не смогут все вернуть обратно.
Но так как это Хантер, а он следует теории, чтобы делать все, что доставляет удовольствие, он не сдерживал себя.
Это был самый сексуальный, самый горячий поцелуй в ее жизни, и он взорвал ее мир.
После того, как он перестал целовать ее, он отстранился.
– Пошли. Давай вернемся на вечеринку. Мы можем сыграть в «Президента» (прим.: карточная алкогольная игра, целью которой является избавиться от карт) или в «переверни стаканчик» и напиться.
И хотя Айлис в основном старалась жить в реальном мире и не забываться, но как часто бывает с Хантером, она последовала за ним, позволяя ему втянуть ее в свой импульсивный стиль жизни.
Она будет переживать о том, что только что произошло завтра. Сегодня она была слишком удовлетворена, слишком расслаблена, слишком счастлива, чтобы устраивать переполох.
– Хорошо, ― согласилась она. ― Но тебе стоит приготовиться делать то, что я скажу, когда я стану президентом, а ты задницей.
– Этого не произойдет. Я король карт, детка. Король. Карт.
Она закатила глаза, пока он смеялся, а потом они присоединились к вечеринке, возвращаясь к своим ролям «просто друзья». И это произошло куда проще, чем она предполагала.
По крайней мере, она так думала, пока два часа спустя он не врезался в нее во время зажигательной соревновательной игры «переверни стаканчик», и она почувствовала его твердый член.
Айлис с любопытством посмотрела на него, и он наклонился ближе и прошептал ей на ухо:
– Он никак не спадет. Ты ему нравишься.
Она была достаточно пьяна, чтобы рассмеяться его шутке, но шутил он или нет, его слова застряли в ее голове.
Девушка почувствовала слабость во всем теле, а ее киска стала влажной.
– И ты нравишься «ей», ― пробормотала она так тихо, что он не услышал.
Она хотела какого-то изменения, сожалея, что ничего не происходит в своей жизни.
Ну, кое-что произошло.
Черт побери.